Новости

Биг-Бэнг-2017 здесь :)

Изображение С Новым Годом и Рождеством! Изображение

Изображение

Текущее время: 19 янв 2018, 17:25




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 15 ] 
"The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun 
Автор Сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение

Название: The lost souls
Автор: Yohji-kun
Бета: Josephine.
Гамма: Valerkind
Артер: Белый кролик
Жанр: action, drama
Пейринг: Сэм/Дин, Дин/Сэм, Сэм/ОМП, ОМП/Дин, Кастиэль/Сэм
Рейтинг: NC-17
Персонажи: Сэм, Дин, Бобби, Джон, Кастиэль, Джесс, Лилит, Аластор
Предупреждение: BDSM, D/s и SM отношения, даб-кон/нон-кон, rimming, spanking, ООС, АУ
BDSM - многозначная аббревиатура, объединяющая все проявления взаимоотношений типа «доминирование–подчинение» на добровольной основе. Смысл ее сводится к следующим понятиям: Bondage and Discipline — ограничение свободы (связывание) и воспитание; Domination and Submission — доминирование и подчинение; Sadism and Masochism — садизм и мазохизм. Считается, что термин «BDSM» возник в Usenet группе новостей alt.sex.bondage; термин, более популярный в Северной Америке, нежели в остальном мире, где чаще используют термин «Erotic Power Exchange», дословный перевод которого мог бы выглядеть как «эротический обмен властью». Слова «садизм» и «мазохизм» еще в прошлом веке стали использоваться как термины в медицинской среде. Несмотря на то, что в наше время проявления садизма и мазохизма уже не связываются с умственными расстройствами, ведущими к социально–опасному поведению, стереотипы, сложившиеся в обществе, все еще базируются на устаревшем представлении об этих явлениях. Современное понимание этих понятий квалифицирует их как вид социально–ролевой игры в личных взаимоотношениях, базирующейся на элементах власти и силы при соблюдении принципов безопасности, разумности и добровольности.
Dominant - доминант (применительно к мужчинам). Человек с сильным, волевым характером, склонный к лидерству, управлению другими людьми. Существует сокращенная форма этого термина — Dom. Употребляется также в контексте роли в игре.
Submissive - подчиняющийся. Подчиненный партнер в D/s отношениях; указание на предпочтение подчинительной роли. Часто используемое сокращение — sub (саб).

Саммари: Они жили так всегда и никогда не жили подобным образом. Дин и Сэм всегда как аксиому знали стандарты собственной жизни и никогда не думали, что может быть иначе. Зная несколько простых правил, они жили изо дня в день, ни о чём не задумываясь. Но своеобразная идиллия не могла длиться вечно…
Слоган:
- "Они шлюхи?" - "Нееет, койоты!"
- "Они стриптизёры?" - "Нееет, Винчестеры!"


Благодарности: хочу поблагодарить Vaniya и mimori, которые сами того не зная, очень помогли мне с этим фиком. Так же хочу поблагодарить *Deana* за поддержку; свою дорогу дочь, Frau Kruspe, за понимание; группу чтецов за то, что ленились; и любимую жену – она терпела моё волнение и пережила все мои стрёмы. Спасибо вам всем!

Скачать текст в формате .doc - http://ifolder.ru/21055359

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


Последний раз редактировалось Yohji-kun 28 дек 2010, 16:15, всего редактировалось 2 раз(а).

28 дек 2010, 05:37
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
В этом баре всегда играла музыка. Приглушённая или оглушающая, но она играла всегда. Бармены пританцовывали под неё, было уже даже не важно, что играло на этот раз – как и музыка, они были вечным двигателем этого места, они танцевали всегда. Работа есть работа, если тебе платят за то, чтобы ты потряс задом, почему бы и не потрясти?
Это был один из немногих баров штата, открытый круглые сутки. Жизнь в нём казалась бесконечным праздником, как вечная вечеринка – пиво, льющееся ручьём, гитарные рифы, от которых дрожит пол, барабанная дробь, заставляющая твоё сердце биться чаще, привлекательные тела, полуобнаженные или обнажённые полностью. Рай, а не место!
Но бар был особенным не только в том, что был открыт всегда. Это был единственный бар на много миль вокруг, в котором можно купить всё, что угодно. И я не оговариваюсь – действительно, что угодно.
Стоявший на отшибе, он привлекал внимание весьма сомнительных личностей: возле бара стояли байки и трейлеры, некоторые приходили пешком из города, кто-то ехал через всю Америку, чтобы достать то, что в любом случае (плевать на законы и запреты) считалось здесь правильным товаром, таким же, как мука в магазине или картофель на рынке. Здесь как нигде к месту приходилось словосочетание "Секс, наркотики и рок-н-ролл".
Бар у дороги был пропитан жгучей смесью секса, марихуаны и едкого запаха пота, что тут же создавало месту "плохую" репутацию. Но "чёрная" реклама – тоже реклама, и бар процветал, из-под пола продавая наркотики, людей, пиратские диски и прочее, что так востребовано среди людей, коротко называющихся "outlow".
Именно в таком месте люди "вне закона" со всего штата могли найти себе работу на любой вкус, собираясь под одной крышей, объединённые одной фамилией – Винчестер. Никто в этом месте, конечно же, не был роднёй, но работа обязывала всех барменов и официантов носить фамилию основателя и хозяина заведения – Джона Винчестера, которого здесь было положено звать "Папа Джон".
Папа появлялся в баре каждый вечер, сворачивая к частной стоянке за заведением на блестящем в свете фонарей джипе. Его встречали охранники и те, кого было принято называть "лучшими постояльцами", иначе – наркодиллеры штата, триада из местного Чайнатауна и прочий сброд, разрушающий общественный строй и умы молодёжи. Папочка жал руки, кивал, кому нужно, и отправлялся внутрь, чтобы начать аукцион.
Каждый день он продавал лучших работников бара на одну ночь самым богатым посетителям, имея на этом неплохой доход. В бар принимались парни и девушки не старше тридцати, разномастные, так сказать, на любой вкус, но объединённые тем, что были подтянуты, послушны и чертовски красивы. Этот товар считался в баре элитным, его могли получить только самые богатые клиенты, которых так и называли – элита.
Элитарный список пополнялся каждый день, как и "товарный", поэтому одному и тому же клиенту редко попадался тот же товар.
Сегодня аукцион готовился с особой тщательностью – практически весь товар был молодняком, а это означало, что Папе придётся обойти их всех самостоятельно. В задних комнатах к его приезду уже подготовили лучших парней и девушек из сегодняшней смены.
- Итак, я думаю, что вы все знаете, зачем вас сюда привели? - спросил помощник Папочки, Дядя Бобби, осматривая контингент. Винчестер был прав, когда, позвонив утром, попросил не терять Сингера голову – набор был первоклассный.
- Да, Дядя, - послушно отозвалась толпа. Девушки переглянулись, парни хмыкнули. Двое барменов у стены состроили Бобби гримасы, передразнивая его манеру говорить и закатывая глаза. Они работали здесь с первых дней открытия, и дурацкая фразочка Бобби для новичков через столько лет уже сидела у них в печонках.
- Тогда расходитесь по комнатам, Папа обойдёт вас позже, когда приедут клиенты. Вы двое – как всегда!
Бармены переглянулись, затем кивнули Бобби и отправились в первую комнату за спинами новичков. Дядя только скривился, тут же отвлекаясь на новичков, которые так и остались стоять посреди комнаты.
Они были знакомы уже много лет, и их вечные перебранки успели за эти годы превратиться в неплохую игру, помогающую расслабиться после тяжёлого рабочего дня или во время вот таких обходов персонала перед аукционом. Поэтому ни парни, ни Сингер не наезжали друг на друга по-настоящему, чтобы иметь такую шикарную возможность просто и тупо отдохнуть от изнуряющей работы, выпуская пар друг на друга.
- Это когда-нибудь кончится? - вздохнул парень, что был повыше, входя в комнату и тут же усаживаясь на пуф, стоявший посредине.
- Тебе это так сильно не нравится? - хмыкнул другой, закрывая за собой дверь и облокачиваясь на неё.
- Сам знаешь, как меня это бесит, и сам же задаёшь тупые вопросы, Дин.
- Не кипятись так, красавчик. Мы лучшие из лучших, признай это и наслаждайся! - парень, которого звали Дином, достал из заднего кармана сигареты, закуривая от блеснувшей серебром зажигалки и выпуская первую затяжку колечками в потолок. - Чёрт, иногда я люблю эту жизнь.
- А когда не любишь?
- Когда ты ноешь, Сэм.
- Иди ты...
- Только не нужно снова начинать свои "голубые штучки", парень! Я никуда не пойду, и ты это знаешь! - Дин вскинул брови, показывая на Сэма сигаретой. - И хватит ныть. Даже те три девочки-целочки из нового набора не ныли!
- Они просто не знают, что их ожидает, - философски изрёк парень.
- Такое ощущение, малыш, что тебе здесь яйца выкручивают, а не дают возможность потрахаться с красивыми богатенькими девчонками!
- И парнями, да?
- Ну, знаешь, тебе хотя бы дают их трахать, а не расстилают тебя, привязывая к кровати.
- Но, тем не менее, ты доволен своей жизнью?
- Не жалуюсь как баба – это точно.
Сэм поджал губы, складывая руки на груди и делая вид, что напарника здесь нет.
- И вообще...
- Ты так однообразен, Дин. И за "малыша" с меня хук справа.
- Понял, молчу, - пожал плечами парень, снова выпуская дым в потолок. - Сучка...
- Придурок...
- Не оригинально.
- И не стремился.

Сегодня Папа обходил только новеньких, и клиент заявился к парням с опозданием, совершенно неожиданно открыв дверь и без слов шагнув в слабоосвещённое помещение.
На этот раз они даже не знали, как его зовут и кто он, только места проживания и работы, которые Бобби сообщил им по телефону, ожидая, видимо, бурной реакции.
Сегодня это был богатый менеджер из Бостона на вид лет двадцати восьми, среднего роста, брюнет, одетый в тёмный костюм, наподобие тех, которые носят федеральные агенты. Он двигался с такой же уверенностью, как и эти самые агенты, заставляя всплывать в памяти какие-то далёкие воспоминания, порождённые то ли снами, то ли действительно тенями далёкого прошлого, когда они только начинали работать на Папу. Но думать о подобном было некогда и они просто встретили его в комнате, доставая побольше пуфов и становясь перед ним для получения приказаний.
Он не разделся, войдя в комнату, а тут же начал с дела. Всё так же без слов, он собственноручно сорвал с Сэма одежду и несколько раз звонко шлёпнул его по заднице. Затем он заставил Сэма завязать Дину глаза и раздеть его до гола, связывая и привязывая его к специальным перекладинам на дальней стене, которые были предназначены для более жестоких игр, чем те, на которые, как парни думали, был способен такой щуплый парень.
Дин не сопротивлялся и не отбрыкивался, неподвижно повисая на руках, касаясь пола, стоя только на мысочках, но не произнося ни звука – правила игры он знал на зубок, зря что ли столько лет лижет, в прямом и переносном смысле, задницы всей этой так называемой "элитной клиентуре"?
Правила были просты – ты не имеешь права делать то, о чем тебя не просили, и не имеешь права не выполнять того, что тебе приказали. Поэтому Дин просто повис на руках, ожидая продолжения и прислушиваясь к звукам в комнате.
- Папа сказал, что с вами можно делать всё, что угодно, мальчики, - облизнулся клиент, смотря на Сэма, уже стоящего перед ним на коленях, и Дина, голого и висящего на руках.
- Да, сэр, всё что угодно, - послушно сказал Сэм.
- Тогда несколько правил: никаких пререканий, побольше криков и я не буду повторять по несколько раз, поэтому запоминать всё, что я сказал. Поняли, сучки?
- Да, сэр.
- У вас здесь есть игрушки?
- Много.
Сэм встал с колен, подошел к стене и открыл потайную дверцу. Из ниши в стене выпало несколько особенно любимых клиентами игрушек.
- Плётку, - холодно сказал мужчина, обводя Сэма взглядом и снова облизываясь. Умелый парень чувствовал, что менеджер впервые бывает в подобном заведении и не знает, что ему лучше сделать.
Сэм кивнул, доставая плеть и закрывая дверцу. Он подошёл к клиенту, вкладывая в его руку рукоять плети, заставляя сжать её сильнее и почувствовать чуть шершавую кожу, означающую полную власть над ними обоими.
Клиент усмехнулся, чуть отталкивая Сэма в сторону и направляясь прямиком к Дину.
Дин дёрнул руками, стараясь вернуть им чувствительность. Останутся следы, и ему снова придётся носить браслеты, чтобы клиенты не отказались от его услуг.
- Ты такой сексуальный, парень... Как тебя зовут?
- Дин, - чуть хрипло, вызывая у клиента шумный выдох.
- Дииин, - растянул мужчина, опуская ладони на бёдра парня и начиная их поглаживать. Его движения снова стали уверенными, напрочь убирая мелькнувшую в начале неуверенность. Его пальцы скользнули по бёдрам ниже, на ягодицы Дина, грубо сжимая их и разводя.
- Ты ведь тот, которого имеют, красавчик?
- Д-да.
- И ты готов, верно?
- Да, готов.
- Тогда начнём.
Клиент сделал несколько шагов назад, охватывая взглядом всего Дина и замахиваясь для первого удара.
Это был не первый удар хлыстом в его жизни, но ощущение этого, самого первого, всегда было незабываемым. И не то, чтобы Дин был мазохистом, нет, но этот первый удар, этот примерочный и приветственный, который молнией вспыхивал в голове и растекался по нервам разрядами тока, превращал предвкушение в осознанное наслаждение.
Если бы все удары после него были такими же, он наверняка забился в экстазе на десятом же, кончая без единого прикосновения.
- Кричи! - прохрипел клиент, скидывая пиджак и расстёгивая рубашку.
Удары плёткой посыпались всё более часто, резко, начиная оставлять на спине, плечах и ягодицах Дина следы. Он вскрикивал при каждом ударе, не замечая, как волны удовольствия превращают тихий стон в громкий крик. Это было приятно, чертовски, но клиент требовал показать ему боль, и Дин играл боль, стараясь не выгибаться от каждого нового удара.
Внезапно удары прекратились. Дин попытался на слух определить, почему клиент остановился, и всё понял по тяжёлому дыханию, такому же загнанному, как его собственное. Клиент устал.
- Ты... Второй... подойди ко мне...
Сэм подошёл, двигаясь с грацией кошки. Он всегда был соблазнителем в играх клиентов, он должен был показывать, что какая бы ни была активность у того, кто его покупает, доминирует и будет сверху только он.
- Как тебя зовут?
- Сэм.
- Встань на колени и расстегни мои брюки, Сэмми.
Сэм послушно встал на колени, расстёгивая молнию на брюках клиента и как бы случайно касаясь его возбуждённого члена, проводя по нему вдоль. Мужчина двинул бёдрами навстречу.
- Быстрее, я не собираюсь кончать туда, Сэмми. Хочу кончить в твой ротик. Давай, доставай его, облизнись... - судорожно шептал менеджер из Бостона, поглаживая щёку Сэма и запуская пальцы в его густые волосы. Сэм послушно облизнулся, кончиком языка проходя по нижней губе и увлажняя её до блеска, а затем то же самое проделывая с верхней.
- Давай, возьми его.
Сэм спустил брюки и нижнее бельё клиента, беря в руку толстый член и начиная облизывать его, водя языком по крайней плоти и слизывая выступающую на головке смазку.
- Давай, Сэмми... Поработай... - прошептал мужчина, упираясь спиной в стенку и отдаваясь в полную власть сэмовых рук и рта.
Сэм двигался по члену умело и ритмично, ускоряя темп и доводя мужчину до исступления. Наконец клиент выгнулся, а Сэм отстранился, открывая рот и позволяя обкончать своё лицо и язык.
- Молодец... Ты такой молодец, Сэмми...
Клиент растёр сперму по лицу парня, отступая от стены, отходя к пуфам и падая на них.
- Подойди...
Сэм подошёл к клиенту, снова опустился на колени и коснулся горячими ладонями ног мужчины, медленно поглаживая их. Парень, которого наверняка придётся трахнуть, имени которого Сэм даже не знал, выглядел сейчас крайне соблазнительно с полузакрытыми глазами и часто вздымающейся грудью. Сэм загляделся на опавший член, чудом успевая поднять глаза, когда парень стал что-то говорить, чтобы прочесть по губам:
- Возьми.
Мужчина протянул Сэму плётку. Сэм удивленно посмотрел на клиента, беря в руки плеть, как берут скипетр, мгновенно ощущая его силу и мощь. Шершавая кожа на рукояти была практически обжигающей от теплоты ладоней клиента, рукоять стала мягкой, и плеть слушалась каждого движения руки Сэма.
- Посмотри на него. Он просится, чтобы его поимели. Сделай это с ним, Сэм.
Винчестер медленно облизнулся, ухмыляясь и вставая с колен. У него самого стояло, жёстко, ходить было сложно, но он осторожно ступал по полу, подходя к Дину и касаясь его груди пальцами.
- Наконец-то, - прошептал Сэм, разворачивая Дина так, что клиенту было лучше видно. Вся спина Дина была будто расписана тонкими красными полосами, оставленными плетью, создающими ирреальный узор, красивый и безобразный одновременно. Сэм очертил несколько полос пальцами, заставляя Дина выгнуться и тихо зашипеть от возобновившейся приятной боли.
Он скользнул языком по краснеющей отметине, чуть прикусывая влажную кожу. Дин взмок, запрокинув голову, он пытался ловить воздух ртом, извиваясь, как рыба на берегу. Картина отдающегося строптивого партнёра разожгла в Сэме ещё более сильное пламя, и он резко развёл ягодицы Дина, начиная без предупреждения трахать его языком. Дырочка была готова к проникновению, Дин сжимался, тут же получая увесистый шлепок, от которого сразу же послушно открывался, сдерживая рвущийся стон.
- Тебе нравится? - спросил клиент, у него снова стоял и он растёкся по пуфам, расслабленно дроча свой член.
- Д-да...
- Я не слышу тебя, Динни.
Эта простая фраза сломала в Дине последние дамбы. Он застонал, отпячивая зад и подаваясь на язык Сэма.
- Дааа... нравится... хочу, чтобы он оттрахал меня своим языком, вылизал хорошенько и... хочу в себе пульсирующий член... большой и грубый...
- Да, хороший мальчик... Давай, Сэмми...
Сэм сжал ягодицы Дина до красных следов и вспышек перед глазами, наконец, вызывая такой долгожданный, бесстыжий в своей откровенности стон, смешанный со вскриком. Дин выгнулся навстречу этой боли, тяжело дыша и стараясь мысленно унять бешено колотящееся сердце.
Это было больно, но этого хотелось всё больше и больше. Завязанные глаза усиливали каждое прикосновение, каждый выдох Сэма на его разгорячённой коже. Он готов был умолять, делать всё, что угодно, чтобы только иметь возможность быть заполненным, чтобы кончить, взрываясь этими ощущениями, внутренне и снаружи.
Он не был геем, но животное желание, испепеляющее и жгучее желание... Оно переполняло его каждый раз, как клиенты хотели увидеть возможности Сэма на его полностью раскрытом и готовом теле. В этот момент он готов был умолять, целовать ноги, пройтись по углям, но чтобы член Сэма вошёл в него, наполнил его, грубо оттрахал. Чтобы его руки жёстко сжимали запястья, как верёвка сейчас. Чтобы он чувствовал, как его с головой накрывает этот жар, волнами исходящий от поджарого партнёра. Никто так не заводил его, как Сэм. Ни один самый смазливый или брутальный клиент не возбуждал его так, как возбуждал один только взгляд Сэма на его собственное, Диново, тело. В этот момент он чувствовал себя абсолютно голым, раскрытым, будто бы снимал с себя кожу и представал пред одним только Сэмом тем, настоящим, голодным зверем, готовым сносить что угодно ради удовольствия с одним только им. В жизни он не мог позволить себе подобного – он старался держаться от партнёра подальше, чтобы ни в коем случае не открыть своей постыдной тайны. Он догадывался, что всё это значит, но не собирался себе в этом признаваться, нет, только не в том, что эти чёртовы лисьи каре-зелёные глаза делали его последней сучкой, заставляя выполнять любой каприз клиента, подставляться подо всё, открываться под двойное проникновение. Это было бы слишком...
Похотливое желание сжигало его обычное самообладание под корень, полностью, оставляя только голую правду сейчас-сию-секунду-в-меня-грубо-трахни-не-останавливайся. И Сэм всегда успевал вовремя, как раз тогда, когда безумие переполняло Дина, выплёскиваясь через край.
Сейчас Сэм был также вовремя. Он впился короткими ногтями в ягодицу Дина, кусая его за плечо и открывая предварительно взятую смазку. Лубрикант был холодным настолько, что Дин вздрогнул, а его тело покрылось мурашками. Сэм вошёл в него двумя пальцами, делая ножницы и хорошенько растягивая, добавив уже третий. Клиент был резок во всех просьбах и явно хотел видеть боль, поэтому Сэм не церемонился с партнёром, разом вводя в него всю рукоять, полностью, без предупреждения начиная двигать ею в Дине.
Хвосты плети обжигали ноги Дина при каждом полном движении внутри него. Сэм шумно дышал ему в ухо, тихо рыча, когда Дин уже не мог сдерживать стонов, когда не мог больше не переходить на крики и вскрики от грубости движений Сэма в нём.
Клиент что-то шептал, раздавая приказы, которые ни один из Винчестеров уже не слышал.
Сэм упёрся членом между ног Дина, пытаясь проникнуть вместе с рукоятью, немного неприятно скользящей шершавой кожей по его чувствительной головке. Он резко двинул бёдрами, и Дин закричал, морщась от боли. Сэм двинул ещё раз, входя немного глубже и начиная двигаться вместе с плетью, пытаясь с каждым движением оказаться всё дальше в горячем входе.
Сэм чувствовал, как туго поддаётся кольцо мышц, как пульсирует вокруг его члена и рукояти, препятствуя проникновению.
- Он не слушается, - холодно сказал Сэм, стараясь дышать ровнее, чтобы не показывать, насколько он загнан.
- Значит, сделай ему больно, - клиент проговорил это с ленцой, выдавая этим самым отступающие волны оргазма.
- Держись, - прошептал Винчестер, выходя почти полностью и, предупредительно сжав бёдра Дина, входя целиком. Дин закричал, обмякая на руках и стараясь отстраниться от боли.
- Нет, сучка, он тебя не пустит. Давай...
Сэм начал двигаться, быстро, изнурительно, растягивая Дина ещё сильнее и придерживая плеть так, чтобы она проходилась по простате партнёра. Он знал, что Дина нельзя трогать, не смотря на то, каким налитым и возбуждённым являлся его член.
- Ты должен кончить, Динни. Кончай.
У Дина перехватило дыхание. Оргазм накатил внезапно, почти болезненно. Дин излился, оросив чёрный ковёр под ногами и повисая на руках.
- Подойди ко мне, Сэмми.
С недовольным выдохом Сэм вышел из партнёра, снова выравнивая дыхание и поворачиваясь к клиенту. Он разделся уже полностью и сидел на пуфе, широко раскинув ноги и ожидая своего раба.
Сэм снова встал перед клиентом на колени, смотря ему в лицо и стараясь не думать о его буквально разрывающемся от желания члене. Клиент коснулся его губ, провёл пальцами по подбородку и опустил ладонь на плечо.
- Встань.
Сэм встал.
- Повернись спиной.
Сэм развернулся.
- Ты ведь тот, кто сверху?
- Да.
- У тебя слишком хорошенькая задница для этого, - клиент звонко шлёпнул Сэма, на ягодице остался явный красный след.
- Ну-ка, ляг на мои колени.
Сэм послушно лёг, упираясь руками в пол, чтобы не соскользнуть с колен и пуфа.
- Чёрт, твоя попка ещё слаще, чем попка Динни, - клиент снова шлёпнул Сэма, начиная чередовать удары по каждой половинке, повторяя, как сладка задница Сэма и что он был бы не против засадить в неё хорошенько, чтобы показать, какой он на самом деле сильный, не тот, каким его считают.
- Но ты ведь поможешь мне, Сэмми? Ты ведь никому не расскажешь об этом? Поимей меня, Сэмми... Я же вижу твой член, он так хочет в меня.
- Хочет...
- Как?
- По самые яйца, оттрахать до изнеможения, - отчеканил Сэм, этот вопрос ему задавали порой слишком часто, так, что ответ больше не вызывал в нём истинного желания.
- Давай... - глаза у клиента загорелись. - Сделай это со мной... Как хочешь... Я весь в твоём распоряжении...
Этот расклад нравился Сэму куда больше. Задница болела от шлепков и сжатий тонкими пальцами. Ему срочно и жгуче нужна была разрядка.
Он трахал клиента прямо там, на пуфах, заведя его запястья ему за спину и держа их, причиняя боль от того, как сильно тянул их на себя, двигая бёдрами в горячее и требовательно сжимающееся тело. Разрядки не пришлось ждать долго – Сэм кончил в клиента, затем вылизывая его требовательную задницу и снова давая кончить на лицо. На сегодня сессия была закончена...

