Новости

Биг-Бэнг-2017 здесь :)

Изображение С Новым Годом и Рождеством! Изображение

Изображение

Текущее время: 21 янв 2018, 20:26




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 32 ]  На страницу 1, 2  След.
Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi 
Автор Сообщение

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


Название: Расплатиться сполна
Автор: nicb0723
Оригинал: Paid in Full
Переводчик: I, Kryssa
Артер: Steasi
Бета: Yellow-eyed Lynx
Разрешение на перевод: запрос отправлен
Размер: 47.324 слова в оригинале
Категория: слэш
Пейринг: J2
Жанр: РПС, АУ, романс, UST, элементы ангста и драмы, повседневность, юмор
Рейтинг: NC-17
Предупреждения: нецензурная лексика
Краткое содержание: Тридцатилетний адвокат Дженсен Эклз давно разочаровался в людях и отношениях. Этому способствовала и его специализация на бракоразводных процессах, и личный опыт. Поэтому, когда он и его сосед, студент Джаред Падалеки, становятся лучшими друзьями, сближаются и даже периодически спят в одной постели, Дженсен не готов отказаться от своих принципов.
Дисклеймер: не наше, не извлекаем, не претендуем
Благодарности: моей замечательной бете Линкс за всю помощь, своевременную и неизменную, понимание и терпение. :heart: Моему артеру Steasi за бесподобные арты, позитив и дружескую атмосферу. :heart: Девочки, вы лучшие! :heart: Без вас ничего бы не было! Большое спасибо Тэнки за организацию феста и возможность еще раз встретиться с любимым фандомом.

Скачать фик в разных форматах:
.docx с артами .docx без артов PDF с артами FB2 с артами

Все арты увеличиваются по клику.


Последний раз редактировалось I, Kryssa 25 дек 2017, 17:15, всего редактировалось 1 раз.

25 дек 2017, 15:05
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


Сколько бы Дженсен ни работал, трудоголиком он себя не считает. Вкалывает себе и вкалывает, не заморачиваясь, как его называют другие. В обычный день он поднимается ни свет ни заря, до упора пашет в офисе – зачастую сверхурочно, чтоб не брать дела домой, – и возвращается, так и не узнав, всходило сегодня солнце или нет.

Но всё это ерунда, если учитывать бонусы. Во-первых, не будем скромничать, у него охуенная зарплата. Во-вторых, премиальные, которые улучшают настроение, позволяя не беспокоиться о финансовом благополучии в будущем. Разумеется, всё это дается не за красивые глаза; нагрузка такая, что жирком, который пришлось бы сгонять в тренажерке, не заплывешь: как правило, Дженсен набирает себе дел под завязку, свято веря, что во время рабочего дня тратит достаточное количество калорий.

И отказываться в пользу работы приходится от многого. Однако будучи ведущим адвокатом по бракоразводным процессам в очень известной фирме Дженсен при любых обстоятельствах остается профессионалом. Даже когда из пяти-шести клиентов лишь один – и то если сильно повезет! – оказывается не самовлюбленным сукиным сыном с заоблачными требованиями.

Впрочем, иногда он чувствует, что и его хваленое терпение на исходе. Особенно когда будущий экс-муж ведет себя как мудак, появляясь на предварительном заседании с повисшей на руке новой пассией – похожей на шлюху ссыкухой, едва достигшей совершеннолетия. Или пока-еще-миссис оказывается сквалыгой, помешанной на деньгах, готовой ради них нарушить все моральные нормы. В такие моменты Дженсену плевать, кого из них он представляет, главное – скорее добиться развода и, получив гонорар, переключиться для разнообразия на телефонные консультации, архивные исследования или командировки.

Дженсен недавно перебрался в Ларкспур и еще мало с кем знаком в городе. К большому кругу общения он, кстати, и не стремится, предпочитая проводить свободное время дома. Пару раз он делал исключения, соглашаясь на приглашения коллег потусить в баре в пятницу вечером. Но в душе Дженсену нравится его образ жизни, нравится быть одиночкой. Он даже перестал заглядывать в гей-клубы, однажды почувствовав, что снимать случайных парней на одну ночь ему просто влом.

Вот так обстоят дела, когда в соседний таунхаус переезжает горячий красавчик, Джаред, о котором он слышит от управдома, мистера Миллера, как-то утром забирая почту. Мистер Миллер знает о Джареде три вещи: во-первых, его полное имя – Джаред Тристан Падалеки; во-вторых, что переехал тот из района на другом конце города; и в-третьих, что все его вещи уместились в багажнике пикапа. Поначалу Джаред держится особняком, но выглядит всегда дружелюбно – у него широкая улыбка и добрые глаза, высокий рост и широченные, как у каменной глыбы, плечи.

К величайшему сожалению Дженсена, Джаред натурал. Это выясняется через три дня после переезда, когда ночью его будит громкий стук изголовья кровати об общую между спальнями стену. Разумеется, перекрытия здесь не очень толстые, но это никогда не создавало проблем, пока соседкой была пожилая миссис Вайт.

Слышать, как другие люди занимаются сексом, неловко и странно. Слышать, как сексом занимается Джаред, – заводит Дженсена на раз. Однажды утром Дженсен заметил, как тяжело дышит Джаред, возвращаясь с пробежки в насквозь пропотевшей старой футболке, как блестят его влажные волосы – и теперь эта картинка неизбежно возникает перед глазами, когда раздаются женские крики, ритмичные удары кровати «бам-бам-бам» и глухой рык пару секунд спустя.

Через постель Джареда проходят разные цыпочки, некоторые появляются два-три раза, но ни с одной он не бывает громким, даже в самом конце. Дженсен никогда не признается, но после того, как девушки перестают выстанывать «Джаред», он прикладывает ухо к стене, пытаясь уловить приглушенные мужские стоны. Нет, Дженсен не больной ублюдок, просто иногда ничего не может с собой поделать.

Он совсем рядом, когда его горячий сосед кончает. Раз за разом. Извращенное развлечение превращается в привычку. Грустно, конечно, и одиноко, зато лучше любого шоу.

А потом Джаред забывает дома ключ и не может попасть к себе.

Изображение


Воскресный вечер Дженсена в обществе холодного пива и телевизора прерывает негромкий стук. Неделя выдалась тяжелая, поэтому даже тупой детектив отвлекает мозг, перегруженный мыслями о переговорах и внесудебных соглашениях.

Дженсен босиком, в спортивных штанах и толстовке с глупой надписью «Доверься мне, я адвокат»идет к двери, надеясь, что доставили заказанную полчаса назад пиццу.

Однако на пороге топчется вспотевший красавчик-сосед.

– Хммм... Привет, – руки беспокойно тискают старое белое полотенце. Смущенный взгляд.

Дженсен не может удержаться от улыбки.

– Привет.

– Я Джаред, живу вон там, – взмах на соседнюю дверь.

– Помню тебя, ты недавно переехал, – кивает Дженсен.

– О! Круто, – Джаред тоже расплывается в широкой улыбке. – Мне страшно неудобно, но я забыл дома ключи и обнаружил это только сейчас, возвращаясь...

– Из тренажерки? – предполагает Дженсен, замечая, что на Джареде его обычная спортивная экипировка.

– Вообще-то с пробежки. Мобильник заряжается как раз, ключи торчат в замке изнутри. И у меня не было до сих пор возможности отдать кому-нибудь запасные. И... Я знаю, что ты наверняка страшно занят, но... – уставившись в пол, рукой он теребит взмокшие от пота волосы. Дженсен может без помех пялиться на крепкие руки, бесконечные ноги и гладкую загорелую кожу, покрывшуюся яркими красными пятнами.

– Конечно, приятель. Добро пожаловать, – Дженсен нараспашку открывает дверь и отходит в сторону. Джаред просто огромный, рядом с ним Дженсен чувствует себя креветкой, хотя в нем ни много ни мало шесть футов с копейками. Такое ощущение, что Падалеки занимает половину гостиной. Странное, надо сказать, ощущение. Одно дело переброситься парой слов на парковке, но видеть Джареда у себя и так близко – совершенно ново.

– Спасибо, чувак, я ценю.

На «чувака» Дженсен вопросительно поднимает бровь, но никак не комментирует.

– Никаких проблем. У меня, кажется, где-то валяется номер мистера Миллера. Располагайся и чувствуй себя как дома, – выходя на кухню, Дженсен приглашающим жестом хлопает по спинке дивана.

Джаред снова улыбается, на этот раз с облегчением, и садится, закидывая мокрое от пота полотенце на плечо. Пока Дженсен возится на кухне, он смотрит телевизор. Другой наверняка занервничал бы от приглашения едва знакомого человека, а Джаред излучает позитивную энергию. По тому, как он держится – откидывается на спинку дивана, скрещивает ноги, – заметно, насколько ему здесь уютно. И Дженсена его присутствие успокаивает, как уже давно ничто не успокаивало. Наверное, это потому, что в доме тыщу лет не было такого привлекательного парня. Если честно – никогда. И еще в том, что Дженсен уже очень давно не трахался.

Дженсен довольно неплохо читает людей, это часть его работы. Он привык иметь дело с богатыми, но легкомысленными ловеласами, у которых в голове только секс и ничего больше. С пожилыми джентльменами, разыгрывающими из себя верных отцов семейств, а по сути являющихся грязными, развратными старикашками. Джаред полная противоположность: у него честные и добрые глаза, Дженсен уже и забыл, сколько лет назад сталкивался с подобным взглядом. И если в этом парне и есть что-то темное, оно глубоко скрыто.

– Слушай, по-моему, номер лежит где-то в кабинете, наверху. Я сейчас. Не стесняйся, если хочешь, посмотри что-нибудь другое, – Дженсен указывает на пульт, прежде чем направиться к лестнице. В свое время ему повезло найти этот таунхаус – небольшой, с двумя спальнями на втором уровне, с террасой, идеально подходящей для барбекю, и садом, за которым ухаживает приходящий садовник.

– Не, все отлично, я как раз не смотрел этот фильм, – Джаред удобнее устраивается на диване, и Дженсен зависает на долю секунды, спрашивая себя, будут ли валики и подушки пахнуть Джаредом после того, как тот уйдет.

Переступая сразу через две ступеньки, Дженсен взлетает наверх, раздумывая, куда мог положить листок с номером телефона и не выбросил ли его вообще, смутно припоминая, что запихнул его в один из треев, стопкой стоящих на письменном столе.

В дверь звонят, и Дженсен кричит с лестницы:

– Откроешь? Это пиццу привезли, деньги на журнальном столике.

Через пару секунд слышит ответ Джареда «Нашел!», затем звук отпираемой двери и приглушенные голоса.

Подгоняемый запахом пепперони, Дженсен быстро просматривает треи в кабинете и наконец находит листок с номером в конверте, подписанном «Сохранить».

– Есть! – сообщает Дженсен, снова спускаясь в гостиную. Джаред уже на кухне, тут же стоит коробка с пиццей – и вся ситуация настолько домашняя, что Дженсен только удивляется про себя, как быстро и легко он привык к присутствию Джареда.

– Держи, – протягивает он листок бумаги и свой мобильник.

– Замечательно... ммм... – запинается Джаред и немного краснеет.

– Дженсен.

– Точно, – снова улыбается Джаред. – Дженсен. Спасибо.

Дженсен только плечами пожимает и, пока Джаред набирает номер, достает тарелки и пиво.

Изображение


– Здравствуйте, мистер Миллер, это Джаред Падалеки. Да, из 2534. Я забыл ключи внутри, не могу попасть к себе и хотел бы вас попросить... О! Да, понятно. Нет-нет, все нормально. Я буду поблизости. Конечно. Хорошо. До встречи.

– Плохие новости?

– Его нет в городе. Где-то час назад уехал навестить племянника и вернется нескоро. Наверное, мне нужно идти. До вечера я вполне могу подождать во дворе.

В этот момент в наступившей тишине громко урчит желудок, и Джаред тут же кладет руку на живот, словно пытаясь заглушить звук.

У Дженсена не получается сдержать смешок.

– Джаред, приятель, не глупи. Оставайся, никакой проблемы.

– Уверен? – спрашивает Джаред, застенчиво наклоняя голову. – Я знаю, что тебе рано вставать, каждое утро слышу, как ты уходишь еще до звонка моего будильника.

– Ну, ведь мы и не собираемся тусить всю ночь, верно? Так что бери пиво и пиццу, поедим на диване, перед телеком. Ты «Декстера» смотришь?

Джаред расплывается в улыбке.

– Как раз недавно досмотрел все предыдущие серии, но у меня нет программы, я не в курсе, когда его показывают, поэтому к последнему сезону еще даже не приступал.

– Тогда давай, – Дженсен стелет несколько бумажных полотенец, одной рукой удерживая тарелку и пиво. – Первая серия через пять минут, и я не хочу пропустить начало.

– Окей. Спасибо, – медленно говорит Джаред, словно мучительно принимая решение. Глаза у него округляются, на лбу появляются складки, он производит впечатление маленького ребенка, которого только что поймали на поедании тайком сладкого.

– О, прошу тебя, – качает головой Дженсен и закатывает глаза. – Одинокого холостяка ты не стеснишь, так что прибереги это грустное щенячье выражение для кого-нибудь другого.

– Я старался быть честным, – смеется Джаред.

– Старайся дальше. Блядь, уже музыка, титры пошли! – Дженсен чуть ли не бегом спешит в гостиную, Джаред за ним, давясь при этом от смеха.

– Да ты жить без этого сериала не можешь.

– Чувак, это же «Декстер».

Джаред откусывает от куска пиццы и увлеченно кивает.

– Ты прав.

– Сядь, не маячь, – говорит Дженсен, не отводя взгляд от экрана, и Падалеки устраивается на полу, вытягивая ноги.

Они смотрят серию, вместе смеются шуткам героев, и Джаред выдыхает «О даааа!», когда Декстер занимается сексом. Оба недовольно мычат, когда события разворачиваются не так, как им бы хотелось, и по окончании минут пятнадцать обсуждают возможности последующего развития сюжета.

– Слышь, если хочешь, приходи и через неделю, – под влиянием момента предлагает Дженсен, но тут же тушуется: – В смысле, я буду дома. Приходи. Если хочешь.

– Йессс! – Джаред сжимает пальцы в кулак и подбрасывает руку в воздух в победном жесте. – Обязательно приду! – Он ставит свою тарелку в раковину и спрашивает у Дженсена, где мусорное ведро.

– Вон там, справа, – Дженсен показывает ему и начинает приводить в порядок кухню, ополаскивая чашки и тарелки. – Ну а чем ты вообще занимаешься, Джаред? Кроме того, что безостановочно тренируешься, – последнюю фразу не получается произнести без сарказма.

Джаред слегка ухмыляется, закидывая согнутые в локтях руки за голову и играя бицепсами.

– Ты имеешь в виду, когда не тружусь над своим телом в поте лица? С утра до вечера я обычный студент, на неделе подрабатывающий в библиотеке.

– Серьезно? А специальность?

– Экономика и организация производства, – вежливо отвечает Джаред, опуская руки. – Я на последнем курсе, защищаюсь через год.

– Звучит как-то без энтузиазма.

Пожав плечами, Джаред вертит в руках клочок бумаги.

– Я этим и занимаюсь без особого энтузиазма. Нужно быть психом, чтобы учиться на экономическом и тащиться от процесса.

– Зачем тогда взялся за это? Лучше найди то, что полюбишь.

– Так я люблю деньги.

Ах, какой честный! Дженсен снова кидает взгляд на поношенные шмотки Джареда. Честный и бедный.

– И их много не бывает...

– В точку, – смеется Джаред.

Через распахнутое окно до них доносится колючий старческий голос.

– Джаред! Ты здесь, мальчик?

– Я здесь, мистер Миллер. Еще раз спасибо, что пустил перекантоваться, – Джаред подскакивает и, подобрав полотенце, идет открывать дверь, останавливается и оборачивается к Дженсену. – Ты уверен, что все нормально, если я приду в следующее воскресенье?

– Разумеется. Увидимся.

Джаред расплывается в улыбке, и, прежде чем за ним захлопывается дверь, Дженсен слышит, как он зовет уже с крыльца:

– Я здесь, мистер Миллер!

Вот так в жизни Дженсена появляется Джаред.

Изображение


В субботу Хэллоуин, и Дженсен даже размышляет, а не выбраться ли из дома, может, забежать в небольшой паб на соседней улице. Пока он раздумывает, погода портится – небо застилают тяжелые черные тучи, становится холодно и промозгло. Что ж, не грех и полениться, только сначала надо сходить в магазин за сладостями для детей, которые наверняка объявятся на пороге. Никакого костюма он не приготовил, и то, что на нем серая утепленная куртка в обтяжку и кожаные перчатки, – это просто случайность.

Как только начинает темнеть, раздается звонок в дверь. Дженсен оставляет на плите спагетти и берет миску со сладостями, которую предварительно поставил в прихожей. На пороге стайка оживленных подростков, прыгающих кругами, протягивающих к нему свои сумки и в унисон выкрикивающих «Сладость или гадость!» [1]

– Привет! – говорит Дженсен и собирается уже раздавать конфеты, когда слышит, что у Джареда открывается дверь.

– Стой! Не говори, что ты оделся Декстером!

Дженсен бросает «Сникерсы» в сумку девочки в платье принцессы и бегло косится на Джареда.

– Да перестань! Это совсем не...

Затем Дженсен смотрит на него пристальней и разражается смехом.

– А это что за херня?

Джаред поворачивается так и эдак, чтобы со всех сторон показать яркий неоновый фиолетовый парик, красующийся у него на голове.

– Что? Я тролль.

– А разве тролли не должны быть... ммм... маленькими?

– Ладно, тогда я тролль, который обожрался и резко вырос. Не знаю, что-нибудь в этом роде.

– СЛАДОСТЬ ИЛИ ГАДОСТЬ!

Дженсен смотрит на переодетую бэтменом и балериной парочку на крыльце, улыбается и отдает лакомства. Джаред стоит в дверном проеме и ждет, когда детишки пройдут четыре шага и окажутся у него на пороге.

– Эй, ты там что-то готовишь? Пахнет зашибись.

Дженсен кивает и наблюдает с усмешкой, как ребята теперь орут и открывают свои сумки перед Джаредом.

– Ага. Так, ничего особенного, просто паста с томатным соусом.

Джаред медленно расплывается в улыбке, в глазах мелькает озорная смешинка.

– А я и не люблю ничего особенного.

– Хочешь тарелочку? Я наготовил как на свадьбу, – ухмыляется в ответ Дженсен.

– Ладно. Но только в том случае, если ты согласишься на ответный ужин завтра, ведь сегодня я сожру все, что ты сварил на два дня.

– Договорились. Займись раздачей сладкого, а я сейчас вернусь, – Дженсен отдает Джареду миску и возвращается на кухню, чтобы выключить плиту и разложить еду на две тарелки. Он зажимает бутылки пива под мышкой, и, захватив по пути еще толстовку, двигается обратно к выходу. Только бы погода не подвела!

– Если не понравится, я не виноват, – говорит он, передавая Джареду тарелку и усаживаясь на крыльце.

Джаред пробует спагетти и трясет головой, не в состоянии говорить с полным ртом. Затем у него все-таки получается:

– Чувак, это бежумно фкушно.

– Ну и отлично. Знаешь, что странно? Я никогда не видел, как фиолетововолосый тролль уплетает спагетти, – комментирует Дженсен.

– Тролли волшебные существа. Я уверен, что они могут переварить что угодно.

Дженсен морщит нос.

– Как ты думаешь, а какашки у них под цвет волос?

Джаред прыскает от смеха, соус разлетается во все стороны.

– Чувак, дети же кругом.

– Дети знают о какашках всё.

– Это правда. Но я как раз ем, а от твоих разговорчиков у меня сейчас спагетти из носа полезут.

Театрально извинившись, Дженсен продолжает есть и рассуждать.

– Или, может, у них радужные какашки.

Джаред опять взрывается смехом, на сей раз он задыхается и заявляет, что в его смерти будут винить Дженсена.

– Ладно-ладно, я просто хотел посмотреть, как у тебя спагетти из носа полезут. Это было бы что-то эпичное.

– Вероятно, ты прав, это действительно нечто удивительное, – соглашается Джаред. – Продолжай обсуждать какашки, и мы увидим, как это произойдет.

Разговором о какашках дело не заканчивается. Ночь напролет они болтают обо всем и ни о чем, затрагивая такие темы, которые других бы откровенно смутили. Они едят и раздают оставшиеся сладости; комментируют детские карнавальные костюмы и обсуждают фильмы, сериалы, книги. Они спорят, соглашаются, обмениваются впечатлениями в течение следующих нескольких часов. У ног каждого растет горка конфетных оберток, и к тому времени, когда они расходятся, у Джареда она явно больше.

Наутро Дженсен находит здоровенный фиолетовый парик, прикрепленный к его дверной ручке, насквозь промокший от в конце концов обрушившегося на землю ливня.


____________________
[1] «Сладость или гадость» - подробнее о выпрашивании сладостей как традиции Хэллоуина можно прочитать здесь.

Изображение


В половину седьмого Джаред стучит в дверь, в руках у него здоровенная продуктовая сумка, полная чипсов, сальсы и сыра.

– Начосы заказывали?

Он ослепляет улыбкой, легко двигаясь в небольшом пространстве, изящно уклоняясь от встречи с корзиной для грязного белья, которую Дженсен оставил посреди коридора.

– Где ты купил эту сальсу? В супермаркете на углу? У них самая классная с зеленым чили.

Джаред берет банку с соусом и поднимает вверх, показывая этикетку.

– Может, еще что-нибудь?

– Черт, нет, и так всего полно!

На секунду повисает неловкая тишина, и Дженсен, едва не столкнувшись с Джаредом в узком коридоре, идет включать духовку, лихорадочно придумывая какую-нибудь тему, кроме еды и костюмов на Хэллоуин. Это не так просто, ведь даже проболтав несколько часов ночью, обсуждая все подряд, они практически ничего не знают друг о друге. Если честно, Дженсен мог бы и дальше молчать – он просто рад, что Джаред заглянул к нему.

– Итак. Как прошла твоя неделя?

Джаред смеется и отвечает, поддразнивая:

– Все отлично, мамочка. А как прошла твоя?

– Мудак, – бормочет Дженсен, борясь с улыбкой.

– Ах да, – Джаред достает из кармана ключ. – Вот, держи. Это на случай, если я снова забуду свой внутри. Хорошенько спрячь его. И не кради мои вещи. Не врывайся ко мне, когда я сплю или занимаюсь чем-нибудь предосудительным.

Дженсен забирает у него запасной ключ и вертит его между пальцами.

– Ты едва знаешь меня. Что, не можешь отдать его друзьям, которым доверяешь?

– Ни в коем случае. Никто из них не получит доступ к моему дому, это неминуемо ввергнет его в хаос.

Дженсен опускает ключ в стакан, стоящий на кухонной стойке, и говорит:

– Тут надежно.

– В стакане из фастфудной забегаловки? Ты серьезно?

Дженсен пожимает плечами.

– Тебе кажется более безопасной кружка с надписью «От содержимого меня тошнит»?

Черт, пора устраивать гаражную распродажу, ведь ни у одного респектабельного тридцатилетнего адвоката не должно быть таких жутких вещей.

– Ладно, уел.

Джаред берет упаковку чипсов и начинает громко хрустеть, затем двигает лежащие на столе рабочие папки и открывает одну.

Сначала Дженсена вгоняет в ступор присутствие Падалеки на его кухне, манера разговаривать с полным ртом, то, как он сбрасывает свое шлёпки, просматривая документы, как усаживается на кухонной стойке, явно ощущая себя как дома. Но вскоре неловкость исчезает, а взамен поселяется чувство, словно они знают друг друга годами. И тут Джаред вспоминает о принте на толстовке, которую Дженсен надевал накануне ночью.

– А кем ты работаешь? Ты адвокат?

– Ага. В крупной юридической конторе в центре. Специализируюсь на разводах. Постоянно вижу несчастные семейные пары, которые достигли дна в своих отношениях, зрелище не для слабонервных, – Дженсен продолжает говорить, одновременно делая начосы и доставая пиво из холодильника. – Бывают дни лучше, бывают хуже, но, знаешь, в общем и целом я не жалуюсь.

Джаред кивает и с наслаждением зевает.

– Не могу дождаться, когда начну работать. Страшно надоели тесты и домашние задания. Учеба уже в печенках сидит.

– Помню те денечки, – говорит Дженсен, испытывая прилив симпатии к откровенности парня. – Ты прав, пойдешь вкалывать, действительно станет лучше, так всегда бывает.

– Надеюсь. А то никакой жизни. Я сплю, ем, учусь, хожу на занятия, ишачу – и потом все по новой. Самый яркий момент на неделе – когда я прихожу к тебе.

– Да? А твои друзья? – спрашивает Дженсен. Сложно представить, что такого парня, как Джаред, не окружает толпа приятелей, повсюду за ним следующих или все время ему названивающих.

– Они тоже заняты под завязку. Мы все сейчас в таком положении. Трое или четверо пашут со мной в библиотеке, и это здорово, потому что я хотя бы вижусь с ними. А вот некоторым уродам работать не нужно, они живут на деньги богатеньких родителей. Вот у них куча времени на пьянки, гулянки. И знаешь, пошли они на хер, с ними я больше не зависаю вообще.

Дженсен впечатлен. Похоже, у Джареда есть голова на плечах.

– Ну, тебе осталось меньше чем год, верно? Не так уж плохо.

– Да, – соглашается Джаред, проводя рукой по лицу в явной попытке проснуться. – Но потом мне придется выплачивать ссуду на учебу. И все удовольствие снова превратится в дерьмо.

Раздается писк таймера, означающий, что начосы готовы. Дженсен достает их из духовки и оборачивается к Джареду.

– Хочешь утопить свои печали в чипсах и сыре?

Джаред усмехается и теребит пальцами волосы, словно пытаясь таким образом стряхнуть плохое настроение.

– Извини, что я разнылся. Обычно я не такой депрессивный хлюпик, просто неделя выдалась пиздецки длинной. С этой минуты все будет хорошо.

– Эй, чувак, я тебя понимаю. Несколько лет назад я был в точно таком же положении. Обещаю, скоро станет лучше.

– Наверное, – Джаред слегка улыбается и спрыгивает со стойки. – Пошевеливайся, дружище. Серия вот-вот начнется, а я не хочу, чтоб ты на мне срывал раздражение, если пропустим начало.

Дженсен входит в гостиную, пялясь на задницу Джареда, обтянутую джинсой. На Джареде поношенная рубашка из мягкой фланели, рука так и тянется погладить. Какое же блядство, что нельзя. Но двух мнений быть не может – даже просто приятельские отношения с Джаредом лучше, чем вообще никаких. А для остального сгодится какой-нибудь случайный парень, главное, чтоб не с работы. И пускай с возрастом их все сложней находить, не таскаясь по гей-клубам, – может, удача еще улыбнется Дженсену.

Они затихают, когда появляются титры, но, как только начинается самое интересное, Дженсен ёрзает на диване.

– Поставь на паузу, пойду отолью.

Джаред глубоко вздыхает, делая вид, что перерыв его раздражает, но затем хватает дистанционку, и, когда через минуту Дженсен выходит из туалета, он видит, что Джаред уже убрал пустые пивные бутылки и отнес в холодильник остатки неиспользованных продуктов. Боже, он милый, умный и чистюля к тому же. Идеальный.

Они опять устраиваются на диване, Джаред втискивается рядом с Дженсеном, чуть ли не прижимая того к валику, и в ответ на приподнятую бровь заявляет:

– Что? Отсюда лучше всего видно.

И ведь не поспоришь, действительно лучше. Дженсен старается не двигаться и буквально считает каждую из последних пятнадцати минут, надеясь вскоре сменить позу.

Посмотрев серию, Джаред уходит, сдерживая очередной зевок, и Дженсен, хотя и замечает, какой он уставший, все равно разочарован, что вечер оказался таким коротким. Укладываясь в постель, Дженсен размышляет, не придется ли ему ждать еще целую неделю, прежде чем он снова увидит Джареда.

И радуется как ребенок, когда выясняется, что не придется.

Изображение


На следующее утро Джаред сидит перед домом на крыльце и завязывает кроссовки, когда Дженсен выдвигается на работу – с кружкой кофе в руке и сумкой через плечо, полной папок с документами, которые он так и не посмотрел на выходных.

Изображение


– Привет! – тут же вскакивает Джаред и хватает рюкзак, стоящий у его ног.

– Здорово, – радостно отвечает Дженсен, стараясь несколько скрыть свой энтузиазм. Так выставлять напоказ свои эмоции не приносит обычно ничего хорошего. – Ты чего так рано подхватился?

– У меня назначена встреча с куратором группы. Через несколько недель начинается новый семестр.

– Да? А между семестрами у тебя каникулы?

– Если это можно так назвать. Приходится и работать, и читать рекомендованную литературу, но да, официально каникулы.

Они идут на принадлежащую комплексу парковку, и Дженсен открывает машину.

– Хочешь, я подвезу тебя до кампуса?

– Да не, у меня есть, на чем ехать, – и Джаред показывает на самый большой, самый грязный и самый плохонький грузовичок на парковке.

– Компенсируешь размером? – усмехается Дженсен.

– Я большой мальчик, мне нужен большой конь. Но что ты об этом знаешь, коротышка, – Джаред хлопает Дженсена по плечу и ловко уклоняется от встречного удара.

– Ух, тяжелая у тебя рука!

– Ой-ой-ой, какие мы нежные!

– Ты себе даже не представляешь! А пикап для студента вообще-то неплохой.

– Да, он стоил мне трех лет жизни. Сразу после школы пришлось устроиться официантом, чтобы откладывать деньги и на колледж, и на машину.

– Три года официантом? Должно быть, ужасно.

Джаред кивает и закидывает рюкзак в салон.

– Но не смертельно. Слушай, ты завтра вечером занят?

– Вроде нет, – внутри распространяется острое предвкушение. Какой я дурак, думает про себя Дженсен.

– По вторникам в «B&G» крылышки за полцены. Я собирался взять на ужин коробочек пять... но если ты присоединишься ко мне, то возьму десять.

– Десять?! Черт, мне тогда с пряным острым соусом.

Джаред поигрывает бровями, и это чистой воды флирт.

– Пряный и острый – прямо про меня.

Дженсен удивленно, но довольно хмыкает – всегда бы утро понедельника начиналось так классно.

– С меня пиво.

Изображение


Следующие полтора дня превращаются в сплошное мучение. Дженсен уже практически чувствует запах барбекю, но если он скажет, что крылышки – это все, чего он с нетерпением ждет… да нет, какой смысл врать самому себе.

Наконец он слышит, как, вернувшись домой, Падалеки захлопывает входную дверь, как сливает за собой воду в бачке – это неловко, но что поделать, трубы-то проложены между стенами. Самое сложное – выждать после этого еще двадцать томительных минут.

– Я принес только одну упаковку, шесть бутылок. Студенческая вечеринка, – Дженсен впихивает пиво Джареду в руки и проходит в гостиную. Расположение комнат такое же, как у него, но у Джареда совсем мало мебели, а то, что есть, наверняка из сэконд-хэнда. В углу маленький телевизор, весь пол завален книгами, на старом деревянном столе видавший виды лэптоп. Бумажные тарелки, непарные чашки. Дженсен прекрасно помнит, как много и упорно работал, чтобы иметь все то, что имеет сейчас, включая мягкий кожаный диван и кофеварку из нержавеющей стали, поэтому сочувствует Джареду.

– У меня нет занятий до завтрашнего полудня, чувак, а ты приносишь какую-то жалкую упаковку из шести бутылок? Что-то явно пошло не так.

– В холодильнике еще столько пива, что нам не выпить, но мне вставать завтра в несусветную рань, – говорит Дженсен. На столе уже стоят пять контейнеров с крылышками, и он с наслаждением вдыхает запах острого сладкого соуса. – Три мне и два тебе?

– Вторая попытка, – Джаред приносит из кухни рулон кухонной бумаги и садится.

– У меня всегда были проблемы со счетом, – ехидничает Дженсен и тоже устраивается за столом.

– И почему я тебе не верю... – поднимает Джаред бровь. – Ладно, раз ты разрешаешь мне бесплатно смотреть твой телек раз в неделю и есть твою еду, уступаю тебе первое крылышко.

Дженсен закатывает глаза, но все равно берет, раз предлагают.

– Ты фрик.

– Вовсе нет, – Джаред дурашливо округляет глаза, а потом спрашивает уже серьезно: – Погоди. Как ты понял?

– Просто дружеское наблюдение, – пожимает плечами Дженсен.

– В общем-то, это правда, – говорит Джаред, слизывая соус с большого пальца. – Хреново, что ты знаешь меня без году неделя, а уже просек. Хотя я регулярно вваливаюсь в твой дом, требую выпивки в виде пива и зрелищ в виде «Декстера», чем раньше ты поймешь, что я клинический лох, тем лучше для тебя.

– Ну и прекрасно! Я рад, что ты постучался именно в мою дверь. Честно говоря, я мало кого здесь знаю, поэтому все вышло отлично.

– Да? А как же коллеги или родственники, друзья там?

– Я не отсюда, семья живет в другом штате. И друзей я еще пока не завел. За исключением тебя, конечно же, – Дженсен игриво подмигивает. – А большинство других адвокатов на работе, без обид для них, какие-то придурковатые, без единого проблеска разума.

– А! – кивает Джаред понимающе. – И поэтому ты никуда не выбираешься.

– Я выбираюсь. Иногда. В супермаркет, например.

– О да, ясно.

Дженсен вытирает салфеткой рот и устраивается удобней, сытый и довольный.

– Что ясно?

– Ничего. Просто я слышу, когда у тебя открывается и закрывается дверь, и это происходит всегда в одно и то же время. Когда готовлю себе утренний шейк, слышу, как ты уходишь на работу. А когда занимаюсь, ты обычно возвращаешься, всегда одинаково, каждый вечер.

Дженсен вздыхает, раздосадованный, что настолько предсказуем.

– Захотел я тут как-то развлечься... Выбрался... Все пошло по пизде.

– О-о. А куда ты ходил? – хмурится Джаред.

– Ммм... Да есть тут одно место, на Второй улице. «Запад» называется, по-моему.

– Ты имеешь в виду ночной клуб «Запад»? – спрашивает Джаред со смешком. – Тебе не следовало ходить туда одному, чувак. Там нужна компания. И, кстати, ты в курсе, что там тусуются геи?

Дженсен отводит глаза и прокашливается.

Джаред берет пиво и делает большой глоток. И тут до него доходит. Улыбка исчезает, повисает продолжительное молчание.

– О! Не знал... Я просто... Ого, но только...

– Что «только»?

– Ты же совершенно не похож на гея, – говорит Джаред и тут же зажимает рукой рот.

Дженсен откидывает голову и громко смеется.

– Спасибо, сочту за комплимент. Выгонишь меня теперь из дома?

– Нет, – глаза у Джареда сужаются, но Дженсен не уверен, оттого ли это, что он действительно оскорбился. – Я не мудак-гомофоб.

– Ну и отлично, – Дженсен улыбается и чокается с Джаредом бутылками. – А то я уже испугался, что придется надрать тебе задницу и, улепетывая, стащить остатки крылышек.

– Попробуй только украсть мои крылышки, и я надеру твою задницу, – говорит Джаред и добавляет, понижая голос, словно ему тяжело в этом признаваться: – У меня сестра лесбиянка. И я вообще-то в курсе, с каким дерьмом ей приходится сталкиваться. Так что, нет, я не гомофоб.

– Я и не говорил, – быстро отвечает Дженсен. – Но никогда не знаешь наверняка. Не люблю рисковать.

Джаред кивает и допивает свое пиво.

Дженсен громко сглатывает во время очередной паузы, лихорадочно придумывая, что бы сказать. Выходит не очень.

– Значит, твоя сестра лесбиянка? Сиськи любит. Горячо.

Джаред кривится, но в итоге у него получается выдавить улыбку.

– Чувак, это вульгарно.

– Да щас прям. Даже я знаю, что лесбиянки горячие штучки. Надеюсь, она не похожа на мужика. Хотя, если твоя сестра в команде по софтболу, то тогда без вариантов – она брутальный мачо.

Джареду даже не приходится сильно наклоняться над столом, чтобы двинуть Дженсену по руке.

– Заткнись, ты забыл, что говоришь о моей младшей сестренке?

– Эй! Ладно, окей. Я знаю, когда лучше заткнуться, – Дженсен широко улыбается и протягивает ему еще одно пиво, предлагая мир. – А если серьезно, ты в близких отношениях с семьей?

– Ага. Раз в неделю говорю с мамой по телефону, она делится последними семейными сплетнями. Только вижусь с ними не так часто, как хотелось бы, но, надеюсь, после окончания учебы выберусь навестить их.

– А где они? – спрашивает Дженсен.

– В Калифорнии. Переехали туда несколько лет назад из Техаса.

Дженсену очень нравится смесь родного техасского акцента и калифорнийских ноток в голосе Джареда, теперь он знает, откуда это.

– А-а! А мои все в Техасе.

– Часто с ними видишься?

– Не-а.

– А чего уехал оттуда?

Дженсен глубоко вздыхает и собирает пустые коробочки из-под крылышек, отыскивая глазами мусорное ведро. Взгляд скользит к кухонному окну, и внезапно он понимает, что у Джареда гораздо лучший вид, чем у него. Гряда холмов, вдали переходящая в настоящие горы, голые деревья в окружении желтых и оранжевых листьев на земле.

– Дженсен! Я задал какой-то бестактный вопрос? – голос Джареда возвращает его в реальность.

– А, да нет, – может быть, ему следовало солгать. – Ну, что-то типа того. Просто с бывшим расстались не очень хорошо. Наверняка знаешь, как это бывает.

Джаред смущенно морщит нос.

– Извини. Все так ужасно?

Пожимая плечами, Дженсен достает еще одну бутылку и проходит мимо Джареда в гостиную. Садится на повидавший виды диван и откидывается. Он уже очень давно не вспоминал о Ноа, старая боль еще гнездится около сердца, обжигая внутренности резкой вспышкой, когда Дженсен думает о прошлом.

– Все и так было не очень хорошо, а под конец просто отвратительно, – признается Дженсен. – Я-то думал, что он тот единственный, с кем проживу всю свою жизнь. Носился со своими идеями, намечал отпуска. Страны, маршруты, перелеты, отели. Полностью все финансировал. Я хотел весь мир с ним объездить.

– Здорово, – мягко говорит Джаред и, убрав книги с потрепанного кресла, садится.

– Глупо. Это все было глупостью, он не хотел путешествовать. Он хотел семью, парочку детишек, собаку и белый заборчик. Мы хотели разных вещей и не знали, что планировать будущее надо в настоящем. Думали, что мечтаем об одном и том же. А потом стало поздно.

