Новости

Биг-Бэнг-2017 здесь :)

Изображение С Новым Годом и Рождеством! Изображение

Изображение

Текущее время: 18 янв 2018, 21:37




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 55 ]  На страницу 1, 2  След.
"Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин 
Автор Сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Изображение

Название: Почти дома
Автор: balefully
Ссылка на оригинал: http://balefully.livejournal.com/598931.html
Переводчик: 80 миль в час
Бета: Rassda
Арт: Ailine
Категория: слэш
Пейринг/персонажи: Сэм/Дин
Жанр: романс
Рейтинг: NC-17
Разрешение на перевод: получено
Предупреждения: раскладка в пейринге написана правильно )))

_________________
Shut up and drive


09 дек 2011, 20:35
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Изображение

Выпускной у Сэма в среду. Дин считает, что это полный бред. Выпускные должны быть на выходных, чтобы на них могли прийти семьи.
Сегодня вторник накануне выпускного, Дин развалился на кособокой качели, что стоит на крыльце их арендованного дома. Один угол качели выше другого, и цепь тарахтит при каждом движении.
Сэм выходит на улицу, хлопая противомоскитной дверью. Он в футболке и трусах: лёгкий ветер раннего лета ерошит его волосы, прядь аккуратно обернулась вокруг уха. Лиловая ночь затягивает небо от горизонта, как почти приятная боль от свежего, только проступившего синяка.
— Где они? — спрашивает Дин, отколупывая щепки, торчащие из подлокотника качели. Сэм падает в скрипящее плетёное кресло, которое стоит в другом углу крыльца, расставляя широко ноги.
— Кто они? — вздыхает Сэм. Он елозит длинными ногами, устраиваясь поудобнее. Дин бросает ему одну из подушек с качели, кучей валяющихся у перил.
— Пригласительные на завтра. Не знаю, успеет ли отец, но я…
— Я не иду, — перебивает его Сэм. Он не выглядит расстроенным, раздражённым или грустным. Он просто не идёт.
— Серьёзно? Не идешь на собственный выпускной? Да ладно тебе, Сэмми.

Сэм пожимает плечами, с лёгкой улыбкой подсовывает под себя подушку и усаживается на неё.
— Мне по барабану. Всё равно мы живём тут только три месяца. Не вижу повода для сантиментов. Не надо больше думать, кто меня с утра в школу повезет. Вот и всё достижение.
Дин хмыкает тихо и ничего не говорит. Он приятно удивлён.
— Давай что-нибудь замутим для себя, — предлагает он через какое-то время. — Собственную помпезную церемонию.
Сэм коротко и тепло смеётся, упираясь затылком в вытертую добела обшивку кресла. Изгиб загоревшей шеи слабо различим в подступающей темноте.
— Хорошо. Но только ты купишь мне выпивку. А иначе зачем старший брат, если он не покупает тебе на выпускной алкоголь?
— Вовсе никакого, — усмехается Дин в ответ. Он закрывает глаза. Вдалеке над полями уже появились первые звёзды.
Не так давно Сэм заявлял, что мечтает поступить в колледж, твердил, что подаст документы на всякие стипендии, стажировки, прочие заумные университетские штуки. Дин говорил ему, что это идиотская идея, что отцу она не понравится, что Винчестеры поодиночке не действуют. Сэм поджимал губы в тонкую твёрдую линию, сигнализирующую обычно о начале бурного скандала. Но ссоры так ничем и не заканчивались, разве что Сэм угрюмо молчал какое-то время, да Дин оставался без горячей воды по утрам недели на две.
И теперь похоже, что Сэм набрался ума. Учёба со всеми её обязательными неудобствами закончилась. Началась их настоящая жизнь.

***

В день выпускного Сэму и его одноклассникам не надо в школу. В результате центр города Беллз, штат Теннеси, заполнен розоволицыми восемнадцатилетними, опьяневшими от ощущения свободы и, наверное, от виски тоже. Они прохаживаются туда-сюда, кто в коротких изящных летних платьях, кто — в поношенных джинсах и простых рубашках. Сэм не выделяется из толпы, высокий и подтянутый, с чётким фермерским загаром, заметным из-под белой хлопковой футболки, застиранной и вытертой. Иногда ему машут, кто-то кричит: «Как жизнь?», но Сэм только кивает аккуратно, с ничего не выражающей улыбкой, и толкает Дина плечом в плечо, когда они проходят мимо.
Лето уже прочно основалось в городе. Загар углубляет морщины в уголках глаз; солнце отражается от зеркальных поверхностей зданий. Дин надевает солнечные очки, Сэм не заморачивается с такой ерундой, пялится сквозь патлы на названия фильмов, которые показывают в кинотеатре.

В такие моменты особенно чувствуется, насколько Сэм чужой среди остальных подростков города, даже если и выглядит своим. На протяжении школьного года у них есть, по крайней мере, хоть что-то общее. Дин часто видит школьников в том районе, где они с Сэмми живут. Они возвращаются домой, или идут в библиотеку, или отправляются тусить в закусочной на Мейн Стрит. Им с Сэмом легко в такой толпе, пусть даже стать своими в доску у них не выйдет. Но летом всё меняется. Ничто больше не связывает Винчестеров с нормальным миром. Даже поход в кинотеатр в первый день новой жизни Сэма

Кинотеатр старый, наверняка его очень скоро закроют. Один экран, одна касса, этого вполне достаточно. Дин садится в тени под навесом и пытается сделать выбор между достоинствами Лары Крофт и Шреком. Сэм внимает его рассуждениям и потягивает свою колу. Они решают взять себе поесть и вернуться через два часа, чтобы посмотреть Лару Крофт, потому что если выбирать между тем, как Анджелина Джоли надирает многочисленные зады и убивает людей, и всем остальным — выбор очевиден.

***

Фильм говняный, но Дину плевать, и, похоже, что Сэму тоже: он улыбается и ведёт плечами. Кожа Сэма прохладная от остуженного кондиционером воздуха. Иногда мурашки пробегают по его предплечьям, и Дин фыркает, когда Сэм вздрагивает от неожиданности.
Они затариваются попкорном, скиттлз, печеньками и шоколадными конфетами, покупают две колы. Дин очень хотел вишнёвую газировку, но, естественно, в таких дешёвеньких кинотеатрах работает только автомат с колой, так что выбора у него нет.

— Зато рот не будет красным до конца жизни, — ухмыляется Сэм и выбрасывает весь их мусор в ближайшее ведро.

Дин фыркает. Они выходят в сумеречный город. Не остывший после жаркого дня воздух оборачивается вокруг них, моментально согревая. Дин ударяет Сэма в плечо и успевает отскочить до того, как Сэм ответит. Они оба двигаются медленно, еда и довольство замедляют бег крови в жилах.
— В магазин? — спрашивает Дин, хитро улыбаясь. Сэм потирает руки, первый хлопок звучит громко и гулко на пустой площади. Весь город сейчас наверняка направляется в школу. Сэм и Дин — безраздельные властелины неровных мостовых и тусклых витрин.

— Думал, ты никогда не предложишь, — отвечает Сэм. — Хочу текилу. Хорошую только. И Йагер.
— Хочется быть настоящим студентом из братства, Сэмми? — ласково говорит Дин. — Завтра придётся промывать твой ёбаный желудок. Я умру от смеха, помяни моё слово.
— Следите за речью, молодой человек, — произносит Сэм делано-возмущённо. Дин не совсем уверен в том, что он шутит.
Он закатывает глаза и расслабляется на мгновение, позволяя Сэму наброситься на себя и ущипнуть за локоть. Дин вскрикивает и устремляется за Сэмом по улице, не особо стараясь поймать. Его отвлекает отражающееся от витрин магазинов эхо сэмового смеха.

Сэм разворачивается и какое-то время бежит спиной назад, глядя на Дина. Его глаза блестят. Он останавливается возле магазина со спиртным и опирается на дверь, засунув руки в карманы.
— Ты слабак, — бормочет Дин. Он не в силах скрыть радость в голосе. Дину даже наплевать на то, что локоть, за который ущипнули, неприятно покалывает, место покраснело и налилось кровью.

— Говорите, говорите, — дразнит Сэм. Дин не продолжает привычную игру тяжелым подзатыльником, как бы сделал в другой день. Вместо этого он присматривается к кассирше, прикидывая, удастся ли ему умыкнуть выпивку или придётся раскошеливаться.

Изображение

Он толкает дверь, звенит маленький колокольчик, поток холодного воздуха от кондиционера моментально проникает сквозь одежду. Дин решает в этот раз честно заплатить за выпивку. Раз уж это подарок для Сэма, лучше будет заплатить. Подарок должен быть особенным, что-то в этом роде.
— Я могу вам помочь?
Женщина средних лет, на вид уставшая, но не угрюмая. Её зовут Дорис, имя вышито белым на розовой кофте. Если верить журналу, который она держит в руках, Том Круз встречается с Пенелопой Крус. В теории Дин одобряет его выбор, но вообще-то чувак был женат и у него дети есть, так что это как-то неправильно.
— Да так, — говорит он, рассматривая ряд крепкой выпивки. — Решил заскочить купить что-нибудь, что поможет мне правильно начать это лето.

Дин выбирает бутылку Хосе Куэрво и какой-то Йегермайстер, хотя от одной мысли об анисовом привкусе алкоголя его подташнивает. Берёт упаковку на двенадцать банок из пирамиды уценённого пива, стоящей возле прилавка.

— Сегодня выпускной, — говорит Дорис, грубоватым от курения и плохо скрытого неодобрения голосом.
— Мои поздравления детишкам, — отвечает Дин, невинности в его голосе как сливочного масла на куске хлеба. — Выпью разок за их здоровье. Дети — наше будущее и всё такое.

— Безусловно, — говорит Дорис, снова впадая в анабиоз скуки, ни следа от подозрений в её движениях, когда она пробивает покупки Дина. Он по собственной инициативе показывает удостоверение личности — имя настоящее, карточка фальшивая — и сам упаковывает бутылки.
— Спасибо, Дорис, — улыбается Дин и бросает доллар в почти пустую банку для чаевых, стоящую у кассы. Она машет, не отрываясь от своего журнала, и Дин выходит на жаркую улицу, преисполненный необъяснимого ощущения предвкушения.
Это ведь всего лишь обыкновенная ночь, но Сэм сидит на тротуаре, ткань рубашки плотно облегает его спину, а в руках у Дина — пара бутылок отличного спиртного.

***

Они отправляются в тихий и неподвижный лес на окраине города. Сэм на ходу открывает банку пива. Под ботинками ломаются ветки и шелестит зелёная летняя трава. Дин смотрит за тем, как Сэм делает первый глоток, быстро облизывает губы, коротко и звучно выдыхает после того, как ледяной глоток прокатывается по горлу.
— Знаешь, так странно, — говорит Сэм, пиная камешек носком ботинка. — Я не чувствую никакой разницы. А она же должна быть. Всё должно быть по-другому.

Дин закатывает глаза и отпивает текилу прямо из бутылки. Нечего возиться: они пришли сюда, чтобы надраться, и именно это он и собирается сделать.
— Чувак, не смеши меня. Не хочу даже слушать эту ерунду. Ты же гений, у тебя средний балл какой — пятьдесят семь и восемь, да? Да ещё и бил рекорд школы в беге на милю четыре года подряд. Разница только в том, что теперь впереди у тебя только серьезные и важные вещи.

Сэм фыркает смехом и допивает своё пиво. На секунду Дину кажется, что он выбросит бутылку в кусты, как сделал бы любой нормальный старшеклассник, но Сэм поступает иначе. Он останавливается, разгребает листву, обнажая плотно утрамбованную землю, и ставит банку. Потом наступает на неё, не перенося вес на одну ногу, и достаёт из кармана два карандаша. Едва Сэм прикасается грифелями к стенкам банки, она тут же лопается. Металлический звук отражается от деревьев, спугивая, как минимум, пару белок. Банка превратилась в идеально плоскую алюминиевую таблетку. Сэм прячет её в карман вместе с карандашами и отправляется дальше.

— Это всего лишь банка, — Сэм отвечает невозмутимо, но в голосе его слышна улыбка.
— Тут я должен сказать какую-то шутку про банку, но я ни одной не знаю. — Дин вытягивает пиво из упаковки, которую несёт на согнутом предплечье, и открывает одной рукой. Старается выпить как можно быстрее и не споткнуться при этом.

Иногда ему кажется, что он может только нагонять Сэма — бегут ли они по лесу или пьют пиво — и Сэм уже на две банки впереди. Старшие братья не имеют права быть такими тормозами.
Дин бросает свою банку в густые дубовые заросли подлеска. Они продолжают пить на ходу.
— Почему ты не закончил? — спрашивает Сэм не сразу, позволяя тишине окутать их. Только изредка слышно, как он глотает и шипит, морщась от неприятного вкуса Йагера. Вроде как Сэм подхватывает старый разговор, которого никогда не было, но Дин догадывается, о чём он.

Сквозь деревья просачивается темень. Они взбираются на каменистое взгорье. Если Дин правильно помнит, у него ровная плоская верхушка, идеально подходящая для их намерений. Было бы неплохо на неё выйти.
— Не за чем было. Да и не хотелось, — отвечает он. — Школьный диплом полезного для жизни мне ничего бы не дал. Да и в школу я ходил только, чтобы соцслужбы не цеплялись к отцу.
Сэм резко останавливается, Дин бросает взгляд через плечо и видит, как тот глубоко вздыхает и плавно укладывается на траву. Теперь Сэм лежит на спине, согнув ноги в коленях, упирается ступнями в землю, бёдра плотно натягивают джинсовую ткань.
— Да. Наверное, не за чем было. Ты никогда по-настоящему…

— Что? — отрезает Дин. Эту ночь он не планировал провести таким образом. Ему не хочется сидеть, заливаться алкоголем и слушать, как Сэм его осуждает и провоцирует. — Я никогда что? Не заводил друзей? Не встречался с девочками, с которыми участвовал в совместных научных проектах? Сэм, все ученики в этих школах надменные ханжи, которые…
— Которые переживали из-за прыщей и выпускных платьев в то время, когда ты фаршировал оборотней серебром, я в курсе, — бормочет Сэм. — Прости меня за то, что мне на самом деле интересны люди. А также дела, не связанные с дерьмом, кишками и необратимым роком.
Дин слышит, как Сэм открывает ещё одну банку.

— Ты только что на полном серьёзе использовал в разговоре выражение «неотвратимый рок», — смеётся Дин. Раздражение его утихает, и он усаживается рядом с Сэмом, скрещивая ноги. — Какая же ты тёлка.
Дин отпивает немного Йагера и запивает его пивом, фыркая от ужасного вкуса. В носу пощипывает, как от газировки, и хочется отдраить гланды. Ещё немного, и Дин будет пьян. И это хорошо, потому что Сэм не отпускает бутылку с текилой, а Дина стошнит, если он сделает ещё хотя бы один глоток этого чёрного сладковатого пойла.

— Да, короче, заткнись, — говорит Сэм и слабо хлопает Дина по колену. Его ладонь остаётся лежать чуть выше голени. Сэм делает впечатляющий глоток текилы и ставит бутылку в нагревшееся пространство у Дина между ног. — На. Ты сейчас всё равно начнёшь на меня наезжать ещё круче.

Дин в ответ улыбается и опускает Йагер Сэму на живот, чтобы бутылка опиралась в согнутое бедро и не падала. Она стоит неровно, дно едва помещается в углубление над тазобедренной костью, но стоит же.
— Ты этого заслуживаешь, если на большее тебя не хватает.
— Я этого абсолютно заслуживаю, — бормочет Сэм, голос у него такой, будто связки покрыты густым слоем сладкого сиропа. —Хочу, могу надраться, как дешевка, мне всего лишь восемнадцать. Я до этого напивался раза два, не больше.

— Дешёвка — повторяет Дин между двумя глотками. Горлышко бутылки тёплое там, где за него держался Сэм. Текила идеально становится в треугольник пространства между скрещенных ног. От того, как Сэм вкрутил бутылку между бедром и голенью, кожу немного печёт, и Дин чувствует, что через пару секунд он будет в говно. От нуля до шестидесяти миль за две с половиной секунды.
— Ты понимаешь, что я имею в виду. — Сэм поворачивается к Дину, забыв, что у него на животе стоит бутылка. Йагер падает на землю. — Блядь, — шипит Сэм и живописно размахивает руками, переворачиваясь на бок. Бутылка неторопливо катится, щедро поливая траву, а Сэм ползёт за ней. — Почему ты не закрыл её, мать твою? — возмущается он, схватившись наконец за стеклянный бок. Волосы Сэма торчат во все стороны, а белая футболка измазана травой.
Дин практически задыхается. Горло у него дерёт, потому что он начал смеяться на середине глотка. Велика вероятность, что слизистую носа сейчас ему обжигает текила, но ему посрать, потому что Сэм просто что-то с чем-то. Треть алкоголя из бутылки разлилась, но оно того стоило.

Сэм ворчит и делает глубокий глоток, потом выгибается, шаря в траве в поисках своего пива. Или, может, новой банки. Он одновременно пьёт из, как минимум, двух банок, и Дин слышал присказку о тех, кто пьет с двух рук. Сэм сейчас уже пьет с трёх, и… Дин имел в виду вовсе не то, что сейчас крутится у него в голове.
Он определённо пьян.

Дин едва успевает моргнуть, а Сэм уже оказывается на другом краю лужайки, на валуне, к которому он всё это время шли. Свет полной луны вычерчивает его силуэт на фоне звёздного неба — картонная фигурка из детской книжки. Дин глубоко вдыхает, воздух проходит обожженным носом и горлом, щеки онемели. Он готов поклясться, что чувствует запах Сэма: запах мальчишки, травы и карандашей, незаконной выпивки, ополаскивателя и алюминия.
Нажрался. Не пьян, а уклюкался в говно.
Сэм свистит, вставив в рот большой и средний пальцы, звук громкий и пронзительный в густой тишине лужайки. Дин ворчит:
— Отъебись. Мне и тут удобно.

— Нет, нет. Тут классно. Поднимайся, — кричит Сэм, наклоняясь немного набок. Потом он возится с чем-то у себя на коленях, и Дин настолько пьян, что даже не чувствует, как ползут вверх брови — какого хрена? Через пару секунд недоумения он становится на колени, поднимается на ноги и, покачиваясь, добирается до валуна, как раз в тот момент, когда оранжевый огонёк вспыхивает у рта Сэма и слышится натужный вдох.

— Ты что, забил косячок? — спрашивает Дин, пытаясь найти на валуне место, на которое можно опереться рукой. — Ты куришь траву, Сэмми?
В ответ Сэм смеётся, теплым и густым от дыма смехом, бледное облачко срывается с губ и отправляется к Дину, когда тот укладывается наконец на валун.
— Допустим.

Сэм фыркает дымом второй затяжки и протягивает Дину косяк.
— Можешь взять. Во всей его метафорической славе, — говорит он. — Короче. Я достал траву у Тейлора. Пару недель назад. Все-таки есть польза от групповых проектов.
Дин затягивается, не обращая внимания на то, как дым обжигает горло, и задерживает дыхание на пару секунд. Он чувствует взгляд Сэма на себе, поэтому старается не выглядеть чересчур обдолбанным. Луна ярко светит, и если Дин способен рассмотреть каждую ресницу, значит и Сэмми увидит диново туповатое по обкурке лицо. Он медленно, старательно выдыхает и тут же затягивается ещё раз.

