Новости

Все саммари нашли своих фанартистов и виддеров!

:) СПИСОК САММАРИ ББ-2017 :)

Текущее время: 22 окт 2017, 02:56




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 75 ]  На страницу 1, 2, 3  След.
День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка» 
Автор Сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 апр 2011, 15:45
Сообщения: 129
Ответить с цитатой
Сообщение День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Название: Тигр в шкуре ягнёнка
Автор: Медиумы
Бета: будет объявлена позже
Пейринг: Джаред/Дженсен
Размер: макси
Рейтинг: NC-17
Жанр: ангст, романс
Саммари: «Невинный на вид белый снег на пологих склонах гор – это не волк в овечьей шкуре, а тигр в шкуре ягнёнка» (Матиас Здарский)
Дисклеймер: Нам ничего не принадлежит, но мы все видим
Примечания:
1. История создана по мотивам многочисленных публицистических статей, очерков и повестей о лавинах, основа – «Охотники за лавинами» Монтгомери Отуотера и «Белое проклятье» Владимира Санина, но фик не ретейлинг этих книг.
2. АУ
Предупреждение: нецензурная лексика

Изображение


Последний раз редактировалось Медиумы 18 май 2011, 19:44, всего редактировалось 1 раз.

06 май 2011, 20:05
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 апр 2011, 15:45
Сообщения: 129
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Да обойдут тебя лавины
В непредугаданный тот час.
Снега со льдом наполовину
Лежат, как будто про запас
По чью-то душу, чью-то душу,
Но я клянусь, не по твою.
Тебя и годы не задушат,
Тебя и горы не убьют.*


Изображение

Солнце, чистое небо, лёгкий мороз и безветрие ─ вот четыре основных фактора для идеального лыжного курорта. Уж кому, как не Дженсену, знать это. Но, в отличие от пёстрой толпы туристов, собравшейся на площадке в ожидании фуникулёра и отличного отдыха на девственных склонах Аспена, он здесь работал.
Он ─ это Служба наблюдения за лавинами, если говорить официально, а по-простому - одна из сотен других метеоточек, разбросанных по штату и собирающих информацию для составления прогнозов погоды и предупреждения о стихийных бедствиях. Лавинный информационный центр Колорадо, к которому были прикреплёны четыре метеоплощадки под руководством Дженсена в Аспене, как и большинство подобных региональных центров, включая многочисленные службы прогнозирования погоды, являлся неотъемлемой частью Национальной Службы Погоды США, которая, в свою очередь, была одной из шести составляющих Национального управления океанических и атмосферных исследований.
Вся информация, которую добывали сотрудники Эклза, собиралась и анализировалась в Силвер-Спринг в Мэриленде. Туда же Дженсена вызывали для участия в семинарах и на конференции, и, кроме этого, ещё два раза в год приходилось выезжать с отчётами лично. Но теснее всего он контактировал с лавинным центром в Колорадо-Спрингс. Именно оттуда они всегда ждали плохих вестей о надвигающихся на Мекку горнолыжного туризма ─ Аспен ─ снежных проблемах. Дженсена радовало, что непосредственное начальство находилось так далеко. Ему и его ребятам за глаза хватало Джеффри Моргана, некоронованного короля Аспена, которому принадлежала половина аппетитных акций этого туристического рая.

То тут, то там раздавался громкий смех туристов, который время от времени отвлекал Дженсена от наблюдения линии водораздела, отчётливо видимого из этой точки. Обычно циклоны приходили к ним в гости именно оттуда. Сейчас далеко над горами вилось прозрачное марево, и оно могло означать всё что угодно… Он так задумался, что очередной взрыв хохота заставил его вздрогнуть. Ах, каким бы был чудесным Аспен без туристов! Увы, это только в мечтах. Вся инфраструктура огромной долины была основана на туризме. Не будет туристов ─ умрёт и Аспен. Диалектика, чтоб её. Однако Дженсен был более чем рад, что не полезет с этими шумными любителями скоростного спуска в одну кабинку.
Он ждал служебный фуникулёр, который обещал предоставить Билл Катц, один помощников несносного Миши Коллинза.
Кабинки на этой линии были маленькие, всего на пять-шесть человек. При желании, можно было втолкнуться и вдесятером, что, конечно же, было строжайше запрещено. Но при авральных ситуациях на многое закрывали глаза, причём все, даже сам Дженсен, зато служебная линия обеспечивала одиночество, которого сейчас хотелось больше всего. Он только вчера вернулся из Колорадо-Спрингс, где, кроме работы, ещё и хорошо отдохнул, так что, пока организм не настроился на работу - требовал продолжения безделья. Но раз уж приехал - надо впрягаться. Без него Аспен поразительно быстро «распускался» в плане игнорирования лавинной опасности лихими туристами. А вот с его появлением даже количество травм сокращалось в два раза, если судить по данным статистики, которые составляли спасатели на основе обратившихся в травмпункты и к парамедикам. Всё-таки как-никак, он здесь третье по значимости лицо после Бога и Моргана, главный по лавинам и вообще «прекрасный принц с термометром и барометром наперевес», как его окрестила пару лет назад одна пожилая матрона.
Дженсен усмехнулся своим мыслям, глубоко вздохнул и выпустил изо рта облачко пара. Далёкое поскрипывание возвещало, что вот-вот из-за скалы появится кабинка, как и обещал Билл. Дженсен шагнул ближе к шлагбауму. Метрах в пяти от него зажигала и пепелила группа в ярких лыжных костюмах. Шесть человек ─ трое мужчин и три девушки ─ обращали на себя на внимание не только тем, что громко смеялись чему-то, понятному только им, но и своим видом. Они были одеты в дорогие, явно дизайнерские, спортивные шмотки. Достаток буквально сочились из них в каждом повороте головы, в каждом жесте и взгляде. Но Дженсена они привлекли не этим, а большей частью немалым ростом. Даже девушки были подстать своим мужчинам. Дженсен и сам привык считать себя высоким и смотрел на большинство людей сверху вниз, но в этой группе, пожалуй, он бы возвышался только над девушками, и то ненамного. И ещё тем, как они по очереди обнимали одного из своих друзей. Даже неловко было наблюдать со стороны за ними, а уж Дженсен здесь такого насмотрелся за годы работы!.. И парень с зеркальными очками на лбу, и тёмноволосая девушка в лиловом костюме время от времени словно прилипали к парню в синем костюме с белыми полосками. Его спортивная белая шапка едва удерживала буйные локоны, торчащие в разные стороны, которые девушки вокруг него время от времени по-очереди поправляли. И ничего вроде в этих объятиях не было такого, если бы парень держал свои руки подальше от задниц. И даже если бы его ладонь оглаживала только аппетитные полушария у своих подруг, но он ведь точно также прикасался и к своим друзьям. А тем словно было всё равно, они совершенно не реагировали на такие поползновения, однако со стороны и средь бела дня это смотрелось каким-то перебором.
Пока Дженсен рассеянно оглядывал весельчаков, которые, кстати, именно сейчас вели себя на грани фола, так, что стоящие рядом пары прямо прилипли глазами к действию, показалась обещанная Биллом кабина, и он шагнул вплотную к площадке, ожидая момента, когда сможет запрыгнуть внутрь. Громкий заразительный хохот раздался совсем рядом, как мини-взрыв, словно они с ребятами вручную спустили небольшую лавину, используя специальные петарды. Дженсен невольно оглянулся и застыл.

Поверх голов в паре метров от него на Дженсена уставился тот самый незнакомец в белой шапке. Его глаза притягивали буквально физически, и Дженсен внутренне содрогнулся. Они смотрели друг на друга, не мигая и не дыша. Казалось, даже мир вокруг пропал, и звуки стали нечёткими, словно раздавались из-под толщи воды. Долгий взгляд всё длился и длился… И вдруг незнакомец широко улыбнулся и подмигнул. Кабинка Билла скрипнула рядом, и Дженсен первым разорвал этот противоестественный контакт. Под ропот недовольных масс он прыгнул внутрь.
Когда кабина ушла с пассажирской платформы, Дженсен оглянулся. Не смог не оглянуться. Каштановые волосы, вьющиеся у шеи, в которых запуталось солнце. Бьющий наотмашь пристальный болезненный взгляд и при этом ослепительная веселая улыбка. Такого просто не бывает. Или одно, или другое. Это противоречие вызывало сочувствие и будило первобытное желание защищать.
Однако был ещё в наличии дорогой лыжный костюм. Блеск золота на запястье руки, вцепившейся в перила ограждения. Богатый мальчик с преданной сворой, готовой растерзать по щелчку его пальцев. Это вызывало лишь одно чувство ─ быть как можно дальше от него.
Табу для Дженсена. Танцы с сильными мира сего остались позади. Он не собирался повторять свою ошибку ещё раз.
И только когда кабина фуникулёра обогнула видимый с посадочной площадки участок и
скрылась за скалой, отрезав Дженсена от всех, оставшихся внизу, он смог дышать полной грудью и вдруг понял, кого имел в виду Майкл Розенбаум, рассказывая о неком Сатане со своими подручными псами.
Похоже, Дженсен только что с ними столкнулся.

Изображение

Полчаса ─ это на самом деле много, когда вокруг нет никого, способного отвлечь от неприятных мыслей. И даже занять тело ходьбой не получалось, пока кабина летела на вершину. Однако он и тут умудрился вести себя, как тигр в клетке.
Чёрт знает, почему внимание этого незнакомца, его взгляд, улыбка и подмигивание заставили Дженсена снова вспомнить свои любовные неудачи. В особенности ту идиотскую историю, когда он стажировался в Национальной Службе Погоды. Прошло одиннадцать лет, и случившееся уже не в силах повлиять на его карьеру или работу в целом, но до сих пор воспоминания об этом срывали поджившую корку с раны, и сука-память тут же насильно транслировала немного потускневшие, но всё ещё слишком яркие картинки. От его желания уже ничего не зависело, процесс уже запущен, и теперь оставалось только переждать это внезапное слайд-шоу путешествия по прошлым ошибкам.
…Дженсен резко встряхнулся, скидывая морок воспоминаний. Странно, что из огромного числа побывавших здесь (и не один раз) туристов, именно эта шестерка заставила его снова пережить неприятные страницы своей биографии. Может быть, потому что Майкл и остальные свидетели за пять лет прожужжали о них все уши? По многим совпадениям, что они и есть те самые туристы, от которых одни проблемы, а Дженсен, став лавинщиком, мгновенно перестал верить в случайности.
Итак…
Их шестеро, отсюда отсылка к Сатане, высокие, наглые и без каких-либо комплексов. Приезжали всегда в конце января, обычно после 25-го, и оставались в Аспене ровно на три недели, празднуя в горах и день всех влюблённых. В этом не было ничего демонического, если бы после их отъезда не приходилось увольнять часть персонала, слабого на передок и задок. Они словно целиком состояли из чёртовых эндорфинов. На них отдыхающие (особенно одиночки) слетались, как пчёлы на мёд. Группа нарушала распорядок, правила, ввязывалась в потасовки с персоналом и охраной, каталась на запрещённых трассах. Их штрафовали, но богатые ублюдки сорили деньгами направо и налево, оплачивали штрафы, сломанные снегоходы и инвентарь, откупались от назойливых туристов. В более трудных случаях один звонок их чёртового адвоката решал все возникшие проблемы. Рестораторы, охранники, прислуга, работники казино ─ никто не оставался не охваченным. А количество соблазнённых и покинутых ими за время отдыха исчислялось десятками.
Майкл говорил, что так и не понял, кто с кем зажигает в этой группе; складывалось впечатление, словно они все друг другу ─ любовники. Скопом или поодиночке - тут уж стоило только догадываться.
Как-то так смешно получилось, что дни отдыха этих проблемных туристов совпадали с отсутствием Дженсена в Аспене. Два года подряд он брал краткосрочный отпуск, чтобы проведать семью. Потом он сломал ногу, и его увезли в Дэнвер, где он не только лечился, но и восстанавливался, проходя курс физиотерапии. В позапрошлом году женился его брат, а в прошлом ─ его пригласили на внеплановую конференцию в ЛА, связанную с обсуждением вопросов о новейших методах противодействия лавинам. Да, именно там он впервые услышал о системе GAZ.EX**, счёт за установку которых ему до сих пор всуе поминал чёртов Морган. И каждый раз, возвращаясь из отпуска/командировки/клиники, он попадал на пепелище чувств, оставшихся после отъезда отряда Сатаны; на него вываливали ушаты информации о том, чем на этот раз столичные прохвосты потрясли несчастный провинциальный Аспен.
Майкл, как местный собиратель сплетен и слухов, знал о них всё и охотно делился добытым со всяким, кто был готов послушать о похождениях богатых придурков. Дженсен не особо рвался знать подробности, но уши-то ведь не заткнёшь. «Старшее» поколение метеостанции (это, по словам Чада Линдберга, все, кому за тридцать) слушало эти рассказы более чем снисходительно, с доброй порцией юмора, а вот молодые орлы, например, Габриэль Тигерман и Чад, слушали, открыв рот, впитывая экзотику поведения отряда Сатаны. Майкла заткнуть было невозможно, тем более, когда имелись такие благодарные слушатели, и легче было перетерпеть охи и ахи. Поток слов обычно сходил на нет ближе к маю, когда в Аспен приходила весна, таял снег, и склоны всё больше оголялись, теряя туристов. Вот так и получилось, что Дженсен оставался единственным из многочисленного персонала всего туркомплекса Аспена, кто не видел знаменитых возмутителей спокойствия воочию.
Ну что же… В этом году ему, наконец, повезло. Он только что вернулся из командировки и, вспоминая случившееся на посадочной площадке, понимал, что попал сразу с корабля на бал, то есть, в самую гущу событий. Повезло, так повезло.
__________________________
*Стихи: А.Якушева, Ю.Визбор
**GAZ.EX – система обеспечения слежение за накоплением снега, которая инициирует принудительный сход лавин, используя эффект взрыва смеси кислорода и пропана. http://www.gorimpex.ru/gazex/

Изображение

Вершина Сноумасса ─ это самая большая головная боль Дженсена, плюс семнадцать! особо опасных лавинных участков, как нарочно расположенных над самыми вкусными трассами. Они с ребятами в шутку окрестили это царство лавин местным Олимпом, заодно давая каждому потенциально опасному очагу имя греческой богини. Здесь были и своя ничего не прощающая Гера, и грозная Афина, и даже две его любимые «детки-певуньи» ─ Сирена и Сирена-2, лавинные участки с ложем столь огромным, что спуск такой махины всегда сопровождался потенциальной опасностью даже для лавинщиков, не говоря уж о простых смертных ─ чайниках. Но что поделать? Это его проклятие и рутинная работа, но он привык и к первому, потому что, кто-то же должен заботиться о том, чтобы этот снежный массив дарил людям радость, а не отнимал их жизни. И ко второму, так как выбрал профессию по душе.
Ему нравилась его работа. Привычные действия успокаивали и давали ощущение если не могущества перед природой, то хотя бы призрачную надежду на то, что он может спрогнозировать по данным грозящую людям опасность и предупредить о стихийном бедствии заранее. Или повлиять на ход вещей, например, тем, что в силах «убить» зарождавшуюся лавину в момент её зачатия, не дать ей вырасти в огромную смертоносную массу снега.

…Каждый раз, когда он надолго уезжал из Аспена (неделя казалась годом), сердце Дженсена обливалось кровью оттого, что он оставлял своих «богинь» без присмотра. Хотя его сотрудники по профессионализму ни в чём не уступали своему начальнику, и доверие между ними были не пустым звуком, он всё равно чувствовал иррациональный страх, что в его отсутствие случится катастрофа, которую он не смог предугадать. Майкл и Крис Кейн называли его параноиком, однако сами были такими же. По идее, они все тут были самыми настоящими психами, которые при виде падающей с неба снежинки сразу вопили: «Караул! Лавинная опасность!». Моргана, кстати, можно было понять: он терял деньги на закрытии трасс. Большие деньги, а прогнозы имели закономерность либо сбываться наполовину, либо вообще не сбываться или сбываться частями. В этом не было ни вины Дженсена, ни вины специалистов из Колорадо-Спрингс. Погода всегда непредсказуема. Однако, получая предупреждение о надвигающемся циклоне или сведения об увеличении интенсивности снегопада, Дженсен был обязан реагировать, а это приводило к одному и тому же результату: он требовал от Моргана немедленного закрытии трасс и объявления лавиной опасности. Морган зверел, но уступал. А потом, когда циклон оказывался не таким снежным, как предупреждали метеосводки, он зверел ещё сильнее, потому что каждый день недоступности склонов для туристов ─ это простой канатки и фуникулёров, закрытые пункты проката лыжной амуниции, уменьшение числа посетителей в барах и пабах у подножия, и так далее, и тому подобное. В общем, всё упиралось в чёртовы деньги. И процент был не в пользу Дженсена: на десять его требований закрыть трассы «сбывались» хорошо если три прогноза.

…Наконец, он обошёл свой звёздный Олимп за несколько часов. За это время Дженсен успел осмотреть наполненность лавинных ванн, сфотографировать их, проверить на глаз высоту снега, а также сделать контрольный срез, изучив его плотность и зернистость. Всё, осталась не охваченной его красавица ─ Сирена. Он всегда оставлял её напоследок. К другой своей любимице, Сирене-2 нужно было идти как минимум вдвоём, в одиночку туда соваться не стоило.

Поднявшись на пару сотен метров выше Геры, Дженсен оказался на небольшом плато и оглянулся. Отсюда Сноумасс был как на ладони. Ещё несколько десятков метров в сторону и вот она, Сирена, во всей своей снежной красе. Рядом с ней и дышать приходилось через раз, чтобы случайным колебанием воздуха не сорвать эту махину. Майкл и Крис предлагали назвать её по-другому, например, Мегерой или Горгоной, уж больно противная, и проблем от неё не меньше, чем у перечисленных героинь, но Дженсен даже слушать ничего не хотел, только Сирена. Потому что это была, пожалуй, единственная лавина, если не считать Сирену-2, которая, срываясь вниз, почти пела, перекатывая с места на место огромные валуны и тем самым создавая подобие мелодии. Возможно, всё дело было в потревоженном грунте или ещё в чём-то, но не суть важно.
Буквально в ста метрах левее, на безопасном участке находилась конечная станция канатки, фуникулёр сюда не добирался, так как это место по идее уже не для туристов. Но какие таблички не ставь, хоть метровые плакаты и транспаранты, любители экстрима всё равно частенько сюда наведывались. Трассы на Сноумассе были явно не для чайников, может парочка у самого подножия и соответствовала их уровню, но не здесь. Уже с третьей площадки склоны были повышенной сложности. Чтобы здесь кататься, нужен, по крайней мере, средний уровень мастерства владения лыжами.

Изображение

Однако сегодня его вотчина не пустовала.
С того места, где сейчас стоял Дженсен, он отлично видел тех самых любвеобильных туристов, отряд Сатаны. Четверо стояли рядком на небольшом уступе и смотрели вниз. Фигуры в синем комбинезоне Дженсен среди них не заметил, значит, сам Сатана с кем-то из дружков опять что-то задумал. Дженсен проследил глазами примерное направление, куда глазели туристы, и увидел, как две фигуры мчались по склону вниз, выписывая на целине правильные восьмёрки. Оставшиеся на склоне вдруг весело заорали, взмахивая лыжными палками, заулюлюкали, поддерживая друзей. Не похоже, чтобы они волновались. А вот у Дженсена сердце сбилось с ритма, когда фигуры в синем и в лиловом пошли на сближение. Казалось, что ещё немного, и они столкнуться друг с другом ─ такая бешенная была скорость. Он даже остановился и замер, гадая, в каком состоянии эти двое сумасшедших придут к финишу. Но фигуры почти профессионально гасили скорость на поворотах и расходились ровно в метре друг от друга. И так до самого подножия. Четвёрка оставшихся на вершине людей снова вскинула руки вверх, радуясь успеху друзей, и стало понятно, что выскочки благополучно спустились, устроив идеальное развлечение для чайников. Дженсен был уверен, что те, кто облизывается на целинные просторы Сноумасса, но трусит туда забраться, в изобилии сейчас пасутся у подножия. Однако, после такого показательного катания, даже самый чайнистый чайник почувствует в себе силы повторить нечто подобное. Пока Дженсен раздумывал над тем, чем грозит для спасателей ─ и лавин ─ внезапный исход зелёных лыжников на склоны повышенной сложности, четверо друзей тоже понеслись вниз. Даже до такой высоты долетали восторженные визги и писки тех, кто наблюдал за этим вторым фееричным спуском из долины.

Что сказать?! Дженсен был восхищён и раздосадован. Восхищён тем, что отряд Сатаны умел стоять на лыжах почти профессионально. А досаду вызывала вот такая показуха. Теперь оставалось только ждать, когда какой-нибудь чайник или группа недалёких юнцов, убеждённая в том, что тоже умеет стоять на лыжах, вдохновлённая увиденным, решится повторить спуск с экстремального склона. И ведь всегда находились такие, какие бы правила не озвучивали тренера внизу.
Неужели этим великовозрастным болванам невдомёк?
Звонок мобильника нарушил снежную тишину вокруг.
─ Ну, что там? ─ Голос Майкла был слегка приглушённым, словно тот прикрывал трубку рукой.
─ Как я и думал. Лавиносборы под завязку. В подветренных ваннах такое ощущение, что туда снег ветер как веником загребал, барханы кругом и кое-где всё это счастье уже переливается через край, только тронь. На чём держится снег ─ непонятно. Сирена просто страшная.
─ Надо сбрасывать, как считаешь?
─ Да, причём немедленно, то есть, как можно быстрее, хорошо бы вчера, а ещё лучше ─ неделю назад, до того небольшого снегопада. Но раз уж замешкались тогда, сейчас уже ждать просто нельзя. Уточни прогноз на завтра и на ближайшую неделю, пока я здесь.
─ Окей. Перезвоню.
Пока Дженсен ждал звонка, он сфотографировал Сирену с трёх разных точек. И особенно снегомерные рейки; их на Сирене было установлено три штуки, причём две из них вообще были сейчас погребены, лишь у последней виднелась верхушка. Перебор почти на два метра, Сирена, похоже, накопила более двухсот тонн снега, не иначе. Вот ведь зараза, а снегопад-то был почти детский!
Прошло минут двадцать, как Дженсен заметил, что лихачи снова выпрыгивают из канатки. Мужчина в синем костюме вдруг громко рассмеялся и вскинул руку вверх. Манжет слегка задрался и блеск золота на запястье едва не ослепил Дженсена. Он смотрел на него со странными чувствами, в душе что-то шевельнулось, когда один из друзей быстро наклонился, сгребая снег рукой, и прицельным ударом сбил снежком с головы своего главаря шапку. Тот широко улыбался, скатывая ответный комок, и вот уже лыжи и палки летят в стороны, а снежная битва в самом разгаре. Надо же, отряд Сатаны, а резвятся, как малые дети.
Когда запиликал мобильник Дженсена, он увидел, как главарь небрежным жестом отбрасывает назад свои кудри, а девушка в костюме салатового цвета натягивает на них шапку, потерянную в бою. Отсюда он напоминал раненного на всю голову бойца. Выслушав Майкла, Дженсен вдруг сказал в трубку:
─ Угадай, кого я вижу на опасном участке?
─ Можешь не продолжать. Я в курсе, что отряд Сатаны снова у нас на гастролях. В этом году, Дженс, тебе не отвертеться от знакомства с ними.
Дженсен засмеялся.
─ Это вряд ли. Видишь ли, богатые мудаки меня не интересуют по факту, от блеска золотых ролексов уже воротит.
─ Держись подальше и от них, и от их ролексов, я серьёзно тебе говорю. Хотя, есть там парень, Том, он вроде достаточно вменяемый, мы с ним в прошлом году вместе поднимались на фуникулёре. Да и так, сталкивались кое-где в городе, болтали о разном. Не поверишь, когда они поодиночке, то совсем неплохие ребята. Я был бы не против с ним познакомиться поближе. Но остальные меня пугают. Там девки реально бешенные какие-то, хоть и красивые. К своему главарю подпускают только своих.
─ Только не говори, что ты подкатывал к главарю? ─ Майкл тихо хохотнул и Дженсен тут же встряхнулся. ─ Погоди, погоди, так подкатывал? И тебя что, девчонки напугали?
─ Угомонись, ни к кому я не подкатывал, и никто меня не пугал. Просто связываться неохота. Они же все чокнутые! Я же говорю, они адекватые только поодиночке, а такое бывает редко, они всегда тусуются вместе. Не люди, а сплошная провокация.
─ Успокойся, у меня иммунитет на провокации.
─ Не зарекайся, ─ ответил Майкл, с трудом подавив смешок. ─ От тебя вообще ничего не будет зависеть, если ты каким-то образом попадёшься им на глаза и заинтересуешь их. Помни: у травоядного телка есть шанс прожить долгую и счастливую жизнь. Но только не рядом с голодным прайдом.
─ Майки, я всегда говорил, что ты стукнутый. Спасибо за аллегорию. Телок? Серьёзно? Я обижен.
─ Переживешь, скажи спасибо, что я тебя антилопой не назвал. Во! Импалой.
─ Спасибо за это, друг. Ладно, вернёмся к нашим баранам, то есть лавинам. Уточни, на месте ли Морган. Не хочется лишний раз с ним сталкиваться, но у нас нарисовалась странная ситуация с баллонами, а мой заказ на них он видимо удачно «потерял».
─ Хочешь, я переговорю с Большим Д вместо тебя?
─ Нет, ты же знаешь, как он всех нас любит. Меня хоть не пошлёт, права не имеет. Ладно, Майк, я спускаюсь.
Спрятав телефон в карман, Дженсен увидел, как отряд Сатаны в полном составе покатился вниз, вызывая очередной всплеск восторженных криков. Надо что-то с этим делать. Он ещё раз оглядел территорию, перебирая в памяти, всё ли он сделал, а затем направился к ближайшей метеоточке.

Это был небольшой вагончик со стационарной аппаратурой и кучей лыжного инвентаря. Метеостанция, где он работал, находилось на восточном склоне Сноумасса, но тащиться сейчас туда ему было лень, как и спускаться пешком на полтора километра ниже к фуникулёрам. К тому же, он проголодался, и ему ужасно хотелось горячего кофе. Как известно, от одной точки до другой легче и быстрее добраться по прямой ─ это самый кратчайший путь, а в вагончике именно для такого случая находился запас лыж с амуницией. Поэтому Дженсен недолго гадал, как ему осуществить свои желания. Катался он на лыжах как Бог, по словам Майкла и Марка Пелегрино из спасательного отряда, которые в своё время занимались горными лыжами всерьёз и могли отличить хорошую езду от плохой. В колледже Дженсен действительно увлекался горнолыжным спортом, но это всегда было увлечение, а не желание побеждать на турнирах. Он привык учиться на «отлично», поэтому до сих пор и не забыл всех уроков.
Натянув ботинки, он выбрал лыжи, провёл ладонью по пластику сверху вниз. Поверхность была неприятно сухой, видимо, эта пара давно не использовалась; парни предпочитали старые проверенные временем деревянные лыжи, пластиковыми пользовались только он и Майкл. Обычную лыжную смазку Дженсен не любил, сцепление со снегом не всегда было таким, каким бы ему хотелось, ещё надо было постоянно помнить о меняющейся всё время температуре. В колледже с ним учился один чувак, с которым Дженсен дружил по лыжной команде, так вот тот поделился своим секретом, как сделать так, чтобы лыжи по-настоящему летали без оглядки на погоду. Услышав, как этого добиться, Дженсен ржал как ненормальный, однако, в нём уже проснулся исследователь. Он попробовал, и, к своему изумлению, убедился в правдивости сказанного. Несколько месяцев ушло на эксперименты по выявлению самой лучшей фирмы, которая бы удовлетворяла специфическим запросам. В итоге Дженсен решил, что любрикант фирмы Акваглайд полностью отвечал поставленным задачам. Его веселил факт того, что производитель и понятия не имел, как используется его продукция. Зато Дженсен с тех пор не знал проблем ни со смазкой лыж, ни с чем-либо другим, любрикант у него был постоянно в кармане, и использовался в разных целях. Даже после того, как он бросил горнолыжный спорт и устроился на работу, привычка носить с собой смазку так и осталась.
Однако, похлопав себя по карманам, Дженсен с досадой выругался. Чёртова смазка! Наверно, выронил где-то… Ладно, придётся скатиться без смазки вообще.

Перед стартом, регулируя застёжкой-липучкой ремень широких солнечных очков, Дженсен непроизвольно выискивал взглядом отряд Сатаны, который уже должен был оказаться внизу. Их легко было отыскать среди толпы по ярким, бросающимся в глаза костюмам. Группа действительно обнаружились у подножия спуска, где сейчас яблоку негде было упасть, ─ столько народу высыпало на склоны.
На этой высоте Дженсен остался в одиночестве, и снизу его хорошо было видно, несмотря на неброский серый костюм. В глазах Дженсена загорелся огонёк злорадства. Желание утереть нос выскочкам возникло буквально из ниоткуда, и то, что они сейчас смотрели в его сторону, напоминало скрытый вызов. Они словно специально выпендривались перед ним, выписывая цирковые фигуры на склонах. Не заметить снующего туда-сюда по верхотуре Сноумасса Дженсена было просто невозможно. Ощущение, что между Дженсеном и главарем группы протянулись сотни невидимых нитей, родившихся неизвестно из чего, и положивших начало военных действий только усиливалось. И его друзья с интересом смотрели, примет он брошенный вызов или нет. Только вот Дженсен не мог припомнить ничего, напоминающего отмашку к этому процессу. Уж не подмигивание ли было таким знаком?
Но факт оставался фактом: он сейчас готовился совершить, возможно, самую большую глупость в своей жизни, ещё более дурацкую, чем то, с чем он столкнулся в юности. Зачем ему привлекать внимание золотой молодёжи? У них нет ничего общего, и Дженсену не нужны отношения с ними. Так какого чёрта он сейчас стоял на карнизе площадки и мысленно составлял траекторию будущего спуска? Он не мог назвать причины. Но было что-то в этом весёлом подмигивании и хитром прищуре рысьих глаз, тайное послание, скрытый вызов, обещание чего-то, на что Дженсен реагировал вопреки своим принципам. И Дженсен принял его. Возможно, он раскается в своём решении завтра, но это будет завтра. Отряд Сатаны катался изумительно, однако Дженсен покажет им, что такое профессиональное катание настоящего аса.

Глубоко вздохнув, Дженсен сильно оттолкнулся палками и полетел вниз. Тело мгновенно вспомнило все приёмы и правила. Он мчался к подножию с дикой скоростью, специально смазывая идеальные восьмёрки, сделанные несколькими спусками отряда Сатаны. Каждый поворот был на грани, словно ещё чуть-чуть и он кубарем покатится вниз. Ещё не до конца укатанный снег вылетал из-под его лыж как хвост кометы. Казалось, время замерло, но финиш стремительно приближался. Он не видел их, но чувствовал взгляды и особенно сильно тот самый, с прищуром.
Когда между ними осталось не более тридцати метров, Дженсен сделал последний поворот, умело сбрасывая скорость, но не до конца, а так, что бы промчаться мимо группы с ветерком. Он специально летел прямо них, ожидая, что они уступят ему дорогу. Пятеро уступили, девчонки с визгом отскочили в разные стороны, двое мужчин отшатнулись. Но парень в синем костюме остался стоять на месте. Он довольно улыбался, глядя на стремительно приближающегося Дженсена, словно тот сделал именно то, что и задумывалось. В его глазах так и читалось: «Давай, дай мне повод сделать ответный ход». Дженсену до дрожи захотелось проехаться прямо по дорогущим лыжам главаря, но в последний момент передумал и сделал лучше. Когда он приблизился на минимальное расстояние, Дженсен резко развернул свой корпус, мгновенно гася скорость в метре от стоящего истуканом парня. Из-под остановившихся лыж фонтаном взметнулась снежная завеса, и осыпала того с ног до головы.
В наступившей тишине он расслышал раскаты оваций туристов, которые следили за его эффектным спуском, смех и восторженный свист. Дженсен оглянулся, поднял руки в победном жесте, потрясая лыжными палками, потом снова посмотрел на молодого человека. Тот был весь белым от снега. Однако спустя мгновение он встряхнулся как собака, посмотрел в глаза Дженсена и громко рассмеялся. Парни угрожающе подступили к Дженсену, но их остановили властным жестом.
─ Всё в порядке. Мы знакомы. Отличный спуск, приятель. Как давно занимаешься лыжами?
Дженсен пристально посмотрел в смеющиеся, но опасно блестящие глаза, и понял, что нарвался.
─ Нет, не знакомы, ─ вырвалось у Дженсена, проигнорировавшего и похвалу и вопрос. Он тут же пожалел об этом, но сказанного уже не воротишь. В который раз он наступал на одни и те же грабли. Все его жизненные проблемы в том, что он не мог вовремя промолчать.
─ Так давай исправим эту оплошность, ─ сказал молодой человек, протирая перчаткой лицо и убирая с него остатки подтаявшего снега.
Дженсен тоже усмехнулся, словно услышал что-то очень забавное.
─ Мне это не нужно.
─ Что за?.. ─ в пять глоток раздалось вокруг, и Дженсен, воспользовавшись заминкой, обогнул главаря и подступивших девушек и покатился к машине, которую подогнал Майкл. Слава Богу!
Снимая лыжи, Дженсен чувствовал эйфорию. И не знал, от чего больше: от удачного ли спуска или от взглядов, сверлящих его спину.
Майкл заметил, что отряд Сатаны смотрит в их сторону, и мрачно прокомментировал:
─ Всё-таки не удержался, вляпался? Ну, смотри. Я тебя предупреждал.
Дженсен только усмехнулся, забрасывая лыжи и палки в кузов. Забравшись на пассажирское сидение, он хлопнул дверцей и сказал:
─ К Моргану.

Изображение

Когда Морган не хотел, чтобы его нашли, он просто не брал трубку. Гениальный ход. Дженсен с Майклом потратили почти два часа на поиски, вместо того, чтобы с ребятами рыть шурфы под взрывчатку. В конце концов, они ворвались в приёмную Большого Д и стали капать на мозги его секретарю.
Триша Хелфер была железной леди, и отшивать могла жёстко и навсегда. Но на Дженсене где сядешь, там и слезешь, он не прохлаждался в Аспене, он за него отвечал, как и за жизни туристов и горожан. И этой блондинистой суки тоже, между прочим, но это Дженсен решил оставить при себе.
Триша сдалась после десяти минутного обмена любезностями, высказанными на повышенных тонах. В результате они узнали, что Моргана на самом деле нет в офисе, и он действительно очень занят сейчас, так как встречается с потенциальными акционерами, которым он показывал окрестности Баттермилка. Но ближе к вечеру состоится неофициальный приём в лучшем ресторане Аспена ─ Golden Horn.
Дженсен любил этот ресторан, потому что, кроме потрясающей кухни, там ещё постоянно играла живая музыка. Иногда Стив Карлсон и Крис развлекались, устраивали там свои небольшие концерты.
Ну что же… Раз Моргана можно будет застать только там, Дженсена это устраивало. Он пригрозил Трише, что если она предупредит шефа, и тот смоется, он завтра закроет все трассы минимум на неделю, штормовое предупреждение у него есть. Триша сквозь зубы, процедила, что всё поняла.
На самом деле никакого штормового предупреждения у Дженсена на руках не было, но сводка погоды была, и там вполне серьёзно предполагалось возникновение кратковременных ливневых осадков в виде снега, но Трише это знать было не обязательно.
Дженсен посмотрел на часы. Рабочий день уже закончился. Дежурство сегодня досталось Чаду и Стиву, и Гейб недавно отзвонился, что все подготовительные работы проведены, осталось только, как он говорил, «нажать на кнопку».