– Сколько вы были вместе?

– Около пяти лет. Три года были просто отличными, а последние два мы провели, притворяясь, будто у нас общие цели в жизни. Блядь, да мы только и делали, что все время ругались.

– Ой-ой-ой, – бормочет Джаред. – И здесь ты захотел начать с чистого листа? Почему ты выбрал Ларкспур?

– После того как мы расстались, я не хотел сбегать. Но городок наш крошечный, все друг друга знают. В собственном доме я чувствовал себя, как в гребаной тюрьме. Никуда не ходил, потому что не хотел рисковать и столкнуться с ним на улице. А потом здесь открылась эта фирма, я отослал им резюме, и меня взяли. И может быть, я скоро даже стану партнером, – Дженсен не упоминает, что никогда раньше не работал так упорно, хватаясь за любые дела, чтобы только не вспоминать о Ноа и не думать о том, при каких обстоятельствах ему пришлось принять самое сложное решение в жизни.

Ну и что, что Ноа хотел детей. Разве это плохо? Один или два спиногрыза, носящихся по дому, не означают конец света. Но, блядь, это совсем не то, чего хотел сам Дженсен. Конечно, в глубине души он понимал, что это эгоистично с его стороны. Но нельзя заставить человека отказаться от мечты – и он мечтал, чтобы рядом был кто-то, кто жил бы с ним и ждал каждый вечер после работы, кто бы любил его и путешествия и был согласен уезжать из дома каждые выходные. И теперь, когда он знает, как может быть больно от разбитых иллюзий, ему совершенно не хочется рисковать и искать то, чего не существует. Да и путешествовать ему тоже больше не хочется.

– Эй, – Джаред дотрагивается до ноги Дженсена своей. – Давай я надеру тебе задницу в «Марио Карт»? Поверь, после этого ты почувствуешь себя гораздо лучше.

– Ну конечно, умник, – ворчит Дженсен и, взяв контроллер, пересаживается на пол, поближе к небольшому телевизору. – На седьмом небе от счастья я окажусь, только пробив брешь в твоем непомерном самомнении.

– Готово!

Дженсен откидывает голову на диван и наблюдает, как Джаред подключает игровую приставку, оттопыривая идеальный зад всего в нескольких футах от его лица.

Чумовой вид.


Последний раз редактировалось I, Kryssa 25 дек 2017, 17:08, всего редактировалось 1 раз.

25 дек 2017, 15:09
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


После Хэллоуина Джаред с головой уходит в учебу, и результат не заставляет себя ждать: он на «отлично» сдает очень важный письменный тест и получает высшие оценки за доклады, над которыми корпел целую неделю. Чтобы отпраздновать, они выбираются в бар неподалеку, и Дженсен думает, что это последнее место, где можно наткнуться на знакомых, но, по закону подлости, они тут же сталкиваются с его коллегами и однокурсниками Джареда. Их растаскивают в противоположные стороны, забирая каждого в свою компанию, и Дженсену приходится в очередной раз участвовать в надоевшей до чертиков беседе. Его коллеги – скучные мужики с залысинами, вдобавок ко всему не умеющие нормально рассказывать анекдоты. У Дженсена такое ощущение, что они пришли сюда, лишь бы только не возвращаться домой к своим женам, и это жутко напоминает тех самых клиентов, интересы которых он представляет.

Джаред находит его через полчаса, кладет руку на плечо и уводит к барной стойке. Специально становится к однокурсникам спиной и, заказав два пива, протягивает одну бутылку Дженсену.

– А чего ты ушел от своих ребят?

– То, что они учатся со мной на одном потоке, не делает их автоматически приятной компанией. С тобой интересней.

– Тогда пообещай, что придешь на помощь, если вон те юристы снова начнут звать
меня за свой столик. Боже милостивый, какие же они зануды.

– Будет сделано, – и Джаред, как бы подкрепляя обещание, касается своей бутылкой бутылки Дженсена, стоящей перед ним. – Но есть идея получше: допиваем по-быстрому, сваливаем отсюда к чертям собачьим и продолжаем пить у меня.

– Разве не странно, что друг друга мы не бесим и не напрягаем? – спрашивает Дженсен, отпивая глоток, и оглядывает все остальные группы парней в баре, раздражающе громогласные. – При том, что лично мне хочется дать в морду каждому, с кем я здесь пообщался.

– Отлично сказано, – смеется Джаред. – Странно, жестоко, но честно. Большинство людей так и так являются невыносимыми задницами, поэтому я тебя понимаю. Кстати, подожди немного, я тебе тоже еще нервы помотаю.

Дженсен уверен, что этого не случится, но спорить не желает, поэтому молча наблюдает, как Джаред допивает свою бутылку, зависая на его губах, влажных от пива, ярко-красных, мягких. От желания целоваться внутренности скручиваются в тугой узел.

– Что? – вскидывается Джаред, замечая взгляд, буквально приклеенный к его рту. – Что-то застряло? – И, улыбаясь, начинает ковыряться в зубах.

Это моментально разрушает всякую привлекательность, и Дженсен усмехается, отрицательно качая головой.

– Ну и хорошо. Слушай, раз мы теперь вроде как не разлей вода, надо придумать какой-нибудь статус, типа «закадычные друзья» или «друзья-до-гроба». Будем делиться друг с другом секретами, заплетать косички и красить ногти.

У Джареда подрагивают ресницы, и все это просто нелепо.

– Началось! Ты правда решил помотать мне нервы? Беру назад все, что сказал до этого. Я и близко не подойду к твоим ногтям, даже если ты мне заплатишь.

Джаред в шоке, сначала открывает рот, затем хмурится.

– Придется, если тебе важна наша дружба. Или уже передумал быть моим другом?

Конечно, Дженсен не передумал. И не передумает. Он согласен на все, что Джаред может ему предложить, и, возможно, всегда будет хотеть большего.

– В общем, так, взрослый ребенок. Ты просто-напросто гигантская девчонка.

Джаред издает счастливый вопль и широко скалится во все тридцать два. Дженсен только качает головой и смеется.

– Эй, Джаред, отгадай: кто старый лучше двух новых?

– Кто?

– Друг.

Джаред откидывает голову и ржет так заливисто, что половина посетителей бара не могут взгляда от него оторвать.

Но вот он наконец успокаивается и наклоняется к Дженсену совсем близко:

– Вау, Дженс, это было по-настоящему романтично. Ты случайно стихи не пишешь? И кто из нас теперь девчонка?

Дженсен просто пожимает плечами. Да пожалуйста.

Изображение


Неделя бежит за неделей, и Дженсен в какой-то момент осознает, что давно уже не слышит ни стонов, ни стука изголовья кровати об стену. Возможно, у Джареда период воздержания или он просто по уши в учебе.

Не то чтоб это было чем-то очень важным, просто Дженсен отмечает этот момент и запоминает.

Джаред все так же приходит каждые выходные посмотреть «Декстера», но этим и ограничивается. Его расписание забито до предела из-за приближающихся экзаменов, и, когда он заскакивает на неделе, Дженсен замечает, какие следы оставляет стресс. Нервозность в каждом движении, морщины на лбу, исчезает беззаботная улыбка, а глаза перестают излучать энергию.

Дженсен хорошо помнит те безумные дни: жизнь состояла из зубрежки, лекций, поесть впопыхах, поспать хоть час. И так изо дня в день. За исключением того, что рядом с Дженсеном был Ноа, который помогал ему преодолеть трудности последнего курса: всегда готовый сделать массаж, чтобы голова не раскалывалась, сбегать за кофе, приготовить ужин и поменять постельное белье – готовый на все, до чего у Дженсена тупо не доходили руки. Блядь, да он думать о бытовых мелочах не мог! И видеть, как Джаред справляется с этой ситуацией в одиночку, даже без поддержки родителей, – больно.

Поэтому Дженсен решает, что парню не помешала бы помощь. С другой стороны, он не хочет быть неправильно понятым и предлагает ее таким образом, чтобы Падалеки не просёк, что у него на уме.

В самой большой кастрюле, которую находит на кухне, Дженсен готовит чили, одновременно запекает в духовке какое-то непомерное количество кукурузы и стучится в соседнюю дверь.

– Привет, Дженсен, – Джаред произносит это со вздохом облегчения, наверняка рад, что отвлекся. Он выглядит изможденным, волосы взлохмачены, одежда измята и вся в складках.

Дженсен улыбается, хочет стиснуть его в объятиях, но вместо этого просто протягивает пакет с едой.

– Привет! Я тут приготовил слишком много для одного. Подумал, что ты, может, захочешь поучаствовать.

– Ты серьезно? Пахнет зашибись как, – Джаред забирает пакет и двигается на кухню, приглашающе оставив входную дверь открытой. – Я готов уже лапу сосать, жрать хочу – умираю, но не могу прерваться, сегодня надо закончить бизнес-план для исследования.

– Какого? – спрашивает Дженсен, оглядывая захламленную гостиную, книги на полу, разбросанную повсюду одежду.

– Финансовый анализ предприятия с использованием годовой отчетности, – Джаред набирает полную ложку чили и пробует. – Ммм, какая фкушнятина.

Дженсен тихо смеется и подбирает грязную футболку с кофейного столика.

– Рад, что тебе нравится. У меня еще полкастрюли дома стоит. На случай, если ты проголодаешься через пару часов.

– Правда? Ну спасибо, друг, – Джаред широко, искренне улыбается и закидывает руки за голову, задирая рубашку и открывая взгляду плоский живот. – Вообще-то, надо периодически делать перерыв, а то я занимаюсь целыми днями.

– Тогда я пойду, не хочу отвлекать тебя, возвращайся к работе, – у двери Дженсен замедляет шаг, словно хочет что-то сказать, и Джаред чувствует его нерешительность.

– Дженсен, что?

– Слушай, может, это прозвучит странно, но я хорошо помню, какими жуткими были последние недели перед экзаменами. Если тебе что-нибудь понадобится, ну, чашка кофе там или еще что, просто знай, я рядом. И ничем не занят, – добавляет он, ухмыляясь.

От предложения Джаред просто сияет.

– Кофе звучит отлично. Может, через часик? Или полтора? Тогда мне точно понадобится перерыв.

– Конечно, я у себя. Увидимся.

Нарочито спокойно Дженсен возвращается к себе – и это реально требует усилий, потому что ему хочется пуститься в пляс от радости. Здорово снова быть нужным, помогать кому-то, даже если нет ничего банальней чашки кофе. Это напоминает ему о том времени, когда он был счастлив и готов разделить это счастье с другим человеком. И даже если то, что он испытывает сейчас, – ложная надежда, глупая фантазия, это ощущение закручивается в желудке сладким теплым вихрем – трепетом, которого он не чувствовал уже долгое время.

Изображение


Перед праздниками Джаред сдает экзамены, и они практически не видятся. Он получает очень высокие оценки и узнает от куратора, что при таких успехах диплом ему может быть выдан на семестр раньше, если он согласен. Недолго думая, Джаред подписывает необходимые бумаги и на День благодарения собирается в Калифорнию навестить маму, планируя остаться у нее до Нового года. Это последний визит домой перед началом новой жизни.

Дженсена огорчает предстоящий отъезд, но он заставляет себя вымучить довольную мину. А когда Джаред за день до самолета протягивает ему лист бумаги с номером телефона, у него даже получается улыбнуться.

– Ну, знаешь, это на случай, если у меня пожар начнется или что-то в этом роде, и для таких экстренных ситуаций мне нужен и твой.

Они обмениваются номерами, Джаред заграбастывает Дженсена в медвежьи объятия и уходит паковаться.

– Хорошо провести праздники, Дженс. Порадуй себя, выберись куда-нибудь, – оборачивается он на пороге, подмигивает и намекающе шевелит бровями. – Может, попробуешь кого-нибудь завалить.

– Дурачина, – Дженсен дружески хлопает Джареда по спине и не сразу убирает руку.

Месяц без Джареда превращается в череду бесконечно длинных дней, и Дженсен старается гнать от себя мысли о глупом соседстве и парне, к которому привык. Он должен думать о действительности – о том, что пора выбираться из скорлупы, заводить знакомства, за окном ждет целый мир! Но так не хочется отправляться в далекое путешествие без карты с уже проложенным маршрутом. Без спутника, который помог бы выбрать кратчайшую дорогу и подтолкнул в верном направлении. Но в его жизни есть только один человек, с которым неизвестность кажется менее пугающей. И Дженсен обещает себе дождаться возвращения Джареда и уже с ним чаще тусоваться.

А пока он получает от Джареда смс-ки, обычно раз в несколько дней.

В Калифорнии слишком много народу. Ездить они не умеют. Дорожное движение – отстой.

С мамой я тут точно рехнусь. Когда вернусь, тебе придется поместить меня в писхушку. Удачи с выпечкой.

Моя сестра в команде по софтболу! И все равно она не бруталка... Ладно, может, совсем немного, раз только что мне врезала.

Знаешь кофейню на Брайэр Хилл?Вот где настоящий латте, не то что здесь.

Скучаю по дому.

Скучаю по тебе.


Последнее сообщение приходит в канун Нового года и оглушает Дженсена так сильно, что он впадает в ступор. Он знаком с парнем всего несколько месяцев и уже готов увлечься. Главное – не забывать, что можно больно упасть. Проходят три долгие минуты, прежде чем Дженсен набирает ответ.

Я по тебе тоже.

Изображение


– Я дома!

Дженсен оставил свою входную дверь открытой именно по этой причине. Он знал, что Джаред захочет громко возвестить о своем возвращении, и не хотел это пропустить.

– Здорово! Как долетел?

– Ну, я чувствовал себя как крендель в духовке, но в остальном неплохо. А как здесь дела? Как ты? Та старушонка напротив еще жива? Боже мой, такое ощущение, что я пропустил все на свете. Как поживает...

– Джаред, – смеется Дженсен. – Серьезно, чувак, все своим чередом, все по-старому. Честное слово, ничего важного ты не пропустил.

– Правда? – хмурится Джаред и сужает глаза. – А этот новый фильм, «Повелитель стихий», ты уже посмотрел? Без меня?

– Нет. Я же сказал, что мы сходим на него вместе, дурачина. Поэтому ни с кем не пошел, тебя ждал.

– Тогда ладно.

Невооруженным глазом видно, что он очень доволен.

– Как съездил? – спрашивает Дженсен. Он достает две чашки и разливает кофе. – Как мама? Как семья?

Джаред плюхается на диван и, сняв ботинки, водружает свои лапищи на журнальный столик.

– Знаешь, не очень хорошо. Мама плохо выглядит. После смерти отца прошло уже четыре года, и я, если честно, ожидал, что за это время она придет в себя. Но теперь мне кажется, что она здорово сдала, у нее депрессия. Видеть ее такой очень тяжело, – Джаред проводит рукой по лицу.

– Она одна живет?

– Сейчас да. Для меня слишком дорого перевозить ее сюда, но скорее всего старший брат возьмет ее к себе на какое-то время. Она, конечно, с большой неохотой уедет из дома, который они с отцом построили. Но мы просто не знаем, что тут можно еще сделать.

– Все утрясется, Джей. Уверен, все будет в порядке.

Джаред закрывает глаза и делает глубокий вдох, головой откидываясь на спинку дивана.

– Так классно снова быть дома...

Дженсен ободряюще хлопает его по плечу и идет на кухню за очередной чашкой кофе. Дома. Боже, как бы он хотел, чтобы у них был один дом на двоих.

– А у меня новости... – вернувшись, начинает Дженсен.

– Ммм? – кажется, Джаред дремлет, и теперь Дженсен чувствует уколы совести, что не дал ему поспать с дороги.

– На прошлой неделе меня сделали партнером.

– Да ты что! – в секунду Джаред снова бодр и свеж. – Дженс, это же супер! Поздравляю, чувак! Чего сразу-то не сказал? И какие последствия у этого повышения? Ты и так работаешь на износ. Подожди, тебе же не придется переезжать? Потому что если придется, то это будет жопа.

– Нет-нет, переезжать в мои планы не входит, – смеется Дженсен. Ему так хочется зарыться рукой в волосы Джареда, а не чинно сидеть рядом с ним. – Просто рабочий день станет длиннее, больше ответственности, больше денег. Чаще придется ездить в командировки. Обычное дело.

– А можно мне оставаться здесь ночевать, когда тебя не будет в городе? Твой дом лучше моего, – Джаред расслабленно съезжает спиной по диванным подушкам и зевает от души.

– Они совершенно одинаковые.

– У тебя лучше.

Ладно, это правда. У Джареда не дом, а свинарник.

– Ты можешь быть у меня сколько и когда хочешь, – кажется, говорить, что думаешь, не следует.

Джаред снова зевает и встает.

– Пойду в душ и баиньки. Неделя будет тяжелая.

– Когда начинаешь работать?

– В понедельник. Поверить не могу, что мне дали место секретаря. У меня законченное образование, а меня ставят на один уровень с подростками, которые стригут газоны, чтобы не клянчить у родителей карманные деньги.

– Все мы так начинали, Джей. Я уверен, это на пару месяцев, не больше, – говорит Дженсен, провожая Джареда до двери.

– Наверное, ты прав. А тебе когда вступать в должность партнера, трудоголик-ударник?

– Уже. Все прошло очень быстро, несколько недель назад один из старших юристов вышел на пенсию, и я занял его место.

Джаред кивает и снова зевает. Обнимая на прощанье, двухметровый йети всем своим весом обрушивается на Дженсена, и тот чувствует себя рыбой, выброшенной на берег. Еще один вздох, и Джаред медленно отпускает Дженсена, прижимаясь носом к его виску.

– Как же здорово вернуться домой.

Изображение


Дженсен проносится мимо распахнутой двери Джареда и кричит:

– Извини, я опоздал! Пропустил какой-нибудь стоящий удар? – он запихивает ключ в замок, возится несколько секунд, не сразу открыв, и, как только переступает порог, бросает свой рабочий портфель на стул.

– Не! – улыбается Джаред, в этот момент появляясь с полной гамбургеров тарелкой на крыльце. – Но вообще ты обещал прийти вовремя, чудище!

– Знаю. Прости. Никак не мог уговорить клиента без суда согласиться на требования жены. Потом приперся этот урод из почтового... Похоже, он вычислил, что я гей, пялился на меня похотливыми гляделками, словно я кусок мяса, и все время отвлекал своими плоскими шуточками, пока я не вышвырнул его из кабинета. Но в итоге я все равно ничего не успел сделать, потому что накрылся медным тазом компьютер – завис и никак не желал перезагружаться, блядь, и это прямо перед тем, как я собрался ехать домой. А мне позарез нужны были эти гребаные договоры...

– Дженсен, чувак, просто дыши, ничего не случилось, – Джаред хлопает его по плечу. – И включи телек, ладно? Игра как раз начинается.

Дженсен бы и дальше жаловался на ужасный рабочий день, но, кажется, Джареду это совершенно не интересно. Зачем ему слушать о мудиле, который роется в его почте, или о том, что принтер зажёвывает страницы. Дженсен вспоминает «остекленевший» взгляд Ноа, появлявшийся, когда Дженсен возвращался домой после учебы и говорил-говорил-говорил: о соглашениях по урегулированию имущественных вопросов, бесконечных тяжбах, судебных разбирательствах – обо всем, что вычитал и выучил за день. Лишь теперь Дженсен осознает, насколько скучно было с ним Ноа. До зевоты.

– Да. Черт. Прости. Я включаю телек, захвати пиво из холодильника.

Джаред садится на диван с салфеткой, заправленной за воротник рубашки, и откусывает приличный кусок гамбургера. Разумеется, кетчуп брызгает во все стороны, но это так по-джаредовски, что у Дженсена сразу же поднимается настроение.

– Беспросвет и литры дерьмового кофе?

Дженсен ухмыляется, когда Джаред закатывает глаза, ведь даже если никто не хочет слушать его жалобы на дерьмовый день, он с удовольствием послушает, как дела у Джареда.

– О боже, не заводи меня. Хочешь знать, почему я так устал? Да потому что я провел десять часов, ничерта не делая! Пять раз, задремав, я едва не пробил башкой стол. Выпил двадцать чашек кофе. О! И сегодня я вскрывал почту. Совершенно новый опыт, это было захватывающе, – Джаред скрещивает ноги и ерошит волосы. – Я клянусь, чувак, если они не дадут мне в ближайшее время проект по специальности, я свалю оттуда.

– Постарайся удержаться там. Покажи, на что ты способен, – советует Дженсен.

– Я не привык болтаться без дела. Мне не хватает чувства занятости, – пыхтит Джаред.

– Ты жаловался на домашние задания и учебу в режиме нон-стоп.

– Ха, я надеялся, что появившееся свободное время мы будем тусоваться вместе, но нет, тебе приспичило согласиться на партнерство, и важной работы стало выше крыши.

Все как обычно, думает Дженсен, перемена мест слагаемых. Теперь у Джареда есть время болтаться неизвестно где, а сам он по уши в делах. В воздухе повисает напряжение, поэтому Дженсен решает разрядить обстановку.

– О да. Отбиваться каждый раз от Честера, стоит зайти в почтовый отдел, реально важная работа.

– От Честера? – смеется Джаред. – Честер хочет твоего тела! – театральным шепотом говорит он, но затем быстро отвлекается на телевизор: – Фамбл! [2] Мяч потеряли, ты видел?

– Да мы уже почти выиграли, – чуть ли не рычит Дженсен и тоже закидывает ноги на столик. Джаред сталкивается с ним стопой и наконец ощутимо расслабляется. Отлично. Хватит думать о работе, какая бы важная она ни была, в данный момент его приоритет – Джаред.

Еще несколько минут они не отрываясь смотрят игру, а затем Джаред снова начинает болтать, не в состоянии сидеть молча.

– Расскажи, что еще сегодня у тебя произошло.

– Да так... – Дженсен думает о новом клиенте, которого представляет, и в душе жалеет его жену. Мудачина-муж подал на развод, поскольку она не может забеременеть. Впрочем, Дженсен не хочет показаться занудой и уж тем более не хочет, чтобы с лица Джареда исчезала улыбка. – Ничего особенного.

Джаред снова обращает все внимание на экран и подкидывает дистанционку.

– Какие-нибудь планы на выходные?

– Вообще-то ложусь под нож, – говорит Дженсен серьезным тоном. – Обширная полостная операция в субботу утром.

– Да ты что?! Правда? Что случилось? – внезапно забытый, пульт падает на диван, а Джаред становится похож на настороженного фокстерьера.

Дженсен улыбается и, приоткрыв рот, тычет в нижний ряд зубов .

– Коронку ставлю.

– О! Пффф... – Джаред закатывает глаза и еле слышно ругается, называя чье-то поведение ребяческим. – Тебя надо лишить мармеладных мишек.

– С ума сошел? Только с ними я могу пережить день.

– Не, один мармелад отвратительно. А вот если к нему закинуть еще горсточку «скиттлз», во рту просто экстаз.

О, с каким удовольствием Дженсен бы поэкспериментировал с Джаредом и его ртом.

– Когда тебе к врачу?

– В восемь утра. К счастью, я нашел зубного, который раз в месяц принимает по субботам, – Дженсен потягивается и подавляет зевок, совершенно разбитый после утомительной недели.

– Если будешь чувствовать себя нормально в воскресенье, сходим в кино?

– Да, отличная идея, – Дженсен сам удивляется, как же он устал. Зря он сел, надо бы подняться и немножко походить, размяться. А то можно вырубиться не сходя с места.

– Дженс? Да ты сейчас уснешь прямо на мне, приятель.

– Не-а.

– Лжец.

– Ммм... Может быть... – голос еле слышен, и Дженсену уже становится немного неловко. Но затем он чувствует, как Джаред кладет ему руку на голову – всего на полсекунды – и нежно поглаживает. Лениво досматривая игру, Дженсен борется с желанием закрыть глаза и наслаждается уютной тишиной.

Изображение


В субботу Дженсен проводит почти два часа с открытым ртом, полулежа страдая в стоматологическом кресле. Под конец боль пронизывает всю нижнюю челюсть, медленно, но верно переходя в мигрень.

Отстойное начало выходных.

Однако когда он возвращается домой, Джаред уже ждет его с широкой улыбкой на лице и большой порцией черничного коктейля.

– Сам приготовил!

Дженсен пытается вымучить ответную улыбку, пока не понимает, что ничего не получится из-за онемевших губ.

– По-моему, я сейчас просто сдохну.

– Принести адвил? – спрашивает Джаред, хвостом следуя за Дженсеном по комнате.

– Да, пожалуйста, – Дженсен дошаркивает до дивана и валится на него, стараясь по возможности удобнее устроить подбородок.

Откуда-то Джаред точно знает, что Дженсен хранит лекарства в шкафу рядом с кофейными чашками.

– Вот. Держи.

– Спасибо, – Дженсен глотает таблетки и закрывает глаза. – Тебе, что, нечем заняться на выходных?

– Не-а. Все мои друзья тоже закончили учебу и поразъехались кто куда. Или нашли настоящую работу. Или завели семью. А я завис тут по соседству с твоей задницей.

– Сочувствую, – Дженсен зарывается в подушку.

– Я сам себе сочувствую. От тебя никакого толку сейчас. И мне придется переться в тренажерку, ведь ты не можешь меня развлечь.

На этот выпад Дженсен даже открывает глаза.

– Я тут от боли, между прочим, мучаюсь, имей хоть капельку сострадания.

Джаред вздыхает и накрывает Дженсена пледом.

– Это того стоило: у тебя сейчас жемчужно-белые красивые зубы, а любая боль проходит. Хочешь, я сделаю что-нибудь, чтобы тебе стало легче?

Много чего хочется Дженсену, но его фантазии озвучке не поддаются, поэтому он отрицательно качает головой, жалобно хмурясь.

– Тебя все равно вырубает, пойду-ка я, – решает Джаред. – Дай знать, когда сможешь нормально разговаривать и не пускать слюни. Совсем не сексуально, мужик.

Дженсен показывает ему средний палец, чувствует легкое похлопывание по руке, а затем смешок – уже где-то на пути к выходу.


____________________
[2] В американском футболе: игрок нападения теряет мяч (делает фамбл - fumble), и игрок защиты подбирает его.

Изображение


Оказывается, что насчет друзей Джаред соврал: они есть и регулярно зовут играть в баскетбол в парк. Невероятно горячее зрелище, когда высокие атлетичные парни, вспотев, скидывают футболки, вынуждая Джареда сбросить свою. Ебаная задница.

Джаред ноет, что им позарез нужен шестой участник, и на несколько игр Дженсен присоединяется к команде, стараясь не обращать внимания на пристальные взгляды, и даже провоцирует парней, когда предоставляется возможность. Он так долго держит мяч, как только позволяют правила, фолит и потом просто смеется, словно все это ненарочно. Джаред, конечно, не ведется, он сразу въезжает, что к чему.

Вечернее солнце светит Дженсену в спину, когда они, проведя несколько часов на площадке, возвращаются домой. Подняв солнечные очки на лоб, Джаред ведет баскетбольный мяч по тротуару, футболка застряла на резинке шорт.

Изображение


– Чувак, ты же понимаешь, что этого никогда не будет?

– О чем ты? Чего никогда не будет?

– Ну... – Джаред почесывает лоб. – Погоди, я должен сформулировать это поделикатнее.

– Да ладно тебе, говори напрямую. Я не обижусь, – Дженсен подхватывает мяч и крутит его на указательном пальце. Неплохой приемчик.

– Среди моих друзей нет геев.

Дженсен косится в его сторону, все еще пытаясь контролировать мяч.

– Ты в этом уверен?

– У Крейга девушка еще со школы. Арон женат. Рик помолвлен, а Ник просто редкостный мудак, так что даже если он и гей, тебе не стоит с ним встречаться.

Это правда. Крейг невероятно красив: загорелая кожа, карие глаза, темные волосы. Дженсен был бы не прочь сходить с ним на свидание, если бы не звон свадебных колоколов, который слышен за милю. Арон, отличный баскетболист и рубаха-парень с золотым кольцом на безымянном пальце правой руки. Рик неглупый, интересный, но с ним не получается поговорить нормально, он только ноет, какие безумные нынче цены на цветы и каким дорогим выйдет медовый месяц. Ну а Ник просто злобный ублюдок.

– Хорошо, – бормочет Дженсен и откидывает мяч обратно Джареду. – Но это не значит, что я не могу пытаться время от времени, ясно? – Он улыбается широко и лукаво, пытаясь за смехом игнорировать брошенный на него взгляд.

– Слушай, если хочешь пофлиртовать, я к твоим услугам, – говорит Джаред. – Вероятно, я даже не просеку, что происходит, а если и врублюсь, то обещаю не бить твою смазливую морду.

Ну уж нет, Дженсен никогда не опустится до такого. Ну, по крайней мере, пока нет.

– Помимо этого, нам надо устроить тебе какое-нибудь развлечение, – Джаред обхватывает Дженсена потной рукой за плечи. – Иначе твой член усохнет от бездействия и отвалится.

– Эй, ебанат-недоучка, не собираюсь обсуждать с тобой мой член. И ты прав – я хочу трахаться, но не хочу драмы по этому поводу. К моему большому сожалению, я не глуп и понимаю, что нельзя получить одно без другого.

По вполне понятным причинам Дженсен не договаривает. Он хочет трахаться – с Джаредом. Хочет регулярного секса и не хочет мозгоёбства, если быть предельно откровенным. Но когда в жизни Дженсена было так, как он хочет?

– Конечно, можно, – говорит Джаред, все никак не убирая тяжелую руку. – Тебе просто нужно найти подходящего парня. И где-то наверняка такой чувак есть. Умственно отсталый? Или, может, урод...

– То есть вылитый ты?

– Вчера твоя мама назвала меня умницей.

– Уебись, – Дженсен отталкивает Джареда, но тот не сдвигается с места ни на дюйм, чертова кирпичная стена.

– Ага, как только, так сразу! – на этот раз Джаред трет руку, когда Дженсен ударяет его.

К этому времени они уже подходят к дому, и Дженсен достает ключ из своего ботинка.

– Не понимаю, почему ты так озабочен моей сексуальной жизнью, когда тебе нужно беспокоиться о своей собственной.

– Слушай, да на меня все цыпочки слюни пускают, – Джаред вытягивает руки над головой и потягивается, мышцы бугрятся, становятся видны кубики.

Дженсен закатывает глаза и проходит на кухню за водой.

– Угу. Только не было в последнее время никаких цыпочек.

Нагнувшись, Джаред что-то ищет в холодильнике Дженсена и внезапно замирает.

– Откуда ты знаешь?

– Ну... Стены в этом доме не такие уж толстые, Джей, – и затем Дженсен наносит решающий удар: имитирует звук скрипящего матраса. До Джареда доходит, что означать это может только одно.

– Ты серьезно сейчас? – лицо его мгновенно заливается краской, рот в шоке приоткрывается. – Скажи, что ты шутишь.

Дженсен надолго приникает к бутылке с водой, а напившись и удовлетворенно вздохнув, подталкивает Джареда к гостиной.

– Совсем даже не шучу.

– Что ты слышал?

Вытягиваясь на диване, Дженсен откашливается и выдает по максимуму:

– Ооооо, Джаред, о да, детка, да, блядь, я близко, ты такой охуеееееный, о боже, еще, о ГОСПОДИ!!!

Джаред потрясенно качает головой.

– Эрика. Один в один.

– Ты очень тихий, когда занимаешься сексом, – несет Дженсена. – Тебе неплохо бы научиться отпускать себя. От тебя я не слышал ни звука. – Он снова врет, на сей раз, чтобы не усугубить и без того пикантную ситуацию.

– Да-да, прям сейчас этим и займусь, сэкс-перт. Пиздец, мне так неловко.

– Брось. Что действительно неловко – это изголовье кровати, бьющее по стене. Вот это действительно безобразие.

– Ладно, – Джаред закрывает Дженсену рот рукой и плотно прижимает. Затем заползает на кресло. – Давай на этом остановимся.

Дженсен хмыкает.

– Прости. Если честно, это было всего несколько раз. Не заморачивайся. Знаешь, что на самом деле ужасно? Слышать, как трахаются твои родители в комнате прямо над тобой. От этого остается моральная травма на всю жизнь.

Джаред вздрагивает и притворно шлепает себе по рту.

– Отстой.

– Так куда же делась Эрика? – спрашивает Дженсен, неуверенный, хочет ли знать правду. Раньше Джаред никогда не рассказывал о бывших подружках, это вроде как новая территория, вступить на которую, однако, интересно. К тому же с Джаредом ему все равно ничего не светит. А раз так, то разрешены любые темы, разговоры не разобьют ему сердце, и Джаред останется лишь увлечением, которое ведет в никуда.

Дженсен видел, что со временем происходит с людьми в браке. Постоянные отношения разрушают их изнутри, превращая в эмоционально зависимые, пресмыкающиеся, отвратительные карикатуры. Он никогда не хотел быть с кем-то так долго, чтобы это случилось с ним. Разводы – его профессия, он сталкивается с ними каждый день и видит, в каких гребаных психопатов они превращают людей. А уж все те глупости, из-за которых ругаются женатые пары – это самые идиотские, постыдные и эгоистичные вещи, которые только можно представить. К счастью, его связь с Ноа длилась не так долго, чтобы разрушить его как личность. Теперь Дженсен даже удивляется, как дошло до того, что Ноа стал частью его жизни. Но теперь он подготовлен – раньше ад замерзнет, чем он ввяжется в новые отношения. Еще и потому, что отзвуки расставания до сих пор причиняют боль.

– Эрика, Эрика, Эрика, – начинает Джаред и прижимает бутылку с холодной водой ко лбу. – Она с моего факультета, у нас были общие семинары по финансам. Я ей нравился.

– Очевидно, – усмехается Дженсен.

Джаред умолкает и очень выразительно смотрит.

– Извини, продолжай.

– Осталось немного, – прервавшись, Джаред поднимает на него взгляд. – Дженсен, ты помнишь, как протекал мой обычный день, когда я учился?

Дженсен задумывается лишь на секунду.

– Ну, ты вставал в чертову рань, чтобы отправиться на пробежку перед парами. Возвращался домой, принимал душ, уходил на занятия, учился до вечера, шел в библиотеку, возвращался домой, мог пойти на вечерние лекции, а мог пойти в спортивный зал, ужинал, играл в видеоигры, читал учебники или статьи, потом шел спать.

– Именно. И где в этом расписании время на подружку?

– Ааа, – внезапно понимает Дженсен. – Ну точь-в-точь моя теперешняя жизнь. День забит до отказа, ни одной свободной минуты.

– А вот Эрика считала, что у меня уйма времени, и хотела, чтобы я проводил его с ней. Еще она хотела, чтобы я бросил бегать, ходить в тренажерку, играть с парнями в баскетбол...

– Но это же важно для тебя.

– О да, – кивает Джаред. – Девушкам нравится, как я выгляжу, но они ненавидят каждую минуту, которую я провожду в спортивном зале. Поэтому в основном меня устраивали случайные связи – встретились-потрахались-разбежались. Так было удобнее пережить ту фазу, пока объем нагрузки не уменьшился.

– А сейчас? – спрашивает Дженсен. – Ты ведь уже не так занят, как раньше. Можешь отношения заводить. – Даже говорить об этом больно, а уж представить, что какая-то девушка заберет у него Джареда насовсем...

Джаред откидывает голову на подушку и вздыхает.

– Может, ты и прав. Но снова ходить на свидания, ухаживать. Прикладывать столько усилий...

Дженсен смеется.

– Попробуй встречаться с парнями, и тебе больше никогда не придется покупать цветы или скучать в кино на дурацких мелодрамах.

Когда Джаред наконец уходит к себе, Дженсен забирается в постель и, укрывшись одеялом, перебирает события вечера. Ох, уж и хитрец этот Падалеки! Стоило только разговору коснуться не очень приятных для него моментов, – улыбнулся, подмигнул и поменял тему. И как легко он использует эту тактику: только что они обсуждали отношения, в том числе и гейские, как вдруг перескочили на видеоигры – и сели сражаться; потом на предпочтения в еде – отправились ужинать; и вот уже Джаред прощается. Тема девушек и свиданий больше не всплывала.

На этом у Дженсена закрываются глаза; нафиг, он подумает об этом завтра, сегодня слишком устал, после баскетбола болят все мышцы.

Он уже проваливается в дрему, когда сквозь стену пробивается шум: какая-то возня, затем преувеличенно громкие стоны Джареда вперемешку со смехом. Веселится, значит. Дженсен хмыкает и, вздыхая, тянется за телефоном.

От Дженсена Джареду: Хорош уже, извращенец!

Весь шум немедленно прекращается, и Джаред шлет в ответ смайлик. Дженсен несильно бьет по разделяющей их стене один раз, и практически сразу же раздается двойной удар.

Приятно думать, что таким образом Джаред говорит ему «спокойной ночи».


Последний раз редактировалось I, Kryssa 25 дек 2017, 17:10, всего редактировалось 1 раз.

25 дек 2017, 15:12
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


Через несколько недель в субботу они снова выбираются в парк на баскетбол. По очереди забивая мяч в кольцо и периодически поглядывая на часы, Джаред и Дженсен ждут, когда подтянутся остальные.

Джаред предсказуемо жалуется на работу, в лицах передавая офисные диалоги, когда на площадке появляется Рик, умный и приятный парень, если пропускать мимо ушей его нытьё о том, как всё дорого. С ним Дженсену хотелось бы общаться и вне спортивной площадки.

– Мужики, – Рик задыхается, словно бежал всю дорогу от парковки, где оставил машину. – У нас ЧП. Ник тайком встречался с сестрой Крейга и вчера на свидании лишил ее девственности.

У Дженсена брови ползут вверх, и, едва слышно хмыкнув, он смотрит на Джареда с выражением «пиздец».

– О-о! – моргает Джаред. – А Крейг знает?

– Кажется, уже знает, – Рик кивает на стоянку, где Ник и Крейг громко дискутируют, почти кричат. Для мамочек, гуляющих неподалеку с колясками, отличный повод вызвать полицию. – Пойдем разнимать их, что ли.

Арон как раз пытается предотвратить драку, втискиваясь между готовыми кинуться друг на друга парнями и распихивая их в стороны.

– Ну ты и урод! Это же моя младшая сестра, какого, блядь, хуя, козёл?

– Ей двадцать лет! Она в состоянии принимать собственные решения!

– Неважно! Это, сука, братский кодекс: я защищаю ее, а ты не распускаешь руки. Что с тобой не так, мудила?

– Что не так со мной?! Что, блядь не так с тобой? Ты хоть раз подумал, что она, может быть, по-настоящему мне нравится?!

Может быть? Ты вконец охуел, ублюдок!

В этот момент Крейг выкручивается из хватки Арона и, размахивая кулаками, бросается на Ника. Джаред кидается ему наперерез, чтобы удержать, и, конечно же, локоть летит ему прямо в нос.

