Новости

Все саммари нашли своих фанартистов и виддеров!

:) СПИСОК САММАРИ ББ-2017 :)

Текущее время: 20 окт 2017, 18:23




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 78 ]  На страницу 1, 2, 3  След.
Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Senseye 
Автор Сообщение

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Senseye
Название: Серьезные намерения серьезных мужчин
Автор:taniyska
Артер: Senseye
Бета: Sigra
Категория: слэш
Пейринг/персонажи: J2, Майкл Розенбаум, Джим Бивер, Чад Мюррей, Крис Хемсворт, КристианКейн, Данниль Харрис, Джейсон Маннс
Жанр: романс с элементами детектива, РПС-АУ
Рейтинг: NC-17
Саммари: Серьезное намерение номер один: выиграть Кубок Стэнли.
Знакомьтесь: Джаред «Йети» Падалеки, нападающий «Сиэтл иглз». Он же жертва.
Роскошная внешность. Великолепное тело. Непробиваемое упрямство. Сучизм, резко повышающийся в режиме «лед».
Отличается серьезными намерениями.
К Кубку шел всю жизнь. За него «раскатал» по льду немало соперников и был сам «раскатан» не раз.
Хочет прикоснуться к золотой мечте и... НЕ умереть...
А вот «НЕ умереть» становится в последнее время проблемой.
Которую и должен решить телохранитель.
Серьезное намерение номер два: разобраться, за какую команду «играем».
Знакомьтесь: Дженсен-едрить-его-Эклз. Он же телохранитель.
Роскошная внешность. Великолепное тело. Непробиваемое упрямство. Сучизм... стабилен.
Отличается самыми серьезными намерениями.
Серьезное намерение номер три: понять, что же ты хочешь от своего телохранителя.
Избавиться от него?
Трахнуть его?
Дать трахнуть себя?
Или все-таки позволить сердцу поверить в серьезные намерения серьезных мужчин?
Предупреждения: очень-очень флаффно.
Все упомянутые в тексте личности – реальны.
Трагедий, расчлененки и вывертов судьбы нет.
Иностранные слова предусмотрительно переведены.
Познания о хоккее и НХЛ из Инета, о рыбных блюдах - не из него.
На ужасность ужастика не претендуем.
Автор твердо уверен, что в жизни самая безобоснуйная ситуация может стать реальной.
Если кого-то вышеописанное сквикает, а вы решили читать – кактус выбран вами.
ДИСКЛЕЙМЕР: Cuique suum
Примечание автора: спасибо оргам за прекрасный ББ, бете за идеи и поддрежку, артеру за талант, альфа-группе за терпение и ценные советы и Р.Гисбон за то, что она есть.
Скачать текст в формате .doc
Изображение


Последний раз редактировалось taniyska 06 дек 2014, 00:02, всего редактировалось 1 раз.

04 дек 2014, 11:18
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Изображение


- И-и-и… ГО-О-О-О-ОЛ! Джа-а-а-р-р-ред Па-а-адалеки! Но-о-омер трина-а-адцать!– в стиле Майкла Баффера пропел-проорал комментатор, и камера крупным планом высветила лицо ликующего форварда «Сиэтл иглз». Позволив зрителям в полной мере налюбоваться на триумф хоккеиста, оператор переключил свое внимание на болельщиков.
На трибунах бесновалась разноцветная и разномастная толпа. Сдержанно выражали радость парни в строгих костюмах в вип-ложе, мужики, разукрашенные в цвета команды, ревели и били себя кулаками в грудь, а на заднем плане группа симпатичных девчонок посылала воздушные поцелуи кумирам.
В комнате раздался хриплый выдох, больше похожий на стон. Экран телевизора – единственный источник света – раскрашивал мертвенно-синим лицо и отражался в горевших злобой и отвращением глазах.
«Ненавижу тебя, Падалеки. Как же я тебя ненавижу. Чтоб ты сдох. Даже лучше, что не вышло с покушением. Руки о тебя, мразь, марать еще. Вот бы ты сдох сам, без посторонней помощи. Просто навернулся сейчас, упал на лед, и твоя голова раскололась бы, как перезрелый арбуз. И все бы увидели, что там ничего нет. Абсолютно. Просто большое, серое ничто!»


Изображение


- Джей, как закончишь – зайди к Биверу, - крикнул генеральный менеджер команды Майкл Розенбаум, заглядывая в душевую.
- Угу, - согласно промычал Джаред, отплевываясь от попавшей в рот воды. Но Роззи уже испарился.
Ждать подтверждения ему и не требовалось. Все знали, что делает с неподчинившимися ему хоть раз игроками главный тренер команды Джим Бивер.
Смывая пот после тренировки, Джаред «Йети» Падалеки - нападающий «Сиэтл иглз» - раздумывал, что он мог такого натворить, чтобы тренер захотел задать ему жару. Даже сомневаться не приходилось: Бивер вызывал именно для этого. Для другого к себе он не приглашал.
Вот тут-то и начинались нестыковки. За глупый штраф в последней игре против «Детройта» Джаред уже свое получил. А поскольку больше игр не было, то и получать вроде как бы не за что. Личная жизнь игроков Бивера не интересовала, пока та не мешала им играть. А Джареду точно ничего не мешало. Просто потому, что особой личной жизни у него не наблюдалось. Так, разные подружки в разных городах, которые никогда не пересекались и которых он никогда не ставил выше или хотя бы на один уровень с хоккеем.
Через двадцать минут, так и не придумав, в чем провинился, Джаред шагнул в кабинет Бивера и:
- Джим, Майкл, - пожал руки тренеру и Розенбауму, отмечая, что в комнате находится еще один человек.
Мужчина, стоявший у окна, при появлении Джареда обернулся, но рассмотреть скрытое тенью лицо не удавалось.
Бивер не спешил объяснять, зачем вызвал своего нападающего, и Падалеки, чувствуя, как странное ощущение дискомфорта мурашками ползет по позвоночнику, поинтересовался первым:
- Что-то случилось, тренер?
Джим переглянулся с Розенбаумом... Да ла-а-адно! Главный тренер поправлял потасканную кепку, почесывал бороду, бегал глазами, в общем, проявлял все признаки замешательства. И вряд ли кому-то еще из «Иглз» удавалось увидеть такое. Уж точно не Джареду. Поэтому мурашки на позвоночнике ощутимо ускорились. Подсознание мрачно констатировало, что дело, по-видимому, дрянь, и скорее всего Джареда решили сдать в аренду или, еще хуже, продать. Боже, только не в «Детройт»!
Мужчина сделал несколько шагов вперед. Свет люстры выхватил короткую стрижку русых волос, широкие плечи, обтянутые дорогим пиджаком, четко очерченную линию челюсти и чуть прищуренные глаза.
Джаред сразу почувствовал к мужику антипатию. И это казалось странным, потому что выплескивая максимум агрессии на льду, вне площадки Падалеки был, наверное, самым дружелюбным парнем на планете. И это дружелюбие распространялось на всех людей в радиусе километра от него вне зависимости от степени их знакомства. Ну а вот мужик не понравился. Просто так. Безо всяких на то причин.
- Познакомься, Джаред, - подал голос Розенбаум, - это Дженсен Эклз.
Изображение
Вне льда Падалеки был не только дружелюбным парнем, но и хорошо воспитанным дружелюбным парнем. Поэтому, затолкав свою неприязнь подальше, он широко улыбнулся и протянул руку:
- Очень приятно.
И тут же пожалел о своем жесте, потому что Эклз делать ответный шаг не спешил. Вместо этого холодные светло-зеленые глаза прошлись по Джареду, оценивая, ощупывая, забираясь под кожу, прожигая рентгеновскими лучами. Так смотрят на незнакомое и не очень аппетитное блюдо, прикидывая, съедобно оно или нет.
А Джаред стоял с протянутой рукой, как нищий из Пиннелас Хоуп, и раздумывал, что лучше: сделать вид, что ничего не произошло, и дать этому мудаку второй шанс, или же сразу врезать? Чем дольше тикали секунды, тем больше Джареду нравился второй вариант. Хотя если это новый спонсор команды или шишка из руководства, будет неловко.
После нескольких секунд осмотра Эклз кивнул, будто соглашаясь сам с собой, и все же протянул руку в ответ. Наверное, Джаред должен был чувствовать себя польщенным - его оценили и признали годным к рукопожатию с Его Гребаным Величеством Эклзом. Но он не чувствовал. Дружелюбие Джареда, похоже, решило устроить внеплановый выходной, потому он сжал протянутую руку совсем не по-дружески.
- Дженсен - твой телохранитель, - пояснил Бивер.
И Падалеки сначала даже не понял, о чем речь.
- Что? – Поворачиваясь к тренеру, он сжал пальцы на ладони Эклза еще сильнее.
- Это Дженсен Эклз, он – твой телохранитель, - медленно, чуть ли не по слогам пояснил Бивер, глубже надвигая неизменную кепку.
Телохранитель? У самого быстрого и агрессивного игрока Лиги, при виде которого защитники в панике жмутся к бортам, будет телохранитель? Джаред хотел возмутиться, но смог лишь глотнуть воздуха. Попробовал еще раз выдавить хоть слово, и снова безуспешно. И когда уже готовился пойти на третий заход, надеясь, что в этот раз высказать свое возмущение все же получится, раздался низкий, хриплый – у этого Эклза вдобавок к сучизму еще и грипп? – голос:
- Мистер Падалеки, не будете ли вы так добры перестать пытаться сломать мне руку?
Джаред повернулся, встречаясь взглядом с глазами не менее надменными и полными издевки, чем голос. Падалечье дружелюбие паковало чемоданы. Джаред разжал пальцы и снова повернулся к Биверу. Дружелюбие уже махало рукой с трапа самолета, а его хозяин автоматически перешел в режим «лед».
Нет, с Эклзом они точно не сработаются. Даже если предположить, что Джареду действительно нужна защита. Он не сможет нормально существовать рядом с этой самовлюбленной ледышкой в режиме 24/7. Заморозится, а потом набьет Эклзу морду, чтобы согреться или чтобы посмотреть, кровь ли течет в жилах этой «снежной королевы».
- Джим, ты действительно думаешь, что я соглашусь на телохранителя, который на полголовы ниже меня?
Вообще-то, на полголовы ниже джаредовских ста девяносто трех сантиметров - значит, достаточно высокий, но в режиме «лед» Падалеки такие мелочи не учитывал.
- Брось, Джаред, - попытался урезонить его Розенбаум. – Дженсен – лучший в этом деле.
В чем можно было даже не сомневаться: генеральный менеджер всегда обеспечивал команду и игроков самым лучшим, только такие мелочи Джаред сейчас тоже не учитывал.
- В вашем возрасте, мистер Падалеки, пора уже знать, что размер не всегда имеет значение.
Джаред посмотрел на Эклза и усмехнулся:
- Ну да, вечный отмаз тех, у кого с размером проблемы.
Телохранитель даже глазом не моргнул.
Джаред снова перевел взгляд на начальство:
- То есть ты хочешь сказать, Майк, что он закроет меня своим телом от пули, так же как Костнер сделал это с Уитни? А я, может, должен буду спеть “I will always love you”?
- Вообще-то да, - опять ответил, когда не его спрашивали, Эклз. - В мои обязанности входит в случае необходимости защищать вас, не задумываясь о собственной безопасности. Но сразу предупрежу, что если кто-то действительно хочет вас убить, помешать этому я не в состоянии. Могу лишь усложнить ему задачу и заставить ошибиться так, чтобы полиция взяла его след.
Джаред фыркнул. Этот самоуверенный болван даже не стеснялся расписываться в собственной профессиональной несостоятельности.
- Звучит не очень. Если так заявляют лучшие, то что же говорят худшие?
Вот только руководство команды такие заявления, похоже, не волновали. Даже странно. Возможно, им плевать на жизнь Джареда, но вряд ли им было плевать и на то, куда тратятся деньги хозяина «Иглз» - Себастьяна Роше.
- Худшие уверят, что под их защитой вам ничего не грозит. А через неделю весь Сиэтл придет на ваши похороны.
- Да... - начал было Джаред, но Бивер резко ударил ладонями по столу, обрывая грозившую начаться ссору.
- В общем так, Падалеки, или ты ведешь себя прилично и делаешь все, что скажет мистер Эклз, или следующую игру против «Пингвинов» проведешь на скамейке.
Незапланированное приобретение телохранителя сразу стало меньшей из бед Джареда.
- Вы этого не сделаете.
- Хочешь проверить? Незаменимых у нас нет.
Джаред не хотел. Все были в курсе, что Бивер читал игроков как открытую книгу, умея в своих целях надавить на больное место так, что суровые хоккеисты ползали на коленях и утирали сопли, уверяя, что будут паиньками. Тренер знал, что денежные штрафы здесь не пройдут. Когда зарабатываешь миллионы, можно позволить выбросить несколько тысяч на ветер, чтобы вести себя так, как хочется. Держать хоккеистов в узде можно было только отнимая у них при необходимости самое дорогое: возможность играть. И Бивер умел делать это с особой жестокостью. Он знал, что больше всего на свете Падалеки хочется надрать задницу Зеттербергу за тот удар исподтишка, который заставил потерять шайбу и лишил стопроцентной возможности забить гол. Чтобы не упустить свой шанс, Джаред был не то что готов терпеть рядом с собой Эклза, но и душу дьяволу продать.
Тренер заметил колебание в глазах своего нападающего и сменил кнут на пряник. Ну, или на то, что считал пряником.
- Джей, ты же умный парень. И не можешь не понимать, что все зашло уже слишком далеко. Пора принимать меры.
Это точно.
А ведь все начиналось достаточно невинно: письма с угрозами, слова, вырезанные из газет. Джаред даже не напрягся. Он считался одним из самых жестких игроков Лиги и одним из лучших форвардов. Подумаешь, фанат соперников решил развлечься. Потом пришла посылка с куколкой вуду. Лохматый чувак с иголками в гениталиях и бумажкой «Падаскотина», прилепленной на грудь, произвел впечатление, но не то, коего добивался отправитель.
Джаред был возмущен. Сталкер действительно надеялся, что мужик под два метра ростом упадет без чувств, получив эту посылку? Он же в хоккей играет, а не крутит тройные тулупы под Моцарта. И да, тыкать иголками в гениталии пусть даже мало похожей на Джареда куколки - очень невежливо.
Сталкер тоже понял свою ошибку, и три дня назад, выезжая со стоянки «Кей Арены», Джаред, решивший притормозить перед главной дорогой, почувствовал, как педаль провалилась в пол. За несколько следующих секунд он успел дважды порадоваться: сначала тому, что ехал небыстро, а потом тому, что Уэллинг две недели назад купил «Форд-Рейнджер», который и стал непреодолимой преградой на пути «хаммера» Падалеки. Впрочем, сам Уэллинг второму обстоятельству не радовался совсем, о чем и сообщил, разглядывая смятый бок пикапа:
- Твою мать, Падалеки, не мог обо что-нибудь другое тормозить? Вон хотя бы об машину Кортез.
Ну уж нет. Женевьев Кортез - пиарщицу команды - все хоккеисты боялись до жути. Даром что самому низкорослому хоккеисту из «Иглз» она едва доставала до плеча. И это на каблуках. Говорят, словом можно ранить. Чепуха! Слова Кортез убивали, причем с особой жестокостью. Так что случись Джареду выбирать между бетонным отбойником и машиной Женевьев, он бы не задумываясь повернул в отбойник. Так оставался бы хоть какой-то шанс выжить.
И, возвращаясь к вопросу о телохранителе… дураком Джаред не был. И уж тем более не был врагом себе. И да. Надрать задницу Зеттербергу тоже очень хотелось. Поэтому…
- Рад буду работать с вами, мистер Эклз.
Розенбаум облегченно выдохнул, Бивер спрятал удовлетворенную усмешку в бороду, телохранитель равнодушно кивнул, будто его происходящее ничуть не трогало.
- Ну, если... - начал Джаред, собираясь намекнуть, что у него есть дела и поважнее, но его перебил Эклз:
- Нужно обсудить несколько правил нашего сотрудничества, желательно в присутствии руководства, поскольку эти правила будут касаться и команды.
- Надеюсь, мне не придется надевать бронежилет на матчи, - пробурчал Джаред.
То наслаждение, с которым Эклз прокатил по языку слово «правила», не предвещало ничего хорошего.
- Да, конечно, Дженсен, мы готовы, - вмешался Розенбаум.
- Итак, правило номер один: мистер Падалеки не ходит туда, где, по моему мнению, небезопасно. - Джаред вытаращился на Эклза, медленно переваривая информацию. - Отсюда вытекает правило номер два: мистер Падалеки никуда не ходит без моего разрешения. - Какой нормальный тридцатилетний мужик будет спрашивать у кого-то разрешения куда-то пойти? Последний раз Джаред делал что-то похожее лет двадцать назад, да и то потому, что миссис Падалеки в противном случае угрожала лишить его сладкого. Было от чего потерять дар речи, и только это позволило Эклзу продолжить свой список: - Правило номер три: все встречи - только в моем присутствии.
Дар речи вернулся. Вместе с режимом «лед».
- А если я захочу снять какую-нибудь горячую цыпочку?
- Падалеки! – Бивер попытался призвать своего нападающего к порядку, но куда уж там: фирменный щенячий взгляд - и море нам по колено.
- Что? Тренер, должен же я как-то снимать напряжение. У меня нервная работа!
- Я бы советовал вам воздержаться от свиданий, мистер Падалеки. Но если приспичит – можно. Только в моем присутствии. Стесняетесь – могу отвернуться.
Джаред уставился в глаза телохранителю, не замечая там ни малейшего признака, что тот пошутил. Чертов истукан.
- А присоединиться не захочется?
- Падалеки!
- Подождите, тренер, это принципиальный вопрос. Потому что хоть тройничок – дело хорошее, но мистер Эклз меня не возбуждает. – Джаред уже сам не знал, чего хочет: разморозить яростью эту ледышку или сбросить злость. Его просто несло, как сорвавшуюся с крутого склона машину.
- Не переживайте, мистер Падалеки, я слишком профессионален, чтобы во время работы отвлекаться на мелкие раздражители. – Эклз особо подчеркнул слово «мелкие», скользнув взглядом по ширинке Джареда.
Тот на секунду даже восхитился. Быть на равных в «грязном трепе» с хоккеистом не каждому под силу.
- Падалеки!!! – в третий раз взревел Бивер. – Если ты не прекратишь, я посажу тебя на скамейку не только в матче с «Пингвинами», но и на все игры плей-офф.
Джаред открыл рот, чтобы сообщить тренеру, куда тот может идти со своими угрозами, а заодно и с этим Эклзом, но вовремя опомнился и закрыл рот обратно. Слишком много было вложено труда в этот сезон, чтобы проебать все из-за какой-то хладнокровной сволочи. Бивер, увидев, что Джаред присмирел, кивнул Эклзу:
- Продолжайте.
- Отвозить вас, мистер Падалеки, на тренировки и матчи буду я или один из моих помощников. На выездных играх жить будете отдельно от команды там, где решу я.
- Хорошо, что ты не требуешь для него отдельный самолет, - нервно хохотнул Розенбаум, пытаясь разрядить обстановку.
- Я бы потребовал, но, думаю, команда его не настолько ценит. - Голос Эклза был убийственно серьезен, поэтому Роззи смущенно хмыкнул, не найдя, что ответить. – Перед матчем раздевалки и подтрибунные помещения будут проверять мои помощники, поэтому позаботьтесь, чтобы их пускали на стадион без проблем. - Майкл кивнул, сделав пометку в блокноте. – Пока все.
- Ну что ж, - Бивер встал из-за стола, – спасибо, мистер Эклз, мы очень ценим ваше сотрудничество.
И с трудом обретенное было смирение Джареда улетучилось в мгновение ока. По натуре своей он был парнем непритязательным. Но ограничение свободы в любом виде и под любым предлогом не терпел. Считайте это извращенной формой клаустрофобии, но мысль, что малознакомый чувак неизвестно сколько времени будет диктовать как жить, вызвала у Джареда настоящую истерику.
- Черт, тренер. Это же просто тюрьма! Я на такое не подписывался. Можете делать, что хотите, да хоть контракт рвите, но по доброй воле я на это не пойду.
Зачем нужны деньги, если они не дают свободы?
Розенбаум с Бивером встревожено переглянулись, не зная, как реагировать на это выступление. Спас ситуацию холодный голос Эклза:
- Мистер Падалеки, вы знаете, почему осужденные на смертную казнь радуются, когда им ее заменяют пожизненным сроком? - Джаред как-то не уловил, когда их разговор свернул на приговоренных к высшей мере наказания, потому не нашелся, что ответить. Перевел взгляд на по-прежнему спокойного Эклза, безуспешно пытаясь понять, в чем суть. Впрочем, к диалогу Джаред не стремился. - Потому что единственное в нашей жизни, что невозможно изменить, – это смерть. А все остальное не более постоянно, чем хорошая погода в Сиэтле. Если вы разорвете контракт и откажетесь от охраны, то сначала лишитесь работы – вряд ли кто-то захочет нанимать игрока, который вот-вот сыграет в ящик, – а потом и жизни. Если же вы не будете совершать таких необдуманных поступков, то через некоторое время сможете вернуться к нормальной жизни, вспоминая этот период как небольшое приключение. Я знаю, у хоккеистов инстинкт самосохранения не очень развит, но здесь преимущества второго варианта очевидны.
Вот так. Спокойно и неторопливо разложил все по полочкам как нерадивому ученику, и крыть Джареду нечем. Потому что преимущества второго варианта действительно очевидны.
А если добавиться бонус в виде надранной задницы Зеттерберга…
- Ладно, - хмуро кивнул Джаред. – Но в матче с «Пингвинами» я должен быть в основном составе.
- Ты там будешь, - заверил его Бивер.
- Пошли, - бросил Падалеки телохранителю, небрежно кивнув на прощание Розенбауму и тренеру.