Коллеги Дженсена встретили идею ужина в ресторане с энтузиазмом, они всегда были готовы поесть на халяву. Сегодня как раз работал знакомый бармен, который накануне продулся в покер Майклу, так что откупным пошёл ужин на шесть персон за его счёт. Вечер обещал был приятным, несмотря на разговор с Морганом, однако Дженсен упустил из виду, что с закатом солнца туристы уходят с трасс и расползаются по увеселительным заведениям. И то, что отряд Сатаны никак не мог упустить из виду лучший ресторан Сноумасса именно сегодня.
Вот так и получилось, что, едва войдя в фойе Golden Horn, Дженсен со своими друзьями столкнулись с золотой группой, как назло тоже выбравшими этот ресторан. Он прищуренными глазами следил, как парни и девушки вошли в зал, официанты тут же засуетились около них, очевидно, те уже не в первый раз сюда захаживали. В итоге лучший столик у огромного окна с видом на горы и подальше от сцены достался отряду Сатаны. Дженсен усмехнулся. Надо же… Когда-то и он был частью такого ритуала: лучший столик, суетящиеся официанты… Смешно, если бы не было так гадко от воспоминаний.
Увидев знаменитых нарушителей спокойствия, Гейб и Роб вполголоса рассказали, что учудили эти сумасшедшие сегодня на пике. Уже после ухода Дженсена, они снова поднялись наверх и съехали вниз строем, вшестером. Едва не покалечили при этом кучу народа. Глава спасательной службы, Стивен Уильямс, как раз был внизу. Он-то и прогнал их взашей, потому что после их дружного схода наверх, впечатлившись, полезли чайники. И если бы их вовремя не сняли с канатки, придав дополнительного ускорения пинком под зад обратно в долину и пригрозив отобрать лыжи на весь отпуск, юнцы точно бы себе, если не шеи поломали, так покалечились бы знатно. Дурной пример ведь заразителен. Но сатанисты-то хоть кататься умели.
Дженсен слушал и прикидывал, что до 15-го осталось ещё много дней. Что-нибудь да случится за этого время, он не сомневался.

Когда их ужин принесли, Дженсен, давно приметивший Моргана на другом конце зала, увидел, как его потенциальные партнёры стали прощаться с шефом. Потом они все вместе встали из-за стола, и Джеффри, сверкая голливудской улыбкой и элегантно лавируя между столиками, проводил гостей к фойе. Как только они окончательно распрощались, Дженсен метнулся к нему и загородил собой дорогу к бару.
─ Тебя трудной поймать.
─ Эклз, только не говори, что тебе снова приспичило закрывать трассы!
Дженсен стиснул зубы. Не передать словами, как же его бесил именно такой Морган.
─ Завтра с шести до двенадцати спускаем лавины. Все службы оповещены, объявления сделаны, заряды установлены. От тебя мне нужно только две вещи. Первая ─ разрешение на спуск лавинных очагов. Сразу предупреждаю: не дашь добро, закрою весь Аспен минимум на сутки.
Морган прищурился, словно прикидывал: берёт его Дженсен на слабо или нет?
─ Окей. Второе?
─ Баллоны с пропаном и кислородом для установок, и взрывчатка. Чтобы твоё хозяйство работало без сбоев и приносило постоянный доход, мы часто и понапрасну перестраховываемся и спускаем лавины, когда они не набрали и половины веса. Итог: запас пропана и кислорода истощился. Я предупреждал тебя, и это письменно подтверждено. Ещё до Рождества я положил тебе на стол заявку о дополнительном заказе, но ты её благополучно игнорировал. Время потеряно. Декабрь оказался снежным сверх меры, за январь уже выпала трёхмесячная норма осадков, а ведь он ещё не закончился, и мы спускали лавины едва ли не через сутки. А ведь у нас ещё почти три месяца до настоящих оттепелей. Ты сам прекрасно знаешь, что прогнозы невозможно предугадать со стопроцентной вероятностью. Вчерашний снегопад был ерундой, но даже этой малости хватило, чтобы лавинные очаги с подветренной стороны Сирены и Геры выросли почти на треть. Их надо спускать немедленно. Но если погода ухудшится, и снова пойдут настоящие обильные снегопады, у нас просто нечем будет воевать с лавинами, разве что начать подрезать их вручную на лыжах, а ты сам знаешь, как это опасно для моих парней. Хотя я и так из-за тебя нарушил протокол и приказал снять часть баллонов с Аспен-Хайлендса, чтобы у нас осталось хоть что-то на «последнее дыхание» всего Олимпа. Пока мы ожидаем заказа, моим людям пришлось рисковать своими жизнями из-за тебя.
─ Вечно ты сгущаешь краски, Эклз! ─ рявкнул Морган с досадой. По мнению Дженсена, слишком громко и показательно. На них стали оглядываться. Отряд Сатаны естественно услышал их перепалку и оглянулся в полном составе. Они явно прислушивались к разговору и по ходу уже что-то задумали, быстро переглянувшись друг с другом. Два высоких парня и девица плавно поднялись из-за стола и двинулись к ним. Оставшаяся часть отряда внимательно следила за их выдвижением. Впереди шёл тот самый парень, который утром подмигнул Дженсену на площадке фуникулёра. Рядом с ним плыла шикарная блондинка, крепко прижимаясь боком к своему спутнику. Другой лось шёл сразу за ними.
─ Морган! Привет дружище!
С этими словами лохматый парень остановился у барной стойки. Девица широко улыбнулась, другой мужчина встал рядом с ними. Все трое касались друг друга и девушки, причём так, что Дженсен боролся с невольным желанием покраснеть и отвести глаза. В верхней одежде и на природе их тисканья смотрелись хоть и на грани фола, но не так откровенно как теперь, когда их тела были упакованы всего лишь в тонкий трикотаж и фирменную джинсу.
Лицо Моргана мгновенно утратило всё недовольство от слов Дженсена и стало дружелюбным и довольным, словно он сорвал джек-пот. Он радостно и, как показалось Дженсену, немного суетливо обменялся рукопожатием с молодыми мужчинами:
─ Здравствуйте, Джаред, Том. Снова к нам, очень рад вас видеть.
Затем Джеффри обратился к девушке, поцеловав перед этим тыльную сторону её ладони со словами:
─ Как всегда прекрасна, Адриана. Моё предложением всё ещё в силе.
─ Как всегда постоянна, ─ напомнила Адриана и со значением прижалась к своему спутнику ─ Джареду ─ буквально растекаясь спиной на его широкой груди, обтянутой серым кашемировым пуловером.
─ Я не буду терять надежды, милая леди.
─ Ты не в духе, Джеффри? ─ вопрос Джареда вроде был без подвоха, но по хитрым искоркам, вспыхивавшим в глубине его глазах, Дженсен понял, что задан он был неспроста. И Морган, как послушный окунь, заглотил наживку.
─ Да вот спасу нет от бюрократов. Снежинку увидели и всё: паника до небес и требование немедленно закрыть трассы.
─ О! ─ капризно воскликнула Адриана, оглядываясь на друзей. ─ Мы только что приехали, и погода стоит такая изумительная! Как же мы отдыхать будем, если трассы закроют?
─ А вот это надо спросить у наших местных бюрократов. Вот, кстати, познакомьтесь: главный паникёр Аспена ─ Дженсен Эклз. Эклз, прошу любить и жаловать ─ Джаред Падалеки, Том Уэллинг, Адриана Палики.
─ Очень приятно, ─ вполне мирно отозвался Дженсен и кивнул каждому. ─ Я всегда знал, что ты неравнодушен ко мне, Морган. ─ Тихий смешок издал Джаред, без сомнения, Дженсен не смотрел на него, но чувствовал, что это так. ─ Мы можем и не спускать лавины. Зачем нам рисковать своим здоровьем? Пусть туристы лезут куда их душе угодно. В случае чего ты и твои адвокаты будут разбираться с дерьмом и со страховкой, ах да, и ещё с родственниками погибших.
Лицо Моргана неприятно скривилось. Даже отряд Сатаны притих. Но Дженсен уже завёлся, не желая никого щадить, и уж точно не собирался фильтровать слова.
─ В декабре ты не был таким самоуверенным. Тебе повезло, что погибший парнишка был без связей, иначе не отделался бы типовой страховкой. А я тебя предупреждал о той трассе, требовал закрыть, ты не разрешил, и сноубордисты сорвали лавину. Надеюсь, твоим друзьям не особо понравится известие, что, приехав сюда, они рискуют своим здоровьем. И что главный акционер Аспена экономит на безопасности.
─ Эклз!.. ─ прошипел Морган, делая предупредительный жест рукой. Но Дженсен и не хотел больше ничего говорить, потому что вот такие стычки между ними происходили через день. К сожалению, у Моргана была короткая память на плохое. Дженсен задолбался его просвещать.
Джаред выгнул бровь и спросил:
─ Так кто у нас мистер бюрократ?
Морган мгновенно почувствовал поддержку, и снова все слова Дженсена пролетели мимо его сознания.
─ Эклз лавинщик, работает на метеостанции Аспена.
─ Ой, как интересно! ─ снова воскликнула Адриана. ─ Я никогда не видела живых синоптиков.
─ Я не синоптик, ─ с досадой ответил Дженсен, но его ответ потонул в смехе парней, которые оценили оборот речи своей подружки. Джаред легко прикоснулся губами к её щеке.
─ Тебе повезло, дорогая. Надеюсь, мистер Эклз проведёт для нас экскурсию по своей метеостанции.
«Ага, как же! Разбежался!» ─ со злостью подумал Дженсен, но вслух сказал:
─ К сожалению, станция является секретным объектом, и доступ туда разрешён только сотрудникам. ─ Дженсен так выразительно посмотрел на Моргана, что тот промолчал.
─ Очень жаль. Но теперь я вижу, что наши жизни в надёжных руках, и мы можем смело кататься повсюду.
─ Где разрешено, ─ тут же отчеканил Дженсен.
Разговор был вроде лёгким, но каждое слово с подтекстом, и между ними искры летели в разные стороны. В какой-то момент Дженсен почувствовал за спиной своих ребят, которые явно на расстоянии учуяли зарождающую битву и пришли его поддержать. Зазвонивший телефон Моргана очень кстати ослабил общее напряжение, но не до конца, просто оно тут же трансформировалось в нечто другое ─ в предвкушение боя. Джеффри извинился, быстро окинул всех взглядом, и, попрощавшись с парнями и девицей, свернул разговор. Однако Дженсен позволил себе напомнить ему о самом главном ещё раз, бросив в спину:
─ Завтра до двенадцати и баллоны.
─ Я не глухой, Эклз, ─ огрызнулся Морган напоследок, даже не обернувшись.
─ Знаю, поэтому и напоминаю.
Проводив Моргана задумчивым взглядом, Джаред вдруг предложил:
─ Посидим вместе? Познакомимся поближе. Мы здесь уже в шестой раз, а вот самого интересного, оказывается, ещё и не видели. Адриана расстроилась, что нельзя побывать на метеостанции самим, так вы хоть расскажите о ней и о своей работе. Естественно, столик за нас счёт, ведь мы приглашаем.
─ О, пожалуйста, соглашайтесь! ─ взмолилась Адриана, умоляюще глядя на Дженсена и сложив руки на шикарной груди. ─ Я всегда любила смотреть прогноз погоды. На CNN такие мужчины его представляют, что слюнки текут.
Дженсен почти пропустил мимо ушей сказанное девушкой, потому что напротив стоял усмехающийся Джаред, и в его глазах читался такой откровенный вызов, что он просто не смог отступить, не приняв его:
─ Тогда пари. Кто выигрывает, тот и оплачивает столик, без скидок на цены заказанного.
Джаред переглянулся с Томом, потом они оглянулись на своих друзей, снова обернулись к ним, окидывая Дженсена и его друзей нечитаемым взглядом.
─ Нам это ничего не стоит, а вот вам… ─ протянул Джаред с усмешкой. ─ Право не стоит рисковать.
─ А мы любим риск, ─ вклинился Майкл с загоревшимися глазами. Дженсену тут же захотелось чем-нибудь треснуть его по башке. Принятый Дженсеном вызов ещё не означал, что его друзья должны с таким энтузиазмом откликаться на провокации оппонентов. Но Майкл даже не обернулся; он как гончая вытянулся в струнку, уже предвкушая сжать челюсти на шее обречённого зайца.
Джаред снова переглянулся с Томом и на этот раз улыбнулся вполне нормально:
─ Отлично, раз вы уверены в себе. Тогда мы даём вам фору в виде права выбора пари.
─ Любого? ─ уточнил Дженсен.
─ Абсолютно! ─ ответил Том. ─ Нет ничего такого, чем бы мы побрезговали.
─ Даже готовы убить?
─ Убивать можно по-разному, ─ ответил Джаред. ─ Иной раз обычные случайности нас убивают.
И было что-то такое в его словах, от чего у Дженсена зашевелились волосы. Адриана тут же бросилась на шею Джареда, крепко его обнимая, просто до неприличия тесно впечатываясь в его тело своим. И Том тоже обнял его, только сзади.
Дженсен смотрел на эту пантомиму огромными глазами, как и его друзья, как и половина ресторана.
Не меньше минуты длилась интерлюдия. Потом Джаред тяжело выдохнул, и блондинка отстранилась, напоследок нежно проведя ладонью по его щеке, а Том взлохматил его волосы. Словно ничего не случилось, Джаред ровно произнёс:
─ Так какое пари вы предлагаете?
Дженсен кашлянул, чувствуя поддержку своих друзей за спиной, и сказал:
─ Минигамбургеры, пятьдесят штук. Выбираем по одному человеку из группы и даём время, например, минут пятнадцать, за которое надо их съесть.
Джаред и Том усмехнулись.
─ Надеюсь, вы позволите уберечь наших хрупких дам от такого чудовищного конкурса? Это не значит, что они не смогут. Правда, Адриана?
─ Ну конечно, это не проблема. Я регулярно выигрывала конкурсы по поеданию блинчиков в колледже. Вы не поверите, сколько всего во мне может уместиться, ─ она многозначительно поиграла бровями, Джаред звонко рассмеялся и снова мазнул губами по её щеке. ─ И Саша, и Тэй вполне могут участвовать в пари наравне с мужчинами.
─ О, нет, ─ Дженсен впервые искренне улыбнулся. ─ Думаю, из девушек получится отличная группа поддержки. Мы не против. Даже настаиваем на этом.
─ Как будем выбирать? Жребий? ─ предложил Том.
─ Просто выбираем. Вы первые. ─ Дженсен выгнул бровь в ожидании. Он почти не сомневался в том, кого из их группы выберет главарь отряда Сатаны.
Джаред повернулся к сидящим друзьям и махнул рукой, молча подзывая к себе.
─ Это Саша Барези, Тэйлор Кул и Мэтью Коэн, ─ представил Джаред своих оставшихся друзей. Две шикарные брюнетки и такой же жгучий брюнет под стать им ростом встали рядом с ними плечо к плечу.
Дженсен пожал им руки и в ответ познакомил со своими друзьями. Когда церемонии закончились, Джаред с компанией о чём-то тихо посовещались, после чего он указал на Роба:
─ Вот наш выбор.
Дженсен прикрыл глаза, чтобы отряд Сатаны не увидел, как они заблестели. Попались! Ну, кто бы сомневался?!
─ А мы выбираем Мэта.

Дженсен понимал их: о худеньком и очкастом недомерке, каким казался окружающим Роб, точно нельзя было сказать, что это парень со здоровым аппетитом. И Джаред с друзьями, естественно, купились его внешним видом, разумно предположив, что такое вряд ли способно утрамбовать в себя хотя бы половину от оговорённой цифры, даже если это только минибургеры. И зря, между прочим! Роба вообще-то все поголовно жалели за худосочность и старались постоянно подкармливать, словно он был бездомным псом. Да вот еда не шла впрок. И, несмотря на свой тщедушный вид, он жрал как людоед из сказки. Роб даже прозвище носил соответствующее - «бездонный колодец». Местные-то уже давно были в курсе, а вот новичков разводить получалось запросто. Странно, что за пять лет отряд Сатаны ничего не слышал о таком вот чуде.
Дженсен умело разыграл сценку, уговаривая Роба подумать получше. Гости снова попались в ловко расставленные сети, и, наверно, уже прикидывали, что заказать из дорогого меню, чтобы проигравшим влетело в копеечку.
Бармен с радостью предоставил в их распоряжение вип-кабинет, чтобы не смущать остальных посетителей ресторана, так как зрелище обещало быть не для слабонервных. Дженсен и Джаред оговорили единственную поблажку ─ бургеры можно чем-нибудь запивать. Роб заказал свой любимый ананасовый сок, а Мэт усмехнулся его выбору и, прикинувшись профессионалом, попросил принести обычной воды со льдом.
А спустя двадцать минут отряд Сатаны выходил из кабинета с округлившимися глазами. Тощий, едва держащийся на ногах Роб сожрал ровно 50 минибургеров за пятнадцать установленных минут, и пока Мэт давился сорок пятым, подъел от сверх оговоренной цифры ещё три штучки. Время вышло, итог 46/53. Чистая победа.
Уже выходя из випа, Роб скромно напомнил, чтобы ужин заказали и на него, потому что он не прочь поесть нормально. Дженсен никогда не слышал, чтобы проигравшие так смеялись, как это сделал отряд Сатаны, хлопая Роба по плечам, а девушки подарили ему по поцелую. Надо признать, что проигрывать достойно они умели. Вопрос только в том, как часто это случалось. По мнению Дженсена ─ очень редко.

…Ужин, как ни странно, прошёл в дружеской обстановке. Отряд достаточно быстро пришёл в себя и был очень милым. Они о многом поговорили, и Дженсен действительно достаточно подробно рассказал о метеостанции и своей работе, надеясь, что в головах этих прохвостов хоть что-то останется.
По идее, парни и девушки казались нормальными, пока не начинали обниматься с Джаредом. Когда это делали девчонки тут всё понятно: желание прижаться к сильному и большому телу, опять же подсознательный инстинкт размножения, поиск лучшей пары, в общем, диалектика, законы природы, против которых не попрёшь. Даже если в мыслях ничего подобного не наблюдалось. А вот когда его обнимали парни, это здорово выбивало из колеи. За столом такое случилось дважды. Первый раз, когда Майкл заказал жульен. Джаред застыл, словно выпал из реальности, и его тут же обнял Мэт, который сидел ближе к нему, а второй раз, когда местная группа на сцене затянула вечный хит «Леди в красном». На этот раз ему на колени бухнулась Тэйлор, она буквально закрыла его своим телом и роскошными волосами. На минуту, не меньше. А потом они все вели себя как ни в чём не бывало.
Дженсен недоумевал, как и его друзья, которые в этот момент даже жевать переставали. Отряд Сатаны всё больше напрягал странными выходками, а Джаред - странными взглядами на него. И Дженсен не понимал, как можно так вести себя со своими друзьями (Дженсен представил себя в окружении обнимающих его собственных лавинщиков и содрогнулся) и строить глазки кому-то ещё?!
…Потом была партия в бильярд. Бились яростно. Итог 4/5 в пользу Дженсена и его друзей.
В районе десяти вечера, Дженсен сказал, что им надо выспаться перед завтрашними работами. Джаред и Том требовали реванша. Но Дженсен был непоколебим. Посрамленный дважды отряд с достоинством ретировался, оплатив неприлично огромный счёт за спонтанный ужин на одиннадцать персон, пять из которых оторвались в заказах по полной. Майкл предсказывал, что они не останутся в долгу. А Дженсену было наплевать. Он был в эйфории от того, как всё чудесно сложилось этим вечером, и ещё от факта, как лихо им удалось поставить богатых щенков на место.
Ему не хотелось в этом признаваться даже самому себе, но ему понравилось выигрывать у Джареда. Очень понравились. Это был какой-то совершенно новый опыт, который вёл пока неизвестно куда, но отказаться от него Дженсен уже был не в силах. Только вот в чём беда: Джаред явно не любитель проигрывать.

Изображение

Дженсена всегда удивляло, как быстро спорилась любая работа, когда не капали на мозги. Неразрешимые на вид задачи, пугавшие глубиной и сложностью, сдавали свои позиции без боя. Золотое правило: если не в силах помочь, так хоть не мешай. Иногда Морган вспоминал об этом, жаль, что такое случалось редко.
Да Бог с ним, в конце концов. Главное, что запущенная накануне Дженсеном машина по ликвидации лавинных очагов отработала без сбоев.
Операция закончилась раньше времени, так что трассы для любителей острых ощущений открылись до обеда, а не после, как планировалось. Хотя вряд ли Дженсен ожидал, что Морган будет ему за это благодарен и оценит профессионализм его ребят. Теперь до следующего снегопада они свободны. И вроде бы в ближайшем будущем его не предвиделось, значит, можно спать спокойно. Если Джеффри выполнил и вторую его просьбу, то можно считать, что жизнь удалась.
Дженсен с чистой совестью отправил своих людей отдыхать.

Крис сменил Стивена на метеостанции, дежурившего последние двенадцать часов и не участвовавшего в операции. Дженсен составил ему компанию на пару часов, заодно расправился с частью дел, которые всё время откладывались в долгий ящик. Последним пунктом на сегодня был звонок Моргану, напомнить о заказе. Но мобильный Джеффри был постоянно занят и Дженсен сдался, просто послал ему смс с предупреждением. Эклз, как и любой синоптик или лавинщик, или специалист другой профессии, непосредственно связанной с прогнозами погоды, не особо верил в них, а уж в горах ─ тем более. Скалистые горы в составе Кордильер были не просто капризными, они являлись водоразделом между Атлантикой и Тихим океаном. Отсюда все прелести неустойчивой погоды, которые так «любят» лавины: перепады давления и температуры, бешенные ветра и, самое страшное, ─ внезапные и обильные снегопады.
Дженсен ещё раз изучил сводку на ближайшие тридцать часов. Вроде спокойно.
─ Всё, Крис. Я вниз, если что…
─ …позвоню немедленно, ─ иронично закончил за него Кейн. ─ Вали уже. У тебя круги под глазами такие, словно ты неделю бухал, не спал и не ел.
─ Это всё Морган. После общения с ним я реально чувствую себя изнасилованным. Вчера он высосал из меня все соки, хотя мы обменялись в общей сложности двадцатью предложениями по основному вопросу. Говорил в основном я. Но мне и этого хватило. До чего же он, сука, туп!
─ Зато не дурак.
В этот момент мобильный Дженсена взорвался барабанной дробью. Вытащив телефон и глянув на экран, Дженсен усмехнулся:
─ Дьявольское отродье, только вспомни ─ тут как тут.
─ Морган?
─ Да. Пишет, что «ок».
─ Что «ок»? ─ не понял сначала Кейн, и Дженсен раздражённо закатил глаза.
─ Ты глухой? Я при тебе почти сто раз его номер набирал.
─ Между прочим, я тут работаю. Я слышал, как ты бубнишь за спиной, но у меня есть дела поважнее, чем сканировать твои мысли затылком.
─ Ладно, остынь. Извини. Достал меня Морган. Да ещё эта золотая молодёжь нам на хвост упала.
Крис рассмеялся.
─ О, эти ещё начудят здесь. Они пока странно тихие.
─ Это они, по-твоему, вчера тихие были? ─ Брови Дженсена изогнулись над округлившимися глазами.
─ Ну, да. Они же не разбили ничего, драку не затеяли. И не сорвали джэк-пот в казино. И не устроили групповой стриптиз в ночном клубе. Не соблазнили на спор персонал одной из гостиниц. Ты их не видел в деле, Дженсен, так что я могу с уверенностью сказать, что да, они пока подозрительно тихие и милые.
Дженсен не смог сдержать улыбки, вспоминая лицо лохматого обалдуя и его друзей, которых они вчера сделали на кругленькую сумму.
─ Странно, что за пять лет они не слышали о бездонной глотке Роба. Стоп! ─ Дженсен вдруг хлопнул себя по лбу. ─ Групповой стриптиз? В смысле, в их исполнении?
─ Да, в прошлом году в боулинг-центре. Как обычно на спор. В итоге они ушли со сцены в белых кружевных стрингах и под охраной. Да, все шестеро, представь себе. Они бы и их скинули, если бы не Морган. Он просто на коленях умолял их соблюсти приличия. Зато зал как ревел! Успех был бешенным. Ты бы их видел. Кстати кружева почти ничего не скрывали, скажу тебе по секрету, так что я даже не понял, чего Морган так убивался тогда? Их надо было гнать со сцены, когда они ещё в штанах были. Если бы я не знал, чем они занимаются, сказал бы с уверенностью, что это профессиональные стриптизёры.
─ И этот лохматый с родинкой, Джаред тоже танцевал? ─ По идее ничего странного в данном факте не было, но представить этого ухоженного и холённого мальчика, извивающегося у шеста, он никак не мог.
─ Ещё как! Скажем так: он не просто танцевал, он солировал в окружении других. Он всех завёл до такой степени, что в зале, по-моему, стояки были у всех, без оглядки на половую принадлежность. Я в тот вечер случайно там оказался. Мы с Майклом и Стивеном знакомого встретили, ну вот он нас в боулинг и пригласил на часок. А там такое!
Дженсен мечтательно улыбнулся.
─ Тело у него и в правду впечатляющее, жаль, идиоту досталось. Если доживёт до тридцатника с такими наклонностями, это будет подвиг. Только до меня не дошло, кто там с кем зажигает, и кто кому принадлежит. Понял только, что у них полная свобода нравов внутри группы. Просто какой-то промискуитет в пределах устойчивого биоценоза из шести человек.
─ За пять лет наблюдений за ними могу сказать одно: я не знаю, кто с кем спит, но что всё вертится вокруг Падалеки ─ это однозначно. И вообще, он странный какой-то. Ты заметил вчера, он всё время зависал на чём-то своём? И когда такое случается, его тут же начинают тормошить. И без разницы, кто рядом. Лично я видел, как он целовался и с Томом, и с блондинкой, и с Мэтом. И те целовали его в ответ. И целовались друг с другом. Бля, я не знаю, что это значит, но мне кажется, в этом есть какой-то скрытый смысл, просто мы не в курсе причины, почему они все так себя ведут, и поэтому для нас это выглядит дико.
Дженсен поскрёб макушку, которая от рассказанного Крисом и от собственного воображения как-то внезапно заныла, предчувствуя что-то нехорошее. Заодно пригладил на ней вставшие дыбом волосы. Да, он тоже заметил то, о чём сказал Крис, и это больше всего интриговало. Хотя ему никакого дела нет до золотой молодёжи, он просто не любил странности. Не понимая логики поступков, трудно было быть объективным. Здесь чувствовалась тайна, которую элементарно хотелось узнать, чтобы успокоиться и забыть о Джареде и его команде.
─ Может, там никакого смысла и нет? Просто они все извращенцы. Или наркоманы.
─ Не знаю, но они точно не ширяются. Никогда не видел. По-моему, из них никто даже не курит. Ну, лично я не видел. Хотя ты прав, что там делается за закрытыми дверьми, мы вряд ли узнаем. К чёрту. Главное, больше с ними не пересекаться.
Вот тут Дженсен расхохотался от всей души: громко и с чувством.
─ 99 процентов из ста, мой друг, что твой прогноз не точен. Я вижу их первый раз, но даже мне понятно: не пересекаться с ними после вчерашнего у нас уже никак не получится. Только если они вдруг свалят с изменившимся ветром, как легендарная Мэри Поппинс, или их выгонят взашей, в чём лично я сомневаюсь. Морган готов им простить всё что угодно за их-то бабки, которыми они здесь сорят. Есть еще вариант: всем вместе взять отпуск и исчезнуть на месяц, пока эти ребята тут развлекаются, но это уже из области фантастики.
Крис хлопнул его по левой коленке и задержал на ней пальцы, слегка сжимая твёрдые напрягшиеся мышцы.
─ Всегда можно обеспечить тебе новый перелом. Или всем нам одновременно.
─ Убери граблю. Пожалуюсь Стиву, что ты ко мне пристаёшь - и тебе кранты.
Они бы ещё долго препирались, если бы не пошли новые данные о фронтальных областях и влажности. Крис уткнулся в монитор, и Дженсен сказал:
─ Всё. Я ушёл.
─ Давай.

Сегодня Дженсен решил воспользоваться фуникулёром, если удастся служебным, ну, а если нет, то он надеялся, что на площадке будет пусто. Склоны на Аспен-Хайлендс и здесь, в Сноумасс, считались средними по сложности прохождения, их ещё называли «синим коридором» или просто синими, но на высоте, где находилась вотчина Дженсена, не было ни лёгких «зелёных» для чайников, ни средних ─ одно сплошное поле сложных трасс, которые спасатели окрестили «красно-чёрным зеро». Название пристало от того, что на картах трассы для любителей экстрима и сноубординга повышенной сложности как раз и отмечались этими цветами. У Майкла же был другой вариант, и Дженсену он нравился больше: «Цвета смерти».
Но надежда на одиночество исчезла при виде небольшой толпы у площадки. Очевидно, что даже несколько часов закрытия трасс, которые и пришлись-то на рассвет и утро, довели туристов до ручки, и они заполонили все склоны, как только были сняты ограничения. Дженсену страшно было подумать, что случится, если туристов отлучить от склонов на целые сутки? А если на несколько дней?
Картина вырисовывалась настолько мрачная, что Дженсен молча вознёс небесам короткую молитву. Небеса молчали и были яркими до рези в глазах, но ему очень не понравилась лёгкая едва различимая вуаль высоких облаков над Скалистым хребтом. Именно оттуда к ним проникали тихоокеанские тёплые массы, которые лениво и словно нехотя переваливали через главный водораздел Скалистых гор, и, насыщенные влагой под завязку, заваливали снегом лавинные ванны Аспена.
Как-то нехорошо кольнуло в груди. Первый раз, когда он подумал о смске Моргана. Просто дикость какая-то: Джеффри игнорировал заказ больше месяца! Хотелось бы знать, за что он мстит Дженсену. Второй раз почти одновременно с этим: он заметил, что среди толпы стоял отряд Сатаны. Дженсен поискал глазами знакомую макушку в белой шапке. Ну, а как же без этого? На этом раз его обнимали сразу трое: Саша и Тэйлор вцепились в него спереди, а Мэт сзади, обхватив всех троих сразу. Дженсену показалось, что он целует Джареда в затылок и шепчет, потому что его челюсть двигалась так, словно он что-то говорил. Но Эклз ещё был далеко от них, и не мог с уверенностью сказать: так это или нет.
Однако когда до площадки остались считанные метры, обнимающаяся группа распалась, но Мэт и Саша продолжали контакт с Падалеки в виде прикосновений рукой. Если раньше он думал, что ему просто неловко наблюдать за ними, когда они так друг к другу прикасались, то сейчас ему пришло на ум совершенно другое объяснение. Он вдруг понял, что эти касания не для публики, просто они жизненно необходимы человеку, который, не смотря на всё своё благополучие, своим поведением напоминал смертельно раненное или загнанное в угол животное. Дженсен поступил бы так же: прижался бы всем телом, сжал в объятиях и поцеловал, делясь своим теплом. Он просто не мог взять в толк, почему Джаред нуждается в таком успокоении. Он болен? Умирает? Вроде не похоже. Здоровее его, пожалуй, нет человека во всём Аспене. Ну, на первый взгляд. К тому же, они сюда приезжали неизменным составом уже шестой год подряд. Если бы Падалеки был болен, вряд ли они были бы так пунктуальны. Причина в чём-то другом.
Чёрт побери! Лучше узнать её быстрее, может быть, тогда схлынет интерес к этой золотой молодёжи. Дженсену нет до них никакого дела! Ведь нет же?!


Последний раз редактировалось Медиумы 22 май 2011, 21:52, всего редактировалось 7 раз(а).

06 май 2011, 20:05
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 апр 2011, 15:45
Сообщения: 129
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
«Если неприятность должна случиться, то она обязательно случится». Дженсен давно убедился в этом, так как, помимо выбивающего из равновесия присутствия Джареда и его друзей, на пропускном пункте сегодня работал Коллинз, крайне неприятный пошловатый тип, все разговоры которого сводились к сексу. Просить его о чём-то было равносильно тому, что вы становились объектом его преследований и претензий на взаимность. Но служебный фуникулёр стоял внизу, и ждать, пока он сюда приползёт, не хотелось. В идеале канатная дорога лучше всего: на воздухе и с ветерком. Главное, чтоб в приятной компании. И тут Дженсена посетила неожиданная авантюрная мысль, такая, сука, яркая, что противиться ей он не сумел. Даже необходимость просить помощи у Коллинза для реализации задуманного Дженсена не остановило.
Он глубоко вздохнул и тронул Мишу за плечо, остановившись рядом с перилами:
─ Привет.
─ О! Дженс! Я думал, ты уже на земле.
─ Задержался.
─ А коробочка служебная внизу. Вызвать? Будешь ждать?
─ Нет. Мне бы в кресло и без попутчика.
─ Одному не положено, ты же в курсе правил.
─ Тогда обеспечь мне приятную компанию. Вон тот лохматый лось в синем костюме меня бы устроил. Я не против с ним прокатиться.
Миша забавно закатил глаза и буквально простонал, умело удерживая голос в такой тональности, чтобы она коснулась только ушей Эклза:
─ Падалеки?! А кто бы отказался... Только с ним у тебя нет шансов сблизиться. Да и свора его к телу вожака не подпустит. Видал, как охаживают?
─ Коллинз, давай без лапши. Я-то знаю, что ты можешь устроить что угодно.
─ Верно... Ладно, не проблема. Только надо это заработать, Эклз.
─ Как? ─ Неприятное ощущение от ожидания большого бадабума шевельнулось в желудке.
─ Поцелуй его в засос. Это и будет оплатой, если не слабо, конечно.
По идее, дать в глаз за такое предложение ─ святое дело, если ты настоящий мужчина. И дело не в том, что Дженсен предпочитал красивых людей обоих полов. Это не секрет, заинтересованные лица в курсе. Да он и не скрывал этого, чего уж, разве что с радужным флагом не бегал. Однако было что-то такое в Джареде, отчего он, обычно рассудительный и спокойный по жизни, начинал совершать безумные поступки, никак ему не свойственные, например, как вчерашний сумасшедший спуск. Или как сейчас: желание подойти к Падалеки, раскидать его друзей как кегли, резко развернуть к себе и заткнуть удивленно приоткрытый рот поцелуем росло в геометрической прогрессии. Зачем это надо Дженсену? А хрен его знает! Надо и всё.
Дженсен широко ухмыльнулся.
─ Да без проблем, зайчик. Только придержи прихвостней, их слишком много, чтобы поцелуй получился таким, от которого ты поплывёшь.
Коллинз важно кивнул и сделал неприметный жест рукой. Оба его помощника совершенно естественным образом разделились. Один из них уверенным жестом оттеснил девушек, те уцепились за стоящего рядом Тома, и утянули его за собой на пару метров. Другой помощник закрыл своей широкой спиной доступ обычным туристам, освобождая узкий проход для Эклза. В итоге с Джаредом остался только Мэт. Дженсен оценил свой шанс мгновенно: Мэт ниже его ростом, не так внушителен, как Том, и ещё не стоило забывать о факторе внезапности.
Не колеблясь ни секунды, Дженсен рванул в образовавшийся коридорчик. Оттолкнув не ожидавшего подвоха Мэта, он ухватил Джареда за плечо, резко развернул к себе и впился в его приоткрытые губы. За секунду до этого Дженсен успел заметить, как в глазах Джареда вспыхнула какая-то мощная эмоция, похожая то ли на панику, то ли на ярость, но у него не было времени распознать, что это было на самом деле. Опалив рот Джареда пусть и коротким, но очень страстным поцелуем, он уже спустя несколько секунд отпрянул назад, отпуская его могучие плечи. И когда успел в них вцепиться?!
─ Что за х...? ─ Мэт, наконец, среагировал на происходящее, и Дженсен внутреннее усмехнулся. Да, фактор внезапности ещё никого и никогда не подводил.
Несколько секунд, и мизансцена готова: Джаред стоял растерянный, Мэт ─ обозлённый, Том вырывался из окружения и, сжав кулаки, пытался прорваться к ним, если бы его не притормаживал Мишин ловкач-помощник, а за его плечами горели негодованием три пары девичьих глаз. По идее, Дженсен должен был уже не просто задымиться, а сгореть заживо тут же, на месте, такого пристального внимания к своей персоне он добился. Однако он до сих пор был жив, и Дженсен пытался понять почему, но ему мешал вкус Джареда, оставшийся на губах. Он сбивал с мысли, поэтому Эклз не нашёл ничего лучше, чем отыграть свою роль до конца.
─ Упс! ─ Получилось так достоверно, что Дженсен и сам себе поверил. ─ Обознался. Извини.
─ Обознался? ─ взвился Мэт и широко шагнул к нему явно не руку пожать. Миша опять незаметно кивнул, и шахматные фигурки снова пришли в движение. Дженсен должен был отдать дань таланту манипулирования людьми, которым явно обладал Коллинз: очередная партия была разыграна как по нотам. Безупречно!
Помощник Коллинза подтолкнул Падалеки к проходящему мимо креслу. Тэйлор, вырвавшись вперёд, уже намеревалась сесть рядом с Джаредом, но «вдруг» на беду ─ или на счастье Дженсена при небольшой помощи? ─ зацепилась на поручень расстёгнутым карманом комбинезона. Джаред машинально сел в медленно проплывающее кресло, ожидая девушку. Миша стрельнул глазами в направлении Дженсена, и он шустрой мышкой юркнул под шлагбаумом, приземлившись в кресло рядом с Падалеки. Понадобились четыре удара сердца, за которые Эклз успел застегнуть оба ремня безопасности: на совершенно растерявшемся золотом мальчике и на себе. Навернуться с канатки у Дженсена не было никакого желания. А потом под ногами оказалась пустота.
Сзади рычали и ругались, слышалась возня зарождающейся потасовки, но с каждой секундой звуки удалялись всё дальше и дальше, сливаясь с ветром и шумовым фоном окружающей их природы.

