Новости

Открыт прием заявок на Биг-Бэнг-2017!
Приглашаем авторов, фанартистов и клипмейкеров принять участие!

Изображение
Правила | Записаться: АВТОРАМ | АРТЕРАМ

Текущее время: 24 июн 2017, 04:00




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 20 ] 
Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglorik 
Автор Сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglorik
Автор: Melarissa
Виддер: onaglorik
Коллажист-оформитель: SmallPolarFox
Пейринг/Персонажи: Кастиэль/Дин, Сэм Винчестер, упоминаются другие персонажи из сериала
Категория: слэш
Размер: ~22300 слов
Рейтинг: NC-17
Жанр: романс, экшн
Предупреждения: Хуманизация персонажей, AU, гомофобная лексика, смерть второстепенного персонажа
Дисклаймер: получаем выгоду исключительно эмоционального порядка, ни на что не претендуем
Примечания: ретейлинг фильма "Огненная лестница" (Ladder 49, 2004)
Саммари: Пожарный Дин Винчестер попадает в огненную западню при тушении сложного пожара. Перед его мысленным взором проходят последние четырнадцать лет его жизни: прибытие в часть и знакомство с коллегами, встреча с любовью его жизни – капитаном Новаком, горести и радости нелегких будней пожарников, спасенные и погибшие... Успеет ли команда спасти его, или Дин пополнит печальный список павших при исполнении? На что готов пойти Кастиэль ради Дина – рискнет ли он чужими жизнями или оставит мучительно задыхаться в окружении огня? А на что готов пойти Дин, чтобы предотвратить ненужные по его мнению смерти? Героям предстоит сделать нелегкий выбор.

Изображение


Хотим поблагодарить:
SmallPolarFox за подаренное оформление. Спасибо! :flower:
Wintersnow - за помощь в переводе "Молитвы пожарного". Спасибо! :inlove:

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


Последний раз редактировалось Melarissa 19 ноя 2014, 03:42, всего редактировалось 1 раз.

18 ноя 2014, 01:35
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


Последний раз редактировалось Melarissa 10 дек 2014, 01:55, всего редактировалось 1 раз.

18 ноя 2014, 01:38
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
для onaglorik с любовью и наилучшими пожеланиями


Изображение


Тридцать лет назад

– Возьми своего брата и беги, беги со всех ног, Дин!
Дин послушно обхватил тяжелый сверток и прижал к себе.
– Папа! А ты?
– Беги!
Папа совсем неласково толкнул Дина в плечо, а сам, перепрыгивая через ступеньки, побежал наверх.
– Папа!
Сэм задергался в руках и заплакал. На фоне непонятного, угрожающего шума и треска его голос показался Дину еле слышным. Прижимая извивавшегося Сэма к себе, он начал медленно спускаться, стараясь не споткнуться и не наступить ненароком на уголок одеяльца. Он уже стоял на предпоследней ступеньке, когда раздался ужасно громкий взрыв, и Дина словно ударило огромной подушкой. Он оглох и ослеп на некоторое время и даже не заметил, как сел на попу прямо на лестнице. Когда он сумел снова подняться, слева, из кухни, в прихожую уже рвались языки пламени. Дин заплакал, но слезы не успевали стекать, они высыхали прямо на щеках. Сэм закричал совсем отчаянно, а потом закашлялся, тряся кулачками. Дин пополз вверх, надеясь уйти от жара и дыма, но наверху тоже уже все горело. Внезапно он услышал чей-то голос:
– Дин! Дин Винчестер! Где ты?
– Я тут, – крикнул Дин.
Точнее, хотел крикнуть, но на самом деле только прошептал еле слышно. Дым стлался по ступеням, Дин уже ничего не видел, и вдруг сквозь шум, треск и шорох раздались тяжелые гулкие шаги. Высокая и широкая фигура появилась из дыма, похожая на страшного робота или инопланетянина, с нечеловеческой вытянутой мордой. Дин вскрикнул, дернулся, надеясь убежать, но монстр уже заметил его.
– Дин! – раздалось вдруг, и Дин понял, что чудовище разговаривает. – Дин, я пожарный, сейчас я вынесу вас отсюда.
Огромные, невероятно сильные руки подхватили Дина и Сэма разом, прижали к твердой, обтянутой жесткой грубой курткой груди, и Дин вдруг успокоился. Ладони в брезентовых перчатках держали их осторожно, укрывая от кусачих искр.
– Уткнись мне лицом в плечо, сейчас мы выйдем наружу.
Дину показались, что они прошли прямо через огонь, на секунду ему стало нестерпимо жарко, а потом они выбрались на улицу, в холодную ноябрьскую ночь. Дин задрожал и крепче прижался к своему спасителю. Сэм больше не плакал и не кашлял, Дин чувствовал, что тот цепляется за его футболку. 
– Дин! Сэм! – Кто-то обхватил Дина поперек живота, и он понял, что это папа.
– Папа! 
Джон Винчестер опустился на колени прямо на краю газона перед своим домом, который на его глазах превращался в дымящиеся руины, и прижал к себе сыновей. 
"Когда я вырасту, – подумал Дин, вдыхая запах гари, – я обязательно стану пожарным."

Изображение


– Команда сорок девять, примите сообщение! Пожар на Гамильтон-стрит, горит здание мукомольного комбината. Опасность взрыва. Общая тревога!
Пламя рвалось из лопнувших от жара окон подобно неукротимому зверю и плевать ему было на жалкие струйки воды, которыми люди пытались обуздать его. Перед зданием вились шланги, торопливо пробегали пожарники с топорами и баграми, в тяжелых огнеупорных куртках, касках и кислородных масках. Гарт затормозил перед самым входом, подствольные немедленно занялись подключение рукава к крану, разведчики собрались перед входом в ожидании инструкций. Капитан Сингер, сменивший капитана Новака после его ухода на повышение, внимательно вгляделся в лица своих ребят.
– Вот что, парни, обстановка внутри так себе. Всюду мучная взвесь, в любой момент может все взлететь на воздух. Поэтому держаться вместе, страховать друг друга и на рожон не лезть.
Затрещала рация, которую капитан сжимал в руке.
– В здании находятся люди, повторяю, в здании находятся люди. Два человека на двенадцатом этаже.
В этот же момент, словно подтверждая сообщение, сверху раздался крик. Из темного провала окна высунулась ломаная фигура, размахивавшая руками.
– ...иииите! – донесло ветром.
– Вперед, ребята, двенадцатый этаж! – Сингер хлопнул по плечу каждого из четверых разведчиков и поднял рацию: – Команда сорок девять, это Сингер. Группа разведчиков заходит в здание, цель: двенадцатый этаж. Как поняли?
– Сингер, подтверждаем. Вас поняли. Четверо разведчиков заходят в здание. Удачи, ребята!
Последнего пожелания никто уже не услышал.

В доме стоял гул, какой порой слышится в печи с хорошей тягой. Было душно, дымно, жарко. Кое-где сверху лились струйки воды, капли падали на горячие балки и испарялись с шипением. Дин шел третьим. Подъем на двенадцатый этаж и в нормальных условиях не шутка, а тут при температуре выше пятидесяти градусов, с маской на лице, в тяжелой одежде, с инструментами. Ноги наполнялись свинцом по мере продвижения, пульс зашкаливал, пот заливал глаза, и не было возможности отереть его – мешала надвинутая на лоб каска со щитком. Наконец шедший первым Майк махнул рукой:
– Порядок, мы на месте, – прохрипел он. – Расходимся по двое. Держите друг друга в поле зрения.
Дин свернул направо, ориентируясь на спину напарника. Здесь было влажно и душно, дым вгрызался в легкие даже через респиратор. В голове стучало, но времени на то, чтобы передохнуть, не было. Впереди послышался слабый крик, и секунду спустя они оказались возле скорчившегося у стены человека, прикрывавшего голову руками.
– Привет, спокойно, мы пожарные, сейчас вытащим тебя отсюда... – Ник опустился на колени и приложил к лицу мужчины дыхательную маску. – Дыши, вот так...
– Бен, там Бен, – хрипло, отпихивая маску, забормотал мужчина. 
В этот момент из закрепленной на плече рации донеслось.
– Мы нашли парня.
– Мы тоже, – ответил Дин, нажав на кнопку. – Он утверждает, что есть еще один. Где он? – Он повернулся к мужчине, который теперь судорожно дышал, прижимая респиратор к лицу сразу обеими руками.
– Там, – невнятно ответил тот и махнул рукой куда-то вглубь. – Он был там.
– Я схожу за ним.
– Но, Дин, – Ник поднялся, – мне надо отвести...
– Веди, – жестко скомандовал Дин. – Не беспокойся, я сам. Давай!
Он крепко шлепнул ладонью Нику по спине и торопливо, но осторожно направился в указанном мужчиной направлении.
– Бен! – позвал он, пытаясь перекричать гул и треск. – Бен!
– Здесь! – донеслось до него.
Крепкий на вид мужчина лет сорока забился в шкаф. Дин встал на колено возле него и потряс его за плечо. Лицо мужчины было залито слезами и потом. Он судорожно вцепился в руку Дина, словно это было последнее, что ему оставалось.
– Я с тобой, Бен, – четко и раздельно произнес Дин. – Я здесь, с тобой. Я тебя вытащу.
За их спинами раздался треск. Дин обернулся. Кажется, перекрытия не выдерживали, обратный путь к лестнице стал слишком опасным. Он оглянулся. Если он не ошибся, в соседнем зале должно было быть фасадное окно. Оттуда можно будет спуститься на веревке.
– Центральная, это Винчестер, команда сорок девять, – закричал Дин в рацию. – Я на двенадцатом этаже, нашел пострадавшего. Пострадавший не ранен. Путь к лестнице отрезан. Подготовьте люльку, мы будем спускаться.
– Винчестер, вас понял, – отозвался диспетчер. – Люлька на подходе, идите к окну.
Дин поднялся и отстегнул от пояса моток троса со шлеей.
– Так, Бен, смотри, сейчас мы пойдем вон туда, к окну. Я обвяжу тебя и спущу вниз, а там тебя примут другие пожарные.
– Нет! – Мужчина вжался в стену и даже попытался оттолкнуть Дина.
– Бен, возражения не принимаются. У нас нет выхода, путь к лестнице перекрыт. Мы сгорим тут оба, если не спустимся, понимаешь? Эй, Бен, я тебе говорю!
Словно загипнотизированный, мужчина медленно поднялся, опираясь на руку Дина. Тот протянул ему маску и повел сквозь густой дым, молясь в душе, чтобы направление, которое он выбрал, оказалось верным. Бен, спотыкаясь, ковылял рядом. 
Неожиданно дым разошелся. Показался оконный проем. Дышать перед ним было значительно легче. Дин отобрал маску у Бена и принялся обвязывать его. Шлея легла под мышками, теперь карабин, пропустить трос, завязать восьмеркой, теперь к окну.
– Бен, смотри. Встань на подоконник, лицом ко мне. Стоишь? – Дин помог дрожавшему мужчине вкарабкаться на раму. – Посмотри вниз. Видишь? Всего два этажа. А там тебя ждут.
Дин встряхнул человека и внимательно посмотрел ему в глаза:
– Не бойся, Бен, я спасу тебя. Слышишь? Я тебя удержу. Ты просто спустишься вниз. Ты будешь жить, Бен! Я тебе обещаю!
Бен медленно и неуверенно кивнул, кривя губы. Разматывая трос, Дин пошел спиной вперед, пока не почувствовал лопатками опорную колонну. Зашел за нее и сел на пол, как следует упершись пятками. Потом повернулся, насколько позволяла куртка:
– Бен, я готов! Пошел!
– Нет! – истерически крикнул мужчина. – Я не могу!
– Можешь, – рявкнул Дин и чуть ослабил трос. – Отклоняйся назад! Пошел, Бен, пошел!
В соседней комнате что-то гулко ухнуло, и в дверном проеме показались первые языки пламени. Бен взвизгнул, и Дин почувствовал, как натягивается трос. Он начал медленно стравливать его, давая Бену возможность контролировать спуск. В какой-то момент тот явно потерял опору и всем весом повис на шлее. Дин чувствовал, как горят ладони, несмотря на защитные перчатки. Все исподнее под жаропрочным костюмом было мокрым насквозь, хоть выжимай.
– Еще немного! – раздалась команда из рации.
"Есть еще немного", – подумал Дин, отпуская трос. И еще. И еще. Трос задергался, и натяжение ослабло.
– Есть, он у нас.
Дин облегченно выдохнул. 
Не без труда поднявшись, он направился к окну. Люлька с двумя пожарниками и зажатым между ними Беном спускалась вниз. 
– Давай, Дин, сейчас подгоним вторую машину. Готовься спуститься, – раздался голос Сингера из рации.
– Есть, – ухмыльнулся Дин, чувствуя небывалый подъем.
Он спас человека! Он подарил человеку жизнь!
Раздавшийся за его спиной взрыв обдал его палящим дыханием. Дин не успел уцепиться за оконную раму. Пол под его ногами неумолимо рушился, он замахал руками, пытаясь сохранить равновесие, но не удержался. В туче раздробленного бетона и металлических прутьев Дин провалился сквозь перекрытие, пролетел целый этаж и тяжело рухнул на кучу камней, а потом, вместе с полом, еще на этаж вниз. Нога неестественно вывернулась, и ее пронзила острая боль. Перед глазами Дина все потемнело, и он потерял сознание.

Изображение


14 лет назад

Улица была пока еще пуста, хотя солнце уже взошло, а значит, для пожарников день уже начался. Дин Винчестер, двадцати лет, выпускник пожарной академии с отличием, спортсмен, красавец и просто хороший человек, был безоблачно счастлив. С сумкой с вещами в одной руке и с бумажкой с адресом в другой, он спускался по тротуару, внимательно вглядываясь в таблички на каждом перекрестке. Наконец нужная улица была найдена. Несмотря на раннее утро, ворота сорок девятой пожарной части Балтимора были приветливо распахнуты. За ними поблескивали красными боками и хромированными частями два пожарных автомобиля.
Дин Винчестер стоял на пороге исполнения своей мечты, к которому он упорно шел последние пятнадцать лет своей жизни. После спасения из пожара и данного себе самому обещания он даже не задумывался над тем, что существуют другие профессии. Вся его жизнь, игры, учеба, занятия спортом были ступеньками на пути к этой вот пожарной части, к которой с сего дня он был официально приписан. Бросив сумку наземь, он провел руками по короткому ежику волос, оправил воротник, одернул легкую куртку и, вновь взяв сумку, шагнул внутрь.
Сразу за машинами темнел вход в бытовое отделение части. В довольно большом общем зале было не слишком светло. Пахло кофе, потом и тем особенным запахом, который приобретают помещения, используемые исключительно мужчинами – смесь одеколона, феромонов и мужского братства. Прямо напротив входа стоял диванчик, на котором развалился темноволосый парень с журналом в руках. Дин кашлянул. Парень прижал какое-то место на странице журнала пальцем и лениво повернул к нему голову.
– Дин Винчестер, пожарный. Прибыл по назначению, – четко, как учили, отрапортовал Дин.
Темноволосый хмыкнул.
– Мне бы к капитану Новаку, – добавил Дин. – У меня назначение.
– По лестнице и направо, а там до конца. Да стучи погромче, кэп порой не слышит.
Удивленный и даже уязвленный таким безразличным и холодным приемом, Дин передернул плечами и направился к видневшейся в глубине комнаты лестнице. Коридор второго этажа был пуст. Дин поборол желание еще раз поправить воротник и деликатно постучал в дверь, рядом с которой висела пластиковая табличка "Капитан К. Новак". Из-за двери не раздалось ни звука. Дин постучал вторично, потом, уже не стесняясь, загрохотал кулаком. От такого и мертвый бы проснулся, но, видать, только не капитан Новак. В том, что кэп был на месте, Дин убедился, бесцеремонно заглянув в кабинет. Тот сидел за столом, откинувшись на спинку стула, запрокинув голову и сладко похрапывал. На столе возвышалась ополовиненная бутылка виски. Дин осмотрелся и нерешительно шагнул внутрь. 
Кабинет был завален папками, бумагами, на стенах висели карты и плакаты, призывавшие осторожно обращаться с огнем. Помещение выглядело захламленным и неприбранным. В углу Дин заметил топчан с подушкой и скомканным армейским одеялом.
– Сэр, – позвал Дин, в надежде разбудить капитана.
Новак не повел и ухом.
– Сэр, – уже раздраженно повторил Дин.
Капитан всхрапнул и открыл глаза. Он немедленно выпрямился, одернул китель и вытер капельку слюны с уголка рта. Дин смотрел на процедуру пробуждения с упреком, но никак не комментировал. Наконец капитан посмотрел на него, вопросительно подняв бровь.
– Сэр, Дин Винчестер, прибыл по назначению.
– Бумаги? – хрипло спросил капитан.
– Здесь, сэр. – Дин позволил сумке вновь упасть у своих ног и достал приказ о переводе и удостоверение из внутреннего кармана куртки. Сделав два шага, он приблизился к столу и протянул документы Новаку. Тот глянул на то и другое и вдруг расплылся в улыбке.
– Новенький, значит. Ну что, добро пожаловать в нашу дружную семейку.
По-прежнему улыбаясь, капитан поднялся, и Дин изумленно заморгал глазами. Подтянутый и застегнутый на все пуговицы выше пояса капитан был без брюк. Вместо этого на нем были длинные белые семейники с допотопной ширинкой и пикантным сердечком над левым коленом. Ниже имелись черные носки и начищенные туфли, между кромкой трусов и резинкой носков наличествовали сухолявые икры. Нисколько не стесняясь, капитан вышел из-за стола и протянул Дину руку, которую тот пожал.
– Думаю, прибытие надо отметить, смазать, так сказать, – фамильярно подмигнул Новак Дину и, приобняв его за плечи, повел к столу. – Глоточек виски...
– Сэр, но сейчас только семь утра, – пробормотал Дин, не уверенный, что можно отказывать непосредственному начальству.
– А мы по чуть-чуть...
В этот момент дверь резко распахнулась, и в кабинет буквально вбежал белобрысый парень, чем-то отдаленно похожий на чернявого с дивана.
– Кэп, отец Кастиэль прибыл. Ребята уже собрались.
Новак обернулся, а потом вдруг развел руками в извиняющемся жесте:
– Прости, Винчестер, не сегодня. Священник прибыл. Люк, покажи ему шкафчик и объясни, как оно у нас тут все.
Белобрысый Люк протянул Дину руку.
– Привет. Новенький? Хорошо. Пошли, я покажу, где вещи оставить.
Минуту спустя у Дина был собственный шкафчик, к которому не было замка, и пара крючков на стене. Он забросил сумку внутрь и обернулся к Люку.
– Слушай, а капитан... Он всегда такой?
– Какой? – удивился Люк. – Мировой мужик. Буквально горит на работе.
Посчитав, что выдал очень веселую шутку, Люк заржал, толкая Дина локтем в живот. Выглядел он не особенно накачанным, даже брюшко обозначалось под растянутой футболкой с длинными рукавами, но тычки были крепкие, так что Дину приходилось напрягать пресс.
– Слушай, Дин, – Люк вдруг перестал смеяться и склонился к Дину ближе, – тут такое дело. Священник приезжает к нам каждые полгода. Традиция такая, типа. Да и при нашей-то профессии сам понимаешь... В общем, мы все тут исповедуемся. Так что пошли.

***

Дин успел уже себе представить, что в части есть даже исповедальная кабинка, но все было намного проще. Он сам не понял, как оказался сидящим на стуле по одну сторону старой шторы, а по другую устроился священник. Дину был виден только его силуэт.
– Ну, сын мой, – начал отец Кастиэль негромко, – начинай. Прости меня...
– Прости меня, святой отец, ибо я согрешил, – торопливо и невнятно выдал Дин обычную формулу. – Последний раз я был на исповеди лет семь назад. Я не очень хорошо знаю, что мне следует сейчас рассказать...
– То, что грузом лежит на душе твоей, – отозвался священник. – Посещали ли тебя порочные мысли? Может, ты предавался чревоугодию, гордыне или желал себе жену ближнего своего? А может, воровал?
– Нет, я не воровал, – уверенно ответил Дин. – Насчет чревоугодия, ну, если кусок пирога после обеда – это грех, то грешен. Жены ближнего я не желал.
– Может, не ближнего, – настаивал священник.
– Да нет, я вообще ничьих жен себе не желал. Да и женщин, – на этом месте ему послышался какой-то шорох из-за занавески, будто шепот или сдерживаемое хихиканье. – Я, святой отец, вообще не по этой части, – громко продолжил Дин, – вот крепкие ребята – это по мне.
С этими словами Дин дернул штору в сторону, и шепоток немедленно превратился в громовой хохот. Вокруг сидевшего на стуле уже в брюках капитана, который изображал священника, столпился весь личный состав части. Дин увидел темноволосого парня с дивана, рядом с которым стоял тот самый Люк, который и притащил Дина на "исповедь". Около него стоял привлекательный темнокожий парень с выбритой головой и аккуратной бородкой, а за ним еще человек пять. Капитан поднялся:
– Ну, Дин, второй этап боевого крещения пройден на "ура", добро пожаловать в сорок девятую часть. 
Капитан обернулся к пожарникам и принялся указывать на них пальцем:
– Это Майк, – палец направлен на темноволосого, – с Люком ты уже познакомился, это Виктор, – лысый темнокожий кивнул, – Гарт, наш водитель, – парень был тощим, как жердь, и выглядел лет на пятнадцать максимум. – Бенни, второй водитель, Фрэнк, диспетчер, Гейб и Тони. 
Дин протягивал руку, принимал похлопывания по плечу и улыбался. Вот теперь он чувствовал, что его действительно приняли.