Изображение


На парковке выяснились новые подробности.
- Данниль Харрис, моя помощница, - представил Эклз Джареду невысокую рыжеволосую женщину, которая выглядела слишком хрупкой и милой для охранницы.
- Привет. - Джаред продемонстрировал ямочки на щеках, заставлявшие таять всех представительниц женского пола в возрасте от шести месяцев до девяноста лет. В конце концов, трахаться под присмотром Эклза он не собирался, а если все это затянется надолго, иметь запасной вариант было бы очень неплохо. И Харрис на роль такого варианта более чем подходила.
- Здравствуйте, - холодно ответила Данниль, слишком крепко для женщины сжимая Джареду руку.
Хрупкая и милая, ага. Черт, и откуда они все только взялись? Или нормальных людей с живыми эмоциями в охранники не берут? От помощницы, как и от самого Эклза, веяло таким арктическим холодом, что любой холодильник удавился бы от зависти.
- Данни, отгонишь машину мистера Падалеки к его дому. Мы поедем на моей, – распорядился Эклз.
- Ключи, - Харрис протянула руку.
- А на моей машине ездить религия не позволяет? – пробурчал Джаред, кидая ключи в ладошку Харрис.
- Рискованно, сталкер ее знает, - неожиданно мирно пояснил Эклз. – Пойдем.
Тоскливо взглянув в сторону своего «хаммера», Джей поплелся за телохранителем. Оказалось, что холодный как лягушка Эклз ездит на «Мазерати-Гибли». Четыреста лошадей под капотом и салон из красной кожи. По темпераменту телохранителю больше подошел бы какой-нибудь «крайслер», такой же надменный и непробиваемый.
Джаред захлопнул дверцу и пристегнул ремень безопасности. Беспокойно поерзал на кожаном сиденье. На длинные ноги Падалеки в салоне «Мазерати-Гибли» итальянцы явно не рассчитывали.
- Крутая тачка. Твоя? - Ответа не последовало. Джаред решил надавить. – Крутая, но маловата. А, ну да, для некоторых размер не имеет значения.
- А для некоторых ничего, кроме размера, значения не имеет. – Эклз повернул ключ в замке зажигания, и сытый рокот мотора дрожью прокатился по телу Падалеки. Положив руки на руль, телохранитель вдруг повернулся к Джареду: - Давай договоримся, ты зовешь меня Дженсен, я тебя – Джаред.
- Любишь неформальное общение? – не удержался тот от совсем детской подколки. Уж очень хотелось увидеть в светлых глазах хоть какую-то эмоцию, кроме ледяной надменности. Но зря.
- Нет, просто хочу облегчить тебе жизнь. Когда придется звать на помощь, кричать «Дженсен» удобнее, чем «мистер Эклз».


Изображение


Густая вязкая субстанция нехотя сползала по лицу Джареда Падалеки, пятная лоб, щеки, раскрашивая красным сияющую улыбку. Человек, наклонив голову, наблюдал за медленным движением. Когда одна из капель, не удержавшись, сорвалась, он проследил за ее полетом и поморщился, глядя на пятнышко на полу. Отставил пустой стакан из-под томатного сока и пошел на кухню за тряпкой.
«Лыбишься вечно, будто рот не закрывается. Будто все у тебя прекрасно. Я бы стер эту улыбку с твоей рожи. Показал, что ты и вся твоя жизнь на самом деле одна бесконечная беспросветная клоака. А улыбку нарисовал бы. От уха до уха. У тебя на горле. И улыбался бы, глядя, как ты подыхаешь. Как корчишься. Умоляешь помочь. Ты умолял бы, я знаю, ныл, пускал сопли. Так бы и сдох в своем собственном дерьме!»


Изображение


Когда Эклз остановил машину на парковке кондоминиума, в котором жил Джаред, там уже прохаживался какой-то волосатый чувак под названием Крис Кейн. Дружелюбия в котором оказалось столько же, сколько и в его шефе, то есть ноль.
- Крис осмотрит помещение, я подожду Данниль и присоединюсь к вам, - сообщил Эклз, естественно, и не подумав поинтересоваться, хочет ли Джаред вообще пускать в свою квартиру волосатых отмороженных чуваков. Поэтому он не стал изображать гостеприимного хозяина и, бросив Кейна разбираться с дверным замком и сигнализацией, направился прямиком в спальню. Ему было чем заняться.
- Розенбаум, - гаркнул Джаред, едва Майкл снял трубку. – Какого хрена? Чем я тебе так насолил? На льду мы с тобой не встречались. Девчонку я у тебя увести не мог, ты же женат. Что тогда? А, я понял, ты фанат другой команды?
- Джей, подожди, ты о чем? – Голос Роззи звучал устало, чему Джаред мстительно порадовался. Значит, не у него одного сегодня тяжелый день.
- Какого хрена ты подсунул мне этого Эклза?
- Слушай, я ведь уже говорил, – он лучший.
- В чем? – Джаред плюхнулся на кровать.
- В том, для чего мы его наняли.
- И это наводит меня на мысль, что наняли вы его для того, чтобы побыстрее сжить меня со света, потому что сталкер уж больно долго копается.
Розенбаум вздохнул так тяжко, что, кажется, его вздох долетел до Джареда и заставил волосы на голове зашевелиться.
- Джей, отнесись к этому как взрослый человек. Эклз работал в охране президента, выполнял спецзадания в Европе, а сейчас у него лучшее охранное агентство в Штатах. Ему доверяют жизни самые влиятельные люди. И не только в Америке. Естественно, что ни он, ни его помощники не обязаны прыгать вокруг тебя с восторженными воплями, как это делают твои фанатки.
Джаред такого и не ждал. Хотя мысль об Эклзе, который восхищенно визжит и размахивает лифчиком, приподняла настроение на несколько пунктов. И все же простого человеческого отношения хватило бы с лихвой. Джареда ведь на самом деле любили все. Члены команды - за мастерство и профессионализм, фанаты «Иглз» - за умение надирать задницы противникам, соперники – вне льда, конечно, – за легкий и веселый характер, фанатки «Иглз», соперников и остальное женское население планеты - за внушительные мышцы и ямочки на щеках, фанаты соперников за то, что Падалеки никогда не опускался до откровенных подлостей на льду. Так что практики, необходимой, чтобы спокойно относиться к тому, что на тебя смотрят как на дерьмо собачье, Джареду сильно не доставало. Сейчас он не нравился только сталкеру – хотя, кто знает, может, эта мания преследования как раз от большой любви, – и тем троим, которые должны были его от этого сталкера спасти. И где же тут логика?
- Майкл, а, может, найдем кого попроще? Я согласен.
По мнению Джареда, окончательное решение было за ним: ведь это его жизнь будут спасать. Какая жалость, что Розенбаум так не считал.
- Даже и речи быть не может. Мы хотим, чтобы ты остался жив и, по возможности, невредим. И Эклз – единственный, на кого в этом вопросе можно полагаться. Ты хоть представляешь, чего мне стоило заполучить его для тебя? К нему очередь как на распродаже в «Блумингдэйлс».
Джаред улегся на кровать и уставился в потолок. Ситуация складывалась беспросветно хреновая. Если Роззи решил, что так будет лучше для команды, его не переубедишь. Самого Джареда за яйца держит Бивер, поэтому сделать что-то, что заставит Эклза бросить эту работу, нельзя. И как прикажете поступать?
- Йети, ты там живой? – подал голос обеспокоенный долгим молчанием на том конце провода Розенбаум.
- Пока да, - буркнул Джаред, - но, чувствую, это ненадолго.
- Джей, мне надо идти. Ты, пожалуйста, успокойся и помни, что все это не навсегда. Полиция работает круглосуточно, чтобы вычислить, кто охотится за тобой, так что пара недель, сталкера поймают, а ты избавишься от Эклза. Только и всего.
- Только и всего, - эхом отозвался Джаред. – Ладно, Роззи, давай вали по своим делам, постараюсь быть паинькой.
Не хотелось тратить время на пустые разговоры. Тем более что в спальню без стука ввалился Кейн и принялся рыскать по углам.
- Такое понятие, как личное пространство, сотрудникам Эклза совсем ни о чем не говорит? – пробурчал Джаред, вроде бы ни к кому не обращаясь, но достаточно громко, чтобы Кейн услышал.
Выстрел прошел мимо цели. Волосатый помощник Эклза, может, и услышал, но никак не отреагировал. Как там говорится? Если вас насилуют, расслабьтесь и получайте удовольствие. Похоже, только это Джареду и оставалось. Он сделал глубокий вдох, пытаясь настроиться на свой обычный дружелюбный лад. Но тут Кейн выдал:
- Спать здесь нельзя.
Одновременно с этими словами хлопнула входная дверь.
- Эклз!!! – Кейн аж покачнулся от силы звуковой волны, вызванной воплем Падалеки.
Черта с два он будет звать этого отмороженного Дженсеном. И кстати, кричать «Эклз» - гораздо удобней.
Телохранитель добирался до комнаты непозволительно долго, о чем Джаред не преминул сообщить:
- Меня за это время уже сто раз могли бы убить.
- Те, кого убивают, таким раздраженным тоном не орут. - Эклз повернулся к Кейну: - Что?
- Он говорит, что я не могу спать здесь, - встрял Джаред. Еще не хватало, чтобы в собственной спальне с ним обращались как с мебелью. Судя по недовольному взгляду Эклза, как с очень надоедливой мебелью.
- Окна, - пояснил Кейн.
Ну, то есть, наверное, он думал, что пояснил, потому что Падалеки это ни о чем не сказало. Хотя Эклз кивнул и подошел к окнам поближе. После беглого осмотра он, наконец, снизошел до объяснения.
- Слишком много окон, жалюзи здесь нет, придется выбрать другую комнату.
Расслабьтесь и получайте удовольствие? И кто только такую чушь придумал? Комната была ожившей фантазией Джареда Падалеки. Он не знал, откуда что взялось, но когда зашла речь о дизайне спальни его пентхауза, в мозгу вспыхнула картинка: большая плазма, огромная кровать и гигантские окна во всю стену. Нет, Джаред не был эксгибиционистом, просто ему нравилось, открыв глаза поутру, видеть, как неторопливо катит волны бухта Эллиот. Предоставив дизайнеру полную свободу в оформлении всех других помещений, Джаред добился, чтобы здесь картинка стала реальностью. И теперь его отсюда выселяют. Вот как в такой ситуации можно получить удовольствие?
- Чепуха. Мы на тридцать третьем этаже, что тут может случиться?
Эклз покачал головой, будто разговаривал с умственно отсталым, и отвернулся к окну.
- Поверь мне, снайперы – ребята умелые и используют малейшую возможность, чтобы пустить тебе пулю в лоб. И потом: комнату могут обстрелять с вертолета.
- Ну да, - хохотнул Джаред, - ты меня с президентом не перепутал? Это его апартаменты могут обстрелять с вертолетов, а я простой хоккеист, ради меня так тратиться никто не станет.
- Мне платят за то, чтобы я учел все возможные варианты. – Эклз засунул руки в карманы брюк и качнулся с носка на пятку, разглядывая бухту за окном. И Джаред задумался, а что, если телохранитель сам нацелился на эту комнату? Лучшего места для работы и не пожелаешь. - Пока мы не узнаем, кто охотится за тобой и какие у него возможности, я не могу исключить ничего. Так что придется переехать в другую спальню.
- А если я откажусь? – спросил, заранее зная ответ, Джаред.
Эклз повернулся и посмотрел ему прямо в глаза.
- Я откажусь с тобой работать. – И ничто в его тоне или взгляде не говорило, что он блефует. - А в этом, насколько я понял, ты не заинтересован.
Еще как заинтересован. Вот только жаль, что интересы Джареда в процессе охраны его собственной жизни никто не учитывал. Расслабьтесь и получайте удовольствие.
- И где мне теперь жить?
Эклз перевел взгляд на меланхолично замершего Кейна:
- Крис?
Конечно же, волосатый чувак выбрал самую маленькую и темную комнату, обставляя которую дизайнер - и в этом хозяин дома был убежден, - выразил свою скрытую склонность к садизму. Иначе трудно было объяснить темные обои и в без того мрачной комнате и остроугольную мебель, на которую Джаред начал натыкаться с порога.
- Вещи перенести не поможешь? – Тупой вопрос, но надо же хоть как-то обозначить свое несогласие с создавшимся положением.
- И все? – с удивлением поинтересовался Эклз, и это стало первой эмоцией, что он выразил в присутствии Джареда.
- Я же не заинтересован в том, чтобы ты отказался со мной работать.
Падалеки смотрел на этот скорее чулан, чем комнату, как, должно быть, Золушка разглядывала свое захудалое платье, ожидая фею-крестную.
- Для хоккеиста, Падалеки, ты быстро учишься.
Оказывается, и у таких мудаков, как Эклз, заканчиваются запасы яда. Подъеб о тупости хоккеистов - старее самого хоккея и уже сто раз был опровергнут коллегами Джареда по клюшко-махательному цеху.
- Так что насчет вещей? Ты же должен помогать мне в трудных ситуациях?
- Поверь мне, перенести из одной комнаты в другую пару джинсов и футболок даже рядом не стоит с тем, что я называю «трудной ситуацией». - Уголок рта Эклза чуть дернулся.
И Джаред так и не понял, улыбка ли это или просто Эклз от общения с ним уже заработал нервный тик. Второе, конечно, было бы предпочтительней.