Дженсен посмотрел на Джареда. Тот глядел на него в ответ с непередаваемым выражением на лице, в котором было понемногу от непонятного Дженсену страха, и удивление на грани изумления, и лёгкое замешательство и ещё много чего. Но весь этот калейдоскоп эмоций менялся с такой скоростью, что у Дженсена не было никакой возможности отследить главное.
Спустя минуту, когда напряжение от манёвра немного схлынуло, Дженсен заметил, что и Джаред стал другим, теперь он смотрел на него с опаской, словно Эклз был бомбой с часовым механизмом, отсчитывающий последние секунды перед тем как рвануть. Его порадовало, что вся спесь и напускное веселье слетели с лица Джареда. Конечно, скоро всё вернётся на свои места и Джаред снова обретёт контроль и свою свиту адских псов разной половой принадлежности, но Дженсена грела мысль, что он видит его другим здесь и сейчас. И что они невольно связаны друг с другом на двадцать минут полёта на канатке над великолепными заснеженными склонами Сноумасса, разбавленных зелёными пятнами елей и сосен.
─ Зачем? ─ вдруг глухо спросил Джаред, нарушая установившуюся тишину между ними и не разрывая зрительного контакта. Он жадно ждал ответа, попутно вглядываясь в глаза Эклза в поисках найти там что-то важное для себя. Это почти болезненное внимание сбивало правильный настрой. Поэтому Дженсен напрочь забыл, почему и как он оказался рядом с Джаредом.
─ Что? ─ переспросил Дженсен, внутренне кривясь от своего тупого вопроса. Ведь и дауну должно быть понятно, что имеет в виду Падалеки.
Глаза Джареда вдруг стали острее кинжалов.
─ Зачем ты меня поцеловал?
─ А, ─ протянул Дженсен и широко улыбнулся, снова начиная играть роль. ─ Это была шутка.
─ Шутка?
─ Ну, да. Коллинз у нас тот ещё шутник. Мне надо вниз, а на канатке нельзя в одиночку. Это была цена моего спуска: я целую, Коллинз смотрит и запоминает, чтобы потом подрочить в привате на воспоминания, все довольны.
─ Почему я?
Дженсен замер. Вопрос был задан с такой мучительной интонацией, словно Джареду было очень плохо. Но перед глазами Дженсена вдруг ожили давние картины его главной ошибки в жизни. Они всё также болезненны, сколько бы времени не прошло. «Почему я?!» Он задавал себе этот вопрос миллион раз и не находил ответа. Чем этот золотой мальчик отличался от других людей, кому тоже очень больно? По мнению Дженсена - ничем, разве что, нулями на своём банковском счёте. И Дженсен неожиданно зло ответил, как выплюнул, почти не задумываясь ни о словах, ни о том, как их воспримет Падалеки:
─ Потому что ты не лучше меня, везунчик.
Их глаза столкнулись как два дамасских клинка. Что-то потухло в глаза Джареда после его слов, и Дженсен ощутил это как пропущенный удар под дых, мгновенно перехвативший дыхание, как острый укол в сердце. Захотелось немедленно взять свои слова обратно или извиниться (чёрт, от него же не убудет), но Дженсен замешкался, не зная с чего начать, и момент был упущён. Джаред криво усмехнулся, с презрением оглядел Дженсена с ног до головы и отвернулся, так ничего и не ответив.

Оставшееся время до финиша они провели в тягостном молчании. Дженсен злился на себя, что обидел парня, который вроде бы ничего плохого ему лично не сделал. Но как вернуть всё назад - он не знал. К тому же, Джаред сидел прямой как палка и сжимал подлокотники своего кресла с такой силой, что обе ладони были белыми. Казалось, ещё немного, и раскрошатся либо они, либо железо, которое сжимали скрюченные пальцы.
Едва канатка приблизилась к площадке на пару метров, Джаред резко рванул ремень, освобождая себя, и буквально выпрыгнул из кресла, словно больше ни секунды не мог находиться в обществе Дженсена. Другой бы на его месте свернул себе шею, не долетев до площадки и рухнув вниз, у Эклза на мгновенье сжалось сердце, слишком далеко она была. Но чёртов Джаред со своими бесконечно длинными ногами и везением совершил немыслимый бросок вперёд. Складывалось ощущение, что он оттолкнулся ботинками прямо от воздуха. А потом сразу попал в крепкие объятия Тома, который поймал его на самом краю. Том был весь в снегу от скоростного спуска и даже не успел сбросить с рук лыжные палки, они так и остались болтаться на запястьях. Он посмотрел на Дженсена поверх плеча Джареда. И столько ярости было в его глазах, что Дженсену почему-то стало стыдно.
Он быстро соскочил с кресла, прошёл мимо обнявшейся парочки, и позволил себе короткий взгляд, лишь когда исчез из поля зрения Тома. Дженсен был потрясён, с какой нежностью тот гладил Джареда по волосам и спине. Ещё он что-то шептал ему на ухо, но Дженсен не стал прислушиваться. Он заметил крепко зажмуренные глаза Падалеки, прижавшегося щекой к волосам Тома, и сердце в груди заныло. Иррациональная мысль о том, что это он, Дженсен должен так обнимать и успокаивать Джареда, опалила разум и заставила его не на шутку испугаться. Такого смятения чувств он уже давно не испытывал, даже сомневался, что помнит, чтобы с ним вообще когда-либо происходило нечто подобное. Дженсен не узнавал себя.
Он ускорил шаг, не желая встретить сейчас и остальных друзей Джареда. Ни к чему хорошему это бы не привело.
На душе стало скверно.

Изображение

Обычно утром, едва открыв глаза, Дженсен совершал один и то же ритуал: заставлял себя выползать из тёплой постели и тащиться к окну. Распахивая плотные шторы, он гадал, что увидит за ними. Ясная погода не вызывала никаких неприятных чувств, наоборот, обещала сон ещё как минимум час, а вот если на улице мело ─ сна как не бывало.
За окном наблюдалось чистое без единого облачка небо, а яркое солнце обещало отличную погоду и, как результат, ─ туристический аншлаг на склонах Аспена.

Дженсен широко зевнул, довольно оглядывая своё горно-лавинное хозяйство.
Вдалеке сияли две вершины ─ визитная карточка Аспена: пик Марун Беллс и Пирамид Пик, обе за четыре тысячи метров. Чуть ниже искрились склоны Сноумасса. На всё это снежное великолепие было больно смотреть, но он всё равно пялился на них, чувствуя, как по щекам из заспанных глаз скатываются невольные слёзы. Настоящего бурана давно не было (снегопад, что случился накануне его приезда, не в счёт, хотя осадки были обильными почти два месяца подряд и превысили норму втрое), но Дженсен всё равно был рад, что они вчера спустили все опасные снежные ванны. Безопасность ─ прежде всего, а туристы быстро укатают склоны, для этого хватит и дня.
Спать почему-то больше не хотелось. Хотя он поздно уснул, а до этого ещё дольше ворочался, вспоминая своё дурацкое поведение с Падалеки...
Бросив взгляд на часы, Дженсен понял, что сегодня его рабочий день начнётся неестественно рано. А может быть, это были проделки подсознания, которое пыталось таким образом помочь ему избежать встреч с отрядом Сатаны как в городе, так и на склонах. К сожалению, фуникулёры и канатка, имели общий старт и финиш. И шанс столкнуться был вполне реальным. Но тут даже подсознание было бессильно что-либо сделать.

Спустя час Дженсен входил в метеоцентр. Дежурным синоптиком с ночи был Роб, который улыбнулся ему приветливо и отчитался, что приехавший сюда с рассветом Крис уже ушёл на точки, собирать информацию.
Дженсен включил компьютер и, пока загружалась программа, получил от Роба метеосводку.
Изучая данные, он думал о том, что большую часть своего времени проводит именно здесь, на Сноумассе. Подобных центров в его ведении было ещё три: на Маунтин, Хайлендс, Баттермилк. Но работы там было намного меньше, всего шестнадцать лавинных очагов на «троих», да и те в стороне от основных трасс. Туда даже конченные психи не лезли, хватало других девственных склонов, добраться до которых было куда проще и быстрее. Обычно дежурный посещал эти точки два-три раза в неделю для того, чтобы взять накопленную информацию и проверить работу оборудования.
А вот Сноумасс был головной болью всех сотрудников Дженсена. Все лавинные очаги словно сговорились обустроиться над самыми вкусными трассами. Так что они сидели тут почти в полном составе, следили за каждым выдохом лавин и паниковали, когда видели на небе даже небольшое прозрачное облачко. Сирена могла ожить в любой момент.
Вот и сейчас Дженсен нахмурился. Ночная сводка была тревожной: с юго-востока надвигался тихоокеанский циклон, и он не ждал от него ничего хорошего. Хотя размеры атмосферного фронта были не особо впечатляющими, скорость ветра была достаточно сильной, чтобы эта махина, насыщенная под завязку мокрым снегом, перевалила через главный водораздел Скалистых гор и обрушила на них всю свою снежную мощь. То-то лавинам будет счастье!
Самое поганое, что для созревания лавин хватило бы и суток средненького по интенсивности снегопада. И тогда всё, чего они добились вчера, сойдёт на нет. Снег для лавин ─ манна небесная и единственный источник пищи. Надо ли говорить, как Дженсен и его сотрудники «любили» снегопады? Порой сход снега не способен засыпать даже кошку, но чаще случаются более сильные лавины, которые срываются со склонов и со страшной скоростью несутся вниз, сметая всё на своём пути. А на месте схода образуются лавинные конусы, мощностью в несколько десятков метров. Попробуй, найди в такой огромной массе снега придурка, который спустил лавину, позарившись на девственный гладкий склон. А ведь снег ещё имеет обыкновение быстро спрессовываться. Львиная доля таких юнцов принципиально не носит датчики обнаружения. Да и взрослые люди ─ тоже. Они, наверно, думали, что специальные щупы и выдрессированная собака способны творить чудеса, находя этих идиотов под снегом. Порой случаются чудеса, Дженсен не спорил, только их можно сосчитать по пальцам одной руки. Не слишком убедительная статистика.
Все они смертны, но легче верилось в личное бессмертие, потому что откуда тогда эта дурацкая уверенность в том, что беда обойдёт стороной именно тебя и обрушится на соседа? Постулат, что «уж со мной-то точно ничего подобного не случится» всегда бесил Дженсена до дрожи. Сколько раз он слышал похожий лепет, когда из-под снега выковыривали очередной труп лихача, друзья которого испуганно жались в кучку и пытались оправдаться, что «всё случилось внезапно, мы не думали, не хотели, не знали...», а в тайне дурели от счастья, что плохое случилось не с ними. М-да... Вот такие дела...

До Моргана Дженсен так и не дозвонился. Ждать, что Джеффри позвонит сам, было равносильно шансу выиграть джэк-пот в главном казино Аспена. А баллонов как не было, так и нет. Неприятный холодок в районе копчика больно царапнул, но здесь уж ничего от Дженсена не зависело, все права у Моргана, как главного акционера курорта Аспен. И Джим Бивер, как шахматный король, мало что решал, хотя и был отличным мужиком и адекватным мэром.
Зуд повторился, и Дженсен не выдержал, позвонил по личному номеру Бивера. В отличие от Моргана, Джим не расставался с телефоном, и его всегда можно было найти.
Обменявшись приветствиями и привычным вопросом «как дела?», Дженсен озвучил свою главную проблему. Джим, наверное, был в хорошем расположении духа, несмотря на раннее утро, так что даже не назвал Моргана обычным плохим словом, и заверил Дженсена, что достанет Джеффри до печёнки с этим заказом. На том и распрощались. Не сказать, что Дженсен окончательно успокоился, но зудеть стало намного меньше, и он погрузился в отчёты и сводки.

Спустя два часа вернулся Крис, и до обеда они обрабатывали полученный материал. Отправив получившиеся сводки в Центр, Дженсен предложил спуститься вниз и пообедать. К этому времени на станцию подтянулась вся братва. Сначала вернулся с очередной инспекцией по трём станциям Майкл, которому вчера по жребию досталась эта работёнка. Потом завалились Гэйб и Чад, фотографировавшие оголённые лавинные ванны, и последним Стив, который заменил Роба, окончившего своё дежурство.

Для обеда выбрали небольшой бар, рядом с основной площадкой фуникулёра. Дженсен не показывал вида, но внутренне дёргался каждый раз, когда звякал дверной колокольчик. Однако отряд Сатаны словно сгинул. Друзья, конечно, знали, что вчера произошло на канатке (постарался Гейб, который случайно оказался рядом, когда кабинка подъезжала к площадке) и заметили его состояние, но не лезли к Дженсену с вопросами.
Когда они уже приступили к десерту, в бар ввалилась вся основная правящая верхушка спасателей Аспена. Слава Богу, без обслуживающих канатку и фуникулёры. Видеть Коллинза не было желания, хотя, честно признаться, он не так и виноват, Дженсен вполне мог не соглашаться на идиотское предложение Миши, и тогда всё было бы в порядке. Ан нет... пошёл на поводу чужих тараканов, выпендрился, обидел человека, и до сих пор не избавился от мерзкого ощущения. Правда, был один плюс: без Коллинза и его дурацкого предложения он бы не получил один из самых чувственных поцелуев в жизни, пусть тот и длился всего считанные секунды. Но об этом тоже лучше не вспоминать. Он и «золотой» Джаред? Невозможно. Но в любом случае, хорошо, что Коллинза нет.
Спасатели их заметили и тут же двинулись к ним, по ходу подвигая ближайший столик, чтобы уместиться всем вместе. Стивен Уильямс тут же пожаловался Дженсену, что сегодня на склонах творится просто Содом и Гоморра!
─ Такое ощущение, словно запрет на катание в несколько часов поджёг у всех фитили в задницах. У половины вполне адекватного народа из общей массы туристов словно сорвали тормоза. Четырнадцать вывихов. Два перелома. Ушибы не считал, там просто жуткая цифра. Каждые третьи, взятые напрокат лыжи, в щепки, ─ забавно причитал Стивен, перечисляя напасти.
─ И это только до обеда, когда ещё не все проснулись и выползи на склон, ─ ввернул Чарльз, заодно делая общий заказ.
─ Плюс два психа, которые подрезали небольшой пласт снега. Сами выбрались и увидели предупредительные флажки, оповещающие о лавинной опасности, которые не успели вчера убрать, и своими воплями о гигантской лавине и о том, что вот-вот снова закроют трассы, перепугали кучу народа, ─ добавил Ричи, делая страшные глаза Дженсену.
─ Такое ощущение, что Морган доплатил за внесение разброда в массы. Нас и так не особо любят, ─ отозвался Дженсен, откусывая половину эклера и запивая его большим глотком кофе.
Раздался дружный хохот, потому что все знали, что из себя представляет ослиное упрямство Моргана, и были в курсе его конфронтации с Дженсеном.
─ Ага, веселитесь, когда шефу плохо, ─ отозвался Дженсен, не находя ничего смешного. ─ У нас за душой осталось только «последнее дыхание». И смертники Гейб и Чад, которым ещё не надоело рисковать, подрезая мелкие лавины. Так что молитесь, дети мои, чтобы боженька не направил к нам кару небесную даже в виде самого малюсенького циклончика. Тогда статистика по травмам многократно увеличится, и вполне может украситься строчкой «время смерти». И не единожды. А остатки лыжного инвентаря вы соберёте летом, когда растает снег.
─ Да ладно! ─ протянул Ричард Спейт, набивая рот итальянской пастой, как раз официантки принесли их заказы. ─ Ты лучше скажи, что сделал с отрядом Сатаны. В их смежные хоромы вчера вызывали бригаду скорой помощи. Я не успел перехватить парамедиков, чтобы узнать, что случилось, но одна из горничных по секрету сказала, что у кого там случился то ли приступ паники, то ли нервный срыв. В номер пускали только врачей, так что подробностей не знаю.
Дженсен на мгновенье перестал жевать, вспоминая панику в глазах Падалеки, его странный вопрос. Но потом на ум приходило другое воспоминание, с каким презрением его оглядывали (до сих пор оно как кипятком ошпаривало), и он отбросил от себя предположение, что помощь требовалась Джареду.
─ Да, ладно, ─ передразнил Ричарда Дженсен, допивая кофе и делая знак официантке повторить и его, и эклер. ─ Наверное, у одной из девиц выскочил прыщ на носу или на подбородке. Или что там этих золотых отпрысков заставляет биться в истерике. А может, сам Сатана получил известие, что разорился?
Парни снова заржали, было над чем, хотя потом Майкл ответил:
─ Я в прошлом году познакомился с Томом, и мы пару раз поговорили, так что банкротство Падалеки и кого бы то ни было из их группы можно исключить из списка. Падалеки просто неприлично богат для своего возраста. Ему досталась семейная фирма, и они все вместе там успешно работают. Сомневаюсь, что возможен финансовый крах людей, так повязанных друг на друге.
Трель телефона Дженсена и Стивена оборвали разговор. Карлсон передал, что через час будет дистанционное внеплановое совещание с информационным центром в Колорадо, а Стивен принял вызов со склонов Баттермилка: очередной псих разбился на снегоходе.

...Остаток дня прошёл относительно спокойно. Обещанный циклон застрял по ту сторону Водораздела, ему так и не хватило мощности перевалить через хребет. Это были на самом деле хорошие новости.

Изображение

На следующий день у Дженсена были запланированы три лекции-презентации о лавинах, одна из которых должна была пройти в лучшем отеле Аспена в местечке Сноумасс ─ Silvertree, где проживал Джаред с друзьями. От Майкла он уже узнал, что они каждый год меняли отели, но в Сноумассе остановились впервые. Дженсен подумал, что это ещё один дурацкий знак насмещницы-судьбы, не иначе. Кому-то там наверху, наверное, очень надо бы их столкнуть лбами именно здесь и сейчас. Жили бы эти неспокойные люди в Баттермилке или Маунтине, шансов встретиться было бы очень мало. Даже в Хайлендсе можно с успехом избегать нежелательных столкновений. Но Сноумасс был не только местом жительства Дженсена, но ещё и местом работы, так что тут уж все были как на ладони.
Дженсен не особо горел желанием видеть кого-то из этой шестёрки, чувствуя, что он теперь для них тот самый главный злодей боевика. Взгляд Тома он помнил до сих пор. Но как бы ему не хотелось отвертеться от нежелательных встреч или даже переложить часть лекций на плечи своих сотрудников, он понимал, что есть работа, и она должна быть выполнена, а его методы по запугиванию чайников лавинами, чтобы облегчить жизнь многим службам, включая свою собственную, известны, пожалуй, и за пределами Аспена. Если бы он захотел - вполне мог бы зарабатывать на этом деньги, выступая сольно и кочуя по лыжным базам, потому что были предложения и не раз.
Однако ни Джареда, ни его друзей в приёмном зале, где просвещал заблудших Дженсен, замечено не было. Уж Майкл бы их точно увидел. По этому поводу Эклз испытывал странную досаду. Он бы хотел, чтобы отряд Сатаны в полном составе послушал лекцию. Потому что всё, о чём Дженсен говорил, их касалось напрямую, потому что они как раз относились к той группе уверенных в себе безмозглых идиотов, которые думали, что, умея отлично кататься на лыжах и сноуборде, смогут убежать от лавины. Эта группа даже хуже чайников, тех иногда удавалось встряхнуть страшными картинками, и они «умнели», не желая оказаться в числе тех, кто уезжал из шикарного Аспена вперёд ногами. Безмозглых идиотов, уверенных в своём бессмертии, никакими картинками прошибить не получалось.

Презентация с красочными фотографиями, демонстрирующая, что может сотворить рядовая лавина с человеком, которую он составлял из снимков, сделанных собственноручно на склонах Аспена, хорошо промывала мозги 80-ти процентам слушателей, и примерно девятнадцати ─ заставляла задуматься, что уже само по себе замечательно. Задумавшийся турист лучше туриста, у которого от вида целинного снега срывает крышу и остаётся только одно желание ─ оставить на нём свой след, почти всегда последний. Лавины жестоки, они не только забирали жизни, но и уничтожали эти следы, так что от лихача в мире не оставалось ничего, кроме убитых горем родственников.
Морган не любил его и за это тоже, потому что зашуганные данными Дженсена туристы становились пугливее ланей, отчего не лезли на целину и вообще не удалялись с общих укатанных трасс, а это означало, что фуникулёр и канатка использовалась не на сто процентов. Но Эклзу было до лампочки. Директива Национального управления океанических и атмосферных исследований была чёткой и кристально ясной, и давала неограниченные права Дженсену, как руководителю регионального Центра ─ безопасность людей превыше всего, любые средства и действия, чтобы предотвратить гибель людей. Так что Моргану приходилось скрипеть зубами, но закрывать самые «вкусные» трассы по щелчку пальцев бюрократа Эклза. Однако делать мелкие гадости Дженсену Национальное управление не запрещало, чем Джеффри и пользовался в любой ситуации. Например, взять и наплевать на заказ баллонов, который Дженсен ему подсунул ещё до Рождества.
Однако ещё оставался один процент дебилов, которым было море по колено, и никакие картинки их не пугали. К сожалению, отряд Сатаны относился к ним в полном составе.

После лекций ещё четыре дня в Аспене длилась туристическая идиллия.
Майкл случайно наткнулся на Тома и аккуратно выведал новости. Том сказал, что они подхватили насморк и безвылазно сидели в отеле, чтобы совсем не разболеться, жаль было бы прерывать отпуск, они нечасто отдыхают. Поэтому они все активно лечились. Майкл не особо поверил в эту историю, но красные глаза Тома подтверждали, что кто-то из них действительно слёг, только Том не хотел распространяться, кто именно. А вчера они впервые выбрались на улицу и уехали в Krabloonik, где располагался собачий питомник, и целый день провели с животными, катались на собачьих упряжках, а также оценили прелести деревенского ресторана The Divide на окраине Сноумасса, когда возвращались обратно.
И ещё Майкл осторожно передал, что отряд теперь сильно не любит Дженсена. Эклз усмехнулся. В первый раз, что ли? Да после того, как в Аспене случится первый «бадабум» с закрытием трасс не на сутки, а больше, его все будут очень сильно не любить. Так что он привык к этому. Без разницы, какова истинная причина нелюбви. Главное, чтобы люди были живы, а любят семья и друзья. Большего ему и не нужно.
Возвращаясь вечером домой, Дженсену показалось, что он заметил в толпе у входа в клуб Aspen Billiards, знакомую группу высоких людей, но присматриваться не стал. Разборки с отрядом и, особенно с Томом, ему были сейчас точно не нужны. А если совсем честно, то ему было немного страшно посмотреть в глаза Джареда, хотя он и не понимал, почему. Ну подумаешь, глупо пошутил, так разве он первый стал нарываться? Однако совесть бубнила совсем другое.

Ночью Дженсену приснился настоящий кошмар, и он с криком проснулся. Был период, когда кошмары преследовали его почти каждую ночь. Но с тех пор, как он получил здесь работу, сны ушли. Отчего же сейчас снова вернулись?
Он машинально перевёл взгляд на окно и застонал. Он забыл вчера задёрнуть шторы, и сейчас ему не нужно было вставать, чтобы увидеть, как за стеклом валил снег. Как всегда, прогнозы ошиблись в сроках. И недаром его вчера беспокоило резкое падение атмосферного давления, которое вроде прекратилось до момента, как он ушёл домой. Очевидно, именно перепад давления и вследствие этого усилившийся ветер помог застрявшему циклону перевалить Водораздел и, хотя за пять дней топтания на одном месте циклон уже подрастерял свою мощь, для маленьких бед его вполне хватит.
Дженсен послал всем сотрудникам тревожное смс.

Спустя час они уже сидели на своих местах и отслеживали изменения давления, температуры и влажности… Снег валил семнадцать часов с короткими перерывами. И не сказать, что снегопад был таким уж сильным, бывало и намного, намного хуже, но... Спустя двенадцать часов после начала снегопада и обработки первичных данных, Дженсен отправил факс Моргану о немедленном закрытии трасс, написанный в категоричном тоне. Заодно послал второй едва ли не матерный факс о том, что баллоны так и не поступили, как обещал Джеффри, и что, если погода ухудшится, за все последствия Морган будет отвечать лично. Также он предупредил, что послал в Центр копии своих запросов и тем самым снимает с себя всю ответственность за безопасность не только туристов, но и персонала, и жителей всего Аспена.
Морган перезвонил через десять минут после отправки факса, сам, и заверил, что заказанное вот-вот доставят.
Дженсен усмехнулся, когда увидел как Триша, секретарь Моргана, стала немедленно рассылать по ведомствам и службам стандартный приказ о приостановлении любой туристической деятельности на склонах курорта. Гений Роб уже давно вскрыл пароль её компьютера, и они могли отслеживать, как идёт процесс превентивных мер.

Изображение

Дженсен стоял над Сиреной и не знал, что ему делать: плакать или смеяться. Вся их работа, проделанная несколько дней назад, насмарку. Непривычная для этих мест роза ветров месила падавший снег как в гигантской ступе. Там, где он должен быть, ─ его не было, и там, где его и так было дофига, стало ещё больше. Роб и Майкл только что вернулись с противоположного края Сирены, где снегомерная рейка была видна лучше всего, и ничем его не порадовали.
Если бы баллоны на установках GAZ.EX были полными, не было бы никаких проблем: программа искусственного взрыва периодически бы спускала поднакопленные лавинные очаги и всем была бы радость. Но сука Морган уже который день водил его за нос обещаниями. Дженсен, к сожалению, знал его характер и то, что обещанного придется ждать долго.
Он не жалел о том, что дал указание на извлечение нескольких полупустых баллонов с других станций, хотя это явное нарушение прокола. Но Дженсен не мог рисковать. Там лавины сходили вдали от трасс, здесь же они падали на головы туристов. Он надеялся, что с ними они протянут ещё некоторое время, пока Морган не исполнит обещанное, потому что полученная этим утром сводка сильно нервировала, ─ буран закончился так же неожиданно, как и начался, а это плохой знак.
Сейчас на небе не было ни облачка, а по сводкам к ним шёл не просто атмосферный фронт, а фронт-убийца, и если он здесь обоснуется на пару дней, лавинами невиданной мощи снесёт половину Аспена. Ну, возможно, он немного и приукрасил, но вот Сноумассу точно придётся ощутить на себе гнев небес.

...Ко всему прочему Дженсена беспокоил лавинный участок с противоположной стороны Сноумасса, окрещенный Сиреной-2. Он находился вдали от трасс, и ничем не грозил туристам, потому что туда было долго добираться, и туристы, разнеженные канаткой и фуникулёром, не совершали массовых забегов. Однако всегда есть тот самый один процент дебилов, которым море по колено. «Для бешенного кобеля десять вёрст ─ не крюк», это точно про них.
Ложе Сирены-2 было ужасно по объёму снега, который там накапливался! Дженсен не переставал молиться, что этот монстр находился вдали от людей, и скатывал свои смертоносные заряды в горную долину, где не было поселений. Только огромное количество старых штолен, провалов в горной породе и ледяных трещин становились свидетелями эпохального схода. Если попасть в один из таких разломов и сверху накроет конусом выноса лавины, то о каких шансах спастись может идти речь?! Нет, это просто здорово, что Сирена-2 так хорошо укрыта от глаз лихачей.
Время от времени они всё-таки и её спускали, но обычно использовали только шашки, так как Морган зажал средства на установку системы GAZ.EX в районе, где нет ни трасс, ни жилых поселений. Подрезать такого монстра вручную было безумием, даже на лыжах от одной стороны до другой приходилось бежать на максимальной скорости больше минуты.
Его преподаватель, который вёл лавиноведение в колледже, очень любил описывать гипотетические ситуации из разряда: «Этого не может быть никогда!», но такие игры помогали развивать «нюх» лавинщика, чтобы не проморгать момент, когда совокупность погодных условий способствовала возникновению мощнейших лавин.
И сейчас, глядя на Сирену и еже с ней, Дженсен видел призрачные намёки такого зарождения. Может так случится, что переполненная Сирена сорвёт весь горный массив, объединившись с более мелкими очагами, и тогда... Думать что тогда случится, очень не хотелось. Больше всего хотелось оказаться как можно дальше отсюда. Или чтобы наступило лето.

Дженсен набирал номер и ─ о чудо из чудес! ─ Морган немедленно отозвался:
─ У нас красный уровень тревоги, Морган. Где чёртовы баллоны и взрывчатка?
─ Сегодня к вечеру точно привезут, Эклз, ─ не искренне выдал Джеффри.
Дженсен тяжело вздохнул и ответил:
─ Ты мне об этом уже не в первый раз говоришь. Какой-то слишком длинный в твоем понимании этот вечер, длится уже больше месяца. Имей в виду. Всё, что нами сделано накануне, уже перечёркнуто вчерашним снегопадом. Поверив тебе, мы израсходовали «последнее дыхание», Аспен остался без защиты, совсем. Подрезать переполненные лавинные очаги я своим людям не дам и других дебилов не пущу. Ты даёшь слово, что баллоны появятся сегодня?
─ Да! ─ рявкнул Морган, но Дженсену отчётливо слышалось противоположное слово.
─ Тогда жду немедленно твой факс с подтверждением, заверенный твоим факсимиле. Шутки закончились. У меня лежит сводка на три дня вперёд, и в ней нет для нас ничего хорошего. Может так случится, что...
─ Я понял, получишь ты свой факс, ─ разражено перебил его Морган, и Дженсен поморщился. Ему хотелось озвучить свои предположения, что может случиться, если сводка погоды окажется правдой. Но Морган не дал ему шанса развить эту тему. ─ А сейчас трассы должны быть...
─ ...закрыты столько, сколько потребуется. Я не открою их. Ты что, издеваешься надо мной? Выгляни в окно. Всё слепит свежим снегом, глазам больно. У нас ничего не осталась в наличии, мы пустые, из-за тебя. Кое-что нам придётся спускать вручную. Это значит, что мы сможем разобраться только с самыми малыми проблемными зонами, другие же монстры останутся на взводе, и будут ожидать своего смертника, который их сорвёт.
─ Эклз!.. Солнце с самого утра! Небо чистое!
─ Нет, Морган, только через мой труп. Я заебался объяснять тебе элементарные вещи. Уже десять лет подряд тянется наше противостояние, и я чувствую себя заезженной пластинкой. Лучше открывай винные погреба. Туристы повалят толпами, и твоя прибыль за сутки закрытых трасс утроится, если не удесятерится. Тебе этого мало? Да побойся Бога, Джеффри! Ты понимаешь, о чём меня просишь?!
Морган замолчал, только его тяжёлое дыхание раздавалось в трубке. Пауза затягивалась, и Дженсен недоумевал, что заставляло Моргана быть таким... он даже не мог подобрать слов для характеристики, это было за гранью его понимания. Жадный? Склочный?
Наконец, он услышал резкое: «Хорошо» ─ и Морган отключился.

...Всё-таки Джеффри ─ порядочная сволочь. Хотя после стольких лет знакомства с его методами Дженсена не должны удивлять такие поступки. Наверное, такому поведению есть объяснение, ну там, трудное и голодное детство, самодельные деревянные игрушки, потому что его семья не могла позволить тратиться на покупку настоящих. Но как бы там ни было, сейчас-то Морган более чем обеспечен. Почему же он так себя ведёт, словно каждый снегопад и последующее закрытие трасс, ─ объективное закрытие, основанное на анализе метеоданных, ─ для него как попытка залезть в его личный карман? Всё дело в деньгах? Или в самом Дженсене?

Открывшаяся дверь метеостанции и ворвавшийся в проём ветер отвлёк Дженсена от вопросов, на которые он точно никогда не получит ответа. Майкл и Крис смотрели на него вопросительно, и он ответил устало:
─ Будем подрезать малые очаги. И используем шашки. Морган сказал, что баллоны будут.
─Ты ему веришь? После месяца обещаний? ─ скептически протянул Крис, застёгивая куртку доверху.
─ Не особо. Но сделать я ничего не могу. Если мы сейчас проваландаемся, завтра или послезавтра, когда (если) начнётся новый снегопад, мы даже близко к лавинам подойти не сможем. Я молчу про обстрел, тогда они сойдут со всего горного массива одновременно и снесут к чертям половину Аспена.
Мужчины замолчали, потоптались на месте, потом Майкл уточнил:
─ Сирену тоже?
─ Да, её в первую очередь. И заложите в неё больше шашек, чтобы сорвать пласт как можно глубже. Заряжайте всё, что у нас есть и что успели снять с других точек. Что будем делать завтра, если Морган наебал нас... об этом подумаем завтра.

Вечером, пока ещё солнце не скрылось, они собрались на самом верху смотровой площадки Сноумасса. Канатка находилась в полукилометре ниже того места, где они стояли. С этой точки большая часть лавиносборных участков были видны как на ладони. И они были замечательно пустыми. Внизу громоздились конусы выносов, теперь уже никому не угрожающая масса разного тоннажа: от пятидесяти тонн до двухсоттысячного ─ у Сирены. Кое-где виднеется грунт и камни. Ничего красивого для глаза эстета, но не было ничего прекраснее для глаз лавинщика, чем этот пейзаж. И, если бы баллоны с пропаном были под рукой и не очередная сводка погоды, Дженсен бы считал что прямо сейчас Сноумасс ─ самое безопасное место в округе. Как Маунтин, Хайлендс и Баттермилк.