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:39
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
Сэм осторожно уложил Дина на пуфы, попутно обтирая его полотенцем.
У Дина действительно остались следы на руках - красные, темнеющие в районе вен; остались и лёгкие красные полосы на спине и ягодицах, напоминающие ветви сакуры на классических картинах периода Эдо. Сэм невольно залюбовался ими, проводя пальцами по одному и вызывая у Дина недовольное сопение.
Сэм вздохнул - вечно этому придурку доставалось больше всего во время сессий. И что самое смешное - придурку всё это доставляло удовольствие.
Сэм редко видел его глаза, во время того, как выполняешь свою работу, как-то не до глаз напарника, но когда случайно он ловил его взгляд, начинал задыхаться от возбуждения, которого не видел ни у одного партнёра, кроме этого самого чёртового Дина.
Глаза Дина, и так совершенно непередаваемые в обычной жизни, во время сессий становились похожи на глаза самого Дьявола. Сэм, конечно, самого Сатану не видел, но иначе он описать глаза партнёра просто не мог. Переливаясь в слабом освещении комнаты, в них будто собирались все пороки мира, сгущая изумрудное, с ехидцей, свечение, и превращая его в дьявольский огонь.
Если Дин действительно хотел того, что с ним делали, он отдавался процессу весь, что подтверждали его стоны и крики во время того, как его высекали сегодня.
Сэм знал о тайных желаниях своего партнёра практически всё - клиенты, которые проходили через них, были очень разнообразными по своим предпочтениям людьми. Дин не признавал в себе ни один из собственных пороков, а Сэм и не стремился заставить его признаться.
Дин был чертовски упёртым и гордым существом. Cэм знал об этом не понаслышке: они работали вместе уже много лет, и ему вполне хватило этого времени, чтобы изучить объект своей любви как следует.
Он был влюблён в Дина. Влюблён в Дина разного: в резкого и замкнутого, холодного Дина, который мог выбивать душу одним только взглядом; в открытого и отдающегося греховным сластям Дина, который исполнял любые прихоти своих клиентов, как бы не плевался от них в обычное время. И Сэм любил все его грани, каждую сторону и черту его характера, он любил всего Дина. Вот только Дин не давал себя любить, не отвечал взаимностью и пресекал каждый намёк Сэма на корню.
Не смотря на то, что они оба работали в баре "У Винчестера", исполняя прихоти клиентов обоих полов, Дин оставался уверенным гомофобом с невероятной паранойей. Он видел гомоэротические намёки практически в каждом Сэмовом движении, что под частую выбешивало Сэма, выводя из себя на столько, что он готов был набить любимому морду.
Дин двинулся, хмурясь и приоткрывая глаза.
- Вы уже закончили?..
- Да, он уже ушёл. Как себя чувствуешь?
- Надо пожаловаться на него Папе... А заодно и на Бобби. Ни предпочтений, ни предупреждений, ни имени.
Дин всегда был очень осторожен в сессиях, стараясь не быть грубым и надеясь не получить настоящую грубость в ответ. Это же игра, пусть взрослая и реалистичная, но игра. А это значит, что перед началом игры нужно было бы обсудить все её правила, прежде чем подвешивать того же Дина и полосовать ему спину.
- Я поговорю об этом с Папочкой.
- Он не приходил?
- Неа, даже не заглянул. Видимо, новенькие слишком хороши, чтобы их оставлять, - хмыкнул Сэм, наблюдая за подымающимся с пуфов Дином.
Каждый раз, когда в баре появлялись новенькие, в первый их день участия в аукционе Папочка пробовал их сам, попутно обходя и своих любимчиков - Сэма и Дина, Гордона, Джо и Эллейн. В момент обходов любимчики могли пожаловаться Папе на кого-либо из клиентов (здесь они пусть и были только подобием рабов, но Джон Винчестер всегда ценил хороших рабочих, и поэтому внимательно прислушивался к каждому, скорее выгоняя кого-нибудь из элиты, чем трогая свой любимый персонал).
В момент обхода новеньких Джон всегда раздавал им роли и давал характеристики. Он обладал богатой фантазией, и даже обычные блондинки-пустышки не были для него сосками. Мистер Винчестер всегда умело угадывал натуру человека, порой проникая в его существо настолько искусно, что, давая простую характеристику, вводил человека в шок от того, насколько близкой к реальности она была.
Так когда-то давно Сэм стал добрым, но достаточно требовательным соблазнителем-Домом, позволяющим своим сабам немного вольности, чтобы потом хорошенько отплатить им своей не меньшей страстностью. Дин же был одним из тех, кого Джон просчитал полностью, но один из не многих, кто не подал при этом вида.
По характеристики Джона Дин был строптивым сабом, уверенным в себе самцом со скрытыми желаниями подчинения, делающими игру ещё более интересной за счёт некоторого неподчинения, настоящий мужчина, брутальный и сильный, но интересный в том, чтобы подчинить его своей воле.
Джон сам настоял на том, чтобы парни работали вместе и в последствии клиенты никогда не просили их отдельно. В этом тоже было что-то особенное и интересное - Дом и саб, готовые ублажать как своего клиента, так и друг друга, что особенно нравилось клиентам, являющимся вуайеристами*.
Сэм задумчиво смотрел на подымающегося с пуфов Дина, вспоминая, когда в последний раз Папа не навещал их после сессии. Получалось, что такого не было никогда, и Сэма это немного задело.
У него были странные отношения с Папой. С одной стороны, он благодарил этого человека за то, что когда-то тот взял его на работу - мальчика без особого образования, сбежавшего из дома слишком заботливых родителей, который хотел жить по своим правилам, не соблюдая чужие и не слушаясь приказов.
Сэм не был пай-мальчиком. Всю жизнь его тянуло на плохое, плохое было для него примером, образом жизни и главной целью. Он был готов затравливать до суицида младшеклассников, учась ещё в средней школе. И это стало его тягой, его вечным положением.
Джон был абсолютно прав, назвав его Доминантом. Таковым он и являлся по жизни, он просто не мог позволить кому-то быть выше его, сильнее, умнее. Из всех барменов и практически всего персонала Сэм был самым высоким и самым образованным, несмотря на то, что не доучился в школе.
Тем не менее, к Папе у него было весьма двойственное отношение.
Ему не нравилось то, чем он занимается, не нравились нарушения закона. Он и сам не понял, как его угораздило согласиться стать рабом своих клиентов. Может, ему что-то подмешали в тот день в выпивку, а может, его правда раздирало желание попробовать в этой жизни всё, и, раз уж он здесь, почему бы не начать прямо сейчас.
Сэм знал, что Папа любит Дина больше, и до сих пор не понимал, как Дин не стал его личной собачкой, как Эллейн и Милашка Мэри когда-то.
Милашка Мэри была в баре настоящей легендой. Она была первой наложницей и самой любимой из всех, что были у Джона Винчестера. Милашка и сама любила его, частенько отказываясь от других клиентов ради ублажения Папочки. Их отношения напоминали скорее настоящие отношения лайфстайльщиков**, чем отношения босса и секретарши, которая вместе с кофе делает ему ежеутренний минет.
Никто не знает, куда и как она пропала, но в баре ходила легенда о том, что Мэри когда-то закрыла собственным телом своего Папочку во время перестрелки или чего-то подобного, что могло закончиться для Джона летальным исходом. Легенда, конечно, не самая правдоподобная, но Мэри так и не объявилась, и остальному персоналу приходилось верить.
Дин был куда более сложной личностью, чем Сэм. Папа и сам знал о нём довольно мало, и единственным, чем он мог возместить отсутствие информации, была его практически сверхъестественная особенность читать людей и видеть их насквозь.
- О чём задумался? - Дин стоял у стены, держась за неё и раскуривая сигарету. На мгновение на его лице появилось блаженное выражение, после чего он снова немного поморщился, видимо, ощущая, как саднит от солёного пота следы на спине и ягодицах.
- Да так. О Папе. Это ведь странно, что он не пришёл сегодня, не находишь?
- Я сейчас думаю только о том, что мне нужна горячая ванна и хорошенько выспаться. А Папа никуда не денется.
- С каких это пор у тебя стало к нему такое странное отношение? Ты же всегда уважал Папу и любил, когда он заходил перед сессией похлопать тебя по попке, чтобы его Динни поработал на славу.
- Опять начинаешь?
- А разве это не так?
- Слушай, я слишком устал, чтобы сейчас устраивать с тобой никому не нужные дискуссии, Сэмми. И у нас смена в баре скоро начинается, не забывай, - Дин снова поморщился, закуривая вторую сигарету.
- Ты всегда так делаешь, Дин. Это надоедает, знаешь ли.
- Я тебе ничего не должен, - Дин поджал губы, набрасывая майку на спину и выходя из комнаты.
Дина было чертовски сложно любить. Уж Сэм знал об этом не понаслышке и старался как мог находить в этом нелёгком деле свои плюсы. Плюсов было мало - он мог быть рядом с Дином, пока они работали в баре, и во время сессий, он мог свободно прикасаться и брать Дина. И пусть это было даже большим, на что он только мог рассчитывать с таким ослом, как его любимый Дин, он всё равно видел, что минусов было на много больше.
Сэм не мог сдерживать своих желаний и чувствовал себя некомфортно в обществе Дина. Недалеко от бара была гостиница, в которой они вместе снимали номер. И это было для Сэма настоящим испытанием - каждый день приходить с Дином с работы и видеть, как он медленно раздевается, стараясь сдерживать стоны, если клиент был с ним груб. Видеть, как Дин идёт в душ, и слышать, как тихо напевает чуть хриплым голосом песню, несколько раз услышанную в баре... Это было поистине невыносимой пыткой.
Каждую ночь он старался побороть в себе желание обнять Дина, прижать и утешить, сказать, что просто так нужно и он всегда рядом, он всегда поддержит, что любит...
Но это было просто мечтами. Пустыми мечтами в пустом мире без смысла и только с работой, всё чаще вызывавшей у него отвращение, потому что причиняла его любимому боль, порой слишком сильную, которая была для Дина невыносимой или постыдной. Характер Дина не давал ему примириться с тем, что он должен быть сабом, и он тоже пытался найти в этом свои плюсы. И, видимо, находил, потому что практически всегда улыбался, кивая клиентам и пожимая руки посетителям.
Дин был закрыт от Сэма, и это было больнее любой пытки.
Сэм встал с пуфов, надел рубашку и пошел к выходу из комнаты. На пороге он обернулся, обводя помещение взглядом.
Только здесь Дин был настоящим. Только здесь и больше нигде...


_________________________________________________________

*Вуайеризм — влечение к подглядыванию за половым актом, обнажёнными или частично обнажёнными объектами сексуальных предпочтений. Специфической разновидностью вуайеризма является сверх ценное увлечение порнографией. Стремление подслушивать половой акт носит название эксаудиризм.

**Лайфстайл (ЛС) — это отношения, основанные на полной передаче всех своих прав сабом Доминанту на постоянной основе. При этом контекст БДСМ отношений затрагивает все сферы их жизни на постоянной основе (в отличие от сеансовых отношений), 24 часа в сутки, 7 дней в неделю (для обозначения этих отношений используется так же термин 24/7).

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:39
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
Всегда странно ощущать себя не таким, когда все вокруг только и твердят о правильности и нормах. И сейчас Сэм чувствовал себя как никогда неправильным.
Бар был полон народу, хотя время давно перевалило за полночь. Кто-то танцевал перед сценой, кто-то просто сидел за столиком, потягивая Кровавую Мэри или опрокидывая текилу. Сейчас это место, несмотря на всю свою неправильность относительно законов и правил, источало собой правоту, будто бы пытаясь запутать Сэма и подменить его личные принципы. Но Сэм чувствовал это и не поддавался.
Он чувствовал себя единственным неправильным человеком во всём это заведении. Его не занимали полуголые девушки, танцующие на широкой барной стойке, не занимала громко играющая музыка - Папочка был в хорошем настроении и в баре звучала, разливаясь по помещению, музыка великих Led Zeppelin. Его не занимало ничто, кроме Дина, умело работающего у стойки.
С их стажем работы они действительно стали лучшими из лучших. В их смену заказов на сложные коктейли было намного больше, чем в смену новичков - все посетители знали, что за баром сегодня Старшие Винчестеры, как их называл сам Джон.
Помещение медленно плыло в непередаваемых гитарных и вокальных партиях Зеппелин, помогая Сэму хоть немного расслабиться.
Он уже давно не задумывался, делая тот или иной коктейль - все движения были доведены до автоматизма, и можно было дать отдохнуть и без того работающему на износ мозгу.
Сэм старательно пытался почувствовать себя на своём месте, в своём времени, но от того, что он старался и пытался, было только хуже. Такие ощущения не должны быть плодом долгой и упорной работы, подобное можно ощутить только внезапно, случайно, резко осознавая и с удовольствием погружаясь в это чувство. Сейчас же... Чем больше он заставлял себя, тем противнее ему становилось.
Входная дверь открылась, и Сэм по привычке поднял голову, смотря на вошедшего. Сквозь сигаретный дым это было сложновато, но внешность вошедшей девушки была достаточно приметной, и Сэм сразу узнал её.
Это была Джессика Мур, милая миниатюрная блондинка, которая каждый раз приходила в бар только ради Сэма. Такой девушке просто нечего было делать в подобном месте, она выделялась на фоне общей массы завсегдатаев бара, казалась слишком чистой для него.
- Привет, малыш.
- Привет, Джесс.
Сэм перевалился через стойку, целуя девушку в щёку и касаясь губами обратной стороны узкой ладони. Та мило улыбнулась, кокетливо поводя плечами.
- Ну как твоё ничего, милый? Как прошла сессия?
- Кошмарно. Бобби нас не предупредил ни о чём, и Дину исполосовали всю спину. Я, конечно, потом оттрахал этого парня, но тем не менее.
- Я уверена, что ему это было в кайф, как бы жестоко ты это не сделал, Сэм, - девушка расплылась в улыбке, садясь на высокий стул и обводя взглядом помещение. - А Дин как после сессии?
- Да нормально... - Сэм немного помялся, вздыхая. - Папочка к нам не заходил сегодня, и я... в некотором роде... оскорбил Дина после всего.
- Опять? Дорогой, ты же нарвёшься когда-нибудь на кулак! Сколько ещё раз я повторю тебе - будь с ним ласков, будь добр. Он почувствует это и потянется за защитой!
- Я в это не верю, Джесс. Что будешь сегодня?
- Как всегда, коктейль Американо*, малыш.
- Сейчас будет...
Сэм быстро сделал коктейль, подавая его девушке с лёгкой улыбкой.
- Твои привычки неизменны.
- Как и твоя милая улыбка, Сэм.
Сэм смущённо ухмыльнулся, слушая заказ от уже крайне подвыпившего клиента, которого они, кажется, обслуживали на прошлой неделе.
- А Джон не показался даже после? - спросила девушка, когда Сэм уже отдал заказ, пересчитывая деньги.
- Да, так и не показался. Мне кажется это странным.
- Да, весьма. Джон очень пунктуален. Плюс - вы его любимцы, его самые лучшие, как хвастается Дин - лучшие из лучших.
- А ты откуда знаешь, какой Папочка? - удивился Сэм.
- А ты не знал? Я работала здесь.
Сэм удивлённо заморгал, смотря на девушку.
- Ни разу не видел тебя у стойки или разносящей заказы.
- О... Нет, я не работала в самом баре. Я работала лично на Папочку. Его секретарей никогда не видят - мы сидит у него в офисе весь день.
- Слушай... А эта история про Милашку Мэри?
- Стала его секретаршей, но впоследствии правда спасла ему жизнь.
- Надо же.
- В любом случае, это странно, что Папа так себя ведёт. Вы ведь хорошо работаете?
- Лучше всех. Ни одной жалобы с момента последней драки, когда кто-то назвал Дина деткой.
- Мда уж, может, он, конечно, изменился в последнее время... Правда, так сильно не мог, я была его секретаршей несколько лет, обслуживала по полной программе, вечно была при нём - на приёмах, когда собирались самые элитные клиенты, в кабинете проводила целые сутки, да что уж там... Была его наложницей.
- Правда?
- Да. Но с Мэри уже не сравнится никто, - девушка закатила глаза.
- Но он всегда был к нам внимателен. Он не мог пропустить ни одной нашей смены, потому что перед сессией всегда приходил к Дину, ты же знаешь.
- Знаю. Но тогда мне вообще не ясно, что с ним происходит, - заключила девушка, складывая руки на столе и поглаживая высокий стакан большими пальцами у самого основания, как она делала каждый раз, задумавшись над чем-нибудь.
Сэм не смел ей мешать, обслуживая очередного завсегдатая. Ему снова стало не по себе - Дин флиртовал с какой-то девушкой, уже полчаса не отходившей от стойки. В какой-то момент он почувствовал, что смотрит на него слишком пристально, ощущая переполняющую его ревность и взгляд Джесс.
- Что-то не так, Сэм?
- Всё нормально.
- Он тебе нравится, верно? - девушка подпёрла подбородок кулачком, смотря Сэму в глаза. - Ты весь светишься ревностью - губы поджаты, подбородок буквально каменный и твой фирменный взгляд.
- У меня есть фирменный взгляд? - усмехнулся Сэм.
- Ещё какой! - рассмеялась девушка. - Не увиливай, - сказала она, вновь посерьёзнев.
- Да, я... Люблю его.
- Он знает об этом?
- Уже не первый год. Он гомофоб.
- С такой-то работой? - девушка глянула на Дина, пританцовывающего под музыку и разливающего текилу на двенадцать порций.
- Да, - Сэм тоже посмотрел на любимого, быстро отвернувшись, когда Дин посмотрел на него, перестав танцевать.
- Он ненавидит меня.
- Просто он скрытный. У него глаза одиночки.
- Какие бы не были... Я так хочу быть с ним... - Сэм сказал это еле слышно, опуская голову и смотря на свои руки. - Но я всё время делаю ему больно, сомневаюсь, что он когда-нибудь посмотрит на меня как на объект вожделения.
- Иди ты, Сэм! Не клюнуть на тебя? Пф, - девушка сложила руки на груди. - Давай я помогу тебе в этом деле.
- Как? - снова удивился Сэм.
- Очень просто, - девушка положила руки на стол, складывая их и поводя плечами. Сэм очень любил эту её привычку и тут же улыбнулся.
- Заключим договор. Но только прежде чем соглашаться хорошенько подумай!
- Конечно! Какой договор?
- Я закажу вас, прикинувшись вуайеристкой, чтобы ты мог провести нежную и полную любви сессию, а за это ты кое-что сделаешь для меня.
Глаза Сэма загорелись.
- Всё что угодно!
- Если к концу года Дин не будет твоим, уходишь из бара.
Сэм нахмурился, смотря на девушку.
- Это очень странная просьба, не находишь?
- То есть, ты не согласен на такие условия? - девушка кокетливо улыбнулась, скашивая на Сэма взгляд.
- Я... Нет! Я согласен!
- В таком случае - по рукам, - девушка протянула Сэму аккуратную ладошку, пожимая его руку. - Жди моего заказа на сегодня, через час встретимся.

Через час Джессика Мур переступила через порог приватной комнаты, где стояла большая кровать и ширма, за которой можно было спрятаться. Ширма была особенной - в нее было вделано зеркало, которое позволяло спрятавшемуся за ней наблюдать за тем, что происходит в комнате.
Сэм и Дин впервые бывали в комнате для подобных "утех" и сначала немного растерялись.
- А клиент уже здесь? - тихо спросил Дин, хмурясь. После сегодняшнего первого заказа он стал ещё более подозрительным.
- Да, мальчики, я уже здесь.
Джесс вышла из-за ширмы, широко улыбаясь, старательно изображая чуть напряжённую девушку-вуайеристку.
- Не могли бы вы пока выйти, мне немного неудобно?
- Конечно. Только... Что мы должны делать?
- Ну... - Джесс смущённо отвела взгляд, теребя край своего платья. - Мне бы хотелось, чтобы вы показали себя влюблённой парой. Вы не виделись весь день и соскучились друг по другу. Очень соскучились. Вы начали... начинаете... целовать...
Джесс часто задышала, прикладывая руку в груди и краснея сильнее.
- Мы поняли, можете не продолжать, - сказал Сэм, улыбаясь девушке и подхватывая Дина под руку. - Мы вернёмся через десять минут, вы пока...
- Да, конечно. Только... Можно попросить ещё кое о чём?
- Да, что угодно.
- Пусть... Ты ведь Дин? Пусть Дин будет сверху. Джон разрешил мне вас поменять. Я его особый клиент.
Джесс совсем смутилась, Дин чуть удивлённо посмотрел на неё.
- Раз Папочка разрешил... Конечно.
Они вошли в комнату ровно через десять минут. На этот раз Дину удалось рассмотреть её лучше - мягкой расцветки обои, красивая кровать с железным каркасом и кованой спинкой, тут же наводящей на мысли о лёгком привязывании, немного по-бытовому, но как-то даже... романтично.
Дин слегка смутился, продолжая осматривать комнату. Сэм вошёл за ним, закрывая дверь и облокачиваясь о неё.
- Я так соскучился, дорогой.
Он подошёл к Дину, обнимая его за плечи и утыкаясь носом ему в шею. Дин немного напрягся, выдыхая и стараясь привыкнуть к этой игре. Он отвык от такого расклада и теперь старался держаться как можно уверенней. Сэму тоже пришлось поработать над собой, подготавливая себя, пока Джесс устраивалась для сессии.
Дин повернулся к партнёру, проводя костяшками пальцев по его щеке и мягко улыбаясь.
- Я тоже.
Сердце у Сэма в груди сладко сжалось, начиная биться быстрее. Из-за ширмы послышалась лёгкая мелодия, кажется что-то из Глена Миллера, создавая ещё более романтичное настроение и заставляя Сэма покраснеть от смущения.
Дин смотрел ему в глаза, продолжая мягко улыбаться. Он медленно облизнул нижнюю губу и положил ладонь Сэму на затылок, притягивая его ближе и почти робко касаясь его губ своими.
Они толком никогда не целовались, а тем более не могли целоваться так нежно, как должны были сейчас. Дин старался как мог, чтобы не начать поддаваться Сэму. Но Сэм быстро учился и позволил Дину самому начать поцелуй.
Его язык медленно и неуверенно скользнул между губ партнёра, переплетаясь с его языком. Они прижимались друг к другу. Воздух стал тяжелеть, они чувствовали возбуждение друг друга. Этот поцелуй ломал все их границы и принципы, с которыми им пришлось примириться за время работы у Винчестера. И от этого возбуждение наступило сразу же, одуряюще сильное, от которого они оба еле могли стоять на ногах.
Трясущимися пальцами Дин расстёгивал рубашку Сэма, пока тот осторожно поглаживал его плечи, стараясь вспомнить узор покрасневших следов на спине Дина, надеясь, что не сделает ему больно. От прикосновения Дин тихо зашипел, выгибаясь в руках Сэма и напоминая о сегодняшней первой сессии.
- Можно мне...
- Да, - тихо ответил Дин, помогая Сэму снять с себя майку и поворачиваясь к нему спиной. Сейчас следы стали ещё более чёткими, яркими, заставляющие вспомнить свист плети при ударе и сдавленные стоны Дина. От этого крышу снесло, и Сэм, решившись окончательно, коснулся одной из полос и услышал недовольное шипение партнёра. Он знал, что Дин любит подобную боль, слабую сладкую боль, граничащую с наслаждением, что он боится своего влечения к боли, и потому не может признаться в этом Сэму, стараясь не выгнуться на его прикосновения, а показать агрессию. Сэм знал Дина лучше, чем сам Дин, поэтому он проигнорировал тихое шипение и коснулся одной из полос языком, проводя влажную дорожку от плеча до поясницы, вставая на колени и начиная покрывать воспалённую кожу поцелуями. Дин шумно выдохнул, хватаясь за руки Сэма, лежащие на его бёдрах.
Прикосновения обжигали, от горячего языка партнёра щипало кожу, но всё это было непередаваемо хорошо. Дин закусил губу, стараясь сдерживать рвущийся стон, чтобы окончательно не дать понять, насколько он хочет большего, продолжения, отдаться во власть этой сладкой муки и Сэма. Но сегодня игра была по другим правилам, и они оба это понимали.
Дин повернулся к Сэму, заставляя его подняться с колен и снимая с него рубашку. Желания играли против его решимости, но Дин всё-таки собрался с силами, подталкивая Сэма к кровати и возвращая инициативу в свои руки. Они упали, начиная возиться как щенки, стараясь не причинять друг другу боль и полностью отдаваясь этой игре под названием "любовь".
Они не спешили переходить к действию, продолжая целоваться, играясь языками и кусая друг друга за губы. Сэм дышал всё чаще, каждой частичкой тела ощущая тепло и желание Дина, сейчас только его Дина, без третьих лиц, которые бы похотливо дрочили, смотря на них и ожидая своей очереди, чтобы трахнуть только его Дина. Джесс была не в счёт - Сэм знал, что девушке плевать на такое зрелище и она прихватила с собой книгу, включив Миллера больше для себя, чем для создания романтической обстановки.
Дин приподнялся, заглядывая Сэму в глаза и начиная расстёгивать на нём джинсы. Сэм тоже поднялся, упираясь локтями в мягко пружинящий матрас и приподнимая бёдра, чтобы Дину было легче снять с него всё, оставляя абсолютно голым и готовым принять его.
Они быстро разделись, снова начали целоваться. На мгновение Сэму показалось, что вот так всё и должно быть на самом деле - кровать в какой-то небольшой комнате с дешёвыми обоями, чуть скрипучая, но создающая настроение; медленные поцелуи, восполняющие отсутствие ласки в течении дня; горячие ладони и шёпот: "Люблю... люблю тебя...".
У Сэма закружилась голова. Да! Вот это было правильно! Так должно было быть на самом деле, а не так, как было до этого! Они должны вместе чем-то заниматься, какой-то очень важной работой, а по ночам шептать слова любви, вновь и вновь признаваясь друг другу в чувствах, уже не важно, в который раз за вечер. И именно сейчас Сэм чувствовал себя как никогда живым, будто бы лежа под Дином он был на своём месте и в своем времени.
Дин поглаживал его член, прижимаясь своим к его бедру, и это было правильно, как дышать или говорить. Он медленно покрывал шею Сэма поцелуями, едва касаясь языком следов от засосов требовательных клиентов. Не все из них отыгрывались на нижнем - многие мужчины любили поиграть с Сэмом, стараясь уломать его и расстелить, за что либо получали по морде от Сэма, либо удалялись Папочкой из элиты.
Дин старался доставить Сэму как можно больше удовольствия, опускаясь поцелуями ниже и по очереди лаская его соски, касаясь ладонью его члена и медленно водя по нему вверх и вниз.
- Дин... Дин...
- Что? - для него это было в новинку, и он терялся в собственных ощущениях и рефлексах, которые подсказывали ему, как нужно действовать с одной стороны, и пытались подтолкнуть его лечь под Сэма с другой.
- Не останавливайся...
Парень продолжил движение рукой, приподнимаясь над Сэмом и стараясь вобрать в себя каждое мгновение, которое он был здесь, над ним, сверху, мог делать с Сэмом всё, что угодно и как ему самому угодно, абсолютно плюнув на мнение клиента. Это было непередаваемым ощущением, ощущением настоящей свободы, которой Дин не чувствовал до этого мгновения никогда, и он тонул в нём, ощущая наслаждение от одного только взгляда на Сэма, чувствуя, как по его венам начинает растекаться жидкий огонь, стоит парню посмотреть на него из-под полуопущенных век сквозь невероятно красивые ресницы.
Сэм был непередаваемо горячим, но манил, словно оазис в пустыне - его тело покрылось лёгкой испариной, над губой выступали капельки пота, которые он лихорадочно слизывал при каждом движении рукой по его члену. Дин не мог сдерживать себя, как завороженный смотря в глаза партнёру и шепча:
- Ты такой красивый, дорогой...
- Дин... - Сэм смутился, отводя взгляд и чувствуя, как кровь приливает к лицу. Это говорил Дин или тот человек, роль которого Дин сейчас играл? Он просто придуривался для клиента или правда считал его красивым, смотрел на него с настоящим вожделением? Но Дин не дал ему времени определить, что из этого является правдой.
Дин действовал слажено, хотя его руки тряслись и по спине медленно скатывались капли пота. Он достал из-под подушки смазку и презерватив, кладя рядом с Сэмом и снова начиная целовать его, покрывая поцелуями лицо, шею, грудь. Тихий, но настойчивый шёпот парня напоминал о его собственном возбуждении, заставляя член дёргаться от каждого тихого "прошу".
Дин осторожно сжал бедро партнёра, закидывая ногу Сэма себе на талию и смазывая два пальца, стараясь согреть смазку, чтобы не кончить от вида вздрагивающего и выгибающегося Сэма. Он приставил два пальца ко входу, чувствуя, как сжимает кольцо мышц, поддаваясь на его проникновение.
- Люблю тебя... - хрипло сказал Дин, входя в Сэма и начиная такое долгожданное и правильное движение. У Сэма перехватило дыхание, и он готов был поклясться, что слышал удивлённый выдох Джесс из-за ширмы.
Слова Дина, его действия, воздух в комнате - всё было пропитано этим словом. Словом "люблю". И Сэм чувствовал эту любовь в каждом движении, отдаваясь ощущениям того, как постепенно расслабляются мышцы, и он раскрывается всё больше, готовый принять Дина всего, целиком, давая понять, как же долго он этого ждал.
Возбуждение становилось практически невыносимым, они оба чувствовали это, оба окунались в этот омут без памяти и надежды вернуться.
Дин раскатал презерватив, приставляя головку к открытому Сэму и закрывая глаза. Он никогда не делал этого с мужчиной таким способом, Папа настаивал, чтобы клиенты брали его сами, он очень давно не занимался сексом с женщиной, какого бы лавеласа он не строил при Сэме.
Сэм.
Дин толкнулся, ощущая как его обхватывает горячая напряжённая плоть, буквально втягивая и позволяя войти ещё глубже, толкнуться на всю длину разом. Дин плыл от этого ощущения, как и Сэм, чувствующий, как невероятно правильное чувство наполненности захлёстывает его, не давая нормально дышать и разрешая только одно - отдаваться этому, ощущать момент, быть свободным и любимым.
Они начали двигаться вместе, не сговариваясь. Дин толкался в Сэма, тихо рыча на встречное движение. Сэм был его. Сейчас был только его, и Дину абсолютно не хотелось, чтобы это "сейчас" кончалось.
Момент подступающего оргазма был для них как шторм, внезапно обрушившийся на некогда спокойный берег.
Дин застонал, выгибаясь над Сэмом и слыша вторящий ему стон. Стон, сквозь который остатками сознания он различил своё имя, мгновенно утопая в оргазме и падая на часто дышащего партнёра.
По сравнению с тем, что всегда бывало раньше это ощущение спокойствия и умиротворённости казалось диким. В ушах звенело, голова была пуста от мыслей, и всё, чего только хотелось, это дышать и не двигаться, отдаваясь этому странному порыву нежности и счастья. Они не заметили, как простая нега медленно вобрала их, унося в самый спокойный сон, когда-либо бывший у них за всё время пребывания в баре "У Винчестера".