***

– А теперь, мой юный друг, – подошел к Дину минут через сорок невысокий юркий Гейб, – я покажу тебе самое важное место этой части.
Все пожарники нацепили серьезные мины. Дин последовал за Гейбом, который привел его в общую душевую, возле которой располагался туалет. Открыв шкаф, Гейб достал из него старую зубную щетку и торжественно вручил Дину:
– Это – твое важнейшее орудие труда на ближайшую неделю. Все наряды на уборку в первые семь дней – твои! Наслаждайся, парень. Чистящие средства и ведро с лентяйкой в шкафу, – будничным голосом добавил он, разворачиваясь и собираясь уходить.
Дин посмотрел на зажатую в кулаке замурзанную зубную щетку, вздохнул и принялся засучивать рукава. Что ж, новичкам всегда везет, это он и так знал.

***

– А ну с дороги, – Фрэнк с журналом в руке пронесся мимо Дина, неласково оттолкнув того в сторону, влетел в кабинку и с грохотом захлопнул дверь.
– Чего это он? – Дин ухитрился толкнуть ведро с грязной водой, и теперь на кафеле растеклась лужа. Он принялся собирать воду тряпкой.
– А, Фрэнк у нас душа-человек, обходительный и вежливый, само очарование, – заметил Виктор, который как раз мыл руки над отдраенной зубной щеткой и порошком раковине. – Сейчас мы его повеселим.
С этими словами Виктор взял газету, которую кто-то оставил на подоконнике, бесшумно подобрался к кабинке, в которой заперся Фрэнк и, щелкнув зажигалкой, поджег бумагу. Подождав, пока пламя разгорится достаточно, он зашвырнул ее в кабинку под дверь, а потом, хлопнув Дина по плечу, быстро выскочил из туалета. Дин швырнул лентяйку и последовал за ним.
Сначала в туалете было тихо, а потом раздались такие ругательства, что даже у выросшего с бывшим десантником Дина уши покраснели. Заглянув в дверь, он с удовольствием понаблюдал тарантеллу, исполняемую Фрэнком на почти уже потухшей газете. Наконец тот затоптал пламя.
За спиной Дина Виктор сгибался пополам от хохота.
– Немудрящая шуточка, а каждый раз срабатывает, – выдавил Виктор, отирая с глаз слезы. – Фрэнк боится огня в помещении больше всего на свете.
Дин посмеялся, уступил злющему, как черт, Фрэнку дорогу и направился обратно, отмывать следы Викторовой шутки.

Изображение


Кастиэль выехал на место пожара немедленно, как только услышал о нем. В Балтиморе было достаточно старых зданий, и он по опыту знал, что работать в них как играть в русскую рулетку. Никогда не знаешь, что может случиться.
Перед зданием стояли десятка два машин, многочисленные брандспойты кое-как удерживали огонь от того, чтобы он не перекинулся на соседние склады. На ходу натягивая протянутую кем-то защитную куртку, Кастиэль нажал на кнопку общей связи по рации.
– Это Новак, пожарное управление. Доложите обстановку.
– Здание спасти вряд ли удастся, – пробился сквозь треск голос диспетчера. – Вытащили троих. Один пожарник внутри, кажется, не может выбраться.
Кастиэль обернулся и увидел пожарную машину с номером "49" на боку. Сердце заныло от неприятного предчувствия.
– Кто? – бросил он в рацию.
– Винчестер, команда сорок девять. На связь не выходит.
Кастиэль отодвинул рацию ото рта и беззвучно выругался. Почему именно Дин?
Овладев собой, он вновь нажал на кнопку соединения:
– На каком он канале?
– Одиннадцатый.
Нажав на единицу два раза подряд, Кастиэль выдохнул и четко произнес:
– Винчестер, как слышишь? Отзовись!

Дин пришел в себя от боли. Ногу словно выкрутили из сустава, малейшее движение причиняло страдания. Кое-как он нащупал свой кислородный баллон, но в нем у самой горловины была трещина. Отбросив бесполезную теперь маску в сторону, он со стоном откинул голову назад. В этот момент ожила его рация.
– Винчестер, это Новак. Дин, слышишь меня? Отвечай, Дин!
Голос Кастиэля прерывался и порой пропадал. Дин зашарил руками, отбрасывая куски бетона и еще какой-то мусор. Наконец он ощутил округлые контуры передатчика.
– Это... – прохрипел он в мембрану и только потом понял, что забыл нажать на связь. Нащупав кнопку, он откашлялся, прежде чем начать снова: – Это Винчестер.
– Наконец-то! – донеслось в ответ. – Доложи обстановку.
Дин осмотрелся, стараясь не тревожить ногу.
– Пол провалился. Я упал, этажа на два вниз. Кажется, повредил ногу – вывихнул или сломал. Больно.
– Как с кислородом?
– Баллон лопнул. Кислорода нет.
– Слушай меня, Дин. – Голос Кастиэля стал тише, но Дин все равно прекрасно его слышал. – Мы идем к тебе. Мы тебя вытащим. Переключись на восьмой канал, Дин.
Скосив глаза, Дин неловко нажал на кнопку с цифрой восемь:
– Держись, Дин, – донеслось из рации. – Если надо будет, я весь ад на уши поставлю, но тебя вытащу.
Слабо улыбнувшись, Дин опять откинул голову и прикрыл глаза.

Изображение


Четырнадцать лет назад. 
Пять дней после прибытия Дина в часть.

Дин уже привычно возил тряпкой по полу общей комнаты отдыха. За последние дни он успел узнать своих коллег получше. Майк в свободное время предпочитал валяться с книжкой или журналом на диване. Его младший брат Люк скрашивал ожидание бильярдом, в который резался с Гейбом. Тот постоянно проигрывал и петушился по любому поводу. Фрэнк чаще всего сидел в диспетчерской, литрами дул кофе и слушал переговоры разных частей. Капитан немало времени проводил в своем кабинете, занимаясь отчетами и другой бумажной волокитой. Гарт и Бенни перебирали мотор и лениво рассказывали друг другу бородатые анекдоты. Остальные кто смотрел маленький переносной телевизор, кто просто шатался без дела.  В принципе, ничего нового, такие же развлечения Дин видел и в других частях, где проходил практику. Случались порой и оригиналы, которые вязали, рисовали картины маслом или писали сценарии в надежде покорить Голливуд. Но в большинстве своем пожарники убивали время дежурства самыми обычными способами.
Резкий звонок мгновенно вырвал всех из полусонного состояния. Затопали ботинки, книги, журналы и газеты полетели в разные стороны. Дин отшвырнул швабру и кинулся к шесту. По зеленому сукну бильярдного стола еще катились шары, дымилась забытая в пепельнице сигарета, а пожарники уже натягивали штаны и куртки и рассаживались по машинам.
– Пожар на Лейдекер-стрит. – Голос Фрэнка перестал быть старческим и противным, сейчас он звучал успокаивающе-профессионально. – Старое здание, жители выселены. Пожар на втором этаже.
Машины затормозили перед покосившимся домом, распугав немногочисленных зевак.
– Винчестер, сюда. – Подозвав Дина, капитан сунул ему в руки шланг. – Подключай.
Гейб уже ждал его у пожарного крана. Дин навернул металлическое кольцо на раструб и подхватил наконечник за скобы. Кто-то пристроился сзади, помогая нести тяжелый брезентовый рукав.
– Вперед, Дин, давай. Я за тобой, – капитан командовал негромко. 
Дин бегом направился внутрь дома.
Там было полутемно и сильно пахло дымом. Со второго этажа доносился типичный треск пламени. Не имея даже возможности поправить каску, Дин затопал по ступенькам. Капитан не отставал, поддерживая, руководя и направляя. Неожиданно на лестнице, ведшей на второй этаж, послышался писк. Дин взглянул себе под ноги. Крыса! Да не одна! Целое полчище грызунов мчалось ему навстречу, спасаясь от огня. Он непроизвольно вскрикнул.
– Это же только крысы, – успокаивающе пробурчал ему в спину капитан. – Давай, вперед, не останавливайся!
Дин поднял ногу и опустил ее на ступеньку. Раздался взвизг, он ощутил, что его ботинок раздавил что-то. Потом пошло легче. Не обращая внимания на все еще бежавших крыс, Дин двинулся дальше, стараясь не оступиться. Вот и дверь, за которой огонь. Не останавливаясь, он ногой распахнул ее.
Пламя рванулось ему навстречу, облизав жарким языком лицо. На какую-то секунду Дину показалось, что огонь вот он, прямо перед ним. На самом деле горело в нескольких метрах от двери, почти у окна.
– Давай, Дин, туши!
Дин нажал на рычаг, и из шланга рванулась толстая струя воды. Он покачнулся под ее напором, шланг извивался и рвался из рук как обезумевшее живое существо. Удерживать рукав было неимоверно трудно. Если бы не капитан, Дин, скорее всего, упустил бы его.
– Ты все делаешь правильно, – донесся до него голос Новака сквозь шум, треск, гул, шипение и биение собственного сердца в ушах. – Молодец, так держать. Туда!
Капитан чуть подтолкнул его, заставляя развернуться и начать тушить еще горевший участок. Дин слепо повиновался, не размышляя. Неожиданно пламя кончилось. Не было его больше. Дин нажал на рычаг, отключая воду, и повернулся к капитану. Глаза того смеялись, хотя сам капитан выглядел очень серьезным.
– Готово, Дин, – сказал ему Новак и похлопал по плечу. – Ты молодец. Ты справился. Твой первый пожар, и ты один потушил огонь.
Дин открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашел слов. Капитан направился к лестнице.
– Шланг не забудь, – буднично напомнил он Дину.
Прижав шланг к боку, Дин направился за ним следом.

На улице их ждала вся команда. Когда Дин вышел из дома, его встретили приветственными криками и рукоплесканиями. К пожарникам присоединились и прохожие, остановившиеся понаблюдать за происходившим. Дина хлопали по плечам, спине, орали что-то в уши, а он ничего не мог понять. Неожиданно он поймал взгляд капитана, который стоял чуть в стороне от радовавшихся пожарников. В этом взгляде читалось одобрение, гордость и, как ни странно, легкая грусть. Дин медленно кивнул капитану, благодаря его за поддержку. Тот не менее церемонно склонил голову в ответ и пошел к машине.

***

– Ну что, Дин, с первым тебя огневым крещением!
Смена закончилась, и вся дежурная команда оказалась в ближайшем к части пабе. Дин тряхнул мошной и заказал для всех выпивку. После первого круга последовал второй, потом за всех заплатил капитан, а дальше каждый продолжил уже в своем темпе.
– Ну, как оно? – спросил его Майк, подобравшийся поближе.
– Не знаю. – Дин отпил из бутылки. Он уже порядком нагрузился и не испытывал неловкости, говоря о своих ощущениях. – Страшно было.
– Да, в первый раз всегда так, – кивнул Люк, подошедший к брату. – И огонь горячее, чем в академии, и дым гуще, и все совсем не так.
– Ага, – Дин кивнул, соглашаясь, – если бы не кэп...
– Ты хороший пожарник, Дин. – Как оказалось, капитан был совсем недалеко. – Справился на отлично. Еще десяток-другой таких выездов, и шланг буквально прирастет к твоим рукам. Будешь прекрасным подствольным.
Дин ощутил, что щеки потеплели. Похвала начальника пьянила не меньше пива. Дин залпом допил бутылку и махнул бармену, требуя повторить.

***

– И я потушил его – пшшшс! – развел руками Дин, в пятый раз пересказывая девушкам у стойки то, как тушил сегодня пожар.
Девушки охотно хихикали и восхищались. Вдруг кто-то похлопал по его плечу.
– Дин, ты не считаешь, что тебе уже хватит? – Капитан выглядел совершенно трезвым, словно не пил со всеми наравне. – Завтра с утра на смену. Только попробуй опоздать.
– Начальство, – развел руками Дин. – С капитаном спорить опасно, а то как впаяет наряд вне очереди.
Покачнувшись, он сполз со стула и швырнул на стойку пару смятых купюр.
– До завтра, Дин, – помахали ему вслед пара еще оставшихся в баре ребят.
– Бенни, ты доведешь Гарта до дома? – спросил капитан, проходя мимо столика, за которым сидели оба водителя. Бенни пил пиво, а Гарт сладко спал, положив голову на сложенные руки. Возле него стояла одинокая, наполовину полная бутылка "Будвайзера". Первая и единственная за вечер.
– Само собой, доставлю в лучшем виде, – ухмыльнулся Бенни. – Не впервой.
Кивнув, капитан подтолкнул Дина к выходу тем же движением, как делал это во время тушения пожара. Дин повиновался.

Уже стемнело. По приезду Дин сумел найти себе небольшую квартирку не слишком далеко от части, от которой на работу и обратно можно было ходить пешком. Теперь они брели вдвоем, Дин пошатываясь, капитан ровно, заложив руки за спину. В доме не горело ни единого окна, когда они подошли к крыльцу.
– Спокойной ночи, кэп, – сказал Дин, поворачиваясь к Новаку.
Тот стоял перед ним и смотрел таким же странным, непонятным взглядом.
Дин вдруг ощутил непреодолимое желание поцеловать его. Оно родилось спонтанно, ведь никакого повода Новак ему не давал. Алкоголь и нерастраченный еще адреналин смешались в опасную взрывоопасную взвесь, которая дала Дину решительности сделать шаг, оказавшись прямо перед капитаном, а потом прижаться к его сомкнутым губам своими.
Дин в принципе ожидал чего угодно – что его оттолкнут, что дадут по морде, даже что Новак оботрет губы рукавом и презрительно сплюнет на землю. На что он не рассчитывал, так это на то, что капитан ответит ему, резко ухватит за шею, не позволяя отодвинуться ни на дюйм, и сам раздвинет ему губы языком. Дин застонал, чувствуя, как свивается тяжелый ком возбуждения в животе.
– Ко мне, – пробормотал он, на секунду отрываясь от губ капитана. – Второй... этаж.
Капитан кивнул. 
Они продолжили целоваться на ступеньках перед дверью, пока Дин нащупывал ключи, и потом на лестнице. Капитан принялся стаскивать с Дина куртку, еще пока они даже не дошли до квартиры, Дин не остался в долгу. В спальню они ввалились в расстегнутых рубашках, Дин запутался в футболке, пытаясь снять ее через голову и не отпустить плечо капитана. Тот вывернулся, содрал футболку сначала с Дина, потом отправил следом за ней свою рубашку и майку, и взялся за ремень на джинсах Дина.
Казалось, каждое прикосновение само расползается под кожей, как череда колючих искорок. Поцелуи капитана были обжигающими, как огонь, который плавил сейчас Дина изнутри.
Он упал на спину на кровать, жалобно застонавшую под его весом. Капитан сдернул ботинки с его ног, рванул джинсы вместе с трусами.
– Где? – нетерпеливо спросил он.
Дин ткнул пальцем в ящик маленькой тумбочки возле кровати и повернулся на живот. Он ожидал, что капитан окажется нетерпеливым и грубым, и уже приготовился потерпеть, мысленно прощаясь со стояком, но неожиданно к его пояснице прижались губы Новака. Ладонями тот водил по спине и бокам Дина, чуть нажимая и царапая огрубелой кожей, а сам выцеловывал низ спины, постепенно продвигаясь к ягодицам. Когда он раздвинул их, Дин застонал уже от нетерпения.
Капитан провел скользкими от смазки пальцами по коже и принялся медленно водить указательным по кругу, не проникая еще внутрь, а только надавливая. Дин дернул бедрами, пытаясь насадиться, и выдохнул, наконец-то ощутив что-то внутри себя. Одного пальца ему было мало, как оказалось, и двух тоже. Хотелось большего, и капитан словно почувствовал это. Обернувшись, Дин увидел, как тот надевал презерватив, стоя одним коленом на кровати. Его силуэт четко вырисовывался на фоне окна. 
Долго любоваться собой капитан ему не позволил. Дин лег грудью на матрас, расслабляясь, и постарался дышать ровно. У него давно уже никого не было, выпускные экзамены в академии занимали все свободное время, потом назначение, подготовка переезда, сам переезд и чужой город. Капитан толкнулся на пробу и остановился, поглаживая Дина по пояснице.
– Давай, не лопну, – пошутил Дин, и капитан принялся вбиваться в него короткими осторожными толчками, пока не оказался внутри целиком. 
Дин вздрогнул, ощущая ягодицами прикосновение чужого живота.
Капитан выдохнул, явно не без труда сдерживая себя, а потом вдруг наклонился вперед и, положив Дину руку на спину, заставил его обернуться. Поцелуй вышел коротким и смазанным, но он прошил Дина как удар под дых. Застонав, он двинул бедрами, и капитан послушно отклонился назад. 
Ему хватило всего нескольких движений, чтобы кончить. Дин разочарованно застонал, чувствуя, как содрогается член у него в заднице. Как бы жестко он себе не дрочил, но кончить так быстро у него не вышло.
Капитан аккуратно развернул его на спину и склонился между его бедер, блестя в темноте глазами. Его теплые губы обхватили головку Динова члена, и тут Дин уже не стал сдерживаться. Два пальца скользнули в его еще растянутое и влажное отверстие и принялись ласкать изнутри. Дин выгнулся и кончил с хриплым рыком. Он чувствовал, как капитан сжимал его, помогая продлить удовольствие, выдаивая его до конца ртом. Потом он подтянулся на руках и лег прямо на Дина.
– Все хорошо? – негромко спросил капитан.
– Лучше не бывает, – ответил Дин и потянулся к его губам.
В поцелуе он чувствовал собственный вкус, и это заводило его куда больше, чем все, что случалось с ним раньше. Постепенно поцелуи стали менее яростными, оба, не сговариваясь, переползли к подушкам и залезли под одно одеяло. 
Засыпать в чужих объятиях, обнимая кого-то, оказалось намного приятнее, чем Дин смел себе представить.

***

Будильник вырвал его из сна в шесть утра. За окном уже посветлело. Дин сел в кровати и помассировал немного болевшие виски. Капитана не было видно, однако Дин заметил, что на полу еще валялась его рубашка. Если капитан не ушел полуголым, он обязательно должен был быть где-то в квартире. Дин приготовился вставать, когда дверь открылась, и в комнату вошел Новак с еще мокрыми после душа волосами.
– Привет, – сказал он, внимательно и настороженно глядя на Дина.
Дин его понимал. Одно дело, когда целуешь и трахаешь своего подчиненного, будучи пьян, а другое – необходимость разбираться с ним поутру.
– Привет, – отозвался Дин и улыбнулся. – Мне воды оставил?
– Оставил, – кивнул в ответ капитан. – Все хорошо?
– Лучше не бывает. – Дин легко поднялся и, не прикрываясь, подошел к замершему у двери капитану. Помня об том, что по утрам изо рта не розами благоухает, он поцеловал его в колючую от щетины щеку. – Кофе?
– Было бы здорово. – Капитан чуть отодвинулся, посмотрел Дину в глаза и коротко поцеловал его в губы.
Член Дина дернулся на это прикосновение, как по команде.
– Тогда на кухне сам все найдешь, а я в душ. А то опоздаем.
Уже направляясь из комнаты, Дин вдруг кое-что вспомнил.
– Капитан, а как тебя по имени? А то орать "кэп", конечно, круто, но все же отдает извращениями.
– Кастиэль, – немного удивленно ответил капитан.
– Правда, что ли? – в ответ тоже удивился Дин. – Я думал, это шутка.
Капитан пожал плечами, словно говоря "ну вот как-то так", и принялся собирать разбросанную по всему полу одежду. 
Насвистывая бодренький мотивчик, Дин направился в душ, чувствуя себя в гармонии со всем миром.

Изображение


– Команда сорок девять, разведчики, приготовиться. Человек в здании, предположительно десятый-одиннадцатый этаж. 
Трое разведчиков, вооруженных топорами, вошли в здание и направились к лестнице.
– Кэп, тут завал, нам понадобятся инструменты, – крикнул Майк, одновременно пытаясь хоть немного расчистить путь.
– Сейчас будут, – Сингер отнял рацию ото рта. – Они справятся.
Напряженный командир Новак кивнул, не отводя взгляда от черного дверного провала.

Изображение


14 лет назад

На смену они не опоздали. Еще бы. Скорее, капитан бы без штанов на работу пришел, чем опоздал. Это Дин успел понять и за пять дней.
Неделя бесконечных нарядов прошла, обжигающий огонь не перестал пугать и заливать изнутри адреналином, однако это уже было приятное чувство. Хорошее чувство. Чувство борьбы на равных.
На станции капитан оставался капитаном, только пару раз в неделю, а иногда и реже, он превращался в Каса, который пил пиво, азартно болел за "Балтиморских Воронов" и трахался. Дома он распускал галстук, швырял форменную куртку в угол, скидывал ботинки и разваливался на пятнистом диване, которому лет было не меньше владельца как минимум. Дина вело порой от этих двух парней – от Каса и от капитана. Иногда он представлял себе, каким оказался бы в постели кэп, однако тот строго разграничивал личную жизнь и службу. В принципе, Дин был не против. Так было проще. Однозначней.
Год пролетел незаметно, и вновь наступил влажный душный июль. Дин успел взмокнуть, пока пешком добирался до станции ко второй смене. Рубашка неприятно липла к спине. Он не обратил внимания на переглядки остальных пожарных, когда направился к своему шкафчику, чтобы переодеться. Насвистывая, Дин вошел в предбанник душевой, расстегивая на ходу рубашку. Замок висел немного криво, но и на это он не обратил внимания. Набрал известный всему отделению код, как его скроешь, когда вокруг тебя постоянно толкутся люди, дернул за дверцу...
Нечто визжащее, жуткое, с клыками вылетело ему в лицо. Дин заорал, отшатываясь, пытаясь защитить шею и чувствуя, как по руке проходятся когти, оставляя рваные царапины. 
От двери раздался дружный хохот. Две перепуганные кошки упали на пол и прыснули в разные стороны. Измучавшиеся бездельем пожарники (неделя без значительных пожаров на районе, почти рекорд) держались за животы и утирали слезы.
– Ну ты орать, Винчестер, – хлопая его по плечу, с трудом выдавил Гейб, – сейчас на такую сирену все машины города съедутся!
Остальные одобрительно загудели, поддерживая Гейба. Дин выдохнул и тоже рассмеялся. Две гребаные кошки. Просто две гребаные кошки!
– Ну что, первый год закончился. Переходишь из разряда сосунка в разряд салаги, Винчестер!
Дин только покачал головой. Неужели уже целый год прошел?