– Хренасе, ты ему врезал! Пиздец, меня сейчас стошнит! – согнувшись пополам, Арон отскакивает в сторону.

Лишь тогда Дженсен замечает, что из ноздрей Джареда ручьем льется кровь, заливая губы и подбородок.

– Оу! – Джаред морщится и осторожно ощупывает лицо, едва касаясь переносицы. – Вот и поиграли...

Теперь, когда среди них есть действительно пострадавший, Крейг и Ник быстро прекращают словесную перепалку, продолжая сверлить друг друга глазами. Если бы взгляды убивали, лежать им обоим мертвыми. Тем временем Дженсен снимает футболку и прижимает ее к носу Джареда, чтобы впитать кровь.

– Я забираю его домой, – говорит он, собираясь уводить Джареда. – Вы, мужики, угомонились бы уже, что ли, а то довыступаетесь, что копов вызовут.

Парни что-то ворчат, утыкаясь взглядами в тротуар, и у Дженсена нет сомнений, что им сейчас хреново, в том числе и от того, что пострадал их друг.

– Поговорим в следующий раз. Джаред, давай. Идти можешь?

Джаред кивает, но Дженсен, не желая рисковать, выбирает кратчайший путь – прямо по газону.

– Как ты думаешь, нос сломан? – спрашивает Дженсен, когда они отходят на несколько футов.

– Нет. Больно просто.

От громкого свиста дрожит воздух, и Дженсен, оглядываясь, замечает неподалеку группу девушек – они машут руками, смеются и показывают на него пальцами.

– Эй, красавчик! – кричит одна из них и тут же свистит снова. – Круто выглядишь, детка!

– Блядь, отврат, – стонет Дженсен и едва не переходит на бег.

При попытке заржать гримаса искажает лицо Джареда.

– Как бы я сейчас посмеялся над тобой, если бы не было так больно.

– Эй, милаха, сыграть не хочешь? – это уже другая девушка подначивает Дженсена, и теперь он видит, что у них натянута сетка для волейбола.

– Вот поэтому я рад, что гей, – объясняет Дженсен. – Девушки агрессивны и опасны.

– Зато они находят тебя горячим и сексуальным. Объясню это тем, что ты не истекаешь кровью.

Дженсен похлопывает Джареда по плечу да так и не убирает руку, пока они не подходят к дому. Пять минут спустя Джаред опускается на пол в гостиной Эклза и очень аккуратно откидывает голову назад, на диван, по-прежнему прижимая футболку к носу. Оставив его в таком положении, Дженсен идет на кухню и вскоре возвращается с полотенцами, бумажными салфетками, теплой водой и упаковкой замороженного горошка из холодильника.

– Ладно, давай посмотрим, что у тебя там, – Дженсен отодвигает журнальный столик в сторону и встает на колени рядом с Джаредом. Он чувствует себя немного неловко из-за своего полуобнаженного вида, ведь парень в его гостиной сложен как модель и накачан как бодибилдер. Нет, Дженсен не стыдится своего тела, но кубики на его прессе все равно не сравнятся с Джаредовыми. Впрочем, внимание девчонок в парке значительно повысило его самооценку.

У Джареда по-прежнему закрыты глаза, и, хотя боль, кажется, не очень сильная, он вздрагивает, когда Дженсен убирает пропитанную кровью футболку.

– Моя любимая, – улыбаясь, говорит Дженсен и отбрасывает когда-то трепетно оберегаемую вещь в сторону. – Теперь только на выброс.

– Тебе пиздецки не повезло, – хрипит Джаред, и Дженсен видит, как под глазами у него начинают наливаться синяки.

– Может, отвезти тебя к врачу? – предлагает Дженсен, убирая Джареду челку со лба и аккуратно вытирая нос смоченным полотенцем. Он продолжает приглаживать ему волосы, пока не осознает, что делает и как это выглядит, и отнимает руку.

– Я не какая-то там фиалка.

Дженсен берет салфетку, скручивает и осторожно засовывает Джареду в ноздрю.

– Никто и не говорит. Вот, приложи этот горох, отек уменьшится. Посмотрим, в каком виде ты будешь через час.

– Ничего, если я вздремну тут? Меня вырубает, – тихо говорит Джаред, устраиваясь поудобнее, и вздыхает: – Или мне лучше пойти к себе?

Дженсен ничего не может с этим поделать: пальцы сами зарываются в волосы Джареда и медленно перебирают их.

– Нет уж, приятель, оставайся. Я посижу с тобой.

– Ммм… Спасибо, Дженс, – слабо улыбаясь, он поворачивается и смотрит на Дженсена, пока не закрываются глаза.

Это не первый раз, когда Джаред засыпает у Дженсена. И первый – когда проводит у него всю ночь.

Изображение


На следующий день Джаред идет на работу с повязкой на носу, а вечером за ужином под свиные отбивные рассказывает Дженсену, который целый день разруливал имущественные претензии клиентов, как его встретили.

– Ну и вот, рассказываю я им, что была драка, знаешь, что я вроде как хороший парень и пытался разнять скандалистов, а девчонки такие: «Ооо, Джаред, ты такооой классный, ты такооой душка, наш супергерой»…

– Пфф, – вклинивается Дженсен, – сомневаюсь, что это точная цитата.

– Практически слово в слово. И в любом случае я знаю, что именно так они думали.

Дженсен угрюмо накладывает на тарелку картофельное пюре, представляя, как девушки в офисе вешаются Джареду на шею.

– Почему ты не встречаешься с одной из них?

Джаред прекращает жевать, что случается нечасто, явно обескураженный.

– С кем?

– С какой-нибудь цыпочкой с работы. Такое ощущение, что они все тащатся от твоей волосатой задницы.

– Бу-га-га! Во-первых, у меня не волосатая задница. Во-вторых, на работе я не распускаю руки и держу своего малыша в штанах. Никакого желания проебать всё, ради чего я долго и упорно учился.

– Малыш, да? – губы растягиваются в улыбке, Дженсен старается не ляпнуть ничего пошлого. Поистине, Джаред порой выдает порнографические двусмысленности.

Джаред ехидно скалится и, взяв пиво, невозмутимо произносит:

– Йес. Мой десятидюймовый малыш. И это в смирном состоянии.

Джаред делает глоток, а Дженсен давится злосчастным пюре, ему приходится прикрыться салфеткой, чтобы еда не разлетелась по комнате. Святые угодники, Джаред точно сведет его в могилу. У Дженсена немедленно встает, и он понимает, что из-за стола сможет выйти только минут через несколько. Очень долгих минут.

А Джаред смеется, на полную катушку наслаждаясь дискомфортом друга.

– Хочешь побольше узнать о моем малыше, Дженсен?

– Нет! – почти кричит тот. – Заткнись, урод!

– Много теряешь, – дразнит Джаред, спокойно дожевывая отбивную. – Просто довожу до твоего сведения.

Дженсен лишь молча качает головой.

Расходятся они рано, поскольку обоим подниматься чуть свет, а у Джареда к тому же стартует первый самостоятельный проект – ему поручили составить полугодовой финансовый отчет.

У них устанавливается ритуал: около одиннадцати, прежде чем окончательно провалиться в сон, Джаред стучит в разделяющую их дома стену и в ответ получает двойной удар от Дженсена. Иногда первым стучит Дженсен, а Джаред отвечает. И Дженсен не может избавиться от странного чувства, что вроде Джаред совсем рядом, в паре метров от него, такой близкий. А на самом деле такой недоступный.

Около двух часов ночи Дженсен просыпается от того, что на мобильник приходит сообщение. Ну кто может слать смс в такое время?

Джаред: у парня из соседнего дома

Джаред: сработала сигнализация. орет жутко

Джаред: блядь, это никогда не закончится

Джаред: помоги

Дженсен стонет, трет руками лицо, пытаясь спросонья понять, какого черта происходит, и наконец очухивается достаточно, чтобы написать ответ.

Дженсен: Заваливайся ко мне. Ключ у тебя есть. Вставать не собираюсь.

Через минуту он слышит, как открывается входная дверь и раздаются шаги, а затем наступает полная тишина. Видимо, Джаред решил устроиться в гостиной – и эта мысль не дает Дженсену снова задремать: он думает о длинном теле, едва умещающемся на диване. Хорошо, пару часов эта дылда проспит, но потом тело у него затечет и о сне можно будет забыть.

– Джаред! – громко зовет он.

– Что? – раздается хриплое снизу.

– Иди уже сюда, чувак. Не бойся, не укушу я твой тощий зад.

Сначала тишина, затем какое-то движение на лестнице, и на пороге спальни появляется темная фигура. Джаред.

– Чего? – Джаред, тихий и сонный, в одних коротких, низко сползших пижамных штанах, почесывает голую грудь.

Дженсен зевает и перекатывается на одну сторону кровати.

– Хотел проверить, насколько ты не гомофоб.

– Иди ты, я пиздецки вымотан, – не колеблясь ни секунды, Джаред забирается в постель к Дженсену и быстро укладывается. – Будильник завел?

– Да, на полседьмого.

Джаред отвечает храпом. Не будь Дженсен таким уставшим, он бы смотрел на него всю ночь, зная, что, может быть, это его единственный шанс, но его смаривает вслед за Джаредом.

Утром даже удается избежать ожидаемой неловкости. Джаред просто скатывается с кровати, благодарит Дженсена за то, что позволил переночевать, и через минуту его уже и след простыл. Остается уютное ощущение чужого присутствия в постели, близости, совместного сна. И плевать, что это вообще ничего не значит.

Дженсен знает себя и знает, что лучше совсем об этом не думать. Не следует хотеть того, во что не веришь и чего боишься. Внутри шевелится недовольство, что забыл, пусть всего лишь на секунду, как болит разбитое сердце. Нельзя концентрироваться на одном человеке, обычно ничем хорошим это не заканчивается.

Он рад, что это Джаред, с ним можно быть спокойным.

Изображение


Проходит несколько дней. Уставший после длинной рабочей недели Дженсен возвращается домой и, поужинав, решает провести вечер перед телевизором. С Джаредом они не виделись и ни о чем не договаривались, так что сегодня ему составит компанию что-нибудь из записанного.

Его действительно увлекает новый эпизод сериала, поэтому, сконцентрировавшись на сюжете, – драма в отношениях, захватывающее крушение поезда – он даже игнорирует вибрирующий мобильник.

Пока в комнату не врывается Джаред.

– Елки-палки, ты разучился стучать?

– Периодически забываю, – пожимает плечами Джаред. – Особенно когда собираюсь пойти прикупить крылышек на ужин и знаю, что, если не принести тебе несколько штук, ты обязательно начнешь таскать мои.

– Все в порядке, приятель. Я уже поел.

– Уже?

Джаред хмурится и выглядит немного обиженным, что его не пригласили. Что за детский сад, они же не планировали проводить каждый вечер в обществе друг друга. Хотя, если подумать, они все-таки чаще ужинают вместе, чем поодиночке.

– Да, просто умирал с голоду, когда вернулся домой.

– Ладно, в другой раз! – плечи Джареда расслабляются, напряжение уходит, но затем губы искривляет ехидная ухмылка: – Дженс... что это ты тут смотришь?

– Ничего, – слишком быстро отвечает Дженсен. Блядь. Спалился.

– Да? – Джаред медленно обходит диван и садится, хватая дистанционку. – Значит, ты не будешь возражать, если я перемотаю обратно?

У Дженсена вырывается только протестующий возглас, он пытается бороться с Джаредом и вырвать из его рук пульт, но затем слышит музыкальную тему из «Настоящих домохозяек Беверли-Хиллз» и понимает, что сейчас начнется...

– О нет. Нет. Нет. Нет, – смеется Джаред и делает звук громче. – Дженсен, тебе должно быть стыдно!

– Заткнись уже! – выстанывает Дженсен, продолжая борьбу. Все заканчивается тем, что он приземляется на колени к Джареду, извивается, стараясь добраться до пульта, а Джаред практически кидает его на пол и ржет в полный голос.

– Лучше оставлю тебя наедине с твоим девчачьим шоу, принцесса. Что-то мне подсказывает, ты не оторвешься, пока не досмотришь до конца.

Дженсен, не говоря ни слова, показывает ему средний палец.

– Нет, вы только гляньте на нее, – внезапно выражение лица Джареда меняется.

– Погоди, сейчас они еще заберутся в бассейн, – комментирует Дженсен. – На вечеринках близнецы обычно отрываются на всю катушку.

– Забавно.

Джаред не отводит глаз от экрана еще несколько минут, пока серия не прерывается на рекламу. Теперь у него такой смущенный вид, что Дженсен даже не пытается скрыть ухмылку.

– Дай-ка угадаю. Ты хочешь остаться и посмотреть, что будет дальше.

– На самом деле сериалы иногда бывают полезны. Нет, правда, в офисе я работаю в основном с женщинами, которые обожают всю эту муть. Ну, должен же я знать, что они между собой обсуждают и на какие темы с ними лучше говорить. Чего только не сделаешь ради карьеры, – Джаред плюхается обратно на диван и задирает ноги.

– Джаред, – говорит Дженсен, – ты себя иногда слышишь?

– Слышу что?

– Ту херню, что несешь.

– Под херней ты подразумеваешь мои гениальные мысли? – оскорбляется Джаред.

Дженсен лишь качает головой и, когда реклама заканчивается, снова включает звук.

– Нет, это далеко не гениальные мысли. Будь ты серьезней, с твоим логическим складом ума из тебя вышел бы чертовски хороший юрист.

– Из меня вышел бы охуенный юрист, – вздыхает Джаред. – Хотя я и не такой умный, как ты.

– Ты очень умный, Джаред, просто недооцениваешь себя.

Больше они не затрагивают серьезных тем, предпочитая коротко комментировать сцены и громко смеяться над шутками персонажей. Правда периодически Дженсену кажется, что Джаред тише, чем обычно, иногда даже не следит за происходящим на экране. Может быть, они проводят слишком много времени вместе? Или, может, Дженсен чрезмерно много работает и Джаред в итоге начал думать, что никакие они не друзья? А вдруг Джаред хочет уйти, но не знает как? Но ведь он вечно сам приходит, ища общества Дженсена!

Тем не менее, мысль о том, что он может потерять дружбу Джареда, бьет Дженсена под дых, причиняя физическую боль. Что значит это незнакомое, глубокое чувство, Дженсен понимает не сразу, а осознав, приходит в ужас. Он проморгал момент и умудрился привязаться. Позволил пробраться себе в душу. Как личность Джаред невероятно привлекателен, и Дженсен неохотно признает, что стал-таки жертвой его очарования.

Хорошо, что Падалеки натурал, иначе Дженсен влип бы по уши.

Изображение


Дженсен сидит на работе, просматривая юридические сводки, когда получает сообщение от Джареда. Позади долгий день: на Дженсена спустил всех собак клиент, недовольный суммой, причитающейся ему по внесудебному урегулированию. Да еще коллега проиграл крупный процесс – тот самый, с которым Дженсен ему помогал, – и потом они вместе пытались выяснить, что пошло не так. Да еще подготовка к собственному делу, которое надо выиграть кровь из носу. Кажется, пора в отпуск.

Джаред: пошли сегодня в тренажерку после работы?

Дженсен: Поздно закончу.

Джаред: ты слишком долго сидишь на работе. когда приедешь?

Дженсен: Не раньше семи.

Джаред: отстой.

Дженсен: Мне нужно доделать это дерьмо.

Джаред: привезти пожрать? сэндвич хочешь?

Дженсен лыбится в телефон. Это как раз то, что ему нужно, чтобы выбраться из депрессии. Наконец-то сегодня кто-то предлагает ему помощь, вместо того чтобы только требовать-требовать-требовать.

Дженсен Джареду: Круто, но нет. Спасибо. Буду дома поздно.

Джаред Дженсену: лады. до попозже.

После этого Дженсен работает быстрее и даже заканчивает раньше, чем предполагал. Вернувшись домой, он собирает сумку, и они с Джаредом отправляются в спортзал. Намотав несколько миль на соседних беговых дорожках, они переходят на штангу, и Джаред вообще не отлипает от него, безостановочно что-то рассказывая. Рядом с ним Дженсен забывает свой дерьмовый день, расслабляется, наслаждаясь тем, что уходят напряжение и стресс, которые накапливались с самого утра.

Изображение


Они знакомы немногим более года, когда случается ночь, о которой Джареду категорически запрещено даже упоминать.

Разумеется, тут замешан алкоголь, которого Дженсен изрядно перебирает. В основном текила. И пиво.

Происходит всё под выходные. Неделя выдалась убийственная, поэтому Дженсен не берет работу на дом и ничего не планирует на субботу, кроме отдыха – и, возможно, стирки. Уборка подождет до воскресенья. А вечер пятницы он собирается провести в компании Джареда, его друзей, баскетбола и выпивки.

Джаред приходит в каком-то кислом настроении, и, только когда Дженсен включает громче музыку и надевает свой «поцелуй повара» фартук, становится более разговорчивым и начинает шутить по поводу и без. Когда мясо уже жарится, приезжают Рик, Арон и Ник. А Крейг стучит в дверь еще через несколько минут с упаковкой пива в руке – это что-то вроде трубки мира за то, что врезал Джареду по носу несколько недель назад.

Отношения между парнями все еще напряженные, но теперь Ник официально встречается с сестрой Крейга, поэтому они вроде как ладят. Тем не менее, никто тактично не поднимает эту тему.

Игра уже идет, парни рассаживаются в гостиной Дженсена, приятно удивляясь прочности мебели и беззлобно подначивая Джареда с его сэконд-хэнд интерьером.

– Эй, ослы, я люблю сидеть на полу, – говорит Джаред, равнодушно выслушивая подначки. Он растягивается, удобно устраивая длинные ноги. – Единственное место, которое мне подходит.

С тарелкой еды и пивом в руке Дженсен переступает через ходули Джареда, чтобы пробраться к креслу, к которому тот прислонился. Джаред моментально теряет интерес к происходящему на экране, прикипая взглядом к картошке фри.

– Эй, как насчет того, чтобы пойти и взять себе тарелку?

– Не-а, – улыбается Джаред с полным ртом. – Ш твоей ешть гораждо фкушнее.

Дженсен окидывает взглядом парней – те, к счастью, полностью поглощены игрой. На самом деле они не окидывают их странными взглядами, не поднимают брови, когда Джаред облокачивается на Дженсена, словно тот диванная подушка. Даже не удивляются, что Джаред, устроившись практически на коленях Дженсена, таскает у него еду, улыбаясь так, словно естественней этого ничего не может быть.

И тут до Дженсена доходит. Чувствуя себя полнейшим кретином, он готов ругаться последними словами, что не сообразил раньше. Тупой придурок! Будучи по натуре открытым, общительным, забавным, Джаред ведет себя так со всеми, не только с ним.

А он, непроходимый идиот, навоображал себе уже черт знает что, размяк, забыл, что Джаред натурал. Пиздец. Чаще правде в глаза смотреть надо. И о реальности, в которой живешь, не забывать, иначе от контраста иллюзий и действительности в дурку загреметь недолго.

Весь сумбурный коктейль чувств пивом не разбавишь, поэтому Дженсен переключается на текилу, благо этого добра у него тоже хватает.

Тем временем вечер идет своим чередом: парни кричат и топают, подбадривая команды до финального свистка, съедают все, что находят у Дженсена в холодильнике, и выпивают пиво, которое принесли сами и которое выставил Дженсен. Даже неохлажденное. Из всех один Джаред более-менее трезв, и Дженсену это не нравится. У него самого в подвыпившем состоянии развязывается язык, и, опрокидывая пятую или шестую рюмку, он заранее приходит в ужас от того, что сегодня наплетет.

Они договариваются поиграть в парке в воскресенье утром, а потом Рик, Арон, Крейг и Ник прощаются. Дженсен каждому протягивает руку, а Ника даже дружески хлопает по спине – этот парень доказал, что вовсе не такой мудила, как все думали. Наверняка сестра Крейга оказывает на него положительное влияние.

Только захлопнув дверь, Дженсен понимает, насколько тихо стало в доме. Когда он оглядывает беспорядок, ему кажется, что стены качаются. Джаред перебрался с пола на свободный теперь диван и сладко зевает. Пожалуй, Дженсену тоже лучше присесть, а то так и упасть можно ненароком. Плюхнувшись рядом, он коленом сталкивается с коленом Джареда, лишь сейчас замечая, как тяжело шевелить конечностями.

На достигнутом он однако не останавливается: рюмки опрокидываются одна за другой. Еще три, и Дженсен начинает нести какую-то несусветную пургу, надеясь, что утром не вспомнит, почему у Джареда на лице появляется изумленное выражение.

Сначала он заводит разговор о Ноа – с какой стати, правда, уже не выяснить никогда. Может, потому что на следующей неделе у Ноа день рождения, а Дженсен любил устраивать из этого целое событие: веселое, увлекательное, незабываемое. Впрочем, вряд ли Ноа когда-либо ценил его усилия.

– Знаешь, он был идеальным. Не так чтоб прям совершенством, но вполне сносным, раз я выдержал с ним несколько лет. В последнее время не все у нас складывалось отлично, но в целом было неплохо.

– Что было неплохо? – спрашивает Джаред.

– А?

– Что было неплохо, Дженс? – и если бы Дженсен не знал наверняка, он мог бы поклясться, что Джаред его подначивает.

– Не знаю. Было неплохо приходить домой, где меня кто-то ждал, мы же вместе жили. И он встречал меня на пороге нашей квартиры. Было неплохо ужинать с кем-то, кто по крайней мере делал вид, что ему небезразлична моя жизнь. Ноа сотни раз говорил мне, что я скучный уебок, и я думаю, он съехался со мной и выносил все эти мои разговоры о работе только потому, что никуда потом идти не надо было, чтобы потрахаться. После того, как мы разбежались, я депресснул и мне неделями говорить ни с кем не хотелось, и в то же время это было неплохо. Понимаешь, о чем я?

– Не совсем. В одном предложении ты говоришь о депрессии и о неплохо. Не хочешь уточнить?

– Ик… что? – начавшаяся икота прерывает его теперь каждые две секунды.

– Расскажи мне, что тебе еще нравится.

– Ты… ик… о чем?

– Я говорю об отношениях.

– Ааа… – Дженсен пытается задуматься, но в голове плывет туман. – Не знаю. Нравится спать с кем-то – не в смысле секса, а просто засыпать рядом. И за руки держаться, особенно в кино или перед телеком. И просто лежать с кем-то на диване.

– Обнимашки?

Дженсен ждет, что Джаред начнет смеяться, но тот и не думает.

– Ик… М? Да. Вроде.

В этот раз у Джареда вырывается смешок.

– Ты такая девчонка.

– Ну, в последний раз, когда я проверял, сиськи у меня еще не отросли.

– Значит, давно проверял. Потому что я уверен, все, что ты сейчас сказал, напрямую с ними связано.

– Отъебись, – говорит Дженсен. Сглатывает, пытаясь унять икоту. – Может, я просто лучше ощущаю свои эмоции, мистер придурочный мачо.

– Может, просто у тебя месячные.

– Может, твоя морда хочет поздороваться с моим кулаком.

– Может, тебе нужен бойфренд. Ты становишься раздражительным от недотраха.

– Может… ах, какая разница. Может быть, и нужен, – Дженсен громко зевает и закрывает глаза. – Слишком устал, чтобы спорить.

– Может, тебе стоит лечь спать, – продолжает в том же духе Джаред, удобнее устраиваясь на диване. – А мне, может, стоит уйти.

– Может быть, – Дженсен говорит тихо, неуверенно. А затем шепчет: – Может, я просто одинок.

– Тебе не обязательно быть одиноким, Дженс.

– Я душевный инвалид, Джей. Никто не захочет быть с парнем, который боится заводить отношения.

– Разве так бывает: одновременно чувствовать себя одиноким и даже не пытаться встречаться, ходить на свидания? В этом нет никакого смысла.

– Что я хочу и что могу – это две совершенно разные вещи.

Джаред снова зевает и смотрит на него усталыми глазами. Он охуенный такой, как сейчас: не зажатый, расслабленный, увлеченный их глупой пьяной болтовней. Тот факт, что он не ушел домой, значит гораздо больше, чем должен.

– А чего ты хочешь? Давай же, опиши мне парня, по-твоему идеально тебе подходящего.

Не отключи алкоголь ему голову, Дженсен бы не сказал ни слова из того, что говорит, и не сделал бы ничего, что делает.

– Конечно же, он должен быть привлекательным. Интересным. И чтобы мы были на одной волне. Обязательно с чувством юмора. А внешность... Ну, мне нравятся высокие парни, у которых широкие крупные ступни, могучие плечи, большие крепкие руки, – Дженсен говорит тихо, опустив глаза. Вытянув ногу, он скользит ею по голой стопе Джареда и в то же время рукой – по его кисти. Щекочет ладонь, поглаживает вверх-вниз один за другим чувствительные пальцы. – Длинные ноги с тонкими лодыжками, накачанные мышцы, загорелая кожа, – теперь Дженсен, забравшись под рукав футболки, дотрагивается до плеча.

– Что еще? – глухим хриплым голосом спрашивает Джаред.

– Меня на раз заводят узкие бедра, – говорит Дженсен, другую руку опуская на талию Джареда. – Плоский живот, рельефная грудь. И мощная шея, чтобы было куда впиваться зубами, – после каждой упомянутой части тела руки Дженсена касаются Джареда в этих местах. – И где оставлять засосы – а я люблю их оставлять, Джаред. Целоваться тоже люблю, у меня губы специально для этого созданы. Не откажусь от ямочек, – лицо Дженсена так близко к Джареду, что носом он касается его виска. – Мне нравятся сумасшедшие разноцветные глаза – чтобы перемешались бирюза, изумруд и шоколад. Густые волосы, достаточно длинные, чтобы я мог в них зарываться, когда мы трахаемся, глубоко и медленно, – он накручивает прядь на палец и сильно дергает, так что они сталкиваются лбами.

Джаред стряхивает с себя оцепенение и, отстранившись, трясет головой:

– Остынь, Дженсен. Нихрена себе!

От собственной глупости Дженсен мгновенно трезвеет. Осознание – как ушат ледяной воды. Хотел бы он, чтобы пол разверзся и поглотил его! Или хоть диван! Любое чудо, чтобы только исчезнуть! Как все могло настолько выйти из-под контроля?

– Извини, не знаю, что на меня нашло.

– Зато я знаю – слишком много алкоголя. Тебе больше не наливаем.

– Я не хотел... лапать тебя. Всё. Отъебись, мне нужно еще текилы, – Дженсен хватает бутылку, ту, которая ближе всего к нему, и пьет, запрокинув голову, прямо из горла, проливая на себя и почти задыхаясь.

– Ты просто в хлам, – грустно подытоживает Джаред, а затем очень проникновенно добавляет: – Обязательно напомню тебе завтра обо всем, чтобы стало стыдно!

– Ненавижу тебя!

– Если я сейчас же не заберу у тебя бутылку, завтра ты будешь ненавидеть меня еще сильнее.

Вместо ответа Дженсен презрительно хмыкает и вырубается прямо на полу.

Изображение


Там он и просыпается следующим утром, смущенный и офигевший, и через пару часов, когда Джаред заходит проведать его, обещает урыть, если тот хоть раз вспомнит об этой ночи.

Джаред лишь ржет и, призывая всех святых, клянется, что прощает Дженсену все его наглые приставания.

Дженсен чувствует себя не в своей тарелке, но по крайней мере он так облажался только перед Джаредом, а не перед остальными парнями.

И все же. Весь этот пиздец – то, что он сказал, и то, что сделал, – не должен был случиться вообще. Никогда. Поэтому, когда Джаред утверждает, что уверен: это его Дженсен описал как свой идеал, Дженсен отрицает всё до потемнения в глазах, упорно твердя, что говорил не о конкретном человеке.

Джаред наконец проявляет сострадание и не пытается опровергнуть явную ложь, лишь бы Дженсен заткнулся. Они маются похмельем до вечера. Джаред усугубляет мучения Дженсена, отпуская шуточки о загорелой коже и своих крепких мышцах, демонстрирует длину ног и, задрав футболку, обнажает самый плоский живот, который тот когда-либо видел. Выгнав Джареда, Дженсен идет спокойно подрочить, но не судьба – даже через стену ему слышатся издевательские смешки.

Изображение


На протяжении последующих недель настроение Джареда неуклонно ухудшается. Сначала Дженсен думает, что, возможно, Падалеки никак не привыкнет к смене ритма «учеба – работа», но прошло-то уже несколько месяцев, в течение которых тот каждый день ходит в офис. Ну да, конечно, Джаред постоянно жалуется, что не востребован как специалист, но чтобы сучить из-за этого...

Дженсен не понимает почему, и это бесит как черт знает что. Плюс, как-то вечером Джаред просто исчезает во время ужина, и потом они не видятся несколько дней.

– Эй, чувак, идешь со мной за крылышками? Твои любимые за полцены, вторник же, забыл?

Упираясь взглядом в пол, Джаред качает головой:

– Нет, не сегодня.

– Уверен? Я угощаю, – Дженсен закидывает последний носок в стиралку и запускает ее. В прошлый уикенд даже времени не нашлось заняться бельем.

– Не, пойду на улицу, надо ноги размять. Загляну к тебе позже.

Сказав это, Джаред уходит, тишину нарушает только стук захлопывающейся за ним двери.

Дженсен ошеломленно пялится на нее и слышит, как Джаред уходит к себе. Значит, соврал, что пойдет бегать? А зачем вообще заходил? Пробыл пять минут, угрюмый и грустный, не захотел пойти вместе за ужином, а потом и вовсе свалил.

Ничего не поделаешь. Не станет же Дженсен требовать, чтобы Джаред рассказал, что с ним не так. Он и сам справится, а потом отправит смс Джареду, чтоб тащил свою ворчливую задницу обратно и прекратил сучить.

Дженсен так и поступает. Он берет столько крылышек, сколько может унести с собой, надеясь, что девушка за стойкой не станет удивленно таращиться ему в спину. Через пару минут он уже дома и стучится к Джареду, изо всех сил стараясь не уронить еду на пол.

Дженсен ждет, снова стучит, а затем кричит:

– Джаред? Чем ты там занят? Я не съем всё это в одиночку, я же не ты! – проходит еще несколько секунд, прежде чем он уходит, пнув ни в чем не повинную дверь. Может, Джаред правда отправился в конце концов на пробежку.

Жуя корешок сельдерея, Дженсен перекладывает мокрые вещи в сушилку, а потом берется за телефон.

Дженсен: Я принес крылышки. Заходи.

Через несколько минут ответа еще нет, и Дженсен просто теряется в догадках.

Дженсен: Мне больше достанется. Увидимся завтра.

Крылышки даже близко не такие вкусные, как во время ужинов с Джаредом, когда грязные салфетки разбросаны по всему столу, а сам Джаред по локоть измазан в соусе.


25 дек 2017, 15:15
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


В четверг утром по дороге на работу Дженсен мимоходом отмечает, что на парковке нет пикапа Падалеки. В принципе это странно, ведь еще очень рано, а Джаред обычно уезжает позже Дженсена, но мало ли у кого какие дела. Вечером в тот же день Дженсен так измотан, что, возвращаясь домой, даже не обращает внимания, на месте ли соседская машина.

В пятницу грузовичка все еще нет, и по пути в офис Дженсен пытается вспомнить, планировал ли Джаред в конце недели куда-нибудь поехать. В голове не всплывает никаких разговоров на эту тему. Перебрав различные возможности и ни на чем не остановившись, Дженсен усилием воли переключается на работу.

Завтра суббота, Дженсен собирается пораньше вернуться домой, но мечтам не дает сбыться клиентка, которая звонит каждые две секунды по поводу дележа обязанностей после развода и размера алиментов. Бывший супруг должен уделять ребенку больше времени. Переводить больше денег. Больше того и этого. Больше. Больше. Больше. Почти три тысячи долларов в месяц ей недостаточно, она хочет прибрать к рукам пенсионный фонд мужа. Черт с ней, может, получив его, сука угомонится.

К семи вечера Дженсен готов. За плечами еще одна затрахавшая его неделя сумасшедшей работы, и все, о чем он думает, – это выпивка, жареное мясо и придурок-сосед, не отвечающий ни на одно посланное ему сообщение.

Дженсен настолько вымотан, что звонит в ресторан прямо из кабинета и заказывает два стейка с жареной картошкой. Остается затариться на соседней улице пивом – и все, хватит с него на сегодня. Он еще надеется, что Джаред дома, но, когда не видит пикапа на парковке, на смену усталости и голоду, которые мучали еще пару секунд назад, приходит дурное предчувствие.

Сначала Дженсен стучится к Джареду, лишь затем вваливается к себе и выкладывает еду на стол. И какое же облегчение он испытывает, слыша стук соседней двери и через минуту шаги в своей прихожей.

– Привет, старик. Где пропадал?

Джаред тяжело вздыхает и опускается на табуретку.

– То тут, то там. Всякое дерьмо в башку лезло.

– У тебя все в порядке?

Дженсену сразу бросаются в глаза изменения во внешнем облике Джареда: ссутуленные плечи, напряженная шея, набухшие от постоянного стресса вены на руках. Он оброс щетиной, а челка уже почти полностью скрывает глаза. Дженсен назвал бы его волосатым чудовищем, но сейчас явно не время для таких шуток.

– Ну да.

Конечно, Дженсен понимает, что это вранье, но не спорит, пускай останется так. Он только надеется, что, когда придет время, Джаред расскажет ему, что случилось.

– Я ужин заказал. Ты будешь?

В ответ Джаред прищуривается.

– А ты не против?

– Тупица, я же на нас обоих взял, – Дженсен открывает контейнеры и расставляет еду на столе. – Кстати, а где твой пикап? Его нет на парковке.

Джаред заметно напрягается и снова опускает голову.

– Ммм… Нику одолжил, он перевозил шкаф или стенку – что-то большое.

Настолько явная ложь выходит за всякие рамки, это уже слишком. И на сей раз Дженсен собирается устроить разбор полетов, но тут у Джареда звонит мобильный. Он смотрит на экран и закатывает глаза – ясно, значит, мама.

– Привет, мам.

Дженсен отворачивается, чтобы Джаред чувствовал себя свободно, и открывает холодильник. Черт, соус для стейков закончился. Он шепчет:

– У меня закончился «ЭйУан».

Джаред прикрывает рукой микрофон и говорит:

– Возьми у меня, дверь не заперта, – из трубки доносятся недовольные возгласы. – Да, мам, да, я здесь, слушаю тебя. Должны прийти через пару дней, я перевел вчера… Да, мам, дядю Фрэнка с днем рождения я поздравил по телефону.

Дверь Джареда немного заедает, Дженсену всегда приходится давить на ручку сильнее, чтобы открыть ее. Он вваливается в темноту прихожей, нащупав выключатель, зажигает везде свет и прямиком шагает на кухню – к холодильнику.

У Джареда абсолютно точно есть соус для стейков. Всегда. Но сейчас на полках вместо соуса стоят консервные банки с тунцом. Из любопытства Дженсен открывает морозилку и не находит там ни ягод для любимых утренних шейков, ни мороженого, ни фруктового льда, ни мяса, которое Джаред, как правило, держит под рукой. Все завалено пачками готовых ужинов фирмы «Здоровый выбор».

Удивленный исчезновением продуктов, Дженсен открывает кладовку. Раньше бы он под присягой подтвердил, что Джаред не сидит на диете. Но сейчас у Джареде на теле ни унции жира, а в кладовке – ничего, кроме крекеров и макарон, хотя обычно она полным-полна.

Соус «ЭйУан» стоит на полке, и Дженсен его забирает. Ведомый непонятным предчувствием, он не сразу направляется домой, а заворачивает в гостиную – и резко останавливается, когда замечает, что здесь нет ни телевизора, ни игровой приставки, вместо них отсоединенные провода и пустота.

Блядь, что происходит?

Захлопнув дверь, Дженсен возвращается к себе и, увидев, что Джаред все еще разговаривает с мамой, сдерживается и не подвергает его сходу допросу с пристрастием.

– Тогда, может, тебе стоит сходить к тому врачу, о котором мы слышали по радио. Ты же знаешь, Джефф и Меган отвезут тебя, только скажи. Знаю, что дорого, но… Да, хорошо. Да нормально я питаюсь.

Слушая очередное очевидное вранье, Дженсен прищуривается и рассматривает Джареда в поисках доказательств, что тот морит себя голодом: талию у него уже можно обхватить двумя ладонями, джинсы практически висят на несуществующих бедрах. Единственное, что осталось прежним, – плечи, такие же сильные, накачанные, мускулистые.

Дженсен все еще разглядывает Джареда, когда тот прощается, убирает телефон и вопросительно смотрит на него.

– Так мы едим или как?

– Едим.

– Да что с тобой такое?

Со мной?!

Нет, ну хватит.

– Какой, блядь, пиздец приключился с тобой, мой друг?

– О чем ты?

– Тебя ограбили? Как еще объяснить, что исчезли телек и приставка? Я уже молчу про продукты. Или с тобой что-то происходит, или к тебе забрался голодный вор, помешанный на видеоиграх.

Джаред вздрагивает, но Дженсен не останавливается, он завелся, и теперь в нем говорит адвокат.

– Несколько последних недель ты сам не свой, словно всё настолько пиздецки, что хоть в петлю лезь. Но я знаю, ты этого не сделаешь, ведь такой выход только для слабаков. Я прав? Джей? – и, не давая тому шанса ответить, продолжает: – И я знаю тебя. Не забывай – теперь я тебя знаю. Лучше, чем ты думаешь. И вижу, когда тебя колбасит на всю катушку.

– Не колбасит меня, – звучит слабо и неубедительно.

– Ах, нет? У тебя пропал интерес к жизни, – теперь Дженсен почти кричит.

Джаред поднимает на него глаза.

– Неправда.

– Правда! – В доказательство Дженсен начинает загибать пальцы: – Ты отказываешься идти в бар с парнями, ты не пошел со мной в ресторан, две недели назад ты даже не захотел посмотреть в кино тот сраный боевик, выхода которого ждал, чуть ли не дни считая. В тренажерке уже забыли, как ты выглядишь. Блядь, да ты же даже ко мне ужинать заходишь, словно тебя силком тащат. Что за хуйня, чувак? Я что-то сделал, что ты меня и знать не желаешь?

– Нет, что ты, нет, – говорит Джаред, избегая однако смотреть ему в глаза. – Не в этом дело.

– Будь добр, объясни мне тогда, в чем дело. Пожалуйста. Не будь девчонкой.

– Что ж, прекрасно, – и наконец-то Дженсен видит, что скрывает Джаред – это чувство написано у него на лице.

Отчаяние.