_________________________________________________________
*Коктейль Американо

Ингредиенты:
Сладкий красный вермут
Биттер Campari
Содовая вода
Рецепт

Вермут и биттер в равных долях налить в бокал, наполненный наполовину льдом. Долить по вкусу содовой воды. Добавить украшение твист из цедры лимона.
Крепость коктейля 13%

http://thedrinks.ru/2009/08/recept-kokt ... amerikano/

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:42
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
Папочка не появлялся несколько дней. Это очень настораживало, но Старшие Винчестеры перестали замечать его отсутствие за рутиной повседневности - несмотря на то, что Папа исчез, клиенты от него поступали исправно и ежедневно, а сессии стали проводиться не только после десяти вечера, как это бывало обычно, но и в течение дня..
Сегодняшний день не был исключением из всех правил и не отличался от остальных - играла музыка, Дин пританцовывал у стойки, стоял жаркий полдень, и всё чаще заказывали освежающее пиво, чем экзотические коктейли "от Винчестеров". Из колонок медленно растекалось гитарное соло Blue Oyster Cult, от чего помещение казалось каким-то таинственным и мистическим, плывущим в дыме сигарет.
Сэм засмотрелся на Дина, натирающего стаканы, когда рядом внезапно появилась Элейн, материализовавшаяся будто бы из воздуха.
- Папа просил передать для вас дневное задание от очень важного клиента.
Сэм удивлённо уставился на женщину.
- Папочка?! Папа попросил тебя передать что-то? А почему он сам не показывается? Мы скучаем, особенно Дин, - с сарказмом отозвался Сэм, делая вид, что барная стойка куда интереснее их разговора, и протереть её является жизненно важным событием.
- Папа Джон не обязан приходить. Это было его личным желанием, и сейчас у него нет на вас времени, - скривилась женщина, хмыкая на недовольное лицо Сэма. - Вы должны работать, а не ждать, когда вас в очередной раз окрестят любимчиками, Сэмми.
Парень передразнил женщину, тоже скривившись, но тут же становясь серьёзным, когда в его сторону посмотрел Дин.
- Так что за клиент?
- Другое дело, Сэмми. Очень милая женщина, богатая, Папа особенно отметил, чтобы вы с Дином вели себя с ней получше. Её машина уже стоит на стоянке, стёкла тонированные, я думаю, что вы её сразу заметите. Можете идти сейчас, мы с Джо вас подменим, - Элейн подмигнула, кивая Дину, который продолжал медленный танец с другой стороны барной стойки.
- А предпочтения? - Сэм нахмурился. Элейн теперь, видимо, заменяла ворчливого Сингера, после того случая с его и Дином сессией, где, не уточнив предпочтения клиента, последний пострадал достаточно сильно, чтобы начать приносить Папе убыток - большинство клиентов очень не любило, когда на теле саба были отметены, показывающие, что с ним кто-то был до его заказа.
- Я думаю, что она сама вам обо всём расскажет, - сладко улыбнулась Элейн, вызывая у Сэма рвотный позыв и желание врезать женщине одновременно. - Можешь прекратить на меня пялиться, парень, и идите уже. Время - деньги!
Сэм кивнул Дину, и тот поставил последний стакан на место, прощаясь с девушкой у стойки и выходя в зал.
- Привет, Джо, - Дину всегда удавалось общение с женщинами, и в Сэме тут же забился демон его молчаливой ревности. Дин положил ладонь девушке на плечо, приобнимая её и одаривая блондинку самой обворожительной из арсенала своих обольстительных улыбок.
- Привет, Дин, - холодно отозвалась девушка, скидывая его руку со своего плеча и отправляясь за стойку на его место. - Можно тебя кое о чём попросить, Дин?
- Конечно, крошка, о чём угодно.
- Не плюй на стаканы, когда делаешь вид, что протираешь их. От запаха твоей слюны уже тошно, и так каждая задница этого места тобой пахнет, ты ведь так исправно их вылизываешь...
Дин напрягся, сжимая челюсти, уже готовый броситься или ответить блондинке что-нибудь веское, но на помощь подоспел Сэм, хватая партнёра за плечи и мягко похлопывая.
- Завидуешь, Джо, что попадаются одни сплошные лесбиянки? Никак не кончишь, верно? Бедняжка, стресс надо снимать, а то совсем станешь концентрированной сучкой с вечным недотрахом. Советую попользоваться ручкой, на худой конец пальчиками - взрыв твоего яда не очень окрасит здешний интерьер, и я бы не хотел вымазаться в тебе, - бросил Сэм, отворачиваясь от в момент побелевшей Джо и выводя Дина из помещения в сторону второго зала и выхода на задний двор, где располагалась стоянка.
Отношения между барменами разных смен и любимцами Джона Винчестера всегда были напряжёнными - кто-то кичился своим статусом в этом месте, кто-то ненавидел его и предпочёл бы остаться незаметной фигурой за стойкой. Парочка из барменов - Элейн и Джо, которых здесь считали матерью и дочерью, - были ярким показателем первой группы людей, вечно рвущихся к одобрению, вершинам, признанию и выгодным знакомствам. Но какими бы выгодными не были их знакомства, пара из Старших Винчестеров оставалась фаворитами как самого Джона, так и его постоянных или самых богатых клиентов.
Куда интереснее купить сразу двух могучих и сильных жеребцов, чем одну слабую капризную кобылку, и клиенты всегда делали свой выбор исходя из подобных соотношений и сравнений.
Стоило партнёрам перешагнуть порог дальнего зала, как Дин тут же вырвался из рук Сэма, разве что не шипя на него, как большой недовольный кот.
- Какого чёрта, Сэм? Жить надоело?
- А что тебе не нравится? Мы же работаем вместе, я просто помог тебе.
- Вот именно! Это мои дела, мои разборки, мои отношения с Джо, и всё, что стоит под грифом "моё", тебя не касается ни в коем разе, понял? Всё, что называется моим, ты трогать не имеешь права, даже если это засаленный журнал о компьютерах в туалете, понял?
- Понял.
Сэм чуть улыбнулся, приподнимая бровь и засовывая руки в карманы.
- Вот только есть одно "но".
- Какое?
- Я считаюсь твоим партнёром, а ты сам являешься моим сабом. То есть формально я принадлежу тебе, а ты принадлежишь мне, одновременно с этим принадлежа себе.
Дин открыл рот, делая выпад рукой вперёд и собираясь что-то сказать, но только выдохнул через ноздри, раздувая их как бык, опуская руку и быстрым шагом выходя на задний двор. Сэм довольно покачнулся на ногах с пальцев на пятки, улыбаясь своим ковбойским ботинкам, и направился следом за Дином.
Злить Дина - это отдельная забава, и только Сэм мог позволить себе такую роскошь. Любой другой человек давно бы получил в морду, но только не партнёр Дина, которому нужно было выглядеть перед клиентами обольстителем и настоящим непоколебимым Домом.
Машину они заметили сразу - это был белый Ролс Ройс Фантом шестьдесят третьего года выпуска*, от которого у Дина моментально загорелись глаза. Душа механика как всегда дала о себе знать.
- Ни фига себе машинка! - присвистнул парень, останавливаясь в дверях и рассматривая плавные движения линий багажника и крыши, практически пожирая их взглядом.
- Пялиться неприлично, ты можешь произвести плохое впечатление на клиента, Дин, - фыркнул Сэм, который считал машины простым средством передвижения и уж точно не боготворил их как Дин, выросший в семье механика и домохозяйки.
- Иди ты!
- Я-то иду, - и Сэм двинулся в сторону белоснежной красавицы, пытаясь всмотреться в тонированный задние стёкла.
За рулём сидел шофёр, и сомнений в важности и благосостоянии клиента не оставалось. Сквозь стёкла, конечно же, разглядеть самого клиента было невозможно, и Сэм осторожно открыл дверь, заглядывая в салон.
На заднем сидении сидела классическая богатая вдова, милая старушка лет под семьдесят, одетая в не менее классический костюм, навевающий воспоминания о временах столкновений "квадратов"** и первой волны разгула среди рок-н-ролльной молодёжи довьетнамского разлива.
- Привет, - улыбнулась женщина, похлопывая по сидению возле себя. - Садитесь, мальчики.
Дин стоял за спиной Сэма и бесцеремонно трогал машину, игнорируя присутствие клиента и её шофёра.
- Дин, - резко сказал Сэм, хмурясь.
- А... Да.
Парни забрались на заднее сидение, Сэм сел рядом с женщиной, Дин у окна.
- Меня зовут Элисон Уэрнер Уилльямс***, но вы можете звать меня Элисон.
- Меня зовут Сэм, миссис...
- О, нет, уже давно не миссис, дорогой, - старушка улыбнулась, опуская взгляд. - Джейк покинул меня уже давно... Да и не стоит соблюдать подобные формальности. Чувствуйте себя моими гостями или... как мои сыновья. Вы ведь не против?
Сэм немного опешил.
- О... Мы... Всё будет как вы скажете, Элисон.
- Вот и славненько. Тим, поехали в магазин, потом в особняк.
- Уже выезжаем, мадам.
Машина завелась с приятным урчанием, и Дин буквально растёкся по обивке, закрывая глаза от удовольствия.
- Я бы хотел обговорить с вами кое-что... ммм... Элисон.
Женщина улыбнулась, опуская руку на руку Сэма и поглаживая её.
- Давай ничего не будем оговаривать, Сэм. Просто получай удовольствие и всё - больше мне ничего не нужно.
Сэм покосился на Дина, который явно получал удовольствие по полной программе, приоткрыв окно и разве что не высовываясь в него, как последняя домашняя собака, ужасно гордая собой, потому что впервые поехала в машине вместе с любимым хозяином на очень важное задание.
- Хорошо, Элисон, - Сэм постарался улыбнуться как можно менее нервно - клиентка была очень милой, но его что-то настораживало. Богатые люди, имеющие в жизни всё, обычно всегда оказывались страшными извращенцами. Но что такого извращённого могла придумать милая старушка за семьдесят, так похожая на его собственную бабушку? Зачем ей понадобились двое сильных парней, Дом и саб? Почему именно они и почему именно вдвоём?
"Очень сомневаюсь, что женщина в её возрасте заинтересована в сексе с двумя сильными парнями, - хмыкнул Сэм. - Господи, да мы же её сломаем!"
Сэм смутился от собственных мыслей, улыбаясь в ответ на улыбку мисс Уилльямс.
Они были у магазина уже через двадцать минут. Солнце заливало самый дорогой магазин в городе своими палящими лучами, делая его ещё более шикарным и блестящим. Он и без того являл собой настоящую дизайнерскую находку, сочетавшую воздушность света, пронизывающего огромные витрины, и тяжеловесность благородного мрамора.
Раньше Сэм никогда не бывал в подобных местах, и магазин поразил его. Пусть это было просто дорогим складом продуктов, магазин изумлял своим оформлением, зазывными вывесками и удивительно высоким количеством посетителей - Сэм считал, что в городе мало кто мог позволить себе подобную роскошь, как поход в подобный магазин. В конце концов, обойдя почти весь магазин, ему показалось, что здесь находится на как минимум половина города, людей из совершенно разных классов, для пафоса или ради покупок разгуливающих по отделам.
Тихо играла ненавязчивая "Mr. Sandman" в исполнении группы а капелла. Сэм толкал перед собой тележку, помогая мисс Уилльямс выбирать продукты и читая надписи на упаковках. Дин остался разговаривать с шофёром, и Сэму снова пришлось остаться в обществе старушки в одиночестве.
- Не хочешь купить чего-нибудь выпить, дорогой? - спросила женщина, снова улыбаясь Сэму своей непередаваемо милой улыбкой.
- Нам запрещено пить во время сессий, это расслабляет, и мы можем перестать контролировать ситуацию, - серьёзно проговорил парень, вспоминая главное правило Папы - не терять контроля и всегда уметь ориентироваться в происходящем, под каким бы кайфом от ощущений ты не находился.
- Ну, хотя бы по пиву вам с Дином можно? Сегодня такая жара, просто ужасная!
- По пиву... - парень замешкался, смотря в абсолютно честные глаза женщины. - Ну, думаю, что по пиву нам можно.
- Бери, какое хочешь, дорогой, я плачу, и из вашего счёта это не вычитается.
Сэм нахмурился. Это тоже было подозрительно и странно, что клиент предлагал им выпить во время сессии, да ещё и за свой счёт, ещё и в самом лучшем магазине города, но он постарался откинуть свою паранойю и взял самое дорогое пиво. Каким бы параноиком он не был, а богато пожить хотя бы во время сессии очень хотелось попробовать.
Он вытолкал тележку на стоянку, помогая шофёру погрузить пакеты в багажник и снова садясь на своё место посередине. Его внимание привлёк Дин, который довольно улыбался и пах виски.
- Ты пил?
- Тимми предложил закинуться с ним парочкой рюмок, не вижу в этом ничего такого, - просопел Дин, наваливаясь на Сэма плечом и пьяно улыбаясь.
- Дин, это запрещено.
- Ты же Дом, Сэмми. Я, кажется, тебе принадлежу.
- Да, это так, - нахмурился Сэм.
- Так вот и следи за своим сабом!
Он уткнулся носом Сэму в плечо и совершенно некультурно засопел, уснув прямо при клиенте.
- Можешь не будить его, Сэмми, - улыбнулась мисс Уилльямс, и Сэм окончательно перестал понимать, что происходит.
Милая старушка напоминала ему добрую фею из диснеевской Золушки, которая улыбалась и позволяла им всё, разве что не кружила вокруг Дина с волшебной палочкой. Но с другой стороны, Сэм не верил ни в добрую фею, ни в сказки в принципе, предпочитая сверхъестественному бреду рациональное и трезвое размышление. В таком случае женщина была подозрительно доброй и хорошей, таких, по его мнению, просто не может существовать на свете. Ему тут же представилось, как милашка Элисон убивает своего мужа ножом в их спальне, и Сэм чуть не рассмеялся от того, насколько смешно это выглядело. Нет, здесь было что-то другое. Но что?
Он сомневался, что, имея личного шофёра, мисс Уилльямс обязана была нанимать двух парней, чтобы они сходили с ней в магазин. Значит, в этом должен был быть какой-то смысл, или это мог быть какой-то вид извращения. От этой мысли Сэм чуть не прыснул снова - что это за извращение, заставлять двух парней ездить с ней в магазин и выбирать сыр в молочном отделе? От этого можно возбудиться? Если это так, то Сэм увольняется завтра же и уходит в монастырь!
Поместье, в котором жила пожилая дама, походило на маленький замок. Окружённое забором, с потрясающими узорчатыми воротами, за которыми змейкой виляла дорожка из гравия, ведущая через зелёные полянки к стоянке на два автомобиля. Само трёхэтажное поместье покрывал зеленеющий дикий плющ, делающий здание ещё более сказочным.
Сэм тряхнул головой, рассматривая "домик" и невольно открывая рот. За домом был разбит небольшой садик, перед массивными дверьми стоял фонтан со скульптурой, напоминающей античные скульптуры греческих богов. Любая деталь из окружения дома говорила о том, какими богатыми являются его обитатели.
"Если бы это была сказка, то я почти уверен, что "Ганзель и Гретель"****", - про себя хмыкнул Сэм, расталкивая Дина. Тот попытался прижаться сильнее, но Сэм дунул ему в ухо, и Дин мгновенно подскочил на месте.
- Мы приехали, мальчики.
Продукты из машины Винчестеры разгружали вдвоём, шофёр же помогал мисс Уилльямс войти в дом, осторожно поддерживая под руку на лестнице.
Дом внутри действительно был похож на замок. Кухня, на которую партнёры принесли всё купленное Сэмом и Элисон, была сделана, наверное, лучшим дизайнером в городе и оснащена по последнему слову техники.
- Разгрузите продукты, мальчики, а я пока переоденусь.
Элисон ушла с кухни, и парни остались вдвоём.
- Тебе не кажется подозрительным всё это?
- Что именно?
- Ну... То, как она с нами обращается? Зачем мы ей? Сомневаюсь, что для сексуальных утех.
- Ну, ты знаешь... Если женщина старше пятидесяти, это не значит, что она уже не способна на то, чтобы зажигать в мужчине огонь.
- Дин... - выдохнул Сэм, кривясь. - Фу...
- Что? - Дин улыбнулся, облокачиваясь о стол. - Она очень милая.
- Милая и вызывающая сексуальное влечение в её возрасте очень большая разница.
- Ну тебя, задрот! Опять начинаешь свои бабьи нюни распускать!
- Мальчики! Как только разберёте продукты - жду вас в гостиной! Прихватите пиво!
Парни быстро разложили продукты по полкам, доставая бутылки и отправляясь в гостиную.
В гостиной их не ждали ни розги, ни латекс, не было даже привычных игрушек. Партнёры переглянулись, с какой-то немыслимой осторожностью усаживаясь на диван перед креслом мисс Уилльямс и старательно улыбаясь.
- Не будьте вы так напряжены! Я же говорила - чувствуйте себя как дома! - Элисон мило улыбнулась, смотря на парней и плавно откидываясь на спинку кресла. - Вы пейте, не стесняйтесь меня.
Дин открыл бутылки, протягивая одну Сэму и быстро отхлёбывая из своей.
- Элисон... Я бы всё-таки хотел узнать, зачем вы взяли нас.
- Да, обычно нас всегда берут для секса... Ну, вы понимаете, легче купить себе партнёра, чем найти... - Сэм пихнул Дина, улыбаясь.
- Дин хотел сказать, что обычно нас заказывают для весьма специфических услуг, и мы бы хотели знать, что должны сделать для вас.
Женщина улыбнулась, тихо хихикая.
- Не думаете же вы, что я могла купить вас для сексуальных услуг? Мальчики, мне больше пятидесяти, вас интересует секс с женщинами моего возраста? - тихо смеялась мисс Уилльямс. - Просто, у нас с Джейком не было детей, и вы бы по возрасту как раз подходили для наших сыновей. Вы пейте-пейте, дорогие!
Сэм постарался сдержаться, чтобы не рассмеяться вместе с мисс Уилльямс, смотря на Дина и подмигивая ему.
- Но вы, похоже, влюблены, и если вам нужно развлечься у нас есть комната для гостей на третьем этаже!
- Нет! - Дин вскочил, чуть не облив себя пивом. - Мы не влюблены! Мы просто партнёры! Ну как... как братья!
- Конечно-конечно, хорошо, дорогой, - снова улыбнулась Элисон.
- Правда!
- Я верю, Дин, - она снова начала тихо смеяться, с любовью смотря на Старших Винчестеров. - Вы такие милые!
Дин смутился, садясь обратно на диван и залпом выпивая половину своей бутылки.
Остаток дня до самого вечера Сэм и Дин просто сидели у Элисон, разговаривая с женщиной об искусстве и прочем, что начинает интересовать человека порой слишком поздно, чтобы попробовать всё, оказавшееся тебе по душе. Обратно в бар их снова везли на шикарном Роллсе мисс Уилльямс, Дин спал у Сэма на плече, выглядя во сне вполне мило и мирно.
Поздняя ночь была, наверное, единственным временем дня, когда на Дина можно было спокойно смотреть и не бояться последствий в виде синяков и ушибов.
Дин всегда был резким, непонятным, скрытным. Только на ночных сессиях было возможным увидеть его истинное "я", только во сне можно было любоваться его прекрасным лицом. А лицо и в правду было прекрасным - чувственные, будто бы подведённые, губы; изумрудные глаза, особенно родные, когда Дин приоткрывает их во сне, сонно фокусируя взгляд на часах, стоящих на тумбочке у кровати; невероятные ресницы, чуть подрагивающие во сне, когда ему снится что-то особенно яркое или быстрое; красивый, правильной формы, нос, который, не смотря на манеру динового общения с незнакомцами, не был разбит в драках ни разу. Дин дрался неистово и практически всегда выходил из драк целым, так ни разу и не схлопотав за это от Папы. Многие приписывали его неприкосновенность тому, что Дин был одним из самых явных любимчиком Джона Винчестера, некоторые уверяли, что Дин просто спит с Папочкой, но и то, и другое было только домыслами злых языков или чистой воды слухами, распускаемыми такими людьми как Элейн и Джо. Дина они только забавляли, Сэм тоже частенько смеялся над тем, что слышал о себе или партнёре. В конце концов, если это не мешает их работе – это не имеет значения и так и остаётся пустым женским трёпом.
На пороге бара партнёров встретил Бобби, который заговорщески ухмылялся, хотя выглядел достаточно помятым. Несмотря на возраст, Бобби оставался одним из десяти лучших барменов и работников Джона. Как говорил сам Винчестер – возраст не имеет значения, на каждого человека найдётся возрастная категория, которую сложно найти для быстрой сессии бесплатно, но зато всегда можно найти «У Винчестера».
- Надеюсь, что вы хорошо отдохнули у мисс Уилльямс, потому что теперь вам понадобиться поработать по-настоящему. У богатенького паренька из какого-то братства намечается веселуха для целого кампуса, вы в списке приглашённых и ожидаемых, как самые популярные мальчики Папочки.
Сэм посмотрела на хмурящегося Дина. Кампусовские вечеринки всегда заканчивались либо оргией, либо дракой между какими-то двумя-тремя братствами, и Дин был завсегдатаем обоих мероприятий, за что действительно мог получить от Папочки. Прошлая такая вечеринка закончилась наказанием для Дина примерно на полгода, с учётом продолжения работы у Папы за бесплатно из-за того, что он набил морды многим детям хороших и достаточно богатых клиентов.
- Папа подчёркивал для тебя, Сэм, следить за Дином в оба и держаться как можно ближе. Не забывай, вы работаете в паре, и ты за главного.
- Так, вот этого я сейчас не понял, - ещё сильнее нахмурился Дин, переводя взгляд на Бобби. – Я его старше.
- А мозгов с возрастом не нажил, парень. Расслабься и просто веди себя как знаешь. А ты! – Бобби многозначительно посмотрел на Сэма, коротко кивая и поджимая губы.
- Вас отвезут на машине, сейчас подъедет Джим. Время сессии – до шести утра. Своим ходом можете не идти – Джим заедет за вами. Ограничений нет, и можете считать, что вас купили все люди на вечеринке, - закончил Бобби спустя короткую паузу из красноречивых взглядов, направленных на Сэма.
- То есть, любой может нас о чём-то попросить, и мы должны будем это исполнить? – осторожно переспросил Сэм. Идея того, что он может принадлежать целой вечеринке из обкуренных, нанюханных или напившихся подростков выглядела ещё более безумно, чем бабушка, ловящая кайф от покупки сыра в компании красавца-Дома.
- Верно, Сэмми.
- Слушай, Бобби, я хотел у тебя кое о чём спросить, - встрял Дин, смотря на Дядю.
- Слушаю, парень.
- Что там с Папочкой происходит? Он в порядке? А то мы с Сэмом немного волнуемся, он не заходит больше, условия сессий изменились, и днём о сессии нам вообще сообщала Элейн.
- Парни, скажу вам то же самое, что и всем остальным его любимчикам – Джон занят, у нас есть несколько сложных ситуаций, у Папы проблемы с некоторыми… сверху… - Бобби задумчиво посмотрел на обоих Винчестеров, усмехаясь каким-то своим мыслям. – В общем, как мы разберёмся со всем, он обязательно к вам заглянет. А сессии… Выездные – обычное дело для вашего уровня. Новичков туда отправляют редко, а я мисс Уилльямс уже надоел.
- Ты тоже бывал у Элисон? – удивился Сэм.
- В роли кого? – тихо фыркнул Дин. – На старого потерянного сына или брата Джейка ты не похож, вроде как. Да и сомневаюсь, что ты разбираешься в искусстве и прочей лабуде, которая её так интересует.
- Я исполнял роль Джейка. Но актёр из меня никакой – я психанул, когда она стала кормить меня какой-то гадостью, которую якобы приготовила сама, хотя я явно видел, как её мешала её горничная, - на секунду Бобби замер, причмокивая.
- В общем и целом, тебя застукали с Консуэлой? – рассмеялся Дин.
- Типа того, - хмыкнул Дядя, складывая руки на груди. – А теперь хватит трепаться и бегом в машину, я сейчас позову Джима. Отдохните пока, вам предстоит та ещё ночка!