***

Остаток дня он провел как обычно, вместе с остальными ребятами. Сыграл пару партий в бильярд, посмотрел очередную серию какой-то мыльной оперы, съел заказанную в ближайшей китайской забегаловке еду. Лег вместе со всеми отдыхать.
Вот только сон почему-то не шел. В комнате было душно, вентилятор лениво перемалывал лопастями густой, как патока, воздух, нисколько не даря облегчения. Кто-то стонал во сне, похоже, Люк. Майк похрапывал. Гейб, спавший на соседней кровати, смешно морщил нос. Дин поворочался с боку на бок, потом сунул ноги в ботинки и, не завязывая, побрел в туалет. Смочил лицо и волосы холодной водой, постоял, опираясь на раковину и разглядывая себя. Неужели год? Значит, через пять дней будет годовщина...
Как был, в трусах и ботинках на босу ногу, Дин направился по лестнице на второй этаж, в коридор, где из-под двери кабинета еще пробивалась полоска света.
– Не спишь, Дин?
Капитан сидел за столом, кружка дрянного растворимого кофе остывала на краю. Бумаги, бумаги, горы всяких отчетов, папок, ответов, подписок...
– Не спится.
Дин подошел ближе. Капитан откинулся на спинку стула, устало потер глаза, потом виски. Дин осторожно переставил кружку с кофе на один из шкафчиков для документов и протиснулся между сидевшим капитаном и столом.
– Не думаю, что это хорошая идея, Дин, – глядя на него снизу-вверх, сказал капитан.
Однако, вопреки своим словам, он обхватил ладонями колени Дина и медленно повел руками вверх, пока не добрался до кромки мятых боксеров.
– Все спят, – ответил Дин. – И видят сны.
– Фрэнк...
– Он до утра не отойдет от пульта, ты же знаешь.
Капитан поднялся и, обняв Дина за талию, дернул на себя.
– То есть никого и нет практически, ты это хочешь сказать? – глуше сказал он, потираясь щекой о челюсть Дина.
Тот резко выдохнул.
– Ну, полчаса у нас точно есть, как минимум.
– Полчаса, – повторил капитан и резко развернул его спиной к себе, а потом прижался сзади, жарко дыша в затылок. 
Когда он медленно повел бедрами вверх и вниз, Дин негромко застонал, чувствуя, что капитан сопротивлялся только для виду. В штанах у него все уже рвалось в бой, требуя допуска к телу. Он наклонился, осторожно опираясь на разложенные бумаги, стараясь не слишком их сминать. Капитан сжал его задницу, потом резко дернул за трусы, спуская их сразу до колен. Дин переступил, раздвигая ноги, и просунул руку между ними. У него тоже уже хорошо так, крепко стояло.
Сзади стукнул ящик стола, зашуршало, и ануса Дина коснулись пальцы, обтянутые презервативом. Он выдохнул, расслабляясь. Прошлая пятница, четыре дня назад, когда они зависли в заваленной дешевыми романами и старой мебелью квартире Каса, казалась невообразимо далеко. Капитан нажал, проверяя, и принялся уже привычно и умело растягивать мышцы. 
Дин и до этого чувствовал себя вспотевшим, а сейчас мутные капли собирались у него на лбу, сбегая от висков, и капали на распечатку отчета о профилактике пожароопасности за первое полугодие этого года. На отчете появлялись неровные пятна, и Дин смотрел на них, сосредоточившись. Капитан ласкал его изнутри, придерживая за бедро, Дин чувствовал себя зажатым между угловатым горячим телом капитана и таким же твердой, неподатливой столешницей. Похоже, удовлетворившись достигнутым, капитан потянул Дина вверх, развернул к себе лицом и потянулся за поцелуем.
Дин воспользовался этим моментом, чтобы добраться до самого капитана. Он наизусть знал его ремни и брюки, ему не потребовалось и полминуты, чтобы выпустить тяжелый, налитой член на свободу. Капитан охнул и зажмурился, когда Дин чуть резче, чем следовало, сжал его и пару раз провел кулаком по всей длине. Он прикусил ему губу, толкаясь, явно уже собираясь перейти к делу... и тут завыла сирена. 
Оба отпрянули друг от друга, тяжело дыша. Дин почувствовал, как резко спадает возбуждение, точнее, заменяется другим, не сексуальным. Капитан уже застегивался. Дин на ходу подтянул трусы и рванул в комнату отдыха. Остальные пожарники одевались быстро, как в армии. Через пару минут две машины с уже совсем не сонными дежурными вылетели из ворот и понеслись по дороге. Они не включали сирену, ночные улицы были пусты, а пугать жителей воем не обязательно. Фрэнк бубнил о старых постройках в портовой части города, кто-то заметил пламя среди складов. Вот там Гарт и Бенни таки нажали на кнопки, и красно-белые всполохи дополнились резким воем, распугавшим кошек и крыс, в том числе и человекообразных. К указанному складу они прибыли через семь минут после выезда.
Все было тихо. Капитан переговаривался с Фрэнком, уточняя, туда ли они прибыли, Дин замер с рукавом шланга в руках. Огня не было.
Неожиданно раздался голос Гейба. Тот отыскал металлическую бочку, в которой еще дымились угли. Вокруг на земле валялись пара булок и упаковка из-под дешевых сосисок из супермаркета. Майк презрительно плюнул на растрескавшийся асфальт и сунул топор в держатели.
– Бездомные, – сквозь зубы процедил он.
Его брат достал резиновое ведро, набрал воды из цистерны в машине и вылил в бочку. Гарь и пепел взметнулись в облаке пара вверх. Все направились обратно по местам, недовольно переругиваясь. Подобные пустышки, особенно ночью, выводили из себя.
Обратный путь, проделанный на средней внутригородской скорости, занял времени почти в три раза больше. Многие начали задремывать уже прямо в машине, положив каски на колени. Дин ощущал себя как в сауне, сидя в штанах и куртке. То, что куртка была расстегнута, совершенно не спасало.
Прибыв обратно в часть, все снова расползлись по койкам, в надежде добрать еще хотя бы пару часов сна. Дин прихватил из шкафчика полотенце и направился в душ, намереваясь обмыться и, возможно, подрочить себе. Адреналин спал, и яйца заломило от неудовлетворенного желания.
Он стоял, упершись одной рукой в стену, опустив голову и закрыв глаза, позволяя прохладной воде падать на шею и стекать по всему телу, медленно поглаживая себя свободной рукой, когда знакомые ладони скользнули от поясницы к плечам, а потом обнаженное тело прижалось сзади. Дин отозвался негромким стоном, помятуя об акустике этой душевой. Тут каждый звук раздавался не хуже, чем в пустой церкви. Капитан терся об него твердым горячим стояком и дышал в ухо. Дин развернулся в его объятиях, притянул за плечи и поцеловал. В ответ раздался глухой горловой звук, Кастиэль толкнул Дина к стене и вжался всем телом. Вода лилась на них сверху, Дин лопатками чувствовал царапучий старый кафель за спиной. Они, не сговариваясь, обхватили члены друг друга и принялись дружно двигать кулаками.
Дин запрокинул голову, капитан укусил его в кадык, царапая губы отросшей щетиной. Чуть расставив ноги и согнув колени, Дин двигался, вбиваясь в чужой кулак. Одной рукой он вцепился капитану в плечо, не позволяя тому отводить глаз. Он видел, как расширились зрачки Новака, как он хватал воздух приоткрытым ртом. Его язык поминутно двигался, облизывая мгновенно пересыхавшие губы. Дин подумал, что выглядит сейчас, вероятно, так же. В этот момент капитан сжал руку особенно крепко, и эта хватка вынесла Дина за грань. Он ощутил, что ему на живот брызнули показавшиеся ужасно горячими по сравнению с прохладной водой капли. Напротив него капитан глухо зарычал, кончая.
Им понадобилось еще минуты две, чтобы, наконец, отлепиться друг от друга и встать на подгибавшиеся ноги. Дин выключил душ и провел ладонями по телу, сгоняя воду, потом направился к полотенцу, которое заранее повесил на крючок на стене. У капитана полотенца не оказалось, и, вытерев голову и плечи, Дин протянул ему свое. Вместо того, чтобы взять его, капитан провел вдруг пальцем по кольцу которое Дин никогда не снимал с безымянного пальца, словно впервые его заметил.
– Интересное кольцо, – прокомментировал он и только потом взял полотенце.
Дин задумчиво посмотрел на свою руку, повертел кольцо, не снимая.
– Это моей матери, – сказал он, все еще не глядя на капитана. – Кельтское. Все, что осталось от нее на память.
Кольцо было довольно широким и совсем не женским. С одной стороны у него был выступ, который сейчас был повернут в сторону сустава.
– Видишь, когда он надето так, как сейчас, это значит, что мое сердце свободно, – пояснил Дин, вытягивая руку вперед, чтобы Кастиэль мог все разглядеть. 
Тот отвлекся от вытирания волос и опустил руки с полотенцем вниз.
– А вот если его перевернуть вот так, – Дин снял кольцо и, перевернув его, надел снова так, чтобы выступ указывал к ладони, – то это значит, что мое сердце занято.
Кастиэль внимательно посмотрел на руку Дина, которую тот опять вытянул перед ним, а потом дернул за нее, подтягивая его ближе к себе. Поцелуй был долгим и глубоким, как море, прохладным и жарким одновременно. Полотенце упало на пол и окончательно вымокло, но на это никто не обратил внимания.

Изображение


Дин пришел в себя от того, что что-то трещало у него над ухом. Камни больно впивались в спину. Ворочаясь, он постарался устроиться поудобнее. Ногу опять прострелило болью, и он застонал, не удержавшись. Было ужасно жарко и нестерпимо хотелось пить.
– Дин, – донеслось откуда-то сбоку. 
Дин заозирался, ища рацию взглядом. Она валялась совсем рядом, но ему не сразу удалось схватить ее. Даже сквозь перчатку он ощутил, как нагрелся огнеупорный пластик. На губы пахнуло жаром, когда он поднес рацию к лицу.
– Да. – Голос звучал устало и хрипло.
– Дин, – в отличие от него Кастиэль звучал четко, словно стоял рядом. – Дин, мы уже идем к тебе, слышишь? Ребята уже на пути к тебе. Скоро мы тебя вытащим.
– Да, – прохрипел Дин в ответ.
– Доложи обстановку, Дин.
Дин осмотрелся. Ничего не изменилось, сверху еще порой сыпалось каменное крошево. Огня пока не было видно, но он явно приближался.
– Пока без изменений, – сообщил он своему бывшему капитану.
– Хорошо. Не выпускай рацию из рук. Я знаю, что ты устал, но продержись еще немного. Мы идем за тобой.
По-видимому, кто-то подошел к Новаку и заговорил с ним, потому что его голос отдалился и превратился в невнятное бормотание. Дин осторожно опустил голову, по-прежнему держа рацию у рта.
– Принесли планы здания, Дин. Сейчас я найду, где ты, и скажу, что мы будем делать. Просто держись, Дин.
– Да, – безразлично ответил Дин и нажал на кнопку отключения.
У него темнело в глазах от боли и недостатка кислорода. Хотелось заснуть и никогда больше не просыпаться.

Изображение


Десять лет назад

Крики, шум, поздравления, ощущение твердых зернышек риса в ладони. Кто бы подумал, что найдется охотница на их Гарта, а смотри ты. Его избранница, невысокая, пухленькая, смешливая, выглядела рядом с новоиспеченным мужем совсем крошечной, что, однако, не мешало ей крепко держать его за локоть. Дин швырнул свой рис в новобрачных и заорал, бешено хлопая в ладоши. Стоявший напротив него капитан хлопал с таким же энтузиазмом.
Прямо перед церковью была припаркована пожарная машина, отмытая и отполированная до блеска. Привязанные к заднему бамперу шарики гонял ветер.
Дин выбрался из толпы и направился к кабине. Он вытянул накануне спичку с отломанной головкой, выиграв право отвезти Гарта и его жену от церкви до зала, где празднование должно было продолжиться.
Дин не ожидал, что пассажирская дверца откроется, и в кабину запрыгнет капитан.
– Кас, что? – Дин обернулся к нему, сразу заподозрив неладное.
– Ничего. – Кастиэль выглядел совершенно счастливым. – Трогай.
Гарт и Бесс встали на подножку, увитую по случаю свадьбы лентами, и, гудя, машина медленно тронулась. Дин не торопился, однако в крови бурлила радость – за Гарта, за его девушку, оттого, что рядом в кабине сидел Кас и улыбался. Дин обернулся к нему и подмигнул. Внезапно Кастиэль перегнулся через сиденье, потянул его к себе и поцеловал. Дин не выпустил руль из рук, однако дернул за него, и машина ощутимо вильнула, сбив пару мусорных баков у обочины. Сзади раздался испуганный вскрик Бесс. Оторвавшись от капитана, Дин взглянул в большое зеркало, в котором мог видеть обоих. Новобрачные цеплялись изо всех сил за поручень и целовались. Не отрываясь, Гарт погрозил кулаком. Дин засмеялся. 
Капитан принялся напевать Элвиса.

***

– Пей до дна, пей до дна!
Дин сделал последний глоток и грохнул кружкой о стол. Раздался одобрительный рев.
Зеленые ленточки, зеленые шляпы, галстуки, рубашки, серьги в форме листков клевера. Балтимор празднует день святого Патрика.
С утра пожарники принимали участие в параде, между оркестрами и машущими жезлами старшеклассницами в коротких юбочках, ползли в машинах по заполненных веселой толпой улица, в обед потушили небольшой пожар по соседству, ничего особенно, начавшие праздновать слишком рано не доглядели, опрокинув свечу (зачем нужна горящая свеча днем, Дин не понял), а теперь почти все их отделение праздновало в баре.
– А теперь еще по одной! – Майк расставлял вновь наполненные стаканы.
– А ты, Бесс? – обернулся к ставшей совсем уже своей жене Гарта.
– Мне бы сока, – улыбнулась она.
– Да ты что, кто вообще остается трезвым в такой день!
Дин кинул взгляд поверх голов в направлении, куда исчез незадолго до этого Кастиэль. Тот был на месте, смеялся, стоя с пивным стаканом в руке рядом с Фрэнком и еще каким-то не слишком молодым мужчиной с неопрятной бородой.
– Иногда бывают обстоятельства... – уклончиво произнесла Бесс, и Дин очнулся от наблюдений.
Обстоятельства?
– Ты же не хочешь сказать, что...
Щеки Бесс порозовели, она взглянула в направлении Гарта, который пил все еще первую бутылку, и Дин все понял.
– Ребята, у нас новость! – заорал он, запрыгивая на стул.
Испуганная Бесс дернула его за штанину, но в нем плескалось уже слишком много алкоголя, чтобы молчать.
– Скоро у нас в команде будет еще один будущий пожарный на смену папе! Давайте похлопаем Бесс и Гарту!
Его голос перекрыл обычный шум и музыку из динамиков. Все обернулись. По лицу Гарта стало понятно, что для него самого эта новость стала полной неожиданностью. Бесс, красная, как вареный рак, готова была расплакаться. И тут раздался рев, такой, что душный переполненный бар чуть не взлетел на воздух. Столько рук одновременно ударили Гарта по плечам, что он совсем согнулся под тяжелыми дружескими шлепками. Присутствовавшие на празднике жены и подруги кинулись обнимать и целовать Бесс. Дин видел, как к Гарту подошел Кастиэль, пожал ему руку и что-то проорал на ухо, на что Гарт глупо ухмыльнулся и отсалютовал.
Дин спрыгнул, обнял Бесс и подкинул ее в воздух. Он чувствовал себя таким счастливым, словно сбылись все его собственные желания. Уже не сердясь, она со смехом ударила его в плечо.

***

День спустя у всех нещадно трещали головы, но служба есть служба, и пожары никто не отменял.
Дин отпил пару глотков минералки, примерился и одним точным ударом послал красный мяч в лузу. За последние годы он неплохо овладел бильярдом. Смены оказывались порой долгими и скучными, смотреть постоянно телевизор было невозможно, и у них образовался настоящий бильярдный клуб. Вот и сейчас зеленое сукно давало отдых глазам, а игра помогала отвлечься от головной боли. Майк наблюдал за тем, как Дин и Люк бродят вокруг стола с киями наперевес в поисках наилучшей позиции для удара. Гейб шуршал очередной конфетой. Как он при таком рационе с килограммами сладостей оставался подвижным и стройным, было одной из загадок в их жизни. Особенно волновало это Фрэнка, который себя постоянно ограничивал и все равно набирал вес. Виктор разгадывал кроссворд, время от времени поглаживая выбритый наголо череп.
Сирена разорвала спокойствие, мгновенно превратив мирный день в небольшую локальную войну, которую команда сорок девять вела год за годом с противником, не думавшим отступать.
– Горит здание, жилой район, – забубнил Фрэнк в микрофон.
Машины вылетели со двора. 

Район был старым, столетней застройки минимум. Гнилые перекрытия, высохшее за годы и годы дерево. К счастью, людей в здании не оказалось, к несчастью, подобраться к квартире никак не удавалось. Капитана с ними в этот день не было. Виктор, принявший командование, махнул рукой, указывая на пожарную лестницу, и все дружно направились к ней.
Дин лез, цепляясь за ржавые перекладины одной рукой, второй прижимая к себе рукав шланга. Тот норовил вырваться и упасть на землю, но Дин держал крепко и продолжал ползти.
На плоской крыше все выглядело таким спокойным. Небо было чистым, синим, высоким. Издалека доносился шум городского движения, а здесь было тихо. Если бы не треск, шедший снизу. 
– Рассредотачиваемся, – махнул рукой Виктор. – Осторожнее. Ищем место, вскрываем крышу, заливаем.
– Ищем место, заливаем, – передразнил его Люк. – Раскомандовался.
Ощупывая крышу перед собой, разведчики двинулись вперед. Дин замер со своим шлангом у края, готовый в любой момент направиться туда, куда позовут. Снизу у крана страховал Гарт.
Майк предупреждающе крикнул что-то брату, порыв ветра отнес его слова в сторону. Люк обернулся, улыбнулся и махнул рукой.
– Кажется, тут, – крикнул он. – Жар идет.
Он сделал шаг, не торопясь, опустил ногу на залитую плавящимся под солнцем гудроном поверхность. Дин перехватил брандспойт, стоя наготове.
Крыша провалилась внезапно. Вот только что нога Люка стояла на черной вязкой плоскости, и вот ее больше не было. Здоровенная дыра разверзлась у его ног, из провала полетели искры и рванулось пламя. Майк заорал, бросаясь вперед. Люк балансировал на краю долю секунды, но потом подъеденные огнем перекрытия подались, и он рухнул прямиком в центр пекла.
Виктор перехватил Майка, готового кинуться вниз головой за братом. Дин стоял, не в силах осознать, что произошло... 
– Дин, Дин, ДИН! – заорал кто-то над ухом. 
Дин вздрогнул и нажал на кран. Огромные клубы пара рванулись вверх, огонь злобно зашипел, сопротивляясь.
Однако все было напрасно.

Они стояли перед домом, глядя, как сотрудники отдела расследований выносят из потушенного дома носилки с небольшим пластиковым мешком. Майк, вздрагивая, смотрел, как его некогда веселого, смешливого брата, его еще недавно живого брата, грузят в машину и увозят чужие люди. Прижавшись к дверце машины, плакал Гарт. Виктор стоял, опустив голову.