Изображение


Эклз заявился в новое пристанище, если кто-то по ошибке мог посчитать этот чулан пригодным для жизни, Джареда, когда тот, задрав штанины спортивных брюк, уныло разглядывал синяки, каждый из которых знаменовал очередное близкое знакомство с мебелью комнатушки. Не то чтобы он принимал их близко к сердцу. Джаред Падалеки играл в хоккей и привык к боли. Черт, да он проводил матчи со сломанными пальцами и трещиной в ребрах. Просто обидно, когда синяки тебе ставят не равные по силе соперники, а уродливые куски дерева. И ты им даже ответить не можешь, потому что каждый «ответ» - еще один синяк в коллекцию.
- Можно? – спросил Эклз без малейшего намека на вежливость. У Джареда в ответ автоматически вылетело:
- Нельзя.
Все-таки чтобы так долго держать Падалеки в модусе «лед», требовался особый талант, и Эклз им, бесспорно, не был обделен.
- Я так и думал, - кивнул телохранитель, усаживаясь в кресло. – Нужно уточнить твое расписание на завтра.
Джаред одернул штанины.
- Скажи, а ты к президенту тоже на «ты» обращался? – Джареда манеры не особо волновали. Но лишний раз щелкнуть заносчивого ублюдка по носу будет не лишним.
- Нет, но и президент воспитан гораздо лучше тебя. – Уши аж закололо от прилившей крови. Очень уж тон Эклза напомнил Падалеки двоюродную тетушку, ту еще любительницу читать нотации, вот и сработал условный рефлекс. – Так какие у тебя планы на завтра?
- Вечером матч в «Кей», перед ним легкий «прокат».
- А подробней?
- Тебе по минутам все рассказать?
- Желательно, - совершенно серьезно кивнул Эклз. – Но можно с небольшой погрешностью.
- Ну, я и влип, - пробормотал Джаред. Откинулся назад, не учел размеров кровати, со всей дури треснулся головой о спинку и, тихо постанывая, стек на подушку.
Эклз терпеливо дождался, пока клиент очухается, и снова взялся за свое:
- Так какие планы-то?
И Джаред понял, что если он вообще собирается лечь спать, придется ответить.

Изображение


Утро встретило мелким осенним дождиком и ноющей болью в спине. И второе никак не было связано с первым - ревматизмом Джаред пока не страдал. Хотя, возможно, и это не за горами. Попробуйте сами всю ночь провести в позе зародыша на кровати, которая в полтора раза меньше вашего роста. Ну, ладно, не в полтора. Но все равно неудобно.
Часы на прикроватной тумбочке показывали шесть. Джаред со стоном потянулся. Эклзу он сказал, что встает в семь, но раз уж все равно проснулся, не ждать же целый час, чтобы доставить удовольствие телохранителю. Да и пунктуальность никогда не была в числе достоинств Падалеки. Выбравшись из кровати, он по-быстрому собрался, натянул толстовку и спортивные штаны, взял айпод и, распахнув дверь, наткнулся на Эклза.
- Какого... - начал Джаред и осекся, заметив, что телохранитель полностью готов к утренней пробежке и даже, вот сука, гладко выбрит.
- Подумал, вдруг ты проснешься раньше. – Небрежное движение плечами. – Не ошибся. - Плавный разворот, и Эклз уже шагает по направлению к гостиной.
Джаред, разинув рот, проследил за удалявшейся по коридору фигурой и захлопнул за собой дверь. Таких совпадений не бывает. Или Эклз установил в комнате «жучков», или он хренов телепат. Первое вероятней.
- Ты наставил «жучков» в моей спальне? – прогремел Джаред ему в спину.
- С чего такой вывод? – Эклз отлип от созерцания безрадостного пейзажа за окном и посмотрел Джареду в лицо.
- Поверить, что ты случайно оказался перед дверью моей комнаты полностью готовый к пробежке на час раньше назначенного времени и именно тогда, когда я собирался выходить, очень трудно.
- Твои проблемы. – Очередное пожатие плечами и плавный разворот.
- Э-э-э, нет. – Джаред схватил Эклза за плечо, не давая возможности уйти от разговора. – «Жучки» – это вторжение в личное пространство.
- Падалеки, вот это, - Эклз кивнул на лежавшую на его плече руку, - вторжение в личное пространство. А все остальное – плод твоей бурной фантазии. – Телохранитель снова выразительно посмотрел на сжимавшую его плечо руку. Джаред упрямо усилил хватку. – Ладно. - Намеренно тяжелый вздох. – По твоему лицу было видно, что ты так и ждешь, где бы меня наебнуть. Так что я решил подстраховаться. И к слову, веди себя потише, когда хочешь что-то сделать втайне от соседа.
Эклз в третий раз посмотрел на свое плечо. Джаред нехотя разжал пальцы. Возможно, он и в самом деле немного слишком шумел, когда, собираясь, натыкался на мебель.
- Пошли бегать, - буркнул Джаред.
На пробежке он из кожи вон лез, чтобы заставить Эклза ударить лицом в грязь. Резко ускорялся, замедлялся почти до полной остановки, брал препятствия. Все напрасно. Телохранитель продолжал дышать носом, неизменно держась рядом. Так и пришлось бросить эту затею - не хотелось перестараться в день игры.
В лифте Джаред внимательно разглядывал прислонившегося к противоположной стенке Эклза. На его лице блестели капельки влаги, толстовка темнела пятнами, но вряд ли от пота. Сомнительно, чтобы это хладнокровное животное обладало способностью потеть. Просто дождик намочил.
Джаред скользнул взглядом вниз, а затем снова вверх к лицу Эклза.
- Что?
- Не могу понять, куда ты спрятал свою пушку.
- Оставил в твоей квартире.
Падалеки снова осмотрел телохранителя с головы до ног:
- Тупая шутка.
- А я и не шучу.
Джаред оторвался от созерцания кроссовок Эклза и посмотрел ему в лицо, постное выражение которого полностью подтверждало сказанное только что.
- Ты разве не должен меня защищать?
Издав мелодичный звон, лифт остановился на тридцать третьем этаже. Эклз молчал, пока они не оказались в квартире.
- Как ты себе это представляешь? Если во время пробежки тебя захочет снять снайпер, моя пушка не поможет.
Вот и кто кого наебнул? Выдали какого-то мужика, который диктует, где Джареду спать, и портит ему утреннюю пробежку. Разминаясь для того, чтобы испортить целый день. И все ради защиты Джаредовой жизни. Только вот мужик как-то слишком рьяно подходит к задачам «диктовать» и «портить», не уделяя внимания «защищать».
- Зачем тогда ты вообще поперся со мной?
Эклз стащил кроссовки, наступая на пятку одной ноги носком другой.
- Потому что твоему руководству не понравится, если тебя убьют, а меня не будет рядом.
Мокрые от пота волосы облепили Джареду шею и лоб. Толстовка была слишком теплой для разгоряченного бегом тела. Хотелось раздеться и в душ. Но еще больше хотелось оставить последнее слово за собой.
- Можно подумать, что им понравится, если меня убьют в твоем присутствии.
- Точно. Не понравится. Но ко мне претензий не будет. Сделал все, что мог. – Эклз стянул свою толстовку через голову и развел руками в фальшиво-растерянном жесте.
- Сука ты, - выдохнул сквозь зубы Джаред.
- Зато честная.
В гробу видал Падалеки такую честность. Когда тебе платят кучу бабла, а Эклзу точно платили кучу бабла, можно хотя бы вид сделать, что заботишься о клиенте.
Входя в модус «лед», из которого до конца так и не выходил со вчерашнего дня, Джаред повел головой, разминая шею, и задрал подбородок, безотчетно пытаясь подавить противника превосходством в росте, как не раз делал на льду. Эклз напрягся. Еле заметно. Почти неуловимо. Чуть сжалась челюсть, чуть злее сощурились глаза, чуть вкрадчивей стали движения, которыми он складывал толстовку. Но здесь даже близко не было страха, просто готовность: ну, давай, посмотрим кто кого.
«Умный знает, когда отступить», - учила мама Джареда.
А он был умным парнем… и дружелюбным… и Бивер держал его за яйца. Поэтому, смерив Эклза полным ненависти взглядом, Джаред молча удалился в свою каморку.

Изображение


Если он и надеялся, что по прибытии в «Кей Арену» ситуация улучшится, то эти надежды рассыпались в прах, стоило ему перешагнуть порог раздевалки. Хотя начиналось все не так уж и плохо: Эклз отцепился сразу у входа на стадион.
- Дани с Крисом здесь все проверили, так что не переживай. – Джаред усмехнулся. Можно подумать, он собирался. Эклз продолжил, не обращая на него внимания: - Мне надо пообщаться с местными секьюрити.
И удалился.
Вот и отлично. Чем позже парни узнают про наличие у Падалеки охраны, тем лучше.
В раздевалку Джаред зашел почти расслабившись. А зря.
- Эй, Джей, слышали, у тебя теперь есть телохранитель, - ухмыльнулся светловолосый слишком смазливый для хоккеиста парень, расстегивавший брюки. – Боишься, что Зеттерберг подкараулит тебя в подворотне и снова надерет задницу? – Чад Майкл Мюррей был отличным хоккеистом и давним приятелем Джареда, что не мешало ему оттачивать на Падалеки свое искусство «грязного трепа» по поводу и без.
- Нет, Йети трахнул жену Яблонски и теперь боится, что тот оторвет ему яйца, - выдвинул свою версию Крис «Молния» Хемсворт, стягивая в узел на затылке длинные блондинистые волосы.
Парни радостно загоготали, наперебой предлагая варианты «а чего же испугался Падалеки?» Который тоскливо раздумывал, мол, не зря, наверное, мама долго уговаривала его сменить хоккей на фигурное катание. Конечно, одиночное с такими-то габаритами ему не светило, а вот парное – очень даже. И чего, дурак, отказался? Сейчас бы обжимался на льду с горячей цыпочкой в короткой юбочке, а личная охрана была бы признаком его невзъебенной крутости.
- По какому поводу веселье? – В раздевалку зашел Бивер, и смешки оборвались, будто кто-то нажал кнопку «выкл».
- Да вот обсуждаем, стоит ли нам волноваться, что охранник Падалеки не разберется, кто на чьей стороне, и начнет спасать Йети от своих же? – Чад никогда не отличался достаточным чувством такта, чтобы понять, в какой момент лучше промолчать.
Джаред сжал кулаки, чувствуя, что сейчас на одного друга у него станет меньше. Бивер сдвинул кустистые брови, и козырек кепки на его голове угрожающе качнулся в сторону Чада.
- Так, Мюррей, еще раз услышу от тебя хоть слово про телохранителя Падалеки, сядешь на скамейку на весь плей-офф. – Под тяжелым взглядом тренера улыбки с лиц игроков стирались как мыльной губкой. – Это всех касается.
Да, если Бивер и дальше будет с такой же щедростью раздавать наказания, к плей-офф в составе останется один Джаред. Перспектива так себе.
- Ладно тебе, Чад, завидуй молча. Хотя я тебя понимаю. С твоей игрой и надеяться нечего, что команда раскошелится даже на охранника из супермаркета.
- Падалеки, к тебе мои слова тоже относятся!
Так-то, негоже отбиваться от коллектива.
Бивер еще раз мрачно посмотрел на игроков и, махнув рукой, вышел. Выждав положенные пять секунд, за которые тренер должен был удалиться на достаточное расстояние, хоккеисты опять загоготали.

Изображение


Джаред уверенно вел шайбу к воротам соперника, мысленно прокладывая себе путь между игроками «Бостон Брюинз». И вдруг сбился с ритма, отпустив кусок вулканизированной резины так далеко, что ее тут же подхватил игрок «Бостона», который, резко развернувшись, покатился на половину «Иглз». Джаред отчаянно вытянулся, пытаясь сделать перехват, но только зацепил конек «бостонца». Свисток судьи, и Падалеки отправляется отбывать двухминутный штраф за задержку соперника клюшкой.
Джаред с ненавистью посмотрел на скамейку «Иглз», где за спинами игроков с каменным лицом маячил Эклз. Одним своим присутствием он умудрялся портить всю игру, как будто мало было того, что по милости телохранителя последние сутки для Падалеки превратились в сущий ад.
Обычно выходя на лед, Джаред забывал обо всех проблемах, видя перед собой только одну цель: выиграть. Но не в этот раз. Ему никак не удавалось сосредоточиться на игре. И дело было вовсе не в том, что каждый игрок «Брюинз» считал своим долгом пройтись по наличию у Джареда охраны: в «грязном трепе» он любому мог дать сто очков вперед. Но вот постоянное ощущение на себе пристального взгляда Эклза доводило до трясучки. Падалеки, как мог, пытался абстрагироваться, сосредоточиться на игре, забыть на хуй про эту сволочь, но никак не получалось. И в результате он уже третий раз сидел на скамейке штрафников.
Нельзя было сказать, что Джаред играл отвратительно и провалил весь матч. У каждого профессионального спортсмена случаются плохие дни. Сегодня ты надираешь задницы соперникам одной левой, а завтра просто откатываешь свое, стараясь не слишком мешать парням из команды. Таков спорт, и Джаред был в достаточной степени профессионалом, чтобы понимать это. Но сейчас он находился в прекрасной форме, на пике, и если бы не лезущие в голову, словно тараканы на кусок хлеба, мысли об Эклзе и о прошедших сутках, соперникам пришлось бы очень не просто.
- Кончай идиотничать, Падалеки, - буркнул после матча капитан команды Тай «Вампир» Олссон.
- Но, Тай... - попытался оправдаться Джаред, однако капитан уже шагал на послематчевое интервью.
Стараясь не вымещать бурлившую в венах злость на ни в чем не повинной форме, Джаред быстро переоделся, собрал вещи и вышел из раздевалки. В коридоре подпирал стену Кейн. Идеальный кандидат, чтобы набить морду. Но... Воображаемый кулак тренера сжался на яйцах чуть сильнее, напоминая, что нужно оставаться в рамках, и Падалеки молча прошел мимо Кейна, раздумывая, куда мог подеваться Эклз. В замкнутом пространстве машины даже мыслям о каре Бивера будет трудно удержать Джареда от того, чтобы выплеснуть скопившуюся злость на волосатого чувака, выгнавшего его из спальни.
К счастью Кейна, Эклз обнаружился на подземной стоянке рядом с серым «Рав 4».
- Решил, что я недостоин ездить в твоей шикарной тачке? – поинтересовался Джаред, усаживаясь на переднее сиденье.
- Мы меняем машины, раз уж у твоего сталкера обнаружились способности автомеханика.
Иногда Эклз демонстрировал умение общаться почти по-человечески. Жаль только, редко.
Джаред коротко кивнул и, закрыв глаза, откинулся на подголовник. Мотор тихо заурчал, и машина, качнувшись, тронулась с места. Шины шелестели по бетону, тихо бубнило радио.
- Какие на завтра планы? – Голос Эклза вторгся в мешанину успокаивающих звуков, заставляя Джареда открыть глаза.
- Летим в Нью-Йорк. Подъем в пять. По прилету тренировка и свободное время.
На пререкания сил уже не осталось.
Эклз тихо хмыкнул, но больше ничего не спросил. То ли такого ответа ему было достаточно, то ли пожалел и отложил вопросы до утра. Джареду было наплевать. Сейчас хотелось просто добраться до дома, лечь в отвратительную кровать и попытаться убедить себя, что завтра все станет лучше, чем вчера.


Изображение


Хоть Джаред и не ждал ничего хорошего от перелета в Нью-Йорк, прошло все на удивление спокойно. Все-таки подъем в пять утра после напряженной игры накануне – не шутка, и парни были больше озабочены тем, как погрузиться в самолет команды и поскорее вырубиться, чем Падалеки и его телохранителем. Да и телохранитель своим подопечным не сильно интересовался. Доставил в международный аэропорт Сиэтл-Такома, занял соседнее кресло в самолете и, устроившись поудобнее, закрыл глаза. Надо же, телохранители тоже спят. Джаред воткнул наушники айпода и задремал.
А в аэропорту Джона Кеннеди Эклз сразу сдал подопечного на руки очередному своему помощнику – Стиву Карсону. И вот этот Карсон оказался первым нормальным человеком из команды охранников. Никакого костюма и томного выражения лица. «Левисы», простая футболка, кожанка и улыбка.
- О, Падалеки! - Карсон хлопнул Джареда по плечу, будто старого знакомого. – Покажешь завтра «Рэйнджерам», где раки зимуют?
- Не нравятся «Рэйнджеры»? – поинтересовался, перехватывая сумку поудобней, Джаред и потер глаза. Пять часов жалких попыток выспаться в кресле самолета ни хрена не помогли отдохнуть.
- Да я, вообще-то, больше по бейсболу, - заржал Карсон. – Но к встрече с тобой подготовился. Пошли, доставим тебя в отель.
- А где… - Джаред обернулся, но Эклза уже и след простыл. Даже не попрощался. Не то чтобы это так уж расстраивало.
- Дженс по делам уехал, до вечера ты на мне.
Проходившая мимо сотрудница аэропорта улыбнулась, глядя на толпу хоккеистов, и Джаред сверкнул улыбкой в ответ. Целый день без Эклза. А жизнь-то налаживается!