– Хочешь знать, почему я депрессую? Потому что я, блядь, на мели. Всё пошло по пизде. На счету, может, найдется сотня долларов, но я не могу позволить себе никуда ходить, а то, что ты всегда платишь за жрачку, выводит меня из себя. Да, я аннулировал абонемент в спортзал, отдал под залог телевизор и – убей меня! – солгал тебе насчет пикапа. Не одалживал я его Нику, а продал вчера, чтобы заплатить за квартиру. Отныне езжу на общественном транспорте и велосипеде. Доволен?

– Черт бы тебя побрал, Джей, почему ты ничего мне не сказал?

– Я не хотел, чтобы ты меня жалел. Видел бы ты сейчас свое лицо!

Выражение Дженсена мгновенно меняется на нейтральное.

– У тебя не слишком хорошо получилось, – язвит Джаред. – Давай просто не будем говорить об этом?

– Нет, будем – Дженсен проклинает себя, но даже в такой драматичный момент перед глазами стоят картинки, как он затыкает Джареду рот своим и трется бедрами о бедра. – Почему у тебя так плохо с финансами? На работе ты получаешь достаточно. Погоди, только не говори, что тебя уволили.

– Нет. Ничего подобного. Слушай, может, поедим хотя бы, пока я буду рассказывать? У меня нормальной жрачки уже сто лет во рту не было. Пришлось жить на замороженных обедах, их продавали с большой скидкой.

– Давай.

Весь запал Дженсена сразу проходит. Он хватает ножи, вилки, садится и ждет. Весь аппетит пропал, когда Джаред признался, что аннулировал абонемент в спортзал. А Джаред любил качаться.

– Помнишь, я рассказывал, что моя мама больна? Это более серьезно, чем думали вначале, и мы втроем должны каким-то образом оплачивать медицинские счета. Брат и сестра не потянут вдвоем, поэтому я тоже помогаю, посылая маме чек каждую неделю.

– О! – вместе с аппетитом у Дженсена пропадает желание кричать.

– И прошел почти год с окончания университета, поэтому я должен начать выплачивать ссуду, которую получил на время учебы.

– О!

– Ну, я потратил практически все сбережения и превысил баланс на кредитной карточке, в общем, все вышло из-под контроля. Поэтому я продал свой пикап и...

– Перестал есть?

– Прекрати, все не так ужасно. Я же не умираю с голоду, просто мне пришлось отказаться от некоторых продуктов. Вау, стейк охуенный!

Дженсен тоже пробует, но ему кусок не лезет в горло, поэтому он просто перекладывает мясо на тарелку Джареда.

Тот настолько поглощен своим рассказом, что не замечает этих нехитрых действий.

– За квартиру я обычно плачу из своих сбережений и ссуды, но теперь нет ни того, ни другого. И дураку ясно, что если я вскоре не улажу свои финансовые проблемы, мне придется вернуться в Калифорнию, поселиться у мамы или...

– Но ты же ненавидишь Калифорнию, а жизнь бок о бок с мамой сведет тебя с ума, – говорит Дженсен, проваливаясь в панику, как в болото. В груди словно тисками сжало; от одной мысли, что он потеряет Джареда, становится тяжело дышать.

– Или надо будет искать вторую работу, – пожимая плечами, заканчивает Джаред.

– Ты и так похож на выжатый лимон, когда приходишь вечером домой, твоя жизнь превратится в сплошной ад, с двумя-то работами!

– Ладно, Дженс, – немного раздраженно, – слушаю твои предложения.

Дженсен не колеблется ни секунды.

– Я дам тебе взаймы.

– Нет. Ни за что. Ни в коем случае.

– Почему нет, дурачина?

– Потому что... потому что... – Джаред подбирает слова, пока Дженсен, приподняв брови, словно находит ситуацию забавной, наблюдает за ним со снисходительным ожиданием.

– Потому что...

– Потому что я не хочу брать у тебя деньги.

– Попытка не засчитана, попробуй еще раз, – настаивает Дженсен.

– Слушай, это приведет только к новым проблемам, а у меня и так уже до хера забот. Не хочу, чтобы что-то встало между... – Джаред водит рукой от себя к Дженсену. – А ведь нас ждет именно это: сначала мы не будем знать, куда деваться от неловкости, потом станем едва разговаривать друг с другом, здороваться сухим кивком головы, перестанем проводить время вместе. Сразу вернуть тебе деньги не получится, и всему этому кошмару конца-края не будет, в общем, не вижу, как твое предложение улучшит ситуацию.

– Деньги позволят не увязнуть еще глубже в долгах, – объясняет Дженсен. – Поэтому тебе не придется переезжать или искать подработку.

– Тебе-то какая разница?

– Как это «какая разница»? Ты мой друг. Лучший и единственный – что значат деньги между друзьями? Просто бумажки. Ничего странного в моем предложении нет. Прими его.

Джаред качает головой и горько усмехается.

– У меня такое ощущение, ты совершенно не отдаешь себе отчета, сколько мне нужно.

Дженсен на приманку не клюет. Он смотрит Джареду прямо в глаза. Не разрывая зрительного контакта, идет к столу и, взяв чековую книжку, выписывает чек и протягивает его. Вот так.

– У меня много долгов, Дженсен, и ты не… – Джаред замолкает, когда, взяв чек из протянутой руки, смотрит на сумму. – Это ж дофига деньжищ, больше, чем мне нужно!

– Ну и хорошо, – ухмыляется Дженсен. – Они твои. Купи еды. Возьми подержанную машину. Избавься от долга по кредиту. Сделай всё необходимое и расплатись со всеми, кому должен.

– Сомневаюсь, что будет так просто, – Джаред встает из-за стола, пожимает Дженсену руку, оставляя чек лежать возле пустой тарелки. – Спасибо за ужин. Увидимся завтра.

Дженсен не двигается, не хочет отталкивать Джареда, поэтому не настаивает и говорит, пытаясь скрыть отчаяние в голосе:

– Просто подумай об этом, утро вечера мудренее. Пожалуйста. В этом нет ничего особенного.

Он, конечно, не поклянется, но вроде бы Джаред кивает, прежде чем уйти.

Чек остается лежать на кухонном столе. Позже, ночью, уже в постели, Дженсен ждет, что раздастся стук в стену. Этого не происходит.

Изображение


Вибрация телефона выдергивает его из сна на следующее утро. Дженсен садится и, не открывая глаз, тянется за мобильником.

От Джареда. Есть идея. В девять утра в субботу такое сообщение не обещает ничего хорошего.

Дженсен зевает в подушку, когда слышит, как открывается входная дверь и почти двухметровый Джаред взлетает по лестнице.

– Серьезно? – по утрам Дженсен в плохом расположении духа, и даже то, что Джаред врывается в спальню, не улучшает его. – Наша дружба уже дошла до такого?

– А в чем проблема? – спрашивает Джаред, искренне не понимая. Он садится на постель, скрещивая ноги, словно это самая обычная поза в мире. Жесткая щетина отросла еще больше, превратившись в бородку и оптически делая худое лицо круглее. На нем тонкая майка, на вид которой лет сто, если не все двести, и такие же старинные пижамные штаны с уточками.

– Я, вообще-то, мог быть голым, – Дженсен натягивает на себя одеяло, чтобы прикрыть грудь. Обычно он спит в боксерах, и последняя ночь не стала исключением, но тем не менее лучше подстраховаться.

Джаред поднимает брови и улыбается, все еще не понимая.

– Так ты голый?

– Нет. Но мог бы быть.

– Ладно, ты закончил с девчачьими страхами? Тогда я расскажу тебе о своей идее.

– Давай.

Джаред начинает говорить, и Дженсен, повернувшись на бок, закрывает глаза.

– В общем, я решил взять деньги, которые ты предложил вчера…

– Отлично. Я бы все равно тебя убедил.

Джаред делает глубокий вдох, он нервничает, и хотя Дженсен не видит его, ощущает, что тот беспрестанно постукивает пальцами по колену.

– И я подумал, что, может быть, смогу дать тебе что-нибудь взамен.

Ну-ка, ну-ка! Разговор принимает интересный оборот, и Дженсен делает над собой усилие и поднимает голову.

– Замечательно, но у тебя нет ничего, чего я хочу. Не обижайся, но крошки у тебя под диваном сырные, а не алмазные, – хмыкнув, Дженсен все-таки открывает глаза и садится на постели.

– Ну, это же не совсем правда, не так ли, Дженсен?

Этот голос… Дженсен никогда не слышал такого тембра у Джареда. Низкий, дразнящий, какой-то… флиртующий. Как бы то ни было, Дженсен удивленно поднимает брови.

– О чем ты, черт побери?

– Я возьму деньги, если ты позволишь мне делать вид, что я… твой бойфренд.

– Э? – по утрам Дженсен не очень сообразителен.

– Ты сказал, что тебе не хватает бойфренда…

– Никогда такого не говорил.

Джаред наклоняет голову и улыбается.

– Помнишь тот вечер, когда мы с ребятами смотрели игру, а потом ты напился и…

– Ладно-ладно. Стоп, – проклятье, Дженсен никогда больше алкоголя в рот не возьмет. – Может, я сказал что-то подобное, но я слишком занят, чтобы заводить отношения прямо сейчас.

– Вот именно! – Джаред приближается, и его движения лихорадочные, возбужденные, искрящиеся энергией – таким его Дженсен не видел уже несколько месяцев. Видимо, стресс от того, что деньги убывают, продолжался дольше, чем он думал. – И поэтому все будет идеально! Для остальных я стану твоим парнем, мы будем, как все нормальные пары, держаться за руки, обниматься, касаться друг друга на людях и тому подобное. Мне это никаких неудобств не доставит, а ты, не тратя времени на поиски, обзаведешься бойфрендом.

Это так смешно. И чертовски глупо. Настолько абсурдно, что Дженсен произносит лишь:

– Джаред, ты не гей.

– Не имеет значения. На данный момент ты не хочешь ни с кем знакомиться и встречаться, а я предлагаю не отношения, а прикрытие. Главное – для нас это нормально, а мнение других меня не волнует.

От удивления у Дженсена только шире открывается рот.

– Я всю ночь об этом думал и понял, что не буду чувствовать себя содержанкой, взяв твои деньги, если смогу отплатить тебе чем-то в этом духе. Мы ведь отлично ладим, любим проводить время вместе, и тебе приятно находиться в моем обществе. Все будет как обычно, только мы будем больше прикасаться друг к другу. Ты так и так лапаешь меня, пока мы смотрим баскетбол, и твои объятия не вызывают во мне отвращения или чувства гадливости.

Дженсен пытается протестовать, но ему не дают вставить и слова.

– Не ври, Дженс. Ты распускаешь руки, когда только можешь. Но я ничего не имею против, это же очевидно – особенно после того раза, когда ты, пьяный в стельку, чуть не забрался ко мне в трусы. Я даже не против периодически оставаться у тебя до утра – помнишь, однажды я провел ночь в твоей постели, когда у чувака слева врубилась сирена? Мне не было неприятно или противно. И ужинаем мы вместе практически каждый вечер, это тоже не будет новым. Так что… что скажешь? Дженс?

У Дженсена есть несколько вариантов, которые он быстро перебирает в голове. Во-первых, ему страшно хочется ржать – долго и громко. Потому что – нет, ну что за дерьмо?! – это самый бредовый бред, который он слышал за последний год. Во-вторых, он бы мог реально оскорбиться. Неужели он настолько жалок, что в обмен на деньги в долг вынужден выслушивать, как ему предлагают притворяться его парнем? Ужасно грустно и удручающе депрессивно. В-третьих, можно согласиться, ведь он и так готов на что угодно, только чтобы Джаред взял чек. Чем быстрей они решат эту проблему, тем скорей Джаред потеряет интерес к затее с фальшивым бойфрендством. Но по крайней мере, пока он не выбросил из головы эти глупости, у него будут деньги, чтобы расплатиться с долгами.

Пока Дженсен перебирает в голове возможности, как лучше объяснить Джареду, что его жертвы совершенно не нужны, тот, видимо, решает идти до конца в своем упрямстве. Тяжелый случай!

– Ладно, давай объясню наглядно, – Джаред легко касается его руки, словно Дженсен дикое напуганное животное. – Позволь мне… – И заползает под одеяло, растягиваясь во всю длину посреди кровати.

Дженсен смотрит на это безобразие со страхом в широко распахнутых глазах.

Джаред затихает на секунду, а в следующий момент рывком затягивает упирающегося Дженсена себе на грудь, обвивает руками, смыкая их у Дженсена на спине, немного сжимая, а затем ослабляя хватку.

– Видишь? Это совсем не плохо. Даже приятно.

– Ммм, – все еще в шоке, Дженсен не в состоянии говорить. Сопротивляться бесполезно, и он падает на грудь Джареду вместо того, чтобы отстраниться. Очень странно и неудобно, но горло словно судорогой свело.

– Вот так. Знал, что не потребуется долгих убеждений. Эх ты, маленький пугливый ягненок.

Дженсену все еще не удается выдавить из себя хоть что-нибудь членораздельное.

– Э… Джей?

– Шшш… А теперь мы поспим, вместе. Поговорить можно и позже.

Одной рукой Джаред притягивает Дженсена еще ближе, а другой ласково гладит по голове. И когда эти длинные ловкие пальцы зарываются в его волосы, Дженсен думает, что в принципе идея не так уж и плоха.

Изображение


Спустя два часа самого мирного сна в его жизни он все еще не возражает против затеи Джареда.

За исключением…

– Ты назвал меня маленьким пугливым ягненком?

Джаред просыпается от звука голоса и выглядит несколько сконфуженным, когда понимает, где находится и в чьих объятиях лежит. Странно то, что, осознав это, он не подрывается бежать на край света, подальше от спальни Дженсена.

– Ммм? Да, кажется, именно так я и сказал.

– Ты точно псих, – Дженсен несильно шлепает Джареда по животу и поднимается.

Джаред издает недовольный стон и тянет его обратно.

– Куда собрался? Полежи со мной... милый.

Дженсен только качает головой, улыбаясь, словно вся ситуация веселит его, и отбрасывает одеяло. Открывается горячая картинка – внушительное тело Джареда занимает почти всю кровать, а эти длинные раскинутые ноги...

– «Маленький ягненок»? «Милый»? По-моему, ты сходишь с ума.

– Схожу с ума по тебе, малыш.

– Боже... Я встаю, а то от твоих издевательств сдохнуть можно. Кто вообще пустил тебя в мою постель?

На этот раз Дженсен исполняет угрозу и поднимается, вмазывая Джареду коленом по яйцам, когда тот пытается удержать его.

– Оу, дорогой. Не будь такой сукой, – Джаред выглядит очень довольным и, закинув руки за голову, улыбается.

Направляясь в ванную, Дженсен только закатывает глаза. Ну хорошо, он позволит Джареду порезвиться несколько дней, затем тот успокоится, и вся история канет в небытие.

– Джей, серьезно, у меня сегодня куча дел.

– Конечно-конечно, – в тон ему отвечает тот и даже с места не двигается. – Ты и твои глупые субботние заботы.

– Не глупые, – Дженсен даже перестает доставать чистое белье из шкафа. – Мне нужно разобраться с рутиной в субботу, чтобы...

– Отдохнуть в воскресенье, знаю-знаю, – Джаред наконец-то поднимается с кровати и скребет заросший подбородок. – Итак. С чего начнем?

– Хочешь поучаствовать?

– Лично у меня нет ни денег, ни дел. Поэтому да, хочу.

– Ну, во-первых, мы идем в банк обналичивать твой чек, – не терпящим возражения тоном говорит Дженсен, – затем в супермаркет, затем уборка, а затем нужно будет собрать книжную полку, которую я купил.

– Отличный план.

Джаред двумя шагами пересекает комнату, нарушая личное пространство, подходит к Дженсену и, наклонившись, вытягивает губы, словно собирается...

– Эй! Какого хрена?

– Слишком далеко захожу?

– Еще как. Переходишь все границы.

Джаред коварно ухмыляется, скользя взглядом по губам Дженсена.

– Но я действительно хорошо целуюсь, Дженс. Очень хорошо.

– Сейчас ты идешь домой и принимаешь душ. Не знаю, как я выдержу, господи боже, за что мне это?

Хитро посмеиваясь, Джаред уходит, оставляя Дженсена со стояком в трусах.

День обещает быть чертовски длинным.

Изображение


На самом деле день оказывается забавным. Все скучные рутинные дела Джаред превращает в сплошное веселье. Пока Дженсен колесит по городу, тот, не останавливаясь, болтает, рассказывая обо всем, что любит; в супермаркете, услышав, что Дженсену до смерти надоели неизменные сэндвичи с сыром и ветчиной, дает дельные советы насчет ланча и ужина. Он терпеливо ждет Дженсена, пока тот выясняет, почему костюмы, отданные в химчистку, еще не готовы, и скрашивает ему время ожидания. А когда они возвращаются домой, помогает с уборкой и сортировкой продуктов.

– Джаред... ты не обязан тратить на меня свой выходной, – говорит Дженсен, надеясь, что это не прозвучит грубо или раздраженно, он никоим образом не хочет задеть чувства Джареда.

– Да, знаю, но мне всё понравилось. Я отвлекся от своих финансовых проблем, что не может не радовать. И, кстати, я не впервые провожу с тобой субботу, поэтому прекрасно знаю, что меня ожидает.

На кухне жарко, приятно ощущать босыми ногами нагревшийся кафель, и Дженсен открывает дверь в сад, впуская свежий воздух. Близится лето, солнце светит дни напролет, и он уже предвкушает, что скоро можно будет без свитера сидеть в саду, наслаждаясь видом заката.

– Ну, что, вздремнем часок-другой или займемся полкой? – Джаред хлопает в ладоши, и этот резкий звук разрывает безмятежную задумчивую тишину.

Дженсен открывает шкаф, в котором хранит инструменты.

– Если устроить тихий час, то вечером не уснем допоздна. А в последний раз, когда мы не спали до утра, пришлось смотреть, если не ошибаюсь, с дюжину самых отстойных фильмов в истории кинематографа. Нет уж, дай-ка я достану молоток и гвозди.

– А как было бы здорово поспать прямо сейчас, – отвечает Джаред, зевая. – Но ты прав, займемся сборкой.

– Живо наверх.

Задуманная как гостевая, вторая спальня меньше основной, она служит Дженсену кабинетом и библиотекой. В углу огромной кучей свалены книги, а на полу в середине комнаты лежит огромная коробка.

– Слушай, а зачем ты купил такую здоровенную? – интересуется Джаред, опускаясь на колени и начиная вскрывать картонную упаковку.

Обрезав и сняв ленту, чертов искуситель скидывает рубашку, отбрасывает ее в сторону, и, откинув назад копну волос, закрепляет на талии пояс с инструментами, который Дженсен принес с собой.

Похоже на сцену из отвратительно-дешевого, но по-настоящему горячего порнофильма.

– И какого, блядь, хрена ты тут расселся чуть ли не голый?

– Да брось! На самом деле тебе нравится то, что ты видишь, – Джаред перестает намеренно играть мышцами. – К тому же у тебя здесь жарче, чем в аду.

Что верно, то верно. От прямых лучей солнца дом нагрелся, превратившись в средоточие безвоздушного пространства, и с этим не поспоришь, как и с тем, что у Джареда впечатляющие мышцы на спине, твердая четко очерченная грудь, дразнящие соски и прокачанные кубики пресса.

Дженсен делает вид, что читает инструкцию по сборке, хотя на самом деле пожирает Падалеки глазами. В голове ни одной мысли, крутятся лишь несвязные обрывки – восхитительный, сексуальный. Бесит.

– Дженс? Ты помогаешь или тащишься от шоу? – Джаред прекрасно знает, насколько сбивающе с толку он выглядит.

– Эй, – Дженсен поднимает отвертку и указывает ею на Джареда. – Это была не моя идея устроить тут стриптиз.

Джаред оглядывается и ухмыляется.

– Вроде ты не жалуешься, – он вытаскивает одну за другой отдельные части из коробки и складывает их все в аккуратную стопку, – а только пялишься!

– Какой же ты засранец, – почему-то все мысли идут только в одном направлении, когда Джаред наклоняется, сверкая крепкой задницей в обтягивающих ее второй кожей джинсах.

Они возятся на час дольше запланированного, поскольку в первый раз прибивают боковины задом наперед и приходится начинать все заново. К тому моменту, когда заканчивают, с Джареда ручьем льет пот. Он практически весь блестит, капли стекают с ключиц, медленно ползут по животу вдоль рельефных мышц и исчезают под кожаным коричневым поясом на джинсах.

Джаред – его персональный грех, отвернуться Дженсен не в силах.

Поставив последнюю книгу на собранную полку, Джаред выпрямляется во весь рост.

– Ого! Это молоток у тебя в штанах?

– Я просто рад тебя видеть, – пока Падалеки подленько хихикает, Дженсен достает телефон, чтобы заказать ужин.

– Пицца пойдет?

– Ага. Я в душ, а то воняю похлеще скунса.

– Давай, доставка через двадцать минут.

Дженсен никак не комментирует мускусный запах, источаемый потным телом, он находит его привлекательным. Фактически к аромату дезодоранта, туалетной воды или одеколона, которым пользуется Джаред, добавляется его личный запах.

Через десять минут Джаред возвращается, уже в свежих шмотках, годных для сна. Вскоре привозят пиццу, в холодильнике обнаруживается ледяное пиво, а на центральном канале ужастик про зомби. В целом прекрасное завершение отличного дня.

– Жуткий фильмец, – говорит Джаред с полным ртом и подмигивает, прожевав: – Наверное, я останусь ночевать у тебя.

Дженсен готов поспорить на пять долларов, что Джаред захрапит прямо тут, на диване, поэтому даже не утруждается с ответом.

И он прав. Джаред вырубается, не досмотрев и до середины. Дженсен набрасывает на него плед, выключает везде свет и поднимается в спальню. После утомительного дня засыпает он тоже быстро, в полной уверенности, что Джаред проспит мертвым сном как минимум до утра, а после сразу пойдет домой.

Ошибается. Джаред вскакивает около полуночи и забирается к Дженсену в постель.

– Джей, что такое?

– Время пообжиматься.

– Господи, ты серьезно… Ужасно странно, – признает Дженсен, – я ощущаю себя так, словно плачу тебе за секс.

– Никакого секса. Только обнимашки. Расслабься.

Джаред закидывает руку Дженсену на талию и, притянув к себе, укладывает того носом себе в подмышку, щекочет носом висок и глубоко вздыхает.

В тишине проходит несколько секунд, и Дженсен не выдерживает.

– Я не могу расслабиться, Джаред. Мне неловко.

– Тебе неловко, потому что ты вбил себе это в голову. Я вот не ощущаю никакой неловкости.

– Ты просто странный.

– Не-а. Шшш... Засыпай, мой маленький пугливый ягненок.

– Обоженет.

С этим надо что-то делать, идиотское прозвище уже достало. Дженсен отстраняется, и в живот Джареду влетает кулак.

Джаред в отместку дергает Дженсена за руку, так что тот, не удержавшись, падает ему на грудь.

– Так-так, маленький ягненок, не пытайся драться со мной.

– Я тебя убью.

– Не-а, я большой злой волк, – Джаред смеется и потирается своей бородатой щекой о Дженсена. – И не прикидывайся, что весь день не насмехался над моей бородой.

– Отвали, – бормочет Дженсен, пытаясь оттолкнуть Джареда. Ничего не получается, Джаред слишком большой и сильный, а он сам безумно устал за сегодня. Джаред начинает выть по-волчьи, и Дженсен отвечает истеричным гоготом.

Уже поздно, и ему ничего не остается, как сдаться и, по-прежнему смеясь, распластаться на теплом теле. Погружаясь в сон, он чувствует себя счастливым, и даже их странный договор больше не кажется глупой студенческой шуткой.


25 дек 2017, 15:16
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


Весь следующий день проходит по тому же сценарию: Джаред хвостиком мотается за Дженсеном, по-щенячьи преданно заглядывая в глаза. Они занимаются домашними делами, и единственное отличие от тех воскресений, которые они проводили вдвоем и раньше, в том, что Дженсена удается уломать на баскетбол в парке.

Поздно вечером после «Декстера» Джаред уходит спать к себе, ворча, как быстро бежит время. И это действительно так, понимает Дженсен, ведь вместе они посмотрели уже почти два сезона. В том, что они не пропустили ни одной серии, заслуга Джареда: если сам Дженсен педантично следит за выполнением планов в субботу, то Джаред неукоснительно соблюдает их воскресный ритуал.

Неделя проносится как обычно: Дженсен много работает, оставаясь в офисе до позднего вечера. Уходя из кабинета, он прямиком двигает домой и практически сразу падает в постель. Но хотя бы радует, что Джаред снова свеж и бодр и не выказывает никаких признаков депрессии, потому что еще и на это у Дженсена нет ни времени, ни сил. Он измучен, раздражен и ворчлив. Каждый день – клиенты, еще больше клиентов, толпы клиентов. К счастью, Джаред быстро складывает два и два и оставляет Дженсена в покое, когда тот не хочет есть, или слишком устал, чтобы идти на пробежку, или отказывается говорить о работе.

Но вот наступает вечер пятницы, и Джаред решает вытащить Дженсена из болота рутины.

– Давай сходим в кино, ну же, встряхнись. Моя очередь фильм выбирать, а твоя очередь платить.

Честно говоря, Дженсен не хочет никуда идти, но заставляет себя согласиться в надежде, что это немного поднимет настроение.

– Всегда моя очередь платить.

– Вот поэтому ты мой…

– Блядь, да когда ты уже заткнешься со своим ебаным ягненочком!

– Вообще-то я хотел сказать «мой сладкий папик». Но если ягненочек нравится тебе больше...

Если бы взгляды могли убивать, то смерть Джареда была бы быстрой, но крайне болезненной. Джаред лишь смеется и, пока Дженсен запирает квартиру, идет к себе за свитером. Дженсен настраивается на новый ужастик, вышедший на прошлой неделе, но вместо этого Джаред покупает билеты на научную фантастику.

– По-моему, я где-то читал, что в этом фильме должна быть сцена лесбийской любви между двумя инопланетянками.

– Вау, какие кинки, Дженс! Я не знал, просто проинтуичил.

Тяжело вздохнув, Дженсен качает головой и идет к стойке сладостей купить «Скиттлз» и желатиновых мишек. Продавщица кидает на Джареда оценивающий взгляд, и тот отвечает своей фирменной улыбкой с ямочками. Самое время вежливо хмыкнуть и уйти в зал, но тут Джаред кладет обе руки ему на талию, и у Дженсена невольно брови ползут вверх. Вытаращив глаза, девушка молча хлопает ресницами. Джаред умеет производить впечатление.

Положив подбородок Дженсену на плечо, он ждет, пока тот уберет деньги в кошелек. А когда портмоне отправлено в карман, хватает Дженсена за руку и переплетает их пальцы.

– Хм. Что ты творишь?

– У нас свидание, – Джаред даже не запинается на последнем слове. – Что тебя беспокоит?

– Ничего. Но мы на людях. Вдруг столкнемся с кем-нибудь из твоих знакомых?

– Ты им все объяснишь.

Дженсен ничего не отвечает, надеясь, что Джаред сбавит обороты. И удивляется мастерству, с которым тот открывает пакетики со сладостями, ни на секунду не выпуская его руку из своей.

А еще – прикосновениям. Периодически Джаред гладит большим пальцем костяшки Дженсена, меняет руки, когда ладонь становится слишком потной, переплетает их пальцы, словно так и должно быть.

Пора начинать беспокоиться, насколько идеально они подходят друг другу, но Дженсен слишком устал, чтобы психовать. Ему хорошо. Может и по-девчачьи признавать это перед самим собой, но он признает. Пусть поведение Джареда ничего не значит, но даже так Дженсену комфортно и тепло: его держат за руку, согревая и невесомо лаская. А самое лучшее в этом то, что Джаред, полностью сосредоточившись на сюжете, проделывает всё автоматически, не задумываясь.

И Дженсен вместо того, чтобы следить за фильмом, старается как можно незаметней пялиться на широкую ладонь Джареда. На него обрушиваются новые, необычные ощущения, как ему кажется, совершенно неуместные. Ему неловко, но каждый раз, когда он отодвигается и хочет высвободить пальцы, Джаред отвлекается от экрана, заглядывает ему в глаза и улыбается так открыто и искренне, словно хочет сказать, что всем доволен и для полного счастья ему нужно, чтобы и Дженсен расслабился.

Наверное, поэтому Дженсена и вырубает. Полтора часа спустя Джаред несильно трясет его, и Дженсен поднимает голову с его плеча.

– Хорошо, в следующий раз я прислушаюсь к твоим словам, если ты скажешь, что устал, – Джаред помогает Дженсену подняться, и рука об руку они покидают кинотеатр, проходя мимо гогочущей толпы тинэйджеров. Джаред забирает ключи, и Дженсен, поудобнее свернувшись на пассажирском сидении, еще раз засыпает, пока они едут домой.

– Ну все, спящая красавица, проснись и пой.

Выходя из машины, Дженсен зевает и надеется, что свежий воздух взбодрит его, но этого не происходит, он на самом деле слишком вымотан.

– Последний раз, когда ты выглядел таким уставшим, ты слег с бронхитом, помнишь? – Джаред, приобняв, уводит полусонного Дженсена с парковки.

Под утро Дженсен очухивается в собственной постели, но не может вспомнить ни как его до трусов раздевали, ни почему голова снова покоится у Джареда на груди, а не на подушке.

Прекрасно, если Джаред хочет поиграть в эти игры, Дженсен поучаствует.

Но будет решительно отрицать, что они обнимались.

Изображение


На следующий день Дженсену становится хуже. Будучи уверен, что это всего-навсего аллергическая реакция, а не вирусная инфекция, он тем не менее остается дома. Время коротает за просмотром глупейших реалити-шоу, долго болтает по телефону с семьей, несколько часов отвечая на вопросы родителей и выслушивая последние сплетни.

Джаред один уходит на пробежку, затем берет машину Дженсена, чтобы успеть в несколько мест, разбросанных по всему городу. Дженсен надеется, что одним из таких мест станет парикмахерская, потому что без боли смотреть на вышедшие из-под контроля лохмы уже невозможно.

– Сладенький, я дома!

– Ты купил мне платки?

– Да, моя принцесса, – Джаред кладет перед ним упаковку бумажных платков. – Эти с каким-то специальным смягчающим лосьоном. Нам же не нужно, чтоб ты стал похож на красноносого олененка Санта-Клауса.

– Замечательно. Спасибо.

– А еще ужин. И ореховое масло с вареньем, чтобы на следующей неделе ты тут с голоду не помер, – с этими словами Джаред вываливает тонну продуктов на стол. – Теперь рассказывай, как ты провел день, ну, кроме того, что скучал по мне?

– Немного пообщался с родными, ничего особенного.

– Сообщил маме, что чихаешь, а я забочусь о тебе?

– Ммм… нет, – Дженсен достает «Клинекс» и шумно высмаркивается. – Об этом я не упоминал. Мне кажется, или ты скупил все печенье в магазине?

– Ну, платил же ты. Вот, пока не забыл, – Джаред достает кредитку Дженсена и протягивает ему. – Пожалуйста.

– Спасибо, что сходил в магазин, пока я тут умирал.

– Зато сейчас ты отлично выглядишь, – и снова этот голос: такой глубокий, дразнящий, что в каждой фразе невольно ищешь двойной смысл.

– Твоё присутствие и мертвого из могилы поднимет.

Сарказм Дженсена не действует, Джаред продолжает откровенно флиртовать. Вот только Дженсен не верит ни комплиментам, ни взглядам, полагая, что, скорее всего, это часть падалечьих «игр» в бойфренда.

Хоть стой, хоть падай.

Словно подтверждая эти мысли, Джаред хозяйничает на кухне: включает духовку, разогревает замороженную лазанью, на всех парах воплощая план расплатиться с Дженсеном именно таким образом. Черт бы побрал и его, и его план.

– Как твоя мама? Дома все в порядке?

– Ага.

Дженсен снова высмаркивается и, только подняв взгляд, замечает, что Джаред как-то странно смотрит на него.

– Ты никогда не рассказываешь о своих родителях. В чем...

На это Дженсен только поднимает бровь, а Джаред тут же закрывает ладонью рот.

– Пиздец. Они, что, выкинули тебя из дома, узнав, что ты гей? Ты их ненавидишь, да? Блядь, Дженс, извини, что начал об этом.

– Да нет. Боже милостивый, нет же! – Дженсен закатывает глаза и запрыгивает на барную стойку. – Конечно, они не пришли в восторг, когда я сказал, что предпочитаю члены сиськам, им понадобилось время прийти в себя, но теперь у нас все отлично.

– И?

– И они даже любили Ноа. Считали, что мы идеально подходим друг другу, и не понимали, почему я бросил его и решил уехать. Маму страшно огорчило, что я расстался со своим единственным, как она называла Ноа. На ее взгляд, иметь совершенно разные цели в жизни не повод для разрыва.

Джаред берет коробку с печеньем и пускает слезу.

– Это так тяжело, чувак.

– Мы же ужинать будем через двадцать минут. Ты собираешься до еды набить пузо сладким?

– Я ничего не могу с собой поделать, всегда ем, когда расчувствуюсь. А ты теперь ворчишь, как моя мама, рассказывай лучше дальше о родителях.

– Да нечего больше рассказывать, – улыбается Дженсен. – У нас все хорошо, и ты это знаешь, обжора.

Джаред смеется – Дженсен прав, он знает. У них и раньше заходили разговоры о семье – в основном болтали о потасовках со старшими братьями или о том, как подвешивали младших сестер вверх ногами, пока тех не затошнит. Родители же – это более деликатная тема. Например, всем, что он помнит о своем отце, Джаред охотно делится. Он принимает потерю и живет дальше, хотя и дня не проходит, чтобы он не думал о нем. А вот о матери Джаред говорит исключительно редко, только когда настроение хуже некуда и из рук все валится, вот тогда – да, чтобы добавить. А потом заливается слезами жалости к самому себе и пивом, если за ним в магазин бежать не надо.

Джаред уплетает целую пачку печенья, а потом еще три порции лазаньи. Дженсен едва осиливает единственную тарелку и выпивает пару таблеток тайленола в надежде согреться и вырубиться.

Посмотрев вечерние передачи, они везде выключают свет, и Джаред прямиком скачет к лестнице. Дженсен колеблется.

– Чего тормозишь?

– Собираешься ночевать у меня каждый уикенд?

– Вообще-то я думал, что в выходные само собой, плюс еще раз или два на неделе. Ты в последние пару дней такой раздражительный, мое присутствие поднимет тебе... настроение, а мне нравится, когда ты в тонусе. К тому же, люблю спать не один.

– В моей постели?

Джаред пожимает плечами.

– Твоя кровать намного удобнее, чем моя. Матрас опять же новый. А вот чем ты объяснишь, что не хочешь, чтоб я остался на ночь?

Боже, ну не сексом же они собираются заниматься, Джаред очевидно хочет просто воспользоваться его матрасом.

– У меня насморк, я грязный…

– Это никого не интересует.

Джаред бежит за Дженсеном и игриво шлепает по заднице. В спальне стаскивает футболку и штаны, оставаясь в одних узких облегающих черных трусах.

– Ты снова в хорошей форме, Падалеки.

Дженсен не может удержаться от похвалы, фигура Джареда магнитом притягивает взгляд.

Но тот, даже не заметив комплимента, забирается на кровать, находит руку Дженсена и со стоном, который означает дискомфорт, кладет ее себе на живот.

– Печенья объелся. Погладь, а?

Дженсен издает смешок.

– Ты шутишь?

– Ну давай, Дженс, я совершенно серьезно. Мне не до смеха, у меня кишки крутит.

– Какой же ты ребенок, – бормочет Дженсен и опускает руку Джареду на область повыше пупка. Там не очень много волос, дорожка густеет к низу, пальцы Дженсена пробегают по ней, поглаживают, снова возвращаясь к центру. У Джареда такой плоский живот, что кажется нереальным. Запрещать такие надо. Рукой он гладит кубики пресса, ощущая каждой подушечкой теплую гладкую кожу. Вверх-вниз, круговыми движениями, слегка задевая маленькую родинку на тазовой косточке.

Джаред тяжело сглатывает и немного поворачивает голову.

– Эй, Дженс.

– Да?

– Как ты думаешь, я смогу понравиться твоей маме больше, чем твой бывший?

– Возможно.

– Хотелось бы с ней познакомиться, – в тишине проходит несколько секунд, а потом снова раздается: – Эй, Дженс?

– Ммм?

– Помнишь, я упомянул как-то, что хорошо целуюсь? – шепчет Джаред, придвигаясь ближе, проводя ладонью по предплечью Дженсена вниз, сжимая тому пальцы, а затем привычно переплетая их со своими.

– Ммм...

– Это правда.

Дженсен прекращает поглаживания.

– Давай спать, Джей. Наверняка завтра нам обоим будет лучше.

– Как скажешь, детка.

Изображение


Следующие несколько недель пролетают как в тумане. Джаред остается ночевать каждую пятницу, субботу и, если Дженсен в добродушном настроении, во вторник или в среду. Это становится обычным делом, а Дженсен любит все привычное, поэтому держит язык за зубами, и все продолжается в том же духе. Он сдается и позволяет обнимать себя, рискуя в обратном случае натолкнуться на грустный щенячий взгляд. Во сне они переплетаются конечностями, и утром Дженсен просыпается от того, что Джаред прижимается к нему сзади, обхватывая огромными руками и ногами, и обнимает всем собой так крепко и жарко, что это ощущается почти настоящим.

А потом все едва не летит в тартарары по вине Честера, отморозка из почтового отдела фирмы. В последнее время он оказывает Дженсену характерные знаки внимания: постоянные подмигивания в коридоре и лифте, глупые шуточки всякий раз, когда приносит почту Дженсену прямо в кабинет. А эти неуклюжие подкаты...

– Привет, Дженсен, зеленый галстук изумительно подчеркивает цвет твоих глаз.

Или:

– Привет, Дженсен, я слышал, адвокаты все время в напряжении. Дай знать, если понадобится помощь.

Или:

– Привет, Дженсен, почему не носишь обручальное кольцо? Или еще не встретил жен-ЖЧИНУ своей мечты?

Обычно Дженсен игнорирует все эти подъебки, просто слишком занят, чтобы реагировать или отвечать, но он слышит их все. Однако постепенно дело доходит до ночных кошмаров, и Джаред, называя такое поведение домогательством, советует открыто послать этого Честера нахуй. Конечно, Дженсен мужик, в состоянии сам достойно разобраться с любым дерьмом, и ему нравится фантазия, в которой он дает ублюдку по яйцам. Но нравится и другая – где Джаред делает это вместо него.