Задержав в себе вторую затяжку, Дин смотрит, как Сэм вдыхает, выпущенный Дином дым ласково оборачивается вокруг сэмовых ноздрей, втягивается в лёгкий изгиб его рта. Дин улыбается и расслабляется, выпуская дым через нос.

Изображение

Они передают косяк друг другу, пока от него не остаётся один окурок. Сэм вопит, обжигая об него пальцы. Потом раскуривают второй и ситуация повторяется один в один. Дин не может сдержать смех, Сэм встряхивает рукой и издаёт жалобные звуки. Он засовывает обожженный палец в рот, чтобы облегчить боль, и Дин резко перестает смеяться.
Он собирался что-то сказать, но сейчас уже в упор не помнит, что именно. Сэм моргает своими раскосыми глазами, как будто у него опухли щеки. Похоже, трава никого не делает привлекательным.
Не то чтобы он думал, насколько Сэм привлекательный. Или непривлекательный. Или что там.
— О чём ты там вообще бормочешь? — бубнит Сэм. Пальцы у него до сих пор во рту. Это чудо, что Дин может разобрать хоть слово.
— А? — говорит Дин. — Я что, это вслух сказал? — смущённо уточняет Дин. Он поджимает губы, представляя себе, как склеивает их суперклеем. На вкус суперклей, конечно, ужасный, но если намазать клеем губы, а потом попробовать его языком, тогда, значит, и язык приклеится к губам, а тогда...

— Заткнись, — стонет Сэм и совсем не нежно накрывает рот Дина своей рукой. — Заткнись. Ты. Лепетаешь. Кайфуешь мне весь... Кайф. Портишь мне весь кайф.

Дин начинает смеяться и не может остановиться. Физически не может. Сэм забивает ещё один косяк, поджигает его и спихивает Дина с валуна.
Дин лежит на земле тюфяком, пока смех не прекращается. Потом встаёт на ноги и трёт глаза, пытаясь всмотреться в затенённый бугор, внезапно оказавшийся на том месте, где только что был Сэм.

Сэм сидит на корточках, прижав лоб к камню и руками обхватив согнутые колени. Дин уверен, что слышит, как Сэм что-то бормочет, но слова не разобрать.
— Сэм? — говорит он, в голосе ещё звучит смех. — Как закончишь общаться с природой, будем валить отсюда. Сейчас. Эээ. Не знаю, который час, но… ты сам понимаешь. Уже должно быть поздно.

Сэм садится ровно и смотрит на Дина совиным взглядом. Глаза у него уже не красные, и Дин понимает, что он валялся на земле в отключке дольше, чем ему показалось сначала.
— Мы готовы? — уточняет Сэм, всё ещё слегка отрешённо. — Я с камнем закончил.
— Ты… c камнем закончил? Ясно. — Дин кивает и хватается за сэмово предплечье — вены и гладкая прохладная кожа под его пальцами — ставит на ноги. Тот шатко, но стоит. Когда Сэм перестаёт неуверенно качаться, они оба отправляются домой.

Горизонт сереет, словно солнце выжигает края чёрных страниц в закрытой книге.
— Я правда рад, что мы пришли сюда, — говорит Сэм.
Дин старается не стонать: Сэм говорит с такой серьёзностью.
— Вы собираетесь написать мне благодарственную записку, когда мы вернёмся домой, мисс Маннерс?
— Дин, заткнись. Я серьёзно. — Голос Сэма по-прежнему тёплый и немного неровный. — Было здорово. Хороший итог учебного года, да и вообще, всего. Я имею в виду, а вдруг это была наша последняя возможность?

Дин фыркает.
— Что, став ответственным взрослым, ты вдруг решишь жить исключительно по правилам, что ли? Или ты просто скорбишь по поводу того, что Тейлора больше не будет рядом и тебе негде будет достать траву?
Сэм опускает взгляд, потом поднимает голову и смотрит на Дина, уверенно и бесстрастно. Его взгляд немного грустный, будто даже виноватый.
— Что-то в этом роде, — шепчет он. Дин едва разбирает слова.
— Чувак, да ты до сих пор под кайфом, — смеётся Дин. Сэм смотрит на него, улыбаясь немного мечтательно.
Они вваливаются в дом незадолго до того, как рассвет поднимается над холмами. Дин падает на свою кровать, стоящую в противоположном углу от сэмовой. Ему немного холодно, но хорошо. Определённо хорошо. Смотреть, как от ровного дыхания Сэма приподнимается простыня, тоже приятно.
— Поздравляю, Сэмми, — бормочет он, уже засыпая. Он почти уверен, что слышит ответное «спасибо», хотя Сэм мог сказать и что-то другое.

***
Часов в десять утра Дин падает с кровати из кровати. Он ударяется об пол с глухим стуком и резко просыпается, перекатываясь на бок и хватаясь за нож, лежащий на прикроватной тумбочке.
Дин тяжело дышит, обшаривая глазами комнату. Ничего. Он всего лишь упал с кровати. Сэм в полной отключке, глухо сопит в подушку, наверняка уже мокрую от слюны, если Дин хорошо знает своего брата. А он знает.
Дин трёт лицо и со стоном отправляется в ванную. В зеркало смотреть он не рискует. Отлив, Дин выпивает две таблетки тайленола, запивая их пятью маленькими стаканчиками воды. Ледяная вода из-под крана адски щиплет лицо, когда Дин подставляет голову под струю, но оно того стоит. Дин возвращается в постель, по крайней мере, наполовину живым.

Он даёт себе ещё час. Если отоспаться сейчас, к полудню он будет готов к тому, чтобы разбудить Сэма и вволю поиздеваться над его поствыпускной задницей.
В полдвенадцатого Дин рывком просыпается. Железнодорожная шпала, торчавшая у него между глаз, уменьшилась в размерах до едва ощутимого гвоздя.
В этот раз он находит в себе силы, чтобы принять душ, побриться и почистить зубы. Дин кажется себе немного бледным, веснушки ярко проступают на щеках, носу и даже ушах. Потемневшие от воды волосы торчат в разные стороны у висков и шеи.
Сэм до сих пор в отключке. Он хрипло и затрудненно дышит, похоже после целой ночи на свежем воздухе обострились аллергии. Сэм никогда не храпит, даже когда у него насморк. Но сейчас его вдохи и выдохи в подушку почти такие же громкие, как храп.
— Проснись и пой, Сэмми! — кричит Дин Сэму в ухо. Тот с криком дергается, подскакивая на матрасе и панически оглядываясь.
— Твою мать, — у Сэма дрожат руки, он тяжело дышит, а Дин смеётся, глубоко и долго. — Какого хрена, Дин? Господи.
Потом у него моментально отливает кровь от лица. Он вылетает из кровати, спотыкаясь об пол, и едва успевает добежать до ванной, где его обильно рвёт в раковину.

— Ты вчера чересчур налёг на изменяющие сознание субстанции, — произносит Дин, решая не уточнять, что он и сам чувствует себя не ахти, несмотря на то, ему удается передвигаться, не повторив подвиг Сэма.
— Отъебись, — брюзжит Сэм. Под его личиной заучки по-прежнему прячется угрюмый тинейджер, от чего Дин чувствует себя немного лучше.

— Отъебался бы, если мог, Сэмми. — Дин произносит всякие непотребности нарочито громким голосом. Разъярённый взгляд, который на него бросает Сэм, впечатляет. Но такова работа Дина. Для чего ещё нужны старшие братья, если не для того, чтобы спаивать своих младших, а потом издеваться над ними на следующее утро? И неважно, что напивался по собственной инициативе.
Дин отправляется на грязноватую кухню, посмеиваясь над сэмовыми несчастьями. Злорадство, конечно, доставляет больше всего удовольствия, когда злорадничаешь ты сам. Чем Дин и занимается.
— Я готовлю завтрак, — объявляет он Сэму. — Пожирнее, специально для тебя.
В ответ доносятся только жалкие неразборчивые звуки. Дин решает сделать Сэму подсушенный тост. Он, конечно, жесток, но не настолько.

Дверцы кухонных шкафчиков закрываются неплотно, и на доске возле телефона, которая уже висела тут, когда они сняли дом —Джон вряд ли бы озаботился сам покупкой подобной — Дин записывает для себя: затянуть петли. Над его записью размазанное напоминание красным маркером о том, что мусор вывозят по вторникам и субботам, а фильтр в кондиционере надо поменять.

Почти вся посуда уже была в доме, когда они въехали. Сковородка поцарапана, с ржавчиной вокруг ручки, но Винчестеры неразборчивые. Дин жарит себе яичницу с беконом, его любимая еда с похмелья.
Пока поджаривается бекон, он прикрывает глаза и прислушивается. Кажется, по крыше стучат капли: начинается безжалостная летняя гроза.
Сэм, шаркая, входит в кухню — Дин взбивает омлет в их единственной миске. Пальцы сэмовых ног цепляются за трещины в отслоившемся линолеуме, пожелтевшем и потрескавшемся. Он в едва висящих на бёдрах спортивных штанах и чистой футболке. Но все равно он него несет несёт блевотиной, потом и грязью.

— Так тащишься от собственной вони, что даже не соизволил принять душ?
Сэм осторожно качает головой и бормочет:
— Не могу стоять, закрыв глаза или запрокинув голову. Падаю. Так что придётся тебе потерпеть, похоже.
— Извини, чувак, — через мгновение мягко произносит Дин. Он протягивает Сэму надщербленную белую тарелку с четырьмя прожаренными тостами. — Как думаешь, твой желудок примет немного масла или джема?
Еще он наливает Сэму стакан воды из-под крана.

— Пока этого хватит, — выговаривает Сэм и отправляется на кушетку в гостиную.
Звонит телефон, который словно вежливо ждал, прежде чем Сэм выйдет из кухни.
— Слушаю, — говорит Дин. Звонить может только один человек.
— Как идут дела, Дин? — спрашивает отец грубоватым голосом. Это не вопрос для поддержания беседы. Отец хочет знать, не успел ли Дин уже облажаться.
— Хорошо, всё хорошо. Отлично даже. Вчера у Сэма был выпускной, но мы не пошли, погуляли вдвоём. Посмотрели кино. Ничего особенного. Всё спокойно. Ты же вернёшься сегодня вечером, — Дину не удаётся полностью изгнать из голоса жалкую мольбу. Хотя он старается.

— Кстати, об этом... — Дин поджимает губы и молчит. — Я вернусь не скоро. Подвернулась ещё одна работа, и я...
— У тебя всё в порядке? — Дин с такой силой сжимает трубку, что пальцам больно.
— Да, да. Всё в порядке.
— Мы можем приехать к тебе, пап. Ты же знаешь, мы можем помочь, я мог бы...
— Нет, — отрезает отец на том конце провода. Дин вздрагивает. — Нет. Мне нужно, чтобы вы, мальчики, сделали кое-что для меня.
— Конечно, — Дин уже держит в руке маркер, которым пишут на доске.

— В Вирджинии происходит что-то неладное. Калеб сбросил мне пару зацепок. Похоже, что какой-то обезумевший призрак добавил работы врачам местной больницы: множество пациентов с рублеными ранами, как от топора.
— Что именно мы должны для тебя разузнать?
— Не для меня. Я хочу, чтобы вы с Сэмми вдвоём отправились и разобрались с этим делом на месте. Тридцать восемь и восемь широты, семьдесят семь и три долготы. Там не должно быть ничего сложного, но надо, чтобы вы оба поехали, — голос отца низкий и раздражённый. — Если я узнаю, что ты решил заняться этим делом без своего брата или отпустил его на Охоту одного, ты у меня получишь, как следует, Дин.

— Есть, сэр, — сглатывает Дин. Воспоминание о Висконсине — фигуре в чёрном балахоне и пробравшем до костей холоде — на мгновение едва не сбивает Дина с ног, но потом восторг от того, что отец поручил им их первую совместную Охоту, побеждает. — Ты будешь ждать нас там?
Дин знает, что отец наверняка услышал радость в его голосе, но ему, честно говоря, плевать.
— Я думаю, вы и сами справитесь. Только помни...
— Я знаю, отец. Правила. Всё хорошо, мы будем в порядке. Мы справимся. Не действовать поодиночке, я помню правила, всё под контролем.
Дин затыкается прежде, чем его затыкает отец.
— Охота займёт у вас несколько дней, не больше. Как только закончите, перезвоните пастору Джиму. Я выйду с ним на связь.
— Понял. Есть, сэр.
— До встречи, Дин, — отцовский голос звучит странно, но, скорее всего, дело в плохой связи.

— Пока, пап. — Дин вешает трубку, щеки болят от широченной улыбки. Он кричит от радости и бегом бежит в гостиную.
— Знаешь что, вонючка? — спрашивает он, усаживаясь на тот конец кушетки, где Сэм разложил свои ноги.
Сэм успевает подтянуть ноги под себя, избежав одновременного перелома обеих щиколоток.
— Потише, — стонет он, вминаясь лицом в маленькую подушку. — Можно, пожалуйста? А то у меня лопнут барабанные перепонки, кровь, мозг и ушная сера растекутся по всему дивану, и ты разозлишься.
Дина поражает уровень содержательности сэмовых предложений. Оказывается, простая вода и сухой тост способны творить чудеса.

— Какой ужас, — Дин укладывает сэмовы ноги себе на колени и хлопает его по голени.
— Чего ты такой радостный? — бормочет Сэм, запуская подушку в голову Дина.
— Для нас с тобой появилась работа, — убрать улыбку с лица Дин не в силах.
— Сейчас? Прямо сейчас? — Сэм опять стонет и пинает Дина в живот. Попытке не хватает силы, и Дин чувствует себя виноватым.
— Ну, может быть не прямо сейчас. Но как только ты соизволишь вернуться в мир живых, мы отправимся на Охоту.
— Отец вернулся? Или он встретит нас на месте? — Сэм, похоже, не разочарован, и Дин сдерживается изо всех сил, лишь бы не заорать от счастья.
— Ну не совсем.

— Что? — Сэм даже садится. Выглядит он ужасно, но на лицо понемногу возвращается краска. — Мы будем охотиться сами? Нас же убьют, Дин! — Он определённо перепуган до смерти.
— Нет. Всё с нами будет хорошо. Отец сказал, что Охота очень простая.
— Так, может, съездишь сам?

Даже от этих слов радость Дина не становится меньше. Это лучшая неделя в его жизни.
— Отец сказал, что оторвёт мне яйца, если я оставлю тебя. Ты же знаешь правила: поодиночке охотиться нельзя.
— А ты не мог с ним договориться? Я не поеду, если отца с нами не будет. Вместе с ним мы охотимся лучше. — Раздражённый Сэм отнимает ноги с диновых коленей с таким видом, будто это наказание.
— Мы и так вместе, Сэмми, — Дин улыбается, тепло и счастливо. Он обхватывает Сэма за потную шею и несильно прижимает к себе. — Скажешь, как тебя перестанет тошнить в горизонтальном положении, тогда и поедем. Я посмотрю карту и упакую вещи, пока ты будешь отлёживаться.
— Охуенный у меня выпускной, — хмуро бормочет Сэм, отодвигаясь от Дина. Толкается он слабенько, но глаза у него уже блестят. — Я не двинусь с места раньше пяти. И буду вести машину, по крайней мере, полпути.
— Хрен тебе, а не вести машину, — смеётся Дин, поднимаясь. Сам он уже совершенно не чувствует похмелья, и ему безумно хочется отправиться в город и встретиться там с Люси Стюарт ради приятного обеденного перепихона. Тогда этот день уже окончательно займёт первое место в списке лучших дней в его жизни.
Но нельзя. Их ждёт работа.

_________________
Shut up and drive


09 дек 2011, 20:36
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Изображение

Дорога займёт у них часов десять, если Дин поднажмёт. Это если не учитывать траффик в северной Вирджинии — куда они направляются. Названные отцом координаты указывают на Фэйрфакс Стейшн, это пригород мегаполиса — Ад на Земле, если вы спросите Дина.
Сороковое шоссе почти пустое, по крайней мере, до Нэшвилла. Вечер четверга, пикапы и седаны везут своих пассажиров с работы домой. Сэм ведёт себя хорошо, учитывая тяжёлое начало дня. Он даже даёт пару неожиданных, но очень дельных советов, благодаря которым Дин объезжает несколько заторов, победно вскинув в воздух сжатый кулак.
После этого дорога свободна до пересечения с двадцать восьмым шоссе. В награду Дин включает Дорз, и они слушают их. Пацану нужно давать периодический отдых от Лед Зеппелин и Моторхед, иначе он дойдёт до белого каления к тому моменту, как они доберутся до Вирджинии.
Дин мычит про себя каждую песню из альбома «В ожидании Солнца» и краем глаза замечает, как Сэм кивает головой в такт. Солнце давно село, звёзды над полями большие и яркие, а Джим Моррисон поёт о береге свободы.

Дин не уверен, как далеко от Линчбурга до пляжа, но после Шарлотсвилля они попадают в затор из внедорожников с университетскими наклейками на крыльях, и поворачивать уже поздно. В любом случае, на высокие летние волны им некогда будет любоваться. Да и пляжи будут забиты пьяными неудачниками из колледжей, танцующими вокруг костров.

Дин косится на Сэма, развалившегося на пассажирском сиденье. Тот прижался головой к окну и смотрит на серебряное покрывало звёзд. Дин молча обещает себе, что они заедут на пляж на обратном пути. Их ждёт Охота, и сейчас не время делать вид, что они на семейном отдыхе, как бы не хотелось. Сэмми не был на пляже с тех пор, как ему исполнилось восемь. Да и то они добрались до моря, потому что отцу нужно было метнуть гарпун в русалку-убийцу.

Шестьдесят шестое шоссе движется быстрее, чем Дин предполагал. Правые полосы забиты, но по левой Дин едет миль на двадцать пять быстрее, чем разрешают знаки. Его машина — единственная в крайнем ряду. Спрятанный под щитком прибор показывает, что копов с радарами впереди нет.
— Так на кого мы охотимся? — спрашивает Сэм. Он не открывал рот с того момента, как они последний раз останавливались — это было миль двести назад — но это не плохое молчание. Сэм молчит легко, приятно, его дыхания и лёгкого поглаживания пальцами дверной ручки достаточно для общения.

— Разъярённый дух, так отец сказал. Вероятно, в Фэйрфакс Стейшн. Больше я ничего не знаю, но, судя по всему, в больницу обратилась кучка офисных крыс со странными ранами, нанесёнными топором. Если они и знают, что случилось, то не рассказывают. Похоже, работа специально для нас.
— Смертей нет?
— Пока нет, — вздыхает Дин. — По крайней мере, отец о них не упоминал. Он не особо закапывался в дело, Калеб рассказал ему о больничных записях и всё. Я не исключаю, что кто-то всё же погиб.
Сэм покусывает губу, сосредоточено хмурит бровь. Он начинает выколупывать грязь из-под ногтей, и Дин борется с желанием схватить его за запястье и остановить тихие щёлкающие звуки, пока они не свели его с ума.