***

Дин вошел в общую комнату и замер.
На бильярдном столе еще лежали их брошенные кии, которыми всего пару часов назад он и Люк забивали шары. Вот тут стоял он, а там лежал на диване Майк, поглядывал в их сторону и читал очередной журнал. А теперь диван был пуст, и кий Люка некому было убрать. 
Дин тяжело подошел к столу и принялся собирать шары в середину.
– Это твоя вина, – ломким, сдавленным голосом произнес Майк за его спиной.
Дин вздрогнул и втянул голову в плечи. Конечно, это его вина. Если бы он в тот момент не потерял самообладания, если бы сразу начал тушить...
– Не говори глупостей, Майк, – резче, чем следовало, произнес Бенни. – Это ничья вина.
Дин обернулся. Майк стоял напротив Виктора, набычившись, готовый к драке. Виктор по-прежнему прятал взгляд.
– Он затащил нас туда, – заорал Майк, – он затащил нас на эту проклятую крышу и послал гулять по ней, я убью его, он же был мой брат, он же...
Майк рванулся вперед, Виктор даже не сделал попытки отступить.
Дин и Тони кинулись Майку наперерез.
– Что происходит?
Капитан появился в комнате в тот момент, когда Майк уже почти добрался до даже не пытавшегося отрицать или отступать Виктора.
– Он убил моего брата! – брызжа слюной, орал Майк. – Убил! Сука! Убийца!
– Майк! Майкл! – голос капитан зазвучал громче, чем все остальные. 
Он подошел к нему, оттолкнул Тони и Дина и схватил Майка за плечи стальной схваткой. Тот не видел ничего из-за лившихся по щекам слез.
– Он был пожарный, – тихо сказал капитан, легко удерживая разъяренного мужчину.
Только Дин заметил, как вздулись у него на висках жилы.
– Он спасал людей. Сегодня он тоже пошел туда, чтобы спасти. И он погиб на посту, как герой. Понимаешь, Майк? Люк – герой.
От этих простых слов силы словно оставили Майка. Он все слабее пытался вырваться, пока не повис практически в руках капитана.
Виктор развернулся и вышел.

***

Дин смотрел на гроб и не мог забыть черный пластиковый пакет на носилках. По сравнению с тем пакетом гроб казался огромным. В голову лезли всякие неподобающие мысли – а есть ли в этом гробу подкладка, и не запачкалась ли она? Или Люка положили внутрь прямо в пакете?
Выстрелы разорвали тишину, когда выстроившийся в почетном карауле взвод салютовал Люку. 
Майк стоял перед всеми, одетый в парадную униформу, разом постаревший, посеревший, словно присыпанный пеплом. В последние дни в части было очень тихо. Как назло, вызовов не было, они часами сидели, глядя в разные углы. Никто не играл на бильярде, не бросал стрелки в дартсе, даже телевизор оставался выключенным. Капитан предложил Майку отпуск, но тот отказался.
Не выдержав, Виктор подал прошение о переводе в другую часть.
Священник говорил что-то, но Дин не слышал его. Он смотрел на стоявшего по другую сторону от гроба капитана, и думал. Что, если Кастиэля вдруг не станет? В этот раз его не было на задании, но это был лишь счастливый случай. Он всегда ездит с ними, и он идет с разведчиками. Дин представил, что на месте Люка вполне мог бы оказаться капитан, а он сам так и стоял бы со своим шлангом сбоку и ничего не смог бы сделать. Именно тогда Дин принял решение.

***

– Я не подпишу это, – тихо и угрожающе сказал капитан.
Дин стоял перед его столом, на который только что положил прошение о переходе из группы подствольщиков в группу разведчиков.
– Подпишешь, – так же тихо и упрямо произнес Дин.
– Лейтенант Винчестер, – капитан поднялся и подошел к нему вплотную, – я отказываю вам...
– Тогда я подам рапорт и потребую перевода не только в другую группу, но и в другое отделение. И тогда кто-то другой будет тренировать меня.
В глазах капитана мелькнула паника, и Дин понял, что выиграл.
– Дин, это ненужное геройство. Ты прекрасный подствольный, поверь, я всяких на своем веку повидал...
– Это не геройство. Я должен там быть. – Дин позволил себе немного расслабиться. – Кас, это нужно мне. 
Ссутулившись, Кастиэль вернулся на свое место и поставил подпись под прошением.
– И ни на шаг от меня первое время, – не глядя на Дина, бросил он.
Ухмыльнувшись, Дин отсалютовал и покинул кабинет. 

***

– Эй, Сэм, – Джессика заглянула в комнату, где Сэм сидел над учебниками, готовясь к экзамену. – Там по телевизору про пожарника Дина Винчестера рассказывают. Это не твой брат?
Сэм рванул в комнату.
На экране был виден перепачканный сажей Дин, смущенно улыбавшийся, в полном пожарном облачении. Рядом с ним журналистка смотрелась как существо из другого мира. Сэм успел захватить только самый конец интервью.
– Спасать людей, бороться с огнем – это наша работа, – произнес Дин, глядя в камеру.
Ролик закончился, и Сэм немедленно потянулся к телефону.
– Привет. – В голосе брата слышалось удивление неурочным звонком.
– Дин, я видел тебя по телевизору, – без обиняков начал Сэм.
Дин хмыкнул. Сэм понял, что брат неплохо поддал.
– Ты пил, Дин? Послушай, это... там же все горело! Дин!
– Сэм, послушай, я занимаюсь этим уже не первый год.
– Ты же должен стоять снаружи и поливать здание водой, или нет?
– Я перешел в разведчики.
– Что?
– Я перешел в разведчики, Сэм.
– Ты... Как ты можешь, Дин? Как ты можешь так со мной поступать? Теперь, когда мы остались только вдвоем...
– Сэм, ты не понимаешь...
– Нет, это ты не понимаешь, Дин! Ты живешь неизвестно где, рискуешь жизнью, заходя в горящие дома, а если с тобой что-то случится? Что буду делать я, если с тобой что-то случится, Дин?
– Жить, – тихо ответил его брат. – Если бы тогда тот парень восемнадцать лет назад не вошел в наш дом и не вытащил тебя и меня, то нас бы здесь не было. И если бы я не вошел сегодня в тот дом, то не было бы того парня, которого вытащил я. Я спас человека, Сэм. Понимаешь? Я спас сегодня человека.
Не прощаясь, Дин положил трубку.
Сэм замер возле телефона, слушая резкие прерывистые гудки.

***

Не прошло и года после смерти Люка, а их команда вновь оказалась в полном составе в той же церкви, где Гарт и Бесс венчались, теперь, чтобы поприсутствовать на крещении их первенца. 
Дин смотрел, как священник читает молитвы. Счастливые родители стояли возле купели. Когда святой отец попросил выйти вперед крестных родителей, капитан кашлянул и поднялся со своего места возле Дина. Он смотрел, как капитан идет по проходу, пожимает Гарту руку, а потом, неловко и неумело, принимает младенца на руки. Подруга Бесс помогла ему подхватить малыша и сдвинула вниз кружевное одеяльце.
– Во имя отца, и сына, и святаго духа, – звучно произносил священник, на каждое слово выливая немного святой воды младенцу на лобик. Тот недовольно завертелся и захныкал. Капитан растерянно оглянулся.
Дин испытывал незнакомое ему прежде чувство гордого умиления. Хотя нет, нечто подобное он уже чувствовал, когда Сэм сообщил, что поступил в Стэнфорд, и когда он держал речь на выпускном. Особенно, когда он поблагодарил своих отца и брата за поддержку и опору. Но это было нормально. Сэм был его брат, умный, самостоятельно добившийся успеха. Гордиться своей семьей было нормально. Правильно. Теперь, ощущая, что гордится Кастиэлем, хотя повод для этого был не самый подходящий, Дин понимал, что постепенно тот стал частью не только его жизни, но и его семьи. Стал кем-то большим, чем просто друг, коллега, начальник и даже парень, с которым Дин трахался. И от этого становилось страшно и хорошо.
Переволновавшийся капитан вернулся обратно, благополучно сдав младенца на попечение родителей и крестной матери. Он опустился на скамью возле Дина и достал аккуратно сложенный носовой платок, чтобы промокнуть взмокший лоб. Дин незаметно пожал его руку, лежавшую на бедре. Кастиэль благодарно кивнул, отвечая на пожатие.

Изображение


Дину казалось, что он все еще мог слышать звук воды, которая падала в купель. Даже не просто слышать – чувствовать ее. Он попробовал отвернуть голову, но вода не исчезла, и теперь текла ему на щеку, заливаясь под воротник куртки. Он с трудом открыл глаза.
Откуда-то сверху, из невообразимой черной высоты, лилась струйка воды. То ли где-то лопнула труба, то ли тушили как раз именно над ним. 
Неожиданно наверху что-то ухнуло, и на Дина вместе с водой полетели сначала мелкие камушки, а потом и более крупные осколки. Не обращая внимания на боль в ноге, он рванулся в сторону, стараясь уйти из-под обвала.

– То есть мы можем добраться до него вот через этот зал, – пожилой инженер испуганно оглянулся на здание, где опять что-то взорвалось. Командир Новак даже не поднял головы, изучая синие кальки с планами элеватора. Не отрываясь от них, он нащупал на рации нужную кнопку и нажал на нее.
– Дин!
– Кэп, – прохрипел Дин и мучительно закашлялся.
У Кастиэля сжалось сердце, когда он услышал этот голос и этот натужный кашель. Нужно было действовать быстро, еще быстрее, чем быстро.
– Дин, послушай меня. – Он вздохнул, стараясь удержать собственные эмоции под контролем. – мы знаем, где ты.
– Хорошо, – тускло и незаинтересованно отозвался Дин.
– Ребята идут к тебе снизу. Они скоро будут там. Но тебе нужно уйти из той комнаты, где ты находишься.
– Неплохо бы, – чуть громче ответил Дин.
– Тебе надо добраться до стены, противоположной фасаду.
Кастиэль услышал шорох и чертыхания и понял, что Дин осматривается.
– Сможешь это сделать?
– Думаю, да. – Дин задыхался, когда снова заговорил. – Она свободна.
– Хорошо. Тебе надо сделать пролом в этой стене и перебраться в соседнее помещение. Это аппаратная. Там ты будешь в большей безопасности. Ребята поднимутся по лестнице, пройдут через погрузочный зал и доберутся до тебя. Ты меня понял?
– Да, кэп, я понял. – Дин звучал уже лучше, Кастиэль надеялся, что задание и надежда помогут ему продержаться еще немного. – Проломить стену и добраться до операторской.
– Да. Держись, Дин.
Кастиэль не без труда заставил себя переключить канал и принялся передавать полученные сведения поисковой группе.

Дин сосчитал до трех и резко перевернулся со спины на живот. Чтобы не заорать, он вцепился зубами в рукав своей куртки. Ткань горчила на языке, и это помогло ему справиться с собой. Подтягиваясь на руках и помогая себе здоровой ногой, он пополз по камням и другим обломкам к стене. По дороге ему попалась часть металлической конструкции, полоска толстого железа с заостренным краем. Дин прихватил ее с собой.
Оказавшись у стены, он ощупал кирпичи. Здание было действительно старым, теперь он видел это. Кирпичи трескались и крошились, раствор между ними легко подавался даже нажатию пальцев. Пожалуй, проломить стену было все же возможно.
Дин подтянул перчатки, поправил сползавшую на глаза каску и поудобнее перехватил железяку. Он принялся царапать ее углом шов между кирпичами, который сразу посыпался белой крошкой. Он скреб и скреб, стараясь отделить кирпич от других, но пока тот сидел крепко. 
Каким-то ветром до Дина донесло струю дыма, и запах свежей гари пробился даже сквозь окутывавший его дым. Он закашлялся, с трудом удерживая ускользавшее сознание, но перед глазами уже завертелись цветные пятна, картинки, и он снова провалился куда-то.

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


18 ноя 2014, 02:01
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Изображение


Пять лет назад

Визг, шум, крики. Розмари, дочь Бесс и Гарта, празднует день рождения.
Дин не часто бывал у них дома, но ему там нравилось. Это был настоящий дом с настоящей семьей, с бабушками, дедушками, тетками, двоюродными братьями и сестрами. А сейчас еще и с целой командой пожарников и их семьями, которые собрались на газоне и с нетерпением ожидали, когда же поспеют их бургеры и стейки на гриле.
– Дядя Дин, – Розмари подергала его за штанину, – покатай меня!
Дин оглянулся на Гарта, который улыбался во весь рот. Похоже, с этой стороны на помощь надеяться было нечего. Дин тяжело вздохнул, отставил бутылку с пивом и, сделав зверское лицо, вдруг кинулся на девочку. Та испуганно завизжала и сразу же зашлась в смехе, когда Дин подхватил ее на руки и подкинул вверх. Он покружил ее, а потом посадил себе на шею, придерживая за ноги.
– А теперь – в атаку! – заорала Розмари и ударила пятками ему в грудь. – Вперед, моя лошадка!
Дин заржал, изображая норовистого жеребца, взрыл "копытом" землю и поскакал на "врага". Враг оказался коварен – он заготовил наполненные водой пистолеты и встретил напавшую на них армию потоком воды. Розмари хохотала, цепляясь за голову Дина, а ее друзья и дети приглашенных пожарников прыгали вокруг, как чертенята, с воинственными воплями. Сначала на Дине повисли двое, потом еще, а потом Дин потерял счет всем этим оравшим, вопившим и карабкавшимся на него бойцам.
Театрально зашатавшись, он рухнул на траву, следя за тем, чтобы не примять никого ненароком. Розмари неожиданно переметнулась на вражескую сторону и принялась его щекотать. Дин вертелся, прикрывая лицо руками, пытаясь уйти от вездесущих щекочущих и царапающих пальчиков. Неожиданно откуда-то из-под локтя он увидел смеявшегося Кастиэля, который наблюдал за его борьбой. Стряхнув в себя противника, Дин поднялся на колени.
– Тихо! – прикрикнул он. – Меняем тактику. Мы теперь индейцы. Вон видите, там сидит генерал английской армии. Наша задача подкрасться к нему, завалить и защекотать насмерть.
Кастиэль, который с удовольствием наблюдал за возней Дина с детьми, даже не догадывался о вероломном плане. Он не забеспокоился, когда дети вдруг начали орать, шлепая себя ладошками по губам, изображая индейский клич, и когда, припадая к земле, все они двинулись в его направлении. А потом его погребла под собой лавина расшалившихся малышей. 
Кастиэль взвыл, пытаясь вырваться, но его держали крепко. И тут над его лицом навис Дин, раскрасневшийся, с полотенцем, завязанным на голове, которое делало его скорее похожим на самурая, чем на вождя племени. Мотая головой, он включился в игру, и Кастиэль изогнулся, заходясь от смеха. Щекотать Дин умел отменно.
Пожарники веселились, глядя на своего сурового капитана, который валялся на траве и корчился от смеха. Такого веселого праздника у них еще не бывало.

***

– Мы внутри, огня не видим, – рутинно сообщил Дин, следуя за капитаном.
Пожар возник на теплостанции. Все-таки там техника безопасности была на высоте, поэтому никаких особенных сюрпризов они не ожидали. Огонь удалось локализовать довольно быстро, хватало вокруг и огнетушителей. По сути, оставалась только разведка.
Занявший место Виктора Грег шел позади Дина, поэтому тот не видел, что произошло. Вероятно, один из вентилей на трубах не выдержал перегрузки, вызванной нагреванием помещения, и попросту слетел с резьбы.
Дин услышал "плоп", потом резкое шипение и страшный крик.
Он обернулся.
Грег пытался выбраться из окутавшего его облака пара, слепо тычась в разные стороны. Дин бегом рванул к нему. Пар был горячий, он был просто ужасающе горячий. Дин почувствовал это своими руками, когда ухватил Грега за куртку и выдернул из зоны опасности. На его лицо было страшно смотреть, оно словно расползалось на глазах. Дин опустил его на пол и оглянулся. К нему уже бежал капитан, одновременно отдававший приказы по рации.
Вдвоем они вытащили слабо стонавшего Грега на улицу. Дин словно лишился опоры, когда подбежавшие парамедики забрали пострадавшего и уложили на носилки. Он понял, что что-то не так, только когда один из санитаров обратился к нему.
– Вам надо поехать с нами.
– Что? Зачем? – Дин хотел сдвинуть каску, и в эту секунду его руку пронзила острая боль.
Он опустил глаза. С его красных, обваренных рук клочьями свисала отслоившаяся кожа. Только увидев их, он вдруг понял, как же они болят. 
Ему на плечо опустилась рука.
– Дин, в больницу, – голос капитана, сухой и напряженный, звучал непривычно властно. – Жди меня там. Я за тобой заеду.

***

Дин сидел в приемном покое с уже забинтованными и обработанными руками. Все оказалось совсем не так страшно, как выглядело поначалу, боль притупилась, загнанная в угол сознания лекарствами. Он прикрыл глаза и, кажется, задремал.
Проснулся он от легкого прикосновения к колену. Кастиэль выглядел усталым, под глазами залегли синие тени. Он присел на соседнее с Дином пластиковое сиденье.
– Как Грег? – хрипло спросил Дин вместо приветствия.
– Жив, – хмуро отозвался капитан. – Пока в реанимации. Скорее всего, понадобится трансплантация кожи.
– Все настолько плохо? – Дин сел прямее, оперся по привычке руками о колени и сразу же зашипел.
– Могло быть куда хуже, если бы не ты.
Капитан покосился на Дина сбоку, потом опять отвел взгляд. Дину очень не понравилось такое его поведение.
– Ну что, поехали? – Кастиэль поднялся. – Ребята собрались в пабе, ждут нас. Тебя, вообще-то. Ты у нас герой. – Последняя фраза опять прозвучала странно, словно Кастиэль был вовсе не рад этому обстоятельству.
Дин поднялся и пошатнулся. Комната ожидания вдруг поплыла перед его глазами, а желудок рванулся к горлу. Он пришел в себя от крепкой хватки на своем плече. Кастиэль обеспокоенно смотрел ему в лицо.
– Врача позвать? – тихо спросил он. – Подожди, сядь...
– Все в порядке, – Дин потряс головой. – Честно, Кас, все хорошо. Засиделся просто.
– Давай домой. – Кастиэль явно не был уверен, что стоит позволять Дину покидать больничные стены, но готов был согласиться на дом, как на меньшее зло.
– Черт, Кас, я не ребенок, я сказал нормально, – разозлился Дин. – Мне не нужна нянька!
– Ладно. – Кастиэль отпустил его плечо. – Пошли.
Он первым направился к двери. Дин пристроился ему в затылок, стараясь не зацепиться руками за что-нибудь.

***

В пабе орала музыка и толкались посетители, однако группа пожарников выделялась даже в этом гуле своим шумом. Похоже было, что набрались они уже крепко. Когда Кастиэль и Дин подошли к ним, раздался рев. Дина хлопали по плечам, кричали в уши что-то о том, какой он классный парень, ему сунули стакан с пивом, который он с трудом удержал в забинтованных негнущихся ладонях. Капитан рассказывал о состоянии Грега, что-то насчет помощи семье и прочем, но его не особенно слушали. Грег был жив, это было главное. Дин был герой, это было важно, и Дин был здесь.
Дин пил пиво, памятуя о том, что не стоит увлекаться, однако отказаться от подношений, желавших отблагодарить его не мог. В этот вечер никто не торопился домой, всем хотелось ощутить единство, никто не хотел оставаться со своими страхами и мыслями наедине.
– Если бы он поменьше о капитановой заднице думал, а повнимательнее был, может, и не лежал бы сейчас Грег в больнице, – выхватил Дин вдруг из шума за спиной.
Он закаменел. Никогда еще вопрос о его ориентации в команде не вставал. Никто никогда на эту тему не прохаживался, не шутил и уж тем более не оскорблял его. А капитана и подавно. И вот теперь...
Преодолевая сопротивление своих ставших внезапно негнущимися мышц, он обернулся. Прямо за его спиной стоял Гордон Уокер, переведенный к ним незадолго до этого из другой части. Поговаривали, за конфликтность. Они в основном бывали в разных сменах, поэтому Дин знал его плохо. Слышал, что пожарный он хороший, но как человек – дерьмо. Что ж, кажется Дин только что получил подтверждение этому. Рядом с Гордоном стоял Кубрик, с которым они перевелись вместе. О нем Дин знал еще меньше. Кубрик кивнул, подтверждая слова Гордона.
– И капитан тоже, – негромко произнес тот и сплюнул на пол.
Дин ощутил, что ему стал тяжело дышать. Внутри нарастала бешеная ярость. Ну ладно он, но обвинять кэпа, который за каждого из них свою жизнь положит...
– Возьми свои слова обратно, – процедил он, еще пытаясь контролировать себя.
– А то что, героический мальчик? – насмешливо протянул Гордон. – Ты нам сделаешь а-та-та своими обожженными ладошками? Вы же любите такие игры, жополизы?
Дин взревел и швырнул свой почти полный стакан об пол. Осколки и хлопья пивной пены брызнули в разные стороны, но он этого не заметил. Он снес Гордона с места, схватив его за грудки, и хрястнул спиной о стойку. Раздались испуганные крики. Дин успел смазать ему разок по челюсти, прежде чем его обхватили и оттащили в сторону.
– И дерешься, как девчонка. – Гордон выпрямился и вытер капельку крови с губы. – Все мозги тебе капитан вытрахал.
Это услышали уже все. Дин не столько воспринял ушами, как ощутил внезапный вздох всех остальных пожарников. Почувствовав, что державшие его руки несколько ослабли, он попытался вырваться и вновь добраться до Гордона.
– Отставить. – Иногда, когда это было необходимо, капитан мог звучать как настоящий начальник. – Остынь, Дин. 
– Да я эту суку... – Дин рвался, готовясь буквально глотку перегрызть ублюдку.
– Я сказал, отставить! – уже не сдерживаясь, рявкнул капитан. – Уокер и Кубрик, покиньте бар. Завтра с утра ко мне. Винчестер, хватит.
Услышав в голосе капитана сталь, Дин понял, что лучше немного умерить пыл. Попасться тому под горячую руку он бы не рискнул, тогда и свежие ожоги бы не спасли. Поводя плечами, Дин обмяк. Внутри сидела черная глухая обида. 
Вечер был испорчен. Все торопливо допивали, собираясь разойтись. Капитан швырнул на стойку полсотни.
– Не засиживайтесь. – Он внимательно посмотрел на своих пожарников, переводя взгляд с одного лица на другое. Никто не отвел взгляда, хотя многие выглядели растерянными. – Завтра с утра на смену.
Раздалось ответное бормотание. Остальные посетители успокаивались, бар опять наполнялся ровным гулом голосов.
– Пошли, Дин, – капитан кивнул в сторону выхода. – Домой тебя отвезу.
Они вышли из бара и направились к черному внедорожнику, который водил Кастиэль. Дин хмуро брел за ним. В висках глухо стучало, хотелось послать всех, в том числе и капитана.