Сегодня время расписано по минутам: через полчаса встреча с вечно недовольным клиентом, потом нужно надиктовать отказ на встречное предложение ответчицы, во второй половине дня переговоры с Дэном, старшим партнером фирмы. Кроме всего прочего, ему постоянно приходится отвлекаться на телефон – секретарша Паркера перенаправляет на него все входящие звонки шефа, который что-то увлеченно обсуждает в коридоре.

– Привет, Дженсен.

Черт подери. Опять. Ему совершенно не до того.

– Не сейчас, Чет, я занят.

– Ну, Дженсен, я ж просто по дружбе. Ты сегодня отлично выглядишь.

– Ага, – Дженсен берет со стола папку с бумагами по делу и запихивает в свой кейс. Если не уйдет сейчас же, он опоздает. – Судя по твоим словам, я каждый день так выгляжу.

Честер блокирует выход, и вблизи он выглядит еще более похожим на отморозка. Зубы у него желтые, волосы прилизаны назад каким-то склизким гелем, от которого на плечи падает перхоть. От него несет луком, и Дженсен, едва сдерживая желание зажать нос, быстро протискивается мимо.

Тогда-то все и происходит: Честер щиплет Дженсена за задницу. Мерзавец охуел.

Дженсена моментально покидает его хваленое хладнокровие. Врезав Честеру кулаком в челюсть, он хватает его за горло и толкает к двери. Голосом можно резать без ножа, когда он выплевывает:

– Хватит. То, что я гей, не значит, что тебе позволено меня лапать. Держи свои грабли подальше от меня, мудозвон, или получишь пиздюлей, мало не покажется.

Честер уже чуть не рыдает, и Дженсен, под конец хорошенько встряхнув его для убедительности, отстраняется.

– Я вам не помешал, джентльмены?

Блядь. Это Дэн. Дэн, старший партнер фирмы пятидесяти с лишним лет, человек старой закалки. Женатый и верующий. Без сомнения, он слышал каждое слово, которое только что произнес Дженсен.

– Дженсен?

– Нет. Просто небольшое недоразумение. Порядок. Все хорошо.

Честер с готовностью кивает и практически убегает прочь по коридору. Дэн смеется и несильно хлопает Дженсена по спине.

– Думаю, он уже давно напрашивался, как считаешь, Эклз? Давай-ка отложим все встречи на более позднее время и пойдем спокойно поедим. Сегодня меня тянет на итальянскую кухню, ты не против?

Дженсен не в состоянии что-то быстро ответить, у него шок: он только что на работе признался в своей ориентации и почти избил сослуживца. Остается только надеяться, что за ланчем его не уволят.

Изображение


– Привет, пупсик! Как прошел день?

Джаред в своем репертуаре: возвращается с работы в пять, уходит на пробежку и, приняв душ, в итоге объявляется у Дженсена. Здесь он врубает кабельное, разогревает остатки вчерашнего ужина, делает салат и ждет, когда Дженсен вернется домой около семи.

– Мне устроили на работе каминг-аут. Не спрашивая моего согласия. В двух словах – отстойный пиздец.

– Ты не шутишь? Ох, блядь... – Джаред выключает телек и встает на пороге кухни, собираясь притянуть Дженсена в объятия, но того мучает жажда, и он проскальзывает мимо Джареда, направляясь к холодильнику. – Ты в норме? Как это случилось?

– Мудила Чет совсем охерел, распустил руки. Облапал меня, – объясняет Дженсен, делая глоток ледяного пива. – Я вышел из себя, приложил говнюка и сказал ему пару ласковых, а Дэн все слышал, он стоял прямо у меня за спиной.

– О-о! – теперь Джаред не дает Дженсену отстраниться, упрямо притягивает к себе, прижимаясь носом к прохладной шее и глубоко вдыхая. – Что он сказал?

– Я уж думал, он открутит мне яйца и уволит нахрен, – не пытаясь вырваться из объятий, Дженсен делает еще один глоток. – Но он увел меня на ланч, похвалил за работу, особенно в последнее время, и пригласил наряду со всеми старшими партнерами и их женами на выездное совещание фирмы через месяц.

– То есть для него не проблема, что ты гей?

– Не-а. Выяснилось, что у его жены кто-то из родственников нетрадиционной ориентации – дядя или кузен, не помню. К тому времени я уже расслабился и не особо обращал внимание на его болтовню.

– Вау! Это здорово, – говорит Джаред, наконец отпуская Дженсена. – Хорошо, что хорошо закончилось.

– Вот уж точно – повезло так повезло! Блядь, голова раскалывается, – Дженсен сжимает пальцами виски и трет их, надеясь облегчить боль.

Джаред берет все под контроль и, помогая Дженсену снять пиджак, стискивает за плечи. Парень он сильный, хватка у него стальная.

– Эй, как ты смотришь на то, чтоб пойти принять горячий душ, а я пока приготовлю что-нибудь на ужин? Перекусим в постели, я сделаю массаж. Окей?

Дженсен и хотел бы запротестовать, но у него нет сил. Он мечтает о теплом душе и кровати как о манне небесной.

– Окей, только не возись слишком долго.

Джаред улыбается и подмигивает, и почему-то у него получается не выглядеть при этом глупо.

– Не заставлю тебя ждать, детка.

– Умираю от голода, – ворчит Дженсен, – не ел ничего с ланча, учитывая обстоятельства. И прекрати давать мне идиотские прозвища.

Джаред громко фыркает, но Дженсен уже поднимается по лестнице. Через минуту он в ванной; встав под душ, пускает воду и смывает с себя вместе с пеной все неприятные события этого дня, проигрывая их еще раз у себя в голове. Давненько он не приходил в такую ярость из-за какого-то мудака, что почти пустил по пизде свою карьеру. Совсем на него не похоже. Будучи адвокатом, он привык сначала думать, а потом действовать.

Блядь. Сегодня все могло обернуться крахом.

Когда Дженсен валится на постель, лампы потушены, мягкое свечение идет только от экрана стоящего на комоде телевизора, транслирующего какой-то детективный сериал, громкость на минимуме. Стоит ему устроиться, как входит Джаред с полным подносом еды, который он передает Дженсену, пока сам быстро скидывает одежду.

Завтра рабочий день, поэтому никакого спиртного Джаред не принес. Наверное, подумал, что двух выпитых бутылок пива Дженсену достаточно, вот только от такого количества алкоголя не пьянеешь, лишь раздражаешься еще больше. Сейчас бы бокал вина, но, когда Дженсен встает, чтобы пойти за ним, Джаред кидает на кровать бутылку массажного масла, и мысли о «Мерло» моментально испаряются.

– Не грузись, – говорит Джаред, жестом прося перевернуться. – Ты весь в напряжении, я просто разомну тебе плечи.

От бесплатного массажа Дженсен еще никогда не отказывался.

– Только плечи, да?

– Если будешь хорошо себя вести, – Джаред взбалтывает масло и, вылив на ладони, согревает его, потирая одну об другую, – я и о пояснице позабочусь.

Дженсен ложится на кровать, раздвигает ноги и устраивается с максимальным комфортом.

– Звучит многообещающе.

– Расслабься и получай удовольствие, дорогой, – тягуче говорит Джаред, оглаживая напряженную спину и выписывая круги на боках. – И не забивай голову мыслями о Честере-извращенце.

Дженсен смеется, пока Джаред не шикает на него. А потом ловкие руки начинают разминать лопатки, массируют болевые точки плеч и позвоночника. Джаред не осторожничает – используя свой вес, он с силой давит и трет, избавляя мышцы от судорог и спазмов.

– Кайф какой…

– В этом смысл.

Он сдвигается ниже по спине Дженсена, пальцами почти охватывая талию, поднимая простыню и отбрасывая ее. Хорошо, что Дженсен не снял трусы…

– Он здесь прикоснулся к тебе?

– А?

От удовольствия Дженсен почти задремал.

Джаред едва касается ладонью изгиба ягодиц, слегка задевая ткань боксеров.

– Чет здесь тебя лапал?

– Ммм… угу…

– У тебя классная задница. Мне нравится.

Джаред похлопывает по упругим половинкам и переходит на ноги. Пальцы скользят в трусы и обхватывают бедра.

– Это в тебе гей заговорил?

– А тебе нужно на все ярлык нацепить?

Дженсен стонет, когда Джаред разминает еще одну болевую точку.

– Ты прав. Прости. Можешь быть геем сколько хочешь, пока… Ооо, да… Не останавливайся.

– Нравится?

Джаред легко передвигается на кровати, и вот его губы уже у мочки уха. И Дженсен чувствует, как колет голые плечи борода Джареда. Говорить невозможно, откроешь рот, и от стонов не удержишься. Поэтому он просто кивает.

– Дженс?

– М?

– Засыпаешь? – губы совсем рядом, щекочут плечи и спину. – Дженс?

У Дженсена ощущение, что его накачали наркотиком, Джаред такой большой, его так много, он везде – это убаюкивает. Дженсен не может отвечать, просто не в состоянии, даже если бы и хотел сказать что-нибудь.

– Черт тебя побери, Дженс... Я начинаю хотеть, чтобы между нами все было по-настоящему.

Это последнее, что Дженсен слышит, прежде чем заснуть. А последнее, что он ощущает, – скольжение губ, оставляющее невидимые следы на коже.

Изображение


В четверг Дженсен рано приходит с работы, и, не теряя времени, они отправляются на пробежку в парк. Там отличная дорожка длиной ровно в милю, и в хороший день Дженсен пробегает три круга. Сегодня он несколько часов подряд просидел за столом, мышцы напряжены как хрен знает что, о рекордах придется забыть. Пробежав с полмили, они останавливаются и делают растяжку.

В это время уже нет толпы, начинают сгущаться сумерки, садится солнце. Только на детской площадке еще полно орущих малышей, они носятся повсюду, качаются на качелях и катаются с горки. В пруду в центре парка крякают утки, и парочки рука об руку лениво фланируют по аллеям.

– Хочешь, я помогу тебе растянуть gluteus maximus? – дразнится Джаред, поднимая руки над головой, чтобы разработать мышцы спины. Избавившись от футболки, он выставляет напоказ впечатляющий брюшной пресс, затем садится на траву и растягивает икры. – Я очень хорошо разбираюсь в ягодицах.

Дженсен со вздохом закатывает глаза и собирается язвительно ответить, когда в нескольких футах замечает знакомое лицо.

О нет.

Это как стон, и Джаред, кинув на Дженсена удивленный взгляд, поворачивается посмотреть, кто или что вызвало такую реакцию.

– Хм. Привет, Дженсен.

– Чет? Какого хрена ты здесь делаешь? – от гнева Дженсен сжимает челюсть и скрежещет зубами. – Блядь, ты преследуешь меня?

До Джареда начинает доходить, кто перед ним: брови у него ползут вверх, а рот в неверии приоткрывается.

– Что? Нет! Ничего подобного! Я всего-навсего собаку свою выгуливаю.

Дженсен разглядывает черного добродушного лабрадора – и хотел бы погладить, но сейчас нельзя отвлекаться на пса.

Джаред трясет головой, пытаясь понять.

– Погоди, это Честер? Парень из твоей конторы? Тот самый, который лапал тебя?

– Да, – шипит Дженсен, взглядом требуя, чтоб Джаред умолк.

Чет начинает дергаться, делает шаг вперед, теребя в руках поводок.

– Ладно, я случайно увидел тебя на дорожке и просто пошел за тобой…

Слушая этот бред, Джаред разворачивает плечи, встает с травы и, выпрямляясь в полный рост, сужает глаза. Чтобы выглядеть внушительнее, если такое вообще возможно, упирает руки в боки. В принципе Джаред самый мирный и безобидный человек, которого Дженсен знает, но ведь он никогда не видел его в ярости. Немного страшно. И очень сексуально.

Честер втягивает голову в плечи, кидает нервный взгляд на великана перед собой и, едва не спотыкаясь, делает шаг назад. Теперь видно, как он дрожит, но старается взять себя в руки.

– Дженсен, я только хотел извиниться. Правда, мне по-настоящему жаль, что случилось то, что случилось. Клянусь, я больше не буду мешать тебе на работе, почту перестану приносить лично в кабинет. А это твой друг?

– Бойфренд, – великодушно просвещает Джаред таким серьезным тоном, что даже Дженсен поверил бы ему.

– Да, точно, – Чет прочищает глотку, и его маленькие глазки упираются в землю, словно ему стыдно. – Конечно.

И Дженсен уже размышляет, не слишком ли сурово поступил с парнем.

Джаред подходит к Дженсену, кладет ему руку на талию и притягивает к себе поближе.

– У тебя что-то еще, Честер?

Дженсена накрывает удушливой, жаркой волной возбуждения, когда широко раскрытая ладонь Джареда в защитном жесте обвивается вокруг его бедер. Безо всяких сомнений, он и сам может надрать Чету зад, но как же приятно ощущать, что можно рассчитывать на безусловную помощь Джареда.

– Хм, – Чет качает головой и в очевидном раздрае отступает назад, к дорожке. – Нет, спасибо… Да. Прости. Еще раз.

Джаред молча смотрит на него, пока тот не скрывается из виду, и от комичности ситуации Дженсену хочется заржать. Должно быть, это чувствует и Джаред: видя, как Дженсен борется с улыбкой, он, встав в стойку, сжимает кулаки и проникновенно произносит:

– Я буду защищать тебя, детка.

– Ой, я тебя умоляю, – Дженсен отталкивает Джареда и легкой трусцой продолжает пробежку в направлении противоположном тому, куда ушел Честер.

– На полном серьезе, я мог бы так отделать этого мудилу! Вместе с его миленьким маленьким песиком. Хотя нет, собаку я бы не обидел.

Кто бы сомневался.

Изображение


Ближе к концу недели Дженсен понимает, что взвинчен до предела: сначала он едва не начистил рыло Честеру, за что его чуть не уволили, а в итоге подловил ублюдка в парке на сталкинге. Как правило, в жизни Дженсена мало драмы, поэтому эти три – сами по себе незначительные – инцидента выбивают его из привычной колеи.

Добавим к этому многомесячное воздержание. В одном месте уже порядком зудит, и сегодняшний вечер однозначно должен закончиться трахом. Уговор уговором, но у него насущная потребность в определенных действиях сексуального характера, удовлетворить которую Джаред не может.

Решившись, он соглашается в пятницу вечером выбраться с Джаредом в «Запад». Совместная вылазка имеет свои преимущества: Джаред за рулем, Дженсен свободен в выборе выпивки. Отпускает он себя не часто, но сегодня ему во что бы то ни стало надо оторваться.

– Знаешь, я тут подумал… Не хочешь сказать на работе, что я твой постоянный парень? – предлагает Джаред, паркуясь. В клубе толпа народу, это ясно. На улице выстроилась очередь, можно присмотреться и выбрать кого-то на одну ночь. – Таким образом, засранцы типа Честера будут знать, что у тебя есть кто-то, кто защитит, стоит им только руки распустить.

– Не хочу тебя разочаровывать, Джей, но мне не нужна защита. Я сам прекрасно постою за себя, – говорит Дженсен, закрывая дверь машины. Кинув еще раз взгляд в боковое зеркальце, он остается доволен тем, что видит. Сегодня выбор пал на тонкую серую рубашку с v-образным вырезом, узкие джинсы, черные ботинки и внушительных размеров часы. – И я вроде как признался Дэну, что у меня есть бойфренд. В его глазах быть одиноким геем и геем в отношениях – диаметрально противоположные вещи, поверь мне.

– Ладно, рано или поздно тебе все равно придется меня предъявить, – Джаред поправляет смявшуюся за поездку одежду. На нем черная рубашка навыпуск и немного клешеные к щиколотке джинсы. Он отлично выглядит.

У входа в клуб он хочет взять Дженсена за руку.

– Эй-эй, ты сегодня не на работе, помнишь? А я в поиске секса, и меня ничего не должно стеснять.

Дженсен усмехается, Джаред зеркалит его улыбку, но она не затрагивает его глаз.

– Прости. Конечно. Я забыл.

Дженсену нужен воздух, чтобы дышать. Джаред занял собой все его жизненное пространство, он повсюду, и в каком-то смысле это даже неплохо. Но их отношения стали так похожи на реальность, которой не являются, что их необходимо отодвинуть на второй план. Немедленно.

Кажется, сегодня ему в этом поможет задница вон того пацана в зеленых неоновых штанах.

Как только они заказывают выпивку, «неоновые штаны» приглашают Дженсена танцевать. Парень немного бледен и совершенно не в его вкусе, но пошли все нахуй, почему нет? Дженсен кивает и, поднявшись с места, замечает, с каким кислым выражением лица сидит Джаред, ему явно не до развлечений. Зря это он, сучкам обычно ничего не светит.

Хрен с ним. Срочно отвлечься! Вот рядом милый заинтересованный парнишка с горящими глазами и стояком, это как инъекция адреналина, и у Дженсена вот-вот должны отказать тормоза. Блядь, даже напиваться не надо, чтобы завестись.

Это говорит о многом.

– Не против, если я вмешаюсь?

Бедному мальчику приходится задрать голову, чтобы посмотреть Джареду в лицо. Тот использует преимущество в росте, разворачивая плечи, подмигивает и издевательски улыбается, что всегда срабатывает. И вот уже хлюпик убегает прочь, словно испуганная светом фар лань, предварительно кинув на Джареда злобный взгляд.

– Пффф, какие у нее проблемы?

– Джаред... ты только что обломал мне весь кайф!

– Неее, да я бы никогда! Но он какой-то страшный, грязный, ты заслуживаешь гораздо лучшего. Кстати, я двигаюсь под музыку во много раз круче, чем этот малолетний распиздяй.

Вот когда Дженсен жалеет, что не имеет сверхъестественных сил и не может устоять перед напором Джареда, который вертит бедрами и крутит его, словно на чертовом родео. Впрочем, Джаред умеет и по-другому: на второй песне он кладет руку Дженсена себе на грудь, прямо над сердцем, и они топчутся на месте в медленном танце, хотя стробоскопы над их головами бешено перемигиваются под ритмичную техно-мелодию.

Жарко, Джаред начинает потеть. И провоцировать: засовывает ладони Дженсену под рубашку на спине и гладит. Они сталкиваются бедрами, и, хотя Дженсен старается – действительно очень старается! – избегать этих грязных прикосновений, ничего не выходит. Положив руки Джареду на затылок, он тянет за влажные волосы, привлекая к себе, губы так близко, что несколько раз они чувствуют дыхание друг друга.

Этого и слишком много, и совершенно недостаточно. Дженсен хочет больше. В глазах Джареда плещется жар, возбуждение и что-то еще, очень похожее на желание. Приходится снова повторить себе, что все это не всерьез, а лишь часть плана «поднять Дженсену настроение». Как же заебал этот отстой.

Джаред разошелся, на них обращены теперь все глаза. Дженсен танцует с самым горячим парнем в клубе в сопровождении завистливых и порой злобных взглядов. Знали бы эти уроды! Если бы ему что-то светило с Джаредом, разве позарился бы он на «неоновые штаны»? Так что да здравствует правая рука! Впрочем, лучше уж так, чем трахаться с каким-нибудь задротом. По крайней мере сегодня.

У Джареда насквозь промокает рубашка, а у Дженсена блестят виски от пота, и они делают паузу. Для разговоров здесь слишком громко орет музыка, можно только пить, и Дженсен заказывает один коктейль за другим. Джаред хочет защищать его? Что ж, дадим ему шанс.

Когда приближается следующий парень, Дженсен едва успевает отрицательно покачать головой, а Джаред уже опять тянет на танцпол. На этот раз он исполняет что-то нелепое: трясет попой, отклячивая ее, и с глупой усмешкой отпрыгивает спиной к Дженсену. Выглядит страшно забавно, и Дженсен безостановочно ржет. А потом Джаред напяливает непонятно откуда взявшуюся розовую блестящую ковбойскую шляпу и не снимает ее до конца вечера: ни когда танцует, ни когда сидит в баре, потягивая бокал белого вина.

Изображение


Возвращение домой Дженсен не помнит, но когда он просыпается на следующее утро, постель хотя и пуста, простыни еще теплые.


Последний раз редактировалось I, Kryssa 25 дек 2017, 17:11, всего редактировалось 1 раз.

25 дек 2017, 15:20
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


Последствия алкогольного и танцевального угара преследуют его до утра понедельника. Туман в голове еще не совсем рассеялся, когда после ланча к нему в кабинет заходит Дэн.

– Эклз, как продвигается дело миссис Роланд? Нэнси чуть не завалила его, вечно проводя параллели со своим первым разводом. У тебя все под контролем?

– Конечно. Думаю, клиентка будет довольна, что имущественный вопрос мы решили, не обращаясь в суд.

– Отличные новости, – хвалит Дэн и, стряхнув несуществующую пылинку с пиджака, продолжает: – Надеюсь, ты не забыл, что на следующей неделе у нас выездная конференция. Вы же присоединитесь к нам, ты и твой партнер?

– Ммм... Да, – прямой вопрос застает врасплох, но Дженсен умело прячет удивление. – Разумеется.

– Замечательно! Девушки дождаться не могут, когда ты познакомишь их со своим парнем. На этот раз мы едем на озеро, там есть пляж, рядом лес, горы – если повезет с погодой, после докладов можно будет неплохо отдохнуть.

Несмотря на события прошлой недели Дженсен тоже в нетерпении, когда наконец выберется из города, его пыл не остужает даже то, что в поездке придется работать. Джареду удалось взять в пятницу свободный день, значит, они поедут вместе. Добираться до места вроде часа три, без паузы никак, и Джаред уже запланировал остановиться по дороге у очень известного ресторанчика хот-догов.

Дэн, извинившись, отвлекается на звонок по мобильному и, уходя, бросает Дженсену на стол карту и точный адрес резиденции.

Дженсен достает телефон и печатает сообщение.

[b]Дженсен:[b] Похоже, тебе придется не только парня моего изображать, но еще и женский пол развлекать...

[b]Джаред:[b] Будешь должен.

Разумеется, Джаред прикалывается, но такое распределение ролей Дженсену нравится больше. Хватит того, что Джаред чувствует себя обязанным из-за денег, пусть и Дженсен будет что-то должен ему. Впрочем, в последнее время Джаред заметно расслабился, даже вон шутит на эту щекотливую тему. И всё бы хорошо: Джаред получил в прошлом месяце повышение на работе и вернул какую-то часть суммы, но Дженсен опасается, что это отразится на их обнимашках в постели.

Ох, уж эти обнимашки... Теперь Джаред ночует у него четыре раза в неделю, и Дженсен солжет, если скажет, что ему не нравится их близость.

Обычно Дженсен знает, у него ли Джаред, еще на подходе к дому: либо из кухни, либо из гостиной доносится шум – Джаред и тишина несовместимы. Но в этот день он даже на крыльце не слышит ни звука, его никто не встречает и не спрашивает, как дела. Впервые одиночество причиняет почти физическую боль.

Именно в этот момент он осознает, какую ошибку совершил, сблизившись с Джаредом, позволив теплому, забавному, искреннему, привлекательному парню пробраться в свою жизнь. Вспоминая данное самому себе обещание, что подобного больше не случится, Дженсен не находит ответа на вопросы как, когда и почему это произошло. Словно он закрыл глаза на долю секунды, а открыв, обнаружил в своей постели Джареда как нечто само собой разумеющееся

И где же твои принципы, Эклз? Ты же не веришь в отношения – история с Ноа лишний раз подтвердила, что они всегда кончаются плачевно. И брак называешь изжившим себя дерьмом. И убежден, что с течением времени люди меняются только в одну сторону – худшую, превращаясь в моральных уродов. И профессия твоя каждый день доказывает, что все кругом только и знают, что изменяют, лгут и исподтишка наносят удары в спину. Вспомни своего последнего клиента, в том браке предательство было обычным делом.

Нет-нет, всё в порядке, не настолько глубоко он втрескался, чтобы отказаться от своих взглядов или поменять их. Сердце не болит, и бабочки в животе не порхают, птички не щебечут, и единороги радугами не срут.

Дженсен еще весь в мыслях, когда ему сзади закрывают глаза.

– Бу!

– Джаред, ты и белку не испугаешь, даже если будешь очень стараться.

Дженсен поворачивается и от потрясения открывает рот.

– В чем дело? Что случилось?

Джаред сбрил бороду и постриг волосы – черт, какой же он еще юный! И какой симпатичный! У Дженсена перегорают предохранители, когда он поднимает руку и пропускает сквозь пальцы короткие теперь пряди.

– Чувак, ты отлично выглядишь!

– Правда? – и улыбка под стать новому образу, широкая, с ямочками. Она делает Джареда неотразимым. – Спасибо, – он берет Дженсена за руки, от уверенного прикосновения ладоней по всему телу бегут мурашки и дыбом встают волоски. Джаред наклоняет голову, заглядывая в глаза, и продолжает: – Я так рад, что тебе нравится. Теперь я буду достойно выглядеть на твоей конференции, партнер.

– Ты сделал это ради меня?

Как же ему идут ямочки!

– Ну да. Девушек на работе удар хватит, они так любили мои длинные волосы и всегда говорили, что я повзрослевший двойник Джастина Бибера. А теперь скажут, что я извращенец.

– Они будут рыдать, и во всем буду виноват я.

– Конечно. Да все наши женщины будут ненавидеть тебя до глубины души, – Джаред медленно ведет пальцами от запястий Дженсена вверх.

Ощущения становятся слишком интенсивными, и Дженсен отступает на шаг.

– Ладно, красавчик, ты в любом случае выглядишь отпадно. Стричься было не обязательно, но все равно спасибо.

Джаред драматично трясет оставшейся шевелюрой и ощупывает себя.

– Так, может, я сгожусь в модели? Как ты думаешь, смог бы я пройти по подиуму?

– Ммм. Нет, – Дженсен качает головой и снимает пиджак, радуясь, что Джаред все перевел в шутку. – В модельном бизнесе у тебя бы не сложилось. Ты бы споткнулся и шлепнулся на задницу.

– Ты вообще мою задницу видел? Только взгляни!

– Спасибо, обойдусь.

– Ну, давай же! Я знаю, тебе понравится.

Дженсен сердито смотрит на него.

– Джаред, у меня так давно никого не было, что сейчас я и ослиную задницу найду привлекательной. Не искушай.

– Ах, бедный зайка, только не вини меня в своем воздержании.

Именно этого засранца Дженсен и винит.

Изображение


В пятницу рано утром Дженсен просыпается по будильнику. Вытягивается на постели, очень довольный, что Джаред не ночевал у него: под простыней эрекция, членом хоть гвозди забивай. Хорошо, что есть возможность позаботиться о себе сейчас, прежде чем отправиться с Джаредом на весь уикенд.

Дженсен закрывает глаза, расслабленно выдыхая в подушки, и засовывает руку в трусы. Блядь, у него так стоит, что долго не продержаться. Как же чертовски хорошо… Он успевает сделать несколько рывков, трет головку и уже нащупывает пальцем другой руки анус, когда слышит, как открывается входная дверь.

Нет. Только не сейчас, ему надо кончить, он так близко! Падалеки, какого хера ты приперся?

– Дженсен! Вставай, мужик, нам пора! А еще у меня закончился дезодорант, – пиздец, Джаред уже скачет по лестнице. – Я, конечно, знаю, как сильно тебе нравится мой запах, но днем он превратится в термоядерную вонь, поэтому мне необходим твой…

Дженсен вытаскивает руку из трусов и из-под одеяла и переворачивается на живот, притворяясь спящим. Чувствительный, готовый к извержению член трется о матрас, ощущения на грани оргазма. Но кончить он не успевает, получается лишь несколько раз толкнуться, прежде чем в спальню вваливается Джаред.

С него капает – наверняка мокрый после душа. В одном полотенце, обернутом вокруг талии.

Дженсен стонет от разочарования. Джаред застывает с разинутым ртом.

– Э!? Ты тут дрочил, что ли?

– Блядь, нет! Может быть. Неважно... Хватай дезодорант и вали отсюда.

Джаред подленько хихикает и тянет время, медленно открывая ящик комода, затем перебирая нижнее белье Дженсена, будто понятия не имеет, где у того лежит проклятый флакон. Наконец-то он находит его, поворачивается и, открутив крышку, начинает вымазывать себе подмышки.

Мать вашу, это чистый секс. Грудь, состоящая из одних мышц, идеально вылепленная, блестит, когда свет отражается от мокрой кожи. Полотенце еле держится на узких бедрах, едва прикрывая пах. Дженсен бы отдал все на свете, чтобы оно упало на пол.

– Так тебе... – самодовольная, дразнящая улыбка, – не нужна помощь?

– Нет, ничего мне не нужно. Все, что я хочу, – это чтобы ты исчез.

– Так быстро? Я же только что пришел, грубиян.

– Уматывай. Сейчас же, – Дженсен просто взорвется через минуту.

– Ладно, ладно, – Джаред кидает дезодорант обратно и закрывает ящик. – Эй, Дженс, как думаешь, моя задница лучше, чем ослиная? – С этими словами Джаред скидывает полотенце на пол, открывая взгляду крепкую поджарую сладкую задницу, и, вихляя бедрами, медленно направляется на выход.

За ним не успевает захлопнуться дверь, как Дженсен кончает.

Изображение


Поездка на машине, по ощущениям Дженсена, длится бесконечно. Особенно тяжело в первые минуты, когда Джаред рассказывает, какое удовольствие получил от игры «урони полотенце», и вслух размышляет, не поздно ли еще заняться порнокарьерой.

Через два часа они подъезжают к знаменитому ресторанчику «Пинкс ХотДогз» [3], и только тогда он умолкает, набивая желудок сосиской в тесте, корн-догом и гамбургером с чили и запивая этот кулинарный разврат вишневой газировкой. Дженсен отдает ему ключи от машины, чтобы за оставшийся час посмотреть почту, ответить на четыре срочных письма от клиентов и отменить встречу в понедельник рано утром.

– Ты так все выходные и проведешь, уткнувшись в телефон? – оставив одну руку на руле, другой Джаред пытается отобрать мобильник.

– Нет. У меня целыми днями будут идти семинары и доклады, а ты будешь отсыпаться, наслаждаться погодой и развлекать женщин, – когда они заруливают на парковку резиденции, Дженсен отправляет телефон в карман. – Я надеюсь, тебе понравится.

– Уверен, проблем не будет. Вау! Ты только глянь, какое тут озеро!

У Джареда восторженно горят глаза, и, заражаясь этой непосредственностью, Дженсен тоже зависает, рассматривая окрестности. Озеро действительно огромное, вода кристально чистая и наверняка ледяная. Вокруг него на небольшом расстоянии друг от друга расположились двухместные бунгало, а на западной стороне – большой деревянный дом. Пляж, волейбольная площадка, столики для пикника в окружении холмов и высоких сосен.

Вид потрясающий.

– Интересно, здесь есть велосипедные маршруты… Должны быть. Чувак, это будет круто! Я никогда не был более счастливой женой!

Достав из багажника рюкзак, Дженсен закидывает его на плечо, надеясь, что у него тоже получится провести немного свободного времени на природе. Он глубоко вдыхает, вбирая в себя и этот бодрящий воздух – свежий, с запахом хвороста и сосновой хвои, и вид на горы, и бескрайнее голубое небо.

Подъезжают еще несколько легковушек и внедорожников, и Дженсен добивается внимания Джареда, оттаскивая его от двух собак, которые подбежали пару секунд назад.

– Слушай и запоминай. В белой машине Стивен Кимбл и миссис Кимбл, с ним повежливей, он большая шишка. Вон там Роберт Холл со своей второй половиной. Не вздумай перепутать, это не мать его, а жена! Потом Дэн Лестер и Боб Реннингс, оба старшие партнеры, важные чуваки, постарайся произвести впечатление на их дам. И наши секретари – Джуди, Сьюзан и Тина.

Джаред кивает, не отрывая взгляда от собак, и те не отходят, желая играть дальше.

– Понял.

– Пойду возьму наш ключ и поздороваюсь.

Признайся он сейчас Джареду в любви, тот бы не заметил, поглощенный возней с псинами.

Через несколько минут Дженсен возвращается с ключом и расписанием конференции: первый доклад уже через час.

Отведенный им коттедж уютно расположен рядом с озером; спрятанный за деревьями, он не особо заметен с дороги. Зайдя, они быстро осматриваются: небольшая кухня, ванная, кинг-сайз кровать в спальне, в гостиной кирпичный камин. Отдельной сауны нет, но Дженсен видел одну общую рядом с административным домиком.

– Берлога класс, – говорит впечатленный Джаред. Он плюхается животом на постель, свешивая ноги. – Меня где-нибудь ждут или можно поспать?

– Не знаю, чем занимаются девочки и какая у них программа. Думаю, надолго они тебя одного не оставят, придут знакомиться, так что отдыхай, пока можешь. Все, о чем я тебя прошу, веди себя хорошо, договорились?

– Слушаюсь! Торжественно обещаю: притворяться идеальным джентльменом. Не опозорить тебя. Быть достойным звания лучшего фальшивого парня, который у тебя когда-либо был. Соответствовать стереотипу гея.

Дженсену до смерти хочется в душ и вздремнуть, но на это нет времени. Сполоснув лицо и поменяв рубашку, он берет свой кейс – пора на выход.

– Скоро увидимся. Развлекайся, но не попадай в неприятности.

– Твоя вера в меня окрыляет, – сухо отвечает Джаред, не в силах удержаться от зевка.

Дженсен закатывает глаза и открывает входную дверь, надеясь, что не совершил ошибку, привезя сюда Джареда на выходные.

– Вернусь через пару часов.

– Хорошего дня, солнышко!


____________________
[3] «Пинкс ХотДогз» - известный ресторан хот-догов в Лос-Анджелесе. В настоящее время по всей стране открыты его филиалы.

Изображение


Почти все доклады длятся дольше отведенного на них времени, а Дженсен еще участвует в дискуссии после каждого. Так и получается, что вечером, выползая из конференц-зала на ужин, он полностью разбит и лишь усилием воли заставляет себя съесть тарелку супа и выпить бокал вина.

Джаред сразу замечает, что Дженсен выдохся, и сосредоточивает на нем все внимание. Он не играет на публику, не балагурит, а только подбадривает: касаясь виска губами, если становится слишком шумно, рукой поглаживая поясницу, когда раздаются взрывы смеха. Расходясь, партнеры незлобно подшучивают, что раз уж самому молодому из них, Эклзу, необходимо лечь пораньше, чтобы выспаться, то остальным тем более.

Вернувшись в бунгало, Дженсен прямиком идет в ванную, и под душем у него мелькает мысль, что, возможно, молчаливая поддержка Джареда никак не связана с долгом и это далеко не привычный отпускной флирт.

К счастью, они уже давно делят постель, поэтому Дженсен не удивляется, что Джаред оборачивается вокруг него после того, как они укладываются.

– Устал?

– Жутко, – бормочет Дженсен в подушку. – Всё забываю спросить: как тебя приняли дамы? Похожи они на сериальных злодеек? Надеюсь, они не вытрахали тебе мозги и не заплевали с головы до ног.

– Нет, ты что. Они просто перемывали всем кости и немножко прогрызли мои, – Джаред скользит ступней между ног Дженсена, трет ее о голень. – На лодыжке до сих пор следы зубов, всё распухло.

– Оу, бедняга!

– Весь в синяках, – шепчет Джаред и, проводя губами по плечу Дженсена, медленно целует его, одновременно нежно поглаживая вдоль позвоночника.

Дженсен наслаждается теплым прикосновением, мгновенно расслабляясь и начиная проваливаться в сон.

– К утру все заживет?

– Обязательно, – обещает Джаред. Он отстраняется, давая Дженсену немного личного пространства. – Во сколько вы завтра заканчиваете?

– Сегодня мы действительно засиделись, поэтому, думаю, закруглимся пораньше, – говорит Дженсен, зевая. – Может, в два или в три.

– Хочешь, устроим потом поход в горы?

Дженсен кивает и вытягивает назад руку в поисках руки Джареда. Найдя, он забрасывает ее на себя, Джаред снова придвигается ближе, их тела прижимаются теперь так тесно, что позу иначе как интимной не назовешь. Это поза влюбленных, которым проще умереть, чем отпустить друг друга.

Изображение


Среди ночи Дженсена будят сверчки. Сводящий с ума громкий стрекот доносится из открытого окна, но с озера дует легкий бриз, и Дженсен не хочет закрывать его. Он встает и, не включая света, идет в ванную, немного плутая в незнакомом помещении, но в итоге находя свою цель. Забравшись обратно в кровать в уютные объятия Джареда, Дженсен прижимается к нему и удовлетворенно вздыхает: пара часов сна, и усталости как не бывало, он отдохнул и отлично себя чувствует.

Джаред зевает и переворачивается, укладывая Дженсена «маленькой ложкой», и тот не протестует. Жар сильного тела, притиснутого к спине, и опутывающие, словно щупальца осьминога, конечности создают защитный кокон. Сегодня он особенно тесный, и Дженсен пока не понял, проснулся Джаред или просто во сне не осознает, что делает.

Ладони его подрагивают у Дженсена на животе, медленно скользя вниз, останавливаясь лишь у пупка. Это ниже, чем Джаред позволял себе до сих пор, от этого Дженсен извивается, дыхание учащается, и он подается немного вниз, чтобы убрать быстро твердеющий член подальше от исследующих его тело рук.

Вот теперь Джаред точно проснулся, Дженсен слышит, как он шепчет в ухо: «Просто расслабься» и проводит губами по затылку, шее, плечам.

Пытаясь не сопротивляться, Дженсен закрывает глаза и снова широко распахивает их, когда внезапно ладони Джареда прижимаются к нижней части живота. Легкие прикосновения становятся решительными, а затем пальцы настойчиво скатывают футболку к подмышкам и гладят обнаженную грудь и соски.

Если он продолжит, Дженсен кончит, даже не прикоснувшись к себе.

Их ноги переплетаются еще теснее, и тут Дженсен поясницей чувствует, что у Джареда стоит на всю его немаленькую длину. Такое уже случалось несколько раз в те ночи, которые Джаред проводил в его постели, но никогда раньше Дженсен не признавал, что это – из-за него. Однако в этот раз бугор в штанах не объяснишь случайным касанием во сне или обычной утренней эрекцией. Это стояк – настоящий, горячий, крепкий. Джаред начинает двигать бедрами, словно теряет контроль.

Дженсен не выдерживает.

– Джей. Эй, приятель, – хрипит он, язык еле ворочается.

Джаред замирает, едва заметно потирая пальцами соски.

– Ммм?

– Я встаю. Мне надо в ванную, – и это даже не ложь. Дженсену срочно нужно укромное место, чтобы подрочить.

– Ты только что оттуда.

– Ну, я хочу опять. Пусти.

Джаред не двигается и еле различимо шепчет:

– Не уходи, – он пытается выровнять дыхание и кончиком носа трется о шею Дженсена. – Только скажи, и я перестану – хочешь?