Он вытаскивает кассету и включает радио, проворачивает регулятор громкости так, чтобы «Отель Калифорния» орал на всю машину. Сэм бросает на него яростный взгляд. На этом он не останавливается, хватает Дина за мочку уха и тянет, сжимая между ногтями. Дин подскакивает и орёт.
— Иисусе, Сэм! — кричит он, но Сэм только смеётся, прижимаясь спиной к углу между сиденьем и дверью. Так удобнее любоваться раскрасневшимся от злости Дином, который пытается удержать машину на дороге. — Больно же, мелкое говно.
— Ты же знаешь, как я ненавижу Иглз, Дин. Так что получил по заслугам. — Он самодовольно-выразительно молчит до тех пор, пока Импала не сворачивает на двадцать третье шоссе, где Дину требуется помощь карты.

Мотель с нормальной ценой и до сих пор открытой конторой они находят не сразу. В три ночи уже поздно ехать в библиотеку изучать обстоятельства дела и слишком жарко, чтобы осматривать город самим в поисках места, где орудует их призрак. Отец не оставил почти никаких наводок, а карта городка слишком сложная (запутанная) и, очевидно, устаревшая.
— Какого чёрта? Ещё немного, и нам придётся спать в машине, — ворчит Сэм.
— Даже если и так, ничего страшного, — бормочет Дин, но продолжает ехать. Должен же быть хотя бы один открытый мотель. — Что не так с этими людьми? Не может быть, чтобы не было ничего дешевле девяноста баксов за ночь.

Наконец они останавливаются в мотеле «Бризэвей» в самом Фэйрфаксе. Его облезлые и поштукатуренные стены с поблекшими красными и жёлтыми навесами над окнами подходят им куда больше, чем вычурные «Хилтоны» с БМВ, припаркованными у входа.
Они заходят в комнату и словно попадают в ситком из семидесятых.
Всё вокруг коричневое: ворсистый ковёр, металлические шкафчики, стены. Ретро, только настоящее, не искусственное.
Сэм моргает и бросает свой мешок на стойку в углу. В окна врывается визг тормозов огромного грузовика, Дин щурится от яркого света фар, пробившегося сквозь тяжёлые коричневые шторы.
— Ну и пусть. Зато дёшево, — говорит Сэм и бросает оценивающий взгляд на две кровати.
— На какой будешь спать? — спрашивает Дин, прикидывая, где лучше: у двери или у ванной.
— Наверное, на этой, — отвечает Сэм и падает на правую кровать, ту, что ближе к ванной. — Я уже привык тут спать.

На ближайшей к двери кровати всегда спит отец, на второй — Дин с Сэмом. Но теперь наконец-то они могут спать каждый на своей кровати. Логично предположить, что Дину достанется отцовская.
— Не знаю, как я теперь буду спать без твоего ужасающего запаха изо рта, — говорит он. Целая односпальная кровать в его полном распоряжении — невиданная роскошь.
— По крайней мере, я не наваливаюсь на людей во сне, — фыркает Сэм. Выглядит он так, будто ещё секунда, и он покажет Дину язык.
— Клевета! — делано возмущается Дин, изображая глубочайшее недоверие. Он берёт щётку и зубную пасту и отправляется в ванную, замечая, как Сэм закатывает глаза. — Заткнись и ложись спать. Нам вставать самое позднее в полдесятого. Поставь будильник.

Когда Дин выходит из ванной, умывшись и почистив зубы, Сэм до сих пор возится с кнопками будильника, пытаясь сообразить, как установить нужное время.
Дин заползает на провисшую кровать и натягивает на себя дешёвое белое покрывало. Он думал пролистнуть вчерашнюю газету, чтобы иметь представление о городе, в котором им предстоит завтра работать, но на второй странице у него начинают закрываться глаза.
Дин решает, что ничего страшного не случится, если он закроет глаза на секундочку. Последнее, что он слышит, это как Сэм сплёвывает в раковину.

***

Дин просыпается от лая бродячей собаки, громкого и пронзительного. Слышно, что шавка мелкая и злющая, наверное, сбежала из одного из дворов по соседству, тех, что окружены настоящим белым заборчиком. Дин ворчит и переворачивается на другой бок — теперь ему видно не окно, а их комната — и тянет покрывало, чтобы накрыть уши.
Оно, однако, не поддается. Через пару мгновений замешательства Дин понимает, что покрывало не двигается, потому что кое-кто почти полностью утянул его под себя.

Изображение

— Сэмми, — ворчит Дин, толкая ком, лежащий на дальнем конце кровати — замотанный в его, Дина, покрывало. — Что? В моей кровати? У тебя своя же, — слова получаются медленными и липкими, с несвежим привкусом сна.
Сэм только всхрапывает и причмокивает губами, легко улыбаясь. Он зарывается чуть глубже в простыни и перекатывается поближе к Дину, выдыхая тёплый воздух прямо тому в лицо. Дин закатывает глаза и толкает Сэма, пытаясь перевернуть его на другой бок. Сэм, естественно, не двигается с места.
— Ладно. Как знаешь. Только не дыши на меня.
Дин легко засыпает снова, теплое дыхание Сэма на второй половине кровати окутывает, как приятная южная влажность, убаюкивая его в сон.

***

В полдесятого их будит разрывающийся будильник. Дин переворачивается, чтобы его выключить, и в руках у него оказывается Сэм.
— А? Твою мать, — говорит он Сэму в лопатку. Ещё и вляпывается локтем в остывшую на подушке лужицу сэмовой слюны. — Какая гадость.
Наплевав на все правила приличия, которые включают в себя бережное отношение с различными внутренними органами младших братьев, Дин переваливается через Сэма и выключает будильник. Он с нажимом, чтобы отомстить, вытирает свой локоть о Сэма — где-то в районе почек — и с ворчанием выталкивает Сэма из кровати на пол. Глухой звук говорит о том, что в полёте Сэм обо что-то прикладывается.

Сэм просыпается с болезненным стоном, но Дину всё равно, даже если Сэм заработал сотрясение, стукнувшись башкой об угол тумбочки.
— Зачем ты так? — ноет Сэм.
— Затем, что ты спал в моей кровати, чувак, — говорит Дин, направляясь к раковине. Он собирается почистить зубы. По дороге едва не запутывается в покрывале, сползшем с сэмовой кровати. Похоже, по дороге к кровати Дина Сэм успел поспать на полу. Дин не знает, как это понимать.

— У меня из матраса пружины торчали, — утверждает Сэм. Звучит вполне убедительно. Правда, Дину очень часто сложно определить, врёт Сэм или говорит правду.
— И поэтому в момент озарения ты решил залить мою постель своей слюной. Спасибо. Ты настоящий друг.
— Зато я хоть не храплю, как будто это бензопила работает, — огрызается Сэм.
— Заткнись, слюнявый. Я тут пострадавшая сторона, тебе слова не давали.
Сэм фыркает и откидывается на изголовье кровати с такой силой, что оно ударяет в стену. Он хватает лежащий на прикроватной тумбочке пульт и начинает переключать каналы, ударяя по кнопкам, словно они в чём-то виноваты. Должно быть, он собирался посмотреть местные новости, потому что, пощёлкав недолго, Сэм заявляет:
— Ничего особенного.
Дин как раз заканчивает бриться.

— Что-нибудь неособенное?
— Неа. В основном, дела штата. И всякие сплетни, так интересные человечеству.
Дин не включает воду до последнего сюжета, в котором ведущий рассказывает о мужчине, который совершил подвиг и вытащил соседей из горящего дома.
— Значит, идём в библиотеку, — заявляет Дин и поворачивает кран, делая воду максимально горячей.

***


— Я достал несколько старых выпусков местной бесплатной газеты, «Сан Газетт», — говорит Сэм откуда-то из-за полок.
Они уже в четвёртой по счёту библиотеке, и впереди у них ещё пять, в которые реально заехать до заката. Смотреть на Сэма, пускающего слюну на книги, почти невозможно.
Библиотека Шантили, в которой они застряли, — большое здание с минимумом перегородок, алюминиевыми полками, густыми ковровыми дорожками и рядами новейших компьютеров. Она забита раздражающими маленькими детьми, их идеальными родителями, задротами-старшеклассниками, которые при других обстоятельствах запросто могли бы оказаться друзьями Сэма, и скучающими домохозяйками, которые при других обстоятельствах стали бы для Дина больше, чем просто друзьями.

— Ку-ку? Земля вызывает Дина? «Сан Газетт»?
— Я тебя слышал, — говорит Дин и сосредотачивает на Сэме всё своё внимание. — И напомни мне в будущем больше не издеваться над тобой из-за твоей страсти к библиотекам, — добавляет он, ухмыляясь.
— Интересно, сколько раз подряд можно говорить «заткнись» одному и тому же человеку? — бормочет Сэм и подсовывает Дину газету. — Читай. Если умеешь.
— Ха-ха, — сухо говорит Дин. Он переворачивает газетные листы и проглядывает статью, на которую указал Сэм. — Это всего лишь обзор телешоу. Или я ошибся страницей?
— Нет, посмотри на статью внимательно, — настаивает Сэм. Дин вчитывается.

Самые страшные места на планете, шестой сезон.
(канал Фокс Семейный)
Ведущая: Линда Блэр

В этом хоррор-реалити шоу обыкновенная семья отправляется изучать дома, имеющие дурную репутацию. В последнем эпизоде семья попадает в город Баннимэн Бридж в Вирджинии. По слухам, тут в одном из домо) живёт дух сумасшедшего, убежавшего из местной богадельни и выживавшего за счёт убитых им и съеденных диких кроликов. Сумасшедший разбрасывал останки кроликов по улицам, пугая соседей. Ходят слухи, что его дух после смерт) в костюме кролика убивает людей, всегда только топором. Трупы он вешает под мостом. По сегодняшний день в городе находят расчленённые трупы и видят высокого мужчину в грязном костюме кролика неподалёку от путепровода в Клифтоне. Второй дом, о котором пойдёт речь в этой серии...


— Будь я проклят, — говорит впечатлённый Дин. — Это же идеальная зацепка. Разъярённый дух в костюме кролика? Чаще всего его замечали около моста в Клифтоне...
— А еще там есть ссылка на статью о мосте и духе, её написал какой-то парень по фамилии Конли. Можем попросить одного из библиотекарей поискать эту статью, пока мы съездим и проверим мост, — предлагает Сэм. Он качается на задних ножках стула и когда отклоняется слишком далеко, Дин в последний момент сдерживает себя, чтобы не рявкнуть на него и не закричать, что он вот-вот раскроит себе череп. В конце концов, сам Дин сидит на стуле точно так же, и если он попробует отчитать Сэма, то получит в ответ такое…

— Здравая мысль. Ты сделай ксерокопию, а я пойду поговорю... — Дин находит взглядом самую молодую и самую привлекательную библиотекаршу за стойкой и читает имя на нагрудной табличке — …с Хизер. Встретимся через десять минут.

Хизер даже не поднимает голову, когда Дин грациозно усаживается за стол напротив неё.

— Доброе утро, — тянет он и наклоняется, чтобы попасть в поле её зрения. Она смотрит на что-то, за полками со свежими поступлениями. Он коротко улыбается ей и оборачивается посмотреть, что же такое она там углядела.

Оказывается, это — Сэм. Он нагнулся, чтобы загрузить чистую бумагу в нижний ящик принтера. Дин не знает, восхищаться ли реакцией девушки или дёргаться и чувствовать себя неловко из-за того, что он смотрит на гладкую спину Сэма — между задравшейся футболкой и сползшими джинсами, плотно облегающими его... понятно, короче.

— Чем я могу вам помочь? — радостно спрашивает Хизер. Возможно, она всегда такая жизнерадостная, но Дин готов поклясться: она завелась от того, что пялилась на Сэма. Дин даже немного гордится братом.

Помощи от Хизер немного. Она работает тут на добровольных началах не так давно, и с системой хранения документов округа Фэйрфакс еще не освоилась.

— Какой смысл пялиться на библиотекаршу, если она нам даже помочь не может?

Дин бросает на Сэма поражённый взгляд, но тот только невинно моргает в ответ, явно не понимая, что такого он сказал.

— Ладно, — Дин решает оставить фразу без комментариев. — Она просто не знает, где искать. Ничего страшного. Хотя, если я всё верно рассмотрел, это ты на неё пялился. Может, тебе повезёт больше. Сразу по нескольким пунктам.

Сэм фыркает.

— Дин, ты сумасшедший. Она старше того возраста, что мне нравится, лет на десять.

— Эй, осторожнее. Мы с ней почти одного возраста.

— Вот именно, старпёр, — Сэм не может не заржать.

— Да пошёл ты! — смеётся Дин в ответ. — Она смотрела на твой зад. Настоящая тигрица, Сэмми, которая хотела запустить свои коготки в тебя. — Дин не знает, зачем он стебёт Сэма, но выходит весело, да и он уже давно перестал задумываться о поступках, которые совершает ради Сэма.

— Ты гонишь.

— Я абсолютно серьёзен, — возмущается Дин. — Я стоял рядом с ней, пытался её замолодить, а она пялилась на твой костлявый зад около ксерокса. Капала слюной, словно ты стриптизёр из Нью-Йорка.

— Мой зад не костлявый, и ты это знаешь.

Сэм прав, но соглашаться с ним Дин не собирается, поэтому он меняет тему разговора.

— Куда это мы едем? Ты должен следить за картой, а не рассуждать про свой зад, Саманта.

— Умираю от смеха каждый раз, как это слышу, — Дин не глядя знает, что Сэм закатывает глаза. — Едь как можно ближе к железной дороге. Надо найти этот путепровод. Вот в этом треугольнике на карте — Сэм соединяет три точки на карте — должен быть расположен мост. Мы знаем, что он находится на равноудалённом расстоянии от трёх школ, потому что там постоянно собираются подростки.

— Может, вместо этого мы лучше...

— Дин. Если ты предлагаешь вернуться сюда вечером, чтобы замолаживать несовершеннолетних школьниц и пить на Охоте, я...

— Волшебным образом превращаешься в отца при малейшей возможности, — обрывает его Дин. Не то чтобы он всерьёз планировал нарушать правила, но внезапная правильность Сэма вовсе ему не нравится.

Сэм моментально плотно сжимает рот. Дин не может понять, он больше оскорблён или огорчён. Ему нет дела до разницы, но то, как Сэм недовольно возится на сиденье рядом, пользы Дину не приносит.

— Вот он! — выкрикивает Сэм, указывая за линию деревьев, растущих вдоль дороги. Они едут параллельно рельсам, и между деревьями Дин замечает бетонный путепровод с поржавевшими перилами. Он поднимается над заброшенной железной дорогой. — Наверное, он и есть.

*

Вдоль арки моста тянутся кусты, вокруг них навалены беспорядочные кучи мусора, метрическая тонна пивных бутылок, горы сигаретных окурков, больше использованных презервативов, чем Дин видел за раз со времен... Давно, в общем.

— Фу, — говорит Сэм и пинает бутылку Миллера, в которой жидкость, подозрительно напоминающая мочу. Бутылка катится вдоль дороги, из неё выплёскивается с влажным звуком.

— Теперь мы знаем, где мост. Думаешь, стоит подождать здесь или вернуться сюда вечером? — спрашивает Дин, разглядывая граффити на стене короткого туннеля под мостом. Выглядит плохо, для урбанистического искусства, что ни удивительно. Их наверняка делали богатые детки из состоятельных спальных районов, чьи родители зарабатывают на жизнь, производя что-то по госзаказу. Да и дорога почти спряталась под мусором из-за того, что в городе не хватает заключённых, которые бы тут убраться.

— Наверное, лучше вернуться вечером, — вздыхает Сэм, его эта мысль явно не радует. — Сначала нужно найти эту газету. Солнце сядет через сколько? Три часа? Четыре? Времени у нас хватает.

Судя по голосу Сэма, он этому вовсе не рад.

— Для начала можно и поесть, — предлагает Дин. — Вокруг куча разных ресторанов. Я запомнил один с барбекю, «Знаменитый кто-то там».

— Выходит, не такой уж знаменитый, — отмечает Сэм.

— Хватит ныть, — Дин легко толкает Сэма между лопаток.

— Значит, едем к «Знаменитому Дэйву», — заключает Сэм и неторопливо шагает к машине, последний раз оглядывая окрестности.

Дин топчется по мусору, собравшемуся в небольшие кучки вдоль дороги. Он проверяет их запасным отцовским EMF-метром. Они уверенно показывают средний уровень излучения.

— Гляди-ка, — Дин рассматривает ближайшее к нему дерево, проводит пальцами на высоте своего роста. — Какой глубокий порез на стволе. Должно быть, от оружия: мачете, тесака или чего-то подобного.

Сэм делает пометку в маленьком блокноте на спирали, который он вытаскивает из заднего кармана.

— Ладно. Теперь у нас чуть больше информации, проще будет понять, с чем имеем дело. Я отметил, как мы сюда добрались, так что ночью спокойно найдем это место. А теперь в библиотеку.

Дин раздражённо вздыхает.

В этот раз они оказываются в клифтонской библиотеке. Библиотекарь — женщина за сорок с приятным лицом и мягким голосом. Она моментально проникается симпатией к Дину.

— Интересуетесь местной историей? — говорит она и похлопывает руку Дина, лежащую на стойке. — Так приятно, когда такие молодые люди, как вы, интересуются историей родных мест. Так мило.

Дин вежливо кивает и мнётся.

— Значит, вы можете нам помочь?

— Вообще-то могу, — говорит она, весело подмигивая, и уходит, быстро возвращаясь с папкой. — После этого сериала у нас многие пытаются разыскать Клифтонского Кролика. Настоящая сенсация, все хотят на него взглянуть.

Дин толкает Сэма локтём. В папке наверняка есть все медицинские отчёты по делу. Сэм взламывает базу данных и распечатывает информацию, найденную в архиве городского морга. За последние пять лет зафиксировано четыре случая убийства топором.

— Удивительная история, — Дин улыбается как можно очаровательнее. Библиотекарша наконец протягивает папку.

— Надеюсь, мальчики, вы не соскучитесь и найдёте то, что вас интересует. — Она отворачивается к книжным полкам за спиной.

Они находят то, что их интересует. Статья серьёзная и обстоятельная. Дину удаётся подтвердить почти каждый факт, имеющийся у них на руках.

— Я провёл исследование, — говорит Сэм, засовывая ручку в рот; розовые губы растягиваются вокруг пластика. Потом сразу вытаскивает её и начинает тарабанить по столу. — И, похоже, кое-что нашёл. Он же был сумасшедшим преступником, да?

— Да, — Дин крутится на вращающемся стуле. — Сбежавший заключённый. Его упустили при перевозке из хорошо охраняемой тюрьмы в хорошо охраняемое учреждение для помешанных или как там его называют. Реформированные охраняемые центры для умалишённых преступников.

— Смотри. На сайте «Замок Духов» — заткнись, сам знаю, у них, — мне кажется, есть кое-что интересное. Парень по имени Тимоти Форбс повесил интервью с женщиной. Так вот она рассказывает, что здесь неподалёку бродяга убил двух детишек за то, что они залезли на его территорию. Тела нашли повешенными на мосту. Она сказала, что убийца-бродяга — это сбежавший заключённый. Который ходил в костюме кролика.