Изображение


Через несколько часов мнение это кардинально изменилось. Странно, но бесконечная болтовня оказалась намного утомительней, чем холодное молчание. Карсон трепал языком, пока вез Джареда в гостиницу, пока они завтракали, пока Джаред смотрел видеозапись прошлой игры. И даже стоя в душе Падалеки слышал за дверью мерное бу-бу-бу. Нет, он и сам любил поговорить, но такое словоблудие могло утомить кого угодно. И когда на тренировке, в очередной раз бросив взгляд на трибуны, вместо неформального Стива Джаред увидел упакованного в строгий костюм Эклза, то испытал что-то очень близкое к облегчению. Оказалось, что к общению в стиле «Снежной королевы» - «не тронь – заморожу» - он уже успел привыкнуть.
- Эй, чувак, мы собираемся в «Скорс», ты с нами? – Чад подкатил к Джареду, когда хоккеисты уже уходили в подтрибунные помещения.
Тот поднял взгляд на фигуру в темно-сером, мрачным напоминанием маячившую за бортиком. Перспектива просить разрешения у телохранителя не вызывала энтузиазма, равно как и перспектива любоваться на него в клубе и терпеть подъебки парней.
- Нет, я пас, хочу выспаться.
Дальше должно было последовать что-то вроде «мамочка не отпускает?», но Мюррей, больше заинтересованный разминавшимися фигуристками, чем Падалеки, только махнул рукой:
- Как знаешь.
Так и получилось, что три часа спустя Джаред, изнывая от скуки, сидел перед включенным телевизором в общей гостиной их с Эклзом номера - боже, звучит-то как, - и от нечего делать пялился на своего телохранителя, закопавшегося в планшет. Джаред пялился и пялился на лицо, освещенное холодным светом монитора, и постепенно в голове стали возникать странные мысли. И чтобы их проверить, он принялся еще пристальней разглядывать физиономию Эклза.
Вот, например, его глаза. Если бы Падалеки был поэтом, он бы сказал, что их цвет напоминает о листве, обласканной солнечными лучами раннего утра в девственном лесу. Но Падалеки был хоккеистом, поэтому просто решил, что глаза Эклза цветом как новая форма «Далласа».
Дальше - ресницы. Такие обычно показывают в рекламе, после того как модель нанесет на них слой туши, увеличивающей объем в тысячу раз. На Эклзе туши не было. А вот неприлично длинные ресницы были.
А губы, если не прибегать к поэтическим сравнениям, заслуживали одного определения – рабочие, созданные для поцелуев и для кое-чего более откровенного, от мысли о котором в животе приятно тяжелело.
И вот, разглядывая всю эту красоту, Джаред вдруг подумал, что если бы взять глаза-губы-ресницы Эклза и вместо резко очерченного лица со сломанным носом и заросшим щетиной квадратным подбородком добавить к ним нежную белую кожу, рыжие локоны, стройную фигуру с грудью размера третьего-четвертого, а в довершение рассыпать по милому чуть вздернутому носику золотистые веснушки, которые в избытке имелись у Эклза, из сурового телохранителя вышла бы чертовски горячая девчонка.
Приятное тепло из живота тяжелыми горячими каплями начало стекать в пах, и Джаред, удивленный такой реакцией, пошевелился, пытаясь избавиться от непрошеного возбуждения.
- Падалеки, если хочешь убить меня взглядом, у тебя получается не очень. - Эклз даже не поднял глаз от планшета.
Джаред, застигнутый за подглядыванием, да еще с неуместным стояком, который не сбил даже холодный голос телохранителя, внезапно не нашел достойного ответа и ляпнул первое, что пришло на ум:
- Я есть хочу.
Есть действительно хотелось. А еще хотелось выйти из номера, от сидения в котором крыша уже со слабым скрипом съезжала в сторону, и посмотреть на нормальных людей. Которые не опускают в комнате температуру на пару градусов одним своим присутствием. Которые не вызывают странных мыслей и неуместных реакций тела.
- И? – Эклз отвлекся от экрана и со слабым намеком на интерес посмотрел в сторону Падалеки. – Прикидываешь, как бы получше меня расчленить и какая часть будет самой вкусной? Вынужден разочаровать, я достаточно жилист. Да и не первой молодости. – И снова уткнулся в айпэд.
- Фу. - Джаред скривился, но аппетит ему это заявление не отбило. В отличие от возбуждения. – Я, вообще-то, рассчитывал на что-нибудь более съедобное.
- В чем проблема? Сними трубку и закажи.
Джаред со стоном закатил глаза. И как только этот социофоб стал телохранителем? Он же ненавидит людей.
Эклз снова оторвался от планшета:
- Ну что еще?
- Я отказался пойти с парнями в стрип-клуб.
- Ради собственной безопасности.
- Но! - Джаред поднял палец. - Это не значит, что я собираюсь провести вечер в Нью-Йорке, сидя в номере с унылым тобой.
- Хочешь заказать стриптизерш сюда? – Эклз пропустил мимо ушей замечание о своей унылости.
- Хорошая идея, но я думал о том, чтобы просто сходить куда-нибудь и перекусить.
Отложив айпэд, Эклз встал и повернулся к Джареду, уперев руки в бока.
- Чем тебя еда в номер не устраивает?
Джаред тоже поднялся: с его-то ростом он не привык разговаривать, глядя на собеседника снизу вверх.
- Тем, что я хочу не тупо пожрать, а немного развеяться. Брось, Эклз, ты живешь в Нью-Йорке. Должны же здесь быть рестораны, где мы можем зависнуть на пару часов без угрозы для моей драгоценной жизни?
Эклз смотрел так, будто собирался в очередной раз задавить интеллектом, и Джаред уже приготовился дать достойный отпор, но вдруг услышал:
- Ладно, собирайся, есть одно местечко.

Изображение


- Серьезно!? Итальянский ресторан? – Джаред посмотрел на вывеску. Он ожидал чего-то более пафосного. А тут и райончик так себе, и само заведение не выглядит элитным.
- Настоящий итальянский ресторан, - поправил Эклз, выходя из машины.
Джаред зашагал следом.
- Я думал, что настоящие итальянские рестораны бывают только в Италии.
Эклз остановился у входа и посмотрел так, что будь у Джареда хоть чуть поменьше уверенности в себе, он бы смутился.
- Падалеки, ты – хоккеист, думать в твои задачи не входит. – И открыл дверь.
Внутри оказалось уютно. Пусть этот ресторан не очень-то соответствовал представлениям Джареда о вечере в Нью-Йорке, ему тут сразу понравилось. Все, казалось, было пропитано духом Италии, не то чтобы Джаред когда-нибудь бывал в этой стране или имел хоть какие-то представления о ее духе. Но почему-то при взгляде на задрапированные старыми рыбацкими сетями стены, покрытые бордовыми, а поверх - золотистыми, скатертями столы и батарею бутылок с итальянскими винами, что выстроились вдоль стены, сразу представлялись залитые жарким солнцем каменные улочки и крутобедрые девушки с кувшинами оливкового масла в руках.
- Jensen, caro, (- Дженсен, дорогой,), - откуда-то сбоку выступил высокий старик с седыми кудрями, что обрамляли блестевшую в электрическом свете лысину, и без колебаний горячо обнял Эклза.
Так горячо, что Джареду на секунду померещилось некоторое потепление в этом хладнокровном. В том, как Эклз дважды похлопал старика по спине и, подумав пару секунд, добавил третий хлопок. В том, как дернулся уголок рта Эклза то ли от нервного тика, то ли в улыбке. Хотя, может, это просто видения крутобедрых девушек настроили Джареда на лиричный лад.
- Come va? (- Как дела?) – Старик, наконец, разжал объятия и теперь смотрел на Эклза так, будто тот был его любимым сыном.
- Tutto bene, Luciano, (- Все хорошо, Лучано,) - ответил Эклз и собирался сказать что-то еще, но из боковой двери выглянула женщина и что-то затараторила. Старик позабыл про гостей.
- Jensen, ciao! (- Дженсен, привет!) - Из зала появилась темноволосая девушка в переднике официантки и, кажется, тоже хотела обнять Эклза, но тот, ответив коротким «ciao», обогнул ее по широкой дуге и, бросив Джареду:
- Пошли, - двинулся к столику. Падалеки, виновато улыбнувшись официантке, пошел следом.
Похоже, в отличие от Джареда, которого прекрасно воспитала мама, манерами Эклза никто не занимался. А может, он просто оказался экземпляром, крайне неспособным к обучению. Как бы то ни было, но, не успев сесть за стол, Эклз начал быстро диктовать официантке, не обращая внимания на явное желание той поговорить.
- Due porzioni di polipetto. Una porzione di cozze alla marinara. Per me il risotto allo scoglio e per il mio amico gli spaghetti ai ricci di mare. – Ни меню, ни выяснение предпочтений Джареда ему явно не требовалось. - I ricci sono freschi?
(- Две порции осьминога. Порция мидий с помидорами. Мне – ризотто с морепродуктами, а моему другу - спагетти с икрой морских ежей. Морские ежи свежие?)
Джаред почувствовал себя туристом. Насчет настоящности этого итальянского ресторанчика телохранитель не соврал. Интересно, у них тут по-английски кто-нибудь говорит? И чего там заказывает Эклз?
- Si, i nostril cugini siciliani li hanno appena presi stamattina a Portopalo.( - Да, наши сицилийские кузены собрали их сегодня утром в Портопало.)
- Bene. E poi vediamo.(- Хорошо. Потом посмотрим.)
- Da bere? (- И пить?)
- E da bere portaci il bianco di casa. Un litro. E un’acqua gassata. – (Принеси белое домашнее вино. Литр. И воду с газом.)
Итальянского Джаред не знал. Правда, один раз он три месяца встречался с девчонкой-полиглоткой, которая знала двенадцать языков, а во время секса предпочитала итальянский. Джаред поневоле тоже выучил пару-тройку фраз. Но вряд ли какую-то из них можно было применить вне постели.
Кроме глубоких познаний итальянской нецензурщины, от этой подружки у Джареда осталась многозначительная татушка “Le dimensioni contano” (Размер имеет значение). Он набил ее на животе в послеоргазменном угаре, очумев от количества комплиментов, за один раз выданных девчонкой как «хозяйству» Джареда, так и его умению с тем «хозяйством» управляться.
У Эклза, надо признать, говорить по-итальянски получалось хорошо: в меру четко, в меру мелодично. Наверное, пока в Европе работал, напрактиковался. А хрипловатый голос на всех этих открытых гласных приобретал некую бархатистость, которая вызывала в Джареде какие-то странные ощущения. Наверное, просто вспоминались секс-марафоны с той полиглоткой.
- Мог бы и повежливей, – заметил он, когда официантка отошла.
- Это дочка хозяина. - Эклз осматривал зал так внимательно, будто считал, что среди немногочисленных посетителей может оказаться сталкер.
Или просто надоело любоваться на своего подопечного.
- Тем более. Смотри, добавит чего-нибудь в еду, а у меня завтра игра.
- Не добавит. - Эклз перевел взгляд на Джареда. Нет, лучше бы продолжал смотреть в сторону. Под этим рентгеном Падалеки начинал зверски потеть. – Я этот ресторан «крышую».
- Ты… что? – Джаред не был уверен, что правильно расслышал или правильно понял сказанное.
- Помогаю Лучано справляться с… м-м-м… ну, скажем… недобросовестными конкурентами.
Из Эклза каждую крупицу информации надо было клещами вытаскивать. Это профессиональная деформация или характер такой?
- Ты и этим занимаешь? – Джаред первый раз слышал, чтобы охранное агентство влезало в ресторанные разборки.
Эклз бросил быстрый взгляд в сторону кухни и пояснил:
- Нет, но иначе Крису пришлось бы или жениться на дочке Лучано, или уехать из Нью-Йорка. А Кейн слишком хороший оперативник, чтобы я мог его потерять.
Какая жалость, что не потерял. Джаред был бы очень рад, если бы волосатому Кейну, лишившему его права спать в собственной спальне, пришлось уехать из Нью-Йорка. Глядишь, не пришлось бы теперь мучиться в кошмарном чулане на кошмарной койке. Хотя... кого он обманывает? Не Кейн - так Эклз. Парочка садистов.
- На той дочке, которая к нам подходила? И чем она так плоха?
Официантка, конечно, мало походила на крутобедрые фантазии Падалеки, но все же вряд ли могла считаться такой уж ужасной партией.
- Нет, на другой. И дело не в ней, а в ее мамаше. Ты видел на входе. Поверь, никто в здравом уме не захочет заполучить синьору в родственницы. Это не тот опыт, который надо приобретать.
Эклз снова дернул уголком рта, и на этот раз Джаред был уверен: это улыбка. Он подумал о крикливой даме, вмешавшейся в разговор Эклза и Лучано, и мысленно согласился. Хотя при чем тут мамаша? Не будет же она им свечку держать. Или будет? Вопрос-то принципиальный.
Эклз снова посмотрел в сторону кухни, увидел, как оттуда выходит официантка с подносом, и быстро добавил:
- Ту, которую навязывали Кейну, уже пристроили. А вот Лаура, – Дженсен дернул головой в сторону официантки, которая остановилась перекинуться парой слов со своим напарником, - как раз в поиске. Так что если не хочешь завтра проснуться с обручальным кольцом на пальце, разговаривать с ней не стоит, смотреть на нее - тоже. А еще лучше – даже не дыши в ее сторону. Эта опасность похуже твоего сталкера.
- Чушь какая, - Джаред покосился на приближавшуюся к их столику Лауру. – Они же не смогут меня заставить?
Эклз пожал плечами:
- На твоем месте я бы не стал проверять. Учти, Кейна мы в последнюю минуту вытащили из церкви. Мамаша Лауры будет похуже итальянской мафии.
Джаред не мог понять, правда это или шутка. Судя по лицу Эклза – правда. В наше-то время… Чепуха какая-то. Но Эклз прав: проверять не стоило. И Джаред сосредоточился на тарелках. Благо посмотреть было на что. Эклз расстарался: осминожек, мидии… а это что за игольчатая хрень?
- Что это? – Джаред ткнул пальцем в тарелку, когда официантка отошла.
Эклз посмотрел, куда указывает перст, и сообщил:
- Спагетти.
Вот урод.
- Это я понял. А что в спагетти?
- Дары моря. - Эклз пододвинул к себе тарелку и вооружился вилкой. – Приятного аппетита.
Джаред сосчитал до десяти, успокаивая жгучее желание запустить пресловутые спагетти и дары моря прямо в морду истукану, сидящему напротив. Останавливала только мысль о матримониальных намерениях итальянской мафии. Кто знает, может, мстительный Эклз решит с ней объединиться и наградить Джареда тещей, которую он не знает и знать не хочет.
- Дары моря, - начал Джаред медленно, надеясь, что так у слов будет больше шансов добраться до мозгов Эклза, если, конечно, там есть до чего добираться: – вот лежат. - Он опять ткнул пальцем в тарелку с мидиями. – А эта колючая хрень больше похожа на перекати-поле в пустыне.
Эклз опустил вилку, так и не донеся ее до рта, и посмотрел на Джареда с такой жалостью и сочувствием, которые бывают только при взгляде на тяжело больных, но пока не знающих об этом людей.
- Падалеки, откуда ты такой дремучий взялся? Колючая хрень в тарелке для красоты. Спагетти - с икрой морского ежа. Очень вкусно и полезно. – Джаред недоверчиво посмотрел в свою тарелку. – Если хочешь, можем поменяться, у меня мидии с креветками.
Какая же гадость эти морские ежи. Еще бы лягушек заказал. Хотя лягушки – это во Франции.
- Нет уж. Ешь сам. – Джаред, собравшись духом, потыкал вилкой в гору спагетти и добавил: - Я бы обошелся пиццей.
Эклз снова отложил вилку, не донеся до рта:
- Я бы ей не обошелся.
- Вообще-то, ты работаешь на меня, так что должен удовлетворять мои желания, а не свои.
- Падалеки, я твой телохранитель, а не раб, и должен обеспечивать тебе безопасность, а не удовлетворять. И потом, зачем зарабатывать миллионы? Чтобы из еды знать только бургер и пиццу?
С чего он взял, что Джаред знает только бургер и пиццу? Джаред вообще не ел бургеры. Его тело – его храм. И фастфуду вход туда строго воспрещен. Просто Джаред родился в Техасе. Там нет моря. Там есть великолепные бычки и прекрасные коровы. Настоящая еда для настоящих мужчин. Разве можно объезжать лошадей и управляться с огромным стадом, если питаешься тем, что сейчас стояло на столе?
Сердито намотав на вилку спагетти, Джаред засунул ее в рот. И… Черт, это было вкусно. Это было настолько вкусно, что компенсировало пропущенный визит к стриптизершам, целый день болтовни Стива и невозмутимую рожу Эклза, который, впрочем, при виде еды подрастерял свою невозмутимость и стал напоминать нормального человека.
Лаура снова появилась рядом, поставила на стол вино и пожелала:
- Buon appetito.
- Buon appetito, - ответил Эклз.
Джаред притворился, что поглощен едой, и как только Лаура удалилась, сообщил, указывая глазами на вино:
- У меня завтра игра.
Эклз сделал глоток, слизнул каплю с нижней губы.
- Хочешь сказать, что стриптиз бы пошел смотреть на сухую?
- Пара пива – не алкоголь.
- Здесь градусов меньше, чем в пиве. И кстати, ты знаешь, что от пива может усохнуть тут, - Эклз указал вилкой себе в пах, - и вырасти здесь, - переместил вилку в район груди.
Сегодня что, вечер страшилок? Итальянская мафия? Вредное пиво?
- Чушь, - сообщил Джаред, сосредоточенно наматывая спагетти.
- Не чушь, а научно доказанный факт. Проверять не советую, – усмехнулся Эклз и занялся едой.
Больше от тарелок никто не отвлекался. Все было нереально, невероятно вкусно. Джаред жевал, запивал вином и думал, что подсядет на этот вкус, станет хреновым гурманом, не сможет есть простую пищу, и техасские родственники предадут его анафеме. И хуже всего было то, что эта мысль не пугала.
А еще было странно сидеть за одним столом с Эклзом, перебрасываясь ничего не значащими фразами, и не хотеть его убить. Как будто они просто приятели, а не навязанные друг другу люди.
Когда на тарелках ничего не осталось, в теле поселилась приятная расслабленность от съеденного, а в голове – приятная легкость от выпитого, зазвонил телефон. Эклз взглянул на дисплей, нахмурился, коротко извинился, вышел из-за стола и исчез в одном из коридоров.
Джаред посидел пару мгновений в одиночестве, а потом подумал, что вполне может решить свои дела - более интимного плана, чем телефонный звонок, - пока Эклз решает свои, и поинтересовался у парня, что обслуживал соседний столик, где тут туалет.
Официант молча махнул рукой вглубь зала, и Джаред двинулся в заданном направлении. И заблудился. Он бы никогда не подумал, что в недрах этого совсем не большого ресторанчика спрятаны настоящие катакомбы. Но лабиринт темных коридоров, по которым Джаред рыскал Минотавром в отчаянной попытке найти желаемое, наглядно убеждал в обратном, и после каждого поворота он снова оказывался у выхода в зал. В десятый раз свернув налево, Джаред зашел в очередное ответвление, понял, что ни на шаг не приблизился к своей мечте об облегчении, и собирался уже отправиться назад, как услышал за углом чей-то голос.
- Сэм, перестань, мы уже все обсудили. - Говоривший звучал раздраженно. – Какие отношения, нет у нас никаких отношений. – Видимо, ругался с девушкой. – Если я подставил тебе зад и пару раз отсосал – это еще ничего не значит. – Опаньки… похоже не с девушкой. – Что Дженсен? Я уже тридцать пять лет Дженсен.
И вот тут Джаред подумал, что все-таки пить не стоило. Потому что этот низкий будто простуженный голос совершенно точно принадлежал не какому-то там незнакомому Дженсену – тезке Дженсена Эклза. А тому самому Дженсену Эклзу, который был приставлен к Джареду в качестве няньки.
Эклз еще продолжал что-то раздраженно доказывать собеседнику, а Падалеки, совершенно ошеломленный, выпал обратно в зал, позабыв, куда шел. К таким познаниям об интимной жизни своего телохранителя Джаред оказался не готов. Нет, он нормально относился к геям. Их и в Лиге было немало. И они получше иных гетеро расправлялись с соперниками на льду.
Но разве обычно геи не выбирают более творческие профессии – дизайнер, модель, на худой конец, киноактер? А тут телохранитель… Боже, Эклз ведь служил. Как же он армию пережил?
Джаред сел на стул и, немного поколебавшись, плеснул себе вина. Такое не следовало обдумывать на трезвую голову.
«Подставил тебе зад и пару раз отсосал, подставил зад и отсосал», - крутилось в голове.
Эти слова никак не вязались с холодным образом Эклза. Хотя… Джаред сделал еще глоток вина и вспомнил про рыжеволосую девчонку с наглыми зелеными глазами и блядскими губами Эклза. Ей эти слова определенно подходили. Джаред представил, как девчонка опускается на колени и, облизнув пухлые губы, обхватывает тонкими пальцами его член. Который отреагировал так, будто все это происходило в реальности. Джаред расставил ноги, чтобы ослабить давление на поджавшиеся яйца. Девчонка в его мечтах вдохнула, раздувая ноздри аккуратного носика, и потянулась к твердому стволу. И в тот самый момент, когда накрашенные ярко-красным губы должны были сомкнуться вокруг напряженной плоти, девичье лицо сменилось резкими чертами Эклза, который, облизнувшись, всосал член Джареда в рот.
Черт. Джаред подскочил на стуле, отдавая себе отчет, что вторжение Эклза в эротические мечты ничуть не ослабило возбуждения.
Даже странно. Парни Джареда не заводили. На пробу он попытался представить, как засаживает Эклзу в задницу. Ничего не вышло. Никаких видений, никакого возбуждения кроме того, что еще горело остаточным пламенем после мыслей о минете. Джаред облегченно вздохнул. Значит, дело не в нем. А в этих самых рабочих губах. Подумаешь, встало при мысли об отсосе. Как там - минет не повод для знакомства? И уж точно не повод для смены ориентации.
- Падалеки, ты в порядке? – Вздрогнув, Джаред открыл глаза. Эклз сидел напротив со столь невозмутимым видом, будто не выяснял только что отношения со своим… э-э-э… знакомым. – Похоже, для тебя вино и в самом деле было лишним. – Он повернулся в зал и позвал: - Laura, due sorbetti di limone, per favore. (- Лаура, два лимонных сорбетто, пожалуйста.) – Официантка кивнула и скрылась на кухне. – Давай, по сорбетто и домой. До завтра тебе надо проспаться.
- Я не пьяный. – Сама мысль о том, что он мог опьянеть с пары бокалов вина, оскорбляла.
Эклз усмехнулся:
- Падалеки, как ты сейчас выглядят или пьяные, или влюбленные. И учитывая, что из объектов для влюбленности тут только Лаура, для тебя же лучше быть пьяным.
От необходимости придумывать достойный ответ Джареда спасло очень своевременное появление Лауры и лимонного сорбетто.