Ночка началась с оглушающего рёва гитары и мрачноватого вокала группы Alice in Chains, разносящегося по всему кампусу. Если парни хотели закатить вечеринку для всех, то они наверняка добились своего одной только песней об очередном изучении лекции*****, которая эхом расходилась между невысокими зданиями кампусовских общаг и домов братств.
Перед домом уже собралась приличная толпа, и даже Сэм не удержался от комментария, присвистнув от увиденного. На газоне расположились все слои возможного в колледже общества – астрономы, биологи, художники; команда по американскому футболу колледжа устроила столкновение стенка-на-стенку у бокового забора дома, несколько подвыпивших болельщиц распевали песню команды, подбадривая обе стороны. За спиной Сэма послышалось тихое хмыканье.
- Колледж! Они говорят «мы учимся», а на деле подразумевают «мы бухаем и оттягиваемся»! Не хотел никогда учиться в колледже, Сэмми? По-моему, по тебе плачет профессия юриста!
- Иди ты, Дин! – прорычал Сэм. – Я и колледж? Шутишь? Тратить время на что-то подобное совершенно не тянет. Скорее уж ты у нас больше на юриста похож. Половина Америки – юристы, и все из семей на подобие твоей.
- Чем-то не нравится моя семья, Сэмми? – рыкнул в ответ Дин. – Я хотя бы не сбежавший из дома богатенький и капризный маменькин сыночек.
- Молчал бы уж, механик недоделанный!
- А ну отставить споры! – вмешался Джим, мужчина чуть за сорок, которого среди клиентов и работников прозвали Пастером за добрый характер, позицию самого лучшего саба и прошлое священника в церкви недалеко от бара. Поговаривали, что его посещали даже бывшие прихожане, правда, так и не известно, для того ли, чтобы вернуть, или для личного пользования бывшим святошей.
Дин хмыкнул, открывая дверцу и выходя из машины под вызывающий аккомпанемент из глухо захлопнувшейся двери. Сэм только пожал плечами на многозначительный взгляд Пастера в зеркало заднего вида, вылезая следом и осматривая дом снова. Это был обычный дом братства, на балконе второго этажа висел плакат с тремя буквами греческого алфавита. Сэм достаточно времени проводил за книгами по выходным, чтобы с определённостью знать, как читаются три этих буквы.
- Омега-Лямбда-Зета, - озвучил он свою догадку вслух, переводя взгляд на толпу перед домом.
- Никогда не сомневался в твоём знании алфавита, дружище, - улыбнулся Дин, похлопывая парня по плечу и глубоко вздыхая. - Думаю, что ты достаточно подразнил своё самолюбие, чтобы мы могли начинать вечер.
- Вполне, - нахмурившись, кивнул Сэм, тоже вздыхая и делая шаг на дорожку, ведущую к дому.
Их не встречал тот самый клиент, исключая, конечно, тот факт, что на этой вечеринке их клиентами не были разве что собаки старшин братства. Старшие Винчестеры кривились, периодически видя картины из обычных попоек ещё слишком молодых и глупых студентов, которые думают, что смешивать и вливать в себя всё, что видишь, есть путь к понимаю всего алкогольного искусства.
Кухня была ещё более оживлённым местом, чем лужайка перед домом - здесь музыка была практически оглушающей, выпивка - ещё крепче, что вызвало мгновенный интерес у знающего толк в высоких градусах Дина. Помещение кишело опьяневшими от басов и выпивки студентами. Здесь явно не имело значение, из какого ты братства, с какого факультета, кто ты в принципе.
Дин протиснулся к столу, вспоминая о том, что сегодня абсолютно ничего не ел при своём-то постоянном обжорстве. Партнёру оставалось только бросить взгляд в сторону тут же начавшего кадрить кого-то Дина и отправиться в самую гущу событий - в огромное фойе дома и не уступающую фойе гостиную.
В гостиной стояли колонки, направленные в глубь помещения и выставленные на окна, чтобы люди на лужайке и веранде не отставали от общего угара. Сама гостиная представляла собой танцпол и стол диджея, медленно качающегося под очередную песню Alice in Chains.
- Прошу любителей зажигать не расходиться, после медленного "Would?" мы продолжим вечер чем-нибудь зажигательным на заказ. Приём заявок у нас вон в той корзине! - магнетически низким голосом проговорил парень, играющий роль диджея. Он был похож на классического подражателя Теме, фаната альтернативы или гранджа - руки были вытатуированы в виде "рукавов"******, скрывающихся под закатанными рукавами чёрной майки; кольца и штанги пирсинга блестели на бровях, губах, в носу и ушах; волосы выглядели скатанными и не мытыми до такого состояния, что уже перестали быть жирными, превращаясь в подобие овечьей чёрной шерсти.
"Интересно, на каком факультете штампуют ему подобных", - про себя фыркнул Сэм, вновь осматривая контингент.
Многие здесь были из легко определяемых слоёв субкультурного общества - хиппи, панки, рэперы белого и чёрного типа. Сильно выделялись студенты художественных факультетов - на столе танцевало несколько девушек, чью наготу скрывал только искусно исполненный боди-арт.
Кто-то тронул Сэма за плечо, и он обернулся, быстро поворачиваясь на месте.
- Привет! - воскликнул парень, особо не выделяющийся каким-то определённым молодёжным течением музыки или способом самовыражения.
- Привет, - улыбнулся Винчестер, стараясь говорить так, чтобы его было слышно - песня как раз подходила к концу, заканчиваясь самыми громкими нотами.
- Ты случаем не из Винчестеров? На обычного парня из наших ты не очень похож.
- Да и по возрасту я к вашей вечеринке не подхожу.
- Да ладно тебе, в задних комнатах оттягивается профессор истории искусств, так что здесь есть место всем. Меня, кстати, Кэвин зовут.
- Сэм Винчестер, - Сэм протянул руку, пожимая протянутую в ответ и снова улыбаясь. - А о нашем приезде вообще кто-то знает?
- На тему вас даже есть конкурс, Сэм. Так что, скоро вас обязательно заметят все. А пока что - не хочешь потанцевать, Рик обещал больше не ставить ничего депрессивного, значит самое время занимать лучшие места на танцполе, не находишь?
- Абсолютно согласен.
По гостиной начали разноситься первый ноты и тот, кого Кэвин назвал Риком, поставил Дэйва Наварро, медленно расползающегося по помещению в ритме бас-гитары.
Кэвин двигался на удивление пластично, улыбаясь Сэму, и разве что не подмигивал. Песня создавала куда более жизнеутверждающее настроение, и Сэм отдался ей, танцуя всё ближе к Кэвину и стараясь не отставать от его движений. Танец был произвольным, простым набором гибких движений, которых требовало тело, но Винчестеру казалось, что в танце парня перед ним есть что-то особенно. От этого к нему тянуло, и он заинтересовывал.

"...Please leave me here in the empty world
Fall in love with the empty girl..."


Кэвин подпевал, не прекращая улыбаться Сэму и танцуя уже вплотную.
Медленная песня закончилась и на смену ей пришёл кавер на песню The Prodigy, с мелькающим вокалом того же Наварро. Практически синтетический звук гитары мгновенно пробудил танцпол - люди, до этого медленно покачивающиеся в такт музыки, превратились в огонь, тут же зажёгший всё вокруг. Воздух в середине комнаты плавился от движения разгорячённых тел. Сэм перестал контролировать ситуацию и полностью отпустил себя, чувствуя, как через джинсы его касается уже возбуждённый член партнёра по танцу. Кэвин закрыл глаза и двигался вдоль тела Винчестера, разжигая в нём тот же огонь, который царил вокруг, заставляя его стать ещё сильнее и обрывая остатки сэмового самообладания.
"Ограничений нет, и можете считать, что вас купили все люди на вечеринке", - послышался в голове голос Сингера, и Сэм хмыкнул, резко притягивая Кэвина за шею, тут же впиваясь в его губы поцелуем и уже практически по инерции продолжая движение среди танцующих людей.
Дальше он помнил только то, как тащил парня в туалет куда-то на втором этаже, сталкиваясь на лестнице с людьми и тихо матерясь.
Он прижал Кэвина к стенке, углубляя поцелуй и будто бы продолжая медленно танцевать под сменившуюся песню.
- Ты... ты просто нечто, Сэм... Не зря вас, парней, зовут лучшими...
- Верно, - широко улыбнулся Винчестер, быстрыми движениями раздевая себя и Кэвина.
- Отсоси мне... - прошептал парень, вжимаясь в холодную кафельную стенку.
- О нет, дорогой, - Сэм улыбнулся снова, на этот раз шире и намного хитрее. - Я всегда сверху, таковы правила.
- Хорошо, малыш, как скажешь...
Сэм резко отстранился, смотря парню в глаза.
- Как ты меня назвал?
- Не парься, малыш, всё нормально.
Лицо Винчестера передёрнуло от гнева, и он снова приблизился к парню, занося кулак.

Еды было много. Очень много.
Нельзя сказать, что Дин объелся, но голодным он точно не остался.
На кухне всё время циркулировал народ, и Винчестеру удавалось быстро знакомиться, коротко флиртовать и тут же находить кого-то нового для продолжения общения. В итоге через полчаса рядом с ним образовалось около трёх парней, которые всё время что-то у него спрашивали, что-то предлагали, наливали ему ещё виски и звали танцевать.
Все три парня сказали, что знакомы благодаря музыкальному кружку, в котором играют на гитарах. Дин бы не заинтересовался, если бы ему не предложили послушать музыку, которая удивительно напоминала смесь хипповых Led Zeppelin и взрывных Metallica. Он прослушал несколько песен с ай-пода одного из парней, и разговор после этого потёк настоящей рекой - музыка, история рока, обсуждения выступлений и прочее, в чём Дин жил всегда, и что "по наследству" передал ему его отец.
То, что кекс был лишним, Дин понял разу. И дело даже не в том, что он начал переедать, и его начало мутить, нет. Он подавился кексом, услышав от кого-то из парней слово "детка", и реакция его тела было вполне оправданной - он не смог удержаться от гневного возгласа и того, чтобы переспросить, в момент забыв о том, что он ест. Один из парней тут же наклонился к нему, похлопывая его по спине.
- Ты в порядке, детка? Всё нормально?
- Ты... - Дин не мог остановить приступа кашля, горло саднило от ощущения буквально скребущихся крошек кекса, ищущих дорогу наружу или внутрь - они так и не определились. - Как ты меня назвал?
- Деткой. У нас так... эээ... всегда классных парней называют, - попытался оправдаться парень, виновато улыбаясь. - Не парься, чувак.
- Я знал, что хорошо это не закончится. Сэм не смог бы этого предотвратить.
- Погоди! Так ты тот самый Дин? И Сэм при тебе, так? Так ты тот самый Винчестер! - парень слева радостно улыбнулся, поднимая руку вверх и крича на всю кухню. - У нас тут Винчестер, ребята!!!
- Да ну? Тот самый? - послышался шёпот. Разговоры и движение по кухне мгновенно остановились, и несколько десятков пар глаз уставились на Дина.
- Ты - Дин Винчестер? - осторожно спросил парень, назвавший Дина деткой.
- Да, чувак. И ты только что нарушил одно из немногих условий, на которых я работаю здесь.
Дин встал с высоко стула, коротко улыбаясь, и в следующий момент парень, стоявший напротив него уже лежал на полу, зажимая нос двумя руками и вскрикивая.
- Ты чего, чувак?!
- Я не собираюсь повторять дважды, - Дин встал над парнем, пихая его под бок ковбойским сапогом. - Никогда. Не. Называй. Меня. Деткой.
И Дин ударил снова.
Друзья провинившегося попытались остановить Винчестера, и вскоре на кухне началась массивная драка, подбадриваемая той, начавшейся наверху, где за нарушенное правило на Кэвине уже отыгрывался Сэм.
Пастеру Джиму пришлось забрать их пораньше - драка переместилась на улицу и некоторые "братья-трезвенники" из соседних братств уже вызвали полицию, чтобы не пострадали какие-нибудь случайные прохожие.
- О чём вы думали, чёрт вас подери! - кричал на парней Сингер, брызжа слюной и смотря на обоих покрасневшими от ярости глазами. - И я понимаю - Дин, он у нас парень без мозгов и комплексов, но ты! Сэм! Какого чёрта ты начал драку на втором этаже?!
- Парень, с которым мы начали развлекаться, нарушил правило.
- Та же причина и у меня. И хорош плеваться, Бобби! Мы не виноваты, что долбанные клиенты не сообщили всей вечеринке, что у нас есть определённые правила! Не говори пакость и не получишь в морду.
Сингер закатил глаза, причмокивая. Это было одной из его дурацких привычек, которые неизменно вызывали у парней желание рассмеяться, ведь Бобби причмокивал как последняя баба. Но сейчас обоим было не до смеха - парни помнили, чем в прошлый раз закончилась драка Дина, и повторения истории с неоплачиваемым полным графиком работы в течении полугода обоих как-то не особо прельщало.
- Давайте так - я пошлю на вечеринку парочку наших лучших с вами, они поработают с теми, с кем вы подрались, а вы пока попросите прощения у парня, который всё это замутил?
- Я так полагаю, что попросить прощения не значит прийти с корзиной фруктов, да? - усмехнулся Дин, складывая руки на груди.
- Ты правильно полагаешь, парень. И кыш отсюда! Давайте обратно в машину!

Дело затянулось на всю оставшуюся ночь, и парни были у себя только к семи утра, когда солнце уже начало всходить, поднимаясь по прозрачному небу, словно огромный огненный шар, распространяя жар и давая понять, что день будет таким же знойным, как вчерашний.
Они завалились на кровати абсолютно обессиленные. Сегодня предстоял самый сложный день - день отдыха, полный безделья и свободного времени. Нельзя сказать, что парни не любили отдыхать, но и что они ждали выходного и жили мыслями только о нём, тоже. Выходной день, их вечно совместный выходной, чем-то напоминал сессию на двоих, без участия клиента или папочкиного контроля. Они настолько сильно вжились в роли Доминанта и сабмиссива, что даже по выходным Дин продолжал исполнять бытовые желания Сэма. Это вызывало отвращение у первого и смущало второго, но игра слишком сильно перелилась в жизнь, и они просто не могли иначе.
Утро начиналось с банального завтрака - подгорелой диновой яичницей, которую он так и не научился готовить. Сэм, как и всегда, читал газету, неспешно дуя на свой кофе и поглядывая на хмурое лицо Дина.
У них никогда не было планов, никогда не было желаний и идей, куда пойти. И Сэм знал, что в их жизнях вообще нет смысла, есть только работа, сессии и прочие атрибуты. Знал, но никогда бы не сказал Дину, помня, каким тот бывает в моменты отчаянья.
Выходные были настоящим адом, и Дин практически всегда старался просыпать их от рассвета до заката. Баров, девушек и секса им хватало на работе, телевизор был крайним вариантом при депрессии или бессоннице, а каналы для взрослых были заранее выброшены из списка.
После каждого, похоже на сотни до, завтрака, Сэм садился в кресло и начинал новую книгу, которую, как всегда, дочитает ночью, ложась спать в тот момент, когда встанет Дин.
Они старались не смотреть друг на друга, делая вид что их здесь нет, ничего вокруг не существует, и тот второй, что сидит с тобой в одной комнате, ничто иное как игра твоего больного разыгравшегося воображения. Но делать вид и чувствовать - две абсолютно разные вещи. И им приходилось терпеть это ощутимое присутствие, стараясь не прикасаться друг к другу и не встречаться взглядами.
Сильнее всего это било по Сэму. Дин, с презрением отводящий от него взгляд, закатывающий глаза от смешков или короткого кашля, то, как его передёргивало от каждого звука или шороха, создаваемого Сэмом - наверное, это и было его личным адом, преисподней из коротких мгновений, когда взгляд Дина прояснялся от мыслей и становился невыносимо обжигающим, доставляя только боль и заставляя сердце сжиматься и замирать.
Тот момент, когда будильник оповещал их о том, что пора вставать на работу, был лучшим, что происходило с ними за все сутки выходных. Взгляд Дина мгновенно становился ясным и прозрачным от вспыхивающего в нём огня, он вскакивал с кровати, переключая будильник на радио, и быстро натягивал джинсы, прыгая по комнате на одной ноге, подпевая какой-нибудь классике рока. И в этом был весь Дин. Сэм улыбался этой картине, потягиваясь в кровати и закидывая руки за голову. Он одевался не так быстро как напарник, но знал, что у него есть ещё полчаса форы, чтобы просто поваляться перед очередным изнуряющим в хлам днём.
Через полчаса с кухни начал доноситься запах вновь подгоревшей яичницы, и Сэм всё-таки встал, направляясь в ванну. Это каждый раз напоминало ему что-то, но он сам не знал, что именно. Это точно не было воспоминанием о прошлых выходных или отголосками его снов, нет. Каждое подобное утро напоминало ему о каком-то другом мире внутри него, словно он жил сразу в двух реальностях и в той, второй, точно так же неспешно ходил по утрам в ванну, слушая бурчание Дина с кухни и ощущая запахи сомнительного качества еды. Всё это не было воспоминанием из этого места, у него не было чувства дежа вю, но он совершенно явно ощущал - не то чтобы он делал это до (до этого дня он делал это каждое утро, потому что это было привычкой), а, скорее, делал подобное в других похожих местах, комнатах со старыми обшарпанными обоями и плохой вытяжкой, похожих на номера мотелей, в которых он жил, когда сбежал из дома. Но в тот момент с ним ещё не было Дина, и воспоминание не могло быть связанным с его прошлым.
Но мысли и воспоминания так и оставались только обрывками памяти и снов, и Сэм каждый раз просто переступал порог ванной, запирая за собой дверь и мысленно готовясь к началу дня.
День снова выдался жарким, и оба партнёра чувствовали, что сегодня должно что-то произойти. Подозрительно красное солнце расплывалось в небе, не догадываясь о том, что на горизонте уже маячат чёрные тучи надвигающейся грозы.
В баре было непривычно тихо, и утро сказывалось даже на тех, кто не выползал из бара сутками - все столики были пустыми, голоса и дым сигарет шли только из задних комнат, где Папочка устроил клуб по покеру, каждый день подсылая туда кого-нибудь из своих, чтобы отмыть и выиграть свои же собственные деньги обратно. Эллейн протирала стаканы, стоя за стойкой и смотря куда-то в пространство перед собой.
- Доброе утро! - специальное отчётливо и громко сказал Дин, хлопая ладонью по барной стойке и улыбаясь женщине перед собой.
- А... Это вы пришли, - Эллейн едва заметно вздрогнула от хлопка Дина, подымая суровый взгляд на парней и ставя стакан на стол. - А вас искал Папочка.
- О, он наконец-то вспомнил о Дине? - с приторной улыбкой съехидничал Сэм.
- О нет, малыш, он вспомнил о вас, - ядовито улыбнулась женщина, изображая тон Винчестера и смотря с улыбкой за Дина.
- Да, парни, я вас искал.
Голос Папы спустя столько дней полного его отсутствия показался парням раскатами грома, предвещающими грозу. Они разом обернулись, смотря на лицо, к которому привыкли за эти годы, но почему-то не узнавали сейчас. Джон Винчестер будто изменился за этот короткий срок настолько сильно, что парни почти не узнали в нём своего Папочку.
- Сэр, - Дин коротко кивнул, принимая свою обычную стойку верного сына с чуть опущенной головой.
- Дин, ты снова устроил не пойми что...
- Простите, сэр, но они сами нарушили правила, мы не виноваты.
- От тебя, Сэм, я такого вообще не ожидал. Так меня подвести!
- Я тоже человек! И мой клиент тоже нарушил правила! - тут же взвился парень.
- Успокойся! Я возложил на тебя надежду и одного из своих лучших сабов. В этой драке... в обоих этих драках виноват только ты, Сэм!
- Это не честно!
- Ты должен понимать, какая ответственность на тебе лежит, Сэм. Быть Доминантом ещё не значит, что ты должен ничего не делать! Это означает, что ты должен быть чутким, уравновешенным, собранным.
- Я, чёрт возьми, понимаю это!
- Нет. Не понимаешь. Иначе, не отошёл бы от Дина ни на шаг, как я и приказал передать Бобби!
- Я не мог сидеть только с ним! Ты сам сказал, что на этой вечеринке нашими клиентами были все! И я послушался! Когда тот парень попросил меня пойти с ним - я пошёл! Потому что он тоже был клиентом, как и все там!
- Сэр, мы всё уже отработали... - попытался влезть Дин.
- Не встревай, Дин. Я хочу, чтобы такой ошибки больше не было.
- Я понимаю, но...
- Дин!
Винчестер тут же поник, сжимаясь под тяжёлым взглядом Джона.
- Иди лучше за стойку, смена Эллейн уже давным-давно закончилась.
- Так точно, сэр.
Дин бросил виноватый взгляд в сторону Сэма, быстро отводя глаза и уходя в сторону стойки.
- Ты будешь наказан, Сэм. На неделю, понял?
- Так точно. Можно мне узнать как? - лицо парня стало хмурым, в глазах промелькнул испуг. Он был одним из немногих, кто ни разу не нарывался на наказание, но боялся нарваться так же, как боялся пожарной тревоги или ядерных учений. Он слышал от Дина, на что похожи эти наказания, но слышал только примерно, так как у Дина не хватало сил рассказать о них после случившегося и не было желания вспоминать о них после того, как он приходил в себя.
- Сегодня к нам поступят новые клиенты, и ты должен будешь стать сучкой одного из них. Ровно на неделю, - Джон ухмыльнулся, смотря на парня. - Этот парень - сын богатенького отца, очень требовательный мальчик, любое его желание станет законом для тебя, Сэм. Понял?
- Да, сэр, - Сэм вздохнул, кивая Папочке и тоже отворачиваясь к стойке.
- Я ещё не закончил, - прокашлявшись, сказал Джон.
- Да? - одновременно подали голос напарники.
- Я горжусь тем, как вы разобрались после. Наверняка вам помогал Сингер, но вы всё равно молодцы.
Сэм удивлённо поднял брови, смотря на Джона, Дин, судя по звукам и чертыханью, чуть не выронил стакан, который протирал.
- Ты... гордишься нами?
- Ну да. Вы хорошо разобрались с ситуацией и не потеряли лицо перед трудностями. Я могу гордиться тем, что вырастил вас, мальчики.
Дин всё-таки уронил стакан, снова выругался и начал собирать осколки с пола.
- Ну да ладно... Мне пора. Сэм! - Джон окинул парня многозначительным взглядом. - Клиент будет вечером. Жди его и до этого времени ни на что не соглашайся. Разрешаю отдохнуть за стойкой до его приезда. Дин, все клиенты сегодня на тебе, один из них должен будет подойти ближе к полудню.
- Так точно, сэр. Спасибо.
Джон, коротко улыбнувшись, развернулся и ушел в дальний зал. Напарники смогли только обменяться удивлёнными взглядами и начать убираться после ночной смены двух блондинок.