***

– Я нашего капитана вот таким мальчонкой помню, – негромко сказал Фрэнк и показал ладонью, какого роста был капитан, когда они познакомились. Если бы это было правдой, то капитан должен был бы начать ходить месяца в полтора. Никто, однако, не стал вмешиваться. – Я тогда пожарником был. С его отцом служили. Матери у них не было, так Кастиэль постоянно в части вертелся, на выходных-то завсегда. Потом его отец меня вытащил, когда на меня балка упала. Повредила мне спину и ногу, со службы меня сняли, перевели в диспетчеры. И то только потому, что отец нашего кэпа вмешался. Он тоже капитаном стал. Иначе отправили бы меня на пенсию голубей кормить, а мне тогда тридцати еще не было. Потом кэп вырос, у него даже сомнений не было, куда идти. У нас тренировался перед экзаменами. К нам же и пришел. Его тогда ангелом звали, он вытаскивал из огня людей, когда никто вообще уже не верил, что там хоть кто живой остался. Сколько раз его самого потом откачивали... Все умеет сам, он один как команда... А что не женатый он или с девками не путался – так у каждого своя жизнь. Его это дело, не наше.
Пожарники, оставшиеся еще в баре, согласно кивнули.
– Он мужик, каких поискать, наш кэп, – добавил Гарт. – Настоящий пожарник.
– Как и Дин, – поставил точку Майк.
На этом и порешили. 

***

– Дай руки посмотрю. – Забравшись на водительское место, Кастиэль не спешил поворачивать ключ в замке зажигания.
– Да ну, все там в порядке. – Дин сопел, пытаясь закрыть дверцу.
На самом деле руки ужасно болели, похоже, что-то там лопнуло, и бинты пропитывались влагой, которая сочилась из обожженных мест.
– Дай, – рявкнул Кастиэль.
Дин раздраженно обернулся и сунул ему руки под нос.
– Вот черт, – прошептал практически Кастиэль, сразу увидев мерзкие мокрые пятна желтоватого цвета.
Он открыл дверцу и вылез из машины. Обогнул ее и захлопнул дверь со стороны Дина, потом дошел до багажника, вытащил здоровенную аптечку и с ней вернулся на свое место.
– Давай, лечить буду, – неуклюже пошутил он. – Или, может, в больницу?
– На хрен больницу, – пробурчал сквозь зубы Дин.
Он никак не ожидал, что у Каса окажется такой набор медикаментов. Смотреть на собственные ладони в пузырях, в красных лоснящихся проплешинах на местах, где кожа просто слезла, было противно. Дин отвернулся, чувствуя неприятный запах какого-то антисептика. Кастиэль достал специальный спрей и принялся тщательно опрыскивать руки Дина с обеих сторон. Потом, повернув их ладонями вверх, накрыл каждую стерильной салфеткой, ляпнув на нее предварительно какой-то жирной мазью. Спрей снял жжение и боль, руки словно онемели слегка, и Дин почувствовал облегчение. Вообще прикосновения Кастиэля словно забирали у него все накопившееся раздражение и прогоняли страх. Дышать стало легче. Достав бинты, Кастиэль тщательно перебинтовал ладони и каждый палец по отдельности.
– Почти парадные перчатки, – усмехнулся Дин, подняв руки вверх.
– Угу. – Кастиэль сложил медикаменты обратно в аптечку, потом отнес ее на место.
– Ну, поехали? – спросил он, вернувшись.
– Ага. – Дин рассматривал повязки. – Спасибо.
– Постарайся не разбередить снова, – ворчливо отозвался Кас.
Дорога была практически пустой, моросил противный дождь, и весь Балтимор накрыло туманом. Кастиэль смотрел прямо перед собой, крепко сжимая руль. Они остановились на светофоре, почти невидимом сквозь белесую пелену.
– Я не знаю... смогу ли я открыть дверь, – еле слышно проговорил Дин. – Завтра я позвоню Сэму, спрошу, не сможет ли он приехать на недельку, пока я не перестану быть таким инвалидом.
Он украдкой глянул в сторону Кастиэля. Тот повернулся к нему.
– Ты вполне мог бы остаться у меня на это время, – немного помолчав, ответил он. – Или я у тебя, как тебе удобнее.
Дин улыбнулся.
– У тебя ванная больше.
– А у тебя холодильник, – парировал Кас.
– А он пустой, – пожал плечами Дин. – Не успеваю я по магазинам бегать.
– Тогда ко мне, – кивнул Кастиэль. – У меня еще есть замороженная пицца.
Светофор мигнул зеленым, и Кастиэль решительно тронул машину с места и свернул в боковую улицу. – Придется сделать крюк, надо было сразу говорить, что ко мне едем.
– Ага, – хмыкнул Дин, – так бы ты меня и взял.
– Дурак, – вдруг как-то очень устало отозвался капитан. – Какой же ты порой дурак, Дин.
Дин понял, что, если не сделает сейчас чего-то, этот вечер в баре всегда будет стоять между ними, даже если они и словом о нем не обмолвятся. Поэтому он зацепил не очень пострадавшим указательным пальцем Кастиэля за воротник и потянул к себе.
Машина завиляла по дороге, когда тот поддался этому прикосновению и повернулся к Дину. Он продолжал коситься на дорогу, даже целуя его, но ему становилось все труднее делать это. Оттолкнув Дина на его место, Кастиэль свернул в какой-то проулок, так кстати оказавшийся справа от дороги, а потом резко дернул Дина снова на себя, целуя уже по-настоящему.
Дин вскрикнул от неожиданности, когда Кас слишком сильно прикусил его губу. Во рту появился железистый привкус крови.
Кастиэлю редко срывало крышу настолько, обычно он мог держать себя в руках в любой ситуации. Однако выглядело все так, словно сегодня какой-то предохранитель у него внутри перегорел. Неожиданно, как свернул куда-то в темень, Кастиэль резко оттолкнул Дина, так что тот плечом врезался в боковое стекло. Он не понял, почему Кас вдруг выбрался из машины и ушел, резко хлопнув дверцей. Посидев с минуту, Дин с трудом нажал на рычажок на двери и тоже вышел на свежий воздух.
Туман еще не спал, казалось, он стал только гуще. Выход из проулка виднелся в нескольких метрах, а дальше была темно-серая муть. На самой границе этой мути стоял Кастиэль, тяжело привалившись плечом к кирпичной стене. Он несомненно слышал шаги Дина, но не обернулся. Дин постоял рядом с ним, глядя на пустынную улицу. Отсюда ее было видно метров на десять в каждую сторону. Казалось, весь мир исчез, утонул, и только они вдвоем остались на последнем островке, где есть еще реальность. Предплечьем Дин развернул Кастиэля, так что тот оказался перед ним стоящим спиной к стене.
– Что? – почти беззвучно спросил Дин.
– Ничего, – не глядя ему в глаза, ответил Кас.
– Что? – громче и напористей спросил Дин.
Незаметно для него самого он пихнул Кастиэля в грудь, а потом прижал его горло предплечьем. Наконец-то тот посмотрел ему в лицо.
– Ничего, – раздраженно и значительно громче, чем следовало, отозвался Кастиэль. – Ничего!
Он заорал, но звук словно потонул в окружившем их молоке. Не обращая внимания на забинтованные руки Дина, Кастиэль отшвырнул его, и, споткнувшись, Дин долетел до противоположной стены, хорошо треснувшись о нее спиной. Он не ожидал, что Кас вдруг окажется перед ним, сгребет за грудки, встряхнет и еще пару раз приложит о крошащуюся кирпичную кладку. Голова Дина мотнулась, он больно ударился затылком, но не опустил головы, продолжая смотреть в побледневшее, перекошенное лицо Кастиэля.
Кас размахнулся, и Дин подумал, что сейчас он точно получит такого, что придется ехать в травму снова, но вместо его лица кулак Кастиэля с хрустом врезался в стену возле его головы. Отпустив его, Кас резко развернулся и двинулся обратно к машине. Дин понимал, что происходит что-то ненормальное, и, как вариант, он мог бы послать своего внезапно слетевшего с катушек всегда сдержанного и корректного парня подальше, переведя его из категории партнера по жизни в разряд непосредственного начальника и только, а потом забить на все это, но пока он еще не был готов. Пока он не разобрался, в чем причина, он не был готов. Поэтому он пошел за Касом.
Тот стоял возле машины, опершись на нее и положив лоб на сгиб левой руки. И дышал, тяжело и с присвистом. Дин подошел сзади, постоял, переминаясь, и сделал то, что делал так нередко, правда, в других ситуациях. Он обнял Кастиэля сзади. Тот вздрогнул, напрягся, а потом Дин ощутил, как напряжение постепенно покинуло его тело.
– Трахни меня, Кас, – прошептал Дин ему в ухо и лизнул влажно и широко, от чего Каса передернуло. – Трахни прямо здесь.

Дальше все произошло слишком быстро. Открылась задняя дверца, и Дин влетел в нее головой вперед. Сиденье внедорожника было достаточно широким, но все же не кроватью и не диваном в привычном понимании слова. Дин оперся на локти, оберегая руки, и представил себе собственную позу, на коленях, с оттопыренным задом. Он почувствовал, что из груди рвется непрошенное хихиканье, но в этот момент Кас просунул руки ему под живот и принялся ловко расстегивать ремень, пуговицы, а потом спустил джинсы и белье вниз, насколько было возможно. Он не церемонился, и Дин был благодарен ему за это. Казалось, что эта грубость вышибает что-то темное, что оказалось между ними, что все росло и крепло в течение дня с самого злосчастного выезда, и теперь, наконец, был найден способ, чтобы заставить эту черноту исчезнуть. Дин охнул, когда Кас загнал в него сразу два пальца по слюне. Он прижался щекой к кожаной спинке и постарался максимально расслабиться. Ему хотелось, чтобы все получилось как можно быстрее. Пальцы исчезли, заставив его невольно повести бедрами, потом он услышал плевок, и ко входу прижалась горячая твердая плоть. Дин выдохнул, принимая Каса в себя, а потом захлебнулся, когда тот сходу взял размашистый жесткий ритм, настолько, что Дин раз за разом проезжался щекой по обивке, грозя свезти себе пол-лица на хер, головой выбивая на закрытой противоположной дверце ритм их безумного секса. Несмотря на то, что больно было везде, ему было хорошо. Именно эта боль возвращала его в реальность, в ту реальность, в которой он хотел быть – с Касом, вдвоем. И плевать на всех остальных. Шумное дыхание Каса вдруг прервалось, и Дин почувствовал, что внутри стало влажно и тепло. Кас двинулся еще пару раз, теперь скользило намного легче, но в конце концов он все же вышел из Дина. Больше всего на свете тот боялся, что сейчас Кас встанет, застегнется, и они просто поедут дальше. Однако вместо этого Кас вдруг опустился ему на спину, обмякшей, усталой тяжестью, и принялся целовать полоску кожу на шее, до которой мог добраться.
– Я не могу тебя потерять, – пробормотал он Дину куда-то в волосы на затылке. – Я просто не могу.
Дина затопило такое облегчение, что на глаза навернулись слезы. Больше не было темного между ними. Между ними все было хорошо.

***

Как они добирались до дома, у Дина стерлось из памяти. Кое-как доехали, благо, в такую погоду даже полиция не особенно рвалась патрулировать улицы, на которых все равно ни черта не было видно. Они поднимались по лестнице, замирая время от времени и целуясь, а потом ввалились в квартиру. Наутро Дин увидел тот путь, который они прошли до спальни, он напоминал след Мальчика-с-Пальчика, отмеченный брошенными по мере продвижения ботинками, куртками, рубашками и прочей одеждой. Дин рухнул спиной на кровать, чувствуя, что вот-вот лопнет, если что-то не произойдет. Похоже, Кас осознавал размеры проблемы, потому что он практически сразу оседлала его бедра. Щелкнула крышечка, и Дин выдохнул, глядя, как влажно поблескивавшие пальцы Каса скользнули тому под яйца и туда, дальше. Дин издал низкий стон, похожий на ворчание, и Кас, не затрудняя себя особенной подготовкой, приподнялся и насадился на давно ждавший этого член Дина. Тугой жар, резко облекший его, выдавил весь воздух из легких, Дин задохнулся, глядя, как, сосредоточенно нахмурив брови, Кастиэль постепенно продвигается по его стояку вниз. Одной рукой он упирался Дину в грудь, а второй помогал ему оказаться внутри себя как можно быстрее. Дин страстно желал прикоснуться к нему, почувствовать под ладонями гладкую кожу его груди и живота, но руки бесполезными культями лежали на покрывале. Кастиэль, наконец, сел на него, Дин ощутил его вес на своих бедрах, а потом он наклонился вперед, чтобы сорвать поцелуй. Дин ответил, а потом, поднатужившись, обхватил его кое-как и резко повалил сначала набок, а потом перевернул окончательно на спину. Он сложил Каса почти пополам, склонившись над ним, а потом уселся на пятки, предплечьями удерживая его ноги на своих плечах. Ему хватило пары движений, чтобы кончить, и он опустился на Каса сверху, не жалая выпускать его из-под себя.
– Я никуда не уйду, – прошептал он ему в губы. – Никуда. Никогда. Клянусь.

***

Жить у Каса было здорово. По крайней мере, намного лучше, чем одному. Даже учитывая, что тот каждый день уходил на свои двенадцатичасовые смены, а Дин одиноко слонялся по его квартире, выдумывая, чем бы заняться. Делать он ничего не мог, готовить не мог, убираться тоже. Он был рад, что в современном мире так много вещей, которые работают от простого нажатия кнопки. Потому что нажимать на кнопки Дин мог вполне.
Пару дней после своего "заселения" Дин сидел в ванне. Душ на некоторое время тоже стал одной из недоступных ему вещей. Мочить повязки врач запретил категорически, грозя жуткими карами типа гнойных воспалений и некроза тканей. Кас пристроился на бортике и осторожно его брил. Дину нравилось видеть его сосредоточенное лицо, когда он вел бритвой по его щеке, чуть натягивая кожу пальцами свободной руки.
– Я получил одно предложение, – вдруг без предисловий сказал Кас. – Место в управлении.
Дин вздрогнул и дернул головой. Кас вовремя успел отвести бритву. 
– Ну, это круто, я думаю, – помолчав, ответил Дин и вновь подставил ему лицо.
Кас занялся второй щекой.
– Да. Координация пожарной службы всего этого района и парочки других. С перспективой на повышение.
– Соглашайся. – Дин моргнул, изображая кивок таким образом. 
– Я не уверен...
– Ты не сможешь висеть надо мной, как гребаный спасательный вертолет, Кас. – Дин запрокинул голову, чтобы облегчить Кастиэлю доступ к шее, и ему пришлось сильно скосить глаза вбок, чтобы продолжать видеть его. – Я уже большой парень.
– Я вижу, – Кас мотнул головой в сторону его рук.
– Ты сам прекрасно знаешь, что это произошло не по моей вине. А такие вещи даже ты, многоопытный наш кэп, предусмотреть не в состоянии.
Кастиэль кивнул, недовольно соглашаясь.
– Собственно, речь не о моем назначении, – сообщил он. – Я уже дал предварительное согласие, хотел только тебе еще рассказать. Речь о тебе.
– А что я? – Дин удивился. – Буду привыкать к другому кэпу. Надеюсь, он не будет такой занозой в заднице.
Кастиэль, однако, не принял легкого тона Дина.
– Я бы хотел, чтобы ты тоже перешел в управление, Дин, – серьезно сказал он, споласкивая бритву.
– В качестве кого? – Дин рассмеялся. – Полы там натирать?
– Там много должностей для опытных пожарных. Инструкторы, контролеры, кого только нет.
– Бумажки, значит, перекладывать? – прищурился Дин. – Усадить свою задницу за стол, пока другие тушат огонь.
– Дин, это не менее важная часть работы...
– Слушай, Кас, – Дин отдернул голову и сел прямее, глядя ему в глаза. – Вот стукнет мне лет пятьдесят, или, может, пятьдесят пять, вот тогда мы с тобой об этом поговорим. А пока мое место на станции, и ты это знаешь. Это ты у нас умный, умеешь и то, и другое, а я так не могу.
– Я так и знал, что ты мне так ответишь, – несколько разочарованно пробормотал Кас и вздохнул. – Не верти головой, а то порежу.
Дин опять опустился в теплую воду и расслабился, чувствуя крепкую хватку на своем подбородке.
– Вот только видеться мы будем совсем редко, – больше себе, чем ему, пожаловался Кас. – Никаких совместных смен...
– А после?
– А после ты будешь спать без задних ног, а мне каждый день надо быть от восьми до пяти в управлении, ну и вечерами порой или как получится.
Кас поболтал бритвой в воде, отмывая ее от пены.
– Переезжай ко мне Дин, а?
Дин открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашел слов. Подумал, опять открыл рот и опять закрыл. Кастиэль терпеливо ждал.
– Заметано, – наконец выдавил он.
Поцелуй, которым они обменялись, отдавал пеной для бритья, но был из-за этого не менее приятным.

***

Кастиэль почесал в затылке и приподнял коробку, чтобы оценить, выдержит ли она еще немного. Он недоумевал, откуда в его кабинете набралось такое количество личных вещей, вроде их и дома меньше было, чем здесь. Хотя, учитывая время, проведенное на работе и конкретно в этом кабинете, это было неудивительно. Квартира была только для ночевок и отдыха, а в здании части Кастиэль жил.
Он осмотрел еще раз непривычно аккуратный стол с ровными стопками рассортированных документов, за которым с понедельника будет сидеть его преемник. Кастиэль неплохо знал капитана Сингера, он горячо поддержал его кандидатуру в обсуждении с начальством. Бобби был опытным и немолодым, он следовал в первую очередь указаниям разума, хотя и сердце у него было на правильном месте. Так что за своих ребят уже не капитан мог быть спокоен.
Что ж, все было собрано и упаковано, кроме вещей из одного из шкафов. Там, на средней полке, между толстыми скоросшивателями, хранились награды Кастиэля, полученные за время службы, несколько грамот, кубков, фотография отца, его каска и медали. Открывая этот шкаф Кастиэль чувствовал себя так, словно резко превращался в маленького мальчика, стоявшего перед строгим и порой излишне требовательным отцом. Однако кроме Кастиэля собирать эти вещи было некому, поэтому он решительно шагнул к шкафу и взялся за ручку.
Именно в этот момент раздался стук в дверь. Обрадованный небольшой отсрочкой, Кастиэль отдернул руку и крикнул, что дверь не заперта.
– Привет!
На пороге кабинета стоял Дин, в старых джинсах и клетчатой рубашке.
– Ну как? – поинтересовался Кастиэль.
– Закончил. – Дин прошел в кабинет, аккуратно прикрыв за собой дверь. – Выбросил охренительное количество мусора, откуда его столько набралось, просто не представляю. Мебель забрали, ключи вернул.
Он отошел к окну и выглянул на улицу. Из окна был виден кусок двора в самом углу и бетонная стена, окружавшая часть, но Дин уставился на них так, словно перед ним был залив Неаполя на закате. Кастиэль кашлянул, привлекая к себе внимание.
– Ну а ты? – сразу обернулся Дин.
– Я тоже... почти. Еще вот из шкафа надо кое-что забрать.
Похоже, Дин обрадовался тому, что есть еще что-то, что нужно сделать. Он решительно подошел к шкафу и взялся за ручку, как до этого делал Кастиэль.
– Можно?
Кастиэль пожал плечами, вздохнул и кивнул.
– Ну ни фига себе! – присвистнул Дин, заглянув наконец внутрь.
Пыльные кубки и коробки с памятными эмблемами занимали примерно половину средней полки. Они стояли в беспорядке прямо на листах многочисленных грамот или чего-то типа того, Дин просто предположил, что это явно какие-то благодарственные бумажки судя по всяким вензелям, сплетающимся в узор брандспойтам и тому подобному. Он взял в руку пару кубков. На всех было выгравировано имя Кастиэля и год. Похоже, в бытность свою рядовым, тот стабильно становился пожарным года.
– Вот не знал, что ты такая звезда, – с улыбкой обернулся к Кастиэлю Дин.
Тот безразлично махнул рукой:
– Это все так, побрякушки.
– Ну да, – насмешливо протянул Дин, но в его голосе слышались удивление и восхищение. – Особенно вот эта, за спасение восьмерых детей при пожаре автобуса.
– Я же не один это сделал, – мягко постарался отказаться от похвалы Кастиэль.
– Ага. При этом тебе было... двадцать два? – Дин ткнул в дату под выгравированной надписью.
– Двадцать один, – признался Кастиэль.
– Офигеть! Я в это время тут толчки зубной щеткой чистил и Фрэнку горящие газеты под дверь кидал, а ты вон людей пачками спасал.
Кастиэль бледно улыбнулся, явно не слишком польщенный. Дин сунул кубки на место и перевел взгляд на фотографию, которая стояла с другой стороны полки. С этой стороны царил относительный порядок, хотя пыли было не меньше. Вокруг довольно большой рамки громоздились красные и синие бархатные коробочки с орденами и медалями, лежали золотые часы, наверняка памятный подарок, и стояла потертая каска потрепанного образца. К фотографии была прислонена оплавленная бляха пожарника, на которой еще можно было рассмотреть номер сорок девять.
– Это твой отец? – значительно тише, чем до этого, спросил Дин.
Несмотря на то, что изображенный на фотографии мужчина в парадной форме Дину был незнаком, он все же увидел несомненное семейное сходство. У Кастиэля и его отца были одинаковые глаза, похожий овал лица, несмотря на то, что мужчина на фотографии выглядел уже слегка обрюзгшим. Но главным отличием оставалось выражение их лиц. Несмотря на внешнюю холодность и отстраненность, от которых Кастиэль избавлялся только дома или там, где его никто, кроме разве что Дина не видел, он вызывал доверие. В этом Дин убеждался не раз, наблюдая за тем, как капитан успокаивал пострадавших или их родственников во время выездов. Взгляд мужчины с фотографии был холодным, жестким и непримиримым.
– Да.
Кастиэль притронулся пальцами к рамке.
– Выглядит крутым парнем, – попытался разрядить обстановку Дин.
– Он был... сильной личностью, – отозвался Кастиэль. – Очень требовательным. Для него не существовало слова нет. Ни по отношению к себе, ни к другим.
– Ты... – Дин замолчал.
Он хотел поначалу спросить Кастиэля, любил ли тот отца, но этот вопрос показался ему глупым. Конечно, любил. Ведь это был его отец. Уважал? Наверняка. Боялся? Этот вопрос Дин не хотел задавать.
– Я не помню своей матери, – признался Кастиэль. – Сколько себя помню, всегда здесь был, в этой самой части. Иногда в этом кабинете, но чаще внизу, в бытовке. Однажды ребята посадили меня в сапог и сфотографировали, у меня тогда только одна голова из голенища торчала. – Кастиэль усмехнулся. – Мне... стоило, наверное, иногда пытаться отстоять свое мнение, но, стоило мне его увидеть, как я терял всю решимость. Для него здесь была вся жизнь и я... пошел по его стопам, как говорится.
– Он жив? – спросил Дин, догадываясь, каким будет ответ.
– Нет. – Кастиэль сжал кулаки, не отводя от фотографии взгляда. – Погиб... во время пожара. Пошел сам в горящий дом, где оставалась собака. Выкинул пса из окна, а сам... остался там. Он больше двадцати лет был капитаном этой части. Ему много раз предлагали перейти в управление, но он всегда отказывался. И вот я сейчас думаю...
– Эй, – Дин пихнул Кастиэля в плечо, заставляя его посмотреть на себя. – Эй, Кас, ты не должен делать все исключительно так, как твой отец. Ты прекрасный пожарный и хороший капитан, нам будет ужасно тебя здесь не хватать. Мне будет тебя не хватать, – не без труда выдавил он, но потом собрался и продолжил: – Но, работая в управлении, ты сможешь помочь большему количеству людей. Это правильное решение.
Кастиэль с сомнением покачал головой.
– Думаю, твоему отцу тоже давно пора переехать в кабинет побольше и посветлее, – продолжил Дин.
Оглянувшись, он отыскал взглядом коробку и, подтянув ее поближе, принялся перекладывать в нее награды. Последней он отправил в коробку фотографию, лицом вниз.
– Меня вот больше интересует, что бы сказал твой отец, если бы узнал, что сейчас ты сядешь в машину к парню, с которым с этого дня будешь жить вместе, – шутливо пихнул Дин Кастиэля локтем. – Думаешь, я бы ему понравился?
– Он бы меня прибил на месте, – угрюмо признался Кастиэль. – Утопил в цистерне.
– Ничего, выловили бы, – усмехнулся Дин. – Я умею нравится суровым отцам.
Кастиэль глянул на Дина, и в глазах его полыхнула такая ярость, что у привыкшего уже Дина продрало по спине морозом.
– Я своего имел в виду, – признался он. – Пошли, там еще с ребятами попрощаться надо.