— Гадость, — вздрагивает Дин. — Ладно. Совпадением это быть не может. Ты нашёл что-нибудь об этих детишках в документах из морга?

— Я не читал настолько старые отчёты, и, боюсь, мне не удастся взломать их систему ещё раз, — Сэм вздыхает.

— Зато у меня есть ещё кое-что, — Дин подкатывается к Сэму на стуле. — Лортонская тюрьма. Стоит тут неподалёку. Исправительный департамент округа Колумбия построил её в тысячу девятьсот десятом году.

— И?

— А уже в четырнадцатом году два заключённых из психушки в округе Фэйрфакс сбежали, когда их перевозили в эту тюрьму. Один из них, Дуглас Грифон, убил второго, Маркуса Волстера. Больше о нём никто не слышал, — Дин триумфально хлопает по столу.

— Если никто о нём не слышал, как мы тогда сможем найти тело и сжечь? — раздражённо интересуется Сэм.

— На сайте написано, что он бомжевал. Мы приблизительно прикинули территорию, где случались нападения. Мост - в самом её центре. - Дин пододвигает карту с отметинами к Сэму, надеясь на одобрение. - Так что, думаю, мы побродим вдоль железной дороги и найдём его пристанище. Если оно ещё сохранилось.

Сэм удручённо кивает.

— Эту местность так перестроили за последние годы, — говорит он. — Если бродяга сделал себе хижину или нечто подобное, её уже давно могли снести.

— Железная дорога на момент застройки уже была. Если он держался рельс, охотясь на людей, значит, и его логово было близко к полотну. Не думаю, что реконструкция района зацепила бы эту территорию.

— По крайней мере, будем надеяться. И, кстати, застройка могла стать причиной его раздражения. Когда в семидесятых тут начали пропадать дети, как раз началось строительство новых домов в округе. И сейчас происходит то же самое. Цены на недвижимость зашкаливают, люди тысячами переселяются в пригородные районы, чтобы...

— Да, да, я понял, — Дин едва справляется с желанием захлопнуть Сэму рот ладонью. — Дорога за рекой, нам надо будет пробираться через лес. — Он встаёт, потягивается и ловит на себе взгляд Сэма. — Что?

Сэм отвечает не сразу.

— Ничего. Ты просто чудило.

— Кто бы говорил, Сэмми.

***

Они находят хижину — не снесённую бульдозером, но в ужасном состоянии.

— Вот дерьмо, — заявляет присевший на корточки Сэм. Он роется в горе гниющего дерева и обломков.

— Предлагаю просто сжечь эту халабуду к чертям, — жизнерадостно говорит Дин.

— Почему-то я не удивлён, — бормочет Сэм. — Напоминаю, если ты забыл: сейчас середина лета, вокруг сухо, как в пустыне. Поблизости не только железная дорога, но и куча домов. В которых живут люди.

Дин разбирает завалы. Уже поздно, темнеет очень быстро, и им ни за что не удастся найти кости Человека-Кролика прежде, чем Человек-Кролик найдёт их самих.

— Когда он появится, ты продолжай искать, — говорит Дин. На секунду он останавливается, чтобы бросить на Сэма суровый взгляд. — Я серьёзно. Я разберусь с Грифоном, твоя задача — найти кости и не получить топор в голову.

Прежде, чем Сэм успевает ответить, слышится звон разбивающегося стекла и пронзительный смех из-за деревьев.

— Твою мать, — шипит Дин, а Сэм пинает полуразвалившуюся стену. — Эти бестолковые дети, которым бы только развлекаться.

Сегодня — пятница, последняя учебная неделя в этом округе. Дин кроет себя почём свет стоит, можно было и раньше догадаться, что произойдёт.

На полу в хижине полусгнившие листья и спрессованная грязь, Сэму приходится откапывать эту корку лопатой, они продвигаются слишком медленно.

Вокруг уже окончательно стемнело, а Дин нашёл только старую клеёнку, зияющую дырами.

— Может, он всё-таки придёт за нами, а не за ними, мы же угрожаем его...

Дина обрывает пронзительный вопль. Он бросает лопату, швыряет Сэму заряженный обрез и мчится между деревьями к мосту.

У дороги с десяток подростков врассыпную несутся к своим машинам. Одного, лет на вид шестнадцать, призрак цепко держит за шею.

Дин наконец может его рассмотреть. Ничего отвратительнее он в жизни не видел. Высотой футов шесть с половиной, здоровенный, крупный и грубый. Костюм кролика омерзителен: покрытый пятнами крови, грязи и чем-то ещё, Дин знать не хочет, чем. Он светится в лунном свете, серовато-коричневый мех, когда-то бывший белым, а сейчас потерявший окраску от старости и грязи, выглядит липким и скользким.

Но костюм — ничто по сравнению с головой. На лице — маска с выпученными глазами, из полупрозрачного материала, когда тебе все видно, а тебя окружающим — нет. Ужасающая пародия на улыбку пугает ещё больше. Меха на маске нет, она выглядит твёрдой и матовой, словно её вырезали из кости. Изо рта торчат искривлённые зубы, а вместо носа — дыра. Изорванные лохмотья ушей поднимаются над головой на полтора фута, их края подраны и покрыты спёкшейся кровью, отчего уши отвердели и торчат ровно вверх.

Волна вони докатывается до Дина, густая и сильная, от запаха моментально закладывает нос и глотку. Смерть и гниение, дерьмо и запах тела, рвота, сера и все самые отвратительные запахи, которые корда-либо чувствовал Дин — все смешались в один. Парень, которого держит Человек-Кролик, блюет без остановки. Если Дин не поторопится, то последует его примеру.

Он выпрыгивает из леса и скатывается по склону к дороге, размахивая обрезом.

— Пригнись! — орёт он пацану. — Пригнись, мать твою!

Однако тому никак не пригнуться, мёртвый маньяк держит его, прижимая рукоять топора к шее, одна искорёженная узловатая лапа держит парня за волосы, словно он собирается содрать с пацана скальп.

Дин обходит двоих со спины, уклоняясь и выгибаясь, ловит момент, когда у него есть возможность точно выстрелить призраку в спину, и нажимает курок, задержав дыхание.

С оглушающим взрывом каменная соль попадает в цель. Призрак рассеивается, пацан падает на колени и давится собственной рвотой.

— Чёрт, парень, беги отсюда, немедленно. — Все друзья подростка уже давно исчезли, и Дин не может его бросить, вдруг ублюдочный кролик дематериализуется. — Идём со мной. Идём, — говорит он, стараясь, чтобы звучало убедительно. Он перебрасывает мальчишку через плечо и со всех ног бежит к Сэму.

Сэм уже раскопал скелет, но нет гарантии, что какие-то кости не валяются ещё где-нибудь в хижине.

Изображение

— Этого должно хватить, — тяжёло дышит Сэм.

— Он держал парня, — сообщает Дин Сэму, — за горло. Я не мог его там бросить.

Сэм кивает и заливает кости бензином.

Запах Кролика появляется раньше, чем он сам — точно над плечом Сэма. Сэм ещё не успел поджечь кости, но рисковать братом Дин не собирается. Он прыгает к Сэму, врезается в него, они оба валятся в сторону. Дин вскакивает прежде, чем Сэм успевает понять, что происходит. Он жертвует своей лучшей зажигалкой, чиркает по ноге кремнем и бросает в кучу костей, даже не собираясь подбирать.

Сэм тянет руку вверх, Дин — вниз, они хватаются друг за друга — словно если отпустят, то упадут с земного шара. Дин вздёргивает Сэма, тот сразу бросается бежать, на ходу обхватывая парня за пояс — тянет за ними.

Кости пылают жаром им в спину, добавляя вони в и без того отвратительный запах, и вот уже призрак в кроличьем костюме развевается в горящую пыль у них на глазах.

*

_________________
Shut up and drive


09 дек 2011, 20:37
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
*

Они вваливаются в номер около семи утра, после того, как подвезли Джейсона — им наконец удалось выспросить у парня его имя — к больнице. Кожа у Дина гудит, как натянутая струна от адреналинового прилива успешной Охоты. Глаза Сэма, воодушевленного окончанием дела, ярко сияют. Не имеет значения, что они покрыты грязью, слизью и пеплом.

Дину не удаётся открыть дверь, искореженную летним жаром. Они с Сэмом одновременно толкают её плечами, заливаясь от смеха. Дверь скрипит, кряхтит и медленно поддаётся. Последний её слабый протест исчезает под их напором, и они вваливаются в комнату, хихикая, словно надышались веселящего газа.

— По-моему, ты её сломал, — заявляет Сэм, отсмеявшись.

— Они сами виноваты, нечего делать такие дерьмовые двери. — Пальцы Дина подрагивают в закатанном рукаве рубашки. Он ухмыляется Сэму и перекатывается через кровать, дотягиваясь до телефона. — Но если ты так переживаешь...

Дин набирает номер регистрации, прохаживаясь по потёртому ковру между кроватями.

— Вас беспокоит Джим Рокфорд. Да, двести четвёртая комната. Дверь заклинило, и мне пришлось её как бы выламывать. Вы бы её проверили. Мы уже скоро выезжаем, так что. Да. Ага. Нет, ничего серьёзного. Спасибо.

Дин отрывает взгляд от ковра и видит, что Сэм уже стянул с себя грязную одежду и бросил её у входа в ванную. Отсвет от лампы на его коже едва заметен на фоне ярких солнечных лучей, бьющих в окно.

— Я первый в душ, — говорит он, и Дин делано тяжело вздыхает, хотя он, в принципе, не против.

— Тогда я пойду первым в следующий раз, — говорит Дин. Он возится с внутренней тканью кармана, пока Сэм стягивает мокрые джинсы с напряжённых бёдер. Спина и задница вымазаны грязью, и те места, где чисто, словно словно светятся в утреннем свете.

Дверь в ванную Сэм прикрывает, но не захлопывает окончательно. Сквозь щель шириной дюймов шесть как раз видна душевая кабинка. Дин бездумно пялится какое-то время, видит, как сгибается и разгибается рука и бедро Сэма, когда он снимает трусы. Движение выдёргивает Дина из странного ступора, наверное, так начинается отходняк после Охоты.

Он прохаживается по комнате, пока Сэм моется, включает телевизор погромче, чтобы перекрыть шум воды. Дин, как правило, не самый раздражительный парень, но этим утром он почему-то на взводе.

Сэм выходит из душа намного раньше, чем Дин предполагал. Шершавое мотельное полотенце обёрнуто вокруг сэмовых бёдер, с волос капает во все стороны. Он мокрый, раскрасневшийся и распаренный.

— Твоя очередь, — объявляет он Дину. Глаза у Сэма блестят. Дин не отталкивает его и не пихает локтём в бок по дороге в ванную.

Он сбрасывает ботинки, стягивает с себя рубашку с футболкой и оставляет всё грязной кучей у кровати. Почему-то не снимает джинсы, сам не знает почему. Дин по-прежнему на взводе, Охота всегда заставляет кровь быстрее бежать по венам, делает его слегка безумным. В хорошем смысле этого слова.

— Не жди меня, — каркает он и подмигивает Сэму, плотно закрывая за собой дверь. В ванной стоит густой пар и пахнет Сэмом.

Тут уже Дин стягивает джинсы с трусами, шипит, когда грубый пояс проскальзывает по уже наливающемуся кровью члену. Это тоже одна из особенностей динового состояния после Охоты. От нервного возбуждения, принесённого успехом и мыслью о том, что он снова выжил, ему всегда хочется трахаться.

Учитывая то, что сейчас полвосьмого или восемь утра, придётся довольствоваться малым.

Дин заходит в кабинку и включает воду, делая её максимально горячей. Все равно, из-за того, что до этого мылся Сэм, температура недостаточно высокая. Дин намыливается огрызком мотельного мыла и выливает на голову остатки шампуня — чёртов Сэм, его бескрайние космические просторы кожи и грива, как у Чубакки. Кондиционер он оставляет на сладкое.

Член напряжён, и, в конец концов, Дин уже не может его игнорировать. Он обхватывает себя рукой, грубо и отчаянно. Последний раз ему удавалось подрочить очень давно, и теперь Дин не сдерживает стон облегчения, размазывая кондиционер по головке, пальцы скользят по щели, крепкая хватка кулака водит по члену вверх-вниз, влажный звук вспененного кондиционера — музыка для его ушей.

Он не беспокоится, что Сэм услышит, низко стонет, обхватывая свободной рукой яйца, тяжёлые и мягкие под ровным напором воды. Дин устанавливает подходящий ритм, сжимает руку и толкается в свой кулак, вздыхая и твердея сильнее. Капли смазки стекают по члену, капают в душ, вода их быстро смывает.

Сначала он думает о Хизер в фривольном костюмчике школьницы, умоляющей Дина о члене, умоляющей, чтобы он заставил её. В его фантазии её влагалище тугое и жаркое, гладкое, он вставляет ей по самые яйца. Потом это уже не Хизер, а просто чьё-то податливое тело. Больше всего его заводят звуки, низкие и гортанные, потом высокие полузадушенные всхлипы, когда Дин начинает резко двигать бёдрами. Вдруг он понимает, что это мужской голос, что вокруг его члена сжимается не влагалище, а жаркая, тугая задница. Он приглушённо кричит в предплечье и кончает — горячо, липко и много — на стенку душевой.

Дин всё ещё тяжело дышит, когда ему удаётся собраться с силами, выпрямится и закончить мыться. Он слегка смущён и всё ещё возбуждён. Дин медленно, не спеша одевается, стараясь не думать ни о чём.

*

Они едут на юг по третьему шоссе.

— Эй, Сэмми? — заговаривает Дин, прерывая тишину длиной в двадцать миль.

Сэм издаёт неопределённый звук и отрывается от книжки. Похоже, он прихватил парочку из библиотеки. Ну, хоть и полный заучка. Книги с библиотеки все же ворует. Дина это хоть как-то обнадеживает.

— Нам не обязательно сразу возвращаться. То есть. Отец знает, что мы закончили. Он всё равно сегодня домой не приедет.

Сэм опять изображает что-то странное бровями.

— И?

— И. Не знаю. Я подумал. Может, остановимся где-то по дороге назад?

— Где ты предлагаешь остановиться? — Сэм закладывает книгу вытащенной из заднего кармана карточкой и полностью сосредотачивает своё внимание на Дине. Оно почти физически ощутимо, и Дин отодвинулся подальше, если бы не сидел за рулём.

— Например, на пляже Вирджинии?

Сэм смеётся, улыбается широко и искренне.

— Ты серьёзно? Дин, потрясная идея. Я за!

Дин смеётся в ответ, чувствуя себя намного лучше.

— Последний раз мы были на пляже, когда тебе было лет...

— Я знаю, знаю, восемь. Это было ужасно, чувак. Давай наверстаем упущенное.

— Так и сделаем, — отвечает Дин и вновь сосредотачивается на дороге.

*

Они паркуются у океана уже вечером. Выходят из машины и оба потягиваются и щёлкают суставами, изгоняя долгую дорогу из своих тел.

Солнце только-только касается горизонта, пылает на стыке неба и моря, изливается оранжевым и розовым во все стороны, цвета просачиваются в воду, облака и даже песок.

Они сбрасывают обувь и носки ещё в машине, Сэм снимает джинсы и достаёт пару старых спортивных шорт, одевая их на трусы. У Дина есть только боксеры, и поскольку вокруг ни души, он бесцеремонно стягивает джинсы и больше ничего не надевает. Они подкатывают футболки и топают к воде.

— Вода просто ледяная, — смеётся Сэм. Дин забегает к нему на мелководье. Он видит, что руки Сэма все в мурашках и соски подобрались, хотя волны плещутся всего лишь у сэмовых щиколоток.

— Привыкнем, — говорит Дин. — Я делал крюк не для того, чтобы вот так просто сдаться и не плавать в океане. Плевать, пусть даже я превращусь в сосульку.

Сэм пользуется моментом и плещет Дину в лицо, что можно было предвидеть; от этого вода не становится ни теплее, ни менее солёной на вкус.

Дин валит Сэма в воду с беспечным воплем. Они поднимают блестящие брызги и промокают насквозь.

Сэм даже не жалуется, перекатывает их обоих туда, где поглубже, и отплывает от Дина, по пояс и дальше, в высокие волны. Он бросает Дину ухмылку через плечо, и Дин гребёт за ним. Кожа онемела от холода, Дин почти уже ее не чувствует, кажется даже, что вода стала теплее.

Они усиленно гребут несколько минут. Сэм — длинным кролем, далеко забрасывает мускулистые руки и сильно бьёт по воде крепкими ногами. Дин плывёт рядом брасом, подхватывая сэмову волну. В конце концов, Сэм останавливается и становится на дно. Вода плещется у его шеи. Дин пытается устроиться рядом, ему приходится стоять на цыпочках, чтобы подбородок оставался над водой. Сэм довольно над ним смеётся.

Дину всё равно, он даже не может придумать, как нахамить в ответ. Просто смотрит вверх, чуть покачиваясь на кончиках пальцев, а над ними разворачивается сияющее небо, сначала тёмно-серое, потом тёмно-синее, а следом — чёрное, усыпанное звёздами.

Они так и стоят молча в воде, смотрят на меняющийся небосвод. Дин ныряет под воду и открывает глаза, чтобы посмотреть, много ли он увидит в лунном свете. Под водой всё мутно-серое, несмотря на то, что поверхность океана словно залита серебром. Но когда Сэм ныряет вслед за ним, Дин видит его лицо вниз головой, в расплывчатом зеленоватом обрамлении. Чёрные шорты выделяются в воде тёмным пятном.

Дин протягивает руку и дотрагивается до облака сэмовых волос, плавающих чёрной короной вокруг лица. Сэм, наверняка тоже едва различает Дина, но из его рта вырывается дорожка пузырей — похоже, что он смеётся.

Изображение

Дин отталкивается и плывёт к берегу.

Они лежат на песке, высыхая и капая водой. Дин не знает, сколько они уже тут. Сэм уложил голову Дину на живот. Каждый раз, когда их взгляды встречаются, Сэм случайно задевает Дина линией рта. Они повернулись друг к другу, пытаясь сохранить тепло, то проваливаясь в сон, то беспечно из него выныривая.

— Спасибо, — шепчет Сэм, наконец прерывая молчание.

— За что? — спрашивает Дин, выскальзывая из некрепкого, едва осознанного сна.

— За это. Не знаю. Мои последние воспоминания... Когда мы тогда были на пляже, мне не очень-то понравилось. Это... Сейчас всё намного лучше.

Когда Сэм говорит, его губы щекочут Дину живот.

— Не за что. Наверное, — отвечает Дин. — Ничего грандиозного не произошло. Теперь, когда мы часто будем охотиться вдвоём, можно заезжать на пляж, сколько хочется.

Сэм вздыхает, будто что-то на него давит.

— Никогда не знаешь, Дин. Может, и не получится.

Дин не знает, что на это отвечать. Его молчание заглушает монотонное шуршание волн о берег. Сэм медленно расслабляется, податливо прижимаясь к Дину. Они продолжают лежать, минута перетекает в минуту, как океанские волны.

Сэм встаёт первым, молча и резко. Он протягивает руку, помогая Дину встать следом.

*

Они возвращаются в дом в Беллз около восьми утра. Отца ещё нет, но он должен вот-вот появиться, и Дин хочет приготовить что-то к его приезду.