К полудню бар был уже полон народу, и Дину приходилось отходить всё чаще. Сэм как всегда быстро раздавал заказы, попутно улыбаясь клиентам, приходящим за Дином, и ожидая прихода Джесс. Девушки не было пару дней, и парень чувствовал себя не в своей тарелке, при каждом хлопке двери быстро поднимая голову, что бы он при этом не делал.
Джесс пришла только к часу дня, вплывая в бар, как настоящий ангел. На ней было белое облегающее платье, доходящее ей до колен, с красиво дополняющими белый большими чёрными пуговицами. Она села на своё обычное место и повела плечами, кивая Сэму.
- Привет, милый.
- Привет, Джесс. Давно тебя не было!
- Были проблемы личного характера. И ваш Папочка... - девушка слегка нахмурилась, смотря на свои руки. - Джон попросил меня вернуться к нему на работу.
- Что?! Зачем? - Сэм удивлённо вскинул брови, на автомате готовя девушке коктейль.
- Сама не понимаю. Но предложение очень выгодное, - Джесс тоже странно изменилась, и Сэм чувствовал в ней что-то значительное, совершенно не понимая, что же всё-таки стало не так. Одежда явно была не при чём, как и причёска с макияжем, но Сэм совершенно явно чувствовал, что перед ним не совсем Джесс, как будто в ней не хватает какого-то значительного куска, делали, которая бы дополняла паззл. Точно так же, как не хватало в Папе.
- Я думаю согласиться на его предложение. Как ты считаешь? - она посмотрела на него своим обычным взглядом, беря из его рук бокал и по привычке начиная крутить его большими пальцами, задумчиво закусывая губу.
- Я не знаю, дорогая. Я сам сейчас в не самом хорошем положении - Джон наказал меня за позавчерашнюю драку в кампусе. Сказал, что вся ответственность лежит на мне, и наказание должен понести именно я.
- И каково наказание? - девушка нахмурилась ещё сильнее.
- Вот-вот должен прийти клиент, для которого я должен буду прислуживать в течении целой недели. Любые приказания. И доминантность уплывает на задний план - кем я был до этого, уже не имеет значения.
- То есть ты будешь куклой какой-то богатенького папенькиного сыночка?
- Сучкой, - поправил Сэм, вздыхая и бросая короткий взгляд на Дина. - А Дин должен работать один. Он отходил за три часа уже раз шесть... Минеты, короткие сессии...
Девушка накрыла ладонь Сэма своей, смотря парню в глаза.
- Это только работа.
- Да хоть подработка... Это отвратительно.
К Дину снова подошли, на этот раз это был симпатичный, даже красивый, мужчина лет тридцати с завораживающим взглядом и каким-то странным хитрым свечением в глазах.
Сэм заметил его ещё до того, как он подошёл к Дину, когда мужчина только вошёл в бар уверенной пружинящей походкой, взглядом оценщика окидывая помещение и тут же уверено направляясь в сторону стойки. В каждом движении этого мужчины чувствовалась уверенность, он был гибок и целеустремлён, как настоящий хищник, высматривая свою добычу и загоняя её до тех пор, пока она сама не падала перед ним, умоляя о пощаде. Его улыбка разожгла в Сэме сильнейший огонь ревности, невиданный до селе ни разу.
- Что-то не так?
- Этот мужчина.
- Брайан!
Джессика вскочила с места, убегая в сторону Дина и мужчины, громко зовя его по имени. Сэму не оставалось больше ничего, кроме как пойти за ней следом, становясь за стойку поближе к Дину.
- Брайан! Господи, сколько же мы не виделись!
Взгляд мужчины мгновенно поменялся, становясь из хищного более сытым и довольным. Он улыбался одними только уголками губ, в знак приветствия обнимая девушку и коротко целуя её в щёку.
- Джессика Мур! Как я рад тебя видеть, дорогая!
- Ты как всегда подвираешь! Ничего ты не рад, - Джесс улыбнулась, делая вид, что обижается, при этом оголяя белоснежные зубы. - Я тебе не помешаю?
- Ну что ты, нет! Я как раз брал себе этого парня. Ты ведь понимаешь, за каким товаром сюда обычно ходят? - он изогнул брови, как бы двусмысленно смотря на девушку.
- Конечно же понимаю, Брай! Я же здесь работала!
- Всё время об этом забываю, - у Брайана был приятный, чуть хриплый смех, и только во время смеха он начинал улыбаться. Улыбка, надо сказать, напоминала оскал хищника, уже готово взять свою жертву.
- Хороший выбор, Дин и Сэм одни из лучших здесь.
- Я возьму только его, - Брайан кивнул на Дина, отошедшего принять заказ. - Джон сказал, что сегодня эта парочка, наконец-то, продаётся раздельно, и ты даже не представляешь, как я этому рад.
- Очень даже представляю!
Брайан немного вульгарно облокотился на стойку, держа тонкими пальцами низкий стакан с виски и улыбаясь. Он был расслаблен, в то же время сосредоточенно наблюдал за Дином. Издалека Сэм не совсем правильно рассмотрел его взгляд - это был не просто хищник, от этого мужчины разило сексом. Если бы у Винчестера спросили, что такое секс и как показать его наглядно без пошлостей, парень бы просто указал пальцем на этого потягивающего виски невероятно притягательного человека, так походящего на огромную дикую кошку, живущую по своим законам.
- Дин, подойди-ка, красавец!
Брайан поманил парня рукой, снова улыбаясь своей хищной улыбкой.
- Да?
- Я покупаю тебя на сессию. Сессия начинается сейчас. Меня зовут Брайан. Большего тебе знать не нужно. О предпочтениях, сладкий, мы поговорим уже в более приватной обстановке, - и снова улыбка.
- Хорошо, Брайан.
- Заберись на стойку и потанцуй для меня, Дин.
Винчестер сладко улыбнулся, будто бы ждал только этого, и быстро оказался на стойке, успев по дороге изменить освещение в баре, так чтобы всё внимание посетителей привлекал только он, и переставить музыку на что-то более танцевальное и подходящее к стилю Брайана.
Бар наполнился басами танцевального ритма, звуками бас-бочки и быстрыми "выстрелами" синтезатора. Дин снова улыбался своей безумной улыбкой истинного саба, начиная извиваться на стойке так, будто вокруг него была целая толпа таких же сходящих с ума от музыки. Сэму тут же вспомнилась их вечеринка и то, как он зажигал с Кэвином. От воспоминаний о волнах музыки, проходящих по твоему телу, когда ты находишься в самом центре этой непрерываемой "песчаной бури", он невольно улыбнулся Дину в ответ, беря партнёра за руку и забираясь на стойку следом.
Они крутились как два бешеных волчка, обходя друг друга, смотря только друг другу в глаза, словно они танцуют не на стойке в баре на обочине мира, а по крайней мере в огромном зале, полном очень богатых и знатных личностей, и танцуют слишком развязно, чем вызывают у публики полнейший культурный шок. Это было как танго для двоих - всё за пределами стойки стёрлось, и не было ни Джесс, ни Брайана, ни Папочки. Не было совершенно ничего. Вечными и настоящими были только они - Сэм и Дин. И они были вечными только до тех пор, пока были вместе.
Песня закончилась, и Дин быстро спрыгнул со стойки точно перед Брайаном, мгновенно оказываясь в его объятьях.
- Ты просто идеален, Дин. Предлагаю продолжить вечер вдвоём и оставить эту воркующую парочку.
- Я согласен, - усмехнулся парень, подмигивая напарнику и уходя с Брайаном куда-то в темноту и туман бара.
- Вау... Вы нереально зажигали, Сэм! Почему не делаете такого каждый день?
- Потому что Дин не каждый день принимает "порошочек радости" для таких клиентов, как этот Брайан, - мрачно сказал Винчестер.
- Он что-то принял? Я не заметила.
- Ты слишком плохо знаешь Дина.
- А ты не знаешь Брайана, поэтому не стоит называть его "этот-Брайан". Его имя звучит куда проще - Брайан.
Сэм показал Джессике язык и тихо фыркнул, наливая пиво очередному подошедшему к стойке с двусмысленной улыбкой.
- А ты не работаешь отдельно от напарника?
- Я занят на неделю, дорогой, - передразнил мужчину Сэм, состроив рожу. - Буду лизать зад какому-то богатенькому мальчику, и тебя нет в списке приглашённых на бесплатный просмотр шоу!
Мужчина только скривился, показывая Сэму средний палец и отваливая от стойки с пивом.
- Малыш, какая муха тебя укусила?
- О, их был целый рой. Могу назвать поимённо.
- Так, либо ты сглатываешь свой яд, и я остаюсь, чтобы поддержать тебя, либо ты продолжаешь им плеваться, а я пойду давать нашему Папе согласие.
- Я постараюсь сдерживаться, - виновато улыбнулся Сэм, переваливаясь через стол и целуя девушку в щёку.
- Ты уж хотя бы попробуй, - тоном друга проворчала Джесс, меря взглядом очередного подошедшего к стойке мужчину. Сэм тоже посмотрел на него.
- Ты Сэм Винчестер? – прокашлявшись, спросил мужчина низким и немного хриплым голосом, будто бы не говорил до этого очень долго.
- Он самый. А вы?...
- Кас. Меня зовут Кас, я твой... ммм... клиент на эту неделю.
Винчестер удивлённо смерил мужчину глазами. Он не походил на сыночка богатого папы, скорее уж на мужчину под сорок, бухгалтера с семьёй и дочерью, которая хорошо рисует, и все пророчат ей будущее художницы.
Сэм улыбнулся собственным мыслям. Яда значительно поубавилось.
- А Кас это ваше полное имя?
- Кастиэль, - отстранённым голосом сообщил мужчина, смотря Сэму в глаза, словно сканировал его и делал снимки внутренней стороны его черепушки. - Я Ангел Господень.
- Эмм... ролевые игры, - хмыкнул Сэм, с недоверием смотря на серьёзного мужчину.
- Это не...
- Раз уж твой клиент пришёл, нам всем точно нужно к Папочке, - прервала мужчину Джессика, очень странным взглядом осматривая Кастиэля. - Вам обоим нужно отметиться и прочие формальности, сам знаешь.
- Конечно.
- Я сейчас позвоню Сингеру, чтобы он заменил тебя.
Джесс улыбнулась Сэму, снова кидая странный взгляд на "ангела" и отходя от них ближе к двери, где музыка звучала не так оглушающе.
- Странно вы все себя ведёте, - пробурчал под нос Винчестер, протирая стакан.
- Она одержимая проекция и сейчас наверняка звонит Лилит, чтобы рассказать о том, что я пришёл. Всё-таки это было глупостью при ней сообщать о том, что я ангел, - как бы самому себе сказал мужчина, осматривая помещение.
- Простите, а вы точно тот клиент, которому я должен служить всю неделю?
- Да, - с нотами вопроса ответил Кас.
- Вы странный, простите, конечно.
- Я часто это слышу, - с тенью улыбки проговорил человек, представившийся Ангелом Господним.
- Что ж, в таком случае, могу сказать только - спасибо, что покупаете у Винчестеров и я постараюсь быть хорошим сабом.
- Уж я на тебя надеюсь парень.
На секунду Сэму показалось, что мужчина улыбнулся и подмигнул ему, как бы говоря, что всё будет именно так и бояться нечего, в следующее мгновение снова становясь таким же мрачным и отстранённым. Винчестер тряхнул головой, ещё не осознавая того, что это незначительное событие было переломным моментом в его жизни.


_________________________________________________________
*Rolls Royce Phantom 5
http://www.cosmopolitancoach.com/galler ... ntom5b.jpg

**"Квадрат" - Square - так на сленге обзывали консерваторов, считающихся ограниченными людьми "не в теме" своего времени.

***Элисон Уэрнер Уилльямс - аллюзия на героиню фильма "Плакса" (Cry Baby) Джона Уотэрса с Джонни Деппом в главной роли.

****"Ганзель и Гретель" - немецкая сказка братьев Гримм о детях, брате и сестре, которые гуляли в темном лесу, но, спустя какое-то время, заблудились. Весь вечер и ночь испуганные ребята искали дорогу, ведущую к своему дому, но не находили ее. Утром их ждал приятный сюрприз, дети вышли к поляне, где красовался красивый дом, украшенный разными сладостями: пряниками и леденцами. Хозяйка дома ласково встретила ребят и согласилась приютить. Бедные дети даже и подумать не могли, что визит к доброй старушке обернется для них сущим кошмаром.

*****Имеется ввиду песня группы Alice in Chains – Lesson Learned.
http://www.songlyrics.com/alice-in-chai ... ed-lyrics/

******Вид татуирования, когда рисунком на одну тему покрывается вся рука от предплечия до запястья в виде некоторого рода рукава.
http://www.popular4you.com/wp-content/u ... cool16.jpg

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:47
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
Им пришлось долго ходить по длинным коридорам, выкрашенным в чёрный цвет, при свете тусклых красноватых ламп, чтобы, наконец, добраться до кабинета Папочки.
Джон любил роскошь и минимализм одновременно, и его кабинет показывал всю силу его весьма извращённого вкуса. Первым, что бросалось в глаза, был стол.
Стол стоял в дальнем углу комнаты, под самым окном, но был, тем не менее, очень слабо освещён. Он был массивным и от этого делался ещё старше, чем, наверняка, был на самом деле. По бокам на крышке стола красовались резные узоры причудливых переплетений, похожих на фантастические растения. Стол был тёмным, хотя, возможно, только казался таковым из-за того, что стоял в мало освящённом углу. Единственное, что выделяло его, добавляя особенного шарма его старомодности, были две позолоченные ручки на ящичках, выполненные в виде того же узора, что и боковые грани крышки.
Сэм всякий раз заглядывался на этот стол, невольно останавливая на нём взгляд каждый раз, когда приходил к Джону.
- Джессика! Очень рад тебе, девочка моя! - Джон встал из-за рабочего стола, подошел к девушке и обнял её, еле слышно шепча что-то на ухо и получая в ответ короткий кивок.
- О, и вы здесь! - Улыбка Винчестера стала более деловой и сдержанной. - Кастиэль, дружище, наконец-то и ты посетил нашу скромную обитель разврата!
Джон сам же рассмеялся своей шутке и заключил мужчину в объятья, похлопывая "ангела" по спине. Кас немного мялся, как-то переходя все возможные границы смущения при простых дружеских объятьях и излишне механически похлопывая Винчестера в ответ.
- Спасибо.
- И так, давайте сразу к делу. Сэм хорошо себя показал?
- Да... вполне, - Кастиэль скользнул быстрым рассредоточенным взглядом по лицу Старшего Винчестера, тут же переключив внимание на Папочку.
- Клиент пришёл как раз тогда, когда мальчики стали зажигать на барной стойке. И это было непередаваемо, можешь мне поверить, Джон!
- Я и сам это знаю. Столько работать у меня и не уметь подобного - позор для того, кто носит фамилию Винчестер.
- Что правда, то правда! - Джессика снова начала вливаться в свою должность и сейчас очень напоминала настоящую ассистентку или секретаршу, которая вечно вьётся за своим боссом и при каждом удобном случае подтверждает его слова, показывая преданность классическим жоповылизыванием. Почему-то такое поведение подруги очень задело Сэма, и он постарался переключиться на что-то другое, более позитивное. Но позитивного и положительного не было нигде - кабинет напоминал Сэму о сессиях с любимым, которые теперь прерывались на целую неделю, Джесс напоминала о самой работе и о долгах Всемогущему Папочке, странный мужчина Кастиэль - о круглосуточном подчинении человеку, который считает себя ангелом. Куда не глянь, всё было выкрашено исключительно в тёмные тона.
Сэм всегда готовился к каждому новому дню в баре не только физически, но и морально. Пусть они и имели статус, назывались Винчестерами и были знамениты на много миль окрест, они всё равно оставались шлюхами, самыми натуральными, и другим словом их обозвать было просто невозможно. Элейн и Джо любили свою профессию и гордо носили эту алую букву порока и похоти, стараясь добиться в своих кругах самых высоких наград и похвалы от начальства. Чёрт, да даже Дин с какого-то момента стал получать удовольствие от процесса, в нём заговорили демоны и скрытые желания.
Но Сэм... Он был другим. Он не мог с усмешкой смотреть на себя в зеркало, как это делал каждое утро Дин, и понимать, что сейчас он идёт в самый натуральный публичный дом, где блэк-джеком и шлюхами будет наслаждаться не он, а наслаждаться будут именно им, на него будут играть, его будут заставлять показывать всего себя перед жадными взглядами, нервно трясущимися похотливыми руками; именно его, а не очередную проститутку будут раздевать взглядом, накатывая ещё по одной и обсуждая его зад, стоит ему только отвернуться от стойки, чтобы наполнить очередную кружку папочкиным пойлом. Это страшно унизительно, больно, когда ты смотришь, что то же самое делают и с твоим любимым, но иначе они больше не могли.
То, с какой серьёзностью ко всему этому относился Дин, было отдельным пунктом в списке отрицательного. Дин получал от этого удовольствие, скрывал, но сам факт того, что ему это нравится, уже вызывал у напарника отвращение.
Дин был сложным человеком, сложным во всех понятиях этого слова. Замкнутый, в развесёлых масках, с детства приученный ко всему и натренированный не хуже бойцовой собаки, Дин делал всё, что говорил ему Папочка, клиент или Сэм, стоило им только оказаться в задних комнатах для утех. И Сэму очень не хотелось признаваться себе в том, что таковым и был настоящий Дин - сучкой на побегушках у кучки Домов, которые владели этим местом, покупали его или нагибали по приказу. Когда ты любишь человека, ты всегда видишь его только с положительных сторон, ты упиваешься тем, на столько он идеален, прекрасен, удивляясь, что тот - такой же человек как и ты сам. И Сэм любил Дина, стараясь изо всех последних сил делать вид, что не видит, как напарник подставляется, и какой огонь горит в его глазах каждый раз, когда очередной клиент вдалбливается в него на кровати или злосчастных пуфах.
Дин уже не мог скрывать своих наклонностей, Сэм же не мог игнорировать их, и вся эта долбанная любовь становилась бременем для них обоих. Вся их жизнь превращалась в глупый аттракцион, где они выступали скорее в роли шутов или уродов, чем в роли зрителей, которые высмеивают первых и пугаются вторых.
Они были прогнившими изнутри. Они были отвратительны друг другу до такой степени, что старались как можно меньше проводить времени в обществе друг друга, если не должны были находиться на сессиях или за барной стойкой. Общих тем для разговоров кроме очередного клиента-извращенца и простых перепалок просто не существовало. Дин не шёл на контакт ни в какую, игнорируя все попытки напарника провести между ними хотя бы хрустальные и маленькие, но мостики из взаимной симпатии. Он обрезал все тросы, верёвки и нити, которые могли как-то привязать его к партнёру, старался бить его больно и наотмашь, каждый раз пуская этим стрелы в самое сердце Сэма, тем не менее стоящего на ногах и принимающего каждую, как должное, продолжавшего попытки сблизиться с самым невыносимым из всех знакомых ему людей человеком.
Из омута мыслей Сэма вырвали очень грубо. Кастиэль бесцеремонно толкнул его в плечо, что-то спрашивая, но Винчестер ничего не понял, сощурившись, смотря только на шевелящиеся губы "ангела".
- Ты меня слышишь? - Кас свёл брови, снова смотря своим непередаваемым взглядом.
- Да... Простите!
- Мы как раз договаривались о том, чтобы провести вашу первую сессию в присутствии меня и мисс Мур. Ты ведь уже был в комнате для... ммм... людей с наклонностями подглядывать, верно?
- Да, был недавно, - Сэм красноречиво глянул на Джессику, но та не обратила на него ни малейшего внимания, расфокусированным взглядом смотря на Кастиэля и снова хмурясь от своих мыслей. Ей было не свойственно так явно пялиться на человека, к тому же Винчестер был почти уверен, что с её стажем она знала, что не все клиенты любят, когда на них так пристально смотрят и с таким излишним интересом изучают.
- В таком случае, я думаю, что ты будешь не против провести вашу первую с Касом сессию именно там, да, Сэмми?
- Конечно, Папочка. Как тебе и клиенту будет угодно, - механическим голосом ответил Винчестер, мысленно вздыхая от того, насколько же это ужасно и как по-настоящему отвратительно звучало и будет выглядеть.
- Ты можешь пока что отправиться обратно в бар к Дину и помочь ему, а мы поговорим с твоим клиентом. До вечера, Сэмми.
- До вечера, сэр.
Выходя за дверь, Сэм абсолютно точно чувствовал на своей спине напряжённые взгляды всей троицы, не сказавшей больше ни слова. То, что что-то не так, Винчестер ощущал явно: взгляды и резко переменившиеся привычки Джесс, интерес Джона к новому клиенту и их первой сессии, блуждающие взгляды Кастиэля, который практически всё время держал Сэма в поле зрения, будто бы изучал его, сверяя с чем-то в своей голове. Всё это было лишним доказательством того, что ничего хорошего ждать не придётся, и знаки являются только самым началом чего-то большого и неприятного.