***

Прощание немного затянулось, хотя официальная пьянка была намечена на субботу. Оглохнув от громогласных сожалений и потирая нывшие от похлопываний плечи, Кастиэль наконец вышел со двора и забрался на пассажирское место в импале. На заднем сиденье громоздились коробки с вещами Дина.
Им потребовалось почти два месяца, чтобы претворить принятое решение в жизнь. Поначалу, пока руки Дина еще болели, он так и жил у Кастиэля, но, стоило ему выйти на работу, как он сразу же перебрался обратно к себе. Пока у Дина оставалась своя "берлога", он чувствовал себя независимым человеком, и неважно, как часто он в нее наведывался. Он много часов размышлял, правильным ли было решение согласиться на предложение Кастиэля. У каждого из них была своя жизнь, свой ритм, хоть они и встречались ежедневно на работе и практически каждую неделю еще пару раз после нее. Все равно, быть гостем – это одно, а вот каждый день проводить по несколько часов с человеком бок о бок... Дин даже позвонил Сэму и попытался окольными путями выведать у него, как они с Джесс начинали, но Сэм даже не понял, в чем проблема. Они с Джесс просто увидели друг друга, повстречались, потом Сэм как-то остался у нее, потом она у него, а потом они подумали, что глупо платить за две комнаты в общежитии, если можно жить в одной.
Ведя машину к дому Кастиэля, который был расположен дальше от части, чем старая квартира Дина, он беспокойно постукивал по рулю, пытаясь заглушить сомнения. В конце концов, это тебе не свадьба, у них не будет детей, и они в любой момент смогут разъехаться. И все же, все же...
Дин припарковался неподалеку от входа в дом. Вдвоем они с Кастиэлем выгрузили коробки и пару сумок из багажника. Все равно большую часть вещей Дин уже перевез постепенно, как и свое любимое кресло, и жуткий старый халат, в котором в свободные утра любил расхаживать после душа с чашкой кофе. У Кастиэля был один не хуже, отвратительного вылинявшего синего цвета. "Идеальная пара", – прокомментировал Дин, вешая свой халат на крючок на двери ванной. К счастью, Кастиэль этой сентиментальной хрени не услышал.
В три присеста коробки оказались на третьем этаже, в прихожей Кастиэля. Дин спустился, чтобы проверить, не забыли ли они чего, а когда вернулся, его возле лестницы ждал Кастиэль. Выглядел он ужасно смущенным и не явно незнающим, куда девать руки.
– Я... кхм... я подумал, что...
– Рожай, – потребовал Дин и шагнул к лестнице, но Кастиэль преградил ему дорогу.
– Давай я... О боже, это слишком по-дурацки, забей!
– Говори уже.
Дин привалился плечом к стене и сложил руки на груди.
– Я тебя занесу в квартиру, – выпалил Кастиэль.
– Чего? – протянул Дин, в изумлении подняв брови.
– Ну ты же вроде как переезжаешь ко мне, и все такое... – забормотал Кастиэль. – Я поискал информацию...
Дин скрючился в приступе безудержного смеха. Все, что Кастиэль смог разобрать в ближайшие пять минут, было: "Ты? Меня? Туда?", сопровождавшееся тыком пальца вверх и новый приступ бульканья и хрипов. Наконец Дин взял себя в руки.
– Я же вешу больше тебя, – выдвинул он аргумент.
– Ну и что? – Кастиэль пожал плечами. – Подумаешь. И это еще не факт.
– Не, ну всю лестницу я не согласен, – Дин с сомнением посмотрел на довольно крутые ступени ненового дома. – Но если ты настаиваешь, – он опять хрюкнул, – перетащи меня через порог.
Пока поднимались наверх, совсем забыли, что в прихожей стоят коробки. Кроме того, Дин твердо отказался изображать из себя невесту, поэтому Кастиэль взвалил его на плечо как тяжелораненого, кое-как вписался в проем, приложив Дина локтем о косяк, запнулся, с трудом удержался на ногах и в конце концов плюхнул его на пол в гостиной, свалившись сверху. Несмотря на нелепость ситуации, а может, благодаря ей, настроение у обоих повысилось, а тревога отступила на задний план. Дин притянул Каса повыше и поцеловал его. Прошло несколько минут, пока они не поднялись вновь на ноги.
– Тебе, наверное, надо бы разложить кое-какие вещи, – предположил Кастиэль. – Я тут освободил место...
Он шагнул в направлении спальни, и Дин последовал за ним. Только сейчас Дин задумался, а куда, собственно, он действительно будет совать свое шмотье, шкаф у Каса был крошечный, да и кровать... Дин уже начал прикидывать, что именно им понадобится и сколько это будет стоит, а потом Кас отошел в сторону, пропуская его вперед. Дин вошел и замер. Осмотрелся и присвистнул.
Комнату было не узнать. Исчезла старая узкая кровать, на которой они с трудом умещались вдвоем, из-за чего Дин редко оставался ночевать у Кастиэля. Исчез кособокий шкаф из какого-то подросткового набора, колченогий письменный стол и еще какой-то хлам, скопившийся годами. Теперь у стены стоял широченный траходром с тумбочками по бокам, на каждой из которой красовался ночник. Шкаф увеличился раза в два и состоял из двух симметричных отделений.
– Когда ты успел? – Дин обернулся к Кастиэлю, который мялся за его спиной.
– Тебе нравится? – встревоженно спросил тот. – Я не был уверен, что тебе понравятся эти вещи, но спать вдвоем на старой кровати было совершенно невозможно, да и места в шкафу, если честно, не было...
Вместо ответа Дин втянул Кастиэля в комнату и, придерживая за воротник, поцеловал еще раз.
– Мне нравится, – твердо сказал он.
– Тогда... Хочешь, ты иди в душ, а я пока ужин разогрею.
Суровый капитан Новак производил впечатление неожиданно потерявшего в себе всю уверенность подростка. Дин энергично кивнул.
– Прекрасный план.

***

Он сидел в кухне за небольшим столом, застеленным вытертой клеенкой. Кастиэль выставил блюдо с жареной курицей, несколько початков вареной кукурузы, капустный салат в пластиковых контейнерах.
– Странно, но я не был уверен, что мне следует приготовить, – нахмурившись, признался он. – Я обычно покупал себе что-то на ужин по дороге домой... Или ел в части.
– Я тоже, – кивнул Дин. – Все круто. Я люблю курицу. И бургеры.
– Ага, – Кас кивнул и потянулся к своему стакану с колой. – Я тоже.
Они ели в уютной тишине, прося друг друга передать соус или салфетки, порой сталкиваясь руками над миской. Постепенно разговор зашел о работе, о планах на следующую неделю, о дежурствах, часах работы Каса, обо всем том, о чем говорят люди, живущие вместе. После ужина Кас в свою очередь отправился в душ, а Дин выбросил объедки и упаковки в мусор, а потом перетащил коробки в спальню, размышляя, стоит ли их разбирать сразу или можно повременить. Он подошел к кровати и присел на край. Попрыгал. Матрас был новый и хорошо пружинил. Потом Дин выключил верхний свет и на пробу зажег ночник. Комната погрузилась в приятный уютный полумрак.
Кас появился в том самом синем халате, с полотенцем, которым он вытирал голову. Дин лежал поперек кровати, свесив ноги, и просто отдыхал. Он сел, когда услышал шаги.
– Иди сюда.
Под халатом Кастиэля ожидаемо ничего не было, но все же убедиться в ожиданиях было приятно. Он потянул Кастиэля на себя, держа его за пояс, так что тот встал между его раздвинутыми коленями, развел полы халата и поцеловал в живот прямо под пупком. Потом, постепенно, спустился ниже и осторожно вобрал в рот уже покрасневшую головку. Сверху донесся выдох. Сунув руки под халат и положив их Касу на ягодицы, Дин принялся сосать, отвлекаясь время от времени только на то, чтобы обвести языком набухшую головку, истекавшую прозрачными каплями смазки. Кастиэль комкал полотенце и вздрагивал от каждого прикосновения. Некоторое время спустя он не выдержал, и, отойдя на шаг назад, вытащил свой уже полностью вставший член изо рта Дина. Торопливо скинув халат, он потянул футболку Дина прочь, а потом, отбросив ее за спину, толкнул его в плечо, заставляя снова улечься на кровать. Домашние штаны отправились в угол, Дин заполз на кровать, чтобы устроиться поудобнее. Кастиэль встал на колени над ним, после чего перевернулся и устроился в позе шестьдесят девять. Дин отозвался гортанным стоном, когда его член обхватили теплые мягкие губы. Он потянулся вверх и прошелся языком от основания члена Каса через мошонку по самому шву, выше, пока не обвел анус языком. Кастиэль задрожал и отозвался стоном в свою очередь, и Дин почувствовал каждый звук своей возбужденной плотью. Обхватив член Каса ладонью, он принялся играть с головкой, щекоча ее короткими дразнящими движениями, по опыту зная, что такого Кас долго не выдерживает. И оказался прав. Кастиэль вскоре прогнулся в спине, запрокинув голову, и тоненько, жалобно застонал.
– Если ты не прекратишь, я сейчас кончу, – хрипло предупредил он.
– Тогда сделай уже что-нибудь, черт тебя подери! – Дину хотелось перейти к вещам посерьезнее.
Кастиэль сразу же перекатился через него и, лежа на животе, потянулся к своей тумбочке.
– У нас теперь есть волшебная тумбочка, – пробормотал Дин и фыркнул.
Кастиэль непонимающе обернулся. В руке он сжимал тюбик смазки и презерватив. Дин махнул рукой, словно говоря "забей!", а потом прошелся ладонью от плеч Каса до самых ягодиц, лаская его спину. Кастиэль вопросительно посмотрел на него.
– Давай, – кивнул Дин, переворачиваясь на живот и подтягивая одну ногу повыше.
Кастиэль выдавил себе смазку на пальцы и пододвинулся ближе.
– Ну давай же уже, – недовольно пробурчал Дин несколько минут спустя.
– Я... – Кас пошелестел фольгой, натягивая резинку. – Ты можешь встать?
"Да хоть на голову", – чуть не вырвалось у Дина, который хотел ощутить в себе что-то посерьезнее, чем три пальца, поэтому он вскочил на ноги резво, как по тревоге. Заставив его опереться руками о край, Кастиэль мягко надавил головкой на вход, и подготовленные мышцы послушно разошлись. Дин выдохнул, опустив голову. После почти двухнедельного перерыва немного тянуло, но было все же терпимо. Кастиэль толкнулся на пробу, а потом начал двигаться ровными несильными толчками. Дин выпрямился, откидывая голову Касу на плечо. Тот сразу же обхватил его за подбородок, поворачивая голову, и принялся целовать. Вторая рука легла на член Дина и задвигалась в такт. Дин цеплялся за покрывало, комкая его в пальцах, он закрыл глаза и чувствовал только горячий член в заднице и крепкую хватку пальцев Каса. Они двигались слаженно, все ускоряясь, пока Кас не удержался и, ухватив Дина за бедра покрепче, принялся трахать его жестко, вытаскивая на всю длину и сразу засаживая обратно. От каждого толчка Дина прошивало удовольствием, которое он усилил, начав дрочить себе быстро и грубо. Он застонал, с трудом успев подставить ладонь под капли спермы, чтобы не пачкать в первый же день белье, и сразу ощутил, что и Кас прижимается к нему. Дин уперся чистой рукой в матрас, позволяя Касу прийти в себя. Потом, изогнувшись, он потянулся к нему, чтобы сорвать еще один поцелуй.
Кастиэль выпрямился на подрагивающих ногах, с трудом заставив себя стоять. Заметив руку Дина, которую тот держал горсточкой, он поискал полотенце и протянул его ему.
– Очень предусмотрительно, – усмехнулся он.
– Эй, чувак, это теперь и моя кровать тоже, – отозвался Дин, – и если я ее испачкаю, то мне же и убирать придется.
Вытерев руки, Дин потянулся до хруста в позвонках. Кастиэль отошел к шкафу, явно собираясь отыскать трусы или пижамные станы. Дин перехватил его за руку.
– Забей, иди сюда.
Они забрались под одно огромное одеяло и, хотя места теперь было предостаточно, тесно прижались друг к другу.
– Будем спать? – спросил Дин, глядя в глаза Каса, в которых отражались крошечные настольные лампы.
– Я бы не против, – зевнул Кастиэль. – Это был длинный день. И я не очень хорошо спал вчера.
– Я тоже, – кивнул Дин. – Будильник завел?
– На шесть. – Похоже, на Кастиэля напал мучительный приступ зевоты. Глядя на него, Дин и сам не смог удержаться.
– Хорошо. Чур я с утра первый в душ.
– Если проснешься, – пробормотал Кас и устроился на подушке.
Дин хотел было сказать, что уж постарается, но не стал. Вместо этого он дотянулся до лампы и дотронулся до металлического ободка на ее абажуре. Свет погас.

***

Дин проснулся как от толчка и не сразу понял, где находится. В комнате было совсем темно, кровать ощущалась какой-то слишком большой, а рядом слышалось чужое дыхание. Резко повернувшись, Дин потянулся к лампе, нащупывая кнопку, но лампы с кнопкой на столике возле кровати не оказалось. Вместо столика была низенькая тумбочка. К счастью Дин задел металлическую подставку лампы, и загорелся тусклый свет вполнакала. Тут только Дин вспомнил, что этим вечером он окончательно переехал к Касу. Оглянувшись, он заметил темноволосый затылок на второй подушке. Углы комнаты терялись в тенях, перед шкафом темнела груда коробок. Ужасно хотелось отлить. Дин осторожно выбрался из-под одеяла, стараясь не потревожить Кастиэля. Тот выглядел разбитым вечером, и он хотел дать ему возможность отдохнуть перед важным днем. Идя через спальню, Дин запутался в брошенных на пол вещах. Поднял халат Каса и, накинув на плечи, прихватил с собой. Выйдя из туалета, Дин прошел в кухню. В свете уличного фонаря она казалась сказочной. Не было видно ни потертостей на клеенке, ни обколотых шкафчиков и мойки. Серебристый свет скрыл все недостатки. Дин выглянул в окно, проверил, заперли ли они дверь – в замке торчал ключ, подумал, что на следующий день ему обязательно надо не забыть взять запасные ключи, Кас говорил, что заказал для него полный комплект. Повесив халат в ванной на крючок, Дин пошлепал по щербатому линолеуму обратно в спальню. По дороге ему на глаза попался собственный бумажник, который он выложил из джинсов, да так и забыл убрать. Поддавшись внезапному порыву, он открыл его и вытащил две фотографии, с которыми никогда не расставался. На одной, маленькой и потертой, с отломанными уголками, его мама обнимала его, целуя в щеку. Трехлетний Дин щурился и улыбался. На второй он сидел на капоте импалы рядом с отцом, который держал семилетнего Сэма на коленях. Поперек лица Джона шла трещина, но это была единственная общая фотография, которая осталась у Дина. Как-то другие не сохранились, а может, и не было их больше. Не слишком часто устраивал Джон подобные поездки со своими сыновьями, предпочитая мотаться в одиночестве по дорогам, пытаясь изжить ненависть к миру, отнявшему у него привычную жизнь в один момент.
Присев на краешек, Дин пристроил обе фотографии на тумбочке, прислонив их к стене. Так было правильно. Потом он улегся, подвинулся к середине настолько, чтобы спиной чувствовать тепло, исходившее от Кастиэля, еще раз посмотрел на фотографии и только в этот момент ощутил, что, кажется, он наконец-то нашел свой дом. Погасив свет, он расположился поудобнее и закрыл глаза.

***

– Сэм, это... обалденная новость, – Дин сжимал телефонную трубку и постукивал костяшками пальцев по столу, выбивая рваный ритм. – То есть все теперь совсем-совсем серьезно? Ну да, понимаю, свадьба – это серьезно. Конечно. Да, приеду разумеется. Что? Вообще-то... не один. Да. Оставь для меня два места. Какая тебе разница, с кем. С кем надо, с тем и приеду. Давай, Сэм. И поздравляю.
Дин отключил телефон и швырнул его на стол. Кастиэль повернулся к нему от плиты, держа в руках сковородку с воскресной яичницей. Сегодня был один из редких совместных выходных, и они собирались насладиться им по полной, начав с королевского завтрака. Дин передвинул подставку для горячего в середину стола, и Кас водрузил на нее сковороду. Он занял свое место, спокойно взял булочку и принялся разрезать ее на две половинки. Дин подпер голову рукой.
– Мой младший брат женится, – сообщил он, глядя куда-то в угол. Подумать только, мелкий шкет уже закончил свой университет, нашел работу и теперь женится.
– Поздравляю, – ответил Кастиэль, не глядя на него, и взялся за масло. Масло еще не успело нагреться и никак не желало размазываться.
– Поэтому через месяц нам с тобой следует прибыть в Лос-Анджелес на помпезную свадьбу.
– Нам? – удивленно уставился на него Кастиэль, позабыв про борьбу с маслом.
– Ну конечно нам. – Дин подмигнул ему и отхлебнул от своего сока. – Ты же не думал, что я поеду туда один.
– Но... А твой брат знает? 
– Пока нет, – беспечно ответил Дин, скрывая за этой беспечностью беспокойство. – Но узнает. И, если ты наденешь свою униформу со всеми регалиями, то никто не решится выступать против майора пожарной службы.
Кастиэль кивнул, потом опустил голову.
– Спасибо, – вдруг негромко сказал он, по-прежнему не глядя на Дина. – Это для меня много значит.
Дину стало тепло внутри, словно от слов Кастиэля загорелось у него в животе крошечное солнце.
– Ну мы же вроде как вместе, до конца, или я что-то путаю? – Дин повел рукой, намекая на их совместную квартиру, в которой теперь по углам валялось в два раза больше грязных носков, чем прежде, а коллекция дисков Кастиэля, весьма скромная, разрослась до неприличных размеров силами Дина.
Кастиэль поднял взгляд. Дин сидел напротив него, улыбающийся, довольный и домашний. 
– Да, – внезапно охрипшим голосом ответил Кастиэль. – До конца.