Последний раз редактировалось taniyska 05 дек 2014, 22:53, всего редактировалось 1 раз.

04 дек 2014, 11:24
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Изображение



Длинные, изящные пальцы с аккуратно подпиленными ногтями летали по клавиатуре с такой скоростью, что тихое клацанье клавиш сливалось в один сплошной белый шум. На экране проносились колонки цифр, плясали непонятные значки. Наконец он коснулся клавиши «Enter» и удовлетворенно потер руки, откидываясь на спинку кресла.
Это оказалось совсем не трудно. Игра для деток. И может, даже ничего не случится. Все зависит от удачи. Его. И Джареда Падалеки. Чье везение окажется сильнее?
«Сегодня я буду болеть за тебя, Падалеки. И посмотрю, как ты умоешься кровищей. Ты – тупая скотина. Зарезать и выпотрошить бы тебя как свинью, чтобы каждый увидел, что ты не человек, а животное. Без ума, без души. Никому не нужный кусок омерзительной плоти».


Изображение


Джаред любил бегать. Неважно, насколько тяжелой была игра или тренировка накануне, или насколько бурно отмечалось, накануне же, какое-либо событие, - если с утра он мог встать с кровати, то шел на пробежку. Бег приводил в порядок мысли. Размеренные движения, сосредоточенность на дыхании, рок в наушниках помогали очищать голову от всякой шелухи, которая неизменно накапливалась за предыдущий день. Отсеивать мелочевку, вроде скандальных заметок в прессе или нелестных отзывов об игре Падалеки в интернете, оставляя только главное – цель и пути ее достижения.
После бега Джаред чувствовал себя, как ни странно, отдохнувшим, заново родившимся. Это срабатывало всегда. Всегда. Но не сегодня. Когда рядом, притираясь плечом на особо узких тропинках Центрального парка, бежал Дженсен Эклз, от которого снова не удалось улизнуть.
Джаред злился. Вместо того чтобы обдумывать сегодняшнюю игру, он не мог отделаться от мыслей о своем вчерашнем открытии. Его суровый охранник – гей. И судя по всему – боттом. Как такое возможно? Джаред то и дело искоса поглядывал на Эклза, которого совсем не напрягала скорость пробежки. Он опять не вспотел, в отличие от мокрого насквозь Падалеки, и дышал через нос. Чуть сдвинутые брови, придающие лицу сосредоточенное выражение, щетина, капюшон найковской толстовки надвинут на глаза. Эклз был похож на кого угодно – от «морского котика», вышедшего размяться, до кинозвезды, не желавшей быть узнанной фанатами, – но только не на человека, способного подставиться какому-то неудачнику по имени Сэм. Почему неудачнику? Да потому что только неудачник не в состоянии понять, где возможны отношения, а где будет только секс.
Но тем не менее. Джаред точно знал, что не мог настолько напиться, чтобы ему приглючился тот разговор. Эклз – боттом. Черт. На этом месте Джареда все время начинал разбирать смех, приходилось сдерживаться, но веселье все равно прорывалось тихим хмыканьем: такой командир в жизни, - в постели ведомый? Нет, скорее, он – босси-боттом. Джаред сам удивлялся, откуда такие слова знает. Эклз, наверное, командует партнерами почем зря. Даже не держит их за партнеров, так, живая игрушка для собственного удовлетворения.
Только с какой стати Джареда интересует все это? Почему он с того момента, как открыл глаза, продолжает раздумывать о сексуальных предпочтениях своего телохранителя? Возможно, причина крылась во вчерашних фантазиях о рыжеволосой девчонке с глазами и губами Эклза. Вот только в сегодняшние фантазии эта воображаемая рыжуля не заглядывала, предоставив своему реальному близнецу разбираться со стояком Джареда.
Чертыхнувшись, он повернул обратно и прибавил ходу, будто стараясь убежать то ли от собственных мыслей, то ли от телохранителя. Но ни мысли, ни Эклз не отставали, упорно держась рядом и умудряясь вконец испортить Падалечью пробежку.
Очевидно, на лице Джареда отражалась нехилая работа мысли, потому что пока они ждали лифт в отеле, Эклз спросил:
- Падалеки, что у тебя в плеере? Ты бегал с таким видом, будто порнуху слушаешь.
Джаред взглянул исподлобья, сматывая наушники айпода.
- Не твое дело. – Интересно, откуда Эклз знает, какой вид у человека, слушающего порнуху? Да и вообще, кто слушает порнуху? – Зачем ты со мной таскаешься? Ты же мне объяснил в прошлый раз, что толку от тебя никакого.
Двери лифта с мелодичным треньканьем раскрылись, Джаред зашел и прислонился к противоположной стенке, Эклз шагнул следом.
- Ну, положим, я только сказал, что от пули тебя не уберегу, – начал он, когда лифт тронулся. – Но могу оказаться очень полезным, если тебя захотят сбить машиной, стукнуть чем-нибудь по голове или похитить.
- А если меня решат отравить? Может, стоит начать дегустировать, что я ем? – Режим «лед» гарантировал повышенную концентрацию яда в словах.
- За кухней в этом отеле следит Данниль. – Эклз оставался собран и невозмутим. Настоящий, мать его, профессионал. - А Лучано я доверяю на сто процентов.
- То есть если я решу съесть хот-дог в парке – ты мне запретишь? – Не то чтобы Джаред вообще ел хот-доги, но это было делом принципа.
Лифт остановился. Эклз вышел, оглядывая коридор подошел к двери номера, вставил карточку и, прежде чем зайти в гостиную, снова внимательно осмотрелся. И только когда за ними захлопнулась дверь, ответил Джареду:
- Я ничего не запрещаю, я даю рекомендации, как вести себя, чтобы быть в безопасности. Тебе решать – следовать им или нет.
Ну да. Полная свобода действий. Если не считать железной хватки Бивера на яйцах Падалеки.
- Как же ты меня достал, - выплюнул он, направляясь к себе.
- Могу вернуть Карсона, - донеслось вслед.
Громкий хлопок двери однозначно выразил отношение Джареда к этому предложению.

Изображение


Настроение не улучшилось, даже когда они с Эклзом прибыли в «Мэдисон Сквер Гарден» и телохранитель, отконвоировав Падалеки в раздевалку, привычно свинтил общаться с местной охраной.
- Где твоя мамочка? – Чад плюхнулся на скамейку рядом с Джаредом, шнуровавшим коньки.
- Слушай, Мюррей, достал. - Падалеки ни на секунду не прервал своего занятия.
- Да ладно, может, это ты разучился юмор понимать? Заразился от своего охранника? – Джаред упорно молчал, и Чад сменил тактику. – Эй, Пада, не парься ты так. Ну приставили телохранителя, подумаешь, проблема. На хрена он вообще тебе нужен? Ты сам кого угодно уложишь.
Джаред завязал узел и выпрямился.
- Не знаю, Чад. Толку от него и правда никакого. Но Бивер вцепился в эту идею, и я ничего не могу поделать.
Чад хлопнул Джареда по плечу.
- Вот что, кончай киснуть, вчера в «Скорс» были классные цыпочки. Если выиграем сегодня, я собираюсь повторить. Ты в деле?
Самые суеверные люди на планете – это хоккеисты. Все, кроме Чада Майкла Мюррея. Пока остальные изобретали все новые и новые приметы и ритуалы для удержания удачи, Мюррей развлекался на всю катушку. Брился и стригся в плей-офф, выходил на лед с какой попало ноги и строил планы о праздновании победы еще до того, как начиналась игра. И при всем при этом оставался самым удачливым сукиным сыном в Лиге.
- Думаешь, будет весело рядом с этой постной рожей? – Джаред внимательно осматривал свою клюшку. Провел ладонью по рукоятке и спустился к крюку, будто лаская.
У него тоже были свои ритуалы. Своеобразная медитация и общение с клюшкой. И пусть любой психиатр прописал бы ему таблетки, любой хоккеист сказал бы, что Падалеки прав. Потому что иногда удача – это все, что отделяет великое от провального.
- Удери от него. А мы подтвердим, что он сам тебя потерял.
- И кому поверит Бивер?
- Черт. - Чад взлохматил волосы. – Тогда напоим его, подсадим горячую цыпочку, глядишь, он и оттает.
Джаред надел перчатки.
- Пить он не будет – на работе, а горячая цыпочка… - и осекся. Чад был его другом, но имел ли Джаред право выбалтывать случайно услышанную информацию об ориентации Эклза? В конце концов, все, даже надменные сволочи, имеют право на неприкосновенность личной жизни. – Пошли, Чад. - Джаред встал со скамьи. – Пора на лед.

Изображение


Под сводами «Мэдисон Сквер Гарден» гремело бессмертное «We will rock you», толпа на трибунах бушевала. Джаред подъехал к скамейке глотнуть воды.
- Отсоси, Падалеки! – завопил какой-то краснорожий парень в шлеме с рогами.
- Сам у себя соси, рогоносец, - беззлобно буркнул, вытирая рот, Джаред.
Как же он любил это. Каждую минуту и каждую мелочь. Кипящий адреналин, зашкаливающий тестостерон, «грязный треп», силовые приемы, драки и даже этих пьяных фанатов с проблемами в личной жизни.
Где-то на периферии мелькнула темная фигура Эклза, но Джаред не стал заострять на ней внимание. Достаточно, что этот жалкий ублюдок испортил прошлый матч. Сегодня Падалеки не собирался повторять свою ошибку и уделять хоть каплю внимания факту, что за скамейкой запасных его поджидает сука-телохранитель.
Джаред подъехал к точке вбрасывания у ворот Лундквиста и остановился, положив клюшку на бедра. Напротив в такой же позиции стоял защитник «Рэйнджеров».
- Беги к своей няньке, Падалеки, пока большие дяди не надрали твой симпатичный зад, - процедил Марк Стаал.
Джаред откинул голову и расхохотался, чувствуя себя в своей стихии.
- Я давно знал, что ты неровно дышишь ко мне, Стаал. Но прибереги свои гейские намеки до тех пор, пока не сменишь член на вагину и не отрастишь сиськи пятого размера. Да и тогда я вряд ли тебя трахну.
К точке вброса подъехал рефери, музыка смолкла. Шайба упала на лед, с громким стуком сцепились клюшки Падалеки и Стаала. Кусок вулканизированной резины отлетел к Мюррею, тот, сделав пару финтов, отпасовал Джареду, вырвавшемуся на оперативный простор. Падалеки на секунду замер, оценивая ситуацию: Стаал крепко приложился о бортик с подачи игрока «Иглз», второй защитник «Рэйнджеров» заблокирован Мюрреем, вратарь Хенрик Лундквист совершенно открыт. Ложный замах в нижний угол ворот, Лундквист начинает падать на лед, Падалеки делает удар, и шайба пролетает над плечом голкипера.
Над воротами замигал красный фонарь. Арена взорвалась радостными криками фанатов «Иглз» и разочарованными стонами болельщиков «Рэйнджеров». Победно вскинув руки, Падалеки помчался по кругу. Парни из команды бросались ему наперерез, радостно хлопали тяжелыми перчатками по голове и гоготали, Мюррей повис на плечах и что-то орал в ухо, хоккеисты из «Нью-Йорка» мрачно толклись у своей скамейки.
Вот он - момент наивысшего ликования. То, ради чего Джаред выматывался на тренировках. То, ради чего он снова и снова выходил на лед. То, ради чего жил. Джаред затормозил, так что из под коньков взметнулся сноп ледяных искр, повернул голову к экрану, чтобы увидеть свою фамилию, и… Увидел.
Изображение
«Ты сдохнешь, Падалеки» - мерцало на табло в потеках электронной крови.
В желудок свалился тошнотворный ком, пальцы на руках противно онемели от потрясения. В голове загудело, будто промчался скорый поезд, разом отсекая все звуки извне. Хоккеисты один за другим удивленно поворачивали головы в сторону табло и матерились сквозь зубы, увидев изображение. Фанаты вскакивали с мест и лихорадочно фотографировали надпись на телефон или планшет, тут же выкладывая картинку в Инстраграмм. А Джаред все стоял, не в силах сделать ни единого движения, даже такого простого, как отвести взгляд. Попеременно накатывали то волны жгучей ярости, то ледяного страха, удерживая Падалеки в каком-то оцепенении.
Он никогда не был трусом, бесстрашно лез в столкновения с самыми сильными соперниками, падал под шайбу, не боясь травм, не испугался даже покушения с испорченными тормозами. Но сейчас, увидев, что сталкер заявил о своем намерении на всю страну, вдруг понял, насколько все серьезно. А еще понял, насколько на самом деле легко убить человека. Намного-намного легче, чем сохранить чью-то жизнь. От этого понимания к горлу подкатывала тошнота, а желание найти мерзавца и разбить ему голову о ближайшую стену сменялось желанием спрятаться в каком-нибудь бункере, запершись на все замки.
А от таких трусливых мыслей желание все-таки врезать кому-нибудь накатывало с новой силой. Замкнутый круг. И Джаред не знал, как его разорвать.
Опустившаяся на плечо тяжелая ладонь стала тем канатом, который вытянул Падалеки из эмоционального водоворота. Позорно вздрогнув от прикосновения, он обернулся и оказался лицом к лицу с капитаном команды.
- Меняемся, Падалеки, - сказал Тай.
Джаред, неуклюже переставляя одеревеневшие вдруг ноги, покатился к скамейке запасных, перевалился через бортик и услышал:
- Падалеки, в раздевалку!
- Что? – Ярость, наконец, перевесила страх, и Джаред, выпав из анабиоза, в бешенстве повернулся к тренеру: – Я не собираюсь...
- Молчать! – Бивер сорвал кепку и швырнул ее на пол.
Всякое движение на скамейке прекратилось. Никто и никогда не видел, чтобы тренер снимал свой головной убор. Даже когда Роджерс забил гол в свои ворота на последней минуте чертвертьфинальной игры за Кубок. Даже когда Мюррей, решив впечатлить фигуристок, на предматчевой тренировке попытался сделать тройной тулуп и сломал ногу. Даже когда вратарь Марти Дартч, узнав, что защитник Крис «Молния» Хемсворт переспал с его невестой, вместо того чтобы защищать ворота, весь матч пытался надрать Хемсворту зад и пропустил пять шайб от команды из второй половины турнирной таблицы. Черт, да Бивер даже на званые приемы ходил в кепке. И теперь все игроки застыли, с немым благоговением взирая попеременно то на лысину тренера, то на бейсболку, валявшуюся на заплеванном полу.
- Делай, что тренер сказал, - капитан команды первым пришел в себя.
Неприятности с Бивером сейчас были бы очень некстати. Джаред шумно выдохнул через нос, но подчинился и, гулко гремя коньками по полу, потопал в подтрибунные помещения, мельком успев заметить, как тренер поднял кепку и натянул ее на голову, а хоккеисты, посчитав это добрым знаком, оживленно зашумели.
Ярость, подпитываемая остаточным адреналином игры, все еще продолжала будоражить разум, превалируя над чувством страха и инстинктом самосохранения. Джаред проделал половину пути до раздевалки, когда услышал позади чьи-то шаги и резко развернулся. Ну конечно. Дженсен Эклз – доблестный телохранитель. Как удобно: теперь есть на кого выплеснуть раздиравшие на части эмоции.
- Твоих рук дело?
Эклз остановился в нескольких метрах от застывшего в напряженной позе Падалеки.
- Что именно? Если ты о той картинке на экране, то нет. – Охранник выглядел совершенно спокойным и даже расслабленным, что казалось чертовски несправедливым именно сейчас, когда даже Бивер слетел с катушек.
- Не зли меня, Эклз. – Джаред сделал шаг вперед, сжимая клюшку с такой силой, что дерево начало потрескивать. В коньках он был выше Эклза на две головы и нависал над ним горой мышц и хоккейного снаряжения. – Ты понял, о чем я.
- Нет, это решение Бивера. – Эклз тоже шагнул вперед, совершенно не беспокоясь, что оказался на расстоянии удара от взбешенного хоккеиста с клюшкой в руках. – Но я его полностью поддерживаю. Моим людям полезнее помочь полиции выяснить, как это случилось, чем пытаться охранять тебя в арене, полной народа.
Джаред молча смотрел на Эклза и тяжело дышал. Именно так и случаются драки на матчах. Адреналин, кураж, спортивная злость, раздражающие соперники, обмен парой «ласковых» и понеслось. Шлемы и перчатки сброшены на лед, судьи безуспешно пытаются разнять дерущихся и не огрести сами, вокруг все новые и новые игроки вливаются в потасовку, пока весь матч не превращается в какую-то дикую оргию с мелькающими тут и там кулаками и разбитыми в кровь лицами.
Только сейчас в Джареде кипели другие, но не менее термоядерные чувства: ярость, страх, ненависть. И Эклза хотелось не просто избить, а унизить, поставить к стенке, нагнуть и… Осознав, в каком направлении движутся его мысли, Джаред повернулся и стремительно пошагал в раздевалку. Как он, в принципе, дружелюбный, миролюбивый и полностью натуральный парень, мог подумать о том, чтобы нагнуть мужика только потому, что злился на него? Да еще и мужика, который ему даже не нравился?
Сорвав шлем и перчатки, Джаред плюхнулся на скамейку. Когда? Когда он успел превратиться в какого-то… черт, он даже слов не мог подобрать, чтобы описать то, что плескалось внутри. Расшнуровал ботинки и, на ходу стягивая форму, сбежал в душ, пока в раздевалку не заявился Эклз и все окончательно не вышло из-под контроля.
Горячая вода помогла немного расслабиться. Вымыла излишки злости и раздражения. А с тем, что осталось, Джаред вполне мог справиться. Вот только на освободившееся место тут же пожаловал липкий страх.
«Сталкер взломал компьютерную систему стадиона, а вдруг он пустит по трубам кислоту вместо воды?» – нашептывал тихий голос в голове.
Джареда передернуло. Кислота в трубах – это уже из какого-то дешевого ужастика. Но на всякий случай он поскорей домылся и, обернув бедра полотенцем, вышел из душа.
В раздевалке сидел Эклз. Возможно, он собирался что-то сказать, но одним взглядом охватил крепко сжатые губы Падалеки, закаменевшие скулы, расширенные зрачки и промолчал.
Джаред был ему почти благодарен. Он не знал, что могло бы случиться, попробуй Эклз снова выебнуться, и боялся этого едва ли не больше, чем сталкера.
Не глядя в сторону скамейки, на которой маячила серая фигура, Падалеки скинул полотенце и начал одеваться, сосредоточившись на простых движениях: натянуть боксеры, брюки, застегнуть ширинку, носки, зашнуровать туфли, промокнуть влажные волосы полотенцем, надеть рубашку и аккуратно застегнуть все пуговицы, галстук – не сегодня, пиджак, все. Это было сродни медитации и даже отчасти успокоило. Но только отчасти. Поэтому всю дорогу до отеля Джаред молчал, отвернувшись от Эклза, и таращился на проплывавшие мимо здания.
А в номере, стоило закрыть за собой дверь, затрезвонил – будто только и ждал момента – айфон.
- О, Боже, - простонал, глядя на высветившийся на экране номер, Падалеки. А ему-то думалось, что ситуация не может стать еще хуже. Какая наивность. – Мама? – проговорил он в трубку, проходя в свою спальню.
Разговор обещал быть тяжелым: вряд ли миссис Падалеки случайно позвонила сыну через час после того, как какой-то псих на всю страну пообещал ее мальчику скорую смерть.