Гейб вдруг вздохнул. Они с Чадом сегодня выложились на двести процентов, казалось, что лыжи к их ногам приросли, а ботинки дымились, так много они сегодня спустили вручную карнизов на склонах, где отсутствовали лавиноспускающие конструкции. Дженсен оглянулся на парня, вопросительно выгнул бровь, и тот сказал:
─ Половина табличек, предупреждающих о лавинах и объявления, категорически запрещающие проход, которые мы недавно обновили, исчезли. Даже у Сирены-2.
Чад согласно кивнул и добавил:
─ Мы видели несколько лыжных следов, уходящих на целину. Но вроде обошлось.

...Узнать бы какая сука срывает таблички, Дженсен ─ ей-богу! ─ придушил бы на месте дебила, если бы поймал на месте преступления. Он не хотел думать, что таблички исчезают по просьбе Моргана, это было бы чересчур даже для короля Аспена, но... Самое неприятное, что Морган способен на поступок даже такого характера; он мог это устроить. И нашлись бы овцы, которые бы этим регулярно занимались. Дженсен понимал, что таблички ─ это не панацея, но и отстреливать сумасшедших любителей экстрима не выход. Так где же золотая середина?

Дженсен переглянулся с Крисом, Стивом и Майклом, и сказал:
─ Да. На этот раз обошлось.
В отместку за свои подозрения насчёт связи между исчезающими табличками и Морганом Дженсен решил «открыть» Аспен только завтра, после обеда.

Изображение

Дженсен посмотрел на календарь, висящий на стене. Хотя мог этого и не делать, всё равно все памятные даты он чувствовал. Восьмой день ему на глаза не попадался отряд Сатаны, четыре дня назад он снова открыл трассы, пять дней после семнадцатичасового снегопада, три дня ожидания нового циклона и обещанных Морганом баллонов, идущих к ним непонятно какими путями, девять дней, как он в последний раз видел Падалеки на канатке. Десять дней, как он увидел его в первый раз.

...В последнее время все мысли Дженсена начинались и заканчивались этим парнем. Просто наваждение какое-то! Он не мог понять себя: чего он хотел от Падалеки?! Завязать скоротечный роман? Или наоборот, держаться от любых контактов с золотым мальчиком подальше? Но тогда он не врубался, почему сделал всё возможное, чтобы не только попасться Джареду на глаза, но и познакомиться с ним? Это дурацкое пари, когда можно было просто отказаться, тогда они остались на уровне знакомых незнакомцев, и ещё более дурацкий случай с подачи Коллинза. Но и в тот раз он мог просто-напросто поставить Мишу на место и всё. Однако каждый раз Дженсен выбирал то, что выбирать было нельзя, если он был уверен, что Джаред ему не интересен, и каждый раз у него было два пути: принять условия навязываемой игры или отступить. И он всегда выбирал первое. Теперь понять бы, почему добровольно шагнул в эту ловушку. Может быть, потому что всё-таки хотел Джареда?

...Парни уже вовсю планировали, где, как и с кем встретят день влюбленных, а он не принимал участия в этих посиделках. Во-первых, Дженсен был занят, во-вторых, ─ тот единственный, кто его частично интересовал на данный момент, вряд ли догадывался о его желании. В любом случае, Джаред оставался запретным плодом, который лучше не срывать. Они разные люди, и у них разные цели в жизни. Нельзя совместить несовместимое. Джаред слишком напоминал тот тип людей, который Дженсен не выносил физически. И самое главное, если Падалеки хотел увидеть Дженсена - нашёл бы его. Но видимо, ссора на канатке была чем-то большим, нежели просто перебранка. Дженсен чувствовал, что обидел парня сильнее, чем хотел. Что-то ещё наложилось на слова, сказанные Дженсеном, что-то настолько личное, что теперь отряд Сатаны будто исчез из Сноумасса.
Майкл по своим каналам узнал, хотя Дженсен не просил об этом, что Джаред с компанией всё ещё здесь, из апартаментов не выписались, только их гулянки теперь проходят действительно подальше от Сноумасса. Стивен Уильямс вскользь обмолвился, что они облюбовали верхотуру Маунтинс, потому что там больше сложных трасс. Последние два дня они катались на сноубордах, помощники спасателей видели их в прокате, берущих снаряжение, которое возвращалось вечером, на удивление целым.
Дженсен не хотел думать, что это означает, почему эти любители экстрима каждый день тратят на дорогу почти двадцать километров, чтобы покататься на сложных трассах, хотя буквально в сотне метров от отеля находится Сноумасс. С другой стороны, он был рад, что они убрались отсюда. Его Олимп сейчас был опасен для любого лыжника, который решал сойти с укатанной трассы. И Дженсен чувствовал, что отряд Сатаны способен найти приключения на свою задницу даже в опустевших лавинных ваннах.Подспудное желание увидеть Падалеки и извиниться было здесь ни при чём. Ну, может быть, отчасти, но больше всего хотелось узнать, почему рядовая перепалка так задела Джареда.

Если верить Майклу, отряд Сатаны пробудет здесь ещё две недели. Дженсен на полном серьезе рассматривал возможный переезд на метеостанцию на это время. С едой проблем не будет, а всё остальное там есть. В Сноумассе он только в прошлом году купил небольшой коттедж, как раз поднакопив достаточную сумму для этого, и ещё немного помогла семья. Надоело мотаться по шале и снимать квартиры. Но дома он проводил мало времени, порой только приезжал переночевать. Так что метеостанция и так почти его дом родной, и будет совсем неплохо, если он скроется здесь, пока отряд Сатаны не свалит опять в то место, откуда они приехали.
Уже несколько дней Дженсен боролся с желанием прошерстить интернет и узнать, кто такой этот чёртов Падалеки, который никак не идет у него из головы. И даже сделал это однажды, забив в поисковик его имя и фамилию. Выскочили десятки страниц, и Дженсен не удержался, просмотрел парочку, но вскоре выругался и отменил запрос. Он даже почистил историю посещений, чтобы ─ не дай Бог! ─ ребята не узнали, куда он лазил на рабочем месте. Ничего такого особенного он не нашёл, одни хвалебные статьи о фирме Падалеки, заметки о скандалах с Падалеки в ресторанах и на светских раутах… Ничего такого, что было бы интересно Дженсену и ничего, что бы приблизило его к пониманию инцидента на канатке. Единственный момент, который показался странным: в сети есть упоминания семьи Падалеки, но нет никаких ссылок на этих людей. Складывалось впечатление, что Джаред Падалеки получил семейный бизнес в наследство, а семья исчезла из светской хроники, оставив после себя перед камерами папарацци только одного представителя. Разве так бывает?

...Дженсен оглянулся на Криса (сегодня дежурил Кейн), рядом сидел Стив и что-то писал в тетради, сочинял новую песню, не иначе. Они планировали выступить на следующей неделе в Аспене, и уже договорились о концерте. Вроде никто за ним не подглядывал.
Гейб и Чад должны были вот-вот вернуться с метеостанций Маунтина, Хайлендса и Баттермилка, сегодня была их очередь собирать данные и проверять оборудование. Майкл с утра отправился к спасателям, у ребят кое-где были установлены видеокамеры, чтобы выяснить, кто собирает знаки, предупреждающие об опасности. А Роб был послан вниз за обедом. Никто не обращал на него внимания.
Дженсен вернулся к работе. Он с ленивым удовольствием рассматривал фотографии опустевших лавинных ванн, когда Крис вдруг сказал:
─ Шеф, давление падает. За последний час на пять пунктов. Падение фиксируется с самого утра, но сейчас как-то уж слишком шустро.
Дженсен отложил фото и развернул графики на своём компьютере. По сводкам из Центра всё правильно, они обещали, что давление будет понижаться, но ни слова о том, что такими темпами. Обещанный ещё пять дней назад циклон привычно застрял перед водоразделом, но не рассосался, а наоборот, затаился как диверсант. Наверно, перепроверял вооружение в виде снега, если говорить образно.
Нехорошее предчувствие царапнуло сердце. Морган либо соврал о заказе, либо вёл ещё какую-то игру. Было не понятно, зачем Морган подставляет сам себя, предполагая, что делает хуже Дженсену. Неужели дело в том, что в самом начале своей работы здесь он отшил ухаживания некоронованного короля Аспена? Если так, то это настолько дико, что смахивало на второй в его жизни трагифарс.
Бивер взял это дело на контроль, но Морган умело игнорировал их обоих, оставаясь чист как стекло. Он уехал из Аспена ещё в тот день, когда дал добро на кратковременное закрытие трасс. От Триши удалось добиться только то, что Морган уехал дня на три-четыре, и скоро вернётся. Сегодня уже пятый. В общем, если падение давления ─ предвестник тех самых бед, которые предсказывал Дженсен и боялся больше всего, то вот они и наступают ─ большие проблемы на их задницы, а у них в запасе только плохие слова, чтобы бороться с ними.

Дженсен вывел температурный график на экран.
Последние четыре дня стояла морозная солнечная погода, и температурный режим между ночью и днём колебался в пределах от минус 15 до 12 градусов. Сейчас температура повысилась, уже минус 7. Это тоже произошло в течение последнего часа. И роза ветров изменилась. Чёртов Падалеки! Дженсен должен был сам заметить эти изменения, но вместо работы он витал в облаках, и причиной этих мечтаний снова был золотой мальчик. Дженсен чувствовал, что несправедлив к Джареду, но ему было плевать. Нечего было заигрывать с ним на площадке фуникулёра. Дженсен не девица, чтобы ему строили глазки.
...Дверь вдруг распахнулась настежь, звонко ударившись об стену, и в помещение ворвался Гейб, с ходу проорав так, что все присутствующие вздрогнули:
─ Вы лучше посмотрите на ЭТО своими глазами!!!
Сердце Дженсена рухнуло куда-то в желудок.

Парни высыпали из домика, он за ними, хотя, чего он там не видел? Дженсен уже догадывался, почему Гейб так себя ведёт.
...Буквально четверть часа тому назад небо было абсолютно чистое, ни единого облачка, он выходил измерить электромагнитное излучение. Теперь оно было затянуто белой вуалью, а со стороны великолепнейших Марун Беллс и Пирамид Пик наползала сизая до черноты фронтальная область. Она, как огромный медведь гризли, лениво, но неудержимо переваливалась через главный водораздел Скалистых гор. Если бы Дженсен не был уверен на сто процентов, что торнадо по факту не могут образоваться в Аспене, то он сказал бы, что к ним в гости пожаловали именно те воздушные массы, которые способны рождать гигантские смертоносные воронки, ежегодно беснующиеся вдоль «аллеи ураганов». Она включает в себя тринадцать злополучных штатов между средним западом и юго-востоком США, и Дженсен знал, что часть восточного Колорадо тоже входит туда. Гипотетически возможно предположить, что при возникновении всех необходимых условий такая воронка у них может образоваться, однако она никогда не вырастет до размеров хотя бы Ф2*. Торнадо любят просторы, в горах же им не развернуться и они быстро «умирают», не успев натворить бед.

Они мрачно смотрели, как на глазах небо затягивает, и уже спустя пару минут первые снежинки начали оседать на их одежде.
─ Дурной у тебя язык, Роб. Лучше всего, чтобы твой рот всегда был занят едой, тогда никаких предсказаний Кассандры из него не вылетит, ─ с досадой сказал Майкл, не сводя глаз с неба.
Мрачная шутка не заставила их даже усмехнуться, но в чем-то Майкл был прав. Роб воистину чувствовал все неприятности, которые на них сваливались. Буквально пару часов назад, когда фото свободных от снега лавинных ванн были загружены на компьютер, он сказал, глядя на пустую чашу Сирены: «Да не наполнится она в ближайшем будущем!». Они едва не заплевали друг друга в тот момент, сплёвывая через левое плечо, и постучали по всему деревянному, что было на метеостанции, включая и свои головы, и едва не отбили пальцы, но что-то все-таки пропустили. Они верили в то, что сказанное имело тенденцию материализоваться. Поэтому-то большую часть своих предчувствий держали при себе. Выскакивало порой у всех, но с завидной регулярностью исполнялось лишь озвученное Робом.
─ Чёрт, мы даже ставки не успели сделать, ─ вдруг ляпнул Чад, всё-таки заставив их улыбнуться.
Да, это уже традиция, делать ставки на то, насколько быстро исполнится предсказание Роба. Обычно они ставили на недели и дни. Сегодня счёт пошёл на часы. Впервые слова сбывались так скоро.
_______________
*Ф2(F2 ) ─ шкала для классификации американских торнадо. Введена Теодором Фуджитой из Чикагского университета в 1971-м году, содержит от 1 до 12 пунктов, и определяет мощность атмосферного вихря. Обычно используются первые пять пунктов (от F0 до F5), так как торнадо большей мощности, чем Ф5, на планете не зафиксированы. http://meteovlab.meteorf.ru/index.php?o ... 63&lang=en

Изображение

Следующие часы Дженсен только и делал, что вызванивал то Моргана, то Бивера. Майкл и Чад, ответственные за наблюдением быстроты накопления снега в лавинных чашах, почти каждый час выдавали новые данные.
Буран обхватил Аспен тяжёлыми снежными объятиями. Температура упала до нуля, давление было в такой яме, которую Дженсен за шесть лет не наблюдал ни разу, и продолжало падать, обещая незабываемую ночь.
Спасатели и другие службы тоже пришли в движение, но за это надо благодарить Бивера.
Дженсен дозвонился до Моргана, когда Чад с круглыми глазами подошел к ним, облепленный с ног до головы мокрым снегом, и выпалил:
─ Двадцать сантиметров за час!
Майкл, Крис и Стив смачно выругались, а Роб закрыл рот двумя руками, видимо пытаясь таким образом удержать очередное рвущееся наружу предсказание, но сейчас Дженсен уже и без него мог сказать, что наступает полный пиздец. За неделю это второй раз, когда лавинные ванны так быстро восстанавливают свои силы. Конечно, просто здорово, что они не стали ждать и спустили обе Сирены, иначе, если к тому, что было, добавить всё то, что туда попадёт сегодня, ─ они получили бы небольшой апокалипсис местного масштаба.

Однако первой бедой, обрушавшейся им на голову, оказалось не предзнаменование и даже не сам буран, а когда Дженсен услышал испуганный лепет Моргана. Тот, буквально заикаясь на каждом слоге, признался, что заказал баллоны не тогда, когда обещал Дженсену, то есть десять дней назад, а на днях. Он, видите ли, решил, что бюрократ Эклз привычно сгущает краски, пугая всех лавинами.
У Дженсена было желание избить Моргана, сильно, до крови, будь тот в Аспене, никакая охрана бы его не спасла, но всё, что он мог сейчас делать - это орать матом в телефонную трубку, выдавая всё, накопленное за долгие годы общения с Джеффри. И тот молча слушал и слышал. Только теперь толку от этого было ноль.

...Буран свирепствовал недолго по их меркам, но это был самый настоящий буран (не та семнадцатичасовая пародия на снегопад, которая случилась тут несколько дней назад): с порывистым ветром, который мотал тучи мокрого снега по склонам Аспена, и другими прелестями. Но к обеду следующего дня он быстро свернулся. Небо очистилось, давление подскочило на десяток значений и закономерно похолодало. Дежурившие всю ночь сотрудники Дженсена выползали попарно каждый час и измеряли количество выпавшего снега на контрольных точках вокруг метеостанции и на основной метеоплощадке. И теперь, при свете дня, Дженсен с друзьями потрясённо рассматривал плоды стихии.
Переполненные лавиносборники встали на «товсь» и теперь только богу известно, когда и от чего сработает небесный курок и сорвёт эти сотни тысяч тонн снега, красиво искрящегося на солнце. При таком количестве выпавших осадков даже установку GAZ.EX было опасно запускать, если бы у них была такая возможность.
Ясно было одно: противопоставить лавинам они могут только себя и артиллерию, хотя применять на данном этапе и то, и другое это риск (или глупость?) чистейшей воды, от звуковой волны лавины могли двинуться все одновременно. Шашки тоже табу, а взрывчатка у них, слава богу, и так закончилась.
Дженсен с тревожным чувством отправлял Моргану очередной приказ о лавинной опасности, акцентируя внимание на закрытии всех трасс в долине Аспена и всех прокатных пунктов, занимающихся выдачей лыжного инвентаря, подумал с минуту и всё-таки направил в Центр докладную о сложившейся ситуации, присовокупив к нему и факс Моргана, заверенный его факсимиле.

Единственно приятной новостью было то, что часть снега сильным юго-восточным ветром, дующим в лоб надвигающему циклону, осела не на ложе Сирены, а на противоположном склоне хребта ─ в Сирене-2 с подветренной стороны. Без этого нюанса всё досталось бы Сирене. Было немало шансов, что Сирена-2 сойдёт сама, а так как её лавинное ложе было направленно в сторону гор, а не города, то шансов, что сюда заберётся какой-нибудь чайник, почти не было.
Дженсен в приказном порядке обязал всех сотрудников иметь при себе миниаптечки и датчики обнаружения*, на тот случай, если кто-то из них всё-таки поймает свою лавину.
___________________
*датчик обнаружения (лавинный датчик, маячок, бипер, трансивер) ─ прибор, предназначенный для поиска людей в лавинах. Чаще всего он имеет два режима: режим передачи сигнала, и режим поиска (приема сигнала) http://www.risk.ru/users/homohomeni/2762/

Изображение

Крис и Стив побывали внизу и рассказали, что творится в городке. Туристы стоят на ушах у закрытых центров проката и требуют их открыть, так как погода стоит ─ лучше не бывает. Как назло, ураган утих в течение нескольких часов, и сейчас кроме свежего снега ничего о нём не напоминало; небо снова было без единого облачка. Зафиксированы случаи взлома точек и угона снегоходов, не говоря уж о лыжах и сноубордах. Дженсен даже не удивился, что члены отряда Сатаны как раз и были инициаторами взлома, но далеко уехать на похищенных снегоходах они не успели. Их поймали, выписали штраф за порчу имущества, то есть замка служебного помещения, и взяли под домашний арест, закрыв в их же собственных апартаментах.
Это радовало. А огорчало то, что Джаред с друзьями вдруг активизировался так внезапно, и именно тогда, когда у них такие проблемы. Дженсен очень надеялся, что некоторое ограничение свободы пойдёт им на пользу и из номера они не вылезут. Крис подтвердил, что нет, не смогут, так как их номер располагался на шестом этаже, не считая высокого двух этажного цоколя. Спланировать наружу с такой высоты могут только птицы или те, у кого есть крылья. Но ни у кого из отряда Сатаны он не видел ангельских крыльев.
Однако у них были последователи, чайники, которые смотрели восторженными глазами, когда они катались, и сейчас, когда вскрывали прокатные пункты. Дурной пример заразителен. А ещё вкус вседозволенности, полного отсутствия хоть какого-нибудь страха перед смертью. Эйфория от мысли, что бессмертен, и всё может. И таких было достаточно в Аспене. Отловом подобных экземпляров как раз и занимались волонтёры и добровольцы на службе охраны порядка. Беда, что счёт бы не равен: на одного спасателя приходилось как минимум пять таких красавцев.

...Дженсен носился по Аспену как укушенный пчелой гризли, рыча на всех и вся. Они пытались взять под контроль сход мелких лавинных очагов вручную, но трогать крупные пока не решались, к ним уже и подходить-то было опасно, однако ночью снова повалил снег, и выбора просто не осталось. Джим Бивер решил взять на себя часть ответственности и вызвал отряд артиллеристов. Если бы не чрезвычайная ситуация, начинать стрельбу никто бы не решился. Пока снег в лавинных ваннах удерживался морозом (после бурана подморозило), и эти пару дней температура оставалась на одной отметке. Но Дженсен прекрасно знал, стоит ей повыситься или не дай Бог упасть до нуля, и этот перепад сработает, как спусковой крючок. И сводка погоды на ближайшие дни как раз предупреждала об этом, как и о новых осадках. По прогнозу они будут небольшие, но даже этой малости обе его Сирены и другие лавины просто не выдержат.

Майкл передавал изредка новости об отряде Сатаны. Оказалось, что за дни «ареста» они пытались сбежать трижды. Один раз брюнетка и блондинка, следовательно, Адриана и кто-то, либо Тэйлор, либо Саша, устроили показную драку в номере, охранник открыл дверь на шум и визг внутри, и его тут же скрутили парни. Но охранник на этаже был не один, и арестованных снова заперли. Второй раз кто-то из парней симулировал приступ астмы, но вызванный медик пришёл с охраной и отряд Сатаны свернул планы по его пленению. Правда, помощь была действительно нужна, но не в такой степени, чтобы госпитализировать. А третий раз на их этаже сработала пожарная сигнализация, и когда открылась дверь, оттуда повалил дым, и арестованные почти добрались в сумятице к лифтам, но тут их снова поймали очнувшиеся охранники. Оказывается, причиной дымовой атаки стал полуистлевший глянцевый журнал, видимо, кто-то из парней догадался его поджечь. Ещё были попытки вскрыть дверной замок, но все они к счастью вовремя пресекались.

Дженсен был даже рад этому, потому что проблем хватало и без них. Рано утром он случайно столкнулся с приехавшим Морганом у канатки и не удержался. Не отходившие от Дженсена Майкл и Крис немедленно их разняли, правда, стало немного легче, хотя битьё морды всё равно не добавит человеку мозгов. И Крис, чтобы отвлечь Дженсена от Джеффри, тут же «обрадовал» его несколькими новостями, будто бы им было мало неприятностей, устроенных Морганом, снежным бураном, ликвидацией последствий и очередным прогнозом, который уже сбывался: температура стала повышаться, и повалил противный снег: мокрый и мелкий.
Первая новость, естественно, касалась отряда Сатаны, который всё-таки сбежал из номера с чётвёртой попытки на рассвете. Они связали канат из простыней, и все шесть идиотов, спустившись по нему, оказались на воле. Вторая вытекала из первой, ─ они вскрыли служебное помещение при отеле, забрали шесть комплектов лыж и угнали всё-таки те самые снегоходы, с которых их сняли несколько дней назад. Стивен рычал как гризли на своих сотрудников, которые не потрудились даже отогнать от отеля средства передвижения. Но что толку причитать теперь? И третья, самая шикарная новость вечера, тоже касалась беглецов: оказалось, что следы снегоходов вели в сторону склонов Сноумасса. И что-то подсказывало Дженсену, что он точно знает, кому они принадлежат.

Изображение

...За прошедшие два дня им удалось навести на склонах Маунтина, Хайлендса и Баттермилка относительный порядок. Снегоочистительная техника работала круглые сутки, но снега было много, и снегопад не прекращался, так что работа двигалась медленно. Добровольцы, полицейские, спасатели и волонтёры, задействованы были все, кого смог расшевелить ─ и что греха таить? ─ испугать Дженсен. А пугать он мог почти профессионально, от лавинных ужасов до оттока туристов из Аспена.
Дженсен несказанно радовался, что лавинные участки там большей частью расположены вдали от лыжных трасс, с не подветренной стороны, что было немаловажно. Порой небольшой снегопад и сильный ветер были куда опаснее, чем обильные осадки. Он своими глазами наблюдал однажды, как ветер нанёс снега на карниз за час почти на полметра, а ведь снегопад был чисто символическим. Единственное, что омрачало идиллию в этом районе, так это то, что вдоль длинного горного отрога Скалистых гор, ведущего в долину Аспена, шла федеральная трасса, и весь этот участок в двадцать километров был лавиноопасен. И особенно сильно ─ вход в долину непосредственно у первого туристического комплекса в Баттермилке; там располагались два лавинных участка, которые, объединившись вместе, периодически перекрывали федеральную трассу надолго, и тогда Аспену грозила изоляция, на неделю как минимум. А непрекращающийся, пусть и небольшой по объёму снег затруднял вертолётное сообщение в целом.
Однако лавинные ванны там были не глубокими, и много снега по факту не накапливалось. И лишь Сноумасс ─ белое проклятье Дженсена ─ был тем самым снежным дьяволом Аспена, который мог устроить апокалипсис местного масштаба в любой момент. Покатые склоны имели идеальный угол, который так «любили» лавины, в промежутке от 25-ти до 35-ти градусов. Именно такие значения были идеальными для того, чтобы сначала накапливать силы, а потом срываться вниз, с любовью принимая в свои вечные объятия дуралеев, попавших под горячую руку. Ложа между хребтами, будто специально выдолбленные в горных породах как можно глубже для того, чтобы в них собралось как можно больше снега. И самое хреновое, что все эти участки нависали над трассами, и были направлены в сторону долины, туда, где располагалась не только вся туристическая инфраструктура, но и жилая зона.
Воистину Сноумасс ─ логово Сатаны.
Всё-таки просто замечательно, что Сирена-2 находится вне любопытных глаз, и закрытие трасс более чем своевременное, что бы по этому поводу ни говорил Морган. Учитывая её размеры и конус выноса, который попадал прямо на заброшенные штольни старых горнорудных участков, расположенных вперемешку с глубокими трещинами и ледовыми провалами в породе, приходилось с ней считаться, даже не смотря на то, что она глядела в обратную от Сноумасса сторону. Если человеку повезёт остаться в живых, попав в лапы такого снежного монстра, то его подстерегает ещё одна, на этот раз невидимая, опасность: свалиться в один из провалов и сгинуть там навсегда. Поиск в таких случаях, если турист оказался без маячка, затянется не на одни сутки, и помощь может прийти слишком поздно.
Осталось только помолиться, чтобы все туристы понимали, какая сложная ситуация сложилась в Аспене. Помощников достаточно, но их всё равно чудовищно мало, чтобы помочь всем. Они просто физически не в силах быть везде, где опасно. Одна надежда на разум человека, надевшего лыжи, и на запрещающие таблички.

...Сегодня Дженсен бросил всех своих людей на Сноумасс, оставив в Маунтине и Хайлендсе Стивена и Роба за главных «лавинщиков», и каждому из них Стивен Уильямс выделил двух бойцов из своего отряда, плюс к этому десять-пятнадцать добровольцев из местного адекватного населения. В Баттермилк главным Дженсен назначил Стивена, определив ему также два десятка помощников из других служб, плюс полицейский наряд, всё-таки федеральная трасса обязывала.
Дженсен уже облегчённо вздохнул, что всё идёт по плану, и, хотя ситуация с лавинами на Сноумассе с каждым часом ухудшалась, он чувствовал себя так, словно держит все под контролем. Трассы были закрыты. Туристы оккупировали бары, рестораны и другие увеселительные заведения, за что бармены и рестораторы готовы были на Дженсена молиться вплоть до принесения ритуальных жертвоприношений. Курорт жил своей жизнью, и недовольных было не так много. К сожалению, чайников и любителей экстрима, которые приехали в Аспен, экономя каждый цент, игровые возможности не интересовали вовсе. Они жадными глазами пялились на укутанные ослепительно белым снегом девственные склоны и жаждали там оказаться, буквально кидаясь на всех, кто их туда не пускал. Лавины тоже их ждали с нетерпением. Теперь основной задачей Дженсена было не дать им встретиться. И от тех, и от других он ждал только беды.

Поэтому он даже не особо удивился, когда Майкл сообщил новость этого так хорошо начинавшегося утра: Падалеки и его друзьям удалось сбежать из-под ареста. Дженсен оставил Майкла руководить артобстрелом лавин восточного и южного склонов Сноумасса, которые располагались подальше от Сирены. Надо было лишить «генерала» своих военачальников. Без них Сирена останется монстром всё равно, но шансов слиться и ударить в лоб деревушку Сноумасс пороха у нее уже не хватит. Главное, чтобы от звуковой волны залпов Сирена не решила покончить с ними раньше, чем они с ней.
На метеостанции сейчас остались только стажёры, Гейб и Чад, но на них он мог положиться как на самого себя, ребята не подведут. С группой спасателей и добровольцами они отправились на розыск беглецов. Дженсен хотел лично удостовериться, что никто из отряда Сатаны не пострадал. Они, конечно же, те ещё козлы, но он никому из них не желал смерти. Даже мысли не допускал, что мир мог лишиться такого безмозглого дурака как Падалеки. Или яростного защитника Тома. Или красавицы Адрианы. Или страстных брюнеток и Мэта… Он и Моргану ничего не желал (хотя всё, что сейчас происходило - полностью его вина), тот развил бурную деятельность, словно пытаясь реабилитироваться в глазах Дженсена. Но это было достаточно трудно после сообщения по рации, что заказанные всё-таки баллоны застряли в ста километрах от Аспена. Там сошедшие лавины перегородили федеральную трассу в нескольких местах, завалы удастся расчистить только дня через два - три. Да и не помогут они уже особо, но сам факт отсутствия необходимых сейчас инструментов для борьбы с лавинами снова застилал глаза Дженсена кровавой пеленой.


Последний раз редактировалось Медиумы 22 май 2011, 21:54, всего редактировалось 4 раз(а).

06 май 2011, 20:06
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 апр 2011, 15:45
Сообщения: 129
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Пока они шли по следу - отловили несколько небольших групп сбежавших туристов. Конфисковав лыжи, согнали их со склона.
...Брошенные снегоходы они заметили на втором уровне застывшей канатки, дальше ориентировались по свежей лыжне, хорошо заметной на свежевыпавшем снегу, уходившей на трассы повышенной сложности. Увы, следов было в два раза больше, чем друзей Джареда. А это означало, что за группой Падалеки шли ещё какие-то любители экстрима. Уже в полукилометре от оставленных снегоходов, след отряда Сатаны и чайников потерялся, их перекрыла небольшая лавина, которая сошла уже после того, как беглецы прошли здесь. В радиусе ста метров Дженсен с помощниками метался по склону, гадая, в какую сторону двинули подопечные Падалеки и его фанаты. Вполне возможно, последние и сорвали эту небольшую лавину.
С одной стороны это хорошо, любой спуск даже небольшой части снега увеличивал шанс, что Сирена не подпитается им; с другой ─ Сирена всё ещё копила злость и с места не двигалась. Она словно издевалась над людьми, опровергая все научные гипотезы и предположения: лавинная ванна Сирены уже «переливалась за край», снег в ней держался на неизвестных земной науке законах (Дженсен так точно их не знал), перепад температур, наблюдавшийся в течение недели, создал разные по плотности слои этого снежного богатства. Сирена сейчас действительно была волком в овечьей шкуре, или даже хуже ─ тигром в шкуре ягнёнка; она выжидала момента, когда можно обернуться зверем и перестать притворяться тем, кем не являлась. Сейчас спусковым крючком могло стать что угодно.
Абсолютно всё, что угодно, даже громкий голос.
Дженсен вздрагивал каждый раз, когда слышал гулкое эхо артиллеристских залпов, это Майкл начал борьбу с восточным и южным склонами. Но Сирена либо оглохла, либо ждала своего «любимого». И он очень не хотел, чтобы им стал глупый и рисковый парень Падалеки со своими друзьями. А ведь кроме Сирены там было ещё много злодеек, способных натворить дел ─ целый Олимп!

Наконец, они снова наткнулись на следы беглецов. Примерно на половине пути между пятой площадкой канатки, где заканчивались «синий коридор», и карнизом Сирены, расположенным в миле от этого места висела стотонная Афина, ещё одна мина замедленного действия, которая доставляла им много неприятностей.
Дженсен привычно поднял голову, чтобы окинуть взглядом свою снежную воительницу и резко взмахнул рукой. Идущие за ним замерли на месте. Афина должна была быть на месте, но оголённые в некоторых местах валуны, чёрные пятна грунта, с которых слизало снег, и сломанные деревья сказали ему больше, чем он хотел бы знать. Либо Афина сошла сама, либо ей помогли. Кто именно - отряд Сатаны или чайники-фанаты - было непонятно. В любом случае, это хорошо, просто замечательно, что Афина больше не поставщик боеприсов для Сирены.
Но порадоваться этому факту в полной мере не удалось.
Дженсен прислушался.
Где-то впереди, за поворотом, послышались голоса. Его помощники тоже услышали их. Дженсен махнул рукой, и они налегли на лыжные палки. Миновав поворот, они увидели место военных действий и фигурки в разноцветных костюмах внизу. Друзья Падалеки сейчас активно разгребали конус завала, пытаясь кого-то достать. Дженсен быстро пересчитал их, облегчённо выдохнул, но что-то мешало ему быть уверенным до конца, что и на этот раз беда прошла стороной. Может быть, потому что одна из фигур склонилась над другой, в синем, неподвижно лежавшей на снегу? Пожалуйста, только не Джаред...

...Дженсену казалось, что ещё никогда он так быстро не скатывался с гор.