Дженсен задумывается, но отвечает быстрее, чем правильные слова формируются в цельное предложение:

– Я не знаю.

Это ошибка! Блядь, так неправильно! Джаред стягивает с него футболку, отбрасывает ее и укладывает Дженсена на живот. Дженсен немедленно переворачивается обратно, испугавшись, что Джаред сошел с ума, и лихорадочно соображая, как всё исправить.

– Я думал, ты любишь гейский секс.

У Джареда дразнящий тон, а вовсе не безумный, и нервозность Дженсена улетучивается.

– Люблю.

Джаред явно в недоумении, почему его тогда оттолкнули:

– Наверное, ты врешь.

Дженсен закатывает глаза и сильно щиплет Джареда за сосок.

– Оу! И что это было?

– За то, что мог подумать, что я какой-то ненормальный фрик, который не любит секс.

– Тогда расскажи, какие позы ты любишь, топ или боттом.

Джаред хватает Дженсена за руку и, положив ее себе на живот, переплетает их пальцы, этим прикосновением ограничивая телесный контакт.

– Нет.

– Ой, ну давай! Что за секреты между лучшими друзьями? Если уж мы не можем заняться сексом, давай поговорим о нем, – подняв голову с подушки, Джаред нависает над ним: – Кстати, я сейчас сверху. Причем буквально. Если, конечно, ты понимаешь, о чем я.

– Бля, Джаред, да, я понял, не дурак!

– Ну, давай же, расскажи, как ты трахаешься.

– Какое тебе дело?

– Я страшно любопытный.

Как же Падалеки бесит!

– Ну, уступи мне в этот раз, пожалуйста!

Дженсен раздраженно фыркает и чувствует, как начинает гореть лицо. Как можно было дать вовлечь себя в разговор о сексе, хотя вести его он совершенно не намерен? Это все Падалечьи штучки, он, видимо, считает, раз сам не испытывает смущения, то и другим не должно быть неловко. К счастью, в комнате темно и они не видят друг друга, единственный источник света – синеватое мерцание луны, создающее тени и окутывающее предметы в разные оттенки серого.

– Что ты хочешь узнать?

– Интересно, – Джаред устраивается поудобнее, – нравится тебе грубо и жестко или мягко и медленно?

– Джаред, я не хрупкое изнеженное создание и давно не девственник.

– Это не ответ на мой вопрос.

Дженсен вздыхает, с трудом преодолевая желание спрятаться под одеяло.

– Не знаю, – шепчет он. – Зависит от настроения. Иногда мне нравится жесткий секс. А тебе?

– Я люблю медленно, – говорит Джаред, и от звука низкого голоса член Дженсена встает на всю длину, крепко и предсказуемо. – Знаешь, никакой спешки. Люблю долгую прелюдию, во время которой можно разок кончить, чтобы снять остроту, стать менее чувствительным. Вторая разрядка всегда круче.

Дженсен молчит, только быстро пережимает основание члена, чтобы не кончить.

– А у тебя, Дженс? – продолжает Джаред, но не дает времени ответить. – Какие у тебя кинки? Спорим, у тебя полно анальных игрушек, которые заводят тебя на раз? Ну давай же, мне интересно. Я никому не расскажу.

Ночь превращается в одну из самых жарких, какие у Дженсена были, а ведь они даже не трахаются. Просто слышать грязные словечки из уст Джареда возбуждает так, что невозможно связно думать, не то что отвечать.

– Хмм… Вообще-то нет. Я люблю все классическое.

– Классика тоже может быть горячей, – Джаред сжимает пальцы Дженсена. – Если в нее добавить хорошую порцию острых специй.

Джаред не был бы собой, если бы и в разговор о сексе не привнес тему еды.

– Ладно, а что тебе еще нравится? – спрашивает Дженсен, не особо удивляясь своей развязности, поскольку ему действительно хочется услышать ответ.

Джаред задумчиво поглаживает собственную грудь.

– Ммм… Дай подумать. Ну, я никогда не откажусь от минета.

Дженсен хочет перебить, заметив, что ни один парень в мире не откажется от минета, но Джаред продолжает:

– Особенно если параллельно с этим мне в задницу засунуть один или два пальца. Просто улёт.

– Правда, что ли? – услышав такое, трудно казаться невозмутимым, но Дженсен старается скрыть свое удивление.

– Правда. Парни, которые не экспериментируют с простатой, очень много теряют. Оргазмы охуенные.

– А ты, конечно же, знаешь о своей простате всё, – Дженсен само бесстрастие.

– Ага! Я неплохо с ней знаком.

Дженсен представляет Джареда, как тот засовывает пальцы себе в дырку, отчаянно стараясь нащупать ими…

– Погоди. Ты хочешь сказать, что у тебя… Падалеки, у тебя есть вибратор!

– Нет!

Абсолютно точно врёт.

– Еще как есть!

– Ничего подобного!

– Есть-есть, – смеется Дженсен. – И каждую ночь ты играешь с ним, вставляешь в себя, экспериментируешь. Брось, ничего стыдного в этом нет.

Они начинают бороться. Вцепившись друг в друга, перекатываются по кровати, каждый старается оказаться сверху. Заканчиваются игрища тем, что Джаред падает на пол.

– Блядь, моя жопа! – кричит он, а Дженсен ржет во весь голос. Интимный момент испорчен, и Дженсен не может сразу понять, чего испытывает больше: облегчения или сожаления. Когда они снова укладываются и Джаред обвивается вокруг него, Дженсен понимает, что его ждет многообещающий уикенд, и предвкушение их следующей ночи обволакивает его мягкой дымкой сна.


25 дек 2017, 15:22
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


Рано утром, оставив храпящего Джареда пускать слюни в подушку, Дженсен тихо закрывает за собой входную дверь. Уже на улице набросив пиджак, он замирает на несколько секунд, чтобы насладиться рассветом: поднимающееся из-за гор солнце окрашивает небо в глубокий дымчато-лиловый цвет с яркими оранжевыми полосами. Дженсен давно не наблюдал ничего подобного, дома из маленького кухонного окна такой красоты не увидишь.

Стоит ему появиться на пороге конференц-зала, как бодрый Дэн оглушает громким: «Утро, Эклз!» Вслед за Дженсеном, что-то оживленно обсуждая, входят Боб и Стивен. Последним к группе присоединяется Роберт и, кинув кейс на стол, восторженным голосом признается, что на свежем воздухе он снова чувствует себя живым и даже помолодевшим. Кто бы мог подумать, что на природе раскрывается такой мощный эмоциональный потенциал!

К счастью для Дженсена, его наркотик тоже готов – от трех термосов распространяется восхитительный аромат свежесваренного кофе. Две-три чашки – и самый долгий день покажется сносным.

В полдень единогласно решают не прерываться на ланч и укоротить оставшиеся на повестке дня доклады, чтобы пораньше освободиться. Пользуясь паузой, Дженсен выглядывает в окно и за деревянным столиком для пикника замечает Джареда в окружении четырех женщин. Бурно жестикулируя, Джаред рассказывает что-то веселое, дамы глаз с него не сводят и разве что на траву не падают от смеха. Стало быть, о Джареде можно не волноваться: улыбками и ямочками он полностью очаровал прекрасный пол.

Дженсен чувствует укол ревности, потому что – какого черта?! – Джаред его парень.

Поправочка: фиктивный парень. Фальшивый бойфренд. Любая формулировка на ваш вкус.

– Эклз, ты с нами? Как ты оцениваешь итоги этого судебного процесса?

Дженсен не сразу реагирует на вопрос и поэтому своими глазами видит то, что происходит дальше. Сначала раздается вскрик, затем всплеск – это миссис Кимбл, взмахивая руками и судорожно перебирая ими в воздухе, падает в озеро. Дженсен хмыкает, наблюдая, как Джаред тут же мчится ей на помощь, с разбега ныряет в воду и через минуту выносит насквозь промокшую леди на берег.

Первыми, охая и ахая, выбегают секретарши, у которых как раз закончился собственный семинар, а за ними быстрым шагом выходят мужчины, чтобы выяснить, что вызвало столько шума. Посмеиваясь, Дженсен встает последним и присоединяется к коллегам уже на улице.

– О боже! Мне так неловко… У меня просто закружилась голова, я потеряла равновесие, вдобавок еще и поскользнулась! Джаред спас мне жизнь, – смущенно объясняет миссис Кимбл и, отыскав взглядом мужа, дает ему знак отвести ее в коттедж. – Мне нужно переодеться. Не волнуйтесь, все хорошо.

Дженсен снимает свой пиджак и, набросив Джареду на плечи, начинает растирать тому руки.

– Ты настоящий герой. Я видел, как всё случилось.

Джаред негромко смеется и качает головой, обхватывая Дженсена за талию, чтобы притянуть ближе.

– Мы как раз обсуждали за завтраком, стоит ли рискнуть и искупаться, и оказалось, что она единственная, кто не умеет плавать. Я сказал ей, чтобы она не подходила близко к краю, заграждения-то на пирсе нет.

– Так, тебя тоже надо срочно вытряхнуть из мокрых шмоток. Идем.

Решительно потянув Джареда за руку, Дженсен направляется к их бунгало.

– Холодно, я чертовски замерз, – говорит Джаред, клацая зубами.

– Я скоро вернусь! – оборачиваясь, кричит Дженсен коллегам, а те жестами показывают, чтоб не торопился. Кажется, все только рады, что образовался небольшой перерыв.

Едва закрыв за собой входную дверь, Джаред начинает раздеваться, пока Дженсен настраивает горячий душ. Вода нагревается быстро, и Джаред, не желая терять ни секунды, прямиком направляется к ванне. Он полностью обнажен, когда встает под струи, но Дженсен как раз достает полотенце из шкафа и пропускает самое интересное. А через идиотскую темную шторку ничего не видно. Проклятье.

– Согрелся?

– Дааа, – Джаред высовывает голову. – Намного лучше. Тебе уже пора? Я надеюсь, что ты все-таки пораньше выберешься.

Дженсен кивает, залипая глазами на голой ключице.

– Постараюсь. Увидимся позже. А ты пока можешь поискать поблизости какой-нибудь плот для миссис Кимбл.

Джаред показывает средний палец, и Дженсен, хмыкнув, уходит. В прихожей он с минуту думает о бабушке, делает пару приседаний – и стояк опадает. Можно возвращаться.

Изображение


К счастью, после происшествия работа идет намного быстрей. Когда очередь доходит до Дженсена, он емко рассказывает о своих процессах за последние месяцы, кратко их анализируя. Ему грех жаловаться – год выдался очень удачным, в противном случае его бы не пригласили в компанию избранных. После докладов идет оживленная дискуссия, обсуждаются причины проигранных и подчеркиваются ключевые моменты выигранных дел. В целом боссы очень довольны итогами, цифры наглядно демонстрируют, что фирма процветает, и тем не менее сразу после окончания все спешно покидают конференц-зал, чтобы провести несколько часов в свое удовольствие.

У каждого свои планы: одна пара собирается на речку неподалеку, где проложены маршруты каньонинга [4], другая – на велосипедах исследовать окрестности, Стив и его жена едут в соседний городок по магазинам. Джуди и Сьюзан уже на пути в спа-центр на гидромассажные ванны, а Тина устраивается с книгой в теньке.

Предвкушая прогулку по горам, Дженсен возвращается в бунгало, где его ждет Джаред с сэндвичами, закусками и наполненными питьевой водой бутылками.

– Собирайся, ковбой! Переодевайся, да поживей! – Джаред не упускает возможности шлепнуть Дженсена по заднице, когда тот направляется в спальню.

Дженсен меняет брюки на шорты, натягивает футболку и вытаскивает из рюкзака бейсболку.

– Джей, я слышал, в местных лесах водятся медведи. Нам лучше не поддаваться азарту и не забираться в чащу, не хотелось бы стать чьим-то ужином.

– Не волнуйся, – говорит тихо подошедший со спины Джаред, обхватывая Дженсена поперек живота и ласково тычась носом в ухо. – Я справлюсь с большим плохим медведем и спасу тебя.

– Конечно-конечно, спаситель, но давай не будем искушать судьбу.

– Чувак, во мне шесть футов четыре дюйма стальных мышц. Я мог бы сразиться с гризли.

Кожей Дженсен чувствует улыбку Джареда, теплые губы рядом с бьющейся жилкой на шее. На короткие секунды растворяясь друг в друге, они выпадают из реальности, и перед мысленным взором Дженсена проносятся картинки прошедшей ночи – горячей, откровенной, – когда они стали близки, как никогда. Дженсен готов остаться в этих объятиях до конца жизни, но Джаред первым разрывает контакт и делает шаг назад.

– Пора.

Он закидывает рюкзак за плечо и открывает входную дверь, впуская внутрь поток солнечного света.

– После тебя. Не возражаешь?

– Да нет.

Джаред ухмыляется и снова хлопает Дженсена пониже спины, когда тот проходит мимо.

Дженсен и в этот раз молчит, только закатывает глаза и качает головой, изображая раздражение. Сверившись с картой, они сходят с дороги на тропинку и держат курс на высокие сосны. Лес впереди – густой, красивый, зеленый – манит в иной, чудесный мир, где царят спокойствие и безмятежность.

– Погоди, – Джаред останавливается и, схватив Дженсена за руку, кивает в сторону одинокой фигурки Тины. – Что скажешь, может, возьмем ее с собой?

Согласно мотнув головой, Дженсен подходит к Тине и поднимает свои солнцезащитные очки на лоб.

– Эй, малявка, хочешь с нами в поход?

Хрупкая тоненькая девушка, веснушчатая, бледнокожая, рыжеволосая – про таких обычно говорят «и мухи не обидит» – поднимает на него взгляд.

– Я не смогу идти наравне с вами, парни.

– Брось, – говорит Дженсен, улыбаясь. – Я знаю, что вместо ланча ты бегаешь в парке. А еще за твоим шкафом на работе валяется теннисная ракетка и мячи. Идем, тебе понравится, обещаю.

Тина скептично хмыкает, но Дженсен приглашающе машет рукой, а Джаред так настойчиво повторяет его жест, что, отложив книгу, она соглашается.

– Только если вы уверены, что я не помешаю...

– Мы уверены! – Джаред первым идет по узкой заросшей тропинке и, обернувшись к Тине, громко шепчет: – Заодно выболтаешь мне все грязные секреты Дженсена.

– О! – Тина искоса кидает взгляд на Дженсена. – Но я не знаю никаких секретов.

От громкого смеха Дженсена по лесу разносится эхо.

– Ничего не рассказывай Джареду, Тина. Все мои аргументы этот засранец будет использовать против меня же, и в словесной перепалке мне уже никогда его не побить.

– Это, должно быть, непросто, а, Джаред? Я имею в виду, быть парнем успешного адвоката? Я бы точно не смогла.

– Пфф, чтобы выигрывать в действительно важных спорах, у меня есть личное секретное оружие. Да, детка?

Дженсен усмехается на эту неловкую попытку флирта, и тогда, остановившись, Джаред снова распускает руки – обвивает талию Дженсена и сжимает ягодицу. Дженсен опять лишь недовольно фыркает и, вырываясь, уходит вперед.

– Да-да, такое же убойное и такое же секретное, как и то, с помощью которого ты собирался одолеть медведя. Ну как с тобой дискутировать?

– И все-таки я бы победил.

– Нет.

– Да!

– Нет.

– Да запросто!

Тина смеется взахлеб.

– Мальчики, вы такие милые. Сколько вы уже встречаетесь?

– Ммм... – Джаред трет лоб, делая вид, что подсчитывает, но Дженсену кажется, что на самом деле он лихорадочно придумывает. – Почти год.

– Серьезно? – у Тины округляются глаза.

– Да. Почему ты удивляешься?

Вместо Тины отвечает Дженсен.

– Просто о своей личной жизни я на работе не распространяюсь.

– О!

– Он правда ничего не рассказывает, – задумчиво вторит Тина, рассматривая какие-то фиолетовые цветы на склоне. – Но иногда слова и не нужны: в последние несколько месяцев я замечаю, что он выглядит по-настоящему счастливым. – Оглянувшись на Джареда, она широко улыбается: – И теперь я знаю почему.

– Ужасно рад, если это так! – Джаред подходит к Дженсену и еще раз крепко обнимает его. Находясь под впечатлением от того, что сказала Тина, Дженсен не сопротивляется.
Он неподвижно застывает, пытаясь осмыслить ее реплику. Даже если в ее словах и заключена правда, все равно это непривычно, когда твои чувства и эмоции озвучены посторонним человеком. Волей-неволей приходится задуматься: а действительно ли он счастливее теперь, когда в его жизни есть Джаред? Дженсен всегда считал себя одиночкой по натуре, человеком, которому хорошо в своем собственном мирке, спокойном и безопасном, защищенном от всего, что может причинить боль. А сейчас...

А сейчас руки Джареда опять ползут вниз по спине прямо к...

– Ты сегодня, что, зациклился на моей заднице? Какого хрена?!

– У тебя шикарная задница – это раз, – легко отвечает Джаред. – А я твой бойфренд – это два. Мне можно. И, уж поверь, любой везунчик, имеющий права на этот зад, трогал бы его постоянно. Вот если бы я себя по-другому вел, тогда было бы «какого хрена». – В подтверждение своих слов он опять облапывает Дженсена и, пресекая любые возражения, заканчивает: – Кстати, у тебя аналогичный эксклюзив.

– Эй, парни, водные преграды форсируем? – Тина показывает на довольно шустрый ручей, омывающий острые камни. – Джаред, если я упаду в реку, ты спасешь меня, как миссис Кимбл? Или тут тоже эксклюзивные права у Дженсена?

Джаред хмыкает, но, конечно же, не отходит от Тины ни на шаг, придерживая за руку и подхватывая, когда у нее подворачивается нога. Он и дальше помогает ей: забраться на холм и спуститься с него, перебраться по скользким мосткам через небольшой каньон. Не спешит сам и не торопит ее, успевает обращать внимание на причудливой формы деревья или пестрое оперенье пролетающих над головами птиц. Он располагает к себе.

Между ними исчезает неловкость, и, доставая бутерброды для короткого перекуса, Тина охотно рассказывает о своей жизни и женихе, учителе начальных классов. Джаред жалуется на скучную работу в офисе, на то, что приходится бороться за каждое незначительное повышение. Они шутят и травят анекдоты – и Джаред, сам того не замечая, держит руку на колене Дженсена, легко сжимая и поглаживая пальцами открытый участок кожи.

Когда начинает смеркаться, они поворачивают обратно, надеясь, что не заблудятся, даже если солнце быстро зайдет.

– Я так рада, что все-таки пошла с вами, спасибо огромное, – говорит Тина, когда они возвращаются, уставшие, вспотевшие и ужасно грязные. – Увидимся через пару часов на барбекю.

Джаред и Дженсен машут ей на прощание и медленно бредут к своему бунгало. Прогулки по горам могут утомить даже тренированных.

– Я дам тебе миллион, если ты пустишь меня в душ первым, – Дженсен кидает свой рюкзак на пол и валится на диван.

– Ну, ты же вроде столько мне уже отвалил, разве нет? – шутливо говорит Джаред, но Дженсену эта шутка как обухом по голове.

Получите и распишитесь.

Он надеялся, что Джаред забыл об их договоре? Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это он забыл, в то время как Джаред просто хорошо играл свою роль. Факт остается фактом – Дженсен прекрасно умеет выдавать желаемое за действительное.

– Дженс? Что случилось? Ты же хотел первым идти.

– Нет. Давай ты, – когда Дженсен начинает говорить, он понимает, что боль сидит глубже, чем он думал, – она в его легких и мешает дышать. – Я подожду.

– Эй, – на пороге ванной Джаред снимает рубашку и ботинки. – Ты в порядке?

– Конечно. Просто устал как собака и умираю с голоду.

– Ну, это легко исправить! Сначала примем душ и отдохнем, а потом – на барбекю! Я столько слышал о нем от наших милых дам, они в один голос твердили, что Стив настоящий мастер.

Джаред возвращается в комнату и, уперев руки по обе стороны дивана, наклоняется над Дженсеном. Челка падает на лицо, на губах играет улыбка, а глаза светятся непередаваемым сочетанием кобальта, золота и бирюзы.

И больше всего на свете Дженсен хочет схватить его, повалить на себя, чтобы почувствовать вес и длину этого тела. Его трясет от желания, в желудке тугим узлом закручивается вихрь чувств, и все вместе ощущается как удар под дых. Только дело в том, что всё происходящее между ними – это как сон, поделенный на двоих, безопасно спрятанный в ночной темноте. Прикоснись он к Джареду сейчас – и хрупкая дымка развеется, обнажив неприглядную правду.

Джаред, кажется, не замечает, что с Дженсеном что-то не так, он дожидается кивка, и спустя пару секунд слышно, как шумит вода в душе.

Следующие десять минут Дженсен концентрируется на том, чтобы восстановить дыхание, прочистить мозги и послать свои чертовы эмоции нахуй.

____________________
[4] Каньонинг - преодоление каньонов без помощи плавающих средств (лодки, плоты, каное, байдарки и др.) с использованием различной техники преодоления сложного водно-скального рельефа: скалолазание, спуск по веревке, прыжки в воду, плавание. Подробнее здесь.

Изображение


Барбекю превосходит все ожидания. Стив позаботился и о мясе, и о закусках, и о соусе, в котором Джаред чуть ли не плавает, умудрившись перепачкать и рот, и руки. Глядя на великовозрастного поросенка, Дженсен только качает головой и приносит бумажные полотенца. Джаред сейчас просто липкое чудовище, и, конечно же, в благодарность он запечатлевает поцелуй у Дженсена на щеке.

– Фу, Джаред, гадость какая. На вот, держи, вытирайся немедленно!

Дженсен морщит нос и, вытерев собственное лицо, уходит за пивом. Стоит ему снова сесть, Джаред тут же выхватывает у него бутылку и, сделав глоток, поворачивается к Роберту, чтобы как ни в чем не бывало продолжить баскетбольный треп. Типично по-джаредовски.

Что нетипично – это как Джаред, не прерывая оживленной беседы, время от времени оборачивается, проверяя, рядом ли Дженсен, и довольно улыбается.

После главного блюда все спускаются к озеру, к выставленным вдоль берега комфортным пляжным корзинам [5]. Не забывают и про важный атрибут любого пикника – разжигают костер и жарят на огне зефир. Все время, сколько он работает в этой фирме, Дженсен думал, что его коллеги высокомерные и скучные зануды, но сегодня он видит интересных образованных людей, с которыми одно удовольствие общаться и не стыдно пропустить пару бутылочек пива на выходных. Джаред его тоже приятно удивляет: он отлично держится и легко подхватывает любую тему. Веселый и умный, он отлично вписывается в их компанию, и Дженсен с улыбкой наблюдает, как даже самые упертые ханжи попадают под его обаяние.

Первые пары начинают расходиться далеко за полночь. У воды становится прохладно, и Тина, сбегав в коттедж, который она делит с другими девушками, возвращается с накинутым на плечи пледом. Оставшись втроем, они ведут себя еще более раскованно, чем в обществе старшего поколения, а Джаред устраивает целое представление: пытаясь сесть Дженсену на колени, он соскальзывает задницей и, не в состоянии двигаться от хохота, остается сидеть на земле с перекинутыми через колени Дженсена ногами.

Когда начинает зевать Тина, уже скорее раннее утро, чем ночь.

– Мальчики, вы классные, но мне пора в кроватку. Устала, на ногах не держусь. Ведите себя прилично, – Тина встает и накидывает свой плед на них. – И не засиживайтесь до рассвета.

Дженсен задумчиво кивает, но в душе совсем не хочет заканчивать этот идеальный день. Он даже не знает, был ли когда-нибудь так счастлив, как сейчас. Не каждому выпадает в жизни шанс быть рядом с человеком, от одного присутствия которого перехватывает дыхание и учащается пульс. Наверное, стоит не размышлять, а наслаждаться этими ощущениями, ослабить защиту и, смирившись с той неопределенностью, которую вносит в сердце Джаред, получать удовольствие от их близости.

– Может, и нам пора?

– Не, давай посидим еще. Утром будем спать сколько влезет, а домой поедем под вечер, – Джаред расправляет плед и, устроившись за спиной Дженсена, обнимает его одной рукой, другой скользя под футболку. – Здесь так хорошо, когда тихо.

Дженсен расслабляется, лениво обмякая в объятиях Джареда, и, закрыв глаза, кончиками пальцев проводит вверх-вниз по выпуклым венам предплечий. В ушах шумит кровь, и его накрывает предвкушением, что сегодня между ними всё изменится. И произойдет это совсем скоро.

– Потрясающе, какие яркие звезды, – шепчет Джаред, касаясь подбородком макушки Дженсена. – Сегодня незабываемый день. Спасибо, что взял меня с собой. Надеюсь, что ни в чем тебя не подвел, я же знаю, как важны для тебя успех и признание в профессии. Кстати, об успехе. Наши дамы тебя просто обожают. А какие эпитеты они используют, говоря о тебе: и «милый», и «красивый», и «сплошное очарование».

– Серьезно?

– О да! Вчера они больше часа обсуждали твои веснушки, идеальные черты лица, кривые ноги и прочие достоинства. А какие речи хвалебные произносили! Но в конце концов сошлись на том, что глаза – это самое потрясающее. И кто я такой, чтоб спорить?

– Как они заставили тебя согласиться? – Дженсен немного сдвигается, так что теперь они смотрят прямо друг на друга.

Джаред мотает головой.

– Нет. Никто меня не заставлял, это чистая правда, – он проводит пальцем Дженсену по бровям и переносице. – Твои глаза невероятного цвета, я никогда не видел такого оттенка зеленого.

Изображение


Дженсен медленно сглатывает.

– Ну, по твоим же словам, у меня еще потрясающая задница…

– Ммм. Это тоже правда. Но судить о ней могу только я.

И словно подтверждая свои слова, он переводит руку с живота Дженсена сначала на спину, затем ниже – и щиплет.

Дженсен едва сдерживается, чтобы не вскрикнуть, и издает недовольный фырк:

– Перестань!

– Перестать? Издеваешься?! Между прочим, я тоже очень понравился женам твоих партнеров. Ты же хочешь дальше работать в этой фирме и не хочешь, чтобы я им пожаловался, так? А если так, то не стоит говорить мне «перестань».

– Джей, ну будь серьезней.

– Серьезней?

– Да ну тебя…

– Эй, – нежно зовет Джаред, его рот всего в нескольких дюймах от губ Дженсена. – Помнишь, я говорил, что хорошо целуюсь?

Действительно «серьезней»... Дженсен кивает и поднимает голову.

– Да.

– Позволь, я покажу тебе?

Дженсен колеблется, но ничего не говорит – не может, у него внезапно перехватывает дыхание.

– Это просто поцелуй, Дженс, – Джаред наклоняется ближе. – Просто. Один. Поцелуй.

С каждым словом он приближается, очень медленно, пока их губы наконец не встречаются – не прижимаясь, лишь едва соприкасаясь. Почти сразу Дженсен с неохотой отстраняется, шумно вздыхает, и Джаред ощущает этот звук, ловит его губами – и вот теперь они впечатываются друг в друга безоглядно.

Этот второй поцелуй – долгий, острый, настойчивый – напрочь лишает способности мыслить. Дженсен не может сформулировать, что, собственно, происходит, не может анализировать, что все это значит. Только впитывает ощущение – как бывает, когда полностью теряешь себя в другом человеке. Он так сильно хочет Джареда, что в груди больно.

Минуту спустя – или целую вечность? – Джаред, задыхаясь, отстраняется. Он глухо стонет, несколько коротких мгновений быстро и неглубоко дышит и буквально ныряет в следующий поцелуй. Он как наркотик, на который подсаживаешься незаметно и навсегда, оставаясь без единого шанса преодолеть свою зависимость. Пристрастие к которому будет преследовать долгие годы, лишая возможности возбуждаться от чего-то иного.

Дженсену мало. Ему слишком мало, но защитный инстинкт завывает сиреной, что лучше остановиться сейчас – тогда он не сдохнет от тоски, когда все закончится.

– По-моему, это уже больше, чем один, – шепчет Дженсен, отрываясь на миг, чтобы глотнуть воздуха.

Голова идет кругом, и он чувствует, как под напором Джареда взламывается его броня. Принципы и убеждения летят в тартарары, когда ненасытный жар снова берет в плен его рот. Дженсен раскрывает губы, и Джаред, набросившись, засасывает верхнюю, одновременно глубже проскальзывая языком и облизывая кромку зубов.

– Нахуй только один, – Джаред отстраняется лишь для того, чтобы впиться Дженсену в шею. – Хочу целоваться всю ночь.

Дженсен закатывает глаза, вихрь удовольствия с невероятной быстротой сметает все внутренние барьеры.

– А если нас кто-нибудь застукает?

– Ты не представляешь, сколько скучных и пошлых историй мне пришлось выслушать вчера и сегодня, – говорит Джаред, прихватывая зубами кожу. – Ты должен мне эту ночь. И плевать я хотел, если нас увидят.

– Плевать. Поцелуй меня снова.

Наполовину просьба, наполовину приказ – от отчаянья, что, может быть, здесь и сейчас ему дается единственный шанс. Их могут увидеть? Да так вам и надо! Катитесь лесом. Никто не в силах оторвать их друг от друга.

К счастью, вокруг темень хоть глаз выколи, и костер уже практически погас. Дженсен буквально забирается Джареду на колени, запускает пальцы в густые каштановые волосы и, притянув за них к себе, запечатывает ему рот своим. Ему нужно больше наркотика.

Джаред лихорадочно толкается языком в подставленный язык и, одержимо шаря руками по телу, издает сладкие, отчаянно-жалобные звуки.

Нет сил остановиться, и Дженсен в эйфории напоминает себе, что это не выдумка. Не одна из преследующих его по ночам горячих фантазий, от которых наутро чувствуешь себя грязным и одиноким. А реальность. Не во сне, а наяву Джаред целует именно так, как мечталось Дженсену: жгуче и страстно, с полной отдачей, настолько идеально, что сопротивляться невозможно. Напряжен каждый нерв, Дженсен сейчас как оголенный провод – одно касание, и посыпятся искры.

– Подожди… подожди… – задыхается он. – Давай притормозим. Мы слишком торопимся…

– Почему? Мы знакомы уже гребаную вечность. Я хочу этого. Хочу тебя. Больше всего на свете. Мне крышу от тебя рвет. Блядь.

Как противостоять урагану или цунами? Стихия воле неподвластна. Поцелуи становятся жадными, отрывистыми, безжалостными – в ход идут зубы, на губах появляются капельки крови.

Под кожей бушует огонь, Дженсен горит от возбуждения, открывается – с каждым поцелуем, с каждой лаской все больше. Он исследует рот Джареда всеми доступными способами, стараясь доставить максимум удовольствия. Каждый стон как маленькая победа, каждый всхлип – бесценная награда.

От их тел идет жар, с этим костром не сравнится тепло от пледа, которым они укрыты, контролировать происходящее становится все тяжелее. Джаред ложится на бок и, притянув Дженсена за талию, укладывает его рядом с собой пахом к паху. Еще одно движение – и шорты вместе с трусами отправляются в район колен. Если вдруг с проклятым пледом что-то случится, ничто не спасет их голые задницы от любопытных взглядов.

Зато теперь Дженсен чувствует горячую длину твердого члена Джареда, чувствует, как ствол соприкасается с его собственным, мягко скользит по выделяющейся смазке, как сталкиваются и цепляются друг за друга головки. Джаред сжимает руки на бедрах Дженсена, притягивая еще ближе, и они трутся, как два озабоченных подростка. Дженсен замечает, как в какой-то момент Джаред начинает замедляться и глубже дышать, видимо, с одной-единственной целью – продержаться подольше. Но это не работает.

Запрокинув и повернув голову, Дженсен меняет угол поцелуя и положение их тел. Его ведет, внутри всё дрожит, он убирает руку Джареда с бедра и, передвинув ее себе на зад, толкается в нее. Джаред протяжно стонет, пальцами нащупывая расщелину между половинками.

Дженсен напрягается, пытаясь избежать прикосновения, чтобы отсрочить оргазм еще на несколько секунд. Не получается. Ощущение такое, что еще чуть-чуть – и закипит кровь, а из легких вышибет весь воздух.

– Я сейчас кончу, – задыхается он, чувствуя, как покрывается красными пятнами шея и начинает щекотать в позвоночнике.

– Блядь, да! Я тоже. Давай, Дженс, хочу с тобой, давай, не останавливайся.

Быстрый рывок, сокращение мышц, еще одно движение члена по члену – и Джаред кончает первым. Дженсен тут же следует за ним, вязко выплескиваясь между их животами. Вспышка энергии распространяется по всему телу, оргазм пульсирует лихорадочными волнами, заставляя судорожно выгибаться.

Тишину нарушает только их тяжелое дыхание, а когда оно выравнивается, Дженсена выбрасывает в реальность.

– Это, что, правда произошло?

Джаред хрипло смеется и отбрасывает челку с глаз.

– Да. Наконец-то.

– Наконец-то? Это значит… стоп, что именно это значит?

– Не знаю, – Джаред наклоняется, чтобы поцеловать его. – Мы устали, и если начнем сейчас выяснять отношения, то договоримся хрен знает до чего. Давай отложим. Пойдем спать, Дженс.

Выпутавшись из пледа, он поднимается, и Дженсену ничего не остается, как тоже встать. Держась за руки, они уходят, не обращая внимания на подсыхающую на животах сперму. У Дженсена до сих пор дрожат колени – этот оргазм, как шквал, обрушился на него, сбив с ног.

Добравшись до спальни, Джаред сразу падает в постель, уже лежа сбрасывая шорты и футболку. Когда из душа возвращается Дженсен, Джаред устраивается на нем морской звездой и, глубоко вздохнув, проваливается в сон.

Прислушиваясь к себе, Дженсен коротко выжидает, не накроет ли его истерикой прямо сейчас, и решает, что если паническая атака и случится, то произойдет это завтра.

Однако на следующее утро, которое наступает всего через несколько коротких часов, Джаред будит Дженсена неспешным, глубоким собственническим поцелуем, и они повторяют всё, что проделывали накануне, только в гораздо более удобных для секса условиях – в кровати, где полно места для любых маневров по получению максимального удовольствия. На этот раз, повинуясь импульсивному порыву, Дженсен скользит рукой в трусы Джареда, сжимает ягодицы, медленно раздвигает их и уже почти решается толкнуть палец прямо в розовую аккуратную дырку...

...как Джаред в очередной раз кончает – дергая бедрами, по-змеиному извиваясь, сопровождая выплески спермы невнятным поскуливанием. Фоном Дженсен слышит еще скрип кровати, но в основном музыкой в ушах раздается долго не прекращающаяся серенада из стонов, прерывистых вздохов и подвываний Джареда. И хриплое «Дже-енс» в конце.

Едва отойдя от собственной разрядки, Джаред уже сжимает пульсирующий ствол Дженсена – и тот тоже взрывается. Стоит послеоргазменной дымке рассеяться, как Дженсен сдает назад:

– Мы действительно не должны этим заниматься.

– Давай не заморачиваться и получать удовольствие в оставшееся время. Нам уже через несколько часов уезжать, – пытается вразумить Джаред, вылизывая Дженсену шею, языком проходясь по ключице. – Когда вернемся в реальный мир, мы поговорим об этом. Но сейчас... – вместо слов он заканчивает глубоким, мокрым, долгим поцелуем.

У Дженсена учащается дыхание, из головы вылетают все аргументы, и он не может дышать, не то что возражать.

После многомесячной борьбы он окончательно сдается и разрешает себе хотеть быть с Джаредом.


____________________
[5] Пляжная корзина - это своего рода пляжный диван, закрытый сзади, сбоку и сверху плетеным куполом и только спереди открытый солнцу. Этот диван, оборудованный подставками для ног и выдвижными столиками для напитков, имеет механизм регуляции наклона спинки, что дает возможность принимать солнечные и воздушные ванны полулежа. Подробнее здесь.


Последний раз редактировалось I, Kryssa 25 дек 2017, 17:13, всего редактировалось 1 раз.

25 дек 2017, 15:23
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


В первый день после поездки Дженсен разгребает накопившиеся бумажки и отвечает на пропущенные за время отсутствия телефонные звонки. Ему передают новые дела, вынуждая работать с клиентами, которые настолько богаты, что это отвратительно. Но даже выставленные напоказ миллионы не так отвратительны, как некоторые уроды: в одном из случаев жена подала на развод, узнав, что, пока она боролась с раком, муж изменял ей с горничной. Дженсен встречается с вернувшейся из больницы женщиной и вполне разделяет ее жажду мести. На этот раз не получается ограничить работу кабинетом, Дженсен не расстается с мобильником даже ночью. В итоге он так завален делами, что забывает есть и спать.

Будь благословенна круглосуточная занятость, иначе ему пришлось бы признать, что он любой ценой пытается избежать разговора с Джаредом.

По такому сценарию проходят два дня. Проблема заявляет о себе вечером во вторник: как и последние несколько месяцев, Джаред собирается остаться ночевать, и Дженсену нужно срочно придумать, как без скандала покончить с этой традицией, не доводя дело до спальни. Время бежит стремительно, они уже поужинали и посмотрели телек, и Дженсен как дважды два знает, что последует дальше.

Лениво растянувшись на диване, Джаред на все вопросы отвечает заторможенно, в его низком голосе отчетливо слышны тягучие техасские гласные – налицо все признаки усталости. Зевнув три раза, он сонно встает, потягивается – и после этого идет к лестнице.

– Тебя ждать?

Дженсен трусит, поэтому коротко кивает и, сосредоточенно нахмурив брови, переключается на мелочи: проверяет, закрыты ли двери, запущен ли таймер на кофейном автомате, выключен ли везде свет. Когда деваться уже некуда, он медленно поднимается по ступеням и, добравшись до спальни, делает глубокий вдох.

Приехали! Вся одежда Джареда, включая трусы, свалена кучей у комода, а сам он лежит в постели, лишь до бедер укрытый простыней, и от этого вида у Дженсена в животе все дрожит и скручивается в тугой узел.

Нужно отреагировать хоть как-нибудь.

– Плохая идея.

– О чем ты?

– Нууу… – Дженсен кружит по комнате, даже близко не подходя к кровати. – Ты голый.

– И что, кэп?

– Да то, что обнаженка не была частью нашего договора! Держаться за руки и обниматься подразумевает одежду. А так получается, что ты погашаешь свой долг сексом. И на это я не согласен.

Джаред садится и поправляет подушку за спиной. Дженсен старается не отвлекаться на его грудь, бугрящиеся мышцы и кубики пресса, совершенными линиями спускающиеся вниз.

– Дженс, ты серьезно думаешь, что я лег голым в твою постель, чтобы расплатиться? Поэтому я целовал тебя все выходные? Из-за денег?