Изображение


Сорок минут спустя Джаред вышел из своей половины номера и решительно пересек общую гостиную. После разговора с родственниками он чувствовал себя морально изнасилованным. Надо же было такому случиться, что дядя Роджер, муж тети Рэйчел, которая дружит с тетей Лили, переключая каналы во время рекламы, наткнулся на матч «Иглз» и «Рэйнджеров» именно в тот момент, когда все камеры транслировали надпись на табло.
Сначала Джаред долго убеждал маму, что с ним все в порядке. Что команда наняла ему телохранителя – да-да, самого лучшего в стране. Что все силы полиции брошены на поимку психа и не сегодня завтра его засадят за решетку. Потом все это пришлось повторить обеспокоенной Мэган. Хорошо хоть, что отец, взявший трубку напоследок, просто попросил быть осторожным. Нет, Джаред любил своих родных, просто иногда их было слишком много, особенно когда Падалеки объединялись во благо средненького.
Подойдя к спальне Эклза, Джаред без стука распахнул дверь.
- Слушай, мне надо…
И осекся.
Эклз стоял перед раскрытым шкафом спиной к двери. Совершенно голый. За несколько мгновений Джаред, как неравнодушный к физическим упражнениям человек, оценил мощные плечи, широкую спину, трапецией сужавшуюся к талии, мускулистые ноги и, проклятье, да, подтянутую задницу. То есть он очень надеялся, что все это оценил только с позиции неравнодушного к физическим упражнениям человека, а не в свете своих последних желаний и фантазий.
Эклз плавно развернулся, ничуть не смущаясь своей наготы и не пытаясь прикрыться. И Джареду пришлось сильно постараться, чтобы не зажмуриться от открывшегося ему вида голого-Эклза-спереди. Жалко, краску, которая приливала к щекам, нельзя было остановить усилием воли.
- Что тебе?
Чувствуя себя девственницей, попавшей в бордель, Джаред упорно старался не опускать глаза. С ума сойти, можно подумать, он голых мужиков не видел.
- Одеться не хочешь? – Голос хрипел.
- Нет. Ты же не захотел постучать, врываясь в чужую спальню. И потом, странно, что тебя смущает моя голая задница. Светить передо мной своей ты не смущался.
- Оденься и выходи в гостиную, нам надо серьезно поговорить, - выпалил Джаред и вылетел из комнаты.
В самом деле, ведь он стоял в раздевалке с голой задницей перед геем и даже наклонялся, одеваясь. Провокационная поза, но в голове в тот момент не шевельнулось ни единой мысли. С чего же сейчас смутился? Он же хоккеист. Он каждый день видит голых мужиков в раздевалке, подумаешь, еще один. И даже то, что Эклз – гей, не должно волновать Джареда, ведь сам-то он – натурал. Так что же за херня творится?
Джаред растерянно опустился на диван, вертя в руках айфон, и просидел в такой позе пару минут, которые понадобились Эклзу, чтобы натянуть на себя джинсы и футболку. Даже странно, что в его гардеробе оказалось что-то кроме унылых серых костюмов.
- «Оденься, нам надо серьезно поговорить». Падалеки, ты заставил меня нервничать. - Эклз уселся в кресле напротив. – Надеюсь, ты не считаешь, что должен жениться на мне, раз увидел без штанов.
Джаред хотел бы думать, что пропустил этот выпад из благоразумия. Но обманывать себя – дело неблагодарное. Пришлось признать, что просто не нашелся, что ответить.
- Скажи, есть ли вероятность, что этот псих, чтобы добраться до меня, причинит вред кому-то из моей семьи?
Дженсен сразу подобрался, отбрасывая свою язвительность и становясь профессионалом до кончиков ногтей.
- Судя по отчету полицейского психолога, этот тип зациклен на тебе, причем именно на том, чтобы избавиться, а не просто причинить тебе боль.
- К чему же тогда все эти угрозы, куклы вуду, сегодняшнее выступление?
Джаред в самом деле не понимал, к чему такие трудности. Вырезать буквы из газет, добывать где-то куклу и булавки, взламывать, черт побери, компьютерную систему стадиона. Если можно просто тихо и спокойно, без объявления войны, подкараулить на пробежке, стукнуть палкой по голове и все, финита ля комедия.
- Решиться на убийство нелегко. Считай то, что происходит сейчас, сублимацией, а вот история с тормозами несколько выбивается из картины. Такое ощущение, что ты его в тот день чем-то сильно разозлил. – Эклз подался вперед, опираясь локтями о колени. – Что ты тогда натворил, Падалеки?
Джаред пожал плечами. Его уже спрашивали об этом полицейские. Но он не видел за собой грехов бòльших, чем пара силовых приемов против соперников и несколько забитых в чужие ворота голов. После матча он тепло пообщался с фанатами, так что они тоже не должны были остаться в обиде. Предполагать, что его преследует чей-то обозленный фанат, было нелепо. Хоккей – командная игра, сегодня ты надрал задницу, а завтра тебе. С чего выбор психа пал именно на Падалеки?
- Ты не ответил на мой вопрос. Есть ли вероятность, что сталкер причинит вред кому-то из моей семьи? - Джаред в упор смотрел на Эклза, пытаясь понять, о чем тот думает, но не видел в зеленых глазах ничего, кроме холодного спокойствия.
- Вероятность есть всегда, но в данном случае она мала.
В другое время и при других обстоятельствах Джаред выбесился бы на эту немного снисходительную интонацию, но не сейчас. Сейчас у него была цель, и он по своему обыкновению пер к ней напролом.
- Я хочу, чтобы ты обеспечил защиту моей семьи.
Эклз моргнул.
- В смысле?
- В прямом. Сколько тебе надо заплатить, чтобы моя семья была в безопасности? – В самом деле, зачем зарабатывать миллионы, если ты не можешь быть уверен в том, что какой-то псих не нападет на твоих родных.
- Джаред, я надеюсь, ты понимаешь, что это нереально? – Кажется, Эклз в первый раз назвал Джареда по имени, но задумываться, почему это случилось именно сейчас, тот не стал.
- Почему? Ты же лучший в этом деле. – Джаред точно знал, что дотошный Роззи промониторил весь рынок охранных услуг, прежде чем остановился на Эклзе.
- За комплимент спасибо, но, Джаред, - Эклз чуть подался вперед и, кажется, был несколько удивлен тем, куда свернул разговор. Если, конечно, чуть расширенные зрачки и едва смягчившуюся линию губ можно посчитать признаком удивления. – Твой отец – известный ученый-генетик, который разъезжает по всей стране, участвуя в конференциях и выступая с лекциями в университетах. В большинстве случаев его сопровождает твоя мать, которая, пока муж работает, посещает местные достопримечательности. Твоя сестра – модный фотограф, из двенадцати месяцев в году одиннадцать проводит в разъездах. С Джеффом попроще. Он живет в Сан-Антонио с женой и двумя дочерями. Было бы еще проще, если бы старшая не выиграла конкурс «Мисс малышка», теперь она участвует во всех подобных мероприятиях, а последнее достижение - «Мамы в танце». И это только самые близкие родственники. Есть еще куча дядюшек и тетушек, кузенов и кузин, хотя, может, ты не против избавиться от некоторых из них.
- Откуда ты все это знаешь? – Хотя никакие страшные семейные тайны озвучены не были, Джаред чувствовал себя так, будто Эклз только что перетряс его нижнее белье. Необязательно грязное, суть от этого не менялась.
Тот усмехнулся.
- Я в самом деле лучший, Падалеки, и если берусь за работу, то делаю ее хорошо. Но у меня нет столько людей, чтобы обеспечить безопасность всем твоим неугомонным родственникам, не заставляя их менять образ жизни. Тем более что заставлять их я не могу. Уговори своих родных бросить любимые занятия и спрятаться в какой-нибудь глуши на неизвестно какое время. При этом им желательно не появляться на улице и ни с кем не контактировать. В этом случае я обеспечу им круглосуточную охрану, а ты будешь уверен, что они в безопасности. Но сможешь ли ты их уговорить сделать это?
Нет, Джаред знал, что не сможет. Так же как никогда не согласится на это сам. Такова их Падалечья натура. И папа не сможет жить без своих докладов, мама без музеев, Мэг без фотосессий в разных уголках мира, Линда – жена Джеффа - без конкурсов красоты, а Джефф без Линды, как и сам Джаред не сможет жить без хоккея.
Но ведь ему-то приставили охранника. И получилось пойти всего лишь на некоторые уступки, не отказавшись от главного.
- А как же я? Меня охраняешь только ты, пару раз я видел еще Кейна и Харрис, а Карсон, похоже, был просто временной заменой? Получается, что все это фикция?
Эклз потер виски. И Джаред вдруг подумал, что телохранитель, наверное, тоже устал. Легко ли быть в напряжении двадцать четыре часа в сутки, когда отвечаешь за жизнь другого человека? Хотя никто ведь не заставлял Эклза выбирать эту профессию и соглашаться на это конкретное дело.
- Ты в самом деле считаешь, что вся твоя защита ограничивается только моим присутствием? Джаред, для того чтобы охранять кого-то, необязательно постоянно маячить на глазах у своего клиента. Кроме меня на тебя круглосуточно работает десяток человек, отслеживая перемещения всех подозрительных лиц, проверяя всех, кто работает там, где появляешься ты. И этого даже близко недостаточно, чтобы быть уверенным в твоей безопасности. Я уже говорил и повторю еще раз: мы просто затрудняем задачу сталкера и даем полиции время напасть на его след.
Джаред запустил руку в волосы и чуть потянул. Легкая боль помогала удерживаться на краю бездны, внезапно разверзнувшейся перед ним.
- Я найду агентство, которое возьмется за мой заказ, - тихо, больше себе, чем Эклзу, сказал он. Спать спокойно, зная, что семья в опасности, у него не выйдет.
- Попробуй. В хорошей фирме тебе скажут то же самое, а в плохой… - Эклз помолчал, предпочитая не озвучивать очевидное, а потом продолжил: – Еще раз повторю, этот парень зациклен на тебе. И если ты не будешь провоцировать его заявлениями, что семья тебе дороже жизни, он, вероятно, и не вспомнит о существовании твоих родственников. Пока самым серьезным его поступком была неудачная попытка с тормозами, нет причин паниковать.
- Я и не паникую. - Джаред вскинул голову, успел заметить, как при этих словах дернулся уголок губ Эклза, и, зло прищурившись, повторил: - Не паникую, но я бы не назвал несерьезным то, что этот псих взломал компьютерную сеть в «МСГ», чтобы заявить на весь мир, что я сдохну.
- Брось, Падалеки, «МСГ» - не Пентагон, взломать их компьютерную сеть может даже школьник. – То, как легко Эклз переключался от сочувствующего тона к язвительному, заставляло Джареда сильно сомневаться в искренности этого самого сочувствия.
- Даже школьник? Предположим, я вот не могу.
- И я уверен, что сталкер не может выделывать такие финты на коньках, как это делаешь ты, - примирительно поднял руки Эклз. – Каждый хорош в своем деле. Поэтому давай ты будешь думать о том, как играть в хоккей. А я – о том, как защитить тебя. И в данный момент меня больше всего волнует, что этот идиот объявил о своих намерениях в прямом эфире, и теперь каждый завалящий журналист начнет охотиться за тобой, чтобы первым сообщить миру, в каком отеле хоккеист Падалеки скрывается от своего преследователя.
- Твою-то мать, - выдавил Джаред.
Он был в достаточной степени звездой, чтобы ежедневно сталкиваться с представителями прессы. Но ему это никогда не досаждало. Он не принимал тайком наркотики, не садился пьяным за руль, не бил официантов в барах. Так что самое бòльшее, на что могли рассчитывать папарацци, – это заснять его с очередной красоткой в обнимку. Но в свете последних событий внимание прессы становилось серьезной помехой. И Падалеки, как и Эклза, не радовала перспектива удирать еще и от журналистов.
- Ладно, - Эклз хлопнул его по колену и встал с кресла. – Не переживай, разберемся. – Он направился на свою половину. – Завтра у нас очередной перелет, и мне еще многое надо сделать, чтобы все прошло по плану. Уверен, у тебя тоже найдутся дела.
Джаред смотрел, как дверь закрывается за обтянутой серой футболкой спиной. Потом перевел взгляд на айфон в руке и набрал номер Чада. Да, дела у него имелись. И первое среди них – узнать, как закончился матч.


Изображение


Раздался резкий сигнал клаксона и визг тормозов. Продавец из газетной палатки высунулся наружу, наблюдая, как симпатичный парень, только что купивший «Сиэтл Таймс», поднимает руку, извиняясь перед водителем.
Зачитался, решил продавец.
Еще бы, такая сенсация.
«Ты обделался вчера, Падаскотина? Знаю, что обделался от страха прямо там на арене. Сбежал менять штанишки. Великий и бесстрашный Джаред Падалеки – просто жалкий трус. Ссыкло. И весь мир узнал об этом. Благодаря мне».