Сэм занимает кухню, требуя, чтобы Дин дал ему спечь оладьи.

— Ты что, умеешь готовить оладьи с нуля? — спрашивает Дин. Сэм хлопает лопаткой его по заднице.

— Спасибо бесплатным каналам, — отвечает Сэм, доставая из шкафчика вещи, о существовании которых Дин даже не подозревал. — Кулинарное шоу Греты Лайвмор.

— Ты его смотришь только потому, что она горячая штучка, — смеётся Дин и запрыгивает на кухонный стол рядом с Сэмом, который смешивает муку ещё с чем-то.

— И что? — отвечает Сэм. Если бы Дин не знал своего младшего брата, он бы сказал, что тот плотоядно щурится.

— И ничего.

Дин молча смотрит за тем, как Сэм смешивает ингредиенты и выливает на сковородку ковшики растопленного масла. Поджарившиеся оладьи Сэм переворачивает — иногда вовремя, иногда блин подгорает или рвётся, когда Сэм перекладывает его на тарелку.

Всё происходящее Дину приятно, но, оказывается, есть вещи, которые он о Сэме не знает — то, что он умеет готовить или запал на местную телезнаменитость — и это его гложет.

Отец возвращается домой к тому моменту, как Дин доедает вторую тарелку оладий. Он не говорит ничего, тяжело ступает по кухне. Отец весь измазан слизью, а вокруг воротника рубашки виднеется запёкшаяся кровь.

Его глаза пусты и безжизненны, и Дин моментально подставляет плечо под отцовскую руку, помогая ему дойти до его комнаты.

— Господи, пап, что...

Отец качает головой, и Дин захлопывает рот.

Сэм прижимается к столу, когда они проходят мимо него. Выглядит он так, словно хочет отодвинуться ещё дальше. Сэм напуган, но также и зол, Дин это видит.

Он уже почти забыл, что Сэм может выглядеть по-другому, не только расслабленным и счастливым. Не только раздраженным, но при этом невольно удивленном. Дину не нравится, как лицо Сэма теряет сейчас любое выражение, как глаза становятся холодными..

— Сэм, где перекись? — шипит он, роясь в стоящей под мойкой коробке.

Сэм демонстративно не открывает рта. Отец снова появляется на кухне, в спортивных штанах и майке. По его плечу струится широченная трещина, руки покрыты мелкими царапинами, из которых сочится кровь.

— Что случилось? — спрашивает Сэм. Его голос жёсткий и ровный.

— Сэм, заткнись, — бормочет Дин и усаживает отца за стол, очищает рану и царапины на руках, как можно быстрее и тщательнее.

— Чёрные псы, — устало отвечает отец.

— Какой же ты дурак. Какой дурак, зачем было отправляться... Господи, и их же ещё было несколько?

— Сэм, — рявкает Дин.

Отец смеряет Сэма взглядом.

— Кто ты такой, чтобы меня отчитывать?

Сэм ощетинивается, но не отвечает, фыркает и идёт в гостиную. Слышно, как он включает телевизор вызывающе громко.

Отец качает головой, глаза у него грустные.

— Как он себя вёл последние пару дней?

— На удивление, отлично, — говорит Дин, заканчивая возиться с повязкой. — Просто отлично.

— Это хорошо, — выражение лица у Джона скептическое.

— Думаю, он злится, что ты вышел победителем в споре по поводу колледжа, да ещё и без особых усилий.

Отец издаёт неопределённый звук и складывает медикаменты в аптечку. Он помирится с Сэмом. Конечно, помирится. Сэм ведь поступил правильно, хорошо и даже не хвастался этим. Он заслужил, чтобы быть счастливым. Пусть даже сейчас ему приходиться заниматься совсем не тем, о чем он мечтал.
*

Они отправляются в Мериленд на следующую Охоту втроем, отец едет в своём пикапе, Сэм и Дин — вместе на Импале. Дорога простая, отец задаёт темп: они почти не останавливаются, но и не гонят. Добираются они до нужного места ровно за столько же времени, за сколько бы Дин с Сэмом доехали своим темпом.

Они снимают комнату под именем Буш. Сэм договаривается на регистрации, пока Дин с отцом паркуются. Сэм приносит ключ и помогает занести сумки в комнату. Винчестеры планируют перебрать и почистить всё оружие, пока будут жить в этом мотеле.

Дин бросает вещмешок на левую сторону двойной кровати, где они с Сэмом сегодня спят. Он уже начал разбирать обрезы, кода Сэм исподтишка перетаскивает мешок на другую сторону и кладёт слева уже свою сумку.

— Какого хрена? — возмущается Дин, глядя сквозь дуло обреза.

— С той стороны кондиционер. Там слишком холодно. У тебя прослойка побольше, тебе уютнее будет спать справа.

— Чувак, ты что, хочешь сказать, что я толстый, — удивлённо моргает Дин.

— Не толстый, — Сэм прячет улыбку. — Скорее, крепыш.

— Ах ты ж маленькое дерьмо, — начинает Дин, откладывая обрез. Он валит Сэма на пол, тот взрывается смехом, катается и отмахивается, пытаясь прижать Дина к стене. Стычка заканчивается тем, что они оба одновременно хмурятся и смеются, умудрившись втиснуться в узкое пространство между кроватью и стеной. Лицо Дина втиснуто в пол с такой силой, что наверняка на щеке останется ожог от ковра. Сэм согнул шею под неестественный углом, его голова прижата к стене.

Выбраться они не могут.

Изображение

Отец какое-то время молчит, Дин уверен, что сейчас он начнёт орать на них и вычитывать по полной программе за то, что они валяют дурака вместо того, чтобы заниматься делом.

Но он не кричит, а смеётся, и Дин уже не помнит, когда последний раз слышал, как отец смеётся. Несколько месяцев, наверное. У него приятный, очень приятный смех.

— Нужна помощь?

— Ты не мог бы, — просит Дин, пытаясь упереться в металлическую рамку кровати, чтобы оттолкнуться, — отодвинь чуть-чуть кровать.

— Нет, не мог бы. — В голосе отца слышится улыбка. — Зато я, пожалуй, возьму себе отдельную комнату. Вы уже совсем взрослые, парни. Лучше я заплачу за вторую комнату, зато вы выспитесь, каждый на своей кровати, а не будете всю ночь толкаться и препираться. На Охоте вы мне нужны хорошо отдохнувшие, а не помятые и недовольные.

Дин узнаёт глухой металлический стук сумки и щелчок закрываемой двери.

— Блядь, — шипит Дин, пытаясь высвободить ногу, застрявшую под кроватью. — Это всё ты виноват, Сэм.

— Ты первый начал, — ноет Сэм и толкает пяткой Дину точно в солнечное сплетение.

— Эй, эй, эй, нет. Стой! — вопит Дин и сильно дергает ногой, больно ударяя Сэма в живот. Зато нога высвобождается из-под низкого каркаса кровати.

— Ой, — Сэм сгибается пополам, насколько позволяет узкое пространство. — Чёрт.

— Извини, извини, — выдыхает Дин. Он наконец может упереться ступней в стену и толкнуться изо всех сил. Выползать из тесного угла больно — руки Дина прижаты к полу его собственным телом, но ему все же ему удаётся выбраться на середину комнаты. — Ну, слава богу. — Он облегчённо выдыхает и укладывается на пол животом кверху.

— Помочь не хочешь? — Голос Сэма приглушён стеной. Шея у него согнута чуть ли не вдвое, да еще и вывернута не пойми как.

Дин борется с искушением оставить его там гнить за то, что Сэм посмел увести левую половину кровати, но потом совесть берёт верх. Он обхватывает ножки кровати и дёргает изо всех сил. У Сэма появляется дополнительных полфута для манёвра.

К счастью, этого хватает, потому что дальше кровать бы не отодвинулась. Сэм эффектно выгибается и умудряется подняться на ноги.

— Ух ты, — бормочет он. — Давай больше так никогда не делать.

— Согласен, — отвечает Дин.

Сэм спит на своей кровати, которую он так и не сдвинул на место после рывка Дина. Когда в два ночи Дин просыпается от громкого звука в соседней комнате, Сэм лежит на боку лицом к нему, на другой стороне узкого пространства между ними. Он так близко к краю, что почти падает с кровати.

Дин смотрит на то, как Сэм сильно и ровно дышит. Движение и звук убаюкивают его.

Утром они даже не одеваются, остаются, в чём спали. Вытаскивают оставленные отцом сумки и берутся за работу. Чистят пистолеты и ножи, переливают святую воду из галлоновых канистр во фляги.

Сэм капает пару капель воды в масло, которым они чистят оружие и серебряные пули, и даже в футляры для дробовиков.

— Интересно, работает ли святая вода после того, как её молекулы испарились? — размышляет он вслух. — То есть, остаётся ли святость или как её ещё назвать… остаётся ли она, если сама вода испарилась?

— Понятия не имею, Сэмми, — Дин складывает глок, заряжает его и ставит на предохранитель. — Да и мне всё равно.

У Сэма на лице и плечах до сих пор розовые полоски, вся шея в полосках от простыней и подушки. Взгляд у него мягкий и затуманенный, но он уже проснулся и полностью сосредоточен. Просто ещё не совсем сбросил с себя остатки сна.

Растрёпанные волосы закрывают сэмов затылок. Густые пряди на концах закрутились в мягкие на вид кольца. Сэм ещё не успел расчесаться с утра. Он в своей любимой футболке без рукавов, редкий случай, когда плечи не спрятаны под одеждой. Сильные бицепсы плавно перетекают в мускулистые предплечья и широкие умелые ладони. Жёсткие волосы подмышек прячутся в едва заметной тени под напряжённой мышцей, поднимающейся от рёбер по спине.

Неожиданно Дин чувствует себя странно. Но в хорошем смысле слова, будто он моментально опьянел. Он не задаёт себе вопросов, просто откладывает пистолет и берётся за следующий.

Отец велел, как почистят оружие, идти в библиотеку. Она всего в квартале от мотеля, поэтому они идут пешком, по дороге покупая завтрак. В очереди в неторопливой домашней пекарне девушка, приблизительно возраста Сэма, застенчиво улыбается Дину из-за столика.

— Чувак, я заработал первые баллы, — шепчет Дин Сэму. Она милашка, светлые кудри спадают на плечи, на ней кофточка на бретельках и джинсовая юбка вполне представительной длины до середины бедра. Дин улыбается ей как раз в ту секунду, когда Сэм оборачивается посмотреть. Девушка краснеет, щёки становятся пунцово-розовыми, под цвет сандалий. Она улыбается и Сэму тоже, практически хлопая ресницами. — Ладно, мы заработали. Да что это с тобой в последнее время? Ты продолжаешь уводить у меня баб.

— Может, это потому, что я не употребляю выражений типа «отбивать у меня баб», — говорит Сэм со снисходительной усмешкой.

— Или, может, потому что ты самое настоящее чудо природы, — не к месту отвечает Дин. Сэм действительно чудо природы. Он уже на пару дюймов выше Дина и, похоже, продолжает расти. За лето,благодаря постоянным тренировкам, он набрал мышечную массу, пробежки, спарринги и Охота налили его тело силой. Из тощего подростка он превратился в сильного, здорового парня. Тело Сэма перестало быть для него чужим. И было ещё что-то. Словно у него появилась цель в жизни, какая-то надежда — какие ещё банальные фразы говорят в таких случаях по телевизору? — которая делала его устремлённым, цельным. Притягивала к нему взгляды девушек, взгляды парней. Взгляды Дина.

Возможно, дело было как раз в этом. Сэм остался занудным заучкой, но в тоже время стал уверенным в себе и самодостаточным. После библиотеки они отправляются назад в мотель и тренируются на лужайке у парковки. Обычно Дин побеждает благодаря тому, что он наперёд предсказывает все движения Сэма, ещё до того, как он их сделает. Но в последнее время Сэм стал до неприличия хорошим бойцом. Ему даже не мешают слишком длинные волосы. Дин как-то пытался использовать их в захвате, схватился за густые и мягкие пряди, но Сэм даже не дёрнулся, выкрутился из захвата, попутно ещё и ударив Дина под колено.

Отец всё равно пытается заставить Сэма постричься. Хотелось бы Дину рассказать кому-то, что случится, если отец попробует всерьез, только кому? Вот сейчас они собрались в комнате отца, чтобы поделиться собранной информацией. Отец пользуется идеальной возможностью и опять выдвигает Сэму требования, не слушая возражений и не позволяя Сэму огрызаться.

Но молчаливый, покорный Сэм — это не Сэм вовсе. Разговор почти сразу переходит на крики и бессмысленную перебранку. Дин даже не может понять, о чём они спорят. О причёске речь уже и не идёт, похоже, дело дошло до ответственности, и пригодности, и... Дальше Дин просто не может слушать. Он уходит.

Он ждёт, когда Сэм вернётся, в их комнате. Тот делает это эффектно, громко хлопая дверью.

И моментально начинает скороговоркой выпаливать, что отец ничего не понимает. Но его интонации скорее раздраженные, чем разъяренные.

— Сэм, не хочу даже это слышать, — твёрдо заявляет Дин и бросает на Сэма резкий взгляд. Тот замолкает быстро, и это значит, что спор для него был не так уж важен.

Они убивают гарпию, которая терроризировала город, и едут дальше, как всегда. На каждой следующей остановке их ждут различные вариации на одни и те же темы. Это хорошо, неизменно, и пусть Сэм с отцом грызутся, как кошка с собакой и отец по-прежнему иногда выпивает, всё не так страшно теперь, когда у него есть своя комната.

Однажды вечером Дин смотрит на всё происходящее со стороны. Картинка яркая, свежая и восхитительная. У Дина есть всё, что ему нужно в жизни.

Изображение


Они переезжают в ферму в Кентукки. По сути, это самозахват собственности, но в своё время Калеб уже тут останавливался, и он рассказал, что тут их никто не найдёт и не выбросит на улицу. В доме есть электричество и проточная вода, холодная и горячая, и это намного больше, чем в некоторых домах, в которых они жили.

В первый же день отец запрыгивает в свой пикап и отправляется разбираться с полтергейстом в соседний штат. За одним полтергейстом следует второй, за ним — странные паразиты по соседству, и, в конце концов, Дин перестаёт ждать ждать, что отец позвонит и скажет, когда возвращается. Теперь он ждет, что отец позвонит и хотя бы скажет:: «Ещё пару деньков, сынок».

Сэм цветёт и пахнет, вновь вырвавшись из-под отцовского гнёта. Они ещё никогда не проводили столько времени вдвоём, как этим летом. Он должен чувствовать себя, словно в замкнутом пространстве, устать от Сэма, его паршивого подросткового отношения к миру и огромных, вонючих ног. Но ничего такого нет. Чем дольше они вместе, тем сильнее Дину кажется, что так и должно быть — они вдвоём против всего мира; отец не больше, чем внимательное присутствие, изредка напоминающее о себе звонками. Они должны заниматься призраком в Дремене, но после первого же дня сбора информации выясняется, что так тело им не найти. Надо ждать, пока призрак появится и так уже выследить, где зарыто тело.

Поэтому они ждут и играются в домашнюю жизнь. Дин находит работу на строительстве дороги, Сэм подрабатывает в магазине подержанных книг, вместе они зарабатывают на то, чтобы как-то прокормиться. Сэм уходит в полдень и возвращается в четыре, с понедельника по пятницу. Дин обычно работает с семи до половины пятого, жарится на солнце и вкалывает, как проклятый. Он возвращается домой почти в пять, Сэм как раз заканчивает готовить ужин.

Душ становится для него ежедневной отрадой. Горячая вода успокаивает мышцы, которые приятно болят, смывает дорожную пыль и липкий пот с диновых рёбер, из-под колен и в мягких изгибах над бёдрами, спереди и сзади.

Ещё никогда Дин не был так счастлив жить в одноэтажном доме. Они с Сэмом спят в одной спальне, хотя есть и вторая. Сэм или Дин могли бы жить в отцовской комнате, пока его нет, но ни один на нее не претендует. Дину необходимо слышать Сэма ночью, знать, где он находится в любое время суток. Сэм, должно быть, потакает его прихоти.

Они больше шутят и меньше спорят, даже когда ссорятся, то только из-за того, что смотреть по телевизору или кто выносит мусор.

Они практикуются с оружием и проводят спарринги, когда есть свободное время. Дину даже не приходится заставлять Сэма. Иногда он возвращается с работы, и Сэм оказывается не в кухне или в комнате, но на большом поле, что который примыкает к дому сзади.

Круглые кипы сена разбросаны по бескрайнему простору высокой травы. Обвязанные проволокой, они приторно пахнут на летней жаре. Прежде, чем дойти до дома, запах растворяется, становится всего лишь лёгким намёком на старение, яркое солнце и одичалость.

Когда они только поселились тут, Сэм установил за домом ряд мишеней из кип сена, пластиковой доски и краски, купленной на складе в городе. Дин помогал ему, когда мог, но основную работу Сэм проделал сам. Наверное, ему хотелось сделать что-то руками, заняться чем-то, то отвлечет его от монотонности, угрожавшей испортить радость от свободных, беззаботных дней.

Сначала он практиковался в стрельбе из арбалета, но через некоторое время все центры мишеней уже были пробиты насквозь.

— В машине есть коробка с ножами, — говорит как-то в четверг Дин. Окно открыто, ощутимый ветер оборачивается вокруг его рук. Дин бросает взгляд на кровать Сэма, смотрит, как серая тень его волос колеблется на ветру.

— Зачем они тебе? — Дин переворачивается на живот, ладонь легко сжимается вокруг лежащего под подушкой пистолета, подбородком он упирается в собранный кулак. — Узнал что-то новое про...

— Нет. — Со стороны сэмовой кровати доносятся шаркающие звуки, затем Дин видит, как бледный лунный свет превращает глаза Сэма в серебряные щели. — Хочу потренироваться. Побросать. Может пригодиться.

— Да, конечно, — Дин улыбается лёгкой, незаметной улыбкой. Если он не будет следить и работать над собой, Сэм скоро станет лучше его по всем параметрам. — Но если ты не будешь чистить их до блеска после каждого раза, надеру тебе зад.

Сэм ржёт, Дин видит, как подёргиваются его ноги под тонкой простынёй, которой он укрывается летом. Когда Сэм вытягивается в полный рост, ноги свисают с края кровати, поэтому он обзавёлся привычкой подтягивать колени к животу. Большой, расслабленный ком Сэма.

— Знаю, знаю. Я только одного не знаю, раз ты так трясешься над своими ножами, что ж сваливаешь их в кучу в багажнике? Да ещё и умудряешься потом в нем что-то находить. Или поддерживать оружие в нормальном состоянии. Или...

— Я мастер-оружейник, — перебивает Дин с деланным обиженным вздохом. — И не надеюсь, что ты когда-нибудь приблизишься к пониманию моей изощрённой системы хранения оружия.

Он почти слышит, как Сэм улыбается в тишине, которую подчёркивает несмолкаемый стрекот сверчков и кваканье лягушек за окном.

Итак, следующий день — это пятница, и бригада Дина заканчивает укладывать дорогу раньше времени. Дин возвращается домой к полудню.