Изображение

Том поднял голову и заметил их первым, не отвлекаясь от работы, он копал яму в центре конуса выноса лавины своей лыжей и то же самое делали чуть дальше Тэйлор и трое незнакомых лыжников. Оказалось, что Саша отлично делает искусственное дыхание, так как она сейчас колдовала над бледным парнишкой в синей куртке, а Мэт сидел рядом и тяжело дышал. Всё это Дженсен впитал в себя мгновенно, и стало неловко от мысли, пронзившей его мозг: «Слава Богу! Не Джаред…». Он огляделся, снова пересчитал людей на склоне, и до него дошло, наконец, что ни Джареда, ни Адрианы не видно. «Только без паники! ─ приказал себе Дженсен. ─ Держи себя в руках!»
Чтобы не сорваться на крик, он обратился к Тому, вокруг которого уже сосредоточенно пристроились волонтёры и спасатели с лавинными лопатами*:
─ Что случилось?
─ Мальчишки сорвали лавину... мы были рядом и увидели это. Мы примерно знаем, где находятся ещё двое. Вот тут один из них, ─ и Том показал на свою яму. ─ Там, где копают его друзья и Тэй, должен быть второй, ну или где-то рядом. Их пятеро было. Мэта накрыло повторной лавиной, но ему повезло, палка осталась на поверхности, и Джаред быстро до него добрался.
Дженсен тут же спросил:
─ Как давно сошла повторная лавина?
─ Минут пятнадцать назад, может, раньше.
Вот теперь можно задать самый важный вопрос:
─ Где Джаред и Адриана?
Том на мгновенье выпрямился, уступая место профессионалам с лёгкими щупами*, устало вытер рукой потное лицо и ответил:
─ Когда Джаред вытащил Мэтью, он заметил на склоне, где мы до этого стояли и смотрели, как сходит лавина, ещё одну группу лыжников. Двое ушли туда, ─ рука Тома вытянулась в сторону Сирены и Дженсен похолодел. ─ Джей и Адриана бросились за ними.
─ Как давно?
─ Вы разминулись буквально на несколько минут.
Дженсен повернулся к Стивену, который как раз говорил по рации, вызывая подкрепление.
─ Стивен, я за ними. Если что, на мне маячок, и есть сотовый.
─ Возьми кого-нибудь с собой.
─ Один я их быстрее догоню. Хоть не буду оглядываться и дёргаться. Да и кто лучше знает лавины, чем я?! Только одно, Стивен, поглядывай на Сирену, она может пройти прямо по вам, ты же в курсе, что у неё больше чем три направления выноса и какой она выберет в этот раз ─ неведомо.
─ Хорошо, ты тоже береги себя.
─ Свяжись с теми, кто ниже нас. И ещё, напомни Биверу, чтобы его люди загнали всех праздношатающихся туристов в помещения. Без церемоний, наиболее буйных ─ под ключ, без разговоров. Особенно это касается туристов здесь, в Сноумассе. Пусть сидят по барам и ресторанам, где угодно, лишь бы не крутились у подножия, и подальше от окон. Всё, я пошёл.
Стивен кивнул и Дженсен развернулся, оттолкнувшись палками. Проезжая мимо Саши, он остановился на минутку:
─ Как Мэт и парнишка?
─ Жить будут. Обоим повезло, вовремя успели отстегнуть лыжи. Пацан проехался на лавине как на волне, правда, в конце его нехило присыпало. Пережил несколько неприятных минут, наелся снега и успел здорово испугаться. От шока стал задыхаться, но когда понял, что жив и услышал нас, отпустило. И Мэтью уже в порядке.
Мэт сидел рядом на снегу и поднял вверх большой палец. Он всё ещё тяжело дышал, не в силах разговаривать, и не мог надышаться.
─ Джаред с Адрианой... ─ вдруг глухим голосом прошептала Саша, и её глаза стали огромными из-за появившихся слёз.
─ Не волнуйся. Я их найду. Только, пожалуйста, больше никакой самодеятельности. Никто никуда больше не убегает, окей? Мои люди и спасатели знают, как предотвратить вот это, ─ и Дженсен указал на лежавшего перед Сашей откопанного парнишку. ─ Но мы ничего не сможем сделать, если вы и дальше будете искать приключения. Я хочу, чтобы никто больше не пострадал, понимаешь?
─ Да. Спасибо. Мы не хотели. ─ Голос Саши был тихим и виноватым, но Дженсен услышал в нём всё, что хотел, и просто улыбнулся ей, подбадривая.
Пока он лесенкой взбирался на склон, чувствовал, как ему в спину смотрят десяток встревоженных глаз и особенно пристально ─ четверо из оставшегося отряда Сатаны.
_________________
* Лавинная лопата http://www.mountain-market.ru/shop.php?cid=65
**Лавинный щуп состоит из нескольких трубок легкого металла, нанизанных на трос. Щуп предназначен для обнаружения человека, попавшего в лавину и погребенного под толщей снега http://www.pieps.ru/pieps-probes.htm

Изображение

В погоне за Джаредом и Адрианой Дженсен поймал себя на мысли, что шевелит губами. И не просто так, а машинально молится. За что конкретно, он просто не улавливал, но понимал, что там фигурировали два имени: Сирена и Падалеки. Ну, про первую всё относительно понятно: «Потерпи, хорошая, уйдём ─ тогда падай, голубушка, сколько влезет!». А вот в отношении Падалеки было всё несколько сложнее: «Только бы живой!.. Главное догнать!.. Спустимся вниз ─ удавлю собственными руками!».
Он летел по склону, лавируя между деревьями, кое-где сокращая путь и неумолимо приближаясь к Сирене, и чувствовал, что всё равно не успевает. Что-то происходило вокруг. Пар от частого дыхания стал более густым. Теплеет? Это плохо. А как хорошо утро начиналось!
Минуя второй возможный спуск Сирены, Дженсен так задумался, что едва не налетел на Адриану. Она сидела немного в стороне, за деревьями, но всё равно, очень опасно к непредсказуемой лавине. Ударной боковой волной её могло слизнуть с этого места, если случится сход. Он подумал, что это умно на самом деле, держаться вблизи дерева, в случае чего, его ствол может спасти. Шансов рассчитывать на это немного, но они есть.
Подъехав к девушке вплотную, он присел рядом.
─ Что с тобой? Где Падалеки? ─ Дженсен хотел быть невозмутимым, но у него не получалось. Ощущение, что он уже почти опоздал, только усилилось. Он бегло осмотрел умело наложенную шину на левую ногу Адрианы, которая покоилась между двух сломанных лыж и перетянута шарфом. В условиях полного отсутствия медикаментов подручные средства были использованы на сто процентов правильно и профессионально. Нога девушки была полностью обездвижена, и Дженсен уже знал, что услышит:
─ Ногу сломала, ─ ответила Адриана, подтверждая его догадку. Было не похоже, что она паникует, но её глаза были такими же большими, как и у Саши. И чего там только не было, в этих бездонных «колодцах».
─ Идти можешь?
─ Нет. Джаред приказал сидеть здесь до прихода помощи.
─ А он где?
─ Бросился мальчишек догонять.
─ Куда они ушли?
Адриана показала рукой, и Дженсен проследил взглядом видимый путь трёх пар лыж. Его замутило. Три смертника шли прямиком в пасть акулы, в сердце его Олимпа. Господи!..
Дженсен расстегнул жилетку и вытащил сотовый. Стивен ответил после первого же гудка. Эклз коротко обозначил ему координаты, где можно найти Адриану, и передал ее слова. Он слушал, как матерится Уильямс, но всё равно уловил громкое «хрм», которое раздалось где-то наверху, прямо над ними.
Дженсен сориентировался мгновенно.
─ СИРЕНА!!! ─ заорал он в трубку и кинулся к Адриане, накрывая её собой и буквально впечатывая своим телом в ствол ели. Руки намертво обхватили дерево. ─ ДЕРЖИСЬ!!! ─ крикнул он ей в ухо за секунду до того, как их поглотило снежное море, и крепко зажмурился. Дженсен старался не думать о том, что ель могла просто не выдержать ударной волны. Он видел и не раз, как мощные деревья ломались как спички под ударом лавины.
Сирена ринулась вниз, завывая и набирая обороты, срывая по пути небольшие очаги, и вся эта двухсот тонная масса снега пронеслась сквозь них со скоростью электропоезда. Дженсену показалось, что он остался голым, такой сильной была ударная волна и ветер, немедленно забивший нос снежной пылью. Дженсен машинально открыл рот, туда мгновенно залетела порция снега, и он закашлялся. Всего лишь несколько долгих секунд, а Дженсен готов был поклясться, что поседел за это время. Особенно, когда почувствовал всем телом, как их дерево застонало от усилия остаться на месте. Если Падалеки и пацаны не успели уйти из зоны действия Сирены, тогда они погребены в ней.
Когда снежная пыль осела, Дженсен первым делом поцеловал ствол спасшей их ели.
─ Спасибо, родная! Господи, спасибо...
Адриана под ним дёрнулась, и он отодвинулся, стараясь не задеть её ногу.
─ Ты в порядке? ─ спросил он у девушки. Его голос дрожал. Та ошарашено тряхнула головой и выглядела так, словно наглоталась колёс, но всё равно была похожа на прекрасную снегурочку. Снег запорошил её одежду, лежал на длинных волосах и ресницах, таял на щеках наподобие слёз, а может быть, это и были настоящие слёзы, Дженсен допускал и это. Наверное, он выглядел не лучше, потому что Адриана нервно рассмеялась:
─ Не знаю… Наверное, как ты. Как же хорошо жить!
─ Запомни эту мысль и в следующий раз подумай, стоит ли всё это, ─ и Дженсен обвёл рукой вокруг себя, намекая на перелом и сошедшую лавину, ─ твоей жизни. Потому что если бы не эта благословенная ель, то всё бы закончилось пару минут назад. С нами обоими.
Казалось, что шире глаза уже просто физически нельзя распахнуть, но Адриане это удалось. Дженсен посчитал, что с процессом вправления мозгов данной особе пора заканчивать, пока её на самом деле не накрыла истерика. Поэтому отвернулся, пошарил вокруг себя рукой и похолодел. Дженсен помнил, что сотовый был в его руке, когда он прижимал девушку к дереву. Дьявольщина! Он взрыхлил снег вокруг себя, но уже понимал, что тщетно.
─ Мобильника у тебя, конечно, нет? ─ без особой надежды спросил Дженсен, бросая на Адриану короткий взгляд.
─ Сегодня ─ нет, ─ испугано ответила она, впервые, наверное, осознав, к чему может привести поспешный побег из номера её друзей. ─ Ни у кого нет…
─ Ладно. Сиди здесь и не двигайся. Может сойти повторная лавина, но она будет меньше, и дерево осталось на месте, значит, ему можно доверять. О тебе знают и скоро придут на помощь. А я должен... убедиться... ─ он хотел добавить «что спасать некого», но промолчал, Адриане и так было не сладко. Только что она почти побывала в снежном аду. Дженсен подобное переживал уже не раз и не два, так что пообвык, но это не означало, что он не боялся. Ещё как боялся, потому что знал лучше всех, каковы могут быть последствия. Сирена сквозь него тоже проходила впервые, даже он не на шутку перепугался. Как сказал один умный мужик, «такой опыт и врагу не пожелаешь».
Удивительно, что вся лыжная амуниция осталась при нём! Он поправил крепления, подтянул лямки лыжных палок на запястьях и подмигнул Адриане.
─ Всё будет хорошо. Со мной работают профессионалы, и мы знаем, что делаем. Просто верь.
А что ещё ей оставалось? Да и ему тоже.

Изображение

Дженсен снова бросился вдогонку, на ходу оглядывая окружающую обстановку. Невероятно! Сирена всё-таки их немного пощадила, сместилась на сотню метров южнее и задела их боком. Дженсен даже думать не хотел, что с ними бы случилось, если бы она прошлась по ним в полном объёме?! Оставалось надеяться, что ударная волна монстра не добралась до жилого комплекса. Всё-таки, он с парнями рисковал не зря, вручную подрезая малые лавинные очаги, расположенные ниже Сирены. Неоткуда ей было подпитаться, скатываясь по уже оголенным склонам.

Ладно, так, он жив, Адриана тоже и минус самая главная боль Аспена в виде умершей Сирены. Как-то подозрительно везёт.
Немного в стороне от почившей Сирены сошла ещё одна небольшая лавина. Едва проскочив минное поле с оголённым грунтом, Дженсен перевёл дыхание, три пары лыж убегали дальше. Значит, Сирена и эта малышка сошли уже после того, как их хозяева пересекали их общую огромную по площади лавинную ванну. Дженсен взял след как гончая, но чем дальше он отходил от места, где осталась Адриана, тем страшнее ему становилось. Он находился в двадцати минутах от противоположного склона Сноумасса, а это значит, что они на всех парах сейчас неслись к Сирене-2, монстру, который рос и пух вдали от людских глаз и у которого конус выноса приходился на старые штольни и ледовые трещины. Глубину этих провалов никто не измерял, а если и были такие «смельчаки», то они унесли эту тайну с собой с могилу. Дженсен знал печальную статистику ненайденных жертв Сирены-2.
Дженсен жутко жалел о потерянном мобильнике. Между Адрианой и им уже две сошедшие лавины и нет связи, чтобы предупредить, что никто в них не пострадал. А впереди перед Сиреной-2 была ещё коварная Гера. Чайники и Падалеки её миновали, и след их лыж был настолько свежим, словно они только что скрылись за очередным поворотом.
Гера была пока на месте, и Дженсен проскочил под ней, надеясь, что и на этот раз удача будет на его стороне. Адреналин пережитого с Сиреной ещё кипел в крови, и Дженсену было море по колено. Когда Гера осталась позади, он остановился, снял с себя жилет и повесил его на дерево. Он надеялся, что этот знак укажет спасателям, куда он направился. Кричать отсюда бесполезно ─ Адриана не услышит, слишком далеко, и звук всё равно уйдёт в сторону водораздела. Возвращаться назад поздно. Гера второй раз могла и не пропустить. Поэтому Дженсен положился на свою удачу и ринулся по следу дальше.

У него ещё оставалась маленькая надежда на то, что чайники передумали навещать запретную зону (и как они вообще узнали про неё?!), или что Падалеки их остановил в последний момент. Но когда след лыж резко изменил направление от Геры на север, Дженсен с ужасом понял, что всё, удача закончилась как для него, так и для Джареда.
...Дженсен услышал его крик раньше, чем миновал на огромной скорости последний поворот, закрывающий ему вид на Сирену-2. Что именно кричал Падалеки, Дженсен не расслышал, но сердце подсказывало, что ничего хорошего. Его больше интересовало, почему он кричит. Он не верил, что Джаред совсем без мозгов, чтобы начать орать там, где склоны под завязку наполненны свежим снегом. Тот уже видел, на что способны лавины, так что слабоумие здесь не причём. Вывод один: у него не было другого выбора.
В этом убедился и сам Дженсен, когда на огромной скорости выскочил, наконец, на противоположный склон Сноумасса.

...Он редко здесь бывал, но каждый раз, посещая это место по работе, он забывал, как здесь красиво! С этой стороны открывался великолепный вид на панораму Скалистых гор и главный водораздел. Взгляд отдыхал на заснеженных пиках, но сейчас у Дженсена не было времени любоваться этими красотами.
Падалеки стоял у самого края переполненной чудовищной по размерам лавинной ванны Сирены-2 и пытался докричаться до мальчишек, которые уже вышли на манящую снежную целину. Видимо Джаред не успел встать на их пути, не хватило каких-то метров, но он не бросал попыток образумить несчастных смертников, которые сейчас были как та обезьяна с гранатой, случайно выдернувшая чеку из занятной игрушки. До Дженсена доносился их звонкий смех, скрип лыж и палок, и ещё что-то нарушало тишину этого места, но свист ветра в ушах мешал идентификации. Он устремился к Джареду, который мог в любой момент ринуться за мальчишками; Дженсену не терпелось ухватить его, прижать к себе, уберечь от самоубийственного поступка, отягчённого виной, который он вот-вот готов был совершить.

Звук стал громче и ближе, Эклз прислушался, и когда мозг распознал нервирующие колебания, время словно замедлилось. Он с ужасом заметил, как Джаред сильно оттолкнулся палками, начиная двигаться за чайниками, чего делать было никак нельзя.
Парни уже были на середине Сирены-2, когда высоко в небе появился реактивный самолёт. Именно звук летящего судна Дженсен опознал в последнюю очередь. Он очень наделся, что это не военный лайнер, который готовился взять звуковой барьер согласно учебному полётному плану. Не так далеко была их база.

Понимая, что от него уже ничего не зависит, Дженсен не сбавляя скорости, вылетел на целину. Расстояние между ним и спиной Падалеки стремительно сокращалось. Хлопок в небе раздался неожиданно, и сердце Дженсена пропустило удар. Поэтому он услышал как лавина, спустя несколько долгих мгновений, среагировала на звук и издала свой предсмертный вздох. Тот самый пресловутый мать его спусковой крючок!
Краем глаза Дженсен заметил, как по карнизу быстро зазмеилась трещина, а потом он рухнул со страшным «хррмм». Под ногами всё содрогнулось, словно гигантский монстр выгибал спину, просыпаясь от долгой спячки. Чайники замерли в центре будущего ада и оглянулись на них. Дженсен отчаянным усилием в последний раз оттолкнулся палками, вытянул руку и смог ухватить Джареда за капюшон. Падалеки дёрнулся от его рывка, едва не упав, а Дженсен, глядя в его огромные глаза, заорал, обращаясь ко всем:
─ Лыжи и палки долой!!! Плывите!!!
Снег под лыжами, бывший до этого обманчиво плотным и стабильным, вздыбился, и лавина приняла их в свои страстные объятия. Вернулось ощущение скоротечно бегущего времени. Дженсен ослеп и оглох, и потерял ориентацию в пространстве. Одна мысль билась в голове как метроном: «Не упустить капюшон!». Его лыжи отстёгивались автоматически, у Джареда, наверное, тоже, а вот у чайников вряд ли, не тот уровень дохода на подобную роскошь. Дженсен честно пытался дрыгать ногами и совершать плавающие движения одной рукой, как его учили в своё время и как учил он, когда пришло его время, и только сейчас он понял, что на самом деле это всё полнейшая ерунда. Лучшее спасение от лавин ─ это просто не попадать в них.

Изображение

Сколько продолжалось безумие, Дженсен не мог сказать. Точнее, разумом понимал, что считанные секунды, но телу казалось, что агония длится вечно. Он хорошо помнил свои ощущения, словно попал в гигантскую стиральную машину, где его крутило и мотало, как мокрый носок. Всё это прошло почти мимо его сознания, потому что все свои силы он бросил на то, чтобы не выпустить из рук драгоценный капюшон Падалеки. Ещё он запомнил кратковременное свободное падение. Он никогда не прыгал с парашютом, а жаль, ощущения, наверно, похожие. Дженсен ничего не видел, вокруг снежная пелена и невозможно дышать, кажется, что снег был везде: в горле, в носу, в ушах, что им залеплены все поры его тела. Потом неожиданное жёсткое падение на что-то относительно мягкое, сильный удар головой, острая боль в коленях и запястье, и благословенная темнота.

...Сознание вернулось вместе со звуками и сильной болью. Его кто-то тормошил. Звуки раздавались как из-под воды: смазанные и глухие. Дженсен медленно разлепил глаза и увидел над собой лицо испуганного Джареда.
─ Живой?
─ Не знаю, ─ попытался сказать Дженсен и испугался своего голоса. Закашлялся, чтобы прочистить горло, выплюнул остатки снега, и всё тело скрутило болью. ─ Наверное, жив, если всё так болит...
─ Господи...
В голосе Падалеки звучало раскаяние и вина, и сожаление о чём-то, но он больше ничего не сказал, не просил прощения, потому что это было лишним. Они вроде живы, так что всё в относительном порядке. Дженсен попытался перевернуться на бок и встать, но со стоном замер.
─ Дай посмотрю, ─ попросил Джаред едва ли не жалобно, и, не дожидаясь разрешения, ловко расстегнул на нём куртку и толстовку. Немного замешкался с майкой, но потом просто закатал её к шее, оголяя грудь и живот. Дженсен заметил, как он прикусил губу, до крови, когда придвинулся к нему вплотную. Потом Джаред провёл быструю пальпацию. После несильного нажатия на рёбра, Дженсен дёрнулся, не сдержавшись.
─ Больно?
─ Это не перелом, я ломал рёбра, знаю, каковы ощущения от этого, здесь же ушиб и только.
─ Просто чудо, как ты меня палками не проткнул.
─ Я на тебя упал?
─ Да, долбанулся плашмя мне на грудь и головой в камень, ─ пальцы Джареда тут же стянули шапочку и ласково прошлись по затылку и лбу Дженсена, ощупывая. Когда он снова зашипел, Падалеки удивлённо отозвался:
─ У тебя тут шишка наливается, большая будет. Сколько пальцев?
Дженсен хотел огрызнуться или послать его как тот и заслуживал - далеко и надолго, но не смог. Он пытался, очень сильно старался увидеть, сколько пальцев Джаред ему показывал, но это ему не удалось. Перед ним было как минимум два чётких Джареда, ещё два призрачных и как минимум пять рук перед лицом. Количество пальцев было просто не сосчитать. Поэтому он ответил честно:
─ Дофига.
─ Чёрт, у тебя похоже нешуточное сотрясение. Тошнит?
─ Меня от тебя тошнит. Какого чёрта, Джаред? Тебе жить надоело, что ты не только сам, но и друзей своих тащишь за грань?
─ А если и так? Тебе какое дело? ─ вдруг с вызовом ответил Падалеки, сверкая глазами.
─ Никакого. Если решил ─ вперёд, только нехуй тащить за собой тех, кому жить еще хочется.
Джаред хотел было что-то сказать, но прикусил многострадальную губу и глухо спросил:
─ Что ещё беспокоит?
Дженсен пошевелил ступнями, дёрнул ногами. Тут порядок. Но при попытке покрутить запястьями, на которых всё ещё оставались лямки с лыжными палками (вот тебе и профи, не успел сбросить!), он зарычал:
─ Дьявольщина, я руку сломал. Левую.

Спустя пару минут они оба убедились в этом. Шина, которую наложил Джаред, получилась пародийной: два куска сломанной лыжной палки и шарф Падалеки, но Дженсен понимал, что это лучшее, что они могли сделать на данный момент. Пока Джаред колдовал над ним, Дженсен огляделся.
Как их занесло сюда, в эту узкую трещину?
Разлом был не идеально вертикальным, а слегка под углом, и как минимум метров пятнадцать глубиной, а может и глубже. Более точно Дженсен сейчас определить не мог, всё вокруг троилось и расплывалось, уродуя привычные глазу размеры. Место, куда они упали, немного расширялось, здесь можно было встать в полный рост. Ледяные стены. Сумрак на грани видимости, но света хватает, чтобы различать выражения лиц друг друга и предметы вокруг. Значит, трещина завалена снегом не полностью, где-то есть узкий просвет, иначе была бы абсолютная темнота. И чертовски холодно...
Шансы, что их найдут здесь вовремя, были бы велики лишь в том случае, если они как-то дадут о себе знать, покажут, где их искать... Он помнил мальчишку, которого нашли в подобной штольне четыре года назад. Его искали почти две недели, и помощь пришла слишком поздно...
Это просто чудо, что вместе с ними сюда сверзилась масса снега, на который они достаточно мягко упали. Полёт с такой высоты редко обходился только сотрясением. Но, глядя на гладкие ледяные стены, отливающие голубизной и серебром, Дженсен понимал, что без посторонней помощи им не выбраться. Идти по трещине тоже не вариант, чёрт знает, куда они могли бы залезть. Где их никто и никогда не найдёт.

Когда с шиной был покончено, Джаред помог Дженсену застегнуться. Адреналин от кувыркания в лавине схлынул, и теперь явственно чувствовалось, как здесь холодно. А потом Дженсен почти насильно осмотрел Джареда. Приземление на него Дженсена обошлось Падалеки малой кровью, всего лишь вывихом плеча, который Дженсен немедленно вправил. И подвёрнутой ногой, которая уже опухала. Ничего страшного и опасного для жизни, но оба прекрасно понимали: со сломанной рукой Дженсена и вывихами Джареда, не считая ушибов и сотрясения, им отсюда не вылезти.
Аптечка Дженсена пришлась очень кстати, но там был минимум лекарств: несколько упаковок бинта и дезинфицирующие салфетки, шесть уколов адреналина, столько же обезболивающих, баллончик от приступов астмы, мазь от ушибов, и кое-что по мелочи. Выпотрошив карманы, к этому ещё прибавились: скудный запас несерьёзной пищи на двоих, маленький фонарик Дженсена, наполовину полная зажигалка и тюбик любриканта Акваглайд у Джареда. Какая-то до боли знакомая упаковка...
Падалеки заметил его взгляд и, защищаясь, сказал:
─ Это твой.
Дженсен просто кивнул. А он ещё гадал, куда делся чёртов тюбик. Значит, выронил всё-таки...
─ Всегда готов? ─ попытался пошутить Джаред, но Дженсен сразу огрызнулся, показывая, что шутки сейчас неуместны:
─ Я мажу им лыжи, идиот!
─ Идиот, пожалуй, ты, если тратишь его не по прямому назначению.
─ Кто бы говорил?! Я, по крайней мере, не самоубийца!
Лицо Джареда снова потемнело, и он отвернулся. Дженсен смотрел на его профиль с досадой, злиться он уже просто не мог. Какой в этом смысл, если всё уже случилось? Да, можно ещё помечтать. Если бы эти уроды сидели в номере... Если бы не подавали дурной пример юным неокрепшим головам... Если бы часть этих недоразумений не полезла на Сирену-2... Если бы, если бы... Если бы.
Дженсен пошарил пальцами в кармане куртки и вытащил маячок, вернее, то, что от него осталось. И даже не удивился сильно, когда осмотрел его со всех сторон, что было нелёгким занятием, учитывая, как кружилась и адски болела голова. Корпус всмятку, от дисплея осталась только вмятина, не прибор, а лепёшка какая-то. Он вздохнул. Отличный уикенд их ожидает: маячка нет, еды тоже, минимум лекарств. Правда, кругом лёд и снег, от обезвоживания сразу не умрут, а вот без пищи протянут в лучшем случае неделю, если раньше их не добьёт холод, развести костёр нечем, камни, к сожалению, не горят. Вот же влипли!..
─ Что будем делать? ─ тихо спросил Джаред.
Дженсен отложил в сторону остатки маячка и тяжело вздохнул.
─ Ждать помощи. Кричать бесполезно - над нами купол выноса метров в десять, если не больше, снег все звуки заглушит. Мы можем услышать шаги спасателей, как зонд или щуп протыкает снег, но как они кричат нам - нет, даже если они окажутся прямо над нами, таковы коварные свойства снега и звуковой волны... не буду тебя загружать терминами, просто поверь мне, что это так и есть. Нет никаких меток и указаний, где именно нас искать. Если только им посчастливится найти наши лыжи и твои палки. Адриана видела, куда я ушёл, но я не знал, что ты двинул именно сюда, так что её показания тоже ничего не решат.
─ Мои друзья в порядке?
─ Мэт в порядке. Одного мальчишку откопали, а двоим должны были помочь спасатели, которые пришли со мной.
─ Хорошо. Мы поздно заметили, что они тащатся за нами, а когда увидели, то те вдруг ломанулись прямо на склон. Лавина сошла почти сразу. Мы даже испугаться не успели.
─ Ладно, что уж теперь-то... Мальчишек не бросили, откопали, и на том спасибо. А мы... может и нам повезёт, и тем пацанам, которые остались наверху, тоже... всех спасти невозможно, если голова ногам покоя не даёт...
Голос Дженсена стал затихать и Джаред тут же положил холодную ладонь ему на щёку.
─ Эй, не спать! Тебе нельзя.
─ Голова раскалывается и всё плывёт.
─ Тогда просто закрой глаза и говори. Что угодно. Можешь меня материть, стихи читать, хоть петь, только не молчи.
Что-то поскребло по полу возле уха, его голову приподняли и приложили что-то. Боль моментально уменьшилась, даже тошнота схлынула. Это Джаред приложил снег к шишке. Он ещё поскрёб и, приоткрыв глаз, Дженсен смотрел, как он неловко набивает в свою шапку снега, приподнимает голову Дженсена и кладёт его шишкой в это углубление.
─ Спасибо, ─ почти простонал Дженсен. Облегчение накатило стремительно, только он знал, что это ненадолго.
─ Не за что. Давай, вперёд.
Дженсен вздохнул и начал медленно рассказывать, как рождаются лавины. Джаред слушал внимательно, делая тугую повязку на своей лодыжке. А Дженсен рассматривал его профиль и думал, что вот сейчас этот парень ему нравится. Он вспомнил слова Майкла, что поодиночке они вроде нормальные. Что же происходит, когда они все вместе? Что за разрушительная сила их толкает рисковать собой, совершать безумные поступки, наподобие спуска по простыням, угона снегоходов, выхода в опасную зону, игнорируя предупреждения? Сейчас Джаред был сосредоточен на выживании и выглядел обыкновенным парнем. Хотя... блеск ролекса на запястье всё ещё напоминал, что они из разных весовых категорий. А уж их жизни отличались, словно у жителей разных планет.
У Дженсена даже в самые трудные годы не было желания так рисковать жизнью (сегодняшнее дефиле на Сирену-2 не в счёт). И он злился на Падалеки. Хотя сейчас это была даже не злость, а досада, что благодаря неразумному поступку друзей Джареда и его самого, они попали в такую переделку.
Он не заметил, когда Джаред прилёг к нему вплотную, согревая его своим телом, и стал задавать наводящие вопросы о работе метеостанции в целом, и Дженсен сел на своего конька: он мог говорить о своей работе часами, потому что ему действительно нравилось то, чем он занимается. А Морган не в счёт. Должен же быть хотя бы один раздражитель, когда ты работаешь в Аспене и занимаешься любимым делом.

Изображение

Немного отдохнув, Дженсен и Джаред предприняли попытку залезть по стене. Ничего не получилось, но они пытались раз за разом. Когда выбились из сил, прислонились к стене и начали кричать, звать на помощь. Несмотря на сказанное им же, Дженсен не мог не присоединиться к Джареду, хотя, пожалуй, Эклз знал лучше всего, ─ наверху нет никого, кто бы им помог, как и двум мальчишкам. Потому что в первую очередь разберутся с апокалипсисом с другой стороны долины, и ещё потому, что никто не догадывается, где они. Остаётся только ждать.
Когда горло стало драть, а вместо криков вырывалось сиплое рычание, они перестали заниматься ерундой и бросили оставшиеся силы на обследование их тюрьмы. Оказалось, что в их распоряжение порядка десяти метров свободного узкого пространства в человеческий рост и около двух шириной, а потом стены и потолок сходились, трещина в обе стороны сужалась до такой степени, что туда не протиснулся бы даже маленький ребёнок. Может быть, слева или справа и был выход, но двум рослым мужчинам путь туда заказан. Шансы застрять почти стопроцентные, а вот есть ли свет в конце туннеля ─ вопрос вопросов.

Дженсен почувствовал, что если сейчас же не присядет, то свалится; голова кружилась немилосердно и буквально раскалывалась от боли. Штормило так, словно он приговорил бутылку виски в одиночку. Он доковылял до самого широкого места, где валялись их скудные пожитки, и рухнул на колени. Когда к нему присоединился и Джаред, стало очевидно, что он тоже на пределе.
Бухнувшись рядом, Джаред посмотрел на Дженсена, тот ответил ему таким же взглядом: пристальным и в упор. Потом он молча снял шапку с головы Дженсена, выскреб оттуда подтаявший снег, встряхнув её, набрал новую порцию и снова приложил мокрое подобие компресса к шишке. Здоровой рукой Дженсен натянул шапку пониже на лоб, а Джаред тем временем стал ломать очередной кусок от алюминиевой лыжной палки. Всё так же, не произнеся ни слова, растопил несколько порций снега и только когда Дженсен сделал знак, что ему достаточно, утолил жажду сам. Можно было ещё пожевать снег, но Дженсен представил себе процесс и его ещё сильнее затошнило. Не стоило добавлять причины, отчего его вывернет наизнанку. Надо беречь силы.
Он осторожно откинулся на спину и уставился на каменный карниз над ним. Джаред некоторое время смотрел прямо перед собой, потом улёгся рядом, словно невзначай прикасаясь локтем к руке Дженсена.
Так они и лежали, почти не двигаясь, и слушали дыхание друг друга. Время от времени Джаред пихал его локтем и Дженсен раздражённо отзывался, сглатывая непрекращающуюся тошноту:
─ Да не сплю я... отвали.

О том, что наступил вечер, они узнали не только по часам Джареда. Дженсен не любил, когда на запястьях что-то болталось, а собственный мобильник сгинул где-то в лавине. Просто и без них было понятно, что день закончился: в сумрачной пещерке заметно потемнело и стало ещё неуютнее. Он никогда не думал, что темнота может быть такой: плотной и словно осязаемой.
Их ожидала первая ночь в заключении, и не хотелось думать, сколько они здесь проведут ночей, прежде чем...
Дженсен тряхнул головой, отгоняя от себя мрачные мысли. Не стоило думать об этом сейчас. Как назло тошнота, с которой он боролся много часов, подступила к горлу так внезапно, что Джаред, услышав, как зачастило его дыхание, успел среагировать раньше Дженсена. Он быстро перекатил его на бок и поддерживал всё время, пока Эклза скручивали спазмы. Потом он дал ему пожевать снега и растопил ещё порцию воды, чтобы Дженсен прополоскал горло и напился. Чтобы немного прийти в себя, Дженсен кое-как протёр лицо снегом, который наскрёб Джаред. От укола адреналина он отказался, как и от обезболивающего. Запястье дёргало, но боль пока была терпимой, да и повязка наложена вполне прилично, а затуманивать сознание анальгетиками он не хотел.
Единственной пищей, которая была у них, это то, что они выгребли из своих карманов: полный пакет мятных леденцов и два мармеладных батончика без шоколада от Джареда, и его вклад в виде упаковки жевательной резинки и наполовину пустого пакетика фисташек. При этом Дженсен по факту на это «изобилие» смотреть не мог, да и толку-то, всё равно его вывернет, так что он просто отказался брать что-либо в рот, кроме воды и снега. Нечего переводить продукты, которых и так кот наплакал. Джаред тоже не стал ни к чему прикасаться, ну, вроде как за компанию.
─ Глупо, ─ просипел Дженсен, баюкая сломанное запястье на груди.
Джаред посмотрел на него исподлобья и ответил:
─ Я не наказываю себя за то, что случилось. Просто меня тоже тошнит.
Дженсен тут же, не думая, полез здоровой рукой под шапку, стягивающую его влажные волосы, и прошёлся пальцами по затылку, лохматя влажные пряди Джареда. Тот замер на мгновенье, потом резко отпрянул.
─ Нет у меня никакого сотрясения!
─ Что-то мне подсказывает, что даже если есть, ты не из тех, кто пожалуется, пока копыта не откинет. Я сам такой, так что не надо мне заливать.
─ Я не вру.
─ Да мне всё равно. Просто у нас вдвоём шансов на спасение немного больше, чем у одного. Вот и все дела, ─ ответил Дженсен почти весело, и, забывшись на секунду, снова покачал головой.
...На этот раз спазмы были короткими, так как желудок уже был пустой, но болезненными. Тело содрогалось, а вся боль сосредоточилась в двух местах: в пульсирующей шишке на голове и в сломанном запястье. Дженсен словно смотрел на себя со стороны, но в то же время чувствовал, как бережно его поддерживают, помогают устоять на коленях, когда единственное, чего ему хотелось на самом деле ─ это завалиться на бок и уснуть, чтобы прекратилась эта бесконечная карусель, чтобы боль ушла, наконец.
Процедуры умывания и полоскания рта повторилась. Чуть тёплая вода освежила ободранное горло, и желудок немного успокоился. Дженсен надеялся, что это последний раз. Лишь когда он отдышался, осознал, что всё это время Джаред обнимал его, осторожно прижимая к своей груди. Дженсена напрягся, и он сразу же подал голос:
─ Полежи немного. Должно помочь, если не шевелиться. И вот это ─ тоже.
Дженсен приоткрыл один глаз и увидел на раскрытой ладони Падалеки маленькое солнышко. Почему именно это дурацкое сравнение пришло ему в голову, он не знал, наверное, шарахнулся головой сильнее, чем предполагал. Но освежающий леденец в руке Джареда казался именно таким: жёлтым и круглым, и светился вопреки всем законам физики. Хотя свечение больше смахивало на полноценные галлюцинации, против первых двух фактов не поспоришь.
Он перевёл взгляд на Джареда. Тот как-то смущённо улыбнулся и пояснил:
─ Когда мама была беременна сестрой, у нас по всему дому валялись мятные леденцы. Она говорила, что мята ─ это единственная трава, которая успокаивает тошноту. Ну и все производные от неё, включая ментоловые пастилки.
Глаза Джареда светились от какого-то давнего воспоминания, и Дженсену очень бы хотелось узнать, что именно заставило его быть таким счастливым сейчас, но он не удержался от короткого смешка.
─ Чувствую себя твоей беременной женой.
Джаред снова улыбнулся, но что-то неуловимо изменилось, он закрылся. Если бы Дженсену было не так плохо, то он бы попытался выведать, что не так, но трудно думать о болячках других, когда самому хреновее некуда. Несмотря на заминку, Джаред продолжал держать ладонь раскрытой, и Дженсен осторожно подхватил леденец здоровой рукой. В больную голову пришла ещё одна ассоциация: конфета казалась трубкой мира.
Дженсен повертел «мирное послание» между пальцев и сказал:
─ Ладно, предлагаю сделку. Ты тоже должен взять один леденец, иначе не поверю, что сказанное не придумано только что.
─ По-моему, сделка больше похожа на шантаж, ─ ответил Джаред и широко улыбнулся, а Дженсен впервые так близко рассмотрел его детские ямочки на щеках. Его улыбка всегда была заразительной, но раньше она редко касалась глаз. Да, Падалеки улыбался, но улыбка его была улыбкой грустного клоуна, которому на самом деле хочется заплакать. Было странным так думать о молодом успешном мужчине, которому вряд ли перевалило за тридцать. И эти постоянные объятия, которые ему дарили его друзья. Дженсен давно предполагал, что они не похожи на любовные прикосновения. Когда любят ─ это за версту видно. Хотелось бы развить мысль дальше, но Дженсен потерял нить разговора, когда проворные длинные пальцы нырнули в шелестящую упаковку и выудили леденец. А потом Джаред как послушный мальчик закинул его в рот и выгнул бровь в ожидании ответного действия.
─ Дитё великовозрастное, ─ беззлобно проворчал Дженсен, глубоко вздохнул и спрятал пастилку за щекой, мечтая, чтобы сказанное Джаредом оказалось правдой. Он устал от тошноты, а ведь ещё и суток не прошло! ─ Надо мне заняться твоим воспитанием.
─ Звучит жутковато, учитывая, что ты не в курсе, как выглядишь.
─ А как я выгляжу?
─ Как Франкенштейн. Сам знаешь, куда краше кладут.
─ Завидуешь, старик, к тому же страдания украшают мужчину, добавляя ему мужественности.
─ Чему тут завидовать? А дополнительная мужественность мне не нужна, лучше я останусь самим собой.
─ Ты в детстве, наверное, был настоящей занозой в заднице. И как только тебя родители терпели? Я бы порол тебя каждый день.
Джаред дёрнулся и глубоко втянул воздух носом; было ощущение, что он задыхается. Дженсену показалось, что таким образом Падалеки старается замаскировать тихий стон. Он тут же спросил:
─ Что с тобой?
─ Ногу неудачно передвинул, ─ глухо ответил Падалеки, прижав подбородок к груди, словно ему одновременно и больно, и холодно. Длинная растрёпанная чёлка прикрыла глаза, не давая рассмотреть их выражение и понять, что к чему. Дженсену могло показаться, что Джаред дрожал, но даже если и так, что он мог сделать? Что происходит с Падалеки, он не знал, значит, и помочь был не в силах. И дров не было, а огня из зажигалки не хватит, чтобы согреться, если дело не в переживаниях, а в элементарном ознобе.
─ Можно сделать укол... ─ предложил Дженсен.
─ Ничего, уже прошло, ─ тут же перебил Джаред и посмотрел на него совершенно больными глазами. Дженсен едва не поперхнулся. Так, вечер вопросов и ответов на сегодня закончился. Они оба выбились из сил и морально, и физически.
─ Тогда давай отдохнём. Спать мне нельзя, ты из принципа спать не будешь, это я уже понял, так что просто полежим.
Джаред ничего не ответил, только благодарно улыбнулся. Дженсен сделал отметку для себя: про родителей лучше не надо заикаться. Захочет ─ расскажет сам. Это на поверхности, при свете дня ему казалось, что важно узнать причину дебильного поведения главаря отряда Сатаны, а здесь, во власти стихии, они просто два идиота, оказавшиеся не в том месте и не в то время.
К слову сказать, Джаред совсем непохож на эгоиста, он не брезговал помогать, когда его вырвало, не боялся испачкаться. Как мог, заботился о Дженсене, ни разу не огрызнулся, это о многом говорило. Больше всего было похоже, что он просто обычный человек со своей сложной судьбой. Как и Дженсен, и если уж на то пошло, всё человечество. И чтобы немного подбодрить своего невольного соратника по несчастью, Дженсен сказал:
─ Кстати, леденец действительно помог. Спасибо. ─ Он хотел добавить, что его мама была права, но передумал.
─ Я рад, ─ отозвался Джаред, не поворачивая головы. ─ Только, пожалуйста, не засыпай.
─ Ладно, я буду петь песни, пока не охрипну окончательно, потом твоя очередь меня развлекать.
─ Договорились.
Спустя некоторое время Дженсен поймал себя на мысли, что это дико, слушать свой охрипший голос, который тихим эхом отскакивал от стен их склепа. Он хорохорился, но на самом деле всё было хуже некуда для них обоих, и тогда его голос начинал непроизвольно дрожать. Но Джаред время от времени касался его здоровой руки, словно доказывая, что Дженсен здесь не один, а потом, словно забывшись, вообще переплёл их пальцы, да так их и оставил. Дженсен не стал возражать. От Падалеки веяло не просто теплом, а настоящим жаром, как от батареи, и рука его была горячей. Ему, мерзляку, над которым по этому поводу разве что ленивый не издевался, было с чем сравнить. Его-то клешня была настоящей ледышкой.