Изображение


«Иглз» проиграли. Не смертельно, но неприятно, учитывая, что они вели в счете после гола Джареда.
Падалеки не был настолько самоуверен, чтобы считать, мол, причина проигрыша крылась в его отсутствии на льду. У Бивера действительно не было незаменимых, и один выбывший игрок, пусть даже настолько хороший, как Джаред, погоды не делал. Но все сходились во мнении, что команда, скорее всего, проиграла из-за действий сталкера. Игроки отвлеклись, потеряли настрой. Да что там говорить, даже Бивер чувствовал себя не в своей тарелке. Так что пусть и косвенно, но Джаред в проигрыше оказался виноват.
И это была первая причина, по которой он проснулся в дурном настроении. Вторая же заключалась в том, что ложась вчера вечером после трехчасового безрезультатного разговора с полицией, Джаред забыл завести будильник и проспал пробежку.
Приглушенно матеря сталкера, Эклза, полицию и весь белый свет, Джаред забрался в душ.
Тугие струи горячей воды расслабляли, трансформируя злость в напряжение несколько иного рода. Джаред оперся одной рукой о стену, обхватил ладонью начавший твердеть член и закрыл глаза, сосредотачиваясь на своих ощущениях. Густой от пара и мелких водяных брызг воздух, скользкая плитка под пальцами, поджимавшиеся в предвкушении яйца. Возбуждение подползало медленно, будто нехотя. А энергия бурлила внутри, заставляя двигать кулаком резче, чем требовалось, и Джаред снова начал злиться, теперь уже на свой такой неторопливый сейчас член.
Падалеки быстро тасовал в голове изображения бывших подружек и картинки моделей из «Плэйбоя», не зная, на ком остановиться, как вдруг совершенным диссонансом перед глазами возник голый Эклз, и в член моментально ударил разряд возбуждения.
Джаред понимал, что все пошло как-то не так, что нужно бросить эту затею, но остановиться уже не мог. Оказалось, что прежнее отсутствие реакции на мысль о заднице Эклза было вызвано не отсутствием интереса к пресловутой заднице, а недостатком визуального, так сказать, ряда. И теперь, когда Джаред получил полное представление об объекте, «интерес», сжатый в кулаке, стал вполне весомым.
Джаред представлял, как вчера вместо того чтобы застыть в дверях, он подошел бы к Эклзу и толкнул его в спину, заставляя схватиться за полки шкафа и прогнуться, отклячивая задницу. Расстегнул бы ширинку и вставил. Без подготовки.
Дальше визуальный ряд обрывался - сказывались пробелы в гейском образовании, - и Джаред уже не мог представить, как бы все выглядело. Но отлично представлял, как бы это ощущалось. Узко, горячо и обжигающе сухо, как если дрочить без смазки. И он протискивался бы и протискивался, удерживая Эклза за плечо. А когда вошел бы до конца, не позволил бы привыкнуть и сразу сорвался в резкий, жесткий трах. А Эклз стонал бы и подмахивал, и просил еще, потому что даже находясь в крайней степени раздражения, Джаред не мог представить, как можно получить удовольствие против воли партнера.
Кулак на члене двигался все быстрее, подстраиваясь под ритм фантазий, разрядка приближалась, накатывая мощными, душными волнами.
В дверь постучали.
- Падалеки, если ты там совсем не смылся, ускорься, мы опаздываем! – крикнул Эклз, и Джаред, услышав этот хрипло-простуженный голос, вцепился зубами в предплечье и позорно быстро кончил.
Смывая шампунь с волос, Падалеки уныло размышлял, когда его сказочно замечательная жизнь, в которой самым большим несчастьем была кукла вуду с иголками в яйцах, превратилась в этот кошмар с кровавыми надписями на табло, почти полной изоляцией от команды, опасностью для семьи и дрочкой на отмороженного телохранителя?
По всему выходило, что в тот самый день, когда Бивер вызвал в кабинет знакомить с Эклзом.
Все еще потерянный в своих сексуальных фантазиях, удрученный проигрышем Джаред выбрался из душа, вытерся, оделся, побросал вещи в сумку и только когда взглянул на часы, обнаружил, что времени до самолета у них достаточно.
- Что за спешка? – осведомился он, выходя с сумкой в общую гостиную.
Эклз, сидевший на диване, вместо ответа развернул свой айпад. Джаред подошел ближе и в размытой фигуре на фотографии с некоторым трудом узнал себя.
- Что это?
- Какой-то чувак с ником @Trickster сфотографировал тебя в холле отеля и поспешил сообщить об этом в своем твиттере. Похоже, теперь наша самая большая проблема даже не папарацци, а поклонники с их айфонами. И ведь тебя с твоим ростом даже никак не замаскируешь.
В голосе Эклза прозвучала такая досада, что Джаред невольно огрызнулся:
- Таким уж уродился.
Дожили. Теперь он должен еще и за свой рост оправдываться. А кто-то вчера говорил, чтобы Джаред думал о хоккее, а о его безопасности подумает Эклз. Вот пусть и думает. Ему за это платят.
Эклз убрал планшет в сумку и встал.
- Ладно. Придется посадить стажеров, чтобы отслеживали новости о тебе в соцсетях, а пока пошли, надо поскорее отсюда убраться.

Изображение


В Ванкувере было традиционно промозгло и пасмурно. С неба падал то ли снег, то ли дождь, и Джаред с тоской смотрел в окно самолета. Что поделаешь, он всегда больше любил солнце, даром, что хоккеист, а рядом с Эклзом холодная канадская зима становилась еще холодней.
Им пришлось задержаться в зоне получения багажа, чтобы команда успела погрузиться в автобус и уехать. Эклз считал, что не стоит подвергать других неоправданному риску, и Джаред был согласен. После вчерашнего проигрыша ему не хотелось доставлять парням из команды еще больше неудобств.
А когда через сорок минут Джаред с Эклзом все же вышли в зал ожидания, им наперерез вдруг кинулась стайка девушек. Падалеки расплылся в улыбке, заметив опередившую своих подруг метров на десять маленькую брюнетку, но прежде чем успел хотя бы подумать о том, чтобы предупредить Эклза, тот отточенным движением задвинул Падалеки себе за спину и, схватив черноволосую предводительницу за руку чуть выше локтя, резко остановил ее бег. Та ойкнула, другие девушки начали нерешительно останавливаться чуть поодаль.
- И куда мы так торопимся? – холодно поинтересовался Эклз.
Джаред наконец-то сообразил, что теперь его выход, и возмутился:
- Какого хрена, Эклз. Отпусти ее.
- С чего бы?
Джаред медленно выдохнул и пояснил:
- Это Сандра Маккой, президент моего фан-клуба, - и тепло улыбнулся растерянной Сандре.
Эклз, однако, даже не ослабил своей хватки.
- И каким образом вы здесь оказались?
Кстати, да. Ничего такого не планировалось. И хотя Ванкувер всего в сорока пяти минутах лета от Сиэтла, спонтанностью Сандра не отличалась.
Та перевела взгляд с Джареда на Эклза, потом посмотрела опять на Джареда и заговорила, обращаясь к нему:
- Мы видели вчера эту ужасную надпись и решили приехать сюда поддержать тебя.
Джаред снова расплылся в улыбке. Вот это его девочки!
- Ну, видишь, все логично, отпусти ее.
Эклз, чуть сощурив глаза, посмотрел на Сандру, и Джаред раздраженно вздохнул. Он уже успел узнать этот взгляд: так просто бедная Сандра из лап телохранителя не вырвется.
- У вас есть документы?
Девчонки, так и застывшие метрах в пяти, начали взволнованно шушукаться. Сандра снова повторила свой трюк с рассматриванием поочередно Джареда, Эклза и снова Джареда.
- Джей, я не понимаю, кто это?
Черт, точно. Джаред не ожидал увидеть здесь Сандру, Джаред не ожидал, что Эклз вцепится в нее как клещ, Джаред много чего не ожидал и поэтому стоял тут как пень, вместо того чтобы представить Маккой и Эклза друг другу и разрулить ситуацию.
- Сэнди, это Дженсен Эклз, мой телохранитель. Пожалуйста, покажи ему документы. Это просто стандартная процедура. – Джаред повернулся к Эклзу и как можно дружелюбнее попросил: – Отпусти ее, она никуда не убежит. - Помялся секунду и с трудом выдавил: - Пожалуйста.
Тот поколебался мгновение, но пальцы разжал. Сандра, обижено потирая руку, достала удостоверение личности. Бросив быстрый взгляд на фотографию, Эклз вернул ей документы.
- Эти девушки с вами, мисс Маккой?
- Да, - вмешался Джаред, не дав Сандре ответить. – Это члены фан-клуба. Я их всех знаю.
Эклз недовольно зыркнул в его сторону и снова повернулся к Сандре:
- Вас уже допрашивала полиция?
- Нет.
- Ты разве не рассказал детективам про свой фан-клуб? – А это уже Джареду.
- Нет, - растерялся тот. – С чего бы. Я знаю Сэнди и ее девочек, никто из них не желает мне зла.
Джаред действительно знал Сандру почти шесть лет, с тех пор как заключил контракт с «Иглз». После одного из первых матчей в составе команды к нему подошла тогда еще восемнадцатилетняя Сандра с восторгом в глазах и просьбой подписать его же собственное фото. Она оказалась деятельной и веселой и быстро собрала под свое крыло сиэтлских поклонниц Джареда, которые постоянно устраивали какие-то тематические вечеринки, конвенции, ходили на матчи и писали красочные отчеты на фейсбуке. Теперь клуб имени Джареда Падалеки насчитывал уже более сотни членов по всей стране. И сам Джаред представить не мог, чтобы хоть кто-то из этих симпатичных девушек втыкал в гениталии куклы вуду иголки и клеил бумажку с надписью «Падаскотина», не говоря уж о взломе компьютеров в «МСГ».
Эклз снова обратился к Сандре:
- Мисс Маккой, не будете ли вы так добры предоставить мистеру Падалеки имена, адреса и телефоны всех, кто состоит в клубе, чтобы их могли опросить полицейские.
Взволнованный гул со стороны девичьей группы стал громче.
- Вы думаете, что я… что мы... - начала возмущаться Сандра, но Эклз перебил ее.
- Нет, не думаю. Но раз вы так пристально следите за карьерой мистера Падалеки, возможно, могли заметить что-то, что натолкнуло бы полицию на след преступника.
Джаред знал: Эклз как раз думает именно то, что возмутило Сэнди. Но его способность так ловко врать внушала невольное уважение.
Сандра задумалась ровно на пять секунд.
- Я должна посоветоваться, - и повернулась к подругам.
- Врешь и не краснеешь, - прошептал Джаред.
Эклз холодно посмотрел на него, чуть вздернув бровь:
- Исправляю твои косяки, Падалеки.
Поклонницам Джареда понадобилось не так уж много времени, чтобы принять решение. Сандра вернулась с подобающей президенту клуба серьезностью на симпатичном лице.
- Я пришлю все Джареду по электронной почте. - Она впервые обратился напрямую к Эклзу.
Тот кивнул:
- Спасибо, мисс Маккой.
- Сэнди, спасибо, - Джаред улыбнулся. – Извини за все это. Я должен пригласить тебя… - он взглянул на остальных девчонок, - и вас всех на ланч. - Перевел взгляд на многозначительно вздернувшего бровь Эклза и добавил: - Когда все это закончится.
Сандра засияла. Она явно решила, что слишком тесное общение с грубияном-телохранителем того стоило. Девчонки с восторженным визгом запрыгали, хлопая в ладоши. Они с одинаковым благоговением взирали то на своего кумира, то на свою предводительницу, добившуюся невиданных милостей от мироздания.
- Ты сказал это при свидетелях, Джей, - Сандра погрозила ему пальцем, возвращаясь к своему обычному чуть лукавому тону. – Мы свое не упустим.
- Мне ли не знать, - усмехнулся Джаред.
Да уж, ланч с двумя десятками влюбленных в своего кумира девиц будет тем еще цирком. Хорошо хоть не весь фан-клуб сюда прилетел.
- Простите, леди, но нам пора идти. – Эклз вежливо, но непреклонно вклинился в атмосферу всеобщего ликования.
Джаред тепло распрощался с девчонками, обнял Сандру, еще раз заверил всех в своей готовности к совместному ланчу и, наконец-то, смог выйти из аэропорта.
- Так эти девочки в самом деле твой фан-клуб, Падалеки? – спросил Эклз, заводя серую потрепанную «хонду», ключи от которой им передала Харрис.
- Да. - И Джаред этим по праву гордился.
С водительской стороны донесся приглушенный… смешок? Да ну! Джаред уставился на Эклза. Так и есть. В уголках глаз у того появились тонкие морщинки, ясно указывавшие, что он веселился на полную.
- Что тут смешного?
- Да нет, ничего, - Эклз покачал головой, но морщинки никуда не делись. – Просто, Падалеки, ты же хоккеист, разве в твоем фан-клубе не должно быть увлекающихся хоккеем парней?
- Разве девушки не могут увлекаться хоккеем? – в тон ему ответил Джаред.
Эклз остановился, пропустил машины и вывернул на шоссе.
- Ты серьезно считаешь, что эти девушки увлекаются хоккеем?
Джаред задумался. Он, вообще-то, видел девушек, действительно увлекающихся хоккеем. Не раз делил площадку с игроками женской лиги. И они были совсем не похожи на девочек Сандры. Ничего настолько симпатичного и эфирного. Да и не продержалось бы это симпатичное и эфирное на льду в полном обмундировании даже десять секунд. Но они же фанатки Джареда, значит, любят хоккей, просто не играют в него. Именно этот довод Падалеки и озвучил Эклзу. И удостоился еще одного смешка в ответ.
- Они любят не хоккей, Джаред. Они любят тебя. И я думаю, им было бы наплевать, если ты вдруг променял бы лед на бассейн. – Эклз обогнал длинную фуру. – Хотя нет, наверное, они бы обрадовались возможности увидеть тебя в плавках.
Ну и что тут такого? Какая вообще разница, нравится Джаред девчонкам благодаря тому, что он классный хоккеист, или благодаря тому, что он классный парень. Главное - его любят.
- Ты просто завидуешь. У меня целый фан-клуб, где больше сотни красивых девчонок, на хрена мне эти парни, увлекающиеся хоккеем?
- Ну да, ну да.
Судя по тону Эклза, Джаред его ни фига не убедил.
Не то чтобы он хотел в чем-то убеждать каких-то левых чуваков. Главное, что сам Падалеки был уверен: фан-клуб Сэнди – это нереально круто.
- Скажи, - Эклз перестроился в крайний правый ряд, пропуская какого-то гонщика на «субару», – а ты не спал с этой Маккой, ну или еще с кем-то из фан-клуба?
- Чего-о-о? – Джаред так резко развернулся к Эклзу, что врезался локтем в торпеду и взвыл от боли. – Я бы никогда… они все мне как сестры, - сбивчиво пояснил он, баюкая пострадавшую руку.
- Мне кажется, они не были бы против.
Нет, если бы Эклз не вел машину, Джаред ему бы врезал. Прямо по этим наглым, рабочим губам, которые последнее время доставляли слишком много неприятностей.
- Ты совсем спятил, Эклз, у Сэнди есть парень, и у многих других тоже… наверное. – Джаред не был точно уверен, но про парня Сандры знал наверняка.
- Ну да. Вот посуди сам: они не увлекаются хоккеем, но фанатеют от тебя. Может кто-то из девушек серьезно злиться, что ты не обращаешь на нее внимания? – Эклз бросил быстрый взгляд на Джареда, будто проверяя стадию его закипания от злости, и снова уставился на дорогу. – Настолько серьезно, что решила донести свои чувства до тебя несколько ненормальным способом.
Джаред вцепился в ремень безопасности, чтобы не вцепиться в горло Эклзу, напоминая себе, что бить человека, который ведет машину по оживленному шоссе, очень неразумно.
- Это ты несколько ненормальный, - сообщил он, когда на ум начали приходить не только нецензурные слова. – Совсем помешался из-за своей работы. В каждом видишь врага.
- Потому что так и есть, Джаред. – Эклз прозвучал непривычно мирно и чуть устало. – Ты говоришь, что знаешь их. Но большинство людей даже себя знают не очень хорошо. Поэтому не надо исключать из списка подозреваемых тех, кого ты считаешь неспособными на убийство, или тех, кто тебе нравится. Это только твое мнение, и оно не всегда правильное.
Джаред молчал. В чем-то Эклз был прав. Никому не дано узнать, что творится в мозгах ближнего твоего. Но от мысли, что охотиться за ним может кто-то из девочек Сандры или, еще хуже, сама Сандра, становилось так тошно, что хотелось высунуть голову в окно и завыть, а еще лучше застрелиться самому, чтобы перестать уже создавать этим милым девушкам лишние трудности.