Это было неприятно, даже странно.
Сессия началась с тёмной комнаты и в состоянии полной дезориентации. Сэм не сразу понял, что сидит посередине, привязанный к стулу и в круге света.
Первой реакцией был страх. Сэм дёрнулся, стараясь как Дин, когда его связывали на сессиях, ощутить всё своё тело, пытаясь понять, как именно он связан и кто ещё находится в комнате. Паника накатывала стремительно, но Винчестер пресёк все возможные попытки лавине накрыть его сознание, резко мотая головой, чтобы откинуть все лишние мысли.
Тишина становилась практически невыносимой, пока, наконец, не послышался шелест плаща, разорвавшего тишину, как молнии разрывают чернеющие тучи.
Сэм дёрнулся на звук, пытаясь вглядеться в темноту комнаты за пределами ослепительного круга.
Если эта комната была той же, в которой проводилась их с Дином нежная сессия, то она явно изменилась до неузнаваемости. В пределах круга не было ни ширмы, ни кровати с железным плетёным каркасом.
- Привет, Сэм.
Голос был до боли знакомым и вызывал у парня странные двоякие воспоминания. Сидя посередине комнаты, Сэм ощущал, будто находится сразу в двух таких комнатах одновременно, словно между двумя измерениями или реальностями. Обе были правильными и настоящими, обе противоречили друг другу и отрицали друг друга. Единственное, что было общего в них, это стул, верёвки, свет и человек, привязанный в этом кругу. По спине Сэма прокатилась волна мурашек, и он напрягся, ожидая продолжения.
- Не бойся, Сэм. Мы на нейтральной зоне, сразу в двух реальностях.
Из темноты за кругом вышел новый клиент, этот странный малый, Кастиэль, с тем же отсутствующим выражением лица и невероятными глазами.
- Говорить здесь не опасно, а вот эту... ммм... сессию провести будет нужно.
Кастиэль подошёл ближе и встал напротив стула, как и до этого вглядываясь в лицо Винчестера.
- Мы ведь виделись раньше? - неожиданно для самого себя спросил Сэм.
- Я вижу, что в отличие от Дина, ты ощущаешь, что это не та реальность, в которой вы действительно существуете. Всё-таки, твои способности дают о себе знать.
Эта фраза заставила Сэма тихо зарычать. Он ощущал себя подопытным кроликом-вундеркиндом, за которым наблюдают высшие силы в виде таких вот, как Кастиэль, "учёных".
- Кто ты? Откуда я тебя помню? - стараясь сдерживаться, тихо спросил парень.
- Я уже говорил. Я Кастиэль, Ангел Господень! - развёл руками мужчина. - А ты - Сэм Винчестер, охотник. Твоего брата зовут Дин, отца Джон, мать...
- Дин? Джон? Ты с ума сошёл?! Какой охотник?! Я и на охоте-то не был ни разу, какой охотник?!
- Тише, Сэм. Не будь таким резким. За нами наблюдают демоны.
- Какие ещё демоны? - Винчестер округлил глаза. - Так ты псих, да? Под чем ты, мужик?
- Я ни под чем не... Что ты имеешь в виду? - лицо Каса стало озадачено-наивным, словно он серьёзно не понимал, что означает "быть под чем-то".
- На спиды не похоже, тебя бы носило по помещению так, что искрился весь пол, - задумчиво протянул парень. - Чёрт, и как только Папочка допустил тебя к нам?
- Вот! Ты называешь его папочкой! - как факт в доказательство сказал мужчина, обходя стул по кругу.
- Ну... чувак, у нас все его называют Папочкой, это правила бара! - раздражённо воскликнул Сэм, мысленно проклиная Джона, Джесс и заодно Сингера, чтобы тоже не выкабенивался.
- Это не правило бара, Сэм. Они создали эту реальность максимально приближенной к вашей, чтобы у вас не было когнитивного диссонанса при сопоставлении фактов, связанных с вашей реальной жизнью.
- Не знаю, под чем ты, парень, но несёт тебя конкретно! - Сэм подался вперёд, но верёвки держали его крепко, и сдвинуться с места он просто не мог. - Либо проводи свою сессию, либо развяжи, чтобы я смог набить тебе морду и привести в чувства.
Это прозвучало зло, Винчестер почти прорычал последнюю фразу, смотря на мужчину из-под чёлки.
- Я же сказал, мы обязаны провести сессию, - в голосе мужчины слышались холодные нотки нарастающего раздражения. Он явно был недоволен реакцией парня на те сакральные истины, которыми только что так щедро поделился, несмотря на то, что всё вышесказанное было больше похоже на психоделический бред, нежели на речь вменяемого человека.
В следующий момент Кастиэль скинул плащ, усаживаясь на колени Сэма и странно улыбаясь.
- Я не знаю, как это делается, но надеюсь, что ты мне подыграешь, - как ни в чём не бывало прошептал мужчина, проводя носом по уху Винчестера. - Мне пришлось долгое время наблюдать за этим местом, но в эти комнаты не мог попасть даже я, на потолках печати от ангелов, зайти можно только если пригласят.
- Тебя реально несё... - но Сэм не успел договорить фразу. Мужчина резко притянул его для поцелуя, и в первый же момент столкнулся с Винчестером зубами, так как целоваться не умел совершенно. Он кусался и целовался с открытыми глазами, чем всё больше подтверждал статус странного и явно безумного человека. Когда Кастиэль, наконец, отлип от губ саба, его взгляд изменился до неузнаваемости, становясь томным и жадным. Он пожирал Сэма глазами, тяжело дыша.
- Быстро ты...
В ответ Кастиэль двинул бёдрами навстречу Винчестеру, потираясь стояком о живот саба.
- Это мой первый раз. Ну... в этом теле... - "Ангел" смущённо отвёл глаза, на автомате снова подаваясь бёдрами вперёд и сильно закусывая влажную губу. Сэм не чувствовал возбуждения абсолютно и постарался уцепиться взглядом за эту делать, представляя себе совершенно другие губы, припухшие от того, на сколько часто их хозяин целуется и кусает их, сдерживаясь от стонов, когда стонать запрещают. Как эти же губы смыкаются на его головке и движутся дальше; как умелый язык медленно проходится по краю нижней, и влажные губы снова начинают двигаться по члену Сэма, на этот раз умело обводя головку языком и сжимаясь ближе к основанию.
Сэм застонал, вспоминая изумрудный блеск в глазах любовника, совершенно безумный и невероятно родной; выгибающееся навстречу тело Дина, горячее, блестящее от пота; потемневшую головку его члена, беспорядочно ищущую хоть что-нибудь кроме плавящегося воздуха, во что можно было бы толкнуться и получить долгожданную разрядку. Парень зажмурился, представляя себе всё явственней, как Дин - не Кастиэль, а именно Дин, - усаживается к нему на колени и прижимается стояком к животу, недовольно ёрзая на коленях.
- Трахни меня, Сэмми... Или подставляй свою попку... Я больше не могу терпеть...
Полу-вскрик, полу-стон, по-кошачьи выгибающийся Дин, и Сэм уже готов умолять, чтобы его трахнули, чтобы это был его любимый и никто иной.
Идиллию бурных воспоминаний нарушил хриплый голос клиента.
- Сэмми, я так долго не протяну... Что я должен делать?
Он всё ещё был с больным на голову клиентом, всё ещё был привязанным к стулу, а Ди где-то недалеко забавлялся с Брайаном, выгибаясь и постанывая именно для него.
Это не могло не вывести из себя даже всегда собранного, доброго и уравновешенного Доминанта, каким был Сэм.
- Бери и трахай, ангелочек! Встань, блять, на колени или как удобно, закинь мои ноги на свои бёдра и трахни, наконец! Не строй из себя целочку! Купил - так еби!
Винчестер был в бешенстве. Ситуация выходила просто абсурдной - сабмиссив, он же раб, требует от своего клиента и хозяина, чтобы тот его выебал, ещё и подгоняя, и говоря, как именно это нужно делать. Но Сэму было уже не до смеха.
Он натурально злился, от чего жар по его телу стал расходиться с удвоенной силой, верёвки сильнее врезались в руки и бёдра.
- Сделай уже хоть что-нибудь! - во весь голос заорал Винчестер, подаваясь всем телом вперёд и жмурясь от напряжения.
Кастиэль удивлённо посмотрел на парня, нерешительно пожимая плечами и вставая на колени между ног Винчестера.
- И угораздило же меня так попасть... - прошептал Сэм, закрывая глаза и снова стараясь вернуться в воспоминания о Дине. Кастиэль быстро разделся, какое-то время все же провозившись со штанами, и резко вошел в Сэма без предупреждения, заставляя парня выгнуться всем телом, закусывая губу.
- Тебе больно?
- Трахай уже...
Веревки все сильнее впивались в запястья, головка терлась о еще одну, перетягивающую торс. Кастиэль неумело вбивался в Сэма в полной тишине, разбавляемой только горячим дыханием обоих, и все это напоминало скорее первый секс двух неопытных мальчишек, чем сессию, где Мастер привязывал саба к стулу и изощренно доводил его до исступления.
"Ангел" кончил первым, входя в Сэма целиком и изливаясь с жалобным стоном, тут же обессилено падая на парня и зажимая между ними возбужденный член Винчестера.
- Я должен сделать что-то еще? - тихо спросил Кастиэль, немного отдышавшись после "финиша".
- Это по правилам должен спрашивать я. Ты что, правда первый раз в жизни что-то подобное делаешь?
- Я же уже говорил. В этом теле впервые, - абсолютно искренне произнес мужчина, опуская взгляд и смотря на свое тело, будто бы оно было ему совершенно незнакомо.
- Тогда... На кой черт ты сюда вообще притащился? - Сэм раздувал ноздри как озлобленная собака, поджимал губы, будто бы готовился резко открыть рот и укусить обидчика за выступающие части тела.
- Ты не веришь мне, Сэм Винчестер, зачем мне снова повторять все то, что я сказал тебе до начала... этого, - на последнем слове Кастиэль замешкался, смущенно отводя глаза.
- Есть только один способ, как можно доказать тебе все, но он только на крайний случай и может быть очень опасен для тебя.
- Интересно, чем? Ты будешь избивать меня, пока я не соглашусь с тем, что ты Ангел Господень, а Папочка является моим отцом?
- Этот Джон - не твой отец. Твой отец умер два года назад, продав душу за то, чтобы твой брат выжил после аварии, устроенной Желтоглазым демоном.
- А это еще кто? Демон пьянства? Дин напился и попал в аварию, а Джон отдал ему часть мозга или сердце? - ядовито поинтересовался Винчестер.
- Не совсем. Это демон, чья кровь течет в твоих жилах, и благодаря которой ты обладаешь сверхъестественными способностями.
- Какими же?
- У тебя бывают... бывали ведения, которые означали приближение Желтоглазого.
- Так, чувак, я начинаю путаться... Фантазия у тебя явно не хилая, одобряю, но я не хотел бы играть в подобные ролевухи. Отвяжи меня лучше, - и Сэм красноречиво заерзал на стуле, показывая свое все еще чудом держащееся возбуждение и красные полосы от веревки на животе.
- Ты не можешь мне поверить из-за того, что Она слишком хорошо продумала эту реальность, - философски изрек Кастиэль, щурясь. - В таком случае мне не остается ничего, кроме как вернуть тебе память.
- Только по лицу не бить, чувак, - уже менее уверено сказал Винчестер, вжимаясь в стул и стараясь не смотреть во вновь изменившиеся глаза "ангела".
Безумие всегда пугает, особенно, когда это безумие только что трахнуло тебя на стуле и за каким-то чертом подымается с колен, смотря на тебя своими ясными голубыми глазами, в которых ты растворяешься и не можешь остановиться.
Сэм оцепенел от напора, который резко пошел от "ангела", окатывая его, как окатывает страх или страсть. Но это было что-то другое, намного глубже и неприятнее, чем страх, намного лучше, чем страсть. Кастиэль сделал быстрое движение рукой, настолько быстрое, что единственное, что Винчестер увидел, была его рука, находящаяся перед самым его лицом, и пальцы, сложенные так, словно "ангел" хотел покрестить его. Только пальцы, тянущиеся к его лбу, и...

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:49
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
Пробуждение после виски всегда несло в себе романтический оттенок и налет из похмелья, за которым романтика практически не проглядывалась, и Дин ощутил на себе именно второе, не видя в утре ни капли романтики.
Теперь, когда он начал работать отдельно от Сэма, клиенты могли брать его на дом и возвращать хоть через пару дней, что было запрещено, когда они вдвоем (уж больно много Папочка терял, если отдавал одному клиенту сразу двух своих лучших жеребцов и барменов). Вот и сейчас Дин сладко потянулся на широкой кровати в спальне своего последнего клиента, ощущая на себе всю силу настоящего виски, которого, во преки любым обычаям, мешать с чем-либо было чистой воды богохульством. Хозяин дома возился где-то на первом этаже, уже не первое утро оставляя Дина вот так встречать рассвет.
Брайан вообще был странным человеком. Он водил Дина с собой, словно тот был его собачкой или еще каким-то домашним животным, с одной стороны гордясь тем, что тот есть у него, с другой же... Стоило им оказаться в более замкнутом пространстве вдвоем, как вся горделивость и лоск Брайана, эти ужимки и манеры большой кошки, тут же исчезали, на их месте же оставался холод, молчание и непонимание.
Было странным то, что Дина практически не использовали по назначению, скорее, нося его как аксессуар, дополнение, нежели как основную деталь костюма, центр композиции. Но жаловаться было глупо - ему платили за то, чтобы он просто сидел и стоял там, где нужно; его кормили и кормили очень хорошо; все пункты договора соблюдались, и ни одно из условий не было нарушено, а значит, цепляться было просто не за что. И все-таки это настораживало...
Сегодня Брайан должен был вернуть Дина обратно Папочке, поэтому утро началось не слишком приятно.
- Вставай.
- Уже встаю... - Дин перевернулся на спину, смотря на мужчину.
- Ты не понял, встать сию секунду, - холодно сказал Брайан, отшвыривая одеяло, которым был укрыт Дин.
- Эй, ты чего?
- Ты, кажется, должен слушаться. Встал, пошел в ванну, и чтобы через полчаса был уже у двери, понял?
- Да, сэр.
Винчестер нахмурился, пожал плечами и сполз с кровати. Теперь у этого странного парня еще и настроение изменилось, что будет дальше? Апокалипсис? Дин улыбнулся собственным мыслям и пошел в ванну.
Через полчаса он как штык стоял у двери, ожидая своего странного Хозяина. Брайан не торопился. Дин простоял у двери еще полчаса и решил обойти первый этаж, раз клиент не поторапливается. Все равно, что бы и кто не говорил, как бы кто не грозился Старшим Винчестерам, в сущности, эти люди не могли сделать с ними абсолютно ничего, и наказ Брайана о том, чтобы ждать его, относился к таким же легким угрозам, которые не имели под собой никакой основы и не несли никакого вреда.
Голос Брайана шел из гостиной и Дин пошел на звук, осторожно приоткрывая дверь.
- Черт бы вас побрал! - кричал обычно очень спокойный мужчина, с силой сжимая телефонную трубку. - Я держал его сколько мог, чтобы не вызывать подозрений, и сегодня я просто обязан буду его вернуть! Лилит просила, чтобы я был осторожен, я и веду себя до крайности осторожно! Да! Где она сама? Я должен говорить об этом с ней, Руби, а не с тобой!
Какое-то время стояла полнейшая тишина, были слышны только резкие шаги Брайана по ковру и тиканье часов, висящих рядом с дверью, за которой спрятался Дин. Винчестер, ожидая продолжения. Как он и подозревал - все это было не просто так, и Брайан был нанят специально для того, чтобы... Чтобы что? Держать его при себе какое-то неопределенное количество времени? Но зачем? Ответ прозвучал резко.
- Он у меня. Да, - голос мужчины вновь стал спокойным и отдавал практически полным подчинением по отношению к человеку, с которым Брайан говорил. - Конечно, моя Госпожа. Младший уже все знает? Кастиэль? Да. Да, Госпожа. Будем очень быстро.
По спине Дина прошли мурашки. Так вот оно в чем все дело. Сэм узнал что-то, чего не должен был знать, и теперь их обоих обязаны доставить в какое-то место или что-то с ними сделать. И, судя по недовольному и удивленному тону Брайана, Сэм уже скрылся и бежал.
"Так чего я тогда жду, черт подери?" - мысленно хмыкнул Винчестер, слыша, как Брайан подходит к бару и наливает себе выпивку. - "Что я, в конце концов, теряю? Вот именно - ничего."
Дин быстро, но как мог тихо, пересек расстояние между дверью, ведущей в гостиную, и кухней, как кошка проскользнул за дверь и оказался на заднем дворе. Терять было действительно нечего, и Дин направился прямиком к шикарному джипу Брайана, стоявшему в открытом гараже рядом с домом.
- Раз уж сбежала даже принцесса, значит могу и я! Пошло оно все и гори адским пламенем, - с искренней улыбкой сказал Дин, заводя машину и сжимая руль.

Ехалось на удивление легло. Так всегда бывает, когда у тебя нет конкретной цели, и тебе нужно просто выгнать из себя и машины весь дух, выжимая максимальную скорость. Хотя максимальная скорость - не обязательный атрибут, пусть и приятный.
Дину не нужна громкая музыка и вжатая в пол до упора педаль газа. Ему не нужен пафос и мелочи, из которых состояла бы полная картина стандартного побега с погоней. Он осторожен, и не в его интересах получить пулю в затылок, когда эти уроды найдут его по огромному чёрному джипу Брайана.
То, что бар привлекал совершенно разную клиентуру, было логичным, но то, что по местным окружным шоссе мимо кукурузы и ферм будет рассекать джип, одинокий и неприкаянный, вызвало бы подозрение у любого человека, даже распоследнего фермера, который, наверняка, первым начал палить из ружья.
Винчестер сменил машину в соседнем городе, чтобы затем снова вернуться в богом забытый "город грехов". Он вполне мог умотать и так, просто пересечь на джипе несколько штатов, и так был бы уже никому не известным простым парнем без прошлого и каких-либо ложных ожиданий от будущего. Но Дин был умным сукиным сыном и прекрасно понимал, что без своих накоплений и Сэма он никуда не поедет.
Почему не поедет без Сэма? Да хотя бы потому, что сработался с этой занозой в заднице, и именно из-за этой занозы они оба попали.
И угораздило же этого маменькиного мальчика ввязаться во что-то, что было совершенно явно связано с грязными делами Папочки и его ещё более опасным и глубоким бизнесом! И чёрт бы побрал его за такие выходки, этого Сэма!
Дин догадывался, что их номер - первое место, куда заглянет Джон и его свита, и был прав.
Перед их номером стояло несколько таких же джипов как у Брайна, безликих от собственной идентичности. Винчестер объехал мотель и припарковался на соседней улице, выжидая момента, когда хотя бы половина этих махин скроется за мотелем.
Ждать пришлось прилично - люди в костюмах по очереди сменялись, стояли охранной на дверях и окнах и уходить явно не собирались.
Наконец где-то к полудню машин убавилось в половину, и Дин понял - либо сейчас, либо никогда.
Вырубить двоих у двери было не сложно, даже подняло дух и заставило вспомнить тренировки с Джоном, когда тот устроил им мастер-класс по самозащите и обороне в случае проблем с клиентами или местными властями. С теми тремя, которые расположились в их номере и рылись в вещах было сложнее - один вообще походил на отставного реслера и внушал уважение и страх одними только габаритами. Разобравшись и с ним, Дин принялся быстро собирать вещи, кидая их в сумку и доставая все заначки, которые только помнил из их совместных с Сэмом сбережений.
Сумка вышла достаточно приличного размера, пусть и собиралась в предельно короткие сроки. Дин уже было собрался быстро сматываться из номера, когда за его спиной послышались шаги, начавшиеся, как не странно, с середины комнаты, а не от двери.
"Неужели так быстро очнулись?" - удивленно подумал Дин, осторожно оборачиваясь и округляя глаза от удивления.
Посередине комнаты стояли Сэм и до невозможного знакомый мужчина в длинном кремовом плаще, смотрящий на него чуть склонив голову на бок.
- Привет, Дин, - сказал мужчина хрипловатым, до боли знакомым голосом.
- Чуваки... Вы как тут оказались? Сэм, дружище, что ты такого сделал, что нас теперь преследуют?
- Я узнал правду, Дин. И тебе надо.
- Вот уж нет, спасибо! - Винчестер выставил вперед обе руки, будто бы создавая перед собой барьер. - Во что бы ты так не ввязался, Сэмми, я к этому отношения не имею!
- Имеешь. Непосредственное.
- И какое же? Что, я снова должен прикрывать твою задницу?
- Обычно этим занимаюсь я, - коротко хмыкнул Сэм. - Дин, у нас нет времени стоять и чесать языками! Можешь оставить сумку, она нам не понадобится.
- Знаешь... Мне это все очень и очень не нравится, чувак, - заключил Дин, мотая головой и ставя сумку на пол. - И кто, черт возьми, ты, мужик?
- Я? - с почти детским удивлением спросил мужчина в плаще. - Я Ангел Господень...
- Это Кастиэль, и сейчас это не важно.
Сэм сделал несколько широких шагов в сторону Дина и бесцеремонно схватился за его запястье, притягивая к себе и приобнимая.
- Помни о контракте, Дин. Ты должен мне подчиняться.
- Иди к черту, Сэм! Я ничего никому не должен! Я теперь свободный человек.
- Нет.
- Какого черта?
- Потому что у меня на руках официальный документ, в котором значится, что ты принадлежишь мне. И сейчас я приказываю тебе, Дин. Ты идешь с нами и должен узнать правду.
- Иначе что? - выпятив нижнюю губу, фыркнул Дин.
- Иначе я потащу тебя силой, и после ты получишь по первое число от меня и собственной совести, - Сэм прошептал это напарнику в губы, коротко лизнув, чем вызвал у Дина резкий, непроизвольный выдох.
- Это глупо, Сэмми.
- У нас нет времени на обсуждения, Дин. Кастиэль!
Мужчина кивнул, подходя к ним обоим и касаясь их лбов руками.
Последнее, что подумал Дин, было едкими комментариями на весьма странный жест, после чего он испытал сильнейший шок. На миг ему показалось, что его сжали до невероятно маленьких размеров, от чего все вокруг стало огромным и действовало на него с куда большей силой. Прикосновение Кастиэля к его лбу было теперь не простым прикосновением - именно оно сжимало его, уменьшало. Можно было подумать, что Дин взлетел на самолете, так резко сжалось все внутри, так же резко опускаясь, так, что показалось, будто сердце на самом деле ушло куда-то в пятки и с силой начало биться, осваиваясь в новой среде обитания.
Но все было бы простым действием наркотика или удара, если бы в следующий момент Дин, Сэм и Кастиэль не стояли уже в совершенно незнакомом месте, в том же положении, в котором были в их номере.
- Что ты сейчас сделал? - быстро отступая, спросил Дин, чувствуя как колени подгибаются и голова начинает кружиться с чудовищной силой.
- Мы перелетели, - будничным голосом сообщил "ангел".
- Под каким наркотиком вы оба и что вкачали мне?
- Я тоже думал, что это какой-то наркотик, Дин. Но это не так. Кастиэль поможет тебе понять, что то, где мы находимся, - не наша реальность.
- Сэмми, ты что, вступил в какую-то секту? И как, черт возьми, это связанно с Папочкой?!
- Ты все поймешь, Дин. Только не противься ему, - Сэм сейчас был абсолютно не похож на себя нормального, которого знал Дин уже столько лет. Это был мужчина, серьезный и вдумчивый молодой человек, с немного вымученным взглядом, в котором просматривалась надежда и вера. Сэм был совершенно уверен в том, что говорил. Его глаза не были мутными или покрытыми пеленой, какими бывают глаза после принятия наркотика. Он был трезв, здравомыслящ и полностью уверен.
- Сэм, не надо, давай я просто с вами соглашусь, и мы побыстрее свалим из этого города, чтобы Джон нас не убил ненароком, - с мольбой в глазах попросил Дин, пользуясь техникой, которую обычно использовал сам Сэм, чем он.
- Ты все сам поймешь, когда почувствуешь, и память к тебе вернется, Дин. Обещаю.
Сэм улыбнулся, наклоняясь к напарнику и с какой-то сверхъестественной осторожностью целуя его в губы.
- Я люблю тебя, Дин... - прошептал парень, закрывая глаза и отступая обратно. - До встречи в нашей реальности.

Первый кадр был затертым и явно прокручивался уже не первую сотню раз. Изображение отображалось где-то внутри сетчатки, и Дин просто не мог остановить происходящее.
Первые кадры были самыми болезненными - в его руках маленький сверток, внутри него кричит что-то маленькое, живое, родное... Он выбегает из дома и оборачивается, но ничего не видит - его прикрывают от дома, взрослый и большой человек закрывает их со свертком своим телом, слышится звук разбивающегося стекла и чего-то еще, похожего на крик, но явно не человеческого происхождения. Это страшно, но Дин может только сжимать в руках теплого и маленького брата (он точно знает, что это что-то родное и близкое намного ближе, чем отец или мать, и именно «брат» кажется ему наиболее логичным и правильным понятием).
Следующий кадр резко перекрывает первый. В нем уже не было дома, и Дин был старше. Он и кто-то находились в мотельном номере, классически обставленном дешевыми настольными лампами, с выцветшими обоями и двумя широкими кроватями. Этот кто-то сидит к нему спиной, и Дин пытается что-то доказать ему, подсаживаясь на кровать парня (в этом Дин был уверен точно) и осторожно касаясь его плеча. Парень резко обернулся, и Дина, того, уже взрослого Дина внутри его маленькой проекции, словно поразило молнией - это был Сэм, гораздо младше, но это, черт возьми, был Сэм.
Маленький Сэм говорил с жаром и сильно хмурился. Дин напрягся, стараясь разобрать, что именно говорит его маленький напарник.
- Дин, как он мог? Мы ведь семья! И это ведь семейный праздник!
- Сэмми, он просто работает. Я же говорил тебе, у него сложная работа, и на нее уходит много времени, понимаешь? К тому же... Сэмми, у тебя есть я.
- Да, мой злобный старший брат, - широко улыбнулся Сэм, хлопая Дина по руке на собственном плече.
- Вот именно! Чувствуешь связь? - маленький Дин подмигнул, улыбаясь в ответ и тая вместе с воспоминанием. Взрослый Дин, будь он сейчас в своем теле, налил бы себе побольше виски и осушил залпом, стараясь не думать о том, что сейчас увидел. Но это было просто невозможно, и кадр сменился сам.
На этот раз это была машина, несущаяся на большой скорости по окружному шоссе. Машина была просто мечта - Шиврале Импала шестьдесят седьмого года выпуска, черная, блестящая в свете резких фонарей трассы. Дин готов был пускать слюни на такую детку, если бы увидел ее при других обстоятельствах.
- Дин ранен, и нам сейчас не до этого, Сэм!
- Отец, у нас еще есть возможность догнать его! У нас есть кольт, есть одна пуля и...
Кадр резко разорвало, Дина будто бы с силой мотнуло в сторону, и он потерял сознание.
Пробуждение было столь же резким. Его обдало жаром, и вот они с Сэмом уже стояли перед телом Джона Винчестера.
- Черт, отец, как ты мог... Мы столько сделали, столько могли еще сделать, стольких людей спасти, когда теперь мы были все вместе, снова стали семьей...
- Тише, Сэмми. Тише.
Тот Дин сам еле сдерживался от слез и вопросов. Его снова обдало жаром, и вот тело отца, Джона, мать его перемать, Винчестера, уже захватил огонь, очищая от мирского и унося его дух в священную Вальхалу или какое-то другое место, где покоятся духи настоящих героев.
Кадры начали сменять друг друга все быстрее, каждый из них отпечатывался в памяти Дина, открывая ему все больше, и чем дальше - тем страшнее это становилось. Он вспомнил, откуда знал Кастиэля, когда воспоминания унесли его глубоко под землю.
Он висел на крюках, крича имя брата и умоляя не продолжать это с ним, уйти, предлагая сделать все,что угодно. Именно в этот момент он впервые увидел свет. Это было незатейливое свечение откуда-то из глубин Тартара, которое предупреждало его. Но несмотря на предупреждение, Дин ослушался. Он сам взял инструменты, сам начал терзать бесчисленное количество душ, которые все появлялись и появлялись перед ним, новые, целые, в слезах умоляя его прекратить. Дин хотел побыстрее пролистать эти кадры, но ангел явно издевался над ним, держа пытки и воспоминания о сорока годах в аду дольше всего.
Наконец его выбросило наружу, взмокшего, до чертиков напряженного и нервного, с распахнутыми от ужаса и удивления глазами.
- Дин? - осторожно спросил Сэм, который держал Винчестера за плечи, встряхивая.
- Сэмми... это... это было...
- Добро пожаловать в нашу реальность, Дин, - Сэм немного виновато улыбнулся и быстро притянул его, обнимая и похлопывая по спине. - Теперь все, наконец-то, так, как и должно быть!