Полночи они менялись ролями. Когда голос Дженсена совсем садился, говорить начинал Джаред. Он не умел петь, о чём сразу предупредил, и не знал стихов, ну если только это не слова песни какой-нибудь рок-группы. Он просто рассказывал о себе, своей работе, друзьях. Они действительно хорошие друзья, понял Дженсен, когда почувствовал, с какой любовью Падалеки рассказывает о каждом.
Оказывается они на самом деле любители адреналина. Экстремальные виды отдыха для них как наркотик. Например, хрупкая Саша имела разряд по прыжкам с парашютом. Они все уже давно прыгают, но она это дело любит сильнее всего. Последние четыре года выступает в составе сборной парашютистов, которым оказана честь спланировать над Вашингтоном в День Независимости. Тэйлор обожает автомобильные гонки. Да-да, вот эта яркая красавица как раз и является настоящей королевой скорости. Адриана ─ мастер по кикбоксингу и предпочитает сноуборд лыжам.
Ну, с парнями всё более-менее ясно. Том и Мэт, если бы могли, то и спали бы, не снимая лыж. И чтобы рядом ещё валялись коньки и сноуборды, а в гараже ─ снегоходы. Общими были ещё и подводное плавание, парусный спорт, конные прогулки и тому подобное. И ещё ─ собаки. Они все обожали собак! Джаред, правда, не сказал о себе ровно ничего, и что любит больше всего ─ тоже, но по тому, с каким азартом он рассказывал о горных лыжах, гонках на собачьих упряжках и о собаках вообще, Дженсен догадался обо всем сам. В конце концов, он своими глазами видел, как катался Падалеки. И не просто так они провели в питомнике два дня. Это ему поведал Роб, который узнал в свою очередь от приятеля, работавшего там. Вроде как они все подобрали себе кутёнков. Дженсен и сам частенько наведывался в питомник, когда приезжал с инспекцией в Баттермилк. Ему очень нравились белоснежные хаски. А так как дом теперь у него имеется, можно подумать и о четвероногом друге.
Хотя, какой теперь к чёрту дом? Он не телепат, не мог никому послать сигнал о помощи. Пока будут разбираться с тем, что стихия натворила в долине, помощь к ним может прийти слишком поздно...

Слушая Джареда, становилось понятно, почему они все так неплохо разбирались в медицине. Ещё бы не знать, как оказывается первая помощь, учитывая их многочисленные травмоопасные увлечения. Единственное, что настораживало Дженсена, когда он слушал Падалеки ─ это вопрос: почему тогда они так рисковали, игнорируя запреты, таблички, людей, которые просто выполняли свою работу? Загадка. Им бы увлечься альпинизмом, учитывая их адреналиновые игрища. Уж в горах-то этого самого адреналина выше крыши. Знай себе, нагребай лопатой. Может быть, тогда и к лавинам бы испытывали больше уважения, если уж на предупреждения аллергия. Они же взрослые люди и регулярно отдыхают в горах зимой, на заснеженных склонах. Так почему же они игнорируют такое страшное стихийное бедствие как лавина? Ведь в 90 процентах случаев из ста в сходе лавины и последующей гибели виноваты сами люди. Полезли туда, где стоит запрет на катания. Дженсен решил, что лоб себе расшибёт, но вытрясет из Падалеки ответ на этот вопрос. Должна же быть причина, иначе быть не может.
...Его голос не был монотонным, но и не слишком громким, учитывая, что Джаред его тоже здорово посадил криком о помощи, поэтому, эти тихие приятные для слуха колебания всё-таки смогли убаюкать не только Дженсена, но и самого рассказчика.

Изображение

Дженсен проснулся как от толчка и долгое время не мог понять: где он и что случилось. Ему было очень удобно и тепло и глаза открывать не хотелось. Когда память вернулась, он глухо застонал и вдруг понял, что носом упирается в чью-то шею. Хотя, что значит чью? С вчера у них гостей не прибавилось, но Дженсен точно помнил, что не давал никаких разрешений на объятия накануне. Тогда как он оказался на Падалеки? И кто разрешил ему обнимать Дженсена руками и ногами?
Он упёрся здоровой рукой об пол и немного приподнялся. Джаред тут же шумно вздохнул и приоткрыл заспанные глаза. Дженсен почувствовал, как его руки соскальзывают со спины, и сразу стало холодно, словно убрали обогреватель. Они вглядывались друг в друга, потом Джаред слегка улыбнулся:
─ С добрым утром, солнышко.
Дженсен осторожно перекатился с груди Падалеки, стараясь при этом себя не расплескать. Голова гудела, запястье дёргало короткими вспышками боли, едва он напрягал мышцы, но вроде не тошнило, так что хотелось удлинить этот период, пока ему было относительно хорошо.
─ Я думал - это кошмар, ─ отозвался Дженсен спустя минуту. ─ Может, объяснишь, как я оказался на тебе, и кто расстегнул мою куртку и рубашку?
─ Ну, кто ещё? Ты любитель задавать риторические вопросы. Просто я озаботился сохранением своих избитых конечностей. Тебя так трясло, что легче было согреть, чем постоянно отодвигаться.
─ Да? ─ Дженсен по-настоящему удивился, он не помнил этого. Может, сознание терял? С его-то сотрясением это в порядке вещей.
─ Да. Читал как-то, что лучше всего отогревает обнажённое тело, ну и обнажил нас насколько смог, чтобы ты утром не подумал чего лишнего. ─ У Джареда тоже была расстёгнута куртка, под которой была только тонкая толстовка.

Пока Джаред говорил, Дженсен неловко застегнулся. Хорошо хоть не правая рука, иначе было бы проблематично... совсем.
─ Ну, тогда… спасибо, что ли.
─ Не за что. Я всегда был как печка, с меня не убудет.
После этого они как-то синхронно встали и разошлись в разные стороны для утреннего туалета. Кто бы мог подумать, что Дженсен мысленно поблагодарит Роба, который комплектовал аптечки, за наличие дезинфицирующих салфеток? Хотя тут же горько усмехнулся, как надолго им их хватит?
Снимать штаны оказалось труднейшей, почти невыполнимой задачей, и он тихо матерился, забившись в самую узкую часть «своего» уголка. Трещина, в которую они свалились, напоминала вогнутую линзу, что не могло не радовать в данной ситуации, которая и так была не слишком весёлой, не хотелось добавлять ещё большего конфуза. Дженсен пару раз реально испугался, что не справится сам, и придётся звать Джареда, но едва подумал об этом, как молния, наконец, застегнулась, болт скользнул в петлю. Ну, а молнию на куртке можно попросить застегнуть, в этом нет ничего неприличного.
─ Джаред? ─ позвал Дженсен, не решаясь выйти.
─ Да, ─ просто отозвался Джаред, и Дженсен тихонько, придерживаясь за стеночку, побрёл к их бивуаку.

Пока Дженсен был занят, Падалеки успел себя заново перебинтовать, сделав повязку потуже. Он заметил, что новый бинт тот брать не стал, повторно используя вчерашний. Ну, вообще-то да, нужно экономить. По идее, кроме ссадин на открытых участках тела и гематом под одеждой, отрытых ран не было у обоих, чертовски повезло, если учесть альтернативные варианты и если не считать небольшой ранки на голове Дженсена в месте, которым он ударился о камни. Перелом запястья закрытый, так что здесь тоже проблем с заражением быть не должно. Кроме перевязки, Джаред умудрился где-то сорвать две кристально прозрачные сосульки и наскрёб чистого снега, который сейчас осторожно растапливал зажигалкой.
Пока Дженсен протирал лицо снегом, симулируя обычное умывание, Джаред сидел рядом и ждал его с порцией воды. По очереди утолив жажду, он протянул Дженсену сосульку, и тот тихо хохотнул:
─ Старик, Фрейд бы сдох от зависти, если бы увидел нас сейчас.
─ Будем считать, что нам и здесь повезло. Не тошнит?
─ Терпимо, ─ коротко ответил Дженсен, стараясь не морщиться.
─ Надо что-то съесть, хотя бы немного. Пара орешков, они солёные, не должно от них стать хуже.
─ Зато желудок спасибо за эти крохи не скажет.
─ Значит, будем грызть лёд и чаще пить. Вот тут, в небольшом разломе, дофига сосулек. Там наверно родник, или что-то в этом роде, потому что вчера некоторые из них были совсем маленькими, а сегодня подросли. Я случайно их заметил.
─ Ну, клёво. Давно мечтал похудеть на десяток кило. Только давай договоримся: ни слова о еде, и о том, какой огромный кусок стейка ты бы сейчас умял, лады?
─ Не вопрос.
Джаред высыпал на ладонь Дженсена пять очищенных орешков, и разговор затих сам собой. Некоторое время они слушали только то, как лёд и орехи хрустят на зубах друг друга. Приятная прохлада падала в пустой желудок, и действительно было какое-то подобие насыщения. Может быть, фисташки поспособствовали, может, лёд, который желудок принимал за пищу или что другое, но стало лучше.

Потом они снова пытались выбраться, вместо криков колотили камнями по стенам, создавая шум и вибрацию. Дженсена надолго не хватило, уже спустя пару часов он просто свалился и испугал Джареда. Это не был обморок, он всё слышал и чувствовал, только вот тело стало как резиновое, и совершенно его не слушалось. Вернулась тошнота, головокружение, и Джаред без разговоров подхватил его на руки и перенёс в центр пещеры. Уложил Дженсена на своей куртке и лёг сам, прижимая его к груди. Наверное, он отрубился на пару часов, потому что когда проснулся, Джаред всё также обнимал его, согревая своим телом, и тихонько мурлыкал себе что-то под нос.
─ Который час? ─ хрипло спросил Дженсен.
─ Три дня. Обед ты проспал.
─ Не хочу ничего, холодно… тошнит…
─ Тогда вода и без капризов, Дженсен.
Позже Джаред заметил, как он притянул сломанную руку к груди и, наверно, побледнел, потому что Падалеки без слов вытащил таблетку обезболивающего, растолок её между маленькими плоскими камешками до состояния порошка и залил его растопленной водой.
─ Полезет обратно, ─ попытался протестовать Дженсен, наблюдая, как Джаред мизинцем помешивал бурду в почерневшем куске алюминия.
─ Пусть. А может, пронесёт. Глупо экономить на лекарствах сейчас, их и так мало, и подвергать организм дополнительному стрессу. Если станет хуже, в ход пойдёт и адреналин, и обезболивающее, не спорь.
Спорить не хотелось. Хотелось, чтобы их нашли и всё закончилось. Поэтому он просто выпил горькое лекарство, как мазохист задержав его во рту, надеясь, что препарат всосётся в слизистую раньше, чем попросится назад. Потом в его руках оказалась очередная сосулька. А Джаред занялся изучением разбитого маячка. Наблюдать за его ловкими пальцами было очень интересно, и Дженсен развлекался этим, пока Падалеки увлечённо разбирал сломанный прибор. Но сосулька закончилась, и Джаред разобрал всё, что можно было разобрать и открутить голыми руками. Его вердикт был однозначным:
─ Абсолютно мёртвый прибор. Непрактичная штука. У нас другие, австрийская фирма, там, даже если всё всмятку, сигнал подаёт сразу несколько крошечных плат, чтобы вывести её из строя, надо по нему долго топтаться, но вчера мы совсем о них не думали, как и о мобильниках.
Дженсен только кивнул. Он даже не испытывал сожаления или досады. После потери собственного телефона он ничем не лучше Джареда, хотя обстоятельства, приведшие к тому, что оба сейчас оказались без каких-либо средств связи, изначально у них различались. Упрекать и каяться поздно.
─ А где твой мобильник?
─ Лавина слизнула, ─ устало ответил Дженсен. ─ Я как раз за тобой шёл, увидел Адриану, и тут началось. Спасибо ели, спасла обоих.
Джаред этого ещё не знал, поэтому тревожно переспросил:
─ Адриана в порядке?
─ Да, я успел позвонить до схода, сказал координаты. За неё не волнуйся.
─ Это хорошо. Она так не хотела оставлять меня одного, что не заметила камня. Не поверишь, ведь она впервые в жизни ногу сломала.
─ Почему?
─ Что почему?
─ Почему одного оставлять не хотела?
Джаред замер, потом мотнул головой и замолчал. Дженсен некоторое время изучал его профиль, упрямо поджатые губы и отступил пока.
Где-то сбоку тишину нарушала капель. Пещера напоминала склеп. Головная боль притупилась, значит, лекарство начало действовать, что не могло не радовать. Дженсен был непротив хоть немного отдохнуть от боли.

Изображение

Джаред тем временем захромал к облюбованному месту, где они уже бессчетное количество раз пытались подняться наверх. Он изучал выступы руками, оглаживая породу, и примерялся, куда поставить руку и ногу, чтобы начать подъём. Даже со своего места Дженсен видел, как он побледнел, когда перенёс вес на вывихнутую конечность. Всё, что ему удалось, это оторваться от земли метра на два. Потом больная рука соскользнула с обледеневшей стены, и Джаред упал у её подножия в снег. Дженсен поморщился, баюкая свою руку, и смотрел, как Падалеки тяжело дышит. Спустя несколько минут, он встал и снова ухватился за выступ. И снова упал. Снова и снова, и снова и ещё раз, до тех пор, пока не смог больше наступать на больную ногу.
Наконец Дженсен не выдержал.
─ Джаред, хватит. Если ты сломаешь ногу, лучше не будет.
Джаред ничего не ответил, загрёб рукой по снегу вокруг, набрал полную горсть и запихнул её в рот, попутно протирая остатками разгорячённое лицо. Он долго отдыхал, а потом доковылял до Эклза и рухнул рядом, совершенно обессиленный.
─ Не верю, что мы здесь второй день, кажется, что уже как минимум месяц.
─ Спасибо, ─ вдруг сказал Дженсен, когда дыхание Джареда успокоилось. Он недоумённо посмотрел на него.
Эклз пояснил:
─ За то, что не сдаёшься и пробуешь.
─ Но это не даёт результатов и не решает наших проблем.
─ Всё равно. Главное, что ты делаешь это.
Некоторое время Джаред внимательно смотрел на Дженсена и вдруг спросил:
─ Почему ты меня поцеловал?
─ А зачем ты мне подмигнул? ─ тут же отозвался Эклз.
Падалеки вглядывался в его лицо, пытаясь охватить его целиком, глаза метались между губами и линией роста волос, иногда замирая на щеках или носу, словно пересчитывал там проклятые веснушки. Он снова выглядел так, словно ждал от Дженсена какого-то действия или слов, или поддержки, но так и не дождался желаемого, и теперь колебался, не зная, рассказать или нет свой большой секрет.
А потом он как-то расслабился, словно ему стало всё равно. Что стало тому причиной, Дженсен терялся в догадках, либо от отчаяния, либо от отрицания случившегося, хотя здесь точно нельзя было говорить о страхе. Если Падалеки и трясся от ужаса, то внешне это никак не выражалось. Да, он иногда зависал, становился задумчивым, уклонялся или вообще не отвечал на некоторые вопросы, но он точно не был трусом. Что и доказал следующими словами:
─ К чёрту всё! Мы можем тут сдохнуть, так какого дьявола... Ты мне понравился, сразу. Я тебя случайно в городе увидел ещё накануне нашей встречи, ты шёл с другом и нёс дорожную сумку. Он что-то тебе рассказывал, а ты громко смеялся. Так заразительно и искренне. Я давно... ─ тут Джаред осёкся и замолчал, потом вдруг неожиданно улыбнулся, вспоминая что-то. ─ У тебя лучший смех в мире! Он напомнил мне...
Джаред снова запнулся и замолчал. Дженсен долго ждал ответа, но Падалеки замер, низко наклонив голову и уставившись на свои ботинки. И когда молчание уже стало невыносимым, он вдруг встрепенулся всем телом, как собака, отряхивающаяся от воды, и договорил:
─ А потом я увидел тебя на следующий день у кафе. Ты вытаскивал из кармана шапку и что-то уронил в снег, не заметив этого.
Дженсен тихонько засмеялся, заставив и Джареда улыбнуться так, что на его щеках появились очаровательные ямочки.
─ Так вот где я посеял этот чёртов тюбик. Ты его и подобрал, верно?
─ Да. Пожалуй, ничему я так сильно раньше в жизни не изумлялся, как этому факту, и постоянно спрашивал себя: зачем человеку смазка, если он идёт кататься на лыжах? И потом, у фуникулёра, хотел его вернуть и, может быть, завязать знакомство, если получится, но ты успел заскочить в служебный вагончик, обломав мне все планы.
─ Надо же. Именно поэтому ты подмигивал мне?
─ Прости, не смог удержаться, ты был такой забавный. Хотя, ты так смотрел на меня, словно... не знаю, как на своего кровного врага. Я даже пытался вспомнить, может быть, мы когда-то встречались и повздорили. Но я не жалуюсь на память, если бы я однажды тебя увидел, не забыл бы. ─ Джаред остановился и тяжело сглотнул, словно у него горло пересохло. ─ Всё-таки скажи, зачем ты полез целоваться?
─ Это был спор, я же тебе говорил, ─ отозвался Дженсен с досадой на самого себя и свои принципы. Мама всегда говорила, что он сильно предвзят к окружающим и обиды не прощал, перенося их с обидчика на людей, которые его напоминали. Она всегда убеждала его, что нельзя ставить крест на людях только поэтому. Но мама не знала, почему Дженсен себя так вёл, об этом никто не знал. Дженсен бы лучше отрезал себе язык, чем рассказал кому-нибудь о своей ошибке молодости. Однако мама оказалась права, если бы не эта трагедия, у Джареда не было никаких шансов подружиться с ним. Всё закончилось бы, так и не начавшись. А Падалеки так и остался для него богатым избалованным мальчиком с ролексом, если бы не судьба, которая так над ними подшутила.
Пауза затянулась, и Дженсен приподнял бровь.
─ Я слышал, только я немного о другом спрашиваю, ─ тут же пояснил Джаред. ─ Если бы на моём месте был другой мужчина, ты бы к нему тоже присосался на спор?

...Чёрт, а ведь Падалеки прав. Было в нем что-то такое, отчего хотелось высоко подпрыгнуть над толпой и привлечь внимание к своей персоне именно Джареда. Иначе бы он просто послал Коллинза с его предложениями. Это было какое-то наваждение, древний инстинкт узнавания своей «пары», хотя Дженсен противился ему всеми фибрами своей души. Очевидный достаток Падалеки был для него, пожалуй, главным предлогом, чтобы держаться на расстоянии, не влюбиться, устоять. Но чем сильнее он противился, чем больше факторов их сближало. И это пугало до жути. Он не узнавал себя в том противоречивом человеке, которым стал с первого мгновения, как увидел Джареда.

Вопрос Падалеки повис в воздухе. Он ждал ответа, а Дженсен всё витал в облаках, морщась от головной боли. Если уж Джаред нашёл в себе силы задать подобный вопрос, причём уже дважды, то Дженсен обязан ответить на него честно, потому что фраза «Ты мне понравился» ко многому обязывала, хотя он ещё был морально не готов к аналогичному признанию со своей стороны. Потому что чувства, которые он испытывал к Джареду, намного глубже, чем тривиальное нравится/не нравится. Поэтому Дженсен ответил так полно, как смог на данный момент времени:
─ Скажем так, мои друзья и несчастный персонал Аспена столько всего и в красках рассказывали о ваших ежегодных каникулах здесь, случившихся за пять лет, что я тебя заочно возненавидел.
Джаред удивлённо приподнял брови, а потом понимающе усмехнулся.
─ Тебя я увидел впервые.
─ Судьба меня хранила до поры.
─ Так нечестно. О тебе мне никто не рассказывал: ни плохого, ни хорошего. Значит, у меня изначально ни каких шансов не было с тобой познакомиться поближе?
─ Не думаю, что ты многое потерял. Я ужасный зануда и нытик, а ещё паникёр и бюрократ, как говорит Морган, в общем, тот ещё подарочек.
─ Не думал, что скажу это, но я чертовски рад, что мы здесь оказались. Я выиграл джек-пот, один шанс из миллиона, что тебе придётся со мной довольно тесно общаться, учитывая, где мы находимся.
Дженсен не удержался и громко расхохотался, несмотря на кружащийся вокруг него мир и головную боль. Его веселый смех отскакивал от стен пещеры и возвращался к ним в виде короткого эха. Джаред не мог остаться в стороне, засмеялся тоже.
─ Всё-таки в одном Майкл был прав: ты настоящий и абсолютно неизлечимый псих! ─ выдавил Дженсен между приступами хохота.
После они прилегли отдохнуть, измученные признаниями и смехом, и неожиданно вырубились до следующего дня.

Изображение

Дженсен закономерно проснулся распластанным на горячем теле Джареда, тоже привычно обнимающего его руками и ногами. Едва он оторвал тяжёлую голову от груди Падалеки, как раздался его хриплый ото сна голос:
─ Признайся, что ты неравнодушен ко мне. Твоё тело в подсознании постоянно выбирает меня.
─ Я бы не очень доверял моему подсознанию. Оно и для меня загадка.
После утреннего туалета и привычной уже помощи друг другу, они, не сговариваясь, направились к месту, которое предполагало больше всего возможностей для манёвров выбраться отсюда.
Они провели там несколько часов. Но Дженсен вдруг почувствовал, что больше не может стоять на ногах, сегодня они оба вялые, хотя и спали почти двенадцать часов. Организм истощался, не получая полноценной пищи, несмотря на воду, которой здесь было в достатке. И их усилия были напрасны, несмотря на упорство. Руки опускались сами собой. Он не хотел себе признаться, но если бы не Джаред, который раз за разом пробовал что-то новое, пусть и бредовое большей частью, Дженсен уже давно бы бросил все попытки выбраться. Но и Джаред не мог быть вечным двигателем. Его движения тоже стали заторможенными, и он подозрительно быстро согласился с предложением Дженсена, что на сегодня хватит.

Весь день они лежали рядом, лениво переговариваясь друг с другом, надолго замолкая. Сил петь у Дженсена уже не было, и Джаред устал болтать, кто бы мог подумать, что такое когда-нибудь случится.
Но даже когда они молчали, миллионы ниточек соединяли их: шум дыхания, тепло тела.
В минуты такого затишья, Дженсен размышлял о пяти стадиях принятия горя, о которых слышал, и не находил ни в своём поведении, ни в поведении Джареда этих признаков. По идее, в первый же день они должны были отрицать случившееся с ними, вопить на пару «Почему это случилось именно со мной?!» и буквально бегать по потолку. Однако ничего подобного не было. Они помогали друг другу, обследовали место своего заточения, и даже удостоверившись, что ловушка их не выпустит отсюда без посторонней помощи, они не упали духом. Вполне возможно, что должно пройти больше, чем три дня, для того, чтобы заработали эти факторы, но у них не было столько времени. Они оба ничего не отрицали, а принимали случившееся с ними. Ни гнева, ни торга друг с другом, кому должны достаться все лекарства и вся скудная еда, собранная из их карманов.
Однако то, что сейчас их поразило, очень напоминало депрессию.
─ Какое сегодня число? ─ вдруг спросил Дженсен, поворачиваясь к Джареду. Тот лежал на спине с закрытыми глазами, но, судя по дыханию, не спал. Интересно, о чём он думал?
Джаред поднял запястье к лицу, на котором тут же заскользили золотые блики, и прищурился, хотя Дженсен был уверен, что циферблат имеет подсветку.
─ Тринадцатое.
─ Тогда понятно, почему у меня упадок сил, никогда не любил это число. А ты?
Джаред долго молчал, уронив руку на грудь. Дженсен видел, как подрагивают длинные пальцы. Казалось, он не хотел отвечать. Но Эклз всё-таки услышал ответ:
─ У меня нет предрассудков перед магией цифр, но я принимаю факт, что иногда действительно случаются вещи, которые никак больше не объяснить.
─ А у тебя есть такое число?
Джаред так резко повернул голову, что Дженсен отпрянул от пронзившего его взгляда. Он не на шутку испугался, пожалуй, впервые с того момента как оказался с Джаредом здесь. В конце концов, что он знал о Падалеки кроме обобщённых сплетен о нём и его богатстве? Абсолютно ничего! А если он на самом деле псих? Или убийца? В маньяков на лыжах и с ролексом ему не очень верилось, но была же причина, почему его друзья не оставляли Джареда ни на миг? Эти показательные объятия и поцелуи на людях, словно они таким экстравагантным образом впитывали в себя какие-то эмоции Падалеки, не давая им вырваться наружу, отвлекали собой и своими прикосновениями от чего-то страшного. Что это было? Эх, жаль, что в тот раз Дженсен так и не просмотрел странички в интернете. Может быть, сейчас бы не задавал глупых вопросов. Потому что надо быть дебилом, чтобы не заметить, что Падалеки как мина замедленного действия, и есть темы, которых лучше не касаться в разговоре с ним. Только вот Дженсен понятия не имел, что лучше обойти стороной.
Но потом Дженсен мысленно выругался. Если бы Падалеки был опасен, он давно бы уже разобрался с Дженсеном, у него было дофига шансов задушить лишний «рот» пока тот валялся без сознания, а не перевязывать Дженсена, не согревать его своим телом, не поддерживать, когда того рвало. Однако взгляд Джареда всё равно его пугал. Зрачки вдруг расширились, и в сумраке пещеры, к которому они оба уже привыкли, его глаза казались просто чёрными, словно и белков в них никогда не существовало.
И всё равно, Дженсен удивился, что Джаред ответил. Тот моргнул, на миг прикрывая глаза веками и притушив эмоции, которые испугали Эклза.
─ Есть. Завтра.
Мозги Дженсена как-то долго реагировали, прибавляя к тринадцатому числу один день, и, наверно, поэтому он глупейшим образом переспросил:
─ Четырнадцатое февраля? День всех влюблённых?
Джаред улыбнулся так, что Дженсен решил для себя ─ он больше никогда, никогда-никогда не хочет видеть эту улыбку снова на лице Падалеки.
─ Да. Мой кровавый Валентин.
Каким образом Дженсену удалось удержать за зубами вопрос «почему?», остался загадкой. Что такого страшного могло случиться в этот замечательный день? У Дженсена всплывали только приятные воспоминания, связанные с данным праздником.
Они смотрели друг другу в глаза и молчали. Джаред явно чего-то ждал, а Дженсен не знал, стоит ли вообще открывать рот.
─ Ну, давай, спрашивай. У тебя на лбу вопрос написан, просто озвучь. Я же вижу, как тебе этого хочется.
─ Хочется, не скрою. Но я не уверен, что надо это делать.
─ А вдруг я маньяк и завтра с помощью ритуального убийства принесу тебя в жертву?
Дженсен гордился собой, что не вздрогнул, но было не очень приятно знать, что Падалеки может быть таким проницательным. И высказанные предположения вслух звучали просто по-идиотски. Джаред ─ маньяк? Да ладно!
─ Фантастические романы бы тебе писать, Джаред, успех бы был феноменальный. Ты не маньяк, ты настоящий псих, как я и говорил раньше.
─ А есть разница?
─ Существенная.
─ Ты ничего обо мне не знаешь.
─ Верно. Но я не верю, что пятеро твоих друзей так в тебе ошибаются. Хотя вся ваша команда ─ больные на голову люди.
Джаред смутился, словно сейчас Дженсен сделал ему самый потрясающий комплимент в его жизни.
─ Выходит, я не зря тобой заболел.
Дженсен не удержался, прыснул и, повернувшись на бок к Падалеки, уткнулся лбом в его плечо.
─ Откуда ты такой взялся на мою голову, а?!
Джаред улыбнулся, обхватил его за плечи и притянул к себе. Его лицо уткнулось в шапку, и Дженсен почувствовал, как шевельнулись губы:
─ Ты мне приснился.
─ Псих, ─ пропел Дженсен хриплым голосом и замер с идиотской улыбкой на лице в успокаивающих и согревающих объятиях.

Изображение

Всё-таки кое в чём психиатры были правы: гнев подкрался незаметно, и именно в день святого Валентина.
Ничто не предвещало скандала. Они проснулись как обычно, в объятиях друг друга; по идее они и провели так половину вечера и всю ночь. Дженсен почти не мог согреться, когда оставался один, так что были отброшены последние условности.
Всё утро Дженсен думал, как лучше всего провести этот день. Ему хотелось перекрыть воспоминания Джареда чем-то хорошим, чтобы на время, что им осталось, если помощь всё-таки придёт поздно, у него были только хорошие воспоминания о дне влюблённых.
Однако это казалось почти невыполнимой задачей. С утра Дженсен едва смог встать и умыться. После чего его снова вырвало желчью и вообще стало хуже, чем было в первый день. Они немного поцапались, когда Джаред без предупреждения порылся в аптечке и сделал ему укол адреналина. Но злиться на него Дженсен не мог. Глаза Джареда запали, тёмные круги как-то резко проявились на загорелой коже и сейчас в полумраке выделялись чёрными пятнами. Ввалившиеся щёки резко обозначили скулы. Он не спрашивал, как там поживает его лодыжка, но и без вопросов было видно, что лучше не становится. Джаред хромал всё сильнее.

Впервые с момента заключения, Дженсен оказался на грани того, чтобы разреветься как девчонке. Ему было жалко себя, Джареда и того, что, едва они нашли друг друга - уже теряют, и дальше для них ничего нет, кроме как наблюдать агонию друг друга и молиться, чтобы она не была долгой, или умереть первым.
...Полюбил ли он Джареда за эти дни? Он не мог ответить на этот вопрос. Но ему было больно вдвойне оттого, что больно Джареду, ведь ко всему прочему, сегодня тот переживал ещё и свою собственную трагедию. И Дженсен ничем не мог ему помочь, кроме как просто быть рядом.
Может поэтому, когда им послышалось, как наверху что-то зашуршало, потом обрушился и посыпался снег, они как безумные бросились к месту, откуда пытались подняться наверх в последние дни, и орали до тех пор, пока не сорвали голос окончательно, пока не содрали кожу на пальцах о камни и лёд, пока пытались подсадить друг друга, не отвлекаясь на ушибы, вывихи и переломы. А когда они выбились из сил, наступила разрядка.
Дженсен не смог потом вспомнить, из-за чего именно они набросились друг на друга, как дикие звери, слово или какое-то действие послужило спусковым крючком, но было ощущение, что они как сорванные лавины несутся навстречу, сметая на своём пути всё, что было между ними до этого момента. Почему орали в лицо друг друга обвинения в том, из-за кого они здесь оказались. И как они ненавидят друг друга, до жути, до желания причинить боль…
...Кажется, они успели обменяться ударами, прежде чем опомнились. Потому что когда пелена ярости спала с их глаз, из уголка губ Джареда тянулась вниз к подбородку тоненькая струйка крови, а Дженсен ощущал, как у него саднит щека, место ответного удара, когда он отвёл голову и чёртов ролекс задел кожу корпусом.
Они замерли и потрясённо разглядывали творения своих рук, изучая лица друг друга.
Джаред с ужасом в глазах отстранился первым, его губы шевелились, словно он хотел что-то сказать, но так и не выдавил из себя ни слова. Дженсен был уверен, что выглядит также.


Последний раз редактировалось Медиумы 22 май 2011, 21:57, всего редактировалось 3 раз(а).

06 май 2011, 20:07
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 апр 2011, 15:45
Сообщения: 129
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Весь день до вечера они провели в молчании, избегая друг друга и стараясь даже не смотреть в сторону оппонента. Они сами себя подлечили, как смогли, пыхтя при этом и тихо матерясь. У Дженсена снова разболелась голова, на руку он даже не смотрел, кажется, там снова всё сдвинулось, и он не был уверен, что вытерпит новую перевязку.
...Джаред не выдержал первым.
Он вдруг стремительно встал из своего закутка, в который забился как раненый зверь, и, в два шага преодолев расстояние, разделявшее их, рухнул на колени рядом с Дженсеном. Тот ожидал сокрушительных объятий и желал их, несмотря на помятое в драке тело, но Джаред обнял его как хрустальную вазу: осторожно и нежно. Зарылся носом в его шею и прошептал сорванным голосом:
─ Прости меня, прости, я не хотел... у меня больше никого нет, кроме тебя... никого.
─ И ты меня прости, я не должен был на тебя орать и поднимать руку.