Простые, вообще-то, вопросы, и уже заранее Дженсен чувствует, что его ответ будет неверным.

– Ну… да?

Джаред раздраженно вздыхает и смотрит на Дженсена, как на тупого придурка.

– Какой же ты идиот.

– Что, прости? – Дженсен упирает руки в боки. – Хочешь меня разозлить?

– Нет, скорее убить, – Джаред подтягивает к себе колени и опирается на них локтями. – Ты придешь уже сюда? Пожалуйста! Просто сядь рядом, твое кружение по комнате меня нервирует. Я понял, что ты намеренно избегал меня последние дни, но, черт подери, не знал, что ты так видишь ситуацию.

Недоверие не исчезает, однако Дженсен садится на край кровати и ждет объяснений.

– Хорошо, признаюсь, сначала я флиртовал с тобой, потому что у тебя настроение от этого улучшалось, а это та цель, которую я себе поставил. У меня никогда не было друга, который дал бы мне взаймы, Дженсен. Мне никто и никогда не верил, как ты, никто – даже ближайшие родственники, семья. А ты предложил мне деньги в долг, словно это самая обычная вещь на свете. Я уже уговорил себя, что придется переезжать и жрать годами суп из пакетиков, а ты изменил мою жизнь.

– Джей, я давно всё понял, – вздыхает Дженсен. – Ты боролся с ситуацией, а я мог помочь, ничего особенного. Но все это не объясняет, почему сейчас ты лежишь в моей постели. Голый.

Джаред закусывает нижнюю губу и смотрит вниз – хороших новостей такой вид не предвещает.

– Поначалу я вроде как уговаривал себя флиртовать с тобой...

– Тебе не нужно было себя уговаривать! Я тебя ни о чем не просил, – перебивает Дженсен.

– Знаю. Но я так чувствовал: ты помог мне, а я должен помочь тебе. А потом… потом все изменилось – мне захотелось этого.

– Захотелось чего?

– Захотелось зависать и спать с тобой, касаться и целовать тебя. Постоянно. Я словно под гипнозом – все время думаю о тебе. Мне кажется, чувства появились до того, как я предложил изображать твоего парня. Уже тогда я начал в тебя влю…

– Нет! – Дженсен в шоке чуть не падает с кровати. Пожалуйста, только не надо этих слов, он больше не хочет их слышать. – Замолчи.

Джаред лишь смотрит грустными глазами, когда Дженсен снова принимается метаться по комнате.

– Ты ходячая порнография, Дженс. При виде тебя у меня бабочки в животе порхают и сердечки в глазах, и радуги-единороги, и звездопад.

– Так по-гейски, – знакомы Дженсену эти эмоции, но покажите здесь хоть каплю здравого смысла! – Только ты не гей, а натурал, поэтому не пытайся никого убедить, что у тебя возникли чувства ко мне. Для женщины у меня слишком мало наверху и слишком много внизу.

– Когда мы познакомились, я не признался, что би. Беда в том, что с тех пор я думаю только о твоей заднице, и это делает меня геем на данный момент. Чтоб ты знал: я баловался с парнями в колледже. Никаких серьезных отношений, но увлекался достаточно, чтобы понять, что меня возбуждают члены, и не запаниковать.

У Дженсена ощущение, что ему со всей дури врезали кулачищем под дых.

– Блядь, ты издеваешься? Или лжешь? Почему, ёбтвоюмать, не рассказал мне раньше?

– Ты никогда не спрашивал.

– Би, значит. Можно менять ориентацию, когда тебе удобно. Ты это только что придумал? Прости, я не куплюсь на этот бред.

– На что не купишься? У меня сестра лесбиянка, я рос в семье, где родители не указывали, с кем встречаться, а с кем нет. Можешь спросить мою маму, я даже приводил к нам на ужин своего бойфренда, когда учился на втором курсе. Раньше мне казалось, что это просто фаза такая – экспериментаторская, но, узнав тебя поближе, я уже так не думаю.

Несмотря на убедительный тон, Дженсен качает головой, не веря ни слову из того, что услышал.

– Я не понимаю, почему тогда ты ничего мне не сказал.

– Боялся тебя напугать, идиот, потому что знал: ты никогда не согласишься на сделку, зассышь, что это может привести к большему. Один сплошной клубок противоречий: тебе крышу от меня рвет, но ты не веришь в отношения и не заводишь их.

– Всё не так! – Черт бы тебя побрал, Падалеки! Джаред наклоняет голову к плечу и скептически улыбается. – Ладно, может быть. Но у меня, блядь, есть на это причины!

– Какие? Твой бывший? Ваш разрыв тыщу лет назад? Пора уже двигаться дальше, Дженс.

– Я давно пережил ту историю, не в этом дело.

– А в чем тогда? Почему ты в панику впадаешь, стоит мне заикнуться, что я влюбился? Я видел твои глаза, когда мы целовались на озере, в какой-то момент ты чуть не психанул.

Сомнения раздирают Дженсена на части. С одной стороны, он хочет быть честным и признаться Джареду, в конце концов он сам только что на своей шкуре почувствовал, каково это – когда от тебя скрывают что-то важное. С другой – он не хочет предстать перед Джаредом этаким слизняком-неудачником.

– Дженс, расскажи мне. Давай, приятель, – Джаред берет Дженсена за руку, но ощущения близости не возникает, скорее отчужденность, словно они в милях друг от друга, а не в паре футов. – Мы ведь и так делимся всем.

– Оказывается, не всем, – выдыхает Дженсен. Снова вспыхивает обида, что Джаред не рассказал ему раньше о том, что играет за обе команды. Не то чтоб прям все парни тут же кидались признаваться в своем гомосексуальном прошлом, и Джаред, наверное, прав: Дженсен, зная этот факт, не моргнув глазом послал бы нахуй и его, и его предложение. И все равно это отстой.

– Ладно, я понимаю, ты злишься. Тогда мне ничего не остается, только уйти. Но учти: я, скорее всего, не смогу уснуть, вырублюсь лишь к утру, не услышу будильник, опоздаю на работу, меня уволят, – Дженсен не реагирует на шутливый тон, и Джаред делает еще одну попытку достучаться до него: – Ну давай, Дженс, иди уже ко мне, постель ждет! Или давай бодрствовать вместе, чтобы не нарушать святое правило никогда не ложиться спать в раздражении.

Дженсен мучительно принимает решение, для него сейчас всё – слишком. Слишком много информации, он слишком устал, слишком хочет отключиться. А если Джаред уйдет, Дженсен, вероятно, тоже заснуть не сможет. Лучше промолчать – и он, не говоря ни слова, валится на кровать, прямо на Джареда с его твердыми как камень мышцами.

Как нечего делать Джаред переворачивает его на спину и, обняв за плечи, нежно целует в губы.

– Чем бы ни было то, что заставляет тебя гнать прочь одну лишь мысль о нас, вместе, я готов работать над этим, Дженс. Изменюсь, если ты захочешь, чтобы я изменился. Найду вторую работу, чтобы быстрее вернуть деньги. Докажу, что достоин быть с тобой. Сделаю что угодно.

Самое время объяснить Джареду, что проблема не в нем, а в самом Дженсене, и ничего тут не попишешь. Но преодолевать свои страхи всегда тяжелее, чем просто плыть по течению. Поэтому Дженсен, не произнеся ни слова, притягивает Джареда в объятия и отвечает на поцелуй. Легкое соприкосновение губ оказывает магическое действие: он успокаивается, реальность больше не кажется пугающей, а обида от недосказанности уходит.

Для правды еще будет время.

Изображение


Утром в субботу Джаред снова прыгает к нему в постель. С одним различием – невооруженным взглядом видно, что он возбужден и сексуально заряжен, а значит, не для того пришел, чтобы поболтать.

На неделе они больше не возвращались к «тому самому разговору», что несказанно радует Дженсена. Какой смысл поднимать тему несуществующих отношений, если сам еще до конца не разобрался, почему годами вырабатываемые принципы внезапно перестают иметь значение. Всё, что ему сейчас нужно, – расслабиться и кончить, и если он правильно понял намерения Джареда, то языками они сейчас не трепать будут.

– Я вроде упоминал, что у меня волшебный рот.

Дженсен слышит краем уха, но, сосредоточившись на собственных мыслях, никак не реагирует, и Джаред немедленно отвечает недовольным шумным выдохом.

– Извини, Джей, что ты сказал?

– Я сказал... – его переворачивают на спину, одна ручища придавливает грудь, другая обхватывает член. – ...что ртом я не только целовать умею.

Дженсен не издает ни звука протеста, когда Джаред заменяет руку на члене губами и не дразня, не медля начинает возбуждать его. Джаред посасывает головку, облизывает ее снова и снова, насаживается плотнее, теперь уже вбирая в себя ствол до корня, покрывая по всей длине обильной слюной. Не пропуская ни дюйма, занимается исключительно членом: лижет, заглатывает, ласкает, пока тот не становится каменно-твердым. Тогда Джаред опускается ниже и сосет яички, перекатывает их в ладони, прежде чем перейти к главному.

Идеально грязным движением раскрыв ягодицы, Джаред алчно целует и лижет дырку и вокруг нее, причмокивая, тычется кончиком языка, ввинчивается. В ушах звенит и пульсирует, Дженсен держится из последних сил, до онемевших костяшек впиваясь в матрас. Разведя ему ноги широко в стороны, Джаред разлизывает, пробует его на вкус, легкими шлепками поощряя двигаться и самому насаживаться на язык.

Только полузадушенный стон вырывается из горла, когда Джаред, растягивая его, засовывает язык на всю длину, вытаскивает наружу и затем, зацеловав кожу вокруг входа, снова погружает внутрь. И так по кругу, не останавливаясь ни на мгновение. От первого взаимного проникновения – сначала Дженсен таранил членом глотку Джареда, а теперь Джаред трахает языком задницу Дженсена – сознание раздваивается у обоих.

Оргазм похож на взрыв, сметающий и заглушающий все остальные ощущения, крупная дрожь сотрясает тело Дженсена, постепенно сменяясь приятными накатывающими волнами удовольствия. Член, все еще твердый, красный, толстый, долго не опадает. Дженсен смотрит расфокусированным взглядом на потеки спермы у себя на животе и на подбородке у Джареда, понимая, что еще никогда не изливался так долго и обильно.

Протянув через минуту руку Джареду между ног, он нащупывает не каменный стояк, а липкий висящий член и мокрое пятно на простыне.

– Дай мне пять минут, – говорит Джаред, горячо целуя Дженсена в губы. Он накрывает своей ладонью руку Дженсена, которая сжимает и поглаживает его мошонку, жестом прося продолжать ласку. – Я так люблю, когда ты трогаешь меня, это охуенно заводит. – Он направляет другую руку Дженсена себе за спину, вниз, к заднице, и оставляет там, давая этим разрешение на большее.

– Пальцами?

Они ласкают друг друга до звездочек в глазах, и Джаред кивает. Выждав несколько поцелуев, Дженсен дотрагивается до его входа, и Джаред начинает неконтролируемо поддавать бедрами.

– Смазка нужна?

– Нет, кончу тут же, – Джаред зажмуривается. – Я близко.

– Какой быстрый...

– Просто продолжай так, а потом засовывай один.

Дженсен проталкивает палец лишь на дюйм, а Джаред уже скулит и выпрашивает:

– Глубже. Блядь, Дженс, мне нужно больше, хочу всего тебя, давай же, еще.

В эту секунду до Дженсена доходит, что времени, чтобы снова возбудиться после оргазма, ему понадобилось столько же, сколько Джареду. Они кончают вместе, не прекращая целоваться, задыхаясь от нехватки воздуха.

Спустя несколько часов все повторяется. Не раздумывая и не рассуждая, они весь день проводят в постели, занимаясь сексом, разными способами ублажая друг друга.

Поздним вечером, когда у обоих стояк еще есть, а сил уже нет, Дженсен тянется отдрочить Джареду напоследок, но тот отрицательно качает головой и отталкивает руку. Открывает лубрикант, который они уже многократно использовали, и вымазывает Дженсену два пальца.

– Вот столько, и хватит. Вытяни руку и, пожалуйста, не двигайся.

Джаред переворачивается, стаскивает с постели пропитанные спермой простыни и встает в коленно-локтевую прямо на матрас, выпячивая задницу и оглядываясь, чтобы притереться входом на выставленные Дженсеном пальцы. Он стонет, когда подается назад и насаживается, корчится, когда впускает их на всю длину, и только хрипит, когда в дырке начинает хлюпать.

Дженсен держит руку неподвижно, позволяя Джареду выбрать тот ритм, в каком ему хочется себя трахать, а сам наслаждается шоу. Джаред задает сначала очень медленный темп, а затем внезапно ускоряется, словно никак не может решить, как ему больше нравится. Дженсену требуется незаурядная сила воли, чтобы не шевелиться, но когда Джаред, испуская страстный удовлетворенный стон, натягивается на всю длину пальцев, до костяшек, Дженсен оборачивает другую руку вокруг своего члена и начинает двигать кулаком.

Они снова кончают одновременно, уже почти всухую, члены тяжело пульсируют, выдавливая остатки спермы. В наивысший момент наслаждения у Дженсена в ушах белый шум, а перед глазами вспыхивают звезды, пока волны удовольствия с электрической интенсивностью прошивают тело. Джареда трясет крупной дрожью, он без сил падает на кровать и ловит ртом воздух.

А через каких-то двадцать минут уже уговаривает Дженсена на ужин в мексиканском ресторанчике неподалеку. Зал там небольшой, тихий, и «маргариту» делают отличную, поэтому после убеждений в виде засосов по всей шее, тот соглашается.

Выбрав столик в глубине зала, где кроме них еще пожилая пара, они подзывают официанта. Джаред заказывает начосы и, когда тарелку ставят перед ним, за один присест уплетает половину. Дженсен только головой качает.

– Что? Ты выжал меня досуха. У меня все сжимается внутри. От голода, – Джаред ерзает, – и от боли.

Дженсен чуть не давится своим коктейлем.

– Ты же сам хотел поиграть с моими пальцами своей…

– Жопой! – ухмыляется Джаред. – О да, это стоило любого дискомфорта. Нет, честно, кажется, никогда в жизни я не кончал так сильно. Спасибо, детка, спасибо.

Дженсен густо краснеет и делает большой глоток клубничной «маргариты».

Джаред прочищает горло и снова улыбается.

– Слушай, я тут подумал… На работе девчонки ужасно хотят познакомиться с тобой, может, сходим на следующей неделе в тот бар, о котором они мне все уши прожужжали?

– Они знают обо мне? – Дженсен нервно сглатывает, удивленно распахивая глаза.

– Ну да. Я же не скрываю, что встречаюсь с парнем. А что не так?

– Хмм… – неестественно прямая спина и пристальный немигающий взгляд выдают напряжение Дженсена, он абсолютно серьезен. Воздух между ними густеет. – Я не твой бойфренд, Джаред. Во всяком случае, не настоящий.

– Что ты говоришь! – Джаред отбрасывает вилку, так что она падает на пол. – Да мы весь день сегодня провели в постели!

Дженсен медленно кивает и закусывает нижнюю губу.

– Да, но это совсем не значит, что мы встречаемся.

– А по-моему, очень даже значит! – Джаред закрывает глаза, глубоко вздыхает и, немного остыв, пытается снова: – Прости. Я знаю, что после неудачи с Ноа ты очень осторожен.

Черт, Джареду опять приспичило выяснять отношения. На сей раз он трезв и сыт – точно не отвяжется и не позволит Дженсену игнорировать эту тему. Напрягает даже не это, а то, что рядом с ним Дженсен чувствует себя открытой книгой. Ветер перелистывает сотни страниц, позволяя любопытному взгляду читать содержимое. Хочется захлопнуть ее, завернуть во что-нибудь и запереть в шкафу на ключ. Полностью закрыться от Джареда, не быть таким уязвимым. Дженсен правда хочет – но уже, кажется, не может.

– Джаред, всё намного сложнее.

– Значит, объясни мне! Полагаю, дело не в деньгах, ведь я уже сказал тебе: то, что происходит между нами, никак не связано с финансами. Тогда что? Не идиот же я беспросветный, пойму, о чем речь.

– Я и не утверждал, что не поймешь, – от взгляда Джареда у Дженсена больно сжимается сердце. – Ладно, попробую. Видишь ту пару напротив нас? – Дженсен показывает глазами на пожилую даму и джентльмена, которые по очереди макают кукурузные чипсы в гуакамоле.

– Ну.

– Сколько им? Пятьдесят? Шестьдесят? Готов поспорить, они женаты около тридцати лет, последние десять или двадцать были ужасны. Я действительно сомневаюсь, что они хоть сколько-нибудь интересны друг другу, ведь с тех пор, как мы пришли, они не обменялись ни словом.

Джаред морщит лоб, совершенно не понимая, куда клонит Дженсен.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать... – Дженсен подбирает слова, – что даже если сейчас у нас все отлично, это не значит, что так будет всегда. Со временем людям свойственно меняться, достаточно взглянуть на мужиков, переживающих кризис среднего возраста. Они начинают бредить свободой, думать членом, а не мозгами, и постепенно превращаются в мерзких изменяющих лжецов. Бьюсь об заклад, после свадьбы у той пары все было великолепно, но сейчас… Они выглядят, словно готовы на всё, только чтобы никогда больше не видеть друг друга. Это способно вогнать в депрессию даже совершенно здорового человека, и я вижу подобные пары каждый день.

Несколько секунд Джаред молчит, уставившись на свою салфетку, обдумывая услышанное. А потом поднимает взгляд и говорит:

– Ты хуйню несешь!

– Что?

– Ты адвокат по бракоразводным процессам, и мне ясна твоя позиция, я действительно понимаю тебя. Но ты ведь сталкиваешься только с теми людьми, у которых ничего не вышло. Ты видишь худшие моменты их семейной жизни и даже не задумываешься о тех, у кого все отлично. Возьмем, например, моих родителей. Мама была всю жизнь счастлива с отцом, пока он не умер...

Дженсен поднимает брови и закидывает оливку в рот, пережевывая ее с каким-то особым самодовольством.

– Ладно, наверно, это не лучший пример, но твои-то и сейчас счастливы, ты сам упоминал об этом.

– Они так говорят, и какое-то время я даже им верил. Но никто не знает, что происходит за закрытыми дверями.

– Подожди, Дженс, ты хочешь сказать, что никто никого не любит и счастливых людей нет вообще? Что все кругом притворяются?

Раньше надо было задумываться – прежде чем втягивать себя в этот разговор. А теперь поздно, в логике Джареду не откажешь.

– Нет, если ты так ставишь вопрос...

– Тогда признай, что я прав, и если других возражений по существу у тебя нет, то позволь все-таки называть тебя бойфрендом, – Джаред перегибается через столик и целует Дженсена в губы.

– Знаешь, кого называют занудами?

Джаред смеется громко и с облегчением.

– Плевать! Ты согласился официально быть моим парнем!

– Погоди, мы еще не закончили. Да, ты мне нравишься. Очень. Но я не могу рисковать всем – ради чего? Несколько месяцев сумасшедшей страсти, а потом разбитое сердце? У меня в прошлом уже был разрыв, это больно, Джей. Не хочу переживать все снова.

Джаред тянется через стол и берет руку Дженсена.

Я не стою того, чтобы рискнуть? То, что между нами, не стоит? А вдруг мы станем одной из тех пар, которые даже не думают обращаться к адвокату, потому что и спустя годы безумно любят и уважают друг друга?

– Но ведь и возможность, что всё закончится хуже некуда, нельзя исключать! Всегда есть вероятность, что что-то случится. Нет никаких гарантий, Джей. Как ты можешь быть уверен?

Слова причиняют боль и самому Дженсену, наверняка Джареду еще больнее, но раз уж начали, надо все выяснить до конца – второй раз Дженсен не желает ввязываться в подобные диспуты.

– Уверен, потому что вижу, как ты смотришь на меня. Твой взгляд говорит мне, что мы принадлежим друг другу уже почти два года, наши отношения начались задолго до того, как мы впервые провели ночь в одной постели, и основаны они не на банальной страсти или недотрахе. Ради этого я готов рискнуть. – Сказав, что хотел, он поднимается: – Поехали домой, если ты закончил.

Джаред очень уверен в себе, это видно в каждом жесте – как он достает портмоне, как, расплачиваясь, дает официанту чаевые.

Вот вам наглядный пример, как всё может пойти не так: Дженсен шел на ужин, а получил разбор полетов.

– Едем.

Они выходят на улицу, и Джаред, не доходя до машины, останавливает Дженсена, взяв за руку.

– Подожди, Дженс. Помнишь то ощущение, когда только-только получил права и сел за руль? Испуганный до усрачки, ты едешь по автостраде в крайнем левом ряду, движение бампер к бамперу, тебе нужно постепенно перестраиваться, чтобы не пропустить съезд. Если не поменяешь полосу прямо сейчас, точно проедешь мимо цели. – Джаред коротко переводит дыхание и продолжает: – Или машины несутся на огромной скорости, справа одна за другой огромные колонны грузовиков, а тебе надо с нуля влиться в поток. Тебе страшно, но ты понимаешь, что это нужно сделать. Выбираешь момент – и вперед. Так же и с нами: я жду тебя, нужно только пересечь пару полос, чтобы добраться до меня.

Дженсен размышляет, пока они едут. Да, ему приятно, что, сражаясь за них, Джаред проводит такие аналогии.

– Обалдеть, теперь ты и правда настоящий гей. Поверить не могу, что пропустил трансформацию!

– Ах ты, маленький засранец.

– Я тебя тоже люблю, детка.

Джаред подмигивает, меняя полосу.

– Знал, что ты поменяешь свое мнение.

Изображение


Проходит месяц, прежде чем они ссорятся в первый раз. Все это время Дженсен позволяет Джареду думать, что у них отношения, хотя сам еще сомневается.

У Дженсена на работе новый тяжелый случай с перспективой затяжного судебного процесса, ему даже приходится объединить усилия с Кимблом, одному дело однозначно не под силу. Результат, естественно, плачевный – даже дома Дженсен проводит кучу времени за компьютером, читая почту, отвечая на нее, или с телефоном у уха.

Раньше никто не хотел безраздельно владеть его вниманием, Дженсену нужно время, чтобы отвыкнуть от одиночества, но Джаред как ребенок: игнорирует аргументы и требует своего. Поэтому однажды, когда Дженсен отказывается убрать мобильник на время ужина, Падалеки теряет терпение.

– Дженс, можешь хотя бы на минуту расстаться с айфоном?

Дженсен слишком занят, набивая ответ.

– Мы же есть собираемся, прервись хоть на полчаса.

– Хмм?

– Хотел бы я расколотить этот аппарат об стену.

– А?

– Блядь, Дженсен, клянусь богом, если ты сейчас же не уберешь нахуй свой гребаный телефон, я взбешусь, мало не покажется!

– Что случилось? – Дженсен наконец-то поднимает взгляд. – Какие проблемы?

– Я тебя целую неделю не видел, а эта хрень у тебя как к руке приклеилась. Странно, что ты еще на зад себе не нацепил антенну.

– Слушай! – Дженсен сам удивляется, сколько силы в его рыке. – Я же не в игрушки тут играю или музыку скачиваю, я работаю!

– Ты всегда работаешь! – Джаред бьет половником по кастрюле. – Я соскучился, ублюдок!

Вздохнув, Дженсен убирает мобильник и, подойдя к Джареду, зажимает его у стойки.

– Считаешь, что я тебя игнорирую?

– Да! Именно так. А тебе, кажется, совершенно все равно.

– Мне не все равно, – Дженсен тянется за поцелуем, но Джаред отворачивается. – Ой, ну брось! Неужели ты действительно злишься?

Джаред пожимает плечами и фыркает.

– Ладно, попробуй еще раз.

Дженсен вздыхает и пробует снова, на этот раз успешно, и основательно затыкает Джареду рот.

– Ну, теперь-то я прощен?

– Примирение намного слаще, когда ты целуешь меня, – улыбнувшись, Джаред хочет отстраниться. – Но прав все равно я.

Дженсен просовывает палец в шлевку на джинсах Джареда и тянет его к себе обратно, чтобы поставить пару засосов.

– Абсолютно прав. Прости.

– Как-то слишком быстро и легко ты сдался. Где здесь подвох?

– Никакого подвоха, – Дженсен оставляет дорожку легких укусов у Джареда на шее. – Ты не позволяешь себя целовать, пока мы в ссоре, значит, ее надо поскорее закончить. Спасибо, что терпишь и миришься со всем моим безобразием.

– Перестань, я не терплю и не мирюсь – я всё понимаю. И поэтому никогда не закачу истерику, что ты много работаешь в офисе. Но дома...

– ...дома работа подождет, – перебивает Дженсен, снимая Джареду футболку через голову и вставая на колени. – А ты нет.

У Джареда ноги подкашиваются, когда Дженсен, страстно вылизав ему низ живота, мастерски отсасывает, и кухня наполняется громкими пошлыми стонами.

В общем, ссора выходит довольно средненькой.

Ночью, крепко прижавшись к нему, Джаред засыпает, а Дженсен никак не может уснуть. Слишком тесно, невозможно дышать. От включенной на полную мощность печки по имени Джаред идет жар, Дженсен вспотел, ему душно, он зажат в собственной постели, срочно необходим свежий воздух, иначе он взорвется.

– Эй, ты куда? – Джаред тянет Дженсена назад и обворачивается вокруг него.

– Спущусь вниз на минуту, сейчас вернусь.

– Ммм... Не уходи, – потершись носом о голое плечо Дженсена, Джаред снова начинает похрапывать.

Дженсен и хотел бы сделать Джареду приятное и остаться в постели, но дискомфорт мучителен, и только потому, что теперь рядом с ним кто-то есть, он не собирается притворяться, что всё хорошо.

– Джей, выпусти меня. Мне слишком душно. Джей. ДЖЕЙ!!!

Джаред садится на постели, спросонья ничего не понимая.

– Что? Что случилось?

– Мне нужен лишь глоток свежего воздуха, отодвинься на минуту, – Дженсен выползает из тяжелых объятий и подходит к открытому окну.

Вот еще одна причина, по которой он избегает отношений. Каждый раз в прошлом, когда из-за стресса случалась паническая атака, всё заканчивалось скандалом: «Опять работа? Да сколько можно!» В такие моменты он пытался контролировать дыхание и не находил правильных слов, чтобы объяснить проблему, Ноа даже как-то обозвал его психом. Интересно, как отреагирует Джаред…

– Что с тобой?

– Все хорошо, просто ты обвил меня своими ручищами, как змея, не продохнуть.

– Раньше тебе это не мешало, даже наоборот. Помнишь, у тебя встал на мои локти, когда мы...

– Да-да, помню, – Дженсен делает глубокий вдох, давая воздуху освежить пылающее лицо. – Ладно, дело не в тебе, никак не могу уснуть.

– Почему?

Дженсен пожимает плечами. Да ну нафиг, не станет он загружать Джареда своими проблемами: профессиональные заморочки не способствуют укреплению отношений.

– Из-за работы? – догадывается Джаред.

– Угу.

– Дженс, я знаю, что у тебя очень серьезный случай, расскажи мне о нем, это важно.

Дженсен прислоняется лбом к холодному стеклу.

– Нет. Спи уже.

– Почему ты никогда не обсуждаешь со мной работу? Почему стоит только речи о ней зайти, ты тут же меняешь тему или отвлекаешь меня сексом? – хмурясь, Джаред обхватывает себя руками за плечи, словно ему холодно.

– Потому что это скучно? – прищуривается Дженсен, надеясь, что Джаред удовольствуется таким ответом, но тот уже окончательно проснулся и снова в своем репертуаре.

– Я всего лишь хочу знать, что происходит, и позволь, сам решу, интересно мне или нет. И если действительно все так уныло, то... – Джаред смотрит на часы, – уже поздно, и от твоих рассказов мы как раз уснем.

– Прекрасно... – оставив окно открытым, Дженсен снова забирается в постель. Ладно, Джаред, сам напросился! Сейчас тебя затошнит от подробностей, и ты как миленький отстанешь со своими расспросами. – В общем, жила-была семья…

– Погоди, ты не запаникуешь, если я сделаю так? – уложив Дженсена на себя сверху, Джаред придерживает его за спину, не прижимая изо всех сил.

– Все бы меня полапать, – фыркает Дженсен и, не удержавшись, целует Джареда в уголок рта. На лице у того написан интерес, никак не испуг, и Дженсен продолжает: – Итак, вкратце: в самой что ни на есть обычной семье муж изменил жене с няней, а няня, та еще вертихвостка, спала и с мужем, и с восемнадцатилетним сыном пары. И забеременела. Выяснить, кто отец будущего ребенка, до рождения не представляется возможным. Узнав обо всем от перепуганного отпрыска, жена пришла в бешенство и подала на развод.

– Упс... – Джаред задумывается, успокаивающе поглаживая Дженсена по спине. – Неслабо. Неудивительно, что ты не можешь спать. А с чего ты взял, что это скучно?

– Так показалось. Не знаю.

– Жизнь по определению не может быть скучной, Дженс, твой случай только подтверждает это. И тебя никто в здравом уме не назовет занудой, ты только сам себя так не называй, хорошо? У тебя нестандартный взгляд на вещи, мне всегда интересно знать твое мнение, и совершенно неважно, о чем речь.

Дженсен кивает и набрасывает на них одеяло, начиная верить, что Джаред говорит правду.

– Я замерз.

– Не волнуйся, малыш, я тебя согрею. А теперь расскажи мне еще, хочу знать все кровавые подробности этой холодной войны.

Дженсен говорит почти два часа, не забывая ни одной мелкой детали. Джаред дает ему личное пространство, и ощущения, что душит, больше нет. По ходу изложения Джаред кивает и задает вопросы, и Дженсен вынужден признать, что с таким вниманием его уже давно никто не слушал. Другой человек становится важной частью его жизни – и это впервые не вызывает у него желания сбежать.

И если статус бойфренда Джареда предполагает, что это работает в обоих направлениях, что ж, тогда Дженсен сможет привыкнуть к такому порядку вещей.

Изображение


Днем в четверг Джареду на работу звонит брат и сообщает о смерти мамы. Джаред бросает все и уже через два часа улетает в Калифорнию. Дженсен до четырех задерживается в суде и читает сообщение, только выйдя на улицу. Мучаясь угрызениями совести, он набирает номер Джареда, но тот не отвечает, наверное, самолет еще не приземлился.

Вернувшись в офис, Дженсен никак не может сосредоточиться и принимается бегать из угла в угол, решая, что делать. Он бы тут же сорвался с места и, наплевав на всё, полетел к Джареду, но понятия не имеет, куда ехать из аэропорта.

Заскочившая на минуту Тина предлагает помощь, но Дженсен довольно бесцеремонно выпроваживает ее из кабинета, услышав, что она советует послать Джареду кактус, и продолжает метаться, как запертый в клетке лев.

Примерно через час телефон наконец звонит, и Дженсен, споткнувшись и больно ударившись об угол стола, хватает мобильник.

– Джей, мне безумно жаль, господи, в голове не укладывается. Ты как? Я прилечу первым же рейсом.

– Со мной все нормально, – Джаред всхлипывает, и Дженсен практически видит, как он вытирает нос рукавом. – Мы все знали, что это произойдет, просто никто не был готов к тому, что все закончится так быстро. Похороны на выходных, вернусь домой в понедельник, поэтому нет необходимости лететь сюда. Я в порядке.

– Уверен? – спрашивает Дженсен. – Просто скажи, что мне сделать, чтоб помочь, – я сделаю.

– Заберешь меня из аэропорта? Обнять тебя – это все, что мне нужно. Извини, меня зовут. – На заднем плане слышится женский голос, Дженсену кажется, это сестра Джареда. – Перезвоню позже.

Джаред кладет трубку, и Дженсен не знает, куда себя деть. Ему все еще нестерпимо хочется улететь к Джареду, но он не уверен, понравится ли тому, что его любовник-гей присоединится к семье во время траура.

Заставляя себя отвлечься, Дженсен идет за кофе и погружается в работу, чтобы на следующей неделе выбить несколько свободных дней. Наверняка Джаред по достоинству оценит его усилия – и ради этого Дженсен собирается пахать по двенадцать часов в день плюс выходные. Стивен и Дэн не возражают и даже просят передать Джареду соболезнования.

Время тянется бесконечно, короткие разговоры по вечерам, когда Джаред может ненадолго оставить семью и пообщаться с Дженсеном, лишь подчеркивают, как его не хватает.

– Боже, сегодня не день, а пиздец. Не могу дождаться, когда это закончится.

– Все еще не хочешь, чтобы я приехал? Поеду в аэропорт прямо сейчас.

У Дженсена такое ощущение, что он повторил это раз двадцать, каждый раз серьезней, чем предыдущий.

– Я знаю, ты так и сделаешь, и очень ценю, но не при таких обстоятельствах. Мы все разбиты и измучены, мои еще не готовы встретиться с тобой – мало ли, еще обидят ненароком.

– Не имеет значения, я всё пойму.

Джаред вздыхает.

– И все равно... Мне так хотелось, чтобы знакомство с тобой стало радостным событием и прошло не в похоронной атмосфере.

– Ладно, я понял. Но знай: я ужасно соскучился.

– Правда? – Джаред обычно светится новогодней елкой, когда Дженсена вдруг прорывает на сопливую романтику, но в этот раз его тон остается грустным. – Уверен?

– Да, Джей, конечно. Почему ты спрашиваешь? – от плохого предчувствия желудок внезапно скручивается в тугой узел, и Дженсен в панике сжимает телефон.

– Ну, у меня было достаточно времени поразмыслить обо всем, – на последних словах у Джареда дрожит голос, но, прокашлявшись, он продолжает обманчиво бесстрастно: – Я подумываю остаться здесь…

Внезапно дыхание прерывается, словно кто-то закрывает кран с кислородом, подкашиваются ноги, и Дженсен медленно оседает на край ванны, забывая зубную щетку на раковине.

– Остаться? Где? В Калифорнии? Насовсем?

– Да, Дженс. Образование закончено, диплом получен, я же в первую очередь именно из-за этого уезжал. Останусь жить в мамином доме, буду ближе к семье.

Воздух густеет и становится слишком тяжелым для маленькой комнаты, во рту сухо, Дженсену трудно дышать от осознания, что вот он, переломный момент, его личный Рубикон.

– Если я скажу, что чувствую, это повлияет на твое решение?

– Зависит от того, что ты скажешь, – у Джареда до сих пор ровный голос. – Еще раз подробно объяснишь, что у отношений нет будущего и поэтому наша связь для тебя лишь бесперспективный роман?

– Я никогда не говорил этого.

– Не такими словами, может быть, но у тебя было дофига возможностей выразить свое отношение к теме. Я бы хотел услышать от тебя кое-что другое.

– Что же?

– Как все запущено… – тихо произносит Джаред, и у Дженсена грудь сжимается от необходимости оказаться рядом с ним. Но, может быть, то, что они не могут видеть друг друга, даже хорошо – Джаред не заметит слез в его глазах. – Это не должно быть сложно, но почему-то из нас двоих только я всегда вижу, как всё на самом деле просто. Сколько раз я наблюдал, что ты не желаешь признавать очевидное и даже спустя несколько месяцев не считаешь, что мы вместе! Я только что потерял маму, Дженс. Не хотелось бы потерять и тебя, но я все чаще понимаю, что тебя у меня нет.

Дженсен дает словам Джареда осесть, гипнотизируя взглядом кафельную плитку на полу и отчаянно подбирая правильные слова.

Джаред снова глубоко вздыхает, теперь расстроенно.

– Дженс, мне остаться в Калифорнии?

– Нет! – сейчас было просто.

– Почему? – спрашивает Джаред. – Мне просто нужно, чтобы ты сказал – почему.

– Потому что… – признавая поражение, Дженсен опускает голову. Столько бороться, чтобы снова не оказаться в том же уязвимом положении, и пожалуйста, как итог – он не может отпустить Джареда, тот слишком много значит для него. – Потому что ты нужен мне, Падалеки, нужен так сильно, что это пугает меня до усрачки. Потому что я хочу тебя больше всего на свете. Блядь, я так безумно люблю тебя, что для того, чтобы быть с тобой, готов рискнуть снова остаться с разбитым сердцем. Ты лучшее, что случилось со мной за всю жизнь, и я знал, что хочу быть с тобой, в ту же секунду, когда ты, забыв дома ключ, постучался в мою дверь. Мне продолжать?

Тихий смех музыкой раздается в ушах Дженсена.

– Нет, самое главное ты уже сказал. Я вернусь домой, хотел лишь убедиться, что мы чувствуем одно и то же.

– Конечно чувствуем!

– Ну, я-то давно это знаю, мне только надо было убедиться, что ты осознанно выбираешь нас.

– Жопа ты! И знаешь, что? Даже если ты и правда останешься там, я найду способ перебраться к тебе. В Калифорнии полно юридических фирм, я уверен, что на адвокатов по бракоразводным процессам большой спрос.

– Господи, Дженс, – Джаред не то смеется, не то всхлипывает, – ты не представляешь, как много значит для меня услышать эти слова. Как бы я хотел быть сейчас рядом с тобой!

– Я тоже.

Через телефон до Дженсена доносятся приглушенные звуки: сначала Джаред глубоко вдыхает, а затем испускает довольное утробное урчание.

– Ты чем там занимаешься?

– Нюхаю твою дурацкую толстовку с надписью «Доверься мне, я адвокат». Я взял ее с собой и сплю с ней.

– О боже, я только что признался в любви психу ненормальному. Может, ты и трусы мои забрал с собой и нюхаешь их, когда дрочишь?

– Нет, я же еще не совсем с ума схожу.

– Точно? – серьезно переспрашивает Дженсен.

– Разве что от тебя.


25 дек 2017, 15:26
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Изображение


В понедельник в полночь Джаред возвращается домой, и Дженсен, одетый в узкие джинсы, ничего не скрывающую обтягивающую белую футболку, кожаную куртку с миллионом застежек и серую бейсболку, встречает его в аэропорту. Он погружен в свои мысли, когда слышит: «Дженс!» и вылавливает взглядом Джареда, возвышающегося над толпой.

Коротко поцеловавшись, они крепко обнимаются на виду у всех.

– Как ты? Все хорошо? Я скучал.

Джаред кивает. Выглядит он, словно не спал все пять дней своего отсутствия: небритый, с красными опухшими глазами.

– Боже, ты такой красивый, Дженс. Хочешь добить?

– Нет, пытаюсь отвлечь от грустных мыслей.

– Тебе удалось, – улыбается Джаред ему в шею и, отстраняясь, неуверенно смотрит на него. – Хочу познакомить тебя кое с кем. Сегодня утром мы решили, что она поедет со мной, поживет тут какое-то время, – Джаред делает шаг в сторону, и Дженсен видит симпатичную блондинку в очках. – Моя сестра, Меган.