Он умирает с голоду, мечтая о чём-нибудь вроде ланча. Дин устал намного меньше, чем в обычные рабочие дни. Заглянув на кухню в надежде на то, что Сэм делает там сэндвичи, и, не найдя его там, Дин отправляется на задний двор.

Сэм стоит на склоне холма. Набор ножей лежит на старом деревянном столе для пикников, погнувшемся от старости и погоды. Сэм снял футболку, высокое полуденное солнце ярко освещает его напряжённые мышцы, кожа с месяц назад из золотой превратилась в бронзовую, став гуще и темнее. У Дина пересыхает в роту, и он проклинает собственную кожу, обречённую только на покраснение, ожоги и веснушки. Это ужасно.

Он усаживается на ступеньки крыльца и молча наблюдает за Сэмом сквозь сетку от насекомых. Сэм выбирает нож, взвешивает его на ладони, привыкая к ощущению в руке. Он делает пару неловких взмахов, снова взвешивает нож. В следующий раз выходят грациозные круги и резкие взмахи. Дин представляет себе свист лезвия, разрезающего воздух.

Сэм бросает нож в ближайшую мишень, мелькает рука, которая затем длинно и медленно распрямляется вслед. Дин ухмыляется — лезвие пролетает над верхом мишени, в футе от центра, даже не попадает в стог сена, к которому прикреплён пластик.

Сэм ругается так громко, что слышно даже Дину, но он хватается за следующий нож, такой же, как и первый, и снова пробует. Опять промахивается. Дин наблюдает за тремя последующими попытками с самодовольной ухмылкой на лице.

Сэм трусцой подбегает к мишени и вытаскивает ножи один за другим. Все, кроме последнего, который воткнулся в доску под неудобным углом и, похоже, засел прочно и глубоко, по самую рукоять. Сэм сражается с ним, потом вскрикивает от боли и удивления, и Дин моментально подскакивает с колотящимся сердцем.

Он несётся по холму, крича: «Сэм, Сэм, блядь, что случилось» и неловко останавливается перед братом, рядом со стогом сена, выставив руки так, словно он не знает, что с ними делать.

— Ты конченый придурок, что...

В ответ Сэм только смеётся, звук лишь слегка искажён болью. Он качает головой, осуждая сам себя.

— Ничего, ничего, всё в порядке, я... — В его левой ладони — мелкая лужица крови, стекающей по большому пальцу и дальше, между тонкими косточками запястья. — Я просто придурок. Поскользнулся, когда вытаскивал нож, и порезал... — Он замолкает. — Знаешь, мягкое место под костяшками пальцев. Как пятка на ноге, только...

— Сэмми, какая разница, просто дай мне взглянуть. Крови много, я только заточил эти ножи и...

— Серьёзно, — настаивает Сэм, отбирая руки, за которыми тянется Дин. — Всё в порядке.

— Ничего не в порядке. Ты конченый дятел, который даже не может запомнить простейшие правила обращения с ножами, которым пятилетних детей учат в детском саду, — ворчит Дин. — И ты еще у нас умный брат, господи. Кто я тогда, рядом с таким тобой? Сельский дурачок?

Сэм поворачивает ладонь и распрямляет её. Загустевшая кровь громко шлёпается на землю. Он прижимал порез большим пальцем, и теперь кровь уже не течёт, едва сочится. Пальцы Сэма покрыты липкой краснотой, быстро высыхающей на солнце.

Он ведёт ими перед лицом Дина, размахивая и угрожая вытереть об рубашку. Дин крутится и уворачивается. В конце концов, Сэм опускает руки. Они просто стоят, Дин не совсем представляет, что ему следует сказать. Сэму явно не нужно промывать рану и наклеивать сверху пластырь. Он способен сделать это сам с тех пор, как ему исполнилось шесть.

Сэм пользуется паузой, поднимает левую руку и оставляет широкую полосу крови у Дина на щеке. Она липкая и горячая, Сэм умудрился провести большим пальцем по уголку диновых губ. Он отводит руку и легко улыбается.

— Ой, — говорит Сэм, так специально.

Это рефлекс, самый банальный рефлекс — Дин слизывает каплю сэмовой крови с губы. Вкус металлический — горячий, густой и сладковатый. Сэм замирает беззвучно, стоит и смотрит на Дина.

Сэм тяжело дышит, Дин тоже — совсем не от того, что он бежал вниз по холму. Он по-прежнему чувствует запёкшуюся кровь в углу рта. Сэм смотрит на это место, не моргая.

Он поднимает руку, но тут же опускает, словно собирался вытереть размазанную кровь, а потом вспомнил, что у него все руки по-прежнему в ней.

Вместо этого Сэм наклоняется вперёд, так близко, что Дин может различить зелёные точки в его радужке и крохотную родинку в середине брови. Дин уверен, что Сэм не подозревает о её существовании. Так близко, что Дин чувствует на щеках горячее дыхание Сэма, жар, отличимый от жара солнечного дня.


Изображение

Лёгкая загадочная — почти самодовольная — улыбка проскальзывает по губам Сэма, и вот уже между ними нет расстояния. Дин понимает, что сейчас произойдёт, знает наверняка, что Сэм сейчас сделает, но от этого сердце не перестаёт колотиться. Дин резко вдыхает, когда Сэм начинает слизывать собственную кровь из уголка динового рта.

Дин заворожено смотрит, скосив глаза, чтобы видеть, как нос Сэма мягко прижимается к месту над диновой верхней губой. Кожу покалывает там, где Сэм оставляет влажные дорожки — одну за другой.

Медленные, старательные движения языка превращаются в поцелуй. Это нельзя назвать по-другому. Рот Сэма на губах тёплый и влажный, привкус крови между ними, на зубах и языке Дина, чуть разбавленный вкусом кожи. Дин лениво закрывает глаза.

Он чувствует улыбку Сэма и отвечает на поцелуй. Это даже не осознанное решение. Настойчивое осознание того, что они делают, превращается в настойчивое желание продолжать. Всё тело покалывает, зудит, и, чёрт, Сэм хорош. Его подразнивающая мягкость превратилась в настойчивую жёсткость. Дин начинает играть в ответ, слегка покусывает губы Сэма, прикасается языком к зубам.

Сэм издаёт звуки, ясные, но тихие, едва различимые за стрекотанием насекомых, пением птиц и шумом летнего ветра. Дин чувствует обжигающие лучи солнца на своих предплечьях, шея и голова горит, но ему всё равно, даже когда Сэм обнимает его окровавленными большими руками, хватаясь за рубашку, грубо обхватывая рёбра. Вжимаясь в сэмову хватку, Дин думает — как всё же хорошо, что он предпочитает чёрные футболки. Он проводит по узким сэмовым бёдрам, обхватывает указательными и большими пальцами бока, мягко трёт загоревшую кожу над поясом джинсов, щекочет негустую дорожку волос, поднимающуюся к пупку.

Дин чувствует только вкус крови. Каждое мучительное, пугающее, лихорадочно-плохое воспоминание о Сэме, ассоциирующееся у Дина с этим металлическим привкусом, исчезает, одно за другим, превращается в другого Сэма, других их. Вместо того, что думать о том, как Сэм потерял сознание от потери крови после встречи с Вендиго в Монтане, Дин будет думать о том, как мягкие пряди Сэма прикасаются к диновым ресницам. От этого Дин моргает и поднимает руку с пояса Сэма, чтобы заправить пряди за ухо. Он позволяет себе увлечься, погрузить пальцы в густые мягкие волосы, немного влажные и тяжёлые от пота.

Он будет помнить, как Сэм со вздохом прижимался к его рту, как скользили их губы, как прикасались языки, восхитительную, глубокую дрожь, начинавшуюся от поцелуя и опускавшуюся вниз — к груди, к бёдрам, к члену и до самых пальцев ног.

Он будет чувствовать твёрдую податливость сэмовой груди под своими мозолистыми пальцами, опаляюще горячую и золотистую кожу. Слышать ровное биение сэмового пульса под своими большими пальцами, лежащими у основания его горла.

В память Дина впечатается, как Сэм надавит на его плечи, заставляя опуститься на землю. Как Сэм раздвинет ноги, обхватит ими пояс Дина, обернёт руки вокруг шеи и будет целовать Дина, словно это все, чего он хочет в этой жизни.

Дину должно быть неприятно, он знает, что должно. Он может даже думать об этом, отстранённо, совершенно объективно. Он должен задуматься о том, что в его голове не так, если мысль о них с Сэмом делает его настолько счастливым. А ведь так и есть: он счастлив безгранично, и когда Сэм отстраняется, в груди Дина болезненно давит. Он совершенно, окончательно ёбнутый. И этого его устраивает.

Сэм моргает и улыбается — легко и по-настоящему, его собственная кровь, слизанная с динового рта, размазана у Сэма по губам. Он облизывается, не отрывая довольный взгляд полуприкрытых глаз от Дина.

Сэм не говорит ничего, ему и не нужно. Он встаёт и возвращается к набору ножей. Дин смотрит, как Сэм становится в стойку. Он бросает левой непорезанной рукой, с неудобного угла, слишком близко, потому что не хочет отходить далеко от Дина.

Сэм бросает пять ножей один за другим. Все ложатся в цель, близко к центру, глубоко застревая в пластике и стоге сена под ним.

Дин чувствует себя великолепно — расслабленно и гордо. Когда последний нож по рукоять входит в красный круг, он встаёт и подходит к Сэму, засовывает большой палец в петлю для ремня на сэмовых штанах и подтягивает к себе. Дин целует Сэма, смеясь в поцелуй, это поздравление и одновременно потакание собственным желаниям. Он обнимает Сэма, чувствуя мышцы и ровную кожу под руками.

Сэм обхватывает голову Дина обеими руками, потирая пальцами коротко стриженные волосы на затылке. Капли пота стекают Дину за воротник рубашки. Они целуются, пока им хватает воздуха, пока не чувствуют больше ничего, кроме вкуса сенной пыли, металла ножей, крови Винчестеров и высокой травы Кентукки.

_________________
Shut up and drive


09 дек 2011, 20:40
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Сэм обхватывает голову Дина обеими руками, потирая пальцами коротко стриженые волосы на затылке. Капли пота стекают Дину за воротник рубашки. Они целуются, пока им хватает воздуха, пока не чувствуют больше ничего, кроме вкуса сенной пыли, металла ножей, крови Винчестеров и высокой травы Кентукки.

От призрака они избавляются точно по расписанию, на следующий день, когда возвращается отец с затянувшейся Охоты. Дин рад уехать из этого дома, жизнь втроем была слишком ограничивающей и неловкой. Он не знает, как ему сочетать то, что у них есть теперь с Сэмом, с той ролью, которую Дину нужно исполнять, когда отец дома. В результате лучше всего у него получается игнорировать проблему.

Призрак появляется на лесной опушке на окраине города. Дин с Сэмом выясняют, что он привязан к широкому, старому дубe, растущему в миле от шоссе.

Они выкапывают кости без особых приключений, хотя Дин и опасался, что им будут мешать. Они с Сэмом по очереди нагибаются и ворчат на выдохе. После того, как кости разгораются, Дин наконец расслабляется, и тет жу из-под покрывала истощения выбирается острая боль, которую до этого удавалось не замечать. Они усаживаются на краю свежей могилы посреди перекрученных корней. Сэм подтягивает ноги, скрещивая их по-турецки, опускает плечи и сгибает спину.

— Сэмми, ты в порядке? — спрашивает Дин.

— Да, как ни странно, — отвечает Сэм удивлённо. — Плечи болят, но это вроде бы даже приятно.

Сэм ведёт головой, едва заметно наклоняясь к Дину. Они оба устали, но им придётся дождаться, пока кости прогорят полностью, чтобы удостовериться в том, что работа сделана полностью.

Дин смотрит в огонь, вглядывается в языки пламени, поднимающиеся из выкопанной ямы. Сэм берёт его за подбородок и поворачивает к себе.

Он целует Дина, коротко и сухо, у него потрескались губы, а у поцелуя приятный вкус дыма и земли.

— Эй, — говорит Сэм. Дин впивается в него пальцами и целует в ответ, мягче и осторожнее, чем в прошлый раз. Поцелуй отличается. Он уже не первый. Дин лучше осознаёт свои действия, соображает, что Сэму может понравиться, а что нет. Зря он столько думает об этом.

Но это же его Сэм.

Дин позволяет этой мысли вести его. Он проводит рукой по шее Сэма, нажимает пальцем на ямку между ключиц, заставляя Сэма улечься на прелые листья у подножия дерева. Дин наклоняется над братом, целуя короткими поцелуями — губы, подбородок, челюсть, мягкую шею под ней.

Изображение

В огне трещит ветка, Дин стискивает сэмову футболку, влажную от пота, мычит в кожу, проводя языком дорожки в жарких изгибах сэмовой шеи, пробуя его на вкус.

Сэм поднимает их обоих, целует Дина и не отпускает до тех пор, пока огонь не догорает, если верить запаху обугленных костей.

Они возвращаются домой плечом к плечу. Дин занимает душ первым. Он немного устал, но но все равно очень доволен.

Когда Дин выходит из душа, Сэм сидит на кровати. Дин едва справляется с искушением зайти в комнату, в чем мать родила, не обмотав полотенце вокруг бедер. Побоялся довести Сэмми до сердечного приступа.

Он становится на колени перед Сэмом и притягивает его в жёсткий, требовательный поцелуй, просто потому, что так хочется. Поцелуй глубокий, идеальный. Сэм буквально умоляет о нём, прижимаясь к Дину, подаваясь всем телом, наклоняя голову, словно предлагая Дину всё, от чём тот только может мечтать.

Дин берёт все. Он облизывает сэмов рот, покусывает и мычит, упиваясь поцелуем. И в тот момент, когда Дин чувствует, как Сэм окончательно тает, слабея под ним, он наносит решающий удар.

Он специально широко расставляет пальцы и начинает щекотать. Идеальная внезапная атака, в тот момент, когда Сэм ожидает её меньше всего.

Сэм почти верещит в поцелуй, отдёргивая голову так резко, что, не ожидай Дин такого движения, мог бы остаться без языка.

— Господи! — орёт Сэм, и, сжавшись в тугой шар, обхватывает себя руками и крепко зажмуривается. — Нет, нет, это нече... Так нельзя. — На полные предложения Сэму не хватает дыхания, потому что Дин очень хорошо знает все его слабые места.

Сэм больше всех людей на свете боится щекотки. Больше всех. Вообще-то это идеальное тактическое превосходство, но раньше Дин им никогда не пользовался, считал слишком пидорским. Он предпочитал удары в нерв под локтем или стратегически просчитанный пердёж.

Теперь, когда у Дина появилось новое хобби — доставать языком до сэмовых гланд, изменения в тактике ведения братской войны кажутся вполне оправданными.

Сэм катается по кровати, пытаясь сбросить с себя Дина или упасть самому, сделать что-нибудь — Дин не может сказать точно. Его вопли похожи на вопли умирающей на бойне свиньи. Если б Сэм не прижимал руки к телу, чтоб хоть как-то защититься, они бы точно уже сломали бы друг другу что-то.

— Не могу больше, хватит... Твою мать, хватит... Остановись, ты... — еле выдавливает Сэм сквозь дикий хохот и визги. Дин жалеет, что у него нет диктофона или камеры. А еще он счастлив, что отец за домом, иначе он бы подумал, что они с Сэмом убивают друг друга. Это, это просто неимоверно. Лицо у Сэма красное, как свёкла, по щекам катятся слёзы, будто бы ему больно.

Дину его даже немного жалко, поэтому он останавливается. Опускает руки и ждет, когда Сэм успокоится.

Сэм,словно в шоке, лежит без движения несколько секунд, тяжело дыша. Его лицо постепенно приобретает нормальный цвет, но тело по-прежнему как натянутый лук. Дин видит, как расслабляются мышцы, и Сэм медленно растягивается на кровати.

Дин уже приготовил руки, чтобы приступить ко второму раунду, как раз в ту секунду, когда Сэм уверился, что он в безопасности.

Но каким-то образом Дин недооценил Сэма и сколько тот будет приходить в себя. Сэм обхватывает его запястья крепкой хваткой, и прежде, чем Дин понимает, что происходит, он уже лежит на кровати, а его руки жёстко вдавлены в стену в изголовье кровати.

— Ты говнюк, — шипит Сэм, его глаза блестят, а улыбка хищная. Он наклоняется и впивается поцелуем, болезненно-приятным, сдавливает бока Дина ногами, что тот едва дышит. И так даже лучше, голова кружится, он будто парит, Сэм его не отпускает, крадёт каждый выдох губами, зубами и языком.

Так же молниеносно, как он завалил Дина на кровать, Сэм вскакивает, бросая на Дина жаркий взгляд и выходит из комнаты.

— Пойду постреляю с отцом на заднем дворе, — говорит он напоследок.

Дин в жизни еще так не злился и не возбуждался одновременно.

Он мстит Сэму после обеда, оттесняя от стола до тех пор, пока Сэм не утыкается спиной в кухонные шкафчики. Дин целует его до потери пульса, слыша, как Сэм царапает пластиковое покрытие за своей спиной. Сэмми едва слышно скулит в поцелуй. Звук только подстёгивает Дина прижаться ближе, целовать сильнее, посасывая язык Сэма, а потом и скользнуть губами к уху, чтобы укусить за мочку.

Он чувствует сэмов член, горячий и твёрдый. Сэм коротко, едва заметно ведёт бёдрами, трётся о диново бедро. Внезапно Дин отклоняется и ухмыляется Сэму, самодовольно и хитро. А потом выходит из кухни и усаживается в гостиной рядом с отцом, который изучает местные новости на предмет загадочных и необъяснимых случаев в этом районе. Дин слышит едва различимый раздражённый вздох Сэма. Он не знает, смеяться ему или обижаться, когда Сэм хлопает дверью их комнаты на втором этаже.

*
Это продолжается неделями. Дин заталкивает подальше мысль о том, что не надо этим увлекаться, что он не должен жить ради этих моментов. Он просто наслаждается жизнью.

Они с Сэмом развлекаются, целуясь и тискаясь украдкой, как только предоставляется случай. Они растягивают удовольствие, всякий раз не доводя дела до конца и оставаясь возбужденными.

Они делают так не специально, не потому, что мучаются угрызениями совести. Дин подозревает, что если они решатся на какие-либо действия без одежды, ничего не изменится. Сэм хочет этого так же сильно, как и Дин, а Дин всегда находит оправдание тому, чтобы дать Сэму то, чего он хочет. Если у тебя встаёт от того, что ты трёшься, как животное, о собственного брата, хуже от того, что ты будешь кончать при этом, уже точно не будет.

Они будто соревнуются, бесконечно дразня друг друга и отступая, и это самая увлекательная игра в жизни Дина.

Ему всегда нравилось незаметно подкрадываться. В этом есть что-то сексуальное. За свою жизнь Дину часто приходилось влезать и вылезать в окно к девушкам. Но то, что теперь происходит между ним и Сэмом, бьет все рекорды среди запретных удовольствий.

Дело в увлекательности, а не в вине. Он не чувствует вины вовсе, пусть Дин и знает, что обязан чувствовать себя виноватым. Сейчас лето, и ему на всё наплевать, всё равно они сейчас даже не являются частью второе мира. Летом нормальные люди устраиваются на временные работы, или едут всей семьёй на море, или покупают абонемент в местный бассейн, устраивают семейные встречи, с пикниками, барбекю и надоедливыми родственниками. Сэм и Дин таким не занимаются. Сэм и Дин не нормальные люди.