Кто первым потянулся за поцелуем - тоже не важно, потому что их губы встретились. Они пили дыхание друг друга, пока вкус крови из лопнувшей ранки на губах Джареда не сработал как спусковой крючок. Следующий поцелуй ничего общего со скромностью не имел, потому что ей там было не место. И вообще, там, где господствует Страсть, Скромности лучше заткнуться. Здоровой рукой Дженсен обвивал шею Джареда, притягивая его к себе изо всех сил и жалея, что не может так же просто забраться под кожу Джареда, слиться с ним так, чтобы даже лезвию бритвы между ними не нашлось места. Тот же держал двумя руками его лицо, и, если они не занимались сейчас любовью, трахая друг друга языком, губами, зубами, то Дженсен не знал, какими словами описать то, что сейчас между ними происходило. По очереди перехватывая инициативу, они брали на себя роль то ведущего, то ведомого, словно заранее знали, когда уступить, а когда заявить права, всё знали друг о друге непонятно откуда. Идеально. Горячо. Невыносимо прекрасно.

Когда они разлепились, жадно вдыхая холодный воздух пещеры, сверху посыпался снег, словно сама природа решила повенчать их навсегда.
Дженсен стянул мокрую шапку с головы Джареда и сделал то, о чём давно мечтал, запустил свою ладонь в его волосы, пропуская между пальцами длинные слегка завивающиеся у шеи пряди и наслаждаясь их скольжением. Он даже глаза закрыл, чтобы прочувствовать острее, сильнее, а когда ощутил, как губы Джареда коснулись кончика его холодного носа, прошептал:
─ С днём святого Валентина.
─ Не думал, что когда-нибудь скажу это, но... спасибо.
─ Мне нечего тебе подарить, кроме своего сердца, ─ пошутил Дженсен, и Джаред фыркнул от смеха ему в щёку, которую сейчас осторожно зализывал языком ─ место, пораненное часами. ─ Если хочешь, оно твоё.
─ Не вздумай его забрать, Дженсен, потому что я беру этот ценный дар в придачу к твоему мерзкому характеру.
─ Забирай всё.
─ Тогда это надо отпраздновать! ─ просипел Джаред и закашлялся, сорванный голос давал о себе знать. ─ Устроим пир. У нас есть два мармеладных батончика и орешки. Пища богов!
─ А ещё сосульки, ─ со значением протянул Дженсен, и оба зашлись почти безмолвным хохотом.
─ Верно, и как я про них забыл?!

Пир подразумевал, что гости должны быть при параде. У них мало было вариантов принарядиться, поэтому первым делом они привели себя в человеческий вид, заново умывшись и продезинфицировав ранки. Сломанную руку Дженсена Джаред снова привёл в порядок и накрутил на неё новый бинт. Такая же белоснежная повязка красовалась на распухшей лодыжке Джареда.
Затем он настоял принять по одной таблетке обезболивающего, так как Дженсен наотрез отказался пить лекарства в одиночку, всё ещё добродушно ворча на него за утренний укол адреналина.
Было решено съесть сразу по целому батончику, смысла делить его на части не видел ни Дженсен, ни Джаред, им всё равно будет этого мало, как не растягивай, так хоть ненадолго желудок получит подобие пищи и займётся своими прямыми обязанностями, ─ перестанет «рычать» и «петь». А ещё была талая вода и неизменные сосульки.
...Пожалуй, в этот момент, когда они делили крохи пищи, сидя напротив друг друга, Дженсен мог сказать про себя, что он впервые за долгие годы по-настоящему счастлив. Несмотря на всё, что с ними случилось. Не заглядывая в будущее, которого, возможно, у них попросту нет. Здесь и сейчас они вместе, а потом... хоть потоп. И Джаред, похоже, разделял его чувства, ямочки почти не исчезали с его лица, и он постоянно улыбался.

Изображение

В пещере снова потемнело, приближалась очередная холодная ночь. Хотя температура была постоянная, всего-то два-три градуса мороза, но ослабленное тело уже не могло согреться само. И одежда их была неприятно влажная, зажигалкой Джареда её не просушить. Там и осталось-то совсем немного горючей смеси.
Дженсен не успел удержать челюсть и выдал отличную дробь зубами. Джаред тут же придвинулся к нему, расстегнул на себе куртку и широко раскинул руки, приглашая в свои объятия. Дженсен даже не думал отказываться.
─ Прости, я никак не могу согреться.
─ Ерунда. Пользуйся, пока топливо есть.
Дженсен хохотнул ему в грудь, осторожно прижимая к груди сломанную руку.
─ У тебя такой грязный язык...
─ И в мыслях не было.
Эклз прижался щекой к горячей груди Джареда, и некоторое время слушал, как размеренно и чётко бьётся его сердце. Обнял здоровой рукой тонкую талию и сказал, прижимаясь сильнее:
─ Надо же, не врёшь.
─ Тебе ─ нет.
Джаред глубоко вздохнул, потом ещё раз, притягивая его сильнее к себе и закутывая полами куртки, обволакивая собой, и тут Дженсен почувствовал, как сердце Джареда заторопилось.
─ Дженсен... Я не готов рассказать о себе абсолютно всё, чёрт, я наверно никогда не смогу об этом... вслух и подробно. Хотя с момента трагедии прошло достаточно много времени, для меня она словно вчера случилась, понимаешь?
─ Да, Джаред. Понимаю. И ты мне ничего не должен.
─ Я должен объяснить тебе хотя бы малость, я хочу, чтобы ты знал, что я не псих, и не больной ублюдок, не серийный убийца, в конце концов. Помнишь, я как-то говорил, что порой случайности ранят хуже всего? Мой психотерапевт постоянно твердит, что я должен поделиться своими чувствами и мыслями по поводу случившегося с друзьями и рассказать им всё, заново пережить трагедию и отпустить её. Но что рассказывать-то? Они и так всё знают, и мне от этого не легче.
Джаред замолчал, испытывая благодарность от того, как сильно вцепился в него Дженсен сейчас. Эти объятия не дадут ему сойти с ума, если он ещё раз попробует пережить свой ад.
─ Зачем тебе нужен психотерапевт, Джаред?
─ У меня было несколько попыток суицида, поэтому, ─ выдохнул Джаред.
─ Джей! ─ потрясённо прошептал Дженсен, отрывая голову от груди Падалеки и заглядывая ему в глаза. ─ Что случилось?
─ Просто выслушай меня, хорошо? Не перебивай и не спрашивай подробностей, пожалуйста. Всё, что я смогу, скажу сам.
Дженсен, всё ещё потрясённый словами Джареда о суициде, быстро закивал, морщась от подступившей к горлу тошноты. Но на этот раз это были не проделки задобренного желудка, а ожидания чего-то страшного, того, что случилось в жизни Джареда. Дженсен не мог себе даже представить, что такого должно было случиться, чтобы молодой здоровый мужчина решился покончить с собой. И не один раз, Господи!
Если бы у него не была сломана рука, он бы закрыл ею рот, чтобы не дай бог не помешать Джареду случайной репликой. Своей другой руки он с талии Джареда не убрал.
─ Восемь лет назад я был простым беспечным студентом. У меня была любящая семья, друзья, с которыми познакомился в колледже, невеста и я без страха смотрел в будущее. Всегда считал себя невероятным счастливчиком, с самого рождения. Лучшее воспоминание из детских лет, ─ это постоянные объятия родителей друг с другом, со своими детьми, наверно, поэтому я вырос таким сумасшедшим кинестетиком. Даже повзрослев, ничего не изменилось.
Джаред судорожно перевёл дыхание, словно всё, что он смог выдавить из себя, было присказкой и вот только сейчас начинается его самый главный кошмар. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, и, словно этого было мало, подхватил рукой горсть снега, протерев им пылающее лицо. Потом облизнул пересохшие губы и рвано продолжил:
─ Со своей невестой я тоже познакомился в колледже, и как-то с первых дней у нас всё стало серьёзно... Нам стукнуло по двадцать, и мы решили: чего тянуть? К тому времени два моих старших брата уже были счастливо женаты. Аманда уроженка Калифорнии и очень не хотела выходить замуж в Оклахоме, а мне было всё равно, где состоится мероприятие... Свадьба была назначена на четырнадцатое февраля... а в ночь с тринадцатого на четырнадцатое самолёт, в котором летела моя семья... он разбился... Я помню, как мне позвонили из аэропорта, и как долго я не мог понять, о чём мне говорят, и при чём тут моя семья. Когда до меня дошло, наконец, я словно рассудок потерял. Со мной в тот момент находился Пит, брат Аманды. Сначала он меня просто держал в объятиях, чтобы я себя не покалечил и ждал, когда закончится истерика. Но я был невменяемый, не знаю, кто стал инициатором, он или я... В общем, меня так переклинило, что я трахнул брата своей невесты в нашем доме, в нашей будущей спальне, и, что самое страшное, Аманда всё это увидела. Пит хотел объясниться, но она не желала слушать. На фоне моей чудовищной измены новость о том, что я в один миг стал сиротой, совершенно потерялась... Был жуткий скандал с её родителями, по поводу ориентации Пита, который скрывал это ото всех... А я не понимал, как можно сейчас говорить об изменах, свадьбах и прочем... В день всех влюблённых я летел на опознание своей семьи. Потом были дела, связанные с перевозкой тел в Оклахому и похоронами. Мои друзья, побросав свои дела, помогли мне пройти через весь этот кошмар. После похорон, когда я осознал, что остался один на свете... ну я сорвался... В ванной меня вовремя нашла Адриана... Затем была клиника. Я до сих пор не помню ни одной своей попытки самоубийства, тогда весь мир для меня был как в тумане, но они зафиксированы... Именно поэтому друзья постоянно со мной, особенно в феврале, когда усиливается желание уйти... В тот первый год после лечебницы, они выбрали Аспен случайно. Нам понравилось здесь. После Аспена мы мотались по миру, пока не закончился февраль, и у меня не спало желание закрыться в ванной, взять бритву и довести дело до конца... Со мной трудно, Дженсен... Иногда какая-нибудь мелочь способна ввести меня в ступор, из которого меня надо срочно вытаскивать, чтобы не случился нервный срыв или что похуже. Кто ближе ко мне в этот момент, тот и бросается на помощь.
Джаред снова перевёл дыхание, и Дженсен не смог удержаться от внезапной догадки:
─ Тогда, в ресторане, что-то напомнило тебе?..
Джаред обречённо кивнул, словно стыдясь признаваться в своей слабости.
─ Жюльен ─ любимое блюдо отца, и мои друзья его никогда не заказывают в моём присутствии. «Леди в красном»... её обожала мама... Ещё есть табу на «везунчик» и «счастливчик». На самом деле, таких мелочей тысячи и от всего отгородиться невозможно, я прекрасно осознаю это и сам, но оно сильнее меня. Я вдруг слышу что-то, связанное с моей прошлой жизнью и всё, я теряю реальность.
Глаза Дженсена распахнулись на пол-лица.
─ Я назвал тебя «везунчиком» на канатке. Господи, Джаред... так это к тебе вызывали парамедиков? Я спровоцировал у тебя срыв?
─ Ты не знал, не вини себя, ─ Джаред осторожно провёл ладонью по заросшей щетиной щеке Дженсена, так нежно и чувственно, что у того глаза едва не закатились от нахлынувшего возбуждения. ─ О том, что мне помогают прикосновения, выяснилось совершенно случайно и опытным путём, так что считай, что это моё лекарство, без которого я быстро загнусь. Поэтому объятия и риск, они отвлекают. По идее мы все немного больные на голову; я, конечно, вне конкуренции, но и девчонки с парнями могут отжечь не меньше моего. Ну а поцелуи ─ это уже бонусы. Нам просто нравится целоваться друг с другом и шокировать публику, и не знаю, что больше по душе каждому из нас: первое или второе. Но не подумай чего, мы не спим друг с другом. Свободны пока от каких-либо отношений у нас только Том и я. Мэт и Саша пара, Тэйлор замужем, у Адрианы есть друг, но он, как и муж Тэй, ненавидит экстрим, но доверяет свою девушку нашей банде, зная, что с ней ничего не случится, и мы её в обиду не дадим. Не знаю, что он со мной сделает, когда узнает про ногу Адрианы и то, как она получила этот перелом.
Джаред сильно закашлялся, последние предложения он уже даже не хрипел, а шептал из последних сил. Дженсен судорожно выдохнул. Теперь всё ясно.
─ Господи, Джаред, как же ты выжил? ─ почти простонал он, с болью глядя на Падалеки, который снова опустил голову и закрылся чёлкой.
─ Не знаю. Постоянно задаюсь этим вопросом, ─ прошептал Джаред, и Дженсен только сейчас обратил внимание, что у него заложен нос. Он не замечал этого раньше. Большой и сильный мужчина, сумевший найти в себе силы жить после подобной трагедии и банальный насморк, ─ это не укладывалось в голове. «Трагедия» Дженсена на фоне услышанного казалась просто смешной. Он попытался представить себе, каково это, когда остаёшься совсем один. Друзья ─ это замечательно, не всем так везёт с друзьями, как Джареду, если в этом случае уместно говорить о везении, но могло быть и иначе. Дженсен привык знать, что всегда может позвонить и ответит отец или мама, или приехать на День Благодарения и в кругу семьи съесть пресловутую индейку. Чтобы он сделал, если бы вдруг оказался на месте Джареда?
Дженсен прижался к Падалеки сильнее.
─ Я не знаю, что сказать, Джей, кроме того, что искренне соболезную.
─ Этого достаточно, Дженсен... этого достаточно...
Однако по тому, как дрожало тело Джареда, как он прятал глаза под спутанной грязной чёлкой, он понимал, что ничего не достаточно. Обхватив его подбородок здоровой рукой, Дженсен заставил Падалеки поднять на него глаза и испугался увиденного. На него смотрели глаза человека, который уже давно ходил по краю бездны и не замечал этого. Дженсен так и не решился спросить, когда последний раз была попытка свести счёты с жизнью. Только ли в клинике? Но сейчас, когда душа Джареда заново переживала кошмар, словно этот давно копившейся рассказ оголил её, сорвал завесы и призрачные барьеры, Дженсен знал только одно средство, способное отвлечь и помочь. То, что сделал в своё время Пит, предложив себя, и, возможно, тем самым уберёг Джареда от помешательства.
Не думая о последствиях, Дженсен толкнул Джареда, опрокидывая его на спину, навалился сверху и впился в его губы. Он кусал их, отвлекая болью от другой боли, сжимал здоровой рукой его плечо, пальцы скользили по материи, и он рычал, злясь на перелом за то, что не может вцепиться в Джареда ещё сильнее. Руки на себе он почувствовал почти мгновенно.
Выброс адреналина придал сил их истощённым телам, и они набросились друг на друга, словно это было продолжением их недавнего сумасшедшего поцелуя.
Как они не разорвали одежду, осталось загадкой для обоих. Просто в какой-то момент он почувствовал, что лежит на ворохе из курток, брюк и рубашек, под которыми поскрипывает снег, а сверху Дженсена прикрывает обнажённое тело. Сейчас они не ощущали холода вокруг, сгорая от любовного голода.

Им пришлось немного повозиться, чтобы найти такую позу, при которой не мешала бы сломанная рука Дженсена и вывихнутые плечо и нога Джареда. Дженсен просто отказался от активной роли. Потому что, едва он завис на одной руке над раскинутым под ним Падалеки и пару раз качнулся, сталкиваясь с его дрожащими бёдрами, - пещера бешено завертелась перед его глазами. Тошнота, до этого вялая и привычная, вдруг вернулась вместе с подскочившим к горлу пустым измученным желудком. Ему не хотелось оконфузиться именно сейчас, вырвать желчью на лицо Джареда и тем самым поставить крест на своей терапии. Поэтому он перевернулся на спину, притягивая Джареда к себе за плечо и затягивая на себя. Он хотел подарить себя ему, отдаться полностью во власть Падалеки, чтобы собой и своим телом излечить его душу, пусть на короткий срок, но сделать его счастливым здесь и сейчас.
Никто из них не блистал чистотой, но желание близости единственного тела, которое сейчас находилось рядом, сметало все условности. Единственный раз с тех пор, как они набросились друг на друга, Дженсен почувствовал холод вокруг себя, когда Джаред отстранился в поисках проклятого ─ благословенного! ─ тюбика. А потом скользкий длинный палец проник в него с осторожностью, несмотря на болезненные укусы в шею, отвлекающие от возможных неприятных ощущений, и Дженсен забыл обо всём на свете. Он неистового подавался бёдрами, насаживаясь на палец, желая большего, зная, что и Джареду тоже надо больше и сильнее, чтобы забыть.
Ещё один глубокий поцелуй вышиб из Дженсена остатки разума, но он успел прошептать самое главное. То, что сейчас волновало его, кроме того, чтобы Джаред, наконец, поскорее заполнил его собой, потому что пустота, оставшаяся после того, как он убрал пальцы, была неприятной:
─ Хочу видеть твои глаза…
Джаред сглотнул и медленно кивнул, соглашаясь. Первое вторжение члена было болезненным, но Дженсену было на всё наплевать. Джаред медленно продвигался вперёд, сдерживая себя из последних сил, но Дженсену это было совершенно не нужно. Он хотел всего и сразу, поэтому шире раскинул ноги, и, закинув одну на талию Джареда, стал подаваться ему навстречу. Большие ладони Джареда скользнули под его ягодицы, обняли их так, что потом точно останутся следы, и подтянули к себе, меняя угол. Движения стали сильнее, член прокатывался по сладкой точке через раз, входя идеально и так глубоко, как только мог впустить Дженсен. Громкие стоны и вскрики заполнили пещеру, прогоняя тень смерти, которая была их спутницей с тех пор, как они сюда провалились. Но сейчас они любили и отдавались друг другу так неистово, словно их первый секс одновременно был последним.
Джаред излился первым, с гортанным стоном вытягиваясь на нём в тугую струну и замирая так на несколько долгих мгновений. Его член пульсировал и сокращался глубоко внутри, это было и больно, и хорошо, и всё вместе ─ просто потрясающе. Потом Джаред обмяк, перекатился на бок, осторожно разъединяя их тела, и, обхватив пульсирующий член Дженсена, в пару движений довёл его до яркого взрывного оргазма. Наверно, он закричал, кончая, Дженсен не помнил этого, лишь объятия Джареда, который прижал его к груди, и слова, сказанные прямо в губы:
─ Тихо, тихо...
Потом они долго целовались, слизывая с губ и тел друг друга соленый пот, и никак не могли отпустить, отодвинуться, убрать руки, не тянуться губами к обнажённой коже, не замечая холода вокруг. Напряжённые члены требовали ещё как минимум одной разрядки. И на этот раз Дженсен не колебался. Он хотел Джареда. Поэтому просто повернулся на бок спиной к его груди и подтянул вверх колено, открываясь, и Падалеки снова взял его, намного медленнее и нежнее на этот раз. Дженсену никогда не было так хорошо. Горячая кожа Джареда, член Джареда в нём, его рука на члене Дженсена, и губы, то зарывающиеся в волосы и покусывающие загривок, то целующие плечо и мочку уха... Всего этого было так много, что трудно было удержать в себе, чтобы не расплескать и не забыть, но Дженсен был рад, что всё это досталось ему именно сейчас.
...В этот раз они кончили одновременно и, проваливаясь в сон, как в смерть, Дженсен думал о том, что надо рассказать Джареду свой грязный секрет, сказать, что вместе они смогут свернуть горы, и ещё поприветствовать его завтра с самого утра. Он так этого ещё ни разу и не сделал.
Последнее, что он услышал, это тихий шепот Джареда, опаливший горячим дыханием его ухо:
─ Спасибо... прости меня за всё... но я не дам тебе уйти...

Изображение

...Первое, что он услышал, возвращаясь к жизни, это гул голосов вокруг себя. Он не понимал пока ни слова, но узнал Майкла и Роба. Потом к ним присоединились Стивен и Крис, кто ещё был рядом, но кроме своих друзей он больше никого не опознал. Почему-то было приятно слышать их, но если подумать, он хотел услышать другой голос, который шептал ему «прости» и «я не дам тебе уйти». Дженсен силился вспомнить, кому он принадлежит, но в голосе было пусто: ни воспоминаний, ни боли, и очень хотелось спать. Он попытался пошевелить пальцами рук и ног, с ногами получилось хорошо, а вот левая рука была какая-то неподвижная. Почему? Кажется, ему было больно и очень холодно, а теперь нет, и это было хорошо, очень хорошо. И стало бы ещё лучше, если бы рядом был кто-то большой и лохматый... тот, кто согревал его своим телом, когда они провалились в пещеру... Стоп! Мерцающая пелена упала с глаз. Сердце Дженсена заторопилось куда-то, стало трудно дышать. Логическая цепочка вспыхивала в мозгу неоновыми лампами.
...Снегопад. Угнанные снегоходы. Лавина. Сломавшая ногу Адриана. Сошедшая Сирена-2. Падение. Какая-то трагедия. Падалеки, обещавший, что будет рядом. Секс... Господи, Джей...
─ Джаред! ─ он хотел заорать, но получился только мучительный хрип. Однако многоголосый гул прекратился, очевидно, его не только услышали, но и поняли, потому что кто-то наклонился над ним, пока нечёткий образ, как в густом тумане, и ответил:
─ Он в порядке. Успокойся. И ты тоже в порядке, везучий сукин сын! А я что говорил?! Да этого засранца ни одна лавина не перекусит.
Бивер! Что он делает в пещере?!
─ Где?.. ─ всё это замечательно, но где же Джаред? Почему его нет рядом? Он же обещал...
Туман сгустился, всё снова потемнело, и он отключился.

...В следующий раз Дженсен вынырнул из сна вполне адекватным человеком, цепко выхватывая глазами бежевые стены, стальные жалюзи на окне, стойку капельницы справа, тянущуюся к нему проводами, и писк мониторов слева.
Клиника в Аспене. Точно.
Дверь тихо открылась. В палату вошла медсестра, и сразу увидела, что пациент пришёл в себя.
─ Доброе утро, ─ она быстро проверила капельницу, занесла новые показания в его карточку и нажала кнопку у изголовья. ─ Сейчас придёт врач, но могу вас заверить: вы идёте на поправку семимильными шагами.
─ Как долго?.. ─ прошептал Дженсен, силясь вспомнить что-то очень важное.
─ Вы были в коме восемь дней. Очнулись два дня назад, и с тех пор почти всё время спали. Во сне организм черпает силы и быстро восстанавливается.
Дженсен хотел спросить о Джареде, что с ним и где он, но тут вошёл врач, и пришлось вместо вопросов отвечать самому. Он бросал фразы немного зло и отрывисто, потому что червячок сомнения закрался в сердце, и он ничего не мог с собой поделать. Несмотря на случившееся между ним и Падалеки, Дженсен вдруг подумал, что он, возможно, снова обманулся, увидел то, чего нет на самом деле. Потому что будь он на месте Джареда, он бы сидел у его постели и караулил его пробуждение. А вдруг Падалеки всё выдумал? Аварию, суицид, чтобы просто развести его на секс? Из головы совершенно улетучилось, что они оба были на грани смерти, такое просто невозможно запланировать заранее, тем более инсценировать, но сейчас в это совсем не верилось, словно было не с ним.
Ощущение, что об него снова вытерли ноги, довело Дженсена до ручки, и он здорово накрутил себя за время медосмотра.
Врач хмурил брови, глядя на писк сердечного монитора.
─ Ну что же, всё просто замечательно. Немного пока тревожит сердечный ритм, но думаю, это оттого, что вы долго спали, а теперь бодрствуете. Ещё дня три вас здесь понаблюдаем, и если ваши анализы будут такими же положительными, как сейчас, к концу недели вернётесь домой.
Дженсену было плевать на вердикт врача, поэтому он в лоб выплюнул:
─ Где тот мудак, с которым мы были?
─ Кто? Вы имеете в виду мистера Падалеки?
─ Да! Именно его имею.
─ Мистер Падалеки пробыл в клинике четыре дня, дольше не смогли его удержать. Очень беспокойный пациент. Насколько я знаю, едва вырвавшись от нас, он сразу уехал. За ним приходили его друзья, поручились за него, что обязательно проследят за тем, чтобы он наблюдался у своего врача.
Кипящий гневом мозг Дженсен выцепил странное слово. Какого ещё врача?
─ Зачем наблюдаться?
─ Мистер Падалеки очень неудачно сломал лодыжку. Не уверен, будет ли он вообще когда-либо ходить без хромоты.
─ Сломал ногу? ─ вся злость испарилась в один момент, словно её и не было. Что за чёрт! Падалеки не ломал никаких ног, у него просто растяжение, Дженсен видел это своими глазами.
Наверно, он не заметил и сказал это вслух, потому что доктор вдруг ответил:
─ Правильно, началось всё с растяжения, перелом случился позже. Мы сделали операцию, несколько дней он провёл на вытяжке со спицами, теперь нога загипсована, будем надеяться на очередное чудо. Вы оба ─ невероятные счастливчики! По крайней мере, ваши ангелы-хранители не зря едят свой небесный хлеб.
Дженсен испугался. У него амнезия, что ли? Он помнил всё, кроме того, где и когда Падалеки сломал ногу. Ощущение падения в кроличью нору стремительно росло. Но в этот момент дверь палаты приоткрылась, и в образовавшуюся щель проснулись две головы: Криса - сверху и Стива - снизу. Ещё маячила чья-то третья тень, но Дженсен не смог разглядеть, кто это. По росту, точно не Сатана, чтоб его черти взяли!
Доктор обернулся на скрип и сказал:
─ Ладно, проходите, только минут двадцать, не больше. Мистеру Эклзу лучше отдыхать, пока он здесь.
─ Окей, док! ─ отозвались две глотки и в палату ввалились трое, оказывается, и Майкл был с ними.
Они даже присесть толком не успели, как Дженсен вызверился:
─ Какого чёрта происходит? Рассказывайте!
Стив и Крис переглянулись, не решаясь заговорить, или не зная, с чего начать, и Майкл бросился на амбразуру:
─ На точках полный порядок. Баллоны привезли и уже установили. Федеральную трассу расчистили за двое суток, Бивер постарался, с Аспеном было тяжелее, особенно в Сноумассе, но когда трасса заработала, к нам в полном составе прибыли спасатели из Денвера со своей техникой. Так... Пострадавших около пятидесяти, в основном порезы, вывихи, переохлаждение. Гера по пути сорвала Аврору, и они обрушились на окраину Сноумасса. Ударной волной разбило окна в кемпингах и мини-гостиницах, которые оказались в зоне действия лавинного потока, но более ничего серьёзного эти красавицы не сотворили. Однако есть пятеро погибших. Два парня на Сирене-2, далеко от места, где вас нашли, ещё один лихач сорвал небольшую лавину на Баттермилке, был бы с кем-то, и несчастья удалось бы избежать. И ещё двое туристов пытались выбраться на машине, проигнорировав запрещающий знак, на выезде из Аспена их накрыло, помощь, к сожалению, опоздала. Вообще, вы тоже были в списке погибших, особенно, когда твою жилетку нашли. Твой датчик сигнала не подавал, мы думали, что вас Гера похоронила. Собаки нашли в ней твой жилет, и мы потеряли почти трое суток на поиск, пока не перелопатили эту махину. Сирена, как это ни странно, хоть и была огромной, скатилась довольно мягко, выбрав самый удалённый от трасс путь. Не знаю, почему. Правда, намучались разгребать её конус. Так что... Пока до Сирены-2 дело дошло... ну, сам понимаешь, не мне об этом рассказывать, что тут творилось. Отряд Сатаны оказались настоящими дьяволами, чем нам только не грозили. Моргана буквально затрахали, он и так ходил всё это время как в воду опущенный, а тут эти три фурии на него набросились, одна со сломанной ногой, что не мешало ей трясти Джеффри как липку. В общем, они всех тут подгоняли, настаивали, требовали продолжать поиски, и сами не прохлаждались, помогали, чем могли. Хорошие ребята оказались на самом деле. Бивер созвал сегодня экстренное совещание, подводит итоги и промывает мозги. Он был вчера, когда ты очнулся.
Дженсен выслушал всё это с гримасой на лице. С одной стороны, это новости о его работе, он должен их знать в первую очередь, иначе, какой он к чёрту лавинщик? С другой ─ он хотел знать, как очутился в клинике, и где чёртов Падалеки.
Поэтому, когда Майкл заговорил о метеостанции, Дженсен мотнул головой и сказал:
─ Как мы спаслись? Кто нас нашёл?
Крис перехватил инициативу:
─ Тебя спас Джаред. А заметил странное Том, то есть ту часть лыжной палки, которую Джареду удалось протолкнуть сквозь толщу снега. Кончик синей рукоятки сразу бросился в глаза.
─ Как он выбрался, я не понимаю, у него же сильный вывих был, и плечо выбито, он и по пещере-то едва передвигался...
─ Это он тебе сам расскажет, когда вернётся. Нам он мало что поведал.
Если и были на свете слова, которые могли окрылить сейчас Дженсена, то Крис их только что произнёс.
─ Откуда вернётся?
─ Так мы-то откуда знаем? Он свалил из больницы и из Аспена так быстро, что никто и глазом моргнуть не успел. Когда тебя вытаскивали, он плакал. Потом его увезли в клинику, а спустя четыре дня уехал, за ними «сесна»* прилетела, я так понял, что это личный самолёт Падалеки. Роб правда видел, как они перед отъездом всей толпой навещали Моргана, но что там у них за дела, никто не знает, ─ ответил Крис и почесал в затылке.
─ Тогда откуда вы знаете, что он вернётся?
─ Так он позвонил вчера на метеостанцию, Роб звонок принимал. Интересовался твоим самочувствием, сказал, что после обеда будет, просил передать, если ты об этом спросишь.
Наступила тишина, потом Стив осторожно сжал здоровую руку Дженсена и с чувством сказал:
─ Мы так рады, что ты выкарабкался, старик. Уже почти никто не надеялся, что увидим вас живыми.
Дженсен впервые улыбнулся с момента пробуждения.
─ Я же не мог уйти, не прослушав ваш новый концерт, ─ он немного успокоился. Всё-таки весть о том, что Джаред был вынужден уехать по делам, звучала лучше, чем просто уехал с концами. И факт его скорого возвращения примирил Дженсена с тем, что его не оказалось при пробуждении. ─ Какое сегодня число?
─ Двадцать шестое, ─ ответил Майкл, выгнув бровь.
─ Замечательно! ─ с чувством прохрипел Дженсен и широко улыбнулся. От февраля остался пшик, всего-то два дня, но это ничего не значит, теперь у Джареда есть он, а уж Дженсен постарается, чтобы с этим месяцем у него в дальнейшем были связаны только хорошие воспоминания. ─ Сделайте мне одолжение. Сгоняйте в собачий питомник и выясните, каких именно щенков присмотрел для себя Падалеки. Возьмите Роба, у него там знакомый работает, спросите у него, он точно в курсе. Я хочу, чтобы эти щенки были у меня здесь к тому моменту, как приедет Джаред.
─ Здесь ─ это где? ─ лицо Криса вытянулось от удивления. ─ В палате, что ли?
─ Естественно, меня тут ещё четыре дня как минимум валяться.
─ Ты бредишь! Да сюда нас едва пустили! Как мы щенков-то пронесём?!
─ Ну, придумайте что-нибудь.
Крис и Стив тихо возмущались, заявляя в один голос, что это невозможно, один лишь Майкл понимающе улыбнулся.
─ Кстати, Падалеки оплатил лечение всех пострадавших, в том числе и твоё, и страховки погибших, а также издержки, связанные с их поиском. Бивер сказал ещё, что он просил адреса парней, погибших на Сирене-2, ─ сказал он как бы между прочим. А Дженсен даже не удивился этому. Всё так и должно быть, ведь это Джаред. Его глаза сияли, и Майкл уточнил:
─ Он, да?
─ Да, ─ просто ответил Дженсен и закрыл глаза, чтобы Майкл не увидел, какое там поселилось счастье и умиротворение. Пока не хотелось этим делиться даже со своими лучшими друзьями, так как это было только для него и Джареда. Потом, всё потом. Дженсен умиротворённо слушал перебранку между Стивом и Крисом, не открывая глаз, и не заметил, как снова уснул.
__________
*«сесна» ─ Cessna 560XL ─ реактивный самолет, эксплуатируется на авиалиниях малой и средней дальности. http://www.jetpremium.ru/park/cessna_citation_excel

Изображение

Пожалуй, это было лучшее утро после одного памятного пробуждения на Падалеки в пещере.
Ещё не открыв глаза, он узнал его запах и прикосновение. Джаред держал его загипсованную руку и поглаживал выглядывающие кончики пальцев. Дженсен не смог не улыбнуться, и улыбка делалась всё шире и шире, пока он не услышал:
─ Теперь я знаю, какой ты на утро после любви. Открывай уже глаза, притворщик.
Дженсен послушно приоткрыл один глаз. Кто сказал, что он будет выполнять приказы безоговорочно?

...Он успел соскучиться по ослепительной улыбке и ямочкам на щеках. Солнце было снаружи; день в самом разгаре, и комнату заливали потоки света сквозь приподнятые жалюзи. Солнце было и внутри помещения в виде жизнерадостного Джареда, привычно лохматого и с непривычно серьёзными, но больше не больными глазами, в которых читалось много разного. Там был и отблеск тоски, Дженсен понимал, что она неизбежно будет присутствовать, и пройдёт ещё много времени, прежде чем боль потери утихнет, потускнеет в памяти Джареда, но можно сделать так, чтобы её стало поменьше. А для этого нужно немного: быть рядом, просто любить и дарить частицу себя.
Дженсен совершенно не имел ничего против публичных объятий, если они будут с Джаредом. А то, что они будут, в этом Дженсен не сомневался. Они вместе слишком многое пережили, чтобы просто разойтись в разные стороны и жить дальше, словно ничего не случилось. Их соединило не противостояние друг с другом, не лавина, и даже не секс. В тот момент, когда Джаред рассказал ему о своей трагедии, о чём не смог говорить даже со своим психологом, ─ именно тогда Дженсен понял, что хочет этого мужчину не на час, и не для редких встреч раз в год, когда отряд Сатаны снова нагрянет в Аспен, а навсегда. На всё время, что им осталось, так он думал, засыпая в объятиях Джареда в пещере и давая себе слово, что, как только проснётся утром, обязательно расскажет ему свой секрет. Его покорило абсолютное доверие, продемонстрированное Джаредом, ведь по сути Дженсен для него совершенно незнакомый человек. Но он преодолел свой страх, и, по мнению Дженсена, заслуживал быть любимым. Дженсен не сомневался, что и любить в ответ он будет также неистово и преданно. И он хотел стать таким человеком для Джареда.