4 года назад
Рождество

– Команда, на выезд. Пожар в жилом доме.
Тело действовало само, практически без участия разума. Легкий жар под ладонями, когда скользишь по шесту вниз. Руки сами натягивают защитную одежду, застегивают ремни, затягивают их, ноги поднимаются на нужную высоту, чтобы не споткнуться о ступеньку машины, пригнуться, придержать шлем, проверить баллон, проверить маску, схватить топор из держателя...
Толпа перед домом. Двухэтажные дома, старая застройка, высокие потолки. Второй этаж на уровне современного третьего. Ну ничего. Лучше, чем высотки. Вперед выходит Бобби Сингер, дает отмашку, указывая, куда тянуть рукав, быстро отчитывается по рации...
– Но она там! – слышит Дин детский голос. – Моя сестра все еще там!
Чернокожий мальчик в вельветовых брючках и нарядном свитере со снежинками топчется на месте. По щекам сбегают слезы. Дин опускается на колено перед ним.
– Эй, приятель, кто там? И где?
– Моя сестра, мистер, – отвечая, мальчик не сводит глаз с языков пламени, которые рвутся из окна на втором этаже. – Марша. Ей четыре. Я думал, она идет за мной, но она не вышла. Мама меня убьет, если с Маршей что-то случится.
Сингер, оказавшийся рядом вовремя, чтобы выслушать эту историю, хлопает Дина по плечу. 
– Винчестер, вперед. Уокер, в пару! Ребенок, четыре года, второй этаж. Пошли!
Дин не оглядывается на Уокера. Они почти не попадали в одну смену с того вечера в пабе, поэтому стычек у них больше не случалось, но заставить себя доверять этому чуваку Дин не может. Тот хороший пожарник, один из лучших, и сейчас только это играет роль, но все же Дин терпеть его не может.
Лестница полна дыма, который стекает по ступеням, мешая и ограничивая обзор. Дин шагает через одну, в ушах у него шумит, выдох-вдох, выдох-вдох, кислородная смесь холодит нижнюю часть лица, скрытую маской. Дин думает о том, что где-то там задыхается маленькая девочка, у которой нет ни маски, ни баллона с дыхательным газом, нет даже брата рядом. У Сэма был Дин, а у Марши сейчас есть только они, пожарники.
Он выламывает хлипкую дверь одним ударом по замку и распахивает жалкие остатки ногой.
– Марша! – вероятно, он ревет, как раненый носорог. – Марша, где ты?
Слева пышет жаром. Гостиная объята пламенем, туда сквозь окно льется вода, но пока огонь чувствует себя на коне. Пока все еще неясно, кто победит. Уокер дергает его за руку и указывает направо. Дин кивает и идет в спальню. Дети любят прятаться в укромных местечках. Под кроватью. Пусто, только пара пластиковых контейнеров. В шкафу. Вещи, белье, коробки... Маленькой девочки нет.
– Пора уходить! – кричит Уокер от двери. – Я проверил в детской – ее нет! Может, она уже выбралась, или осталась за огнем, и до нее не добраться.
– Нет! – Дин рычит и шагает в коридор, отпихнув Уокера с дороги. – Марша!
Детская комната еще не тронута огнем, только горький дым змейками ползет по полу. Дин заглядывает под кровати еще раз, шкаф открыт, там никого нет... Неожиданно его взгляд падает на большой деревянный сундук, ярко раскрашенный, с наклейками по всей поверхности. Дин подходит к нему и откидывает крышку. Внутри, на груде кукол и плюшевых зверей, скорчилась маленькая девочка в платье и некогда белых колготках. Волосы у нее на голове собраны в многочисленные пучочки и перетянуты разноцветными резинками. Девочка без сознания.
Дин наклоняется, вытаскивает ее и прижимает к груди. Потом, повинуясь интуиции, прихватывает ушастого зайца, который валяется поверх остальных игрушек, и сует его девочке в руки. Теперь прижать маску к ее лицу, пусть подышит.
Уокер нетерпеливо пинает косяк, дожидаясь Дина. На его лице отражается недоверие, когда он видит его с добычей.
– Но... – успевает он произнести, прежде чем Дин проходит мимо него широкими шагами.
Лестница хрустит под их ногами, дышать труднее, а дыма больше, чем несколько минут назад. Дин держит наготове топор в правой, а левой прижимает девочку к груди. 
Толпа встречает его радостным криком, когда он появляется на крыльце перед домом с Маршей на руках. Но девочка все еще не дышит, ее лицо кажется серым в свете фонарей и мигалок. Он бежит, разбрызгивая тяжелыми сапогами снежную кашу, торопясь доставить малышку к медикам.

Заставить его отойти от скорой помощи не было никакой возможности. Он стоял, глядя на то, как врач и санитар слаженно пытались вернуть Маршу к жизни. Дин видел шприцы в их руках, и его передернуло, но он понимал, что это было необходимо. Сзади послышались шаги. Он оглянулся. Гордон Уокер стоял за его плечом с каской в руках. Пламя освещало его со спины, и лица Дину не было видно даже на близком расстоянии. Именно в этот момент девочка закашлялась. Дин торопливо взглянул на нее. Санитар натянул ей на лицо маску и открутил кран на баллоне с кислородом. Дин видел, что Марша открыла глаза и смотрела теперь на него. Он поднял руку и помахал ей, и только тогда заметил, что все еще сжимал плюшевого зайца. Тогда он сунулся внутрь и протянул его Марше. Девочка крепко прижала игрушку к себе.
Дин отошел на шаг, двери скорой закрылись, и под вой сирены она уехала. Ощущая свинцовую тяжесть во всем теле, Дин двинулся обратно к пожарной машине. Капитан Роберт Сингер, которого никто, кроме как кэпом Бобби не звал, крепко хлопнул его по спине.
– Молодец, Дин! Спас малышку.
Остальные пожарники согласно загудели.
Из-за спины Дина вышел Уокер, посмотрела на Дина так, словно отыскивал местечко, куда бы врезать ему, а потом неожиданно протянул ему ладонь. Рукопожатие вышло крепким.
– Молодец, парень, – сказал и Уокер в свою очередь. – Я ее не нашел, а у тебя просто чутье. Если бы не ты, стало бы одной мокропиской в мире меньше.
Определение Дина покоробило, но он вполне оценил признание Уокера, поэтому не стал обращать на это внимания. Кроме того, в разговор вмешался Сингер.
– Вот что, Дин, хватит на сегодня. Ты свое отработал. Иди, побудь с теми, с кем посчитаешь нужным...

Дин вышел из ворот части, еще не зная точно, куда ему следовало бы направиться. Каса не было дома, он собирался посетить вечернюю службу, раз уж Дину выпало дежурить в сочельник. Вспомнив об этом, Дин замахал руками проезжавшему такси и отправился в церковь неподалеку от их общей квартиры.

Церковь была полна. Дин понимал, что в своих потертых джинсах и кожаной куртке смотрится странно среди десятков нарядных людей. На фоне ладана он особенно сильно почувствовал, что от него воняет дымом и потом. Похоже, Кас учуял его еще за пару шагов, потому что он обернулся. На его лице сверкнула улыбка, и он подвинулся от края ряда вглубь, позволяя Дину встать рядом.
– Все хорошо? – спросил он, наклоняясь к его плечу. – Похоже, ты прямо со смены.
– Я... – у Дина вдруг перехватило горло. – Я сегодня спас девочку. Совсем малышку. 
Кастиэль взял его за руку, переплел их пальцы и крепко сжал его ладонь, и так не отпустил больше до конца службы, предпочитая креститься левой рукой вопреки косым взглядам. 

Месяц спустя

Дин чувствовал себя неловко, сидя в первом ряду заполненного пожарными и их семьями зала. Он не был большим любителем униформы, но никто его не спрашивал. Вообще-то он предпочел бы оказаться с Касом где-нибудь наедине и отпраздновать свое тридцатилетие. Или же сначала оказаться в пабе с ребятами и Касом и отпраздновать там, а уже потом допраздновать с Касом наедине. Но вместо этого их всех обязали явиться на официальный вечер, оставив минимальные дежурные команды в частях. 
У него забрезжила мысль, что дело касается одного из пожаров, когда на сцену вышла женщина, которая за руки вела двоих детей – мальчика лет десяти и маленькую девочку, на голове которой топорщились смешные пучочки волос, перетянутые разноцветными резинками. Дин как в тумане слышал речь оратора:
– За проявленное мужество... спасение жизни ребенка... смелось и доблесть... Честь... награждается почетной медалью и знаком отличия "За храбрость". Дин Винчестер!
Дин поднялся на ноги и деревянно пошагал на сцену. Его ослепили софиты, но глаза довольно быстро привыкли. Дин увидел Каса, который стоял сбоку, вытянувшись по уставу. Возле него стояли Сэм с женой, улыбались и хлопали. И вся команда.
Дин обернулся.
Марша взяла медаль и направилась к Дину. Чтобы принять коробочку, ему прошлось склониться к ней.
– Спасибо за Лапку, – вдруг сказала девочка и обняла его за шею, а потом быстро поцеловала в щеку.
Дин слышал, что на сцену вызвали Уокера, потом еще нескольких пожарных, но как следует не вслушивался. Он видел Каса, и Сэма, и Джессику. Самых важных людей в его жизни. Они махали ему, Сэм показал большой палец, Джесс послала воздушный поцелуй. 
Пожалуй, Дин точно мог сказать, что празднование тридцатилетия удалось на славу.

***

Когда на службе я, Господь,
Пусть яростен огонь,
Дай силы мне все превозмочь,
У смерти вырвать кон.

Спасти младенца до того,
Как смертный смог придет
Иль бабушку седую, что
Из пламени зовет.

Позволь мне быть всегда в строю,
Услышать крик глухой,
И быстро, слаженно огню
Заслон поставить мой.

Я следую своей стезе,
Готов отдать себя,
Чтоб сохранить родных, друзей,
Знакомых, их дома.

И если ты решишь, Господь,
Пора мне на покой,
Так позаботься о семье
Моей и двери мне открой.

Аминь.

"Молитва пожарного"*

Изображение


Дин не помнил, как продолжал царапать кладку, но, вероятно, он это делал. В конце концов кирпич зашатался, поддался и выпал, пришибив ему палец. Боль отрезвила его. Он отдернул руку и неверяще посмотрел на темневшую в стене дыру. Пощупал ее края. Остатки раствора крошились под его пальцами, сыпались вниз, оставляя в воздухе крошечные облачка пыли. Дин взялся за нижний кирпич и принялся расшатывать его. Раз, другой, кирпич выпал. Дыра стала больше, соседние кирпичи подавались не в пример легче. После пары ударов Дин проделал достаточно большое отверстие, чтобы пролезть в него. Особенно трудно было протащить ногу. Пришлось останавливаться и дышать, прогоняя затягивавшую сознание темноту. Наконец он оказался в соседнем помещении целиком и смог оглядеться. 
Дыма здесь было не в пример меньше и никаких обломков, так что Дин смог устроиться с относительным комфортом на ровном полу. Приподнявшись на локтях, он осмотрел столы, компьютеры, еще какие-то приборы, пока взгляд его не остановился на противоположной от дыры стене. Та была почти полностью из стекла. Сердце Дина упало, когда он посмотрел на озаренное сполохами окно.

***

– Капитан, мы на подходе, – голос Гейба звучал хрипло и измученно. – Ой, простите, командир.
– Ничего. Продолжайте, Гейб. Вытащите его.
– Есть, сэр.
Гейб обернулся к шедшему за ним Майку и кивнул. Вдвоем они взялись за стальную скобу на раздвижной двери, за которой согласно плану располагался большой погрузочный зал, что-то вроде перевалочного пункта, управлявшийся из аппаратной, в которой должен был находиться Дин. Скоба жгла даже сквозь рукавицы, но пожарники не стали обращать на это внимания. На счет три он дернули, откатывая тяжелую стальную дверь в сторону...

***

– Эй, Кас, – Дин потряс рацию, – ты меня слышишь?
– Я тут, Дин, – Кастиэль отозвался сразу, словно ждал вызова Дина.
Конечно ждал.
– На случай, если я не выберусь...
– Ты выберешься.
– На случай, если я не выберусь, – с нажимом произнес Дин, – скажи Сэму, что я... люблю его.
Кас помолчал.
– Ты сам ему это скажешь.
– И пусть не бросает Джесс. И...
– Дин, прекрати. – Кастиэль прозвучал непривычно грубо. – Сам все расскажешь ему. А сейчас мне надо работать. Думать, как вытащить тебя.
Кастиэль отключил рацию и на секунду позволил себе привалиться плечом к ближайшей машине. Однако сдаваться было рано, поэтому он стряхнул охватившее его оцепенение и вновь повернулся к зданию, с рацией наготове.
– Капитан Сингер? Доложите обстановку.

***

Оранжево-алые языки пламени жарко рванули из приоткрывшейся двери, словно почуяли свежий воздух. За раскаленной дверью царил непроходимый огненный ад. Гейб уперся сапогами в пол, пытаясь не допустить продвижения двери дальше. Он не слышал, что заорал, и Майк вторил ему, пока они рвали жилы, ставя дверь на место. Только когда она, лязгнув, закрылась, они замолчали, разом оказавшись в относительной тишине. Гейб поднял рацию и сорванным голосом доложил:
– Команда 49, Габриэль Паркер. Проход перекрыт. В зале перед аппаратной огонь.
Рация затрещала.

***

– Дин. – Голос Каса звучал спокойно, как всегда. – Дин, доложи обстановку.
– Лежу. Жарко. Кажется, где-то рядом огонь.
– Да. Дин, ребята не могут до тебя добраться. В зале перед аппаратной, через который они должны были пройти, все пылает. Я пошлю их...
– Нет. – Дин собрал все силы, чтобы голос его прозвучал твердо. – Кас, прекрати. Ты их угробишь. Я не стою того, чтобы из-за меня гибли люди. Тот парень, которого я вытащил, в порядке?
– Он? Да, с ним все хорошо. Ты успел.
– Хорошо. – Дин почувствовал, что в помещении становится жарко. 
Ужасно хотелось снять с себя лишние вещи и отдохнуть. Просто закрыть глаза хотя бы на пару минут. И чтобы нога не так болела. Он прикрыл глаза, все еще прижимая рацию к щеке. Подышал.
– Эй, Кас, – позвал он, – не хотел тебе этого говорить, засранец ты этакий, но, похоже, выбора у меня нет. Я люблю тебя, Кас.
– Дин... – в голосе Кастиэля послышалось неприкрытое страдание. Дину было его ужасно жалко. Ему самому скоро станет совсем все равно, а вот каково будет Касу жить...
– Эй, слушай, все нормально.
– Да, – Кастиэль вдруг зазвучал тверже. – Не уходи никуда оттуда. Я скоро буду.
– Не смей! – Дин заорал, давя на кнопку изо всех сил. – Слышишь, не смей!

***

Кастиэль обернулся:
– Дайте мне штаны, быстро! Два баллона, и поднимайте меня наверх.
– Командир, это безумие! – вокруг него собрались несколько капитанов. – Там сейчас все рухнет, туда нельзя.
– Я сказал, штаны и поднимайте меня! Немедленно!
Переключившись на общий канал, он отдал приказ:
– Всем командам: немедленно покинуть здание. Ну, – оглянулся он, – где все?
– Командир, мы сделаем так, – к нему подошел капитан Сингер, – поднимем вас и еще двоих со шлангами на люльках. Они будут поливать снаружи, а вы сможете войти. Только там сейчас уже настоящий ад.
Деловито застегивая все ремни и надевая баллон Кастиэль спокойно ответил, не глядя на своего преемника:
– Ничего. Ад для нас – это место работы. Пошли.

***

Дин чувствовал, что дышать становилось все труднее. Бушевавший за стеклянной стеной огонь высасывал из аппаратной кислород через малейшие щели. Он понимал, что, каким бы устойчивым это стекло ни было, долго ему не выдержать. Еще немного, и оно даст трещину. А там огонь потоком хлынет внутрь, торопясь выжрать доступное топливо, и поглотит вместе с воздухом и Дина. Хорошо только то, что Дину станет наплевать с самого начала. Легкие коллабируют от первого вдоха, и он отправится к праотцам еще до того, как начнет гореть. Пожалуй, шлем был уже лишним.
Кое-как стащив шлем и перчатки, Дин бережно положил их рядом с собой. Они долго служили ему верой и правдой. Отвернулся от стекла, несмотря на то, что багровые всполохи против воли притягивали взгляд. Тридцать лет бегал он от огня, и вот тот до него добрался. Интересно, жив ли еще тот пожарник, который вынес их с Сэмом из дома в Канзасе, или будет одним из тех, кто протянет Дину руку по ту сторону разделительной полосы? Пожалуй, осталось сделать еще одно важное дело, последнее. Нехорошо было тянуть с ним так долго, но... Дину всегда тяжело давалось выражение чувств. А теперь надо было остановить Каса. Дать ему что-то, что удержало бы его за пределами этого здания. Надо было поговорить с ним.
Дин прочистил горло, пару раз даже позвал Каса по имени, чтобы удостовериться, что голос не дрожит, и он может ясно произносить слова. Во рту пересохло уже давно, но сейчас там словно песком посыпали. Дин вздохнул тяжело в последний раз и нажал на кнопку вызова. Она упруго подалась под его пальцем.
– Эй, Кас, – позвал он и сразу же, не давая тому времени на ответ, продолжил: – Слушай, я тут подумал... 
Черт, как же трудно!
– Я решил тебе сказать... Короче, спасибо тебе за... все. За то, что ты был. За то, что учил меня. Что сделал человеком. Что... Все не то, Кас. Короче, я тебя люблю. И всегда любил, с самого первого дня, наверное, любил. Только не знал об этом. Дурак был, вот что. Поумнел теперь, да поздно. Поэтому... Ты вот что, Кас. Пообещай мне, что ты проживешь еще долго, будешь приходить и мне все рассказывать. Слышишь? Чтобы ты жил еще долго! А я подожду, не развалюсь.
Чувствуя, что говорить становится труднее, Дин отключил рацию, не желая спорить с Кастиэлем. Он был уверен, что знает, что тот ответит. И чтобы точно избежать позора и не включить напоследок рацию, изливаясь в жалобах или прощальных словах, он размахнулся и ударил ей об пол. Раз, второй, на третий корпус треснул. Рация издала шипение и окончательно замолчала. Дин сложил руки на животе и стал ждать.

***

– Что там? 
Кас отнял рацию от уха и потряс ее. Рядом с ним в люльке стоял Кубрик, во второй люльке был Колин, главный подствольный бригады. Кастиэль покачал головой:
– Дин, но так невнятно... я ничего не понял. А теперь только шип на его канале.
Кубрик пожал плечами.
– Ничего, сейчас будем на месте.
Две мощные машины стояли прямо под окном, через которое Кастиэль планировал проникнуть в здание. Оба подствольных сжимали шланги. Наконец люльки остановились напротив оконного проема. Сквозь него Кастиэль видел мешанину из перекрученной арматуры, кусков бетона, дерева и пластика, покрывавшую пол. Дальше была темнота. Он положил мощный фонарь на подоконник и не без труда перебрался внутрь.
– Давай, – кивнул он пожарным.
Колин открутил кран на четверть и окатил Кастиэля с ног до головы водой. Та сразу же затекла под воротник, протекла по спине и груди, набралась в штаны. Стало холодно, липко и неуютно. Зато выдерживать жару он сможет на пару минут дольше. Пока одежда сохнет, ему будет не так плохо, как могло бы. Прихватив фонарь, Кастиэль двинулся вглубь.
Ботинки постоянно соскальзывали, он спотыкался и чертыхался себе под нос. Наконец луч фонаря выхватил край черневшего в стене пролома.

***

Дин думал о том, что у него в жизни было хорошего. Набиралось немало. Был там Сэм, вечная заноза, но и главный друг детства. Дин вспоминал, как отец брал их с собой на рыбалку и в лес. Как они жгли костер, и того огня Дин совсем не боялся. Как, смеясь, они с Сэмом заливали "пожар" из собственных "шлангов". Как учился. Как приехал в Балтимор и пришел на станцию. Свой первый день и всякие шутки. Кас в дурацких трусах, беседа со святым отцом, а потом более близкое знакомство с Кастиэлем. Вспомнил, как перевернул кольцо на пальце. Для самого Дина это было равноценно клятве. Стало горько, почему он никогда не говорил этого Кастиэлю. Откуда тому было знать, насколько важен он был для него? А теперь поздно...
Жаль, что они так и не съездили вдвоем в Лос-Анджелес просто так, навестить Сэма и Джесс и посмотреть город, а то на свадьбе они так ничего и не увидели. Почему вообще никуда не ездили вдвоем. Еще Дин пожалел, что не купил на последний день рождения и последнее рождество Кастиэлю ничего более личного. Конечно, он старался выбрать ему подарки по душе, и, кажется, угадывал, но ему вдруг захотелось, чтобы было у Каса что-то... такое, что тот мог бы носить с собой, всегда, и тогда Дин вроде как остался бы с ним рядом. А теперь Дин уйдет и все. Не останется от него ничего, кроме, разве что, любимой старой кружки с Бэтменом да кое-каких вещей вроде кассет и дисков с записями старых немодных рок-групп. 