Шок был непередаваемым.
Дин распахнул глаза, так же резко втягивая воздух через стиснутые зубы. В голове всё ещё мелькали картинки, такие живые и реальные, словно он сам был там, и всё это было не так давно, может, происходило только вчера или, даже, сегодня.
Сэм стоял над ним, смотря в глаза незнакомым старому Дину взглядом. В этот момент он очень остро ощущал то, что находится сразу в двух реальностях - в той, где он Винчестер по роду профессии, и в той, где его профессия является только дополнением к фамилии. Где Винчестер - именно фамилия, его характеристика, сразу показывающая, кто он есть, даже если с ним не знакомы лично. И эта новая реальность била по нему сильнее всего.
Что значит "охотник"? Как понимать то, что они с Сэмом на самом деле братья? В таком случае они даже большие грешники, чем Дин только мог себе представить. Они трахают друг друга уже много лет, которые прошли в этом мире, Сэм любит его и любит отнюдь не так, как может любить младший братишка.
Поверить в подобное было чистым безумием, но, чёрт... Это было невероятно правдоподобно, объясняло многое: его существо, строение его личности, характер, ужимки, привычки, рассуждения. Он был уверен, что тот Дин, который является охотником, был настолько же параноидальным шизофреником, эгоцентриком, самовлюблённым и уверенным в себе человеком.
- Дин? - снова спросил Сэм, поглаживая брата по плечам.
- Погоди, Сэм, что-то не так, - остановил Винчестера Кастиэль, от чего Сэм тут же отступил назад, сильно хмурясь.
- Кажется, он застрял.
- Где я застрял? - низким голосом спросил мужчина, с какой-то не присущей его старому образу резкостью смотря на ангела.
- Между реальностями. Что-то не так... - Кастиэль осёкся, где-то за стенами помещения послышался лай собак. - Они уже здесь. И она тоже.
- Лилит? - Сэм произнёс это имя с ненавистью, морщась, словно слово было едким и кислым как неразбавленный уксус.
- Да, она с ними. Она не собирается отпускать вас так легко и без боя.
- Значит мы будем бороться! - резко сказал парень, в его жестах проглядывался одновременно и страх, и готовность к действиям, словно допамин и адреналин внутри него резко столкнулись где-то в районе мозга, подавая множество импульсов одновременно.
- Нет, не будем. Теперь, когда вы готовы, я смогу вернуть вас обратно.
- А у меня вы ничего спросить не хотите? - подал голос Дин, отталкиваясь от стены, к которой прислонился, стараясь не потерять равновесие от сильного головокружения.
Кастиэль флегматично окинул Дина взглядом.
- Ты не понимаешь, Дин? Ты не можешь решать сейчас. Ты не тот Дин, которого я знаю. Ты больше здешний, и этот Дин мало что знает о том, какие у нас планы и кем мы вообще являемся. Ты не веришь в то, что есть наша правда, жизнь, наша реальность.
- Я и не простушка из сказки, которая может поверить в чудо, стоит ей только сказать, что оно может произойти с ней.
- Именно поэтому решать будем мы с Кастиэлем! Ты не работопригоден до полного восстановления.
Внутри Дина что-то оборвалось, переключился какой-то неведомый рубильник и он внезапно на все сто процентов почувствовал себя Дином Винчестером, потерявшим всю семью, кроме своего надоедливого братца, с которым должен вместе охотиться на всякую нечисть.
- А мне плевать, какие у вас там планы, Сэм! Это дело касается нас всех, значит, я обладаю таким же правом, если не большим, решать, что нам делать дальше. И я считаю, что Кас прав! Нехер торчать здесь и ждать, пока Лилит достанет нас. Нужно сматываться и срочно, и я говорю об этом уже давно!
Сэм удивлённо посмотрел на брата.
- Дин? Чёрт, это ведь точно был ты.
- Это всегда я, Сэмми. В той или иной степени знакомый тебе, но всегда Дин.
В следующий момент Дину показалось, что он ослеп, как-то неожиданно и нелепо, словно ему резко и безболезненно выкололи глаза. Послышался приглушённый крик Сэма и спокойный голос Кастиэля, не поменявшего тона даже в такой ситуации.
"В какой ситуации?" - подумал Дин, понимая, что если бы он ослеп, этого никто не заметил. Но голос Сэма давал понять, что "это" происходит не только с ним.
- Что случилось? - резко ощущалась паника и растерянность в голосе младшего брата - он недоумевал точно так же, как и Дин.
- Это Лилит. Постарайтесь найти друг друга, желательно, как можно тише - кажется, она привела адских псов. Пока они вас не нашли, бояться нечего.
От словосочетания "адские псы" все органы внутри у Дина разом сжались, будто бы стараясь уйти от опасности, что вызвало у Винчестера приступ паники. Адские псы... Если та, вторая, реальность и есть Реальность "с большой буквы", тогда Дин был абсолютно прав в самом начале - им нужно сматываться и немедленно.
Слова об адских псах заставили Сэма подать голос. Он не говорил, а скорее выдавал полный набор ругательств, которые только приходили ему на ум, чем заслужил от брата мысленное уважение к багажу знаний.
"Хотя бы голос не такой загнанный!" - с усмешкой подумал Дин, начиная шарить руками вокруг себя и вспоминая, где именно стоял Сэм. И ведь чёрт бы побрал его дурацкую привычку держать с Сэмми дистанцию! Если они больше не в этой демонской реальности, значит, нужно срочно переучиваться, иначе на охоте по одиночке им явно не выжить.
Охота... При мысли о том, что охота реальна, "старого" Дина внутри "нового" передёрнуло. Охота. На демонов. Как же...
"Нет. Лучше сейчас верить в охоту, семейный бизнес и спасение людей, чем просто осознавать, что тебя может порвать на части существо, которое ты, возможно, даже не увидишь, если только Лилит в голову не придёт идея позабавиться."
- Сэм... - тихо сказал Дин, продолжая шарить руками в надежде обнаружить брата и поскорее свалить.
- Я здесь, - голос был явно не Сэма, и Дин попытался отдёрнуть руку, но было поздно. Джон Винчестер отличался хорошей реакцией, хваткой и своим фирменным рукопожатием, поэтому даже вновь восстановившиеся инстинкты Дина не смогли ему помочь. "С Папочкой бороться бесполезно..."

Свет зажёгся так же резко, как и погас, но на этот раз комната не была пуста. Перед Дином и Сэмом предстал весь персонал бара "У Винчестера", который теперь являлся им в совсем других красках: папа Джон и правда оказался их отцом; Эллейн и Джо - вдовой и дочерью охотника, содержащими настоящий "Дом у дороги". При виде Гордона Сэм тихо зашипел, морщась - эта сволочь хорошо подпортила им жизнь пару лет назад. Чуть в отдалении стоял Бобби Сингер со своим классическим брезгливым выражением лица.
- Здравствуйте, мальчики.
Из-за Джона вышла та самая Мэри, и братья разом сглотнули, неотрывно смотря на женщину в белой ночной рубашке.
- Так ты та самая Лилит? – не удержался Дин.
- Может, я, а может, и не я... Вам придётся убить здесь всех, чтобы точно узнать это.
Мэри улыбнулась и поцеловала Джона в щёку.
- Поймайте нас, если сможете сделать это до того, как я выпущу своих мальчиков, Винчестеры.
Где-то за стенами помещения снова послышалось рычание и глухой лай. Псы были совсем близко, и Дину показалось, что он буквально кожей ощущает их присутствие и зловонное дыхание собачьих пастей.
- Тише, мои сладкие. Пока не время, - блеснула зубами Мэри, приобнимая Джона за плечи. - Правда, дорогой?
- Да, дорогая, ты права. Сначала я хочу посмотреть, как Динни справится с подобной сессией.
Послышался лязг цепей, и из темноты слева от братьев вышел тот, чьё истинное лицо Дин предпочёл бы не вспоминать никогда.
- О, здравствуй, Дин. Как ты поживаешь? Всё так же мучаешься, несчастный? Ты же видел во сне множество раз, даже в этой реальности, как я учу тебя быть послушным. Помнишь наши беседы, Дин? Ты столько всего узнал от меня и даже не отблагодарил за столь ценную информацию, сукин выродок!
- Спасибо, Аластор, и вали-ка ты обратно в ад, тварь! - Дин попытался кинуться вперёд, но Кастиэль и Сэм крепко держали его плечи.
- Мне и здесь хорошо, Дин! Одно удовольствие было наблюдать за тем, как ты отдаёшься пороку, которому я тебя обучил. Можно сказать, что в каком-то смысле ты мой сын, Дин, моё порождение! – Аластор рассмеялся тихим, скрипучим смехом, хрустя тонкими длинными пальцами. - Ну что, хотите посмеяться, мальчики?
Он размял плечи и снова усмехнулся, но на этот раз его улыбка напоминала немного другую, более родную и добрую. Сэма передёрнуло от одной только мысли об этом, но, к сожалению, он оказался прав.
Лицо и тело демона стали меняться, приобретая всевозможные формы и черты, пока, наконец, перед братьями не предстала Джессика Мур в том самом белом платье с большими чёрными пуговицами, в котором Винчестеры видели её в последний раз.
- Твою ж мать... - прошептал Сэм, понимая, на сколько же большую ошибку он совершил, сам того не подозревая.
- Не надо нашу мать, малыш. Давай-ка лучше вашего отца или мать!
И с этими словами Джессика метнула руку в сторону Мэри. Вслед за её рукой полетело несколько тяжёлых цепей, все они заканчивались тройными крюками, которые впились в кожу Мэри.
- Вы не можете знать, демон она, или мы воскресили её и заставили работать на себя. И это просто восхитительно, не правда ли, Дин?
Дин тихо зарычал в ответ, неотрывно смотря на ту, которая могла действительно оказаться его матерью.
- Прекрати это!
- А почему я должен, Динни? Тебе я ничего не должен, это точно, а вот ты мой должник, и я требую свой долг обратно!
Аластор снова раскинул руки, и тело Мэри поднялось на крюках, растягиваемое цепями. Сэм тихо всхлипнул, не в силах пошевелиться или даже вступить с демоном в спор за Дина. Из двух братьев он меньше всего знал мать, если такое знание вообще считается, ведь он был слишком мал, чтобы помнить её. И сейчас ему было невероятно больно смотреть на то, как тело женщины, которая родила его, растягивают над полом, подвесив на крюках, как в нечеловеческой муке искажается её прекрасное лицо... Он готов был кричать, но крик ничего бы не дал, только усугубил состояние женщины, его матери, если в этом теле осталось хоть немного её души.
- Успокойся, Сэмми, это демон, не думай о нём, не смотри, это моя разборка, - чётко и резко отчеканивал Дин практически деревянным голосом, с ненавистью смотря на Аластора в образе симпатичной блондинки-чертовки.
- Дин.
От этого голоса и собственного имени Винчестер вздрогнул, оборачиваясь.
- Чего тебе, Кас? Надеюсь, что ты хочешь сообщить что-то важное.
- Это не ваша разборка. Нам нужно быстрее уходить.
- Но ты же сам сказал, что нам нужно уничтожить Лилит! – прорычал Винчестер. - Это наша мать, жопа ты бессердечная!
- Это не ваша мать, Дин. И если ты хочешь узнать, кто из них Лилит - просто присмотрись. Вот только это не отменяет того, что нам нужно, как ты выразился, "сваливать отсюда".
Послышался короткий смешок. Дин повернулся обратно на звук, понимая, что это явно был голос его матери.
- Вы такие забавные, детишки! Не зря о вас столько говорят. Вы действительно стоите того, чтобы вас встретить!
И женщина на крюках зашлась долгим, злобным смехом, смотря на братьев иссиня-чёрными глазами.
- Она не наша мать! - не задумываясь, выдал Сэм. - Никто из них не тот, за кого себя выдаёт! Они демоны, Дин, ты прав. Просто присмотрись! Они даже не скрывают своих обличий!
Старший Винчестер нахмурился, стараясь разглядеть в лицах, безумно знакомых и родных лицах, хоть что-то, но не мог совершенно. Они оставались теми же родными до отвращения лицами друзей и потерянных членов семьи.
- Джон! Посмотри на Папочку! - крикнул Сэм.
Дин перевёл взгляд на Джона Винчестера, стоявшего позади остальных. Его лицо стало абсолютно неузнаваемым - щетина, хмурый, самый знакомый из всех в мире, взгляд, лёгкая усмешка - всё это исчезло. В лице не было ничего человеческого или напоминающего человека. Единственное, что осталось от человека, это была оболочка Винчестера и огромные, белые глаза, которые блестели при тусклом свете одинокой лампы, и гипнотизировали, словно затягивая в себя всех и вся в комнате. Глаза были довольными, и будь у существа рот, он наверняка бы скривился в злобной ухмылке.
- Лилит...
- Да, парни, я та самая Лилит. Правда, было сложно догадаться? А подсматривать не честно, ангелочек. Взять их!
- Эм... Кас... Я думаю, что сейчас самое время валить!
Ангел мгновенно оказался рядом, касаясь лбом обоих Винчестеров и снова забирая их в тягучую тьму и неизвестность.

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:50
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение
Воспоминания были чёткими и яркими – чёрные стены, такой же пол со свежими белёсыми разводами, которых к завтрашнему дню уже не будет.
Дин не помнил, чтобы хоть раз видел в подвальных коридорах и задних комнатах уборщиков или чистильщиков. Но каждый раз, к каждой следующей сессии комнаты для «взрослых игр» за баром снова были чистыми, как и в самый первый день, когда двое Винчестеров вошли в их новую комнату, понимая, что теперь это место будет их постоянной средой обитания, в последствие ставшее их воздухом, жизнью, их настоящей сущностью.
Воспоминания были такими же свежими и настоящими, как белёсые капли диновой спермы на ковре у него под ногами.
Он не помнил, когда именно это было. Воспоминания обеих реальностей смешались в его голове, являя собой набор слайдов без времени и ассоциаций. Это была простая сессия в череде таких же, отличавшаяся от другой только новым лицом очередного заказчика.
Сегодня это был Фред, а может, Роберт, Мэттью, Эдвард, Джон, Малькольм… Имена не имели значения, как, в принципе, и профессия. Он мог быть директором фирмы, менеджером, да хоть священником. Когда троица из Винчестеров и клиента переступала порог комнаты, обитой чёрным, имена, статусы, положение в обществе переставали иметь смысл, если их не хотел подчеркнуть сам клиент. Границы тоже стирались, и оставалось только несколько правил. Всё остальное становилось дозволенным, и любая, даже самая психованная фантазия, становилась нормой «здесь и сейчас».

«Не называть Дина деткой».
«Не называть Сэма малышом».
«Оповещать о своих предпочтениях заранее».
«Сэма и Дина можно брать только вдвоём».


Остальное оставалось за пределами помещения и имело значение только для Папочки.
Каждый клиент был тем или иным образом связан с его делами и важен для Джона, каждая должность несла в себе определённую выгоду для его бизнеса. Директора приводили директоров, менеджеры – менеджеров, а главари банд советовали бар другим, таким же важным людям из числа их союзников, и система Папочки разрасталась изо дня в день, поглощая всё больше и имея всё более стОящие связи среди высших слоёв. Начальники полиции, офицеры, мэры городов, разве что только Президент Соединённых Штатов не значился в «элитарном списке» бара «У Винчестера».
Дин никогда не вдавался в подробности этой системы, да для них с Сэмом она была и не особо важна. Всё, что он должен был делать, это подставляться, приклоняться и быть послушным сабом элиты. Настоящей шлюхой общества, искоренителем прогнившей нравственности и морали.
Воспоминания разом проявляли в голове все слайды «старой» реальности и давали на передний план общую картину.
Дин был шлюхой.
Не в общепринятом смысле, нет, в намного более худшем.
Он был олицетворением порока, греха, грязи, если хотите. Он был Дином Винчестером, и это словосочетание моментально давало ему полнейшую характеристику.
Он был отречённым ангелом, потерянным для общества отшельником из-за собственного эгоизма и замкнутости. Он просто был, и одно только это позволяло судить о его состоянии.
Он умер давным-давно.
Нет, не тогда, когда адские псы порвали его на кусочки, обглодав до костей.
Он умер морально, как личность, много-много лет назад и, возможно, даже не заметил этого, в какое-то утро просыпаясь в мотельном номере обеих реальностей и понимая, что внутри него образовалась чёрная дыра, и теперь он абсолютно пуст.
Возможно, именно в этот день началась эра «того-самого-винчестера», которого, в последствие, знали именно таким. Но сейчас это не имело никакого веса. Он просто существовал, бесцельно и пусто, но ему этого было вполне достаточно.
Каждое его утро, где бы он ни просыпался, начиналось с ритуалов, по которым тот же Сэм точно видел – перед ним Дин.
Быстрое бритьё, душ, тайно выкуренная сигарета, если Сэм ещё спал. За этим шёл завтрак, в разных местах разный, но в общем виде – какая-то стряпня, чтобы не обращать в течение дня внимания на недовольное бурчание желудка. После завтрака начиналась работа, которая раньше, может, и приносила удовольствие, но теперь точно была обычным расписанием каждого дня.
Дин видел, что сам Сэм всегда, несмотря на свою педантичность, менял последовательности ежеутренних ритуалов, но это был Сэм. Ему было можно. Почему того же нельзя было Дину, он не знал и сам.

Теперь каждое утро разбавляли новые кошмары и новые отходники от этих кошмаров. Он просыпался как в бреду, часто дыша и смотря в потолок. Внутри пульсировала дыра, и казалось, что сердца уже давно нет, оно насквозь пронизано этой тьмой, которая медленно питается от него, разгоняя по венам чистую агонию.
Каждое утро было новым адом. И новый ад заставлял Дина задуматься – а нужна ли ему такая реальность? Что в ней такого?
Сэм вливался быстро. Сэм вообще быстрее принял всё, и теперь «старый» Дин не мог узнать в нём своего напарника по сессиям. Это был уже не тот Сэмми, которого бесит слово «малыш», но которого так нелегко вывести в пределах чёрных комнат. Это был Сэм. Коротко и ясно. Человек, который ради спасения брата начал пить кровь демонши и который целенаправленно ищет Лилит, чтобы не дать Люциферу выбраться из ада.
Дин не узнавал его, и это ещё сильнее тянуло его назад.

No Turning Back…

У него никогда не было дома, но сейчас Дин рвался именно домой.
Что являлось для него домом, и где он находился, Винчестер не мог знать при всём желании. Единственное, что он знал точно, сейчас ему было совершенно наплевать, что Лилит вот-вот откроет новую печать, которая приблизит Апокалипсис ещё на один чёртов день.

No Turning Back…

Ему хотелось домой. Хотелось так же, как в детстве хотелось снова увидеть свою мать. Но всё это было невозможно. У него больше не было ни дома, ни матери, и было это давно. Настолько давно, что казалось совершенно другой жизнью.

No Turning Back…

Каждое утро он просыпался с мыслью о том, что путей назад нет и не будет.
Он не может воскресить, возродить из пепла то, что уже столько лет является исключительно его воспоминаниями. Да и нужно ли ему это? Ведь воспоминания на то и воспоминания, чтобы оставаться с человеком навсегда, как бы не сложилась его судьба, а их возрождение только сильнее даст понять, насколько же эти воспоминания прекрасны, и что было – того не вернуть.

No Turning Back…

Назад путей нет. И выхода тоже нет.
Жизни нет. Смерти нет. Любви нет.
Весь мир – фарс. Всё существование – пустое.
Дин изо дня в день повторял себе это, по ночам стараясь прогонять мысли хорошим виски, купленным на деньги из совершенно другой жизни охотника. Деньги остались в его машине (этой шикарной Шиви, которую он так хотел в другой жизни) и ждали их по возращении из демонического мира.

No Turning Back…

Каждую ночь Дин вырезал эти слова у себя на предплечье, заливая раковину кровью.
Он не мог спать. Он просто не мог. Как признался в своё время Сэм – он был просто выжат. Выжат основательно, и теперь у него не хватало сил даже на существование.

No Turning Back…

И их пути с Сэмом расходились кардинально – он был настоящим охотником, не то, что его брат, всю жизнь изображавший собственного отца. Нет. Сэм был Охотником. И как не было бы больно признавать это – он был охотником с большой буквы, самым настоящим. Гордость и эгоизм пытались переубедить Дина, но он знал это намного лучше любых чувств и ощущений. Это знал его разум, этим дышало его тело. Сэм был здесь, Дин… Дина не было нигде.

Пути назад нет…


В первую же неделю братьям позвонил Бобби. Сингер долго метался молниями на то, как безрассудно поступили Винчестеры, поехав на прошлую охоту, оказавшуюся ловушкой.
- Я говорил сидеть и ждать меня!
- Тебя дождёшься, - едко прокомментировал крики Бобби Дин, тут же получая от Сэма недовольный, осуждающий взгляд.
- Я всё слышал, мальчик. И теперь я за вами обоими буду следить в два раза пристальней!
Сэм невольно улыбнулся. Сингер, он и в демонской реальности Сингер – воспоминания об обоих Бобби заставляли удивиться и улыбнуться, как точно был просчитал характер вечного «злого полицейского» и «папочки», которым обладал охотник.
- Бобби, не заставляй паранойю Дина развиваться в геометрической прогрессии, ему это не очень полезно, - фыркнул в трубку младший Винчестер, на этот раз ловя осуждающий взгляд от старшего брата.
- Ладно, парни. Шутки шутками, а без вас двоих у нас много событий. Лилит занялась вами так основательно, что Апокалипсис отложился на приличный срок, и стоило вам вернуться, как работёнки сразу же прибавилось. По всей стране пошли знамения. Лилит явно не довольна тем, то вы вышли из-под её опеки.
- Ещё бы! – хмыкнул Дин.
- Не ёрничай, сынок. Проблем прибавилось. В каждом штате замечена демоническая и сверхъестественная активность. Куда не глянь – работы хоть лопатой греби. Вы сейчас всё ещё в Конкрите, штат Вашингтон?
- Да, всё ещё здесь, нужно было оклематься после всего произошедшего.
- Понимаю, - достаточно тихо и задумчиво сказал охотник, вздыхая. Не уж-то сочувствует?
Сэм тихо хмыкнул.
- Есть что-то рядом с нами?
- Кто-то из наших поехал туда и не вернулся. Последний раз слышал, что там объявилась сирена или что-то вроде неё. Активность очень сильная – в городе объявили тревогу, комендантский час, люди боятся выходить из домов. Власти, конечно же, грешат на маньяка, уже есть подозреваемые, но по почерку явно видно, что сирена.
- Хорошо. Тогда мы выезжаем, как прибудем на место и опросим всех – сразу же позвоним тебе отчитываться, папочка.
- Идите вы уже… на охоту, парни! Засиделись! – недовольно пробурчал Сингер. – Жду звонка, блудные дети.

Быть в дороге после стольких «лет», проведённых в одном городе, просиженных в одном баре, было очень странно.
Ветер свистел в машине, громкая музыка вылетала вместе с каждым новым порывом ветра, отчего начинало казаться, что музыка звучала везде, а не только из салона.
Дин выжимал педаль газа, смотря точно на бесконечную дорогу впереди. Было невероятно приятно снова сидеть в любимой машине и ехать, зная цель и готовясь к очередному бою с очередной тварью. Но удовольствие от этого, обычно граничащее в нём с ощущением эйфории и близкое к оргазму, сейчас было притуплено до животного желания скорости и адреналина.
Охотник давно перестал понимать, чего хотел на самом деле. Он жил на инстинктах, на мимолётных желаниях, на удовольствии и боли. Теперь же смысл потерялся окончательно.
В чём был смысл его существования? В том, чтобы гнать по стране и убивать монстров? А кто сказал, что это его призвание? Кто сказал, что он, мать его так, чёртов охотник?
Сэм рядом с ним точно не знал ответов на эти вопросы. Он жил этой охотой, он жил здесь и сейчас, сегодня, в погоде, в охоте, в воспоминаниях о несуществующей жизни и без бесконечных поисков. Он, чёрт бы его побрал, просто жил. И Дин завидовал ему. Чёрной-чёрной завистью. Потому что ему не нужно было думать. Он делал. Он сам был чистым действием. Он был Охотником.