Он открыл и второй глаз, когда услышал шуршание под постелью. Это пока сюрприз, главное чтобы «сюрпризы» раньше времени не заскулили, а то пойдёт прахом вся его заготовленная реприза.
─ Ты уезжал, ─ капризно и в тоже время сурово протянул он, совершенно не в силах сердиться на Джареда, но давая понять, что такие поступки в будущем будут сурово пресекаться. Падалеки ещё не догадывался, какой Дженсен собственник и ревнивец. Ну, пусть это будет ещё одним сюрпризом.
─ Уже доложили. Постоянно забываю, что ты местная знаменитость, и у тебя здесь кроме своих поклонников ещё и обширная агентурная сеть доносчиков.
─ Привыкай, если хочешь быть со мной. Тотальный контроль, детка. Так, куда ты уезжал?
Джаред вдруг приподнялся со стула, на котором сидел, наклонился над Дженсеном и поцеловал его. Коротко, но страстно опалил горячими губами приоткрытый рот (нечто подобное сделал и Дженсен однажды с подачи Коллинза), и также быстро отпрянул, успев напоследок облизать и прикусить нижнюю губу Дженсена. А потом Падалеки невозмутимо сел обратно, вполне довольный собой.
Дженсен с минуту напоминал вытащенную на берег рыбу.
─ И что это было? ─ протянул, наконец, он, демонстративно слизывая со своих губ вкус Джареда.
─ Майкл подсказал, что если ты начнёшь снова сучить, я должен заткнуть тебе рот. По-моему, получилось.
─ Ах, ты!.. Куда. Ты. Уезжал? ─ отчеканил Дженсен, теряя терпение. Джаред немедленно стал серьёзным.
─ Когда мне сказали, что, несмотря на кому, твоей жизни ничего не угрожает, я решил заняться кое-какими делами.
─ Какими? ─ тут же выстрелил вопросом Дженсен, чувствуя, что ему могут не понравиться эти загадочные дела, способные сорвать Джареда с места, когда будущий партнёр в коме, а у него самого сломанная нога.
─ Чуть позже скажу. Потерпи. Прежде я хочу сказать, чтобы ты больше никогда меня так не пугал. Знаешь ли ты, что я пережил, когда не смог тебя разбудить?
─ Джаред, ─ позвал Дженсен, чувствуя его боль как свою собственную. ─ Я здесь, со мной ничего плохого не случилось. Всё позади, благодаря тебе. Ты мой герой. Ты спас меня, несмотря ни на что.
─ Я обещал, я не мог нарушить данное тебе слово.
─ Спасибо, что сдержал его. Я так до сих пор не представляю, как тебе удалось подать сигнал?
Джаред снова погладил его пальцы и тяжело вздохнул, собираясь с мыслями и восстанавливая хронологию неприятных для них обоих событий. Под кроватью снова зашуршало, но Джаред уже так погрузился в прошлое, что ничего не услышал вокруг, или слышал, но не понял природы этих звуков.
─ Я проснулся поздно. Ты снова распластался на мне, и я пошутил по этому поводу. Ты не ответил. Сначала я не особо удивился, сотрясение мозга и истощение ─ это не шутки. Немного позже меня позвала природа. Но даже когда я встал, перекладывая тебя, ты не проснулся. Я тормошил тебя долго, час или два, может больше. Вот тогда я испугался. Ты лежал бледный и осунувшийся, и холодный как ледышка, несмотря на одежду, ни на что не реагировал, если бы не твоё слабое дыхание, то... Опять же, последовательность всех дальнейших действий и для меня до сих пор загадка, наверно, я отключился. Такое уже было раньше, когда я услышал об аварии, я не помню, как мы с Питом замутили тогда, и потом, случившееся после похорон ─ тоже. И ещё несколько раз подобное повторилось в клинике во время курсов терапии. В общем, я действовал на голых инстинктах выживания. Я вколол тебе один шприц с адреналином, остальные поставил себе плюс оставшиеся уколы обезболивающего. Нога и плечо онемели до такой степени, что я просто не чувствовал, больно мне или нет, когда двигал ими. Где-то в подсознании присутствовала мысль, что это ненадолго, потом лекарственный эффект схлынет и тогда всё, конец. Я бы больше не поднялся, о тебе вообще речь не шла, как о помощнике. Наверно, я догадывался, что не смогу выбраться самостоятельно, но был смысл как-то подать сигнал о помощи. Соединить лыжные палки в одну оглоблю и вытолкнуть её наружу... я мог попытаться сделать хотя бы это, потому что больше ничего не приходило в голову. Не спрашивай, как я поднялся по стене, я не помню процесса. Единственное, что могу сказать, я всегда ношу шипованые лыжные ботинки, ну и, учитывая мои длинные оглобли и сужающиеся стенки трещины, я двигался вверх, упираясь спиной в одну стену и ввинчиваясь шипами ─ в другую. Сколько времени прошло с момента проталкивания палки сквозь снег до того, как я услышал шаги, не могу сказать. Мне кажется, я едва ли был вменяем тогда, сознание прояснилось ненадолго, я успел понять, что меня вытащили, и какая-то собака облизала моё лицо, а я отмахивался и хрипел, что ты остался внизу и умираешь, и порывался скатиться в трещину снова. Кто-то держал меня, рядом кричали... Потом я отключился. Очнулся в клинике, рядом друзья. Они и помогли заполнить пробелы, и рассказали, как нас искали и как нашли.
Дженсен поднял больную руку, за которую держался Джаред, и потянул его на себя. Желание немедленно почувствовать его дыхание затмило всё вокруг. И снова они целовались как в последний раз, так, словно через миг наступит конец света как минимум. Дженсену хотелось полноценного объятия, и он уже готов был содрать к чертям прилепленные к телу датчики и капельницу, но Джаред будто прочитал его мысли. Он оторвался от его рта, обнял за плечи и легонько вмял в подушку.
─ Я тоже этого очень хочу, но не надо делать себе хуже. Я больше не уйду. Когда ты выздоровеешь, мы всё наверстаем.
─ Обещаешь?
─ Слово Сатаны нерушимо.
Дженсен рассмеялся. Он уже давно перестал думать о Джареде так. Интересно, откуда Падалеки узнал, как окрестили его здесь люди Эклза.
─ Ну, а сейчас о делах. Ребят сильно впечатлили масштабами поисковых партий и того, как всё чётко организовано, есть мелочи, которые нужно полностью пересмотреть при лавинной опасности, но это действительно ерунда. И случившееся с нами это ошибка не вашей системы, а моя вина. Я тоже кое-что видел своими глазами. Больше всего, конечно, мне прочистила мозги лавина, которая нас едва не похоронила и то, как ты летишь ко мне, когда уже было понятно, что я не догоню ребят, и сами мы не успеем вернуться. А когда ты не смог проснуться, я решил для себя: если выживу, изменю кое-что в своей жизни. Помнишь мои слова после?..
Дженсен только кивнул, он снова как в пещере боялся ляпнуть что-нибудь, что прервёт его монолог. Джареду хватило этого, чтобы улыбнуться уголками губ и продолжить:
─ Да, я действительно давал тебе клятву этими словами, потому что я не в силах повернуть время вспять и спасти свою семью, но я имел один-единственный шанс, чтобы спасти тебя. Я рад, что всё получилось, наверно, кто-то там наверху присматривает за мной сильнее, чем я того заслуживаю.
─ Это не так, Джаред. Ты заслуживаешь большего. И за мной должок. Я ведь тоже в отношении тебя вёл себя по-свински. Не без причины.
Дженсен попытался собраться с мыслями, не зная, с чего начать. И вообще, его «трагедия» не той весовой категории после рассказанного Джаредом. Но это его ошибка, и она дорого ему обошлась, наложила отпечаток на его будущие отношения с партнёрами. Вполне возможно, если бы он не обжегся в юности так сильно, то вёл бы себя с Джаредом совсем по-другому. А может быть, слава Богу, потому что, если бы не его «ошибка», он не оказался бы в Аспене, не познакомился бы с Джаредом, и возможно, так бы никогда и не узнал, какое оно ─ настоящие счастье.
Пожалуй, без иронии к себе не рассказать пережитое.
─ Представь, что ты уже взрослый, без пяти минут специалист и вляпываешься в служебные отношения со своим непосредственным начальником, ─ начал Дженсен, глядя Джареду прямо в глаза. ─ Вот это со мной и случилось. Я сдался после месячной осады и его тотального внимания ко мне, едва не утонув в потоке подарков, которыми он меня завалил. Никто не удосужился хотя бы намекнуть мне, что у начальника уже есть ревнивый партнёр, с которым он живёт столько времени, сколько мне стукнуло на тот момент, просто богатые педики повздорили и разбежались на время, а я удачно подвернулся под руку. И подарки лишь плата за качественный трах, который я ему обеспечивал, пока настоящий любовник обижен и болтается где-то на Гавайях. Но этого мало. Вернувшийся партнёр устроил скандал такой мощности, что после этого инцидента я остался без диплома, потому что стажировка полетела псу под хвост. Эта манерная сволочь обеспечила меня определённой репутацией, так что мне не светило найти работу по специальности, если бы не вмешательство отца Роба Бенедикта. Благодаря его содействию и связям, я всё-таки закончил колледж, получил законную корочку и работу здесь, в Аспене... Пора бы забыть это дерьмо, но я, как мазохист, сталкиваясь с похожими людьми, снова и снова переживаю юношескую обиду, кое-что из пережитого никак не хочет отпускать.
Дженсен замолчал, не зная, что ещё сказать. Глупый поступок, и, возможно, что-то могло обидеть Джареда, ведь он перенёс на него не слишком лицеприятный штамп. Но Падалеки как всегда его удивил.
─ Если ты понял, в чём разница между мной и тем ублюдком, обидевшим тебя, тогда всё в порядке. Просто отпусти это, ведь теперь рядом с тобой буду я.
Дженсен глубоко выдохнул, словно действительно сбросил это бремя долой.
─ К чёрту всё! Ты прав. Наверно, у меня тоже есть дар к беллетристике. Сюжет ─ закачаешься! Обиженных всегда любят сильнее.
─ Оставайся лучше лавинщиком. Тебе это больше подходит.
─ Хорошо, к тому же у меня теперь новая обязанность ─ ты. Как я и говорил, пора мне заняться твоим перевоспитанием. Запомни: такого долбоёба, как ты, нельзя отпускать куда-либо без присмотра, так что смирись с фактом, что с этого момента мы всё будем делать вместе. Я не могу заменить тебе твою потерянную семью, ничто её не заменит, но я буду рядом, и вместе мы справимся со всеми бедами. Ты на свою голову вытащил меня с того света, значит, в ответе за меня и обязан повиноваться во всём.
─ Требую согласования данных фактов. Разногласия неизбежны, уж очень суровая трактовка, ─ хохотнул Джаред, применяя свою тяжёлую артиллерию ─ появление ямочек, к которым нестерпимо хотелось прикоснуться пальцами и губами.
─ Мы их обязательно запротоколируем и согласуем ещё раз. А потом ещё раз. И ещё. И снова. До тех пор, как не найдём консенсус. ─ Дженсен пытался хмурить брови и говорить серьёзно, но рот сам собой растягивался в ответной улыбке.
─ Хорошо. Но прежде чем мы приступим к этому, ставлю тебя в известность: Морган продал мне 51 процент своих акций, и теперь я ─ новый король Аспена.
Если бы Дженсен сейчас не лежал, он точно бы уронил свою челюсть на пол. Конечно, можно было предположить, что Падалеки далеко не бедный малый (Дженсен готов был поспорить на что угодно, что часы сделаны по индивидуальному заказу), но сначала собственный самолёт, теперь вот это. Даже Дженсен, который был также далёк от экономики, как звёзды ─ от Земли, понимал, что пакет с таким количеством акций не стоит пару миллионов долларов. Чтобы перекупить его, нужны огромные средства. Очевидно, его лицо было очень красноречивым в этот момент, потому что Джаред снова нагнулся, чмокнул его в веснушчатый нос и пояснил:
─ У нас не было времени поговорить о моих финансовых делах и вообще о том, чем я занимаюсь. Там это казалось совершенно неважным, ─ и Джаред показал пальцем на пол, подразумевая пещеру. ─ Моя семья всегда жила в достатке, дедушка как-то по случаю прикупил акции Apple, и на проценты открыл фирму по строительству автозаправок. Так и родилась наше семейное дело. Потом там работали мой отец и дядя, и братья, и я некоторое время подрабатывал и набирался опыта, пока учился, хотя меня интересовало другое. Однако я был в курсе дел семьи и мог при случае взять управление на себя. А когда случилась авария... В общем... Так получилось, что все их сбережения, акции, бизнес, движимое и недвижимое имущество, страховки от авиафирмы, которой они летели в тот день, и многое другое ─ всё это обрушилось на меня, как на единственного наследника, оставшегося в живых. Пока я находился в клинике, от моего лица дела вёл Том. Когда я вышел оттуда, мы с друзьями решили объединить наши фирмы в один большой концерн, который сейчас одновременно занимается порядком двух десятков вполне успешных проектов. Возможно, если бы не авария, я никогда бы не добился таких успехов, но я лучше бы остался бедным, чем одиноким. Так что, сумма сделки с Морганом действительно огромная, но мне она по средствам, и мои друзья-партнёры со мной согласны. Они тоже в деле. Поэтому если ты думаешь, что избавился от отряда Сатаны, подумай лучше. Мы пришли сюда всерьёз и надолго.
─ Это значит, что теперь согласовывать закрытие трасс в Аспене в случае снегопадов я обязан с тобой?
─ Да, и не только это. У нас будет очень, очень тесный контакт. Но не волнуйся: я буду принимать тебя индивидуально в спальне, вне очереди. У тебя пожизненные льготы в этом вопросе, так что пользуйся. Не думаю, что Морган предлагал тебе такие выгодные условия.
Дженсен снова не выдержал и захохотал, не заботясь, что может сорвать горло заново. Из-под кровати тоже весело откликнулись, и он подумал уже, что Джаред догадался о ждущем его сюрпризе, но тот рассмеялся за компанию, снова ничего не заметив. В его глазах прыгали чертенята, однако была там и ревность. Джаред поцеловал его, чтобы хоть как-то успокоить безумный хриплый смех. Дженсен тут же закинул здоровую руку на шею Джареда, углубляя поцелуй, сделав его неприлично жарким, несмотря на почти стопроцентную вероятность, что в палату может в любой момент заглянуть не только врач и медсестра, но вообще кто угодно. Тело реагировало на тепло и запах любимого человека, и одеялу, которым был укрыт Дженсен, всё труднее было скрывать возбуждение. Однако сейчас это совсем не заботило. Плевать на всё и всех! Дженсен застонал и буквально затянул Джареда на край своей постели. Падалеки пришлось неловко изогнуться, балансируя на здоровой ноге, но он не возражал против мелких неудобств. Всё это окупалось Дженсеном в его руках.
Когда Джаред отстранился, провокационно облизываясь, Дженсен уже догадался, какой вопрос слетит сейчас с его губ:
─ Значит, предлагал? Вот подлец, не надо было соглашаться на первоначальную сумму пакета. Я как чувствовал, что без тебя тут не обошлось.
─ Было дело. Но не ревнуй, пожалуйста, у меня иммунитет против золотых мальчиков. Ты единственное исключение из правил после моего прошлого опыта, и я не собираюсь искать тебе замену. Ты уникальный долбоёб, я хочу тебя себе, навсегда. И оцени: Моргану я не предлагал свой дом для проживания, а тебе ─ с радостью.
─ О, а я как раз бездомный. Девчонки остались улаживать кое-какие дела, Мэт уехал повидать родителей, но скоро приедет; со мной Том. К этому тоже привыкай. Мы слишком долго варились во всё этом, чтобы теперь перестать обниматься на людях и тем более расстаться. Я же кинестетик, помнишь? Поэтому меня хватит на всех. Ребята понимают, что у тебя эксклюзивные права на меня.
─ Очень этому рад, особенно, если и меня будут так страстно тискать на всех углах такие классные девчонки... и мальчишки.
─ Никаких мальчишек! Только девчонки, ─ строго сказал Джаред, легонько щёлкнув его по носу.
─ Ладно, сойдёмся на девчонках. А если серьёзно... Пока я здесь валяюсь - переселяйся ко мне. Я позвоню Майклу, у него ключи от дома, ребята помогут тебе вещи перевезти.
─ Лучше я побуду с тобой.
─ Нет, ребятам нужен дом.
Едва он это сказал, как «сюрприз» тоненько завыл на два голоса, словно ждал именно этого момента. Лицо Джареда вытянулось, и брови смешно изогнулись, спрятавшись под чёлкой. Дженсен прыснул, потом рассмеялся, когда он растерянно оглядел палату в поисках источника непонятных звуков.
─ Что это?
─ Ну... ─ протянул Дженсен, наслаждаясь видом изумлённого Джареда, когда весёлое тявканье переросло в рычание. ─ Не люблю я кошек. Другое дело собаки. Ты не против парочки шустрых комочков, которые перегрызут в доме всё, включая твои шипованные ботинки, туфли от Гуччи и костюмы от Армани? Ах, да! Ещё они перебьют кучу посуды, будут красть еду со стола и проглотят не раз и не два твои парадные бриллиантовые запонки, будут заляпывать слюнями твой мобильник, и ты разоришься на счетах из химчистки и покупках собачьего корма?
─ Звучит так, словно сказка сбывается прямо сейчас.
Дженсен не мог сказать точно, привиделось ему это или нет, но глаза Джареда подозрительно блестели, и столько эмоций там плескалось, что Дженсен облегчённо выдохнул: он сделал всё идеально для начала их официальных отношений.
Под кроватью грохнуло, положив конец «фликмоменту», и под ноги Джареда выкатились два белоснежных комка. Две пары разноцветных глаз уставились на него, пытаясь удержаться на скользком покрытии пола и неуклюжих разъезжающих в стороны лапах. Когда в глазах Джареда зажглось узнавание, Дженсен торжественно их представил:
─ Познакомься с нашими малышами: это Кастор и Поллукс, сокращённо Кас и Пол.
Джаред осторожно нагнулся к щенкам, тихо посмеиваясь, и протянул им руки. Собаки, повизгивая и поскуливая, обнюхали их, с чувством облизали пальцы, а затем хвосты бешено закрутились волчком, отчего щенков мотало из стороны в сторону, как пьяных матросов. Конечно, они узнали Человека, который столько времени провёл в их уголке. Когда Джаред поднял глаза на Дженсена, тот заметил, что он больше не скрывался за чёлкой и не прятал счастливых слёз, скатывавшихся по щекам.

Изображение

Эпилог.
Месяц спустя.

Дженсен тихо посмеивался, собирая в ведро осколки очередной разбитой Полом и Касом вазы. Она ему тоже жутко не нравилась, однако с Адрианой было трудно спорить. Почему-то девушка была уверена, что ваза династии Цинь просто обязана быть в гостиной гостеприимного дома Эклза и Падалеки в Аспене. «Потому что удивительно гармонирует с обоями, Дженсен, как ты этого не замечаешь?» ─ сокрушалась она, а Эклз действительно этого не видел. Гостиная была выдержана в светло зеленоватых оттенках, напоминающих молодую листву, а чёртова ваза синяя. Мало того, затейливые узоры на ней пестрели жуткими чёрными пятнами, словно здесь поработали кинговские лангольеры. Возможно, у Дженсена был некоторый цветовой кретинизм, но не до такой же степени!
Спасибо щенкам, Дженсен знал, что ваза отсчитывает свои последние деньки после того, как Адриана с подружками, покружив по комнате, торжественно поместила её на их любимом месте. Недаром собаки так ворчали, глядя на действия людей.

...Дженсен огляделся вокруг, в поисках незамеченных осколков. Вроде всё чисто. Без этого китайского авангарда обои смотрелись теперь действительно шикарно, а угол замечательно опустел. Едва он выпрямился, как между ног проскочили два четвероногих мохнатых террориста и плюхнулись на освободившееся место. Дженсен тихо рассмеялся, наклонился снова и потрепал белоснежные загривки их обожаемых хаски.
─ Ладно, ладно, не бойтесь, ругать не буду. Только в следующий раз играйте тише, Джаред ещё спит. ─ Услышав имя второго хозяина, щенки тихонько заскулили, оглянулись в сторону лестницы и хвосты тут же ожили, выписывая рисунки на паркете. ─ Правильно. И всё-то вы понимаете, глазастики. Да, да, это точно теперь ваш угол, без вопросов.
Оба щенка доверчиво ластились к руке, прекрасно зная, что этим поступком они не создали проблем для своих мохнатых задниц, а разбитая «захватчица» ─ не повод схлопотать веником под хвост. В этом доме их не наказывали, а только любили.
Дженсен бросил на притихших собак лукавый взгляд, совершенно не веря их умилительным мордочкам. Ведь что-то задумали снова, чертенята. Погрозив им пальцем загипсованной руки, Дженсен подхватил ведро здоровой, вынес мусор, затем завернул на кухню и включил кофеварку.

Пока она гудела, Дженсен подумал, что по практичности Тэйлор и Саша дали бы Адриане сто очков вперёд. Они, например, подарили итальянскую люстру ручной работы. А так как щенки ─ слава яйцам! ─ летать не умели, Дженсен готов был согласиться, что это произведение искусства действительно украсило их гостиную. Слава Богу, что парни не разбираются в декоре, зато они разбираются в дурацких, совершенно не практичных и ненужных вещах и выпивке. Благодаря первому у щенков всегда было что погрызть, кроме туфель Джареда, а второму ─ их бар был забит самым разнообразным коллекционным пойлом, собранным со всего мира во время командировок Мэта и Тома, и вполне мог соперничать с лучшим рестораном Аспена по разнообразию и качеству. Джаред сотрясался от хохота каждый раз, когда принимал в подарок очередную бутылку, и говорил, что в Аспене они два самых трезвых алкоголика. В какой-то мере Дженсен даже радовался, что его парни не обладали денежными излишествами, иначе катастрофа была бы неминуемой, так как дом ведь не резиновый.
А вообще, чёрт его знает, почему каждый из друзей Джареда решил, что должен им что-нибудь подарить. Переезд Падалеки уже давно отпраздновали, а вот подарки продолжались до сих пор. Ну да ладно, они не против, чулан большой (и есть чердак) и собаки рады.

...Спустя пять минут с двумя кружками горячего напитка Дженсен поднимался по лестнице, будить своего золотого мальчика. Остановившись на пороге спальни, он с удовольствием оглядел раскинувшегося по постели Джареда: от кончиков длинных пальцев на ногах, одна из которых была в гипсе, и заканчивая лохматой макушкой. Парень продолжал излучать жар, как печка, и, была б его воля, одеяло как класс просто исчезло бы из спальни мерзляка Дженсена, чему последний активно противился. Поэтому у каждого было своё, и сейчас одеяло Джареда привычно валялось на полу. Так как объект ночной страсти отсутствовал, Джаред нашёл своим рукам замену, явно неравноценную, но мягкую ─ обнял подушку Дженсена и продолжал спать сладким сном младенца.
Эклз улыбнулся и решил дать ему ещё несколько минут спокойного сна. А вот кружку поставил на столик со стороны Джареда так, чтобы аромат кофе скорее добрался до его чуткого носа, вполне возможно, тогда проснётся сам. Это лучше, чем вскакивать от жестокого звона будильника.
Затем Дженсен отошёл к окну и выработанным за многие годы жестом отдёрнул занавеску, впуская в комнату солнечные лучи, и привычно окинул взглядом заснеженные пики Сноумасса, с которого для них с Джаредом всё началось, и он не будет вспоминать, что там же всё едва не закончилось.
Над Аспеном снова сияло бескрайнее чистое небо. По-весеннему жаркое солнце заставляло искриться укатанные горные склоны, идеально безопасные теперь, благодаря новому руководству курорта. Несмотря на ранний час, трассы уже были облеплены фигурками в разноцветных костюмах.
─ Ещё один день в раю, ─ тихо прошептал Дженсен, отпивая большой глоток кофе из своей кружки.

Обычно жаворонком у них был Джаред, и собаки привыкли гулять с утра именно с ним. Но сегодня ночью парень так умаялся любовными играми, что даже не пошевелился, когда на столике запищал мобильник Дженсена, тот самый, который спасатели нашли на конусе выноса Сирены, пока они сидели в заточении. И не услышал, как внизу щенки прикончили вазу Цинь, грохот был отменный, как китайский контрафактный фейерверк.
Звонок был от Майкла, который дежурил сегодня на метеостанции. Он зачитал прогноз, полученный только что из Центра в Колорадо. С северо-востока надвигался циклон, закономерно застрявший перед водоразделом, но зная, как быстро эта махина может перевалить хребет, надо быть начеку уже сейчас. Джаред должен оценить, что стихия подарила им «медовый месяц» без происшествий. Похоже, это время заканчивается, и на рабочем столе нового короля Аспена уже ждала стандартная форма, подготовленная Дженсеном, та самая о закрытии трасс и лавинном предупреждении, форма, которую так ненавидел Морган.

...Поставив пустую кружку на подоконник, Дженсен шагнул к кровати и прилёг рядом с Джаредом. Лёгкий поцелуй за ухом у кромки растрёпанных волос, и тело Падалеки привычно содрогнулось, медленно пробуждаясь к жизни. Сначала он потянулся как большая кошка, потом повернул голову на подушке, и, всё ещё не открывая глаз, улыбнулся, точно зная, кто находится рядом с ним и оберегает его сон от кошмаров. Привычные ямочки обозначились на щеках, и Дженсен тихо рассмеялся, целуя его в загорелое плечо. Пожалуй, ему никогда не надоест смотреть, как Джаред встречает с улыбкой на лице каждое утро.
Когда глаза Падалеки распахнулись, в них плескалось счастье, и с каждым днём, с каждым проведённым вместе часом его становилось всё больше. Дженсен знал, что в этом есть и его маленькая заслуга. Он, как и Джаред теперь верил, что однажды боль уйдёт совсем. Возможно, у них будут хорошие дни вперемешку с плохими, потому что слишком глубокой оказалась рана в душе Джареда после гибели семьи. Врач Падалеки чётко описал ситуацию и возможные сценарии, и Дженсен знал, чего ждать и на что обращать внимание, чтобы не повторились попытки суицида. Дом, в котором Джареда ждут ─ именно этого ему не хватало для полного выздоровления. Подсознательно он избегал осёдлости долгие годы, боясь новой потери и последующей за ней неизбежной болью, и, несмотря на окружающую заботу друзей, всё равно был одинок и несчастен. Именно поэтому он даже животных страшился завести.

Однако теперь всё изменилось. У Джареда был он, Дженсен, был дом, семейная фирма, новое увлечение и собаки ─ это всё рождало чувство ответственности, и требовало ответной любви и заботы. Пожалуй, это была лучшая мотивация, чтобы забыть о себе и погрузиться с головой в новую реальность. Нельзя жить только прошлым, каким бы оно ни было, и Дженсен был решительно настроен, чтобы не позволить Джареду снова туда мысленно вернуться. Здесь и сейчас они вместе и счастливы.
Он вспомнил, как, засыпая тогда в пещере в объятиях Джареда после их сумасшедшего секса, он мечтал сказать ему на утро эти слова, но не получилось. Зато получится сейчас. И надо как-то нежно намекнуть о ночной сводке погоды, которая уже тревожила мысли.
Дженсен улыбнулся в ответ и мягко произнёс:
─ С добрым утром, солнышко! Просыпайся, к нам в гости просится циклон, и мне не нравятся его характеристики.

Конец

Изображение


Последний раз редактировалось Медиумы 22 май 2011, 21:50, всего редактировалось 1 раз.

06 май 2011, 20:08
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июл 2009, 18:00
Сообщения: 179
Откуда: Рига
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Prosto uvlekatelnij J2 fic...beret za dushu...parni takije, kakimi mne vsegda nravilisj...
Nu i gori, lavini.... budu perecitivat....
5

_________________
Язык зубами не удержишь.


06 май 2011, 22:31
Пожаловаться на это сообщение
Профиль YIM WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 18 апр 2011, 02:45
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
И надо как-то нежно намекнуть о ночной сводке погоды, которая уже тревожила мысли.
Дженсен улыбнулся в ответ и мягко произнёс:
─ С добрым утром, солнышко! Просыпайся, к нам в гости просится циклон, и мне не нравятся его характеристики.

:lol:
5


07 май 2011, 04:15
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 24 авг 2008, 18:38
Сообщения: 50
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Понравилось! Узнала многое про лавины))) 5


07 май 2011, 09:51
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 12 апр 2011, 14:57
Сообщения: 67
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Очень понравилось :beg: спасибо :flower:
5


07 май 2011, 10:18
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 13 дек 2010, 12:00
Сообщения: 233
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Медиумы! Вы прекрасны!
Отличная работа! Особенно порадовала знание технической стороны (лавины, сводки, спасатели и пр.)
5!!!
:flower:

_________________
Кобра веселая. 6 шт. упак.


07 май 2011, 13:53
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 дек 2009, 20:30
Сообщения: 258
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Очень понравилось! Спасибо!
5


07 май 2011, 15:59
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 июн 2010, 15:20
Сообщения: 59
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
В диалогах-объяснениях, на мой взгляд, слишком много пафоса и неестественности.
Но про лавины было интересно читать)
4

_________________
JumS http://www.diary.ru/~Colorado-River/ Дневник ведется с 12.06.2010


07 май 2011, 18:38
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Киськина мать
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 авг 2009, 03:57
Сообщения: 431
Откуда: Москва
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
5!

_________________
Человек умеет, может, знает гораздо больше, чем он думает. И думает он намного лучше, чем ему кажется.
Жить - удовольствие. И не говори, что тебя не предупреждали :)


07 май 2011, 18:47
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 фев 2011, 03:12
Сообщения: 130
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Скучно! И очень много воды, текст можно было бы сократить наполовину 3


07 май 2011, 20:43
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 17:26
Сообщения: 376
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Потрясающая история, просто слов нет. Насыщенный сюжет, нотка противостояния, надлом...

5

_________________
http://felisha.diary.ru/


07 май 2011, 22:58
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
озабоченный читатель
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 08 мар 2010, 18:05
Сообщения: 123
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Потрясающий фик, такой эмоциональный и живой :inlove: Перевод сделан на ура. Медиумы, вы постарались. Откапать такую красотень и перевести. Действительно много чего интересного узнала: и про лавины, и как с ними борются (а я и не знала что помимо взрывов для искусственного схода лавин их еще и вручную подрезают лыжники, это же чертовски опасно).
Я ж не поленилась и заглянула на сайт Аспена, такая красота эти горы, и город. Неописуемые красоты.

5!!!

_________________
Жить, как говориться, хорошо. А хорошо жить ещё лучше. (с)
Мой профиль на дайри http://www.diary.ru/member/?1581235


08 май 2011, 00:12
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 08 окт 2010, 19:42
Сообщения: 72
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Замечательный фик! И образы Джеев, и детали (касательно работы Дженсена и лыжного курорта) - так тщательно прописаны, это такой труд. :hlop:
И то, как Джеи обрели друг друга - :inlove:
Спасибо!
5


08 май 2011, 00:36
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
чуткие натуры, романтики!
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 12:43
Сообщения: 327
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Обалденный фик! Джеи классные такие, слов нет :heart:
Очень визуально и достоверно получилось. Спасибо

5


08 май 2011, 02:51
Пожаловаться на это сообщение
Профиль ICQ
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 дек 2010, 01:21
Сообщения: 84
Откуда: Московская область
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Спасибо! :flower:
Потрясающая история! :heart: Эмоциональная, захватывающая, не отпускающая ни на миг при чтении )
Узнала много нового и интересного про лавины.
Джаред и Дженсен такие живые, у каждого из них есть прошлое, которое причиняло обоим боль, но обретённая любовь подарила им вновь счастье)
5

_________________
Дата регистрации на Diary 24 октября 2008
http://www.diary.ru/~Chesy/


08 май 2011, 02:58
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW

Зарегистрирован: 24 фев 2009, 16:13
Сообщения: 3
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Офигигительно! :inlove:
5


08 май 2011, 03:01
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 22 апр 2011, 15:45
Сообщения: 129
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Медиумы ме-е-е-дленно выползли на форум из зарослей чудо-травы и благодарят за оценки и тёлые слова.
Изображение


08 май 2011, 08:09
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 апр 2011, 09:31
Сообщения: 29
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Первую половину просто невозможно было оторваться - так увлекательно, живо и интересно было написано. Можно было окунуться в жизнь курорта и заодно почувствовать ненависть к засранцам, которых надо отгонять палкой, чтобы они не совали голову в петлю. Плюс флюиды зарождающейся симпатии, легкий намек на тайну - в общем, идеально. И уже хотелось бежать записываться в горячие поклонники автора, как вдруг - бам! - все закончилось вместе с падением в расщелину.
К этому моменту меня уже сильно мучил вопрос - неужели действительно лавинщики ходят на склон, когда маячат потенциальные спасработы, без раций, веревок и складных лопат? Ну это ладно, я не спец, может и такое бывает. Но вопрос начал мучить и отвлекать от текста
После момента истории Джареда уже почему-то возникло острое чувство фальши и перебора, и дальше оно только усиливалось до самого конца. Как-то сильно сказочно (и даже курорт купил) и сладко. И история Дженсена, вообще, как мне кажется, была лишней. Мог бы и потом рассказать... Вообще, они же по сути так друг друга и не узнали, и сразу такое доверие к друг другу. Они же взрослые уже, опытные, пощипанные жизнью люди, как-то не поверилось в такое доверие....

Моя оценка: 4

Безумно понравилась первая половина.

_________________
http://www.diary.ru/~Flying-Jib/


08 май 2011, 10:36
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 апр 2011, 09:31
Сообщения: 29
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
А еще! Осталось непонятным название:(

_________________
http://www.diary.ru/~Flying-Jib/


08 май 2011, 10:38
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 24 июн 2010, 13:05
Сообщения: 37
Откуда: Владивосток
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Невероятнейшая работа.
Всё было так захватывающе, прям ух!.. Насыщенное начало, напряжённая середина. И сам переломный момент – пребывание вместе – описан потрясающе.
И лично мне всего хватило, спасибо вам огромное.
5, и никак иначе.


08 май 2011, 15:46
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 дек 2010, 21:29
Сообщения: 148
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Отличная работа! Очень увлекает. Понравилось читать про лавины и лыжников - узнала много нового и интересного. И история Джеев оччень хороша, очень.

5

_________________
Смерть — это стрела, пущенная в тебя, а жизнь — то мгновение, что она до тебя летит (с)


08 май 2011, 20:58
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 18 июл 2010, 17:43
Сообщения: 107
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
ох, вот это дааааа!!!
Умопомрочительный фик!
И познавательный к тому же)
5!!!!!!!!!!!!!!

_________________
Я не лежу носом в землю. Я смотрю на небо на той стороне.
http://www.diary.ru/~ZER-0/


09 май 2011, 01:14
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 28 дек 2010, 14:49
Сообщения: 132
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
просто потрясающая, захватывающая и в меру разбавленная юмором история)
5

_________________
я на Дайри http://www.diary.ru/~12012011/


09 май 2011, 01:37
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 07 май 2011, 00:02
Сообщения: 31
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Спасибо!
Фик интересный, но впечатление оставляет двойственное. С одной стороны, написано хорошо, история необычная и довольно увлекательная. Прекрасная вычитка текста. С другой стороны, в текст напихано огромное количество "технических" подробностей о снегах, лавинах и всем прочем. Замечательно, что автор вникает в то, что он пишет, и стремится поделиться с читателем не только своим видением любовной истории, но и какими-то новыми знаниями. Но дело все в том, что как у Вас, уважаемый автор, в предупреждении написано, что "История создана по мотивам многочисленных публицистических статей, очерков и повестей о лавинах", именно так фик местами и воспринимается, как научная статья. Хорошая история, но она, к сожалению, потерялась в дебрях матчасти.
4

_________________
профиль на дайри - http://www.diary.ru/member/?1992136


09 май 2011, 01:55
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 14:19
Сообщения: 100
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
4
Хороший фик. Ему бы чувство меры ))


09 май 2011, 07:04
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 20 июн 2010, 17:55
Сообщения: 124
Ответить с цитатой
Сообщение Re: День 9. Авторский фик «Тигр в шкуре ягнёнка»
Очень понравилась производственная часть. Лавинщики, отлов туристов, даже смазка лыж любрикантом, вот это все - здорово. То, как два человека пытаются выжить - тоже классно.

Но противоестественные диалоги с перебором пафоса, но слащавость отношений при заявленной доле ангста, причем ангста мелодраматического... Последняя фраза прекрасна, да, но развитие отношений показалось до предела искусственным.

3.

_________________
Профиль: http://www.diary.ru/member/?369177


09 май 2011, 10:58
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 75 ]  На страницу 1, 2, 3  След.


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.051s | 17 Queries | GZIP : Off ]