А еще их их отец совершенно не замечает происходящего. В последнее время он кажется счастливее и более гордым, чем раньше. Однажды отец усаживает Дина в гостиной, пока Сэм занят своими книгами, конвертами и марками — ему одному ведомыми делами по учебе. Дин даже не выясняет, что за таинственные манипуляции проводит Сэм, ответ наверняка усыпит его за три секунды.

— Что бы ты там ни делал, продолжай в том же духе, — говорит отец, хрипло и довольно.

— А? — содержательно переспрашивает Дин.

— Ты с Сэмом. И со мной. Вы, парни, сильно изменились. Стали сильнее. Мы все стали... — отец замолкает, и Дин понимает, что на этом разговор закончился. Их семья не славится долгими задушевными разговорами.

Дин только улыбается и кивает.

— Есть, сэр, — говорит он. Отец не знает даже о половине происходящего. Но он прав: они стали ближе. И сильнее. У Дина сжимается всё внутри, когда он думает о причинах таких изменений. Он пытается представить, что сказал бы отец, узнав о них, не долго об этом предпочитает не раздумывать, потому что-то, что есть у них с Сэмом кажется ему настолько правильным.

Дин практически в раю, и ему не хочется тратить ни один день этого блаженства зря. Хорошее на его долю выпадает так редко долю так редко, а когда выпадает, то длится совсем недолго. Сэмми — его дом, уютный и неизменный, как бы мелодраматично это не звучало. Отец вновь крепок и уверен в себе, он меньше пьёт, они втроём — охуенная команда, по-настоящему, и это — это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но это правда. Может быть, в этот раз у них всё выйдет.

Позже вечером, после того, как отец засыпает у себя в комнате на первом этаже, Дин распахивает дверь в их с Сэмом спальню. Сэм стоит у окна, пытаясь охладиться на сквозняке. Дин хватает его за дырку в мокрой от пота и порванной майке, и тянет на себя. Они заваливаются на динову кровать, пружиня при падении, и целуются, уверенно и правильно. Это стоило сделать давным-давно.

*

Отца нет дома уже две недели. Он не звонит и не отправляет их с Сэмом на охоту. Сказал им сидеть тихо и не искать неприятности на свою голову, пока он выслеживает нового монстра, на след которого он вышел. Дин пытался выудить из него у него хоть какую-то информацию, но отец не раскололся. Мол, всё слишком запутано, ему нужно провести анализ, собрать какие-то непараметрические данные. Дин совершенно не представлял себе, что это такое, но признаваться Сэму в том, что он понятия не имеет, о чем речь, Дин не собирался.

По идее, отец должен приехать домой завтра, разве что он перезвонит в последний момент и отложит приезд. Этого пока не случилось, чему Дин неимоверно благодарен, потому что Сэм не кричит и не бегает по дому, нарываясь на ссору с отцом по малейшему поводу, но вся энергия, которую он бы мог выплеснуть на отца, бурлит под самой поверхностью. Ему не сидится на месте, крутится, словно юла, и Дин почти сходит с ума, пытаясь справиться со своим братом.

К счастью, теперь у них есть способ выпустить эту энергию, и Дин им беспрестанно пользуется — то прижимает Сэма к холодильнику, то толкает в дверь ванной, то притягивает к себе по гладкому сиденью Импалы, борется за доминирование и берёт, что может — кожу Сэма, его рот, зубы, руки.

Сэм продолжает себя вести, как маленький негодяй, поэтому всё заканчивается прежде, чем успевает начаться. Дин не будет умолять, не будет слабаком, который сломается первым в их маленькой игре в кошки-мышки.

Но вся ситуация точно сводит его с ума. У него руки чешутся схватить Сэма, нагнувшегося над грязными тарелками в мойке, затащить в спальню, бросить на кровать и просто. Взять. Вытрахать до потери сознания. Дин так заводится от одной только мысли, что приходится усесться на кушетку с бутылкой холодного пива, чтобы прийти в себя. Он прижимает дно ледяной бутылки к стоящему члену, пытаясь успокоиться.

В конце концов, Сэм отбирает у Дина право выбора. Он сдаётся первым.

Дин лежит, растянувшись поверх покрывал на своей кровати, собравшийся от жары пот в основании шеи остывает под слабым, но прохладным ветерком, тянущим от окна. Сэм заходит в комнату в плавках, мокрых насквозь — капли воды стекают на ковер — и сползающих с бёдер под тяжестью собственного веса.

Изображение

У Дина моментально набирается полный рот слюны, он облизывает губы, глядя на очертание сэмового члена, прижатого к внутренней стороне бедра.

— Ходил на речку, — говорит Сэм. Глаза у него тёмные, он ведёт взглядом по телу Дина, который лежит на кровати в одних трусах, потому что сейчас слишком жарко даже в простых шортах.

— Понял уже, спасибо, — Дин садится, или, по крайней мере, пытается, но на полпути его встречает холодная ладонь Сэма, упирающаяся в грудь. Сэм толкает его назад.

— Не вставай, — бормочет он и забирается на кровать, усаживаясь на Дина верхом, согнувшись и капая ледяной водой.

Дин покрывается мурашками, когда Сэм его целует, скользит всем телом. На вкус он свежий, как вода.

— Я не могу больше, Дин, — выдыхает Сэм. — Я сдаюсь.

— Я победил, — шепчет Дин и обнимает Сэма, притягивая его к себе, ближе, ещё ближе. Если бы он мог, он вобрал бы его в себя.

Сэм ёрзает на нём, их горячие члены трутся сквозь прохладную ткань сэмовых плавок и трусов Дина. Сэм подрагивает и стонет, прижимается открытым ртом к диновому подбородку, будто у него хватает сил только на дыхание.

Дин закрывает глаза и ведёт бёдрами, отвечая на движение Сэма, сгибает колени и расставляет ноги, чтобы им было удобнее.

— Нет, нет, — стонет Сэм, словно ему больно, — хочу...

Он обрывает сам себя, отодвигается и стягивает плавки, потом засовывает холодные руки Дину в трусы и срывает их отчаянным движением.

Какое-то время он просто стоит на коленях между расставленными ногами Дина, дышит открытым ртом и пялится на динов член, лежащий на животе. Он красный, наполнен кровью, резко подрагивает, и если Сэм к нему сейчас не прикоснётся, Дин умрёт.

Сэм наклоняется, и его член покачивается. Дин непроизвольно вскидывает брови.

— Ого, — шепчет он, и Сэм смеётся от всего сердца.

— Ты прекрасно знал, что он у меня не маленький, — его голос тоже чуть громче шёпота.

— Видеть твой член прямо перед собой и думать о нём, когда дрочишь под душем — это большая разница, — Дин обхватывает обсуждаемый член, достаточно длинный и толстый. Он горячий, вздрагивает, когда Дин скользит по нему кулаком вверх-вниз, густые капли смазки стекают по пальцам. Лицо Сэма вытягивается от стона, отчего динов член становится ещё твёрже. Непреодолимое желание потрахаться едва не душит.

— Ты думаешь обо мне, когда дрочишь? — спрашивает Сэм высоким, сбивающимся голосом. Он закрывает глаза, отдаваясь приятным ощущениям, которые доставляют движения Дина. Картина завораживает. Дин никогда раньше не прикасался к чужому члену, и член Сэма выглядит лучше, чем в самой качественной порнухе.

— Конечно, думаю, — отвечает Дин, опираясь на локоть. — Приблизительно три раза в день.

Сэм вспыхивает ярко-розовым лишнее, краска сползает по шее на загорелую грудь. Он дышит коротко и неровно, слышен каждый вдох, особенно когда Дин проворачивает пальцы под головкой, проводит по ней, по щели и вниз по стволу, с нарастающим ритмом. Дин только пробует, приноравливается к ощущению, но даже это доводит Сэма до изнеможения.

— Что я делаю? — выдавливает из себя Сэм. Дин пальцами следует за липкими потёками, спускающимися между яйцами Сэма. Он даже не думал, что из члена может вытекать столько смазки. — В смысле, когда ты думаешь обо мне.

— Много всего, — отвечает Дин хрипло, он почти задыхается от желания. — Ты даешь мне отсосать у тебя. Держишь меня за волосы и трахаешь мой рот. Отдрачиваешь мне, одновременно вталкивая мне пальцы в задницу. Прижимаешь меня лицом вниз и трахаешь. Вылизываешь меня — высасываешь свою сперму прямо у меня из...

Сэм сжимается всем телом, гортанно стонет, и Дин понимает, что через секунду он кончит. Сэм заляпывает Дина, изголовье кровати и простыни.

— О, господи, господи, Дин, — кричит Сэм, толкаясь бёдрами в руку Дина. Он обильно кончает, длинные нити спермы ложатся на диново тело, повсюду, даже на его (лишнее) губы. Дин облизывает их, пробуя вкус, горьковатый и солёный, но всё равно идеальный.

Дин никогда не забудет выражение лица Сэма в этот момент, звук его голоса, то, как его руки сжимаются на бёдрах Дина. С сэмовых волос капает вода, капли падают на кожу Дина и смешиваются с густыми белёсыми разводами.

Дин замедляет движения, а потом опускает руку, когда дыхание Сэма выравнивается и он открывает глаза.

— Дин, — опять произносит Сэм изумлённо и наклоняется за поцелуем, всем телом прижимаясь к Дину и размазывая между ними сперму.

Поцелуй длится вечность, и Дин не хочет, чтобы он заканчивался. Он приподнимается вслед за сэмовыми губами, когда тот снова садится ровно.

— Подожди, — начинает Дин, пытаясь притянуть Сэма к себе, положив руку ему на затылок.

— Нет, нет, я хочу... — Сэм сползает по его телу, мучительно приятно трётся о динов член. После всего произошедшего у него стоит так, что, кажется, Дин вот-вот взорвётся. Сэм замолкает, уткнувшись лицом в член Дина, и прижавшись щекой к ноге. — Ты знаешь, я никогда раньше не делал. Ничего. Вообще. Ни с кем.

Он вроде как нервничает, и это — полнейшая глупость. Ведь он же — Сэм.

— Хорошо, Сэмми, — отвечает Дин. В другой ситуации он бы не упустил случай поддразнить Сэма, назвать его неудачником, заучкой или краснеющей девственницей. Но сейчас, когда они с Сэмом вдвоем, ему совсем этого не хочется. Дин — первый, кто прикоснулся к члену Сэма. Первый, кто заставил его кончить, кто попробовал на вкус его сперму. Первый в жизни Сэма человек, с которым он был таким. У Дина сжимается в груди, ему кажется, что у него выбили почву из-под ног.

— Что угодно, — говорит Дин. — Все, что захочешь.

— И ты не будешь надо мной смеяться или говорить, что я сосу, — просит Сэм. — То есть, говорить, что я плохо сосу, — уточняет он быстро, чтобы Дин не успел схохмить.

— Не буду, — отвечает Дин. Он и не собирался шутить. — Честно, не буду. Я понимаю. Сейчас всё по-другому.

Сэм глубоко вдыхает и приподнимает ноги Дина, разводя их широко. Для начала он лижет член Дина, сперва осторожно, потом со всё большим энтузиазмом, шумно и влажно. Дин пытается смотреть, но глаза закрываются сами собой. Он старается не толкаться вверх, старается сохранять хотя бы видимость спокойствия и не обкончать лицо Сэма до того, как тот начнёт задуманное.

Сэм посасывает головку, слизывая вытекающие капли смазки. Проводит губами по члену, прижимается ртом к мошонке и облизывает её со всех сторон, а потом втягивает одно яйцо в рот.

Дин стонет, ему плевать, что, наверное, это смешно звучит, потому что Сэм чертовски хорош. Внизу живота давит всё сильнее и удержаться сложнее с каждой минутой.

А потом рот Сэма опускается ниже, язык щекочет под яйцами, и Дин шипит, дёргаясь. Он пытается не зацепить голову Сэма ногой, но контролировать себя почти невозможно, когда язык Сэма щекочет нежную кожу. Дин весь вымазан в слюне Сэма, он чувствует, как она стекает вниз, к его входу.

Сэм следует за каплями, мягко обводит языком по кругу, прижимаясь ртом к тонкой коже. Дин охает и стонет, как актёр из порнухи. Ноги раздвигаются сами собой, Дин приподнимает бёдра, окончательно раскрываясь перед Сэмом.

Сэм растягивает его, добавляя к языку мокрые от слюны пальцы, и Дин никогда в жизни не испытывал ничего подобного. Он знает, что стонет совершенно по-дурацки, шея болит оттого, что он пытается следить за каждым движением Сэма, на всем теле подсохла сперма, отчего кожа чешется и покалывает. Но ничего из этого не имеет значения, потому что Сэм мычит, двигая языком, его длинные пальцы раскрывают Дина, чтобы Сэм мог его распробовать, мог насладиться вкусом, как в лучших, самых бесстыдных снах Дина.

Дин больше не может сдерживаться, он насаживается на настойчивый язык Сэма, толкается, ему всё не хватает. Сэм отодвигается, и Дин разочаровано стонет.

— Ну как? — выдыхает Сэм и вытирает рот о руку.

— Я... Это... — Дин с полминуты не может выдать ничего, сложнее коротких слов. — Не останавливайся. Как ты...

Сэм улыбается, потирая пальцами губы.

— Порнуха. Куча просмотренной порнухи. И книжки.

Дин смеётся, задыхаясь, и перебирает влажные волосы Сэма.

— Это исследования тебя научили, как меня правильно надо трахать? — спрашивает он, широко раздвигая ноги, отчего начинают болеть мышцы. Прохладный воздух касается мокрых от слюны мест, и Дин чувствует себя по-странному пустым.

— Ну, я уже с месяц тренируюсь не сжимать горло при минете, — говорит Сэм и подползает на коленях по кровати, чтобы удобнее было взять член Дина в руку. Он наклоняется, снова посасывает головку пару секунд, а потом берёт член глубже, доставая до кольца собственных пальцев у основания. Затем он отнимает руку и принимает член ещё глубже.

Дин закусывает губу и борется сам с собой, пытаясь не закрывать глаза: он хочет видеть, как его член исчезает во рту Сэма. Дин чувствует, как головка утыкается в дальнюю стенку горла и проскальзывает дальше.

— Господи Иисусе.

Сэм выпускает его член с немыслиммо громким причмокиванием. Дин видит, как он подавляет рвотный позыв, как только член выскальзывает из сэмового рта.

— Боюсь, долго я так не смогу, — говорит Сэм охрипшим голосом.

Дин улыбается и хватается за свои яйца, оттягивает их вниз, пытаясь отложить неизбежное.

— На чём это ты практиковался, ради всего святого?

— Ты что, не видел бананы в миске для фруктов? — спрашивает Сэм, рассеяно гладя бёдра Дина. Дин только глаза закатывает. Сэм наклоняется и прижимает губы к диновому уху. — Хочешь кончить мне в рот? — шепчет он. — Прямо в горло? Чтобы я выпил всю сперму?

Дин не в курсе, услышал ли Сэм эти фразы в порнухе или сам придумал, но от таких слов его член дёргается. Однако он настроен на кое-что другое.

— Хочу, чтобы ты меня трахнул, — говорит он, поворачивая голову так, чтобы поймать губы Сэма своими. — Хочу кончить без рук на своём члене. Только от тебя. От того, что это ты во мне.

Сэм неровно выдыхает, кивая и целуя Дина, один раз, второй, проводит языком между губами.

— Да, да, — вздыхает он. — Очень хочу.

Сэм встаёт и отправляется к шкафу. Дину моментально становится холодно, он лежит на кровати и ждет, когда Сэм найдет то, что ищет, и вернётся к нему.

— Что ты..?

— Смазка, — отвечает Сэм. — Тут... Её совсем немного осталось.

— Ничего, — говорит Дин и переворачивается на живот. — Как ты хочешь?

— Пишут, что если ты будешь стоять на четвереньках, а я буду... сзади, будет не так больно.

Дин кивает, но он немного разочарован. Ему хочется по-другому, хочется видеть лицо Сэма, когда тот будет в него вколачиваться, хочется обвить его ногами, притягивая еще ближе, и держать его лицо в своих ладонях.

— Но это не обязательно, — говорит Сэм, читая выражение лица Дина. — Я вроде как. Не знаю. Я хочу тебя видеть.

— Да. Давай. Я тоже хочу так, — отвечает Дин и снова разворачивается, пока Сэм забирается на кровать с тюбиком смазки в руке. Он выдавливает всё оставшееся на ладонь, размазывает по пальцам и без церемоний вставляет их в Дина. — Невтерпёж, да? — Дин одновременно усмехается и охает, двигаясь навстречу сэмовой руке.

— Я так хочу, пиздец, — признаётся Сэм, проворачивая пальцы.

Дин будто падает в пропасть, когда Сэм несколько раз подряд проводит по одной и той же точке внутри, сильно и уверенно.

— Боже, вот так, — говорит он, подтягивая колени к себе и отрывая ступни от кровати.

Сэм продолжает движение, ни на секунду не отводя глаз от лица Дина. В конце концов, он вынимает пальцы и размазывает остатки по своему члену, и так уже влажному от собственной смазки и пота.

— Ты готов? — уточняет он дрожащим голосом.

Сэм только прижимает головку ко входу, а Дину он уже кажется огромным. Он ни за что не поместится. Сэм начинает двигаться внутрь, мучительно медленно, Дин чувствует, как натягивается и поддаётся у него между ног.

Дин глубоко вдыхает, и Сэм останавливается, сосредоточенно всматриваясь в лицо Дина. Он хмурится, будто не двигаться для него — невыносимая пытка. Дин заставляет себя расслабиться.

— Ещё, давай, давай, — выдыхает он. Ему больно, но желание, чтобы Сэм, в конце концов, втрахал его в матрас, побеждает.

Сэм неглубоко толкается, лишь на пару дюймов внутрь, едва ощутимым движением. Он дрожит всем телом, Дин слышит каждый его неровный вдох, и лучше этого он ничего не видел и не чувствовал никогда за всю свою жизнь.

— Хорошо, — выдавливает из себя Сэм. Он не перестает поглаживать грудь Дина, везде, где достает.

— И даже лучше, — отвечает Дин. Ему немного больно, чуть печёт, но он больше не чувствует холода или пустоты, и Дину хочется всего. — До конца, Сэмми, пожалуйста. Со мной всё будет хорошо, пожалуйста, пожалуйста, — умоляет он. Дин сам толкается бёдрами навстречу Сэму, задирает ноги ещё выше, пытаясь подстрекнуть того.

Сэм вставляет член до конца мучительно медленным движением. Дину кажется, что проходит вечность, прежде чем его задница наконец прижимается к паху Сэма. Сэмми держит глаза зажмуренными, и его пальцы, сжатые на предплечьях Дина, подрагивают.

Дин берёт в ладони лицо Сэма и притягивает к себе для поцелуя, вкладывая в него всю глубину, всю силу любви, которую он испытывает, но не может передать. Дин наполнен, во всех смыслах этого слова, у него даже голова кружится. Дин удивлён, что у него ещё не лопнул в мозгу какой-то сосуд, или что всё происходящее не галлюцинация под какой-то кислотой. Всё это нереально, и и Дин хочет, чтобы это длилось вечно.