Мы идём по улице. Просто идём. Собственно, что в этом такого?
Обычная улица, полностью покрытая снегом. С неба продолжают падать такие же снежинки, ложась новым слоем поверх старого. А мы просто идём без цели, даже не обращая внимания на всё то, что нас окружает.
Я подмечаю детали.
Вот на соседней улице снова проехала машина «скорой помощи». В такую погоду, наверное, очень много вызовов «скорой». Гололёд, скрытый под снегом, не способствует нормальному передвижению по городу. Правда, это глупо, вот так упасть на улице и очнуться после только в больнице?
Тебе всё равно.
Ты идёшь рядом и смотришь только себе под ноги, ступая по чужим следам, чтобы не стать жертвой «скорой» или «неотложки». В принципе, это правильный подход. Но то, с какой педантичностью ты это делаешь, просто убивает.
Я такой же педант. Я тоже до безумия осторожен, особенно когда постоянно вижу, как падают другие. Но твоя… как бы её лучше назвать… консервативность в каждом движении заставляет невольно задуматься о твоей вменяемости. Хотя мы знакомы уже столько лет, и, конечно, я знаю, что ты – вполне вменяемый человек. Но всё же…

Ты всегда и всё воспринимаешь слишком серьёзно. Будь то банальное «последи, пока отойду» или те же шаги по заледеневшему асфальту. Ты мог бы быть самым чётким бухгалтером в мире. Твои цифры в учёте и итоговых отчётах всегда бы сходились, даже если это в принципе не возможно. Но ты никогда им не станешь.
Не имеет значения насколько ты повёрнут на правильности. Твой характер не даст тебе стать офисным работником. Ты будешь опаздывать на работу, несмотря на то, что встал сегодня вовремя и просто стоял за дверью, не решаясь войти. Ты никогда не станешь работником месяца в кафешке. Несмотря на хорошую память, на то, что ты всегда быстро реагируешь, у тебя не хватит желания вовремя проверить фритюр или положить сырный соус. Ты просто из принципа не станешь этого делать. Это же протест. Своего рода твой личный fuck the system.
Все это знают и будто бы только от знания этого не хотят брать тебя на работу. Что для твоего внутреннего «хрупкого» мира очень неприятно.
Ты не чувствительный. Ты – нормальный. И ненормальный. В этой же самой своей дурацкой нормальности. Прикидываешься что ли?
Тебя никто не знает. Даже я тебя не знаю. Не помню, откуда ты такой взялся. Не интересуюсь, насколько быстро ты пропадёшь.
В любой момент ты можешь свернуть в сторону и не позвать меня за собой. Я не ожидаю этого, но и не удивлюсь такому повороту. Это же ты. Куда мне до твоей высшей силы и невероятного внутреннего мира. Ты – в себе. И я в тебе. В тебе весь мир, детка, хотя ты вовсе не подставляешься, чтобы быть в положении «снизу». Уж скорее «снизу» все мы. Ведь весь мир именно в тебе, а не наоборот.
Ты достаточно жесток, чтобы молчать сегодня вечером. Обычно тебя слушаю я, сегодня же ты разрешаешь мне открыть рот и рассказать что-то о себе. Это так удивительно, что поначалу я даже теряюсь в собственных навалившихся мыслях. Ты достаточно жесток и лоялен, чтобы отдать этот вечер мне одному и только дополнять мои разговоры своими. Может, это именно то, за что я так проникаюсь тобой. Ты любишь давать надежду на то, что я тоже что-то значу в этом мире. В твоём мире, в частности.
Ты мне отвратителен. Хочешь верь – хочешь нет.
Ты смешон во всём этом несуществующем пафосе. Ты его не содержишь, но обрывки, нити, которые ты источаешь, этот шлейф, который за тобой тянется… Он и смешон. Хотя никто и не вздумает смеяться. Потому что смех без причины не несёт в себе ничего хорошего.
Я не знаю, что мне с тобой делать. Остаётся только смотреть на тебя, Дин. Наблюдать за тем, как ты идёшь по вытоптанному снегу очередной улицы с непроницаемым лицом, и ловить волосами и ресницами снежинки, так же ловя собственные улетающие мысли. Это тоже охота. Это тоже «наше дело», не так ли? Дело каждого, судьба по отдельности.
Ты всё ещё не здесь. Ты всё ещё не понимаешь того, что забыл здесь. Думаешь, я не читаю тебя, Дин? Думаешь, что я глупый младший брат (или же, скорее, глупый доминирующий любовник), который ничего не видит?
В таком случае, боюсь тебя огорчить. Я вижу слишком много. Я читаю тебя как на ладони, сладкий. Всего тебя целиком.
У тебя нет цели. Никакой цели в жизни. Куда бы ты ни шёл – всё это бесцельное проведение времени. Ты запутался, а помочь самому себе не даёшь. Это тоже очень смешно. Тебе никто не поможет, кроме меня. Ты никогда не разберёшься без моей помощи. Даже дурацкие приёмчики Кастиэля не вернут тебе тебя же. Нет. Это невозможно. И точка.
Мы сворачиваем к бару. Наша «жертва» сейчас как раз должна быть здесь.
Это же охота. Ты помнишь? Охота, Дин.

В баре стоял дым и сильно пахло виски. Это был классический бар с классическим оформлением из рекламы красно-белых сигарет и вывесками в стиле «Бармену не наливать» и «Бармена никогда не убивают» из знаменитого фильма.*
Дин тут же подрулил к стойке, садясь с видом завсегдатая, машинально запуская руку во внутренний карман куртки, чтобы достать очередную поддельную «корочку». Сегодня они должны были быть из ФБР и носить имена знаменитых музыкантов из группы Deep Purple.
Сэм сел где-то в середине зала, устраиваясь по развязнее и ожидая официантку, чтобы заказать себе пиво. Схема была необычной, но на этот раз Винчестеры не были уверены в том, кто именно в баре является их целью – бармен или официантка.
Миловидная официанточка наклонилась к Сэму, показывая свою красивую грудь и предлагая ему лучший виски во всём штате. Что же, это уже было хорошим началом – она, как если бы являлась сиреной, пыталась приманить его, зазывая весьма не двусмысленно.
Сэм бросил быстрый взгляд на Дина за стойкой и заметил, что брат и бармен о чём-то с жаром беседуют. Дин размахивал руками, показывая на потолок, стены, стойку и полки за барменом. Младший Винчестер мысленно вздохнул – кажется, ему нужно было идти на охоту в одиночку. Брат совершенно явно раздавал бармену советы, исходя из личного опыта его недалёкого сфабрикованного прошлого. С одной стороны – это не могло не раздражать, с другой – Дин таким образом сходился с их возможной целью, а значит, мешать ему в этом бреде было не обязательно.
- Чего желаете? – спросила официантка, наклоняясь ещё ниже, тут же ловя множество мужских взглядов по всему периметру.
- Пива. Тёмного, – задумчиво бросил Сэм, стараясь держаться пренебрежительного тона, которым Дин обычно завоёвывал сердца простушек из подобных этому городу глубинок.
- Сию минуту будет. А поесть? У нас замечательные отбивные и есть кукуруза. Не желаете? – с милой улыбкой продолжила девушка.
- Нет, спасибо, обойдусь одним пивом.
- Как скажете.
Официантка быстрым шагом направилась в сторону стойки, ловко лавируя между столиками и оказываясь у Дина за спиной. Это был очень подходящий момент поймать сирену, кем бы она не была – на стене справа располагалось зеркало, в которое, как сказал Бобби, можно было увидеть истинное лицо твари. Сэм быстро достал мобильник, набирая Дина.
- Да?
- Посмотри в зеркало. Помнишь, что сказал Бобби? Один из них должен отражаться в своём истинном обличии, – как можно тише и разборчивей сказал Сэм, смотря, как ненавязчиво Дин поворачивается к зеркалу, будто бы для того, чтобы провести по ёжику волос, и быстро возвращается обратно.
- Он.
- Тогда он на тебе, Дин. Справишься или нужна моя помощь?
- Сам уж как-нибудь справлюсь, - фыркнул мужчина, пожимая плечами и отключаясь. Сэм недоверчиво глянул ему в спину, переключая внимание на официанточку, которая как раз направилась в обратную сторону, неся на подносе бокал тёмного пива.
- Не составишь мне компанию? – улыбнулся охотник, последний раз смотря на брата и окончательно переключаясь на своё новое задание в виде миловидной брюнетки.
- Конечно.

Дин быстро догонял сирену в виде бармена, петляя по длинным улицам города. Его цель явно была нетрадиционной ориентации, так как в виде бармена сегодня подцепила не кого-то, а девушку, что слегка выбивалось из обычного его пропитания.
«Здесь, наверное, что-то не так. Может быть и ловушка, – подумал Дин, сворачивая на очередную длинную однополосную улочку. Ему начинало казаться, что этот чёртов город построен как лабиринт или сирена уже успела запудрить ему мозги. – Бобби, вроде, сказал, что эта тварь травит через слюну. Но я протирал стаканы и на брудершафт они тоже не пили, чтобы с ним целоваться. Фу ты! Опять какая-то херня в голову лезет!»
Перед глазами вновь начали проноситься отрывки из недавнего прошлого… Сэм, трахающий его у перекладин, у стены, на пуфах… Проникающий в него вместе с очередным клиентом…
Дин сам не заметил, как резко выжал педаль тормоза, останавливаясь посреди улицы. Машина, за которой он следовал, тоже остановилась. Бармен вышел из неё и Дин понял, что на соседнем от него сидении никого нет. Неужели? Но ведь к нему садилась девушка, и Дин это совершенно явно видел? Теперь всё было под сомнением, и перед глазами стоял какой-то странный туман.
- Дин? – спросил высокий брюнет, заглядывая в салон к охотнику.
- Да.
- С тобой всё в порядке? Ты какой-то бледный. И следовал за мной от самого бара. Что-то не так? Ты подозреваешь меня во всех этих убийствах? – парень нахмурился, точь-в-точь как обычно хмурится Сэм, и Дин смог лишь улыбнуться, мотая головой.
- Ну что ты, я… это… Просто ты мне понравился, а я не знал, как напросится к тебе домой, – его лицо озарила беззаботная и не наигранная улыбка, как если бы он правда этого хотел. Остатки сознания кричали, что это сирена и нужно быстро делать своё дело, но сознание всё быстрее уходило на задний план, и Дин продолжал улыбаться всё так же, полностью отдаваясь под власть сирены.
- Я не знал, как спросить тебя… Ну, гей ли ты, и нравлюсь ли тебе я.
- Какой ты стеснительный! – парень широко улыбнулся, чуть оголяя зубы, как это обычно делал Сэм, и кивнул Дину. – Я гей, и ты мне очень нравишься. Хочешь зайти ко мне, а, красавчик?
Охотник повернул голову, замечая небольшой домик.
- Это твой дом?
- Да. По очень странному стечению обстоятельств мы остановились точно рядом с ним. По-моему, это знак, господин федеральный маршал. Не находите?
- Нахожу, - Дин достал ключи из зажигания и быстро вылез из машины. Сознание замолчало окончательно, и теперь охотник шёл на поводу исключительно у инстинктов, которые говорили ему, что бармен – никто иной, как сам Сэм, его так давно любимый им и сейчас совершенно ничего не имеющий против его любви напарник. Чёрт, если бы его подсознание не заткнулось, оно бы сейчас пело о том, как же он счастлив идти за любимым, предвкушая то, что сейчас произойдёт.
На деле же Дин и бармен двигались по поросшей тропинке к низенькому, довольно неприятному дому, стоявшему далеко-далеко за калиткой. Дом напоминал остатки фургончика по типу дома на колёсах, с вырезанными в железных листах окнами, завешенными облезлыми занавесками, которые прикрывали дыры, как веки прикрывают глаза. Если бы Дин не был под чарами, наверняка уже обратил внимание на все эти подробности и достал из внутреннего кармана пистолет или нож, но Дин не был собой и продолжал идти всё с той же дурной улыбкой до самых ушей.
- Вот мы и пришли. Входи, дорогой.
Дин шагнул за порог, силясь держать себя в руках до последнего, но не выдержал. Стоило импровизированной двери за ними закрыться, как Дин прижал бармена к ней, выдыхая ему в губы и припадая к ним поцелуем.
- Оу, оу, тигр… Поосторожнее, фургон не развали.
Бармен выпутался из его рук, оказываясь у Дина за спиной и мгновенно скручивая ему руки.
- Ты ведь любишь лёгкую боль, да, сладкий? – прошептал парень ему на ухо, с ноги отправляя его носом в матрас, который, видимо, служил сирене постелью.
- Да, ты прав… - выдохнул Дин, стараясь перевернуться и увидеть объект своего обожания.
- Тогда готовься! Я покажу тебе, что такое боль, мой сладкий охотник, – бармен наклонился к нему, завязывая руки у Дина за спиной, предварительно сорвав с него куртку и майку. Охотник абсолютно не сопротивлялся, только подставляясь и помогая его связывать.
- Ты такой послушный, Дин. Такой открытый и слабый подо мной. Верно?
- Да… - невольно прошептал мужчина, становясь перед барменом на колени и невольно облизывая губы от волнения и ожидания. У него уже стояло, и всё тело горело в предвкушении.
Джинсы были порваны одним ловким движением. Горячая ладонь бармена опустилась на ягодицу охотника. Дин вздрогнул. Острые ногти оставили длинные полосы на нежной коже. Парень всхлипнул и подался назад.
- Ты хочешь меня, сучка? – вопрос прозвучал над самым ухом мужчины. – Я же вижу, ты хочешь меня. Хочешь, чтобы я вогнал тебе свой член по самые яйца. Верно? – Дин мог только слабо поддакивать, хныча и требуя бОльшего. – Проси, сука! Я хочу слышать твой голос.
- Сэм. Пожалуйста. Трахни. Меня. – Почти по слогам произнес мужчина, содрогаясь от звонкого шлепка по заднице. – Еще! – Слабый вскрик и блаженный стон. Только на подсознательном уровне Дин заставил себя раздвинуть ноги чуть шире, чтобы не упасть перед сиреной и встать более устойчиво. Однако Верхний истолковал это по-своему. Новая порция шлепков обожгла ягодицы Винчестера, так стремительно, что он даже не успевал постанывать.
- Плохо просишь сучка… Так ведь и оставлю тебя сейчас. На этом самом матрасе. Истекать от желания. Не позволяя кончить, – практически после каждого слова шлепок, из горла вырывались только стоны и хрипы. Желание возрастало с каждой минутой, нет, с каждой секундой, захлёстывая с невероятной силой.
- Сэм… Сэм… Я люблю тебя... Сэм... – пересохшими губами то и дело твердил Дин.
- Маленькая сучка хочет чего-то? – насмешливый голос над ухом. Сирена довольно хмыкнула, проводя по кромке уха охотника кончиком языка. – Ну же, Динни, скажи, чего ты хочешь? М? – Бармен рывком поднял Дина на ноги, утыкаясь стоящим членом ему между ягодиц.
- Трахни меня, Сэм. Трахни! Сэм! – почти кричал охотник, трясь о стоящий член мужчины с каким-то животным остервенением.
- Моя послушная сучка, – практически промурлыкал на ушко бармен. – Ты знаешь, кто я? Знаешь, маленькая сучка? Нет... Рассказать?
Дин кивнул.
- Я - маньяк. Именно тот маньяк, которого стоит бояться. Тот, который не испугается, когда его жертва будет орать благим матом и требовать остановиться, когда я буду вскрывать ее тело. Я именно тот, кто не боится вида крови, кто любит кровь как жидкость. Если бы я мог, я бы мылся кровью. Знаешь, какая кровь самая сладкая? Кровь невинного юноши. У девушек она кислая. А вот у молодого парня... М... То, что надо. Солоноватая она у существа, которое испытывает панический ужас. Я люблю, когда от каждого моего движения шарахаются. Когда по спине идет холод, если я вошел в комнату. Когда жертва, вжимается в стену, дабы стать еще более незаметной. Я наслаждаюсь мучениями других людей, когда оставляю человека в совершенно незащищенном виде. Ощущение ответственности и полной власти одновременно. Твое тело - холст. А я - художник.
Дин вздрогнул и повернул голову в сторону того, кто сейчас заменял ему Сэма. В ответ на взгляд последовала плотоядная улыбка, сверкающий похотливый взгляд. И эти чертовы ямочки на щеках...
Все это заводило, контрастировало и ввергало в шок.
- Прошу, Сэм, возьми меня, – облизнул пересохшие губы охотник.
- С удовольствием, малыш, – он наклонился и коснулся губами его губ. Дин отвечал несмело. Даже как-то смущенно.
А за дверью уже стоял его брат. Настоящий Сэм. Стоял и слушал. Слушал, как Дин признается ему в любви. Как повторяет его имя. Как… просит эту тварь его трахнуть. Парень сжал кулаки, и в следующую секунду дверь практически снесло с петель. На пороге стоял Сэм Винчестер и с ненавистью смотрел на сирену и Дина.
- А теперь поиграем!**

До номера они добирались молча. Говорить было не о чем, да и не очень-то хотелось.
Дин сжимал пальцами колени, смотря перед собой и стараясь не касаться брата даже плечом. Сэм же смотрел на дорогу, и ему было совершенно плевать, что сейчас он превышает скорость.
Какая разница, с какой скоростью ты движешься, если на дворе всё равно ночь и в маленьком городишке не так уж много полицейских, чтобы их могли оштрафовать. Сэм сжал руль сильнее. Сейчас было неважно, слетит он с дороги во время движения или напорется на патрульную машину. Сейчас вообще ничего не было важным, кроме того, кто сидел возле него и старательно уклонялся от попыток Сэма хоть как-то проникнуть в его личное пространство.
На руках Сэма всё ещё блестела кровь Дина. Сирену убивает только кровь того, кто «влюбляется» в неё и ведётся на её чары. Сейчас такой жертвой был именно Дин. Что ж, с сиреной они, конечно, справились, но что теперь между ними, не знал никто.
Хотелось быстрее добраться до мотельного номера, завалиться на кровать и проспать вечность. А лучше две или три, чтобы точно, а не наугад.
Из машины оба вышли всё так же молча. В номере молчание стало просто гробовым – Дин пошёл на кухню за пивом и остался стоять там, облокотившись на стол, стоявший посередине; Сэм направился в ванну, смыть с рук кровь Дина и обдать тело холодной водой. Желание, которое он испытывал, только увидев брата, стоявшего на коленях перед сиреной, усиливалось от самого вида Дина, не менее возбуждённого и всю дорогу старавшегося скрыть это, сжимая руками колени.
Боги, Дин, как можно быть насколько глупым? Ты думал, что можешь скрыть своё желание просто составив ноги как целка и закусив губу? Что, если не будешь трогать меня, прикасаться к моему телу и рукам, тогда сможешь успокоиться, и у тебя упадёт? Хах. Дин, ты ведь не настолько наивен, чтобы считать, что у тебя упадёт, если ты будешь думать всю дорогу о кактусах и макаках-ревунах? Не строй из себя наивняк…
Холодная вода не подействовала, и возбуждение осталось прежним. Сэм старался успокоить себя, но все слова не имели никакого смысла. Он хотел Дина, как не хотел никогда. Это желание было тупым голодом. Он изголодался по нему, по его губам, по его ласкам и грубости в ответ на нежность. Он изголодался по настоящему Дину, которого знал там, в мире Лилит. Он был абсолютно уверен, что тот Дин и является настоящим.
Брат стоял на кухне с закрытыми глазами и сжимал бутылку пива в руке, пальцами второй руки массируя переносицу. Сэм обвязал бёдра полотенцем, постарался как можно тише закрыть за собой дверь, чтобы не побеспокоить Дина. Тот даже не шелохнулся в ответ на движение практически перед самым своим носом. Он знал, чувствовал по запаху мускуса, что Сэм стоит напротив него, не решаясь на какое-либо дальнейшее действие.
Открыв глаза, Дин резко поставил бутылку на стол, приложив столько сил, что стекло звонко отозвалось при столкновении с деревом. В следующий момент он уже подался вперёд и впился в губы брата поцелуем. Нелепо, как щенок, требующий любви, он ласкал губы Сэма, стараясь углубить поцелуй и не получить при этом по лицу. Вот только ни для кого не было тайной, что Сэм любил Дина и хотел его. Теперь не было тайной и то, что Дин тоже любил Сэма, хоть и тщательно скрывал это.
Дин рывком сорвал с Сэма полотенце и также быстро усадил его на стол, раздвигая ноги и вжимаясь членом в возбуждённый член брата. Воздух плавился, каждого движения было ничтожно мало, и хотелось всё больше, быстрее, сильнее… Охотники двигались в такт, не сдерживая стоны и полностью отдаваясь друг другу. Дин вошёл в Сэма без предупреждения, от чего тот сдавленно вскрикнул, стараясь сильнее прижать его и быстрее сделать так, чтобы боль перешла в наслаждение. Для этого понадобилось всего лишь несколько движений, Дин заполнил его полностью и теперь двигался в ровном ритме, постепенно набирая скорость и трахая его прямо там, на столе, шепча слова, которых Сэм никогда не слышал от напарника до этого.
Возбуждение было близко к безумию, и они кончили очень быстро, изгибаясь, изливаясь и вжимаясь друг в друга.
Первым от шока отошёл Дин. Он прокашлялся и отступил от Сэма, опустив глаза и стараясь как можно быстрее заправиться и оказаться от него подальше. После того, как они кончили, снова наступила липкая и противная тишина, которая резала слух и только усиливала напряжение.
Дин молча прикончил бутылку и ушёл в ванну, так и ни разу не посмотрев на брата. Было неприятно, и откуда-то снова появилась та же тупая боль в районе сердца. Он бы понял свою подобную выходку в другом мире, но в этом она казалась ему непростительной.
Секс с братом…
Нет! Не просто секс с братом, а секс с любимым, желанным братом, чувства к которому он так долго скрывал, уходя от самого себя. Подобное было пережить очень сложно. Это было сродни предательству себя самого. Сродни измене самому себе.
- Почему всё должно быть так сложно? Почему в этом мире всё так нереально?
- Дин.
Охотник резко обернулся, видя перед собой Ангела Господня, Кастиэля.
- Кас! Я тебя когда-нибудь убью за такие появления! Чего тебе? – мужчина старался говорить со своим обычным тоном лёгкого сарказма по отношению к ангелу, тщательно маскируя за ним все те переживания, которые сейчас захлёстывали его с головой.
- Я тут наблюдал за вами с Сэмом, – Ангел сильно мялся, хмурясь и смотря на Дина с нескрываемым смущением. – Не подумай ничего, я не хотел подсматривать… Просто хотел проверить, как вы осваиваетесь в новом мире, и как быстро ты сам приходишь в норму после всего того, что с тобой было у Лилит. И… Ты… - Ангел смущённо прокашлялся, вызывая у Дина раздражение такой повышенной эмоциональностью. – Я хотел предложить тебе одну вещь. Это, конечно, странное предложение, я понимаю. Но я вижу, что иначе тебе здесь не выжить. Ты не охотник, не можешь быть достойным братом Сэму. Ты только мешаешь, Дин, понимаешь?
Ангел поднял глаза, с виноватой улыбкой смотря охотнику в глаза.
- Ты прости, конечно, за правду, но я думаю, что тебе стоит это знать. Сэм избран, чтобы убить Лилит, он смог бы сделать это даже раньше, но ты вечно путаешься у него под ногами, вещаешь ему о том, что хорошо, а что плохо, и убиваешь полным отсутствием интеллекта. Дин, ты ведь знаешь, что ты лишний здесь, верно? Ты чувствовал себя как дома там, в той реальности. А здесь ты ничто. Никто. Для Сэма тебя не существует. Ты подручный трах. Ты даже не смог справиться с сиреной сегодня! Как придурок повёлся на её чары и подставил брата ради моментального траха с существом, знавшим все твои слабости и принявшим облик, близкий к твоему идеалу. Близкий к тому, как выглядит Сэм. А ведь ты знал, какими силами обладает сирена! Ты ведь знал, что она делает с мужчинами именно такого типа как ты. И ты так и не понял, что Сэм просто подставил тебя, как на крючок ловя свою «рыбку». А ведь приманкой был именно ты! Наивный-наивный старший брат!
Ангел подошёл к охотнику ближе, сжимая его плечо.
- Тебе здесь не место.
Дин удивлённо смотрел на Кастиэля, не скрывая собственного шока. Ангел говорил всё то, что вызывало у Дина сомнения и что заставляло его заниматься самоуничижением с тех пор, как они вернулись. И ведь самое противное, что ангел был прав, мать его так. Какой смысл жить в реальности, где Сэм – великий охотник, если ты никак не можешь в неё вписаться? Какой смысл, если ты можешь жить там, где видишь суть и путь собственного существования? Если есть тот мир, где у тебя есть хотя бы тупая цель жить?..
- Тогда верни меня обратно! Не будь голословен, твою мать! – Дин моментально перешёл на крик, и плевать, что за стеной был Сэм. Пофиг. Сейчас он навсегда уйдёт, и ничто больше не будет иметь значения.
- С превеликим удовольствие! – в глазах Кастиэля блеснула белая пелена, улыбка стала гораздо шире. Дин точно знал, что эта пелена ему очень знакома, но никак не мог вспомнить, откуда он мог её знать…
- С возвращением, мальчик!
Лилит дотронулась до лба Дина ладонью в тот момент, когда Сэм начал вышибать дверь. Но было уже поздно, и последнее, что увидел младший охотник, было свечение и безумный взгляд Лилит.
Он остался один.
И сейчас всё только начиналось…



_________________________________________________________
*Имеется в виду фильм «Отчаянный» (Desperado) Роберта Родригеса, и фраза, сказанная героем Чича Марино: «The bartender lived? The bartender never gets killed!»
**«Let’s play!» - фраза из того же фильма «Отчаянный», сказанная героем Антонио Бандераса перед дракой.

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:53
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Изображение

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 05:53
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 17:26
Сообщения: 376
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Эээ... а где финал?

_________________
http://felisha.diary.ru/


28 дек 2010, 14:04
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 фев 2010, 17:24
Сообщения: 107
Откуда: Россия, Москва
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Phelishia
Вроде, на месте...

_________________
"Теперь я понимаю демонов. Люди отвратительны..." (с) Дин Винчестер


28 дек 2010, 16:16
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 17:26
Сообщения: 376
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Yohji-kun, сорри, наверно, я чего-то не допоняла... Просто у меня ощущение, что это только половина истории!

_________________
http://felisha.diary.ru/


28 дек 2010, 20:40
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 сен 2009, 21:13
Сообщения: 10
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
Yohji-kun
Это про сто ужасно... ужасно... захватывающе!
!!! | Читать дальше
УЖАСНО КЛАССНО!!! На рецензию времени не было... Я потом те перемою все по косточкам и разложу по полочкам))) Но ты умничка!!!!

_________________
Я хотел бы, чтобы каждый мальчик имел брата, так же как и я,поскольку тогда бы мир стал добрее и прекраснее (с)


29 дек 2010, 00:13
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 дек 2010, 20:26
Сообщения: 100
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
очень хочется проды. Как они вернулись, как продолжили там работать, потому что описано это было очень жарко и классно)
А так, выполнено, по-моему, очень близко к данной заявке, молодец)) Хочется просто конца более ясного))

Сцена с сессий для Джесс очень чувственная :heart:

_________________
Задницу я никогда не забываю. Тем более симпатичную


01 янв 2011, 17:13
Профиль
Сообщение Re: "The lost souls", wincest, NC-17, Yohji-kun
БДСМ это острое и экзотическое блюдо, а в данном случае под его видом подали сладкий десерт.


02 янв 2011, 01:22
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 15 ] 


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.056s | 19 Queries | GZIP : Off ]