***

Кастиэль добрался до пролома и опустился перед ним на колени.
– Дин! – крикнул он, одновременно светя внутрь.

***

Дин услышал треск. Он не удержался и посмотрел на стекло. Прямо на его глазах появлялась трещина, росла, удлинялась, ветвилась, прямо как дерево в убыстренной съемке. Дин понял, что осталось недолго, минута, скорее, даже меньше.
В этот момент откуда-то сзади ему послышалось, что кто-то его зовет. Он потряс головой. Неужели мерещится уже?

***

– Дин! – позвал Кастиэль и неуклюже полез внутрь, цепляясь баллонами за кирпичи.
Дин не отзывался.
"А если это не тот этаж? Или вообще не то окно? А вдруг его здесь нет, а я теряю время?" – мучительные вопросы мешали Кастиэлю сосредоточиться.
Наконец он пробрался внутрь. Помещение было заполнено мечущимися багровыми тенями. В нем было ужасно душно и жарко. От влажной одежды сразу повалил пар. Кастиэль оттянул маску и в очередной раз закричал:
– Дин!
Неожиданно откуда-то сбоку донесся слабый кашель. Кастиэль резко повернулся, пятно света от фонаря метнулось и высветило лежавшую на полу фигуру в облачении пожарника. Рядом с человеком на полу лежала каска и поверх нее защитные перчатки. В два шага Кастиэль преодолел расстояние до Дина.
Тот выглядел спящим. Глаза были закрыты. Со страхом Кастиэль увидел, что лицо Дина иссиня-бледное, с серыми, землистыми губами. Он упал на колени, поморщившись, когда бедра до самого верха пронзила боль. Торопливо дернул закрепленную в держателе на плече маску, размотал шнур и прижал ее Дину к лицу. Одновременно он нажал на подачу кислорода. Через несколько мучительных секунд прозрачная маска чуть затуманилась, и Кастиэль смог выдохнуть сам. Дин еще дышал. Закрепив маску, Кастиэль стал примериваться, как бы ему половчее ухватить Дина, но в этот момент странный звук привлек его внимание. Это сдавало позиции стекло. Кастиэль окаменел на секунду, с ужасом глядя на то, как последняя преграда между ними и огнем грозила рухнуть. Медлить нельзя было ни секунды. 
Торопливо усевшись на пол так, чтобы плечи Дина оказались между его раздвинутых ног, Кастиэль подхватил его подмышки и, упираясь каблуками в пол, потянул неповоротливое тяжелое тело на себя. Раз, второй, третий. Каждый раз ему удавалось сдвинуться сантиметров на десять, много – на пятнадцать. Дин совершенно не подавал признаков жизни, и от этого тянуть его было вдвое тяжелее. Кастиэль уложил его на пол, встал и решил попробовать иначе. Теперь он стоял над Дином, лицом к пролому в стене и спиной к стеклу. Обхватив Дина под руками, он подтянул его повыше и, шатаясь, сделал шаг. Еще шаг. Еще. Так дело шло быстрее, но Кастиэль чувствовал, что теряет силы. Только отчаяние заставляло его держаться. В этот момент стекло за его спиной издало жалобное глухое треньканье, и Кастиэль понял, что ад настиг их. Он снова рухнул на колени, мучительно застонав, и, согнувшись, закрыл голову и плечи Дина собой, придерживая маску на его лице.
Широкий поток огня ворвался сквозь исчезнувшее окно и окатил их безжалостным жаром. Казалось, вот-вот закипит вода, оставшаяся в ботинки Кастиэля. Он все еще держал Дина и, захлебываясь, глотал дыхательную смесь из баллона, молясь об одном – чтобы теплоизоляция выдержала, и тот не взорвался. Наконец, поглотив весь кислород, практически выпив комнату досуха, пламя отхлынуло, оставив за собой раскаленные и обуглившиеся поверхности. 
Кастиэль попытался распрямиться, всхлипывая и кусая губы. Спина, ноги – все мучительно ныло. Он подумал о Дине и его ногах, понадеявшись, что пламя, возможно не достигло пола в полной мере. Потом он с трудом поднялся на свои дрожавшие от боли и усталости конечности и снова дернул Дина вперед и вверх. Ему понадобилось пять рывков, чтобы дотащить его до пролома. Потом Кастиэль отстегнул баллон, к которому была прикреплена маска Дина, и поставил его на пол, рядом с ним. Кое-как он вылез наружу, потом сунулся до половины внутрь и принялся тянуть Дина на себя. С превеликим трудом ему удалось вытащить того наполовину. Потом силы покинули его ненадолго. Представив, однако, что в том помещении вполне мог бы разгореться огонь благодаря доступу воздуха через это самое отверстие, через которое они лезли, он заторопился. Дернув, он в два приема вытащил Дина. При этом баллон зацепился и оторвался, и судя по звуку, укатился прочь. 
Тащить Дина по камням не было никакой возможности. Следовало бы позвать на помощь, но Кастиэль распорядился никому и ни при каких условиях не входить в здание снова. Слишком велик был риск очередного обвала или взрыва. Поэтому, поднатужившись, он взвалил Дина на спину и, переваливаясь, с трудом удерживая равновесие, пошел к окну.
Кубрик не поверил, когда в окне появилась человеческая фигура и замахала руками. Это было невозможно, совершенно невозможно. Срочно нажав на кнопку управления люльками, он и Колин добрались до окна.
Командир стоял, тяжело навалившись на раму.
– Дайте... трос... с петлей, – через силу выговорил он.
Кубрик торопливо кинул трос. Командир пропал из виду, наклонившись. Через минуту, которая показалась обоим подствольным вечностью, он выпрямился и снова махнул рукой.
– Тяните.
Кубрик выбрал трос и начал осторожно тянуть.
Поддерживаемый Кастиэлем, в окне появился Дин. Его голова бессильно свесилась на грудь, руки болтались плетьми. Ни каски, ни перчаток, ни баллона с маской на нем не было. Кубрик перегнулся через край люльки и принял вес Дина на себя. Постепенно он перетянул его через подоконник и устроил на дне.
– Командир, теперь вы, – махнул он головой на вторую люльку.
Похоже, Кастиэлю очень хотелось залезть к Дину, однако он пересилил себя, осознавая, что это могло оказаться опасным. Поэтому, даже не думая о страховке, он перекинул сначала одну ногу через подоконник, потом вторую и уселся на окне, готовясь перебираться в люльку Колина.
В этот момент в глубине здания раздался взрыв. Дом ахнул, как живой. Кастиэль покачнулся, грозясь сорваться в десятиэтажную пропасть.
Рискуя вывалиться вместе или следом за ним, Колин перегнулся и ухватил его за куртку. Машина дернулась, отодвигаясь от дома, и Колин понял, что удерживает Кастиэля практически на весу. Кое-как ему удалось втянуть его в люльку. Повинуясь его указаниям, люльки стали опускаться. 
Кастиэль лежал, скорчившись, на дне и смотрел, как Кубрик придерживает голову Дина. Сознание Кастиэля уплывало, он уже не слышал сирен и того, как включились брандспойты подоспевших свежих пожарников.

***

Месяц спустя.
Церковь святого Патрика, Балтимор.

Длинноволосый, очень высокий мужчина в темном костюме с бутоньеркой в петлице, катил по украшенному цветами и лентами проходу к алтарю инвалидное кресло. В кресле сидел другой мужчина, в парадной униформе пожарной службы и с такой же бутоньеркой на лацкане. Нога сидевшего в кресле была вытянута вперед и лежала на специальной подставке. Сквозь разрез на брючине виднелся исписанный карандашами, фломастерами и маркерами гипс. На ступне красовался кокетливый радужный носок.
Ленты в церкви тоже были семицветные, и практически у всех присутствовавших в церкви были маленькие радужные ленточки или украшения.
В конце прохода стоял другой мужчина, державшийся очень прямо, тоже в униформе, украшенной многочисленными нашивками. Перед алтарем высокий положил мужчине в кресле руку на плечо, слегка сжал и отошел в сторону, присоединившись к выстроившимся сбоку пожарникам в формах и костюмах. Среди них был Грег с испещренным шрамами лицом, однако живой и на своих двоих. Майк стоял с самого краю, возле подставки с портретом Люка. 
Дин даже не оглянулся на брата. Сейчас его взгляд был прикован только к одному человеку на земле, тому, кто ждал его столько лет, кто сошел за ним в ад и вынес оттуда, а теперь хотел соединить их жизни перед богом и перед людьми.
Кастиэль смотрел на него. Он протянул Дину руку, и тот, крутанув колеса коляски, остановил ее так, чтобы быть рядом, и принял ее. Священник в облачении уже ждал их.
Они посмотрели друг на друга.
– Люблю, – произнес Дин беззвучно, одними губами.
– Люблю, – ответил Кастиэль.
С тех пор, как оба они пришли в себя в окружной больнице, Дин в травматологии, а Кастиэль в ожоговом центре, и смогли поговорить по внутреннему телефону, они каждый день говорили друг другу это слово. Чтобы не забывать. И совместно решили не дожидаться, пока нога Дина окончательно заживет, а устроить свадьбу как можно быстрее. Тем более, что правительство Мэриленда разрешило однополые брака, учтя мнение жителей, выраженное на референдуме по этому вопросу.
Под взглядами полутора сотен пожарников и их семей, двух десятков репортеров, Сэма и Джесс, Майка, Гейба, Колина, Гордона, Кубрика, Бенни, Гарта, Фрэнка и всех остальных званых и незваных гостей Дин надел Кастиэлю на палец простое кольцо. И позволил надеть себе такое же.
Кас выкатил его на крыльцо под дождь из риса и разноцветного конфетти. Самая красивая машина части, отмытая после того жуткого пожара месячной давности, отполированная и украшенная, ждала их. Сэм помог закатить на лафет кресло с Дином, чтобы поберечь еще слишком свежие шрамы на спине Кастиэля, и та медленно двинулась по улице, издавая гудки. Собравшиеся на улице зеваки махали и кричали ура, ребятишки тянулись за красивыми разноцветными шарами, и Дин с Касом держались за руки, чувствуя, что впереди еще много-много лет обычной жизни.

Изображение





*http://www.beliefnet.com/Prayers/Catholic/Violence-Disasters/Firefighters-Prayer.aspx, перевод Wintersnow и Melarissa

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


18 ноя 2014, 02:15
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 28 дек 2010, 14:49
Сообщения: 132
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Дин у вполне подходит такая работа, и он снова спасает людей, а Кас спасает его самого)))
хорошая история )

_________________
я на Дайри http://www.diary.ru/~12012011/


18 ноя 2014, 12:53
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 04 ноя 2013, 14:49
Сообщения: 28
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Уф, как же хорошо, что все хорошо.
| Читать дальше
На том моменте, когда Дин начал жалеть, что ничего на память о себе не оставил, я чуть не разревелась. Зато при упоминании "волшебной тумбочки", долго смеялась.
Жаль, что все равно не смогу отметить все, что понравилось, что зацепило в тексте. Главное, что он ощущается очень настоящим и искренним. Начиная от описания части и шуточек пожарных, заканчивая к месту добавленной молитве. И отношения Дина и Каса такие же, в них веришь, что все было бы именно так. Мало громких слов, но все равно удалось передать чувства, которые есть. Описана почти целая жизнь. Люблю это ощущение от текста, когда удается в него полностью погрузиться, когда он затрагивает и затягивает, и будто рядом с персонажами стоишь и наблюдаешь за их жизнью. Спасибо, за этот созданный мир и возможность немного в нем пожить. :) И отдельное спасибо за видео. Отлично добавляет картинку тексту, и передает настроение.


18 ноя 2014, 18:58
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 ноя 2013, 17:52
Сообщения: 62
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Это что-то потрясающее. Однозначно в копилку любимых фиков - перечитывать и перечитывать.
Свойственной твоим текстам внимание к деталям, я прямо наслаждалась описанием всех маленьких подробностей из жизни пожарной части.
Конечно, сама разбивка текста в разы усиливает эффект от происходящего.
Господи, как я волновалась, что Кастиэль его не спасет!
И плакала, да.
И еще хочу отметить, сколько канонно сериальных пасхалок ты вплела в текст! Самое главное (и это даже не пасхалка), как Кас вытащил Дина из пекла.
Потом переделанный девиз Винчестеров.
Это канонное диново неумение признаваться в чувствах
Спасибо большое, Мэл. Я люблю тебя.

Спасибо Глорику за прекрасный клип.
SmallPolarFox, впечатляющее оформление.

Вы потрясающе сработали

_________________
http://gertruda-wine.diary.ru/


19 ноя 2014, 01:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Неттл
большое спасибо от имени всей команды!!!

Аллана
| Читать дальше
"волшебные тумбочки" просто обязаны быть в любой приличной спальне! Это же первейший предмет мебели!
А на тех моментах... Я в процессе вычитки каждый раз, подбираясь к финалу, переживала так, словно это не я написала, а читаю в первый раз чужой текст. И сама сидела с глазами на мокром месте - вот реально напишу себе сама))))

14 лет взрослой жизни - это много... Надеюсь, теперь все немного изменится для этих двоих.

gerty_me
спасибо! Я старалась вплести канон, да)))) Сама люблю такое читать, хорошо, что кое-что удалось.
Спасибо, Герти!

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


19 ноя 2014, 13:17
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 мар 2011, 21:28
Сообщения: 436
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Я пришел потоптаться тут...
| Читать дальше
Ощущение, что я не читала, а фильм посмотрела. Всё так ярко и подробно описано. Вся история заставляет, и смеяться, и плакать.
Тепло, от описания как Дин становится пожарником. От молодого бойца, только-только закончившего обучение, до опытного профессионала. Чувствуется, что этот человек работает по призванию. Он спасает людей. Не за медали и почести, а потому что … призвание. И ведь есть такие люди и в реальной жизни. И это очень радует вообще-то.
Жарко, от описания истории любви. Путь от пьяного «первого раза», до свадьбы с разноцветными ленточками, гипсом и инвалидным креслом. Путь был долгим. Ожог Дина и временная потеря трудоспособности – это печально, но это и маленький шаг в сторону сближения, так как пришлось переехать к Касу. А следующий шаг уже был значительным. Перетаскивание Дина через порог могло бы выглядеть милым дурачеством, если бы не изменения в обстановке квартиры. И уже перетаскивание через порог ощущается как что-то значительное, трогательное и даже интимное. Кас получился просто невероятным. Он получился бесстрашным ангелом, страстным любовником и опытным профессионалом, мастером на все руки. Правильно сказали ранее в комментах, что это самая канонная АУшка. Вот этот Кас – это тот самый Кас, которого мы все полюбили в сериале. Про нц – сцены скажу отдельно. Запомнилась больше всего та, которая в машине. Когда Кас выпускал свой страх потери.
Страшно, больно, со слезами на глазах, от описания как Дин погибает в пожаре. Интуитивно я понимаю, что автор-то не лютый зверь, что спасутся. Может с повреждениями и госпитализацией «надолго», но спасутся. Было очень страшно. И то, как Дин уже приготовился умереть. Сказать о своих чувствах. Поздно, но сказать. И как Кас рискнул своей жизнью, и спас.
Читая «Молитву пожарного» как и все плакала. Ну и слезы наворачивались на фразах : «– Если надо будет, я весь ад на уши поставлю, но тебя вытащу.» «…Только там сейчас уже настоящий ад. Деловито застегивая все ремни и надевая баллон Кастиэль спокойно ответил, не глядя на своего преемника:
– Ничего. Ад для нас – это место работы. Пошли.»

Отдельное спасибо виддеру, за шикарнейшую визуализацию. Onaglorik, ты – лучшая! Так подобраны кадры, что создается впечатление, будто это специально сняли для фика.

_________________
Подкрадывающаяся незаметно


22 ноя 2014, 01:52
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 апр 2013, 14:17
Сообщения: 102
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
какая потрясающая работа! спасибо за невероятные впечатления от текста! :inlove:


24 ноя 2014, 21:57
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11 ноя 2012, 15:35
Сообщения: 50
Откуда: Volgograd
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Melarissa спасибо огромное за такую чудесную историю!! Очень сильный фик, однозначно в копилку любимых.
Я смотрела фильм, давно правда, но ты действительно написала замечательный ретейлинг.
onaglorik, SmallPolarFox а вам, девочки, спасибо за оформление, оно прекрасно! Идеально подходит!


07 дек 2014, 11:45
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Спасибо огромное за эту работу! Даже не могу выделить моменты, которые особенно понравились, потому что понравилось все. Ваши герои получились такими правдоподобными, сильные личности, настоящие герои. Честно признаюсь, что заглянула в конец перед прочтением, но все равно переживала и плакала иногда, ваша работа заставляет сопереживать, а это очень ценно. И отдельное спасибо за рассказ о чувствах, в котором об этих чувствах герои практически не говорят - до критического момента переоценки ценностей. И всегда интересно почитать подробности из жизни персонажей, детали их работы. Это придает произведению атмосферу.
Также огромное спасибо за оформление и видео, видео превзошло все мои ожидания, оно идеально подходит к тексту, словно это самый настоящий фильм.


10 дек 2014, 01:13
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Lolly, спасибо.

SmallPolarFox, я же сказала, что ХЭ)))) Значит, будет ХЭ по всем фронтам. Спасибо, пушистая.

AssA, а я вот фильм посмотрела только совсем недавно по совету и подумала, что оно бы вполне могло подойти... Спасибо!

Уважаемый гость, большое спасибо за столь теплые слова.

Вообще спасибо всем от onaglorik и SmallPolarFoх, им несомненно очень приятно читать все комментарии

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


10 дек 2014, 03:29
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2009, 19:58
Сообщения: 334
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
текст очень понравился..ели бы в предупреждениях не стояло смерть второстепенного персонажа..подумала бы, что они эпично умерли бы в том пожаре вместе. но ХЭ это, конечно, намного лучше ..спасибо за эту замечательную историю))
видео тоже великолепное...мини-фильм


14 дек 2014, 16:19
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 18 май 2011, 14:16
Сообщения: 26
Откуда: Санкт-Петербург
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Огромное спасибо автору за такой чудесный текст! Очень люблю реал-AU, поэтому от текста сразу ожидала многого. И не разочаровалась :)
Текст держал в напряжении до самого конца. Ваш Кастиэль просто прекрасен, покорил меня раз и навсегда))
Отдельное спасибо виддеру (очень атмосферное видео вышло) и коллажисту-оформителю.
Ребята, вы прекрасны!

_________________
"Боюсь, что земной шар - желтый дом Вселенной" Вольтер.


18 дек 2014, 01:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
_ZaiKa_
Большое спасибо и от меня, и от виддера. Мы счастливы!

jo rim
Большое спасибо от всей команды. Нам очень, очень приятно слышать подобное.
А Кастиэль для нас троих всегда лучше всех.

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


25 дек 2014, 00:16
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 мар 2012, 12:34
Сообщения: 59
Откуда: Тульская область
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
А вот и я! Наконец-то дотопала оставить отзыв)))

Первым делом хочу сказать спасибо оформителям! выпендрилась, угу
С первых кадров видео, с самого баннера понимаешь, что сейчас будет жарко.
Все такое пламенное, красно-оранжевое... Черное.
Клип воспринимается как мини-фильм, прекрасно разделены периоды тогда и сейчас
Разделители и баннер сделаны очень в духе рассказа, они сливаются с ним, ничуть не выбиваются.
Глорик, лисичка, мои вам обнимашки и восторги!

Мел, ты взялась за очень тяжелую в плане проработки деталей и верибельности тему, по своему опыту знаю XD
И получилось очень и очень.
Особо меня порадовали экшн-сцены, когда затаив дыхание глотаешь строчки, волнуясь - что же там дальше. И только обещание ХЭ и то, что через четырнадцать/пять/четыре года после Дин провалится через два этажа, позволяет спокойно читать дальше, понимая - все будет хорошо. Так или иначе.
Как всегда чудесный, красивый слог, ретеллинг любимого фильма... что еще нужно для счастья? ах да, любовь - сильная, светлая, долгая.

Спасибо, команда!!! :ura:

_________________
http://www.diary.ru/member/?2932654/


26 дек 2014, 20:13
Пожаловаться на это сообщение
Профиль ICQ
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 21 ноя 2011, 10:31
Сообщения: 140
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Wintersnow
а я наконец-то дошла ответить на отзыв)))) Спасибо, дорогая, я рада, что ты прочитала. И спасибо за такие слова, я-то знаю, чего они стоят. Поэтому пойду праздновать такой шикарный отзыв.

_________________
Любовь, любовь, любовь во время войны... (c)


19 янв 2015, 03:09
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 16 мар 2015, 21:02
Сообщения: 10
Откуда: Германия, Франкфурт-на-Майне
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Прочитала на одном дыхании - очень гармоничный текст, держал в тонусе до конца истории.
Видео смотрела несколько раз - я всегда снимаю шляпу перед создателями таких клипов - это адская работа. Спасибо!


16 мар 2015, 21:31
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Огненная лестница в небо, Destiel AU, Melarissa & onaglo
Большое вам спасибо, автор, это очень круто! Фильм не видела, но во время чтения казалось, что я не читаю, а смотрю - так динамично, ярко и с кучей деталей все написано.
:hlop: :hlop: :hlop:
Потрясающая работа, очень-очень понравилось!


06 мар 2016, 17:41
Пожаловаться на это сообщение
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 20 ] 


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.064s | 18 Queries | GZIP : Off ]