— Трахни меня, — говорит он, привыкнув к ощущению Сэма — огромного Сэма — внутри себя. Именно этих слов и не хватало. Сэм начинает толкаться, длинными, медленными движениями, до самого упора и почти вынимая член каждый раз.

Дин чувствует, как у него под ногами ходят напряжённые мышцы Сэма, задница и бёдра твёрдые, как камень. Сэм двигается быстрее, толкается сильнее. Дин бессильно запрокидывает голову, хотя он не хочет терять лицо Сэма, его грудь и руки.

Он стонет и толкается навстречу сэмовым бёдрам, выгибает спину и подстёгивает Сэма.

— Давай, давай, давай, — это все, на что способен Дин.

Сэм подтягивает Дина на себя, от чего меняется угол, и Дин почти вырубается, когда Сэм вбивается в ту самую точку внутри. Требовательная тяжесть внизу живота превращается в болезненную необходимость — кончить.

— Боже, Дин, — произносит Сэм, когда Дин сжимается вокруг него.

— Блядь, блядь, боже, Сэмми, — всхлипывает Дин, всё внутри скручивается и выстреливает, не понадобились даже прикосновения к члену, того, как член Сэма, твердый и большой, двигается внутри, оказывается достаточно. Или он выплескивается в такт с ударами сердца? Дин еще никогда в жизни не кончал так сильно, мощь оргазма выдавливает из него всё. Из Дина бежит бесстыдно и влажно, на собственную грудь, на грудь Сэма, густые капли спермы стекают на его живот.

Они оба тяжело дышат, перепачканные потом и спермой, член Сэма все ещё твёрдый внутри Дина. Ни одному из них не хочется двигаться.

Сэм делает первое движение, но Дин сжимает ноги вокруг него и не выпускает, хотя и чувствует, как из него вокруг члена Сэма, постепенно становящегося мягким, вытекает сперма.

— Подожди, — хрипит Дин и укладывает Сэма на себя. Они оба отключаются. Через какое-то время Дин просыпается. Сэм смотрит на него с непонятным выражением лица. — Что?

— Думаю, нам пора принять душ, — улыбается Сэм. Он светится от счастья, раскрасневшийся и довольный. Дин всегда будет помнить его таким, всю свою жизнь.

В душе они умудряются вести себя прилично, в основном из-за того, что оба без сил. Дин уверен, что если кто-нибудь бы поменял простыни на кровати, он бы проспал всю неделю.

— Не могу поверить, что ты изучал порнуху и месяцами читал заумные книжки, чтобы подготовиться, — говорит он, осторожно обходя кровать — они все-таки меняют простыни.

— Не слышал, чтобы ты жаловался, — отвечает Сэм и заваливается на кровать, нежно утягивая Дина за собой.

— Ты совершенно прав. — Дин ложится на спину и, поворачивая голову, ловит взгляд Сэма.

— Ты знаешь, я... — начинает он. Сэм должен это знать.

— Да, — отвечает Сэм, излучая тепло. — Я знаю. И я тебя тоже.

— Спасибо, — бормочет Дин, утыкаясь носом в подушку.

Сэм по-прежнему улыбается, но как-то по-другому. Грустно.

— Пока что не благодари меня.

Дин подозревает, что после такого выражения лица можно рассчитывать на отличный секс вечером, однако Сэм засыпает, прижавшись к нему, уткнувшись губами в мягкую складку подмышки Дина. Они просыпаются от ярких лучей солнца, светящих в окно. Их ждёт ещё один удушающе жаркий день.

Изображение

Они по-прежнему обнимают друг друга, несмотря на жару. Хлопает входная дверь. Похоже, что отец вернулся домой. Он наверняка измотан после Охоты. Его почти не слышно, хотя Дину удаётся разобрать тихий звук бегущей на кухне воды.

Сэм упирается подбородком в грудь Дина и смотрит на него странным взглядом.

— Эй, Дин?

— Да, Сэмми? — отвечает Дин слегка хриплым после сна голосом.

— Если я когда-нибудь, если мы с тобой когда-нибудь не... Если мы почему-то расстанемся, по какой-то причине. Или не сможем. Не сможем. Говорить столько, сколько бы нам хотелось. Помни, как я тебя. Ну, ты знаешь. Как. И всё это. Это лето, всё, что мы делали. Как это было. Потому что. Я не знаю. Это. Это то, кем я являюсь. Кем я всегда хотел быть для тебя. Даже без Охоты. Без отца. Только. Только мы с тобой.

— Я буду помнить, Сэмми, — говорит Дин. Сэм смаргивает, глаза у него подозрительно мокрые, значит этот момент почему-то очень для него важен. — Обещаю.

*

The End.

Изображение

_________________
Shut up and drive


09 дек 2011, 20:42
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 17 май 2011, 17:43
Сообщения: 15
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Госопди, арт великолепен! :inlove: :inlove: :inlove:
Это... это нечто! Фанартисту просто :squeeze: :squeeze: :squeeze:

Простите, не сдержалась. Прочитаю историю, вернусь с комментарием))))


09 дек 2011, 22:00
Профиль

Зарегистрирован: 27 янв 2010, 12:10
Сообщения: 149
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Обещал не лезть с комментами, но не выдержал!!!
Текст прочитаю обязательно, а сейчас хочется выдохнуть застрявшее где-то в горле: ОБОЖЕАРТ!!!!!
Ailine, ваши работы это нечто завораживающее, это воздух, пространство и текстура. Это ощущения солнца на коже, шероховатость листьев, ветра в траве и настроения. Все иллюстрации словно живые, подвижные, наполненные внутренней динамикой. На рисунок, там где они курят, можно смотреть вечно, ощущая запах сигарет, прохладу вечера, а последний, где утро, он такой томно-светлый и обалденный по цвету.
Разделители покорили меня окончательно, поймал себя на том, что уже минуты три смотрю на тот, что в финале и улыбка на всю морду у меня)))


09 дек 2011, 22:06
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 апр 2010, 15:31
Сообщения: 257
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Апплодирую стоя! И переводчику и автору!!! :buh: :buh: :buh:


09 дек 2011, 23:01
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 июн 2011, 18:56
Сообщения: 121
Откуда: Одесса
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
как светло, красиво... и грустно((( Сэм предчувствует скорую разлуку. Они такие ранимые, мальчики. Но у них хотя бы было это лето...

80 миль в час, Rassda, спасибо за прекрасный перевод :flower:
Ailine, Ваши рисунки такие теплые, акварельные, и так замечательно подходят к фику :heart:

_________________
Не думаешь о деле - не думай вообще!
Дин Винчестер


09 дек 2011, 23:09
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 18 апр 2011, 02:45
Сообщения: 218
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Очень атмосферный перевод вышел, так лето сразу захотелось :(
Арт потрясающий :inlove:


09 дек 2011, 23:19
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 апр 2010, 01:42
Сообщения: 2032
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Замечательный фик! Удивительно живой язык, который подчеркивал атмосферу юности и азарта, настоящие, совершенно вхарактерные Винчестеры и их отношения, такие, что верится - так действительно могло у них быть :inlove: Лето, охота, море и тренировки, дома и мотели, библиотеки - это настолько их жизнь, и она показана настолько правильно и гармонично, что невозможно не проникнуться :heart:
Цитата:
Сэмми — его дом, уютный и неизменный, как бы мелодраматично это не звучало.

От этой фразы как-то особенно тепло стало, прямо квинтэссенция их отношения друг к другу, потому что, уверена, Сэм относится к Дину точно так же :)
И даже по прочтении последних строк, зная, что как события будут развиваться дальше - не становится грустно, потому что то, что они обрели этим летом, то, что у них есть уже сейчас - сохранится, потому что оно - настоящее и самое важное и ценное :heart:
80 миль в час, огромное спасибо за выбор фика (честно, ужасно соскучилась по достэнфордским Винчестерам, поэтому было особенно радостно читать) и за перевод! :flower:
Ailine, арт просто восхитительный! :inlove: На анимированный баннер и разделители невозможно наглядеться, а рисунки - это просто чудо какое-то! :heart: От них от всех веет нежностью и хочется улыбаться, даже не знаю, из-за техники ли или из-за самих проиллюстрированных моментов, но потрясающий эффект! :cheek: Большое спасибо! :flower:

_________________
Если я вас напрягаю или раздражаю, вы всегда можете забиться в угол и порыдать ©


09 дек 2011, 23:26
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 ноя 2009, 11:38
Сообщения: 125
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
спасибо автору и всей команде - за это чудесное, наверное, последнее счастливое лето, не отягощенное мыслями о спасение всего мира.

спасибо за перевод и волшебный арт. от текста и картинок возникает полное ощущение погружения: чувствуется и полуденная жара, и запах травы, ночная прохлада.


10 дек 2011, 00:11
Профиль

Зарегистрирован: 27 янв 2010, 12:10
Сообщения: 149
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
От текста ощущение знойного жара, полуденного томления с нотой тревоги и ожидания исходящей от Сэма, при этом полная расслабленность и принятие от Дина...слова накатываются как волны тепла. Очень цельная работа всей команды, спасибо за эту историю.

| Читать дальше
офтопом: возможно вы уже заметили, но просмотрите ещё раз текст, там местами оставлены лишние слова, видно там, где затруднялся перевод.


10 дек 2011, 00:43
Профиль
Киськина мать
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 авг 2009, 03:57
Сообщения: 431
Откуда: Москва
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Мои выходные будут полны чтением.
Сейчас пишу, что увидев арт, готова продать душу. Очень люблю анимашки. Очень говорящие иллюстрации, хожу и уже облизываюсь на текст. Предвкушаю.
Мои самые большие восторги авторам!
Прочитаю историю - напишу ещё :)

_________________
Человек умеет, может, знает гораздо больше, чем он думает. И думает он намного лучше, чем ему кажется.
Жить - удовольствие. И не говори, что тебя не предупреждали :)


10 дек 2011, 04:01
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 14 сен 2009, 17:22
Сообщения: 32
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Ааааарт!!!! он...он...он потрясающий, как это вообще так?! :inlove: и пэйринг :buh: это нужно срочно читать)


10 дек 2011, 05:09
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 08 ноя 2010, 08:59
Сообщения: 21
Откуда: из Сибири
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Симпатичный винцест ;-) Арт тоже хорош, лучше, чем в английском варианте :super:

_________________
Никогда не думай, что ты иная, чем могла бы не быть иначе, чем будучи иной в тех случаях, когда иначе нельзя не быть! (с) Л. Кэрролл


10 дек 2011, 12:03
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Dobhran
возвращайтесь :D арт божественный, тексту очень повезло с художником )))

Sunday779
спасибо )))

de_maria_na
да, тут история с оттенком неизбежного ))) рада, что вам понравилось )))

Кана Го
до лета ещё немного осталось ))) спасибо, очень здорово, что удалось передать атмосферу )))

NecRomantica
рады были стараться ))) меня фик покорил именно этой атмосферой )))

Танка Морева
спасибо ))) тут этот момент постепенного нарастания, мелкие детали вроде писем, попытки Сэма что-то сказать, просто за горло берут )))

Ri.
спасибо большое за правки, мы тут уже и после выкладки правили, поэтому закрались вот такие блохи )))

Topolyna
спасибо )))

_________________
Shut up and drive


10 дек 2011, 12:51
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 02 ноя 2010, 01:41
Сообщения: 433
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
80 миль в часAilineволшебницы :heart:
80 миль в часдолго и с открытым ртом смотрела на запись - была уверена, что у тебя будет авторский текст. Но и перевод, да еще такого фика, очень и очень порадовал. Очень по-Винчестерски. :inlove: И как-то по-другому, что ли? Сейчас уже так не пишут.) Спасибо за перевод :squeeze:
Айлин, совершенно замечательные рисунки, частично милые и винцестные, а иногда и очень американские)) гифка-баннер поразила) впрочем, как и все остальное :dance3: :squeeze:

_________________
I've been abducted and you're banging patchouli(c)


11 дек 2011, 04:27
Профиль WWW

Зарегистрирован: 24 июн 2010, 13:05
Сообщения: 37
Откуда: Владивосток
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Это потрясающая работа, перечитала текст три раза, как-то сложно с ним расстаться... и мне бы тоже хотелось его перевести, чтобы подольше побыть в этой истории. Очень цепляющие парни, и вся ситуация, и отец рядом... Автору поклон.
80 миль в час, спасибо! :heart: Перевод отличный, вот сколько читала и ни разу ни об одну корявость не запнулась. Подозреваю, что их там просто нет)
Ailine, вот это рисунки!.. :squeeze: в них хочется вглядываться и вглядываться, и кажется, что они вот-вот оживут. Завораживают)

Такая полноценная, качественная работа, мне так понравилось))) Подарили пару часов счастья, огромное спасибо!


11 дек 2011, 06:08
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 янв 2011, 16:07
Сообщения: 143
Откуда: Уфа
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Запредельное. История, оформление - дыхание обрывает при прочтении и в сочетании с работами художника. Такое живое, дышащее каждую секунду, блин, реально слова скачут и отказываются складываться во что-то членораздельное.
Спасибо за перевод столь дивной истории
И картины - каждая - от них хочется восторженно вопить. Смелая игра с цветами, контрастами - вот как так удается и жизнь и форму и настроение передать? От работы с могилой под деревом вообще крыша пакует чемоданы :inlove:
Спасибо автору, переводчику и художнику за полученные при прочтении эмоции

_________________
Тихо листьями шурша,подкралась к нам анаша.


11 дек 2011, 10:03
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2009, 19:58
Сообщения: 334
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
для меня лично предупреждение Сэм/Дин в пейринге скорее было толчком, нежели чем-то отталкивающим
| Читать дальше
и дин оказался такой сучкой в постели как по мне)))...и мне кажется тот момент, когда Джон счастлив от того, как у них все замечательно..возможно что-то бы изменилось если бы Сэм не уехал учиться..хотя похоже. что и здесь Сэм променяет их на "нормальную жизнь"...и блин...когда Сэм и Дин напились и обкурились..почему-то именно эта картинка была очень яркой для меня в восприятии))

в целом не могу сказать, что текст меня сильно цепанул...порадовали, конечно, взаимоотношения мальчиков...это была своего рода подготовка к жизни без ДЖона...охота и прочее
и арт..арт просто шикарный...так воспроизведены моменты из текста..просто здорово


11 дек 2011, 11:45
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 май 2010, 19:38
Сообщения: 355
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Ailine обалденный арт! Баннер прямо дышит и манит туда к ним, я кажется, даже почувствовала дуновение жаркого ветерка :heart:

80 миль в час спасибо за перевод красивой истории с грустинкой :flower:

_________________
http://merzavca.diary.ru/ - дата регистрации 30.01.2009


11 дек 2011, 13:01
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2011, 00:17
Сообщения: 314
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Чудесный перевод и волшебные иллюстрации! Спасибо!


11 дек 2011, 16:47
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 июн 2009, 04:01
Сообщения: 428
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
боже,какой кайф!!! текст,рисунки, все вместе- ощущение лета,которое вот-вот закончится, невозможно выделить что-то одно,потому что все-настолько неделимое.
спасибо огромное вам обеим :heart: :heart: :heart:


11 дек 2011, 18:33
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 янв 2010, 11:33
Сообщения: 1094
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Невероятно атмосферный фик, такой осязательный и визуальный, прямо чувствуешь летнюю жару, запах скошенного сена, ледяную морскую воду, обжигающую ноги. И рисунки, они даже не иллюстрируют текст, они в него словно впаяны, и сложно представить себе, что они могли бы быть другими, настолько образы переплелись со словами :heart:
И какие потрясающие тут Сэмодины, эта щемящая нежность и невероятная близость не могут оставить равнодушным :inlove: Им веришь бесконечно, все так и было, не могло быть иначе, они тут такие настоящие. И хотя, к счастью, автор решил обойтись без душераздирающих сцен расставания, под конец я все-таки расплакалась :tear:
80 миль в час, Ailine, спасибо вам за этот чистый, концентрированный кайф. От прекрасного текста и великолепных рисунков. Огромое спасибо! :squeeze: :squeeze: :squeeze:

_________________
Настоящий пофигист должен быть бисексуалом


11 дек 2011, 19:09
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 дек 2011, 16:27
Сообщения: 37
Откуда: Харьков
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Читалось так легко, так солнечно, счастливо... но все время оставался горький привкус. Ведь Сэм же прощался... дин счастливый, а Сэм... Сэм зная, что скоро уйдет позволил себе все.
Спасибо большое за шикарный перевод, который переводом то не кажется.

Ailine обалденные иллюстрации!!!
воздушные солнечные.... летние.
спасибо большое!!!!

_________________
ЕХБСБИ!!!


11 дек 2011, 21:01
Профиль ICQ WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Erynia
на авторский текст не хватило музы в этот раз (((

man tiep
спасибо большое, рада, что вы тоже так прониклись фиком )))

_Drakon_
спасибо вам за отзыв, очень приятно читать такие слова )))

_ZaiKa_
я обычно пишу или перевожу другую раскладку, поэтому тут предупредила )))

reda_79
спасибо )))

yana
вам спасибо за отзыв )))

Anarda
правда же, правда, он прекрасный? :heart:

Lonely Heart
мне самой очень тяжело дался финал (((
спасибо за отзыв )))

shinilissa
да, ведь Сэмми прощался весь фик, и от неведения Дина так тяжело читать, несмотря на всю лёгкость и солнечность фика ))) спасибо, что заметили )))

_________________
Shut up and drive


11 дек 2011, 23:10
Профиль
Киськина мать
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 авг 2009, 03:57
Сообщения: 431
Откуда: Москва
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Автор, спасибо за последнее безмятежное лето братьев. Такая нежная история. Благодарю.
Ещё раз скажу, что арт просто шикарный, он великолепно дополняет историю :)

_________________
Человек умеет, может, знает гораздо больше, чем он думает. И думает он намного лучше, чем ему кажется.
Жить - удовольствие. И не говори, что тебя не предупреждали :)


12 дек 2011, 00:48
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 дек 2010, 21:29
Сообщения: 148
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
Арт поразительно живой, а от картинки, где дерево и могила вот просто не оторваться никак. И этот арт полностью сливается с таким теплым текстом и все это превращается в чудесный, милый, яркий, пронзительный сон о лете, который вот-вот закончится, эх(
Спасибо, 80 миль в час, за возможность познакомится с фиком, спасибо, Ailine, за прекрасные рисунки - мне стало намного теплее в этот холодный, снежный зимний вечер.

_________________
Смерть — это стрела, пущенная в тебя, а жизнь — то мгновение, что она до тебя летит (с)


12 дек 2011, 18:45
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 15:50
Сообщения: 349
Сообщение Re: "Почти дома", balefully, перевод 80 миль в час, Сэм/Дин
LenaElAnSed
спасибо вам за отзыв ))) лето станет их общим воспоминанием для Рая )))

Muse
рады, что вам понравилось ))) летний фик накануне Нового года - нет ничего лучше )))

_________________
Shut up and drive


13 дек 2011, 23:55
Профиль
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 55 ]  На страницу 1, 2  След.


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.061s | 18 Queries | GZIP : Off ]