– Привет, – с широкой улыбкой Дженсен пожимает ей руку. Она выглядит так же подавленно, как и Джаред.

– Привет, – коротко дернув уголком рта, она протягивает брату свой рюкзак: – Подержи. Мне нужно в туалет.

Дженсен перехватывает его и закидывает за плечо.

– Иди прямо, а потом налево. Видишь, вон знак?

Меган благодарно кивает и быстро уходит.

– Знаю, это странно, но надеюсь, ты не против, – говорит Джаред, стискивая в кулаке футболку Дженсена. – Не было времени позвонить. Меган в очень плохом состоянии и наверняка захочет остаться на месяц-два. Они с мамой были по-настоящему близки, а тут еще девчонка ее ушла пару недель назад, так что она совсем одна.

– Джей, все нормально, слышишь. Что бы тебе ни понадобилось – я рядом.

– Спасибо, – Джаред снова крепко обнимает Дженсена, и проходящий мимо пожилой мужчина с неодобрением смотрит на них. – Давай уже валить отсюда нахер.

В молчании они едут в машине, и Дженсен старается не гнать, чтобы не разбудить заснувших Джареда и Меган. Дома Джаред отводит Меган в свою спальню; не сопротивляясь, она поднимается по лестнице и бормочет что-то про маму. Джаред целует ее в лоб, гладит по волосам и, пожелав доброй ночи, спускается вниз.

– Разрешишь переночевать у тебя?

– Дурацкий вопрос. Идем, в холодильнике ждут сэндвичи.

Не скрывая облегчения, Джаред за несколько секунд проглатывает поставленные перед ним бутерброды. Прежде чем подняться наверх, он подходит к Дженсену и, взяв за руку, прижимает ладонь к своей щеке. Уже раздевшись, он тянет Дженсена на себя и валится на кровать.

Где на что-то натыкается.

– Что это?

– Сюрприз. Мелочь на самом деле, но мне хотелось сделать тебе приятное.

Дженсену аж скулы сводит от собственного идиотизма. Купил любимому подарок – ни с того, ни с сего. В супермаркете. За доллар с четвертью.

С нетерпением маленького ребенка Джаред вытаскивает из-под спины маленькую плюшевую игрушку. Это ягненок с огромными серьезными глазами и глупой розовой улыбкой.

– Хотел поднять тебе настроение. Помнишь, ты называл меня своим…

– Сладким ягненочком, – заканчивает Джаред, выглядя при этом так же глупо, как и меховое животное. – Давай назовем его малыш Дженсен?

– Нет. Бред какой-то, – Дженсен берет игрушку и швыряет через всю комнату.

Джаред качает головой и, притянув Дженсена, целует его долгим собственническим поцелуем.

– Это не бред. Он мне нравится. И ты мне тоже очень нравишься.

Дженсен закатывает глаза и целует его снова.

– Эх, эмоциональная ты развалина.

– Буду считать, что это было ответное «я тебя люблю».

– И ты уже давно знаешь об этом.

Теперь они целуются жадно, взасос, так нетерпеливо, что становится очевидным, как оба соскучились.

– Во сколько тебе нужно быть завтра на работе? – спрашивает Джаред, отстраняясь и тут же впиваясь зубами в шею Дженсена.

– Я взял неделю отпуска, не хотел оставлять тебя одного.

Джаред останавливается и смотрит прямо в глаза.

– Правда?

Стоит Дженсену кивнуть, Джаред атакует его губы отчаянно глубоким поцелуем.

– Я люблю тебя.

У Дженсена кругом идет голова, поэтому он немного тормозит.

– А?

– Я так переживал, не знал, как помочь сестре снова встать на ноги, но теперь, когда ты рядом, чувствую, что справлюсь. Спасибо. Могу себе представить, сколько тебе пришлось работать в последние дни, чтобы получить свободную неделю. Уверен, что хочешь провести ее со мной?

– Ни о чем другом думать не могу.

Дженсен видит, что Джаред смертельно устал, но это не мешает ему возбудиться. Каменный стояк, просто потому что они вместе. Словно тело вывело собственное уравнение «Джаред плюс Дженсен плюс кровать равняется секс».

– Я так соскучился, – шепчет Джаред, наваливаясь сверху. – Лучше бы ты все-таки приехал ко мне.

Дженсен улыбается, обвивая руками мощные плечи Джареда, прижимая к себе еще ближе, если это возможно.

– Говорил же…

– Ты умный, – Джаред наклоняется поцеловать, его длинные волосы падают Дженсену на лицо. – И красивый. Охуенный. Мечтал о тебе каждую ночь.

Они целуются, пока Дженсен не отстраняется, чтобы судорожно глотнуть воздуха. Он проводит пальцами по губам Джареда, затем по заострившимся скулам.

– Я тоже думал о тебе. Ни о чем другом не мог.

Джаред закрывает глаза и скатывается с Дженсена. Усталость берет свое.

– Давай-ка я займусь тобой, – нежно говорит Дженсен. – Скажи, чего тебе хочется?

На губах у Джареда легкая улыбка, он отодвигается от Дженсена и ложится на спину.

– Тебя.

Дженсен садится по-турецки рядом с Джаредом.

– И все? – спрашивает, царапая ногтями соски.

– Ммм… Тебя и оргазм.

– С этим я справлюсь, – обхватив ладонью член Джареда, Дженсен склоняется над ним с намерением отдрочить до звезд перед глазами. У него самого член рвет трусы, но сейчас всё только для Джареда. – Какие-нибудь пожелания? – уточняет он, поглаживая большим пальцем головку и размазывая по ней вытекшие капли смазки, пока самый кончик не становится блестящим.

Джаред молча закусывает губу и, приподняв колено, отводит его в сторону. От такого явного приглашения отказаться невозможно, и Дженсен, смочив слюной два своих пальца, приставляет их к узкому входу Джареда.

– Так хорошо?

С закрытыми глазами Джаред кивает, у него бесконтрольно начинают дергаться бедра.

– Да, очень.

Дженсен крепче обхватывает ствол, двигает кулаком, накачивает. Пальцы другой руки он проталкивает на всю длину, нащупывая простату…

– Оу, блядь!

– Вот так, – Дженсен продолжает надавливать, трет по одному месту, туда-сюда. – Кто ищет, тот всегда найдет, да?

Джаред снова кивает, часто прерывисто дыша, медленно открывает глаза, радужки почти не видно. Он касается Дженсена и притягивает к себе.

– Хочу целовать тебя.

– У меня тут руки заняты, Джей.

Джаред издает недовольный хнык, и Дженсен подчиняется. Убрав руку с члена Джареда, он наклоняется и нежно целует мягкие губы. Пальцы все еще глубоко внутри, и внезапно он чувствует, что мышцы вокруг них начинают ритмично сокращаться.

– Блядь, Дженс, кончаю, – Джаред хрипит и тяжело дышит, сжимаясь задницей, практически затягивая Дженсена еще глубже в себя.

Там так узко, что Дженсен теряет контроль и просто держит руку неподвижно, пока Джаред трахает себя ею. Поцелуй становится лихорадочным засосом, в ход идут зубы, на распухших губах появляются капли крови.

У Джареда напрягается все тело, когда он выплескивается, Дженсен всего на несколько секунд отстает от него, липкая сперма, выталкиваемая из члена, покрывает Джареду живот. Ни один, ни другой уже не могут дышать, но Дженсен снова впивается в губы Джареда поцелуем.

Когда они отстраняются друг от друга, пальцы из Джареда Дженсен все равно не вытаскивает.

– Сейчас лучше?

– О! Намного, – отвечает Джаред, удовлетворенно зевая. – Даже представить не мог, как мне это было нужно.

– Теперь спать, малыш?

Джаред сонно улыбается и зажимает ноги Дженсена своими, чтобы тот не вырывался.

– Ты только что назвал меня малышом.

– Ничего подобного.

– Назвал!

– Это вышло случайно, – ворчит Дженсен, устраиваясь удобнее на боку. Он вытащит пальцы, когда Джаред расслабится и уснет, а сейчас все останется как есть, раз Джареду необходима такая близость. – У меня мозги затуманились, так сильно я кончил.

– Люблю смотреть, как ты кончаешь, – признается Джаред, утыкаясь в подушку и гладя вверх-вниз плечо Дженсена. Свободной рукой Дженсен молча обнимает Джареда, тот снова зевает и проваливается в сон.

Дженсен долго еще смотрит на него, успокаивающе поглаживая по груди всякий раз, когда тот дергается во сне. Удивительная штука, Джаред зависит от него так же, как он зависит от Джареда. Они связаны, и теперь он всегда будет рядом, поддерживая всеми возможными способами.

То, что между ними, реально и прочно, и Дженсен внезапно понимает, что испытывает не страх, а счастье от осознания, что снова любит.

Изображение


На следующее утро Дженсен спускается вниз в очках и тонких штанах в синюю и белую полоску. Джаред и Меган сидят за кухонным столом, пьют кофе и завтракают хлопьями. Джаред совсем по-домашнему в одних боксерах с динозаврами, а сестра его в пижаме. У обоих волосы убраны в хвост – ну ни дать ни взять тинэйджеры.

– Доброе утро!

– Доброе! – Дженсен улыбается и легко целует Джареда в губы. – Как спалось, Меган?

– Отлично, я чувствую себя гораздо лучше, – говорит она, допивая молоко из миски. – Извини, что я так рано ворвалась, просто у Джареда в холодильнике шаром покати.

– Без проблем, бери, что хочешь, – Дженсен насыпает и себе хлопьев и быстро прикидывает, что, если кормежка обоих Падалеки будет на нем, придется еще раз сгонять в супермаркет. – Ты уже знаешь, на сколько приехала?

– Думаю, надолго. Поищу какую-нибудь работу. Квартирку. Если все получится, может, перееду сюда насовсем.

Джаред загорается идеей в тот же миг.

– Это же отлично, Мэгс! А ты не передумаешь? Вчера у тебя совсем другие мысли были.

Она кивает, внезапно смутившись.

– Так классно, когда ты снова рядом, бигбро, я скучала по тебе. И городок лучше, чем я его помню. Тем более мамы нет… и с Эми мы расстались. Что ж, меня больше ничего не держит дома, с калифорнийскими девчонками я покончила.

– Да ты что? – распахивает глаза Джаред. – Ты созрела для смены типажа? Вместо хрупкой брюнетки этакая женщина гор. Но предупреждаю, у нее могут расти усы.

Меган показывает брату язык и закатывает глаза от абсурдности его предположения.

– Не слушай его. А кем ты работаешь? – спрашивает Дженсен. Джаред подходит к нему сзади и целует в шею.

Меган улыбается, наблюдая за лаской.

– Я журналистка. Не люблю быть привязанной к офису, поэтому предпочитаю фриланс. Надеюсь, вакансии в городе найдутся.

– Круто, – признает Дженсен, а в это время рука Джареда гладит его голый живот. – А как ты относишься к тому, что твой брат теперь гей?

Меган смеется, следом начинает ржать Джаред.

– Честно? Я целиком на его стороне. Ему даже не пришлось много о тебе рассказывать, у него глаза снова стали живыми. Я давным-давно не видела его таким счастливым. А теперь он светится – благодаря тебе.

– У тебя очень милый брат. Хотелось бы, чтоб он остался со мной на какое-то время.

Меган указывает ложкой на Дженсена.

– Ты себя-то не недооценивай! Ты обалденный красавчик, надеюсь, Джаред не тупит и твердит тебе об этом с утра до вечера. Хоть я и лесбиянка, но всегда готова признать, если передо мной горячий парень.

Джаред громко смеется, а Дженсену становится неловко.

– Ммм… спасибо.

– Без проблем. Ты сам-то уверен, что мой брат подходит тебе в качестве партнера?

– Если ты имеешь в виду, что он большой ребенок, то меня это не смущает.

– Прошлой ночью ты шептал кое-что другое, – парирует Джаред.

Дженсен недовольно отталкивает его руку.

– Это неподходящая тема для беседы с твоей сестрой!

Меган хихикает и сползает с высокого барного стула.

– Ладно, я бы с удовольствием осталась и поболтала с вами, мальчики, но мне надо принять душ и проверить почту. Увидимся за ланчем. А вечером поиграем в «скраббл».

– Учти, Дженс, условием будет составлять только слова-ругательства. Готовься и вспоминай мат.

Дженсен ржет в голос, и Меган, махнув на прощанье, уходит.

– Она мне нравится, – Дженсен облокачивается на стойку и смотрит, как Джаред насыпает себе еще хлопьев. – С ней все будет в порядке.

– Да, – соглашается Джаред. – То, что я рядом, здорово помогает. Спасибо, что ты нормально отнесся к ее приезду.

– Она твоя семья, Джей. Разумеется, я не возражаю.

На губах Джареда появляется хитрая улыбка.

– Ах да, сейчас вернусь.

– Что? Куда ты?

Он быстро целует Дженсена.

– К себе, надо кое-что вытащить из чемодана. Это две секунды.

Дженсен не успевает досчитать до десяти, как тот уже возвращается.

С чековой книжкой.

Дженсен в замешательстве.

– Что это?

– Семейный адвокат рассказал нам, что мама застраховала свою жизнь, после ее смерти мы поделили сумму на троих . Никто из нас не знал о ее планах, так что это было неожиданно. В общем, теперь у меня нет финансовых проблем, поэтому самое время вернуть тебе деньги, – облегчение в голосе Джареда не спутаешь ни с чем.

– Джей, тебе не нужно выписывать мне чек.

– Конечно нужно.

– Нет.

– Почему?

Да потому, хочется кричать Дженсену, что у меня внутри всё до сих пор дрожит от страха, что, полностью отдав долг, ты перестанешь со мной встречаться.

Так страшно ему уже давно не было. Ужас ежом сидит в сердце и, выпуская иголки, причиняет боль. Бред собачий думать, что Джаред развернется и уйдет, но трусливая паника слишком долго давила на мозг.

– Потому что... Не знаю. После всего, что у нас было, это странно. И ты провел достаточно ночей в моей постели, держа мою руку... такое ощущение, что ты со мной уже расплатился.

Джаред глубоко вздыхает и вырывает чек из книжки, заполненный и подписанный.
– Хочешь знать, что я думаю по этому поводу? Я и близко не провел достаточно ночей в твоей постели. И готов биться об заклад, ты боишься, что сейчас я скажу «мы расстаемся». Я прав?

– Нет, – лжет Дженсен.

– А знаешь, о чем еще я думаю? – Джаред кладет руку Дженсену на талию, а другой обнимает за спину. – Оставаться у тебя всего несколько раз в неделю – непозволительная трата отпущенного нам времени. Мне кажется, мы должны перевести это на постоянную основу.

– Значит, ты действительно не хочешь, чтобы все закончилось? – мысленно Дженсен дает себе подзатыльник за ту глупость, которую несет.

Джаред усмехается.

– Если под «всё» ты подразумеваешь нас, наши отношения, то нет, я не хочу, чтобы они закончились. Более того, мне кажется, тебе стоит попросить меня переехать к тебе.

– Да ты что?! Значит, тебе кажется?

Джаред кивает, наклоняя голову, чтобы добраться до шеи Дженсена.

– Мимо тебя же не прошло, что я уже практически поселился здесь?

– Тебя нельзя не заметить, йети.

Это звучит так нежно, словно признание, что Джаред окончательно покорил его сердце. Дженсен буквально видит, как рушится его последний бастион. Сам того не желая, он впустил Джареда в свою жизнь, и теперь это может стать либо лучшим, либо худшим решением в его жизни.

– Если для тебя это слишком, оставим все как есть. Я все равно рядом, Дженс. Это просто была идея.

– Я хочу, чтобы ты жил со мной, – скороговоркой выпаливает Дженсен, надеясь, что Джаред не успел передумать.

Джаред кивает, и в голосе только забота, когда он произносит:

– Но ты же боишься.

– Боюсь я только одного – потерять тебя. То, что между нами сейчас, – идеально. А идеального в моей жизни мало.

– Тогда нашим отношениям не следует быть идеальными, – Джаред легко целует Дженсена в висок. – Пусть будут всего-навсего безупречными, чтобы тебя это больше не тревожило.

Дженсен коротко размышляет и улыбается.

– Звучит как сделка, на которую я согласен.

Изображение


Джаред быстро переносит к Дженсену свои вещи – их немного, большую часть он продал несколько месяцев назад, а что-то уже нашло свое место: протеиновые коктейли в шкафу на кухне, бритва и крем для бритья на полке в ванной, носки на полу в спальне. А вот помочь перебраться Меган в квартиру Джареда занимает кучу времени.

Ага, теперь они соседи!

Меган нашла работу, влюбилась в город, даже стала встречаться с девушкой, живущей неподалеку. Для переезда она наняла грузчиков, и теперь по всей гостиной стоят картонные коробки.

– А стены я покрашу в фиолетовый, – сообщает Меган, – это сделает комнаты оптически шире.

– Фиолетовый – цвет геев, – ворчит Джаред, относя очередную коробку наверх. – Чем ты набила эту? Кирпичами?

– Рассчитывала на твои мышцы, братец. Периодически им тоже нужно находить применение.

Джаред подмигивает, и Дженсен точно знает, о чем тот вспомнил. Прошлой ночью, на весу прислонив Дженсена к стене, он держал его одной рукой все время, пока трахал пальцами другой. Оргазмом смыло все мысли из головы, и Дженсен до сих пор чувствует, как приятно ноют потревоженные мышцы.

– Эй, на столе твоя почта, – кричит Меган. – Не помню, когда точно пришла, вроде на прошлой неделе. Лучше открой, а то еще угодишь в тюрьму за неуплату чего-нибудь.

Джаред спускается вниз и разглядывает стопку конвертов.

– Этого не случится, гений. Дженсен адвокат, если ты вдруг забыла.

– Интересно, как же я могла забыть? – закатывает глаза Меган. – Ты упоминаешь об этом каждые две секунды.

– Ну, в конце концов я встречаюсь не с водопроводчиком, как ты.

– Эй! Водопроводчицы-лесбиянки горячие штучки!

– Абсолютно, Джей, – соглашается Дженсен. – Мелани просто огонь!

– Эй, вы двое, хватит наезжать на меня, это отстой.

– Почему? Ты частенько говоришь глупости, находясь рядом с Дженсеном, – Меган пытается растрепать волосы Джареду, но у нее не выходит, тот подхватывает ее и несет по лестнице наверх. Она смеется всю дорогу, а вырвавшись, уходит в спальню распаковывать коробки.

Сбежав вниз, Джаред принимается разбирать почту. Выбросив несколько проспектов с рекламой, он обращает внимание на один очень изысканный конверт, выделяющийся среди других.

– Дженс, ты никогда не угадаешь, кто собрался жениться.

– Ты получил приглашение на свадьбу?

– Ага, – Джаред переворачивает конверт, чтобы показать Дженсену. – Помнишь, Крейг чуть не убил Ника из-за того, что тот переспал с его сестрой? Так вот, Ник ведет ее под венец.

– Да ладно! Когда?

– В следующую субботу. Хочешь пойти?

– Черт, конечно! Такое нельзя пропускать.

Джаред ухмыляется, играя с приглашением.

– Ты же понимаешь, что мы совершим каминг-аут перед друзьями?

Черт побери, в таком ключе Дженсен даже не думал. Но раз Джаред спокойно говорит об этом, значит, ему не о чем волноваться.

Изображение


От свадьбы у них остаются самые приятные воспоминания. Никакой драмы, никто не отпускает глупых комментариев, когда они появляются вдвоем как пара. Друзья совершенно спокойно реагируют на них, они и до того знали, что Дженсен гей, а Джаред – ну, Джаред он Джаред и есть. Для Ника день совершенно сумасшедший, и поначалу он немного нервничает, но Джаред отводит его в сторону и что-то втолковывает. Дженсен не в курсе, что именно он говорит, но в конце концов церемония проходит гладко.

В церкви темно и жарко, Джаред начинает потеть, и Дженсен радуется, что они сидят не на первых рядах и поэтому могут снять пиджаки.

Схватив Дженсена за руку, Джаред переплетает их пальцы, и, наклонившись ближе, шепчет в ухо:

– Они выглядят по-настоящему влюбленными.

– Ммм, – соглашается Дженсен.

– Как ты думаешь, мы так же выглядим, когда смотрим друг на друга?

– Как? Словно любим друг друга?

Джаред сияет так сильно, что появляются ямочки.

– Ты таким образом признаешься мне в любви?

Дженсен пожимает плечами и тянется за поцелуем.

– Я думал, это уже пройденный этап.

Пожилая дама оборачивается и недовольно грозит им.

– Тихо!

– Признаваться в любви никогда не будет пройденным этапом, – шепчет Джаред.

По большому счету эта свадьба как две капли воды похожа на любую другую – местами весело, местами грустно. В какой-то момент Дженсену становится скучно, и он даже прикрывает глаза, представляя, как они с Джаредом будут растягивать друг друга. Однако до дома еще далеко, за росписью в ратуше и венчанием в церкви следует прием в ресторане. Неожиданно для самого себя Дженсен начинает получать удовольствие от мероприятия, знакомясь со школьными приятелями Джареда, их женами и детишками. Перед десертом у Джареда на руках оказывается девочка лет шести с огромными голубыми глазами и такой ослепительной улыбкой, что даже Дженсен не остается равнодушным.

После официальной части его отводит в сторону Рик, брат которого как раз подал на развод, и Дженсен, не вдаваясь в подробности, дает ему несколько общих советов. Когда он взглядом находит Джареда, тот возится на полу с пятью малышами разного возраста: они используют его как спортивный снаряд, ползают по нему, скачут, прыгают, оплетая его тело, как обезьянки.

– А сейчас будем проверять, чей живот крепче! – объявляет Джаред, и дети, выстроившись в очередь, с разбега кидаются к нему с выпяченными животами и впечатываются в широкую грудь. Одного мальчика, который от силы удара теряет равновесие, Джаред подхватывает в воздухе, широко при этом улыбаясь, словно давно не испытывал такого удовольствия.

– Кажется, эти гномики признали Джареда своим предводителем, – говорит Рик, помахав своей рыжеволосой дочке. – Он легко нашел с ними общий язык.

– Легко, – Дженсен закусывает губу, внимательно присматриваясь к происходящему: Джаред не просто нашел общий язык с детьми, он с ними на равных. Раскрасневшись, катается по полу, не заботясь, что пот течет ручьем, а на нем единственная выходная рубашка и брюки, не предназначенные для спортивных занятий. Бесподобный вид.

Джаред замечает взгляд Дженсена и через весь зал, в котором проходит торжество, машет ему. Он что-то спрашивает, и Дженсен, прочитав по губам «Всё хорошо?», утвердительно кивает и, улыбаясь, отворачивается, чтобы продолжить разговор с Риком.

Только через час Джаред выдыхается и, отведя малышей к родителям, подгребает выпить кофе и съесть кусок свадебного торта, который Дженсен отложил для него.

– Они меня умотали. Ощущения как после нокаута, – улыбается Джаред, обнимая Дженсена за талию, и садится рядом. Рука поднимается по спине и, добравшись до шеи, осторожно поглаживает ее. Они сейчас одни за огромным столом, можно позволить себе немного ласки.

– Все хорошо?

– Все отлично, – Дженсен двигает стул ближе к столу и, улыбаясь, скользит ногой по лодыжке Джареда, наблюдая, как тот расправляется с тортом.

Джаред замечает эту улыбку, и почему-то она ему не нравится. Он тут же забывает про десерт и поворачивается лицом к Дженсену.

– Что происходит?

Тот только плечами пожимает.

– Похоже, ты неплохо развлекся.

– С детьми-то? Да, они милые. По-моему, младшему нужно поменять памперс, но вызываться добровольно я не собираюсь.

– Интересно… – Дженсен играет с галстуком Джареда, пальцы мягко пробегают по элегантному шелку. – Не захочешь ли ты вскоре собственных?

У Джареда от удивления брови ползут на лоб. Откинув голову, он громко хохочет, несколько гостей даже оборачиваются.

– Дженсен, неужели ты считаешь, что я начал бы отношения с тобой, если бы хотел детей?

– Ну… не знаю. Может, ты и вовсе не думал об этом, а вот сейчас, когда тебя окружила малышня…

– Что? Думаешь, у меня сразу же возник отцовский инстинкт или проснулись родительские чувства? Чтобы добиться чего-нибудь в этой жизни, нужно упорно работать, а с детьми и памперсами это невозможно. Так что уволь, чего в моем будущем нет, так это спиногрызов. Но хочешь знать, что я там четко вижу?

– У тебя, что же, и хрустальный шар предсказаний имеется?

– Естественно, – Джаред берет руку Дженсена в свою, подносит тыльной стороной к губам. – Я совершенно ясно вижу тебя. Седого, морщинистого, идеального.

– Морщины? – в притворном возмущении Дженсен пытается отстраниться. – У меня никогда не будет этих проклятых морщин.

– Вообще-то они у тебя уже есть, – дразнит Джаред, кончиками пальцев разглаживая кожу возле глаз Дженсена. – И они охуенные. Хочешь знать, что еще я вижу в будущем?

– Хук в живот, если еще раз станешь намекать, что я старый.

Джаред задумчиво улыбается, качая головой.

– Собаку. Я очень хочу собаку.

Показав язык, когда ему кажется, что Джаред опускает взгляд на его губы, Дженсен хмыкает:

– Завести псину будет стоить тебе как минимум двух минетов. И я не убираю за ней дерьмо или блевотину.

Даже сияние солнца не затмит улыбку Джареда.

– И почему мне кажется, что мы опять торгуемся?

– Наверное, потому что у нас это хорошо получается.

Изображение


Прием, ужин и танцы затягиваются до утра. Начинает заниматься рассвет, когда, лениво целуясь, Дженсен и Джаред укладываются в кровать.

Возбужденный, на адреналине, Дженсен настроен решительно: меняя их привычную позу, он садится Джареду на бедра и, выдавив лубрикант тому на пальцы, направляет их между своих расставленных по сторонам ног.

– Знаешь, о чем я сегодня думал, когда жених и невеста произносили клятвы? Что мы должны обменяться своими.

Джаред закрывает глаза, скользит пальцами вокруг дырки Дженсена, прежде чем медленно ввести сначала один, затем другой, разводит их ножницами в жаркой тесноте прохода, пока наконец не погружает по костяшки.

– Замечательная идея.

– Да? Хорошо. Тогда я начну, – Дженсен заходится стоном, ведь у Джареда Падалеки очень длинные пальцы, а затем продолжает: – Обещаю, что больше не буду психовать по поводу будущего и паниковать из-за стресса. Никогда не буду задаваться вопросом, хочешь ли ты быть со мной и любишь ли меня.

– Я всегда буду хотеть тебя и нуждаться в тебе, Дженсен, – вытащив пальцы и выдавив на них смазку, Джаред трет и массирует вход, пока тот не становится скользким и расслабленным, приставляет член, совсем немного надавливая головкой. – Обещаю, что буду рядом, выслушаю и помогу, никогда не упрекну, что ты много работаешь. Клянусь, что всю жизнь буду любить тебя, Дженс, даже если ты не сможешь сказать того же о себе.

Дженсен расставляет колени и начинает опускаться – дюйм за дюймом вбирая в себя ствол.

– Ты знаешь, что я люблю тебя, Джаред. Обещаю, что буду повторять это каждый день и доказывать, пока ты позволишь мне.

Он наклоняется и так страстно целует Джареда, что по телу проходит судорога. Дженсен выжидает минуту, привыкая к размеру, а потом, не прерывая поцелуя, они синхронно начинают двигаться: Джаред несильно поддает бедрами, а Дженсен плавно скользит по стволу, постепенно ускоряясь. От остроты ощущений тяжелеет дыхание, из горла рвутся хрипы, в венах кипит чистое наслаждение, электричеством бьет каждый возбужденный нерв. На грани потери контроля Джаред садится и, подтолкнув Дженсена ближе к себе, руками удерживает его в таком положении. Насаженный до предела, Дженсен, раскачиваясь, крутит бедрами, а его собственный бордовый член мажет головкой по плоскому животу Джареда.

Блядьёбаныйврот, почему мы не делали этого раньше? – бормочет он, впиваясь зубами в шею Джареда, пытаясь так отвлечься, продержаться хоть немного дольше.

Джаред задыхается, стонет, когда мышцы Дженсена ритмично сокращаются вокруг его ствола.

– Ты сам хотел, чтобы мы не спешили, забыл?

– Худшая идея моей жизни.

Когда Дженсен кончает, мир перед глазами взрывается, тело конвульсивно дергается, а внутри все пульсирует. Джаред дрожит – оргазм Дженсена ошпаривает его словно кипятком, – громко кричит, проваливаясь в свой, и, изливаясь, судорожно впивается пальцами в Дженсена, пока тот, жадно хватая воздух, обмякает после разрядки.

– Блядь, Дженс. Заебись[i], как хорошо…

– Люблю тебя, Джей, – хрипит Дженсен, – так сильно люблю.

– Я знаю, – не вытаскивая член, Джаред наклоняется за новым поцелуем. Его живот покрыт липкими пятнами, но в данный момент это их не волнует.

С другой стороны стены внезапно раздается громкий стук, который портит момент. Оба смеются, понимая, что Меган слышала все от начала и до конца.

Дженсен качает головой, очевидно впечатленный.

– Не думал, что ты такой громкий, когда кончаешь.

Джаред переворачивает их и медленно выходит, заботливо поглаживая задницу Дженсена, из которой вязко вытекает сперма.

– Только с тобой.

– Я так и понял. Люблю тебя, – нежно шепчет Дженсен. Однажды произнеся эти слова вслух, он не в состоянии перестать повторять их.

Выключив свет, Джаред укладывается, достает плюшевого ягненка из тумбочки со своей стороны кровати, где тот обычно лежит, и кладет между их потными телами. Проходит несколько минут комфортной тишины, прежде чем Джаред говорит:

– Знаешь, мне иногда становится страшно – не окажись я тогда на мели, мы бы никогда не пришли к тому, что у нас есть сейчас. Мы в постели, голые, я весь измазан в твоей сперме. И так теперь будет [i]каждую
ночь.

– Как хорошо, что у тебя не было денег. Расплатись ты со своими долгами, не было бы нам счастья!

Дженсен мечтательно вздыхает, наслаждаясь жаром распластавшегося рядом тела. Теперь можно и заснуть.


Изображение


25 дек 2017, 15:27
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 24 ноя 2015, 10:48
Сообщения: 102
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Steasi, какие арты красивые. Работа большая, сразу не прочту, но арты уже оценила :ura: :ura:


26 дек 2017, 01:05
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 дек 2015, 18:22
Сообщения: 13
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Спасибо за чудесный перевод чудесной истории! И за прекрасные арты, настолько же полные нежности и очарования, насколько и текст.:)


26 дек 2017, 01:24
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Спасибо за прекрасную работу!


26 дек 2017, 03:47
Пожаловаться на это сообщение

Зарегистрирован: 09 июн 2015, 02:11
Сообщения: 8
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Что я могу сказать...обалденно!!!Просто обалденно всё-и история,и перевод,и арты!!! I, Kryssa,Steasi-спасибо вам большое!!! :squeeze: :squeeze: И,конечно же,спасибо Yellow-eyed Lynx за правку текста :kiss:


26 дек 2017, 04:10
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
galiandra, надеюсь, что понравится, хорошего прочтения! :) Арты обалденные, мне очень повезло, что Steasi стала моим артером. :heart:

Только сказки, спасибо большое! Очень-очень рада, что понравилось. :heart: Насчет артов соглашаюсь целиком и полностью! Steasi изумительно угадала атмосферу и цветовую гамму! :heart:

Atana, от всех нас - от Линкс, Steasi и меня - огромное спасибо! :heart: Мы старались и очень хотели, чтобы всё получилось без накладок. Ваша похвала очень ценна для нас! :heart:


26 дек 2017, 16:31
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 апр 2015, 00:55
Сообщения: 39
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Хорошая история и талантливый перевод! А иллюстрации неуловимо обволакивают атмосферой повседневности. Так замечательно - словно стоп-кадры обычной жизни: мягкие, неяркие, но прочно отпечатывающиеся в памяти.
Команда, спасибо вам большое за проделанную работу! :heart:

_________________
There's No Rainbow Without Rain


26 дек 2017, 20:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
I, Kryssa & Steasi, спасибо огромное за эту работу :inlove:


26 дек 2017, 22:26
Пожаловаться на это сообщение

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Rainfall_Season, очень приятный отзыв, большое спасибо от нас троих! :heart: Арты у Steasi получились невероятные, согласна, она очень угадала с настроем каждой сцены, которую иллюстрировала. :)

Гость, и вам от всей команды большое спасибо за отзыв! :heart:


27 дек 2017, 04:48
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
А знаете, мне очень понравилось! Такая себе история любви) точнее история знакомства, дружбы и любви))) Джаред в этой истории необыкновенный просто, невозможно в такого не влюбится:inlove: прям бальзам на душу, после перевода, который я щас читаю (там ужасный Падалеки((((((((((( )
А еще мне зашла НЦа! Сильно! Очень горячо получилось :chups:
Спасибо, I, Kryssa, я хорошо провела время:heart:

Отдельное спасибо Ирочке Steasi :squeeze:
Ты - гуру и волшебница:inlove: очень красивые арты, живые Джеи, наворожила так наворожила:heart: хочу еще отдельно полюбоваться твоими работами к этой истории:squeeze:


27 дек 2017, 10:45
Пожаловаться на это сообщение
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Очень хорошо написано, шикарные мальчики! Правда с отношением к детишкам, это жёстко.


27 дек 2017, 19:14
Пожаловаться на это сообщение
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
I, Kryssa, Yellow-eyed Linx & Steasi, спасибо вам за вашу совместную замечательную работу! :heart: :heart: :heart:


27 дек 2017, 20:45
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 апр 2017, 03:54
Сообщения: 4
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Спасибо за чудесный перевод и великолепные арты!


28 дек 2017, 04:11
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
LianaLiana, спасибо за отзыв! :heart: ЗдОрово, что наше мнение о мальчиках совпадает. :)
Насчет детишек могу сказать только одно - многое зависит от партнера. Вот напутешествуются, почувствуют, что вместе навсегда, глядишь, Дженсен и изменит своё отношение. В этом смысле финал открыт - можно придумать себе любой исход! :flower:

ив-ла, спасибо от нас всех, мы очень старались! :heart: :heart: :heart:

ZirratyKat, очень приятно и радостно, что понравился и перевод, и арты! :heart: Спасибо! :)


28 дек 2017, 17:26
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 окт 2008, 18:00
Сообщения: 332
Откуда: Санкт-Петербург
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
спасибо большое все команде за вашу работу, вы замечательно справились
такая милая, спокойная история (сирдца)


29 дек 2017, 00:01
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 30 мар 2014, 00:04
Сообщения: 188
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Спасибо ОГРОМНОЕ за чудесную историю! Парни такие прекрасные, у них на всех этапах такие хорошие, честные, человечные отношения. Они умеют слушать, ждать и считаться в желаниями друг друга. Мне очень понравился фик. Такой светлый, теплый и добрый. Очень приятные оставляет ощущения, его хочется перечитывать. Персонажи настоящие, в них веришь, и веришь в их историю и любовь, они действительно построили свое счастье.
Текст красивый, весь отдых на природе и ночь на пляже так замечательно написан, это все видишь и чувствуешь.
Я хоть и читала три вечера, но удовольствие получила огромное)).
Арты и разделители очень - очень красивые. Можно зависнуть и просто рассматривать и очень подходят к тексту. Спасибо.
Спасибо всей команде.


30 дек 2017, 00:43
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 апр 2016, 09:09
Сообщения: 13
Откуда: Томск
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
если б уже не любила Steasi - после этой истории бы точно влюбилась.
арты идеально к ней подходят.
и Джеи на них прекрасны!
I, Kryssa - такая светлая и легкая история, спасибо за перевод! читается на одном дыхании!
бете Yellow-eyed Lynx тоже спасибо за работу. текст по-моему, идеальный
:heart: :heart: :friend:

_________________
Не приписывай другому свои мысли! Каждый человек уникален, и что творится в его голове, не знаешь ни ты, ни его друг, и даже не мама, только он сам!


30 дек 2017, 15:16
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 31 янв 2013, 18:14
Сообщения: 45
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Спасибо большое за перевод!!! С таким удовольствием читала!!! И арты очень понравились! Атмосферные такие!


30 дек 2017, 17:50
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 июн 2017, 00:00
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Гость 27 декабря, очень рада, что вам понравилось. :) Согласна полностью, что в Джареда в этом фике не влюбиться невозможно. Отдельное спасибо за похвалу НЦе, ведь это всегда очень тонкий момент.
Абсолютно разделяю мнение о работе Ирочки - она замечательно вжилась в текст и воплотила в артах всю теплоту и мягкость фика. :heart:

chiffa07, и тебе за отзыв спасибо! :heart: Мы старались и теперь рады, что все получилось! :)

Tanhay
, если бы ты только знала, как я люблю твои отзывы! :heart: Они всегда эмоциональные и основаны на твоих ощущениях. Наши Джеи в фике - обычные парни, в love story которых веришь. Очень рада, что ты увидела теплоту и доброту фика - мы страшно рады, что подарок на наступающий Новый Год нравится. :)
Думаю, что девочки, которые работали над выкладкой, тоже тронуты и присоединяются к моему СПАСИБО! :squeeze:

SalaMia, подписываю под каждым словом похвалы моему артеру. Stesаsi замечательно прочувствовала текст и подарила нам всем изумительные по цветовой гамме и волшебству арты. Без Линкс эта работа получилась гораздо менее теплой и реальной. Так что спасибо огромное за похвалу от всех нас! :squeeze:

Кира, мне как переводчику очень приятно, что фик читается с удовольствием. И абсолютно согласна, что восхитительные арты получились у Steasi. Спасибо за отзыв! :heart:


31 дек 2017, 07:20
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2011, 13:10
Сообщения: 293
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
Самый подходящий перевод для первого января - начни год с позитивной истории с отличным финалом, и все будет хорошо! Спасибо за эту работу, за фактурных героев, прелестные живые диалоги (от некоторых хохотала в голос - ну какие же они милые дуралеи! и так органично звучат в переводе...) за чудесные иллюстрации - массу удовольствия получила.

_________________
... в мире нет ничего плохого или хорошего, все зависит от того, как смотреть на вещи...


01 янв 2018, 15:41
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 28 дек 2010, 14:49
Сообщения: 135
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Расплатиться сполна, J2-AU, NC-17, I, Kryssa & Steasi
отличный текст и перевод прекрасный))

_________________
я на Дайри http://www.diary.ru/~12012011/


08 янв 2018, 04:07
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 32 ]  На страницу 1, 2  След.


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.053s | 17 Queries | GZIP : Off ]