Изображение


Казалось, промозглая ванкуверская погода так глубоко проникла в кровь и плоть Джареда, что от нее не могло избавить даже солнце Сан-Хосе и Лос-Анджелеса. И Падалеки продолжал вымораживаться изнутри.
Он любил напряженный ритм сезона. Перелеты, игры с перерывом в пару дней, покер с парнями в самолетах, отмечание в клубах удачной игры, выматывающие тренировки и вдохновенные матчи. Но теперь его сезон приобрел совершенно другие оттенки: подождать, пока команда уедет из аэропорта, прячась от камер журналистов или фанатов сесть в очередную неприметную машину, через задний вход пробраться в отель и радоваться, если никто не засек, где Падалеки остановился, и не надо снова паковать вещи и тащиться за недовольным Эклзом на новую дислокацию.
Вся жизнь Джареда теперь строилась под диктовку Эклза. Это сводило с ума. И удручало. И лишало всякого желания иметь хоть какие-то желания. Не хотелось есть, не хотелось спать, но странным образом не хотелось и просыпаться, не хотелось никого видеть, но и не хотелось сидеть одному. Не трогали подколы Чада и язвительность Эклза. Даже пробежки и тренировки стали в тягость. Джаред чувствовал себя какой-то депрессивной девицей и становился немного бодрее только во время игры. Но и тогда ловил себя на мысли, что не забив ни одного гола за два матча, вместо досады чувствует что-то похожее на облегчение, потому что подсознательно боится повторения случившегося в Нью-Йорке.
Сталкер затаился, и это внушало опасение. Джаред не был настолько наивен, чтобы надеяться, мол, психу надоело. Все это очень походило на затишье перед бурей, которая и разразилась в день возвращения в Сиэтл.
Джаред, уставший от непрерывной гонки, даже с некоторой радостью представлял возвращение к отвратительной, но своей кровати.
Они были уже на парковке кондоминиума, когда у Эклза тренькнул айфон.
Эклз прочитал сообщение и нахмурился:
- Задержись.
Джаред затормозил у самого лифта:
- Что такое?
- Надо кое-что проверить.
- Черт, Эклз, ты задолбал. – Джаред устал. Хотелось бросить тяжелую сумку, помыться и поесть. Какого хрена нужно каждый раз осматривать пентхаус? Здесь элитный кондоминиум. Домофон. И консьерж. И сюда не пускают всяких психов. – Я иду домой.
Джаред шагнул в распахнувший двери лифт. Эклз чуть прищурился, но не стал возражать, а просто зашел следом. Поездка на тридцать третий этаж прошла в тяжелом молчании. И только когда лифт замер, Эклз невыразительно сказал:
- Я тебя предупреждал.
- Ну да, - криво усмехнулся Джаред и, поправив сумку на плече, вышел в коридор.
Дверь. Его прекрасная дверь из мореного дуба была осквернена. Испоганена. Оклеена какими-то картинками. Джаред не сразу понял, что это его фото почти в натуральную величину, в красном цвете, раскроенное на составляющие, отделенные друг от друга полосками темного дерева. И надпись внизу: «Я разделаю тебя как свинью».
Джаред все-таки успел добежать до туалета. Хотя это и не отменяло факта, что в целом он повел себя как истеричная девица. Оказалось, одной мысли о том, что ненормальный псих был на пороге «милого дома», клеил картинки на дверь, пятнал дерево краской и сумел безнаказанно скрыться, достаточно, чтобы Джареда скрутило от злости. Сжало внутренности железной хваткой и заставило избавиться от съеденного в самолете завтрака.
Когда, приведя себя в относительный порядок, Джаред вышел из ванной, в квартире уже была полиция. Но он, игнорируя офицеров, направился прямо к Эклзу, который разговаривал с Харрис.
- Как?
Эклз внимательно посмотрел ему в глаза:
- Мы пытаемся узнать это, Джаред.
- Здесь же камеры и консьерж, и замок. – Раньше Джаред не знал, что способен так злиться вне льда. Его трясло, кулаки сами собой сжимались от желания избить кого-нибудь. Неважно кого.
Эклз положил руку ему на плечо. Тяжело опустившаяся ладонь странным образом уняла дрожь.
- Судя по всему, он взломал камеры, поэтому записей нет. Консьерж клянется, что никого не пускал, кроме курьера к твоим соседям сверху. А соседи сверху божатся, что никто к ним не приходил. Видимо, это и был наш «клиент».
Хакнул. Чертов умник. Этот псих умудряется использовать технику, призванную помогать, против Джареда. Да кто же он такой?
Джаред опустился на диван и спрятал лицо в ладонях.
- С тобой хотят поговорить детективы.
О чем с ними говорить? Джаред сто раз отвечал на их вопросы. Он ничего не знал и понятия не имел, кто за ним охотится. И расследование за это время не продвинулось ни на шаг. Так не лучше ли всем этим людям свалить из его квартиры и заняться делом?
- О чем? Я ничего не знаю. Я был с тобой. Они же не считают, что это я раскрасил свою дверь?
Эклз вздохнул. В его глазах, в выражении лица не было ни грамма жалости или сочувствия, но Джаред странным образом понимал, что телохранитель, пожалуй, единственный здесь, кому не наплевать. Для кого все это не просто рутина.
- Такова процедура.
И Джаред согласился.

Изображение


Полиция вымелась из квартиры поздно ночью. Утром Джаред проснулся совсем разбитым, с неохотой сходил на короткую пробежку и забился обратно в свою каморку. Видимо, выглядел он совсем жалко, потому что ближе к вечеру в его отвратительную спальню без стука зашел Эклз и, смерив лежавшего с планшетом на кровати Падалеки внимательным взглядом, сказал:
- Твои товарищи по команде сегодня идут в «Будь паинькой» отмечать возвращение домой, ты можешь сходить с ними.
Джаред медленно перевел взгляд от экрана планшета на лицо Эклза, лениво размышляя, стоит ли указать тому на необходимость стучаться. Нет, не стоит. Лень.
- С чего вдруг такие милости?
Эклз закрыл за собой дверь и без спроса уселся на кровать. Джаред подумал, сколько сил понадобится, чтобы выставить зарвавшегося телохранителя из спальни, решил, что так напрягаться ему, опять же, лень, и промолчал.
- Не ты ли не так давно ныл, что хочешь общения? «Будь паинькой» - подходящее с точки зрения безопасности место, чтобы это общение получить.
Клуб «Будь паинькой» в самом деле отличался мощнейшей системой безопасности и строжайшим фейс-контролем. Никаких оргий, наркотиков, пьяного угара и секса в сортире. А взамен концерты малоизвестных групп, стильно сдержанная обстановка и отсутствие всякого почтения со стороны охраны к нарушителям порядка, каким бы высоким ни было социальное положение этих самых нарушителей.
При таких условиях клуб должен был бы быстро загнуться от недостатка посетителей. Но к удивлению и недовольству владельцев традиционных развлекательных заведений, «Будь паинькой» вместо этого превратился в одно из самых модных мест Сиэтла. Здесь собирались звезды и первые лица города, чтобы «отдохнуть интеллектуально». Хотя единственным «интеллектуальным» в клубе был его владелец, сумевший раскрутить такое заведение.
Джареда туда притащил однажды любящий все новое Чад. И Падалеки раз и навсегда решил, что еще слишком молод и полон радости жизни, чтобы сидеть весь вечер за столом, слушать меланхоличные баллады про прекрасные глаза или не менее меланхолично играть в билльярд. А не танцевать, знакомиться с красивыми девушками и ржать, глядя на выходки пьяного Чада. В «Будь паинькой», конечно, девушки тоже были, но такие же скучные и меланхоличные, как и сам клуб: сидели себе интеллектуально за столиками и не вызвали у Джареда никакого интереса.
Да и вообще, вставать, принимать душ, одеваться и куда-то идти было лень. Так Джаред и заявил Эклзу в полной уверенности, что тот только порадуется. Но, к удивлению Падалеки, телохранитель вытащил у него из рук планшет и, наклонившись, почти в самое лицо прошипел:
- Я не предлагаю дважды. Да и сейчас я не предлагаю. Я сообщаю, что сегодня у тебя есть возможность сходить со своими товарищами по команде в бар. Неизвестно, когда такая возможность появится снова, поэтому в твоих интересах вытащить свою задницу из квартиры и немного проветриться, пока не завонял окончательно.
- Эй, - возмутился Джаред, - я не воняю.
Эклз отодвинулся и тяжело вздохнул:
- Ты только это уловил из сказанного? Согласен, не воняешь… пока.
- И потом, мы в Сиэтле на две недели, что мешает мне сходить в этот клуб, например, завтра? – Джареду очень не хотелось куда-то вытаскивать свою задницу.
- Один пойдешь? – По лицу Эклза было видно, что он разрывается между желанием схватить Джареда за шкирку и утащить в клуб или демонстративно удалиться из комнаты, оставив подопечного скучать в одиночестве. И это странным образом веселило. – Насколько я знаю, твои товарищи не расположены ходить каждый вечер в один и тот же клуб даже ради твоей компании.
Что верно, то верно. Джаред удивился, почему парни вообще решили сходить именно в «Будь паинькой». Конечно, может, женатиков типа Розенбаума или Дартча такие места привлекали, но остальные, как и Джаред, любили более активный, во всех смыслах, отдых.
С другой стороны, теперешнее настроение Падалеки очень соответствовало общему духу «Будь паинькой», так что почему бы и не пойти.
- Ладно, уговорил, - милостиво согласился Джаред, с удивлением заметил потеплевший от удовлетворения взгляд Эклза и снова ощутил это странное чувство.
Как будто Эклзу не все равно.

Изображение


То ли у Джареда было действительно подходящее настроение, то ли он так соскучился по трепу с парнями, но в этот раз «Будь паинькой» не показался настолько унылым, как раньше. Скорее… уютным?
Парни уже сидели за большим столом. Здесь действительно собрался почти весь основной состав под предводительством Розенбаума.
- О, а вот и Падалеки со своей нянькой.
Джаред напрягся: Мюррей в самом деле иногда не знал меры.
- Чад… - укоризненно начал Роззи, но его перебил чуть насмешливый голос Эклза:
- Мюррей, все уже поняли, что у тебя с фантазией не очень, можешь перестать повторять эту шутку и заняться придумыванием новой.
Парни дружно заржали, Мюррей сначала нахмурился, переваривая услышанное, но потом с улыбкой развел руками. Мол, ладно, приятель, так и быть, ты меня уделал. Чего-чего, а легкости характера Чаду было не занимать.
Джаред смотрел, как Эклз обменивается рукопожатиями с парнями, и думал, что телохранитель до странного легко вписался в окружающую обстановку. Возможно, в этом была его работа - уметь подстраиваться под любую ситуацию. Только непонятно, почему он не подстроился под Падалеки? Или наоборот, подстроился, отвечая грубостью на грубость? А сейчас вместе с костюмом снял свою профессиональную холодность и сидел здесь в джинсах и футболке среди расслабленно пьющих пиво парней, ничем не отличаясь от них. Пил сок, оговорившись, что на работе, легко парировал подколы, поддерживал беседу на любую тему, а когда Роззи попросил рассказать интересный случай из практики, выдал странно нереальную, но смешную историю про то, как охранял одного попавшегося на измене мужа от ревнивой жены-мексиканки. Парни расплескивали пиво, валились друг на друга и стонали от смеха, слушая, как именно обладавшая большой фантазией обманутая мексиканка пыталась расправиться с неверным супругом.
- Почему он не заявил в полицию? - спросил рассудительный Роззи, когда затихли последние смешки и суровые хоккеисты начали дружно утирать слезы.
- Думаю, потому что любил ее.
- Любил и изменил? – Хемсворт опасливо покосился в сторону Дартча, который так и не забыл выходку своей невесты, которая, правда, уже стала его женой.
- По глупости, - Эклз пожал плечами.
- И чем все закончилось? – Джареду правда было интересно, добилась ли упорная мексиканка своего.
- Она бросилась на мужа с тесаком, хотела кастрировать, но я помешал, поэтому мужу мегера отрубила мизинец. - Над столом пронесся потрясенный вздох. И точно не из-за отрубленного пальца. - Мизинец в итоге пришили, а у парочки, насколько я знаю, уже три дочки. – И Эклз улыбнулся.
Нет, он действительно улыбнулся: приподнял оба уголка рта, раздвинул губы, показывая ровную линию зубов, и чуть прищурил глаза, от уголков которых побежали веселыми лучиками морщинки. И все это составило такую удивительную картину, что Джаред улыбнулся в ответ, чувствуя, как внутренности, напрочь замерзшие в Ванкувере, наконец-то согреваются.
Вечер плавно переходил в завершающую фазу. Первым компанию покинул Розенбаум, за ним начали уходить другие женатые хоккеисты. Неженатые потихоньку расползались по залу, заговаривая с девушками.
- Дженсен...
Было так естественно назвать этого парня с теплой улыбкой Дженсеном, а не Эклзом, как будто это два разных человека, и холодный Эклз остался где-то в квартире Джареда, возможно, так и сидит в своей спальне и что-то бурчит себе под нос.
- Что? – отозвался тот.
Джаред наклонился поближе и, удостоверившись, что оставшиеся за столом Мюррей с Хемсвортом заняты своим разговором, спросил:
- А можно мне познакомиться с девушкой?
Эклз подавился соком, откашлялся и посмотрел на Джареда так, что разрушил все мечты о оставшемся где-то далеко холодном Эклзе. Куда там. Вот сидит. Просто замаскировался на время.
- Ты сильно-то не наглей.
- Нет, ну а что? – Джаред состроил жалобное выражение лица. – Я молодой, здоровый мужчина и до недавнего времени вел активную сексуальную жизнь. А сейчас из-за тебя у меня уже… - Джаред прикинул в уме, - месяц не было секса. Должен же я сбрасывать напряжение.
- Падалеки, - Дженсен развернулся к Джареду всем корпусом, положив локоть на стол, и понизил голос. – Во-первых, мы знакомы всего две недели, а секс у тебя был месяц назад, где тут активность - я не вижу. А во-вторых, такой молодой и здоровый мужчина должен знать, как можно сбрасывать напряжение, если рядом нет женщины.
- Эклз, - Джаред тоже развернулся, копируя позу Дженсена. - Во-первых, если бы я сбрасывал напряжение только так, как ты мне советуешь, я бы уже натер себе мозоли, а мне нельзя – клюшку держать неудобно. – Джаред, конечно, умолчал, что от этой самой клюшки у него были такие мозоли, которых не натрешь даже если дрочить двадцать четыре часа в сутки. – А во-вторых, так хочется почувствовать рядом тепло другого человека, - и снова состроил жалобное лицо.
Дженсен с укоризной покачал головой, но то ли сегодня был в хорошем настроении, то ли наступило Рождество, а Джареду об этом не сказали, только вместо того чтобы рассердиться, он уступил:
- Ладно, но только если я одобрю кандидатуру.
- Боже, и как я докатился до жизни такой. - Джаред расстроено покачал головой, заметил, как Эклз сдвинул брови, и тут же поправился: - Молчу-молчу.
Сделал глоток «Гиннеса» и осмотрел зал. Потом еще раз. Потом еще. Никто не привлекал внимания. Может, клуб сегодня и выглядел не таким унылым, но вот девицы в нем все так же не вызывали никаких эмоций. Блондинки, брюнетки, афроамериканки… хотелось чего-то более… рыжего? Твою-то мать. Джаред разозлился и ткнул пальцем в сторону одинокой брюнетки с длинными загорелыми ногами, которые она во всей красе демонстрировала, сидя у стойки на барном стуле.
- Вот эта.
Эклз проследил за взглядом Джареда.
- Нет. Она пришла сюда на охоту, а не развлечься. Такая даст тебе рваный презерватив, и потом всю жизнь будешь обеспечивать своего ребенка, а заодно и его мамашу. И нехило так обеспечивать.
Джаред уставился на Эклза. Шутит, что ли?
- С чего ты взял?
- Посмотри, как она сидит: товар на витрине. Взгляд цепкий, ищущий, она наверняка уже давно прикинула, кто и сколько тут стоит, и теперь выбирает наиболее подходящую жертву.
Ладно, кроме ног в этой брюнетке особо ничего и не было, можно выбрать другую. Джаред снова порыскал взглядом по залу и остановился на миниатюрной блондинке, сидевшей с подругами через пару столиков от них.
- А вот та?
Дженсен повернул голову.
- Она запала на Мюррея, так что если и переспит с тобой, то только чтобы добраться до него.
- На Мюррея? – Джаред взглянул на Чада, продолжавшего болтать с Крисом и не подозревавшего, что на него кто-то запал.
- Ага. Говорит слишком громко, смеется слишком весело, постоянно пялится в его сторону и пытается поймать его взгляд.
Джаред поднес бутылку к губам.
- А почему она к нему не подходит?
- Набирается смелости, еще пара коктейлей и подойдет.
- Черт, - Джаред поставил бутылку, так и не сделав глоток, растеряно усмехнулся и посмотрел в лицо Эклза: – Как ты это делаешь?
Тот пожал плечами.
- Язык тела, стиль поведения. Я изучал в университете психологию, хотел стать полицейским психологом.
- Серьезно? И почему не стал?
Еще одно пожатие плечами.
- Решил, что практика лучше теории, и ушел в армию.
Глупость какая. Зачем идти в армию, если хочешь стать психологом?
- И что сказали твои родители?
Эклз отвернулся и уставился в свой стакан.
- Ничего.
Джаред был немного пьян, а в этом состоянии, если его что-то цепляло, он не останавливался, пока не удовлетворял свое любопытство. Вот и сейчас узнать, что сказали родители Дженсена о таком неразумном поступке, казалось очень важно.
- Совсем ничего?
Эклз устало посмотрел Падалеки в глаза.
- Джаред, я полагаю, что-то они сказали, и вообще, думаю, они что-то говорят ежедневно, как все нормальные люди. Но что конкретно - меня не интересовало тогда и не интересует сейчас. Слушай, ты, кажется, хотел выбрать девушку, вот и займись делом.
От такой резкой смены темы Джаред нахмурился, но было интересно наблюдать за Эклзом, разгадывавшим людей, потому он снова обвел взглядом зал и указал на девушку, сидевшую напротив с подругой.
- Ну, вот эта, мне кажется, хороший вариант.
Взглянув, Дженсен покачал головой.
- Только не она. Этот твой хороший вариант замужем, поссорилась с мужем и пришла, чтобы отомстить. Потом она раскается, все ему расскажет, и у тебя будут большие проблемы.
- Черт, - Джаред от полноты чувств стукнул ладонью по столу. – Ты не можешь этого знать.
- Посмотри, как она напряжена, подруга пытается ее развеселить, но дамочка явно думает о чем-то своем. Потирает палец, где должно бы быть кольцо, но его там нет. Значит, сняла. Но пошла не в какое-нибудь отвязное место, где ей вставили бы прямо в сортире, а сюда, где все очень пристойно. Значит, на самом деле она ничего такого не хочет и потом обязательно будет раскаиваться.
- Чувак, - Джаред глотнул «Гиннеса», - ты крут. Зачем мне все эти девицы, которые хотят чего и кого угодно, только не меня? Давай ты будешь меня развлекать и рассказывать о скрытых мотивах окружающих?
- Э, нет, - Эклз засмеялся. – Лучше все-таки выбери девушку, обещаю больше не разбивать твоих наивных представлений о чистой любви.
Джаред снова посмотрел в зал. Нет, ни одна из сидевших здесь не казалась подходящим вариантом для сегодняшней ночи. Всем им чего-то не доставало, хотя Падалеки и сам не мог сказать чего, и в данный момент компания Эклза выглядела намного более привлекательной. Джаред отставил пустую бутылку.
- Думаю, нам пора домой, - и начал подниматься.
- Эй, подожди, – Дженсен удержал его за руку, вынуждая сесть обратно. – Я ведь серьезно, если тебе надо, выбери девушку, я не буду возражать. Ну, разве что попрошу Данниль обыскать ее.
Джаред посмотрел на длинные пальцы на своем запястье. Вроде обычное прикосновение, вот только почему казалось, что к коже в этом месте приложили оголенный провод под напряжением? Или Джаред перестарался с пивом? Дженсен проследил за взглядом Падалеки и убрал руку. Ощущение бьющего тока сразу пропало. Похоже, пиво тут ни при чем.
- Нет, не сегодня. - Джаред снова встал. – Крис, Чад, - пожал парням руки и увидел, как к их столу нерешительно направляется блондиночка. Похоже, Эклз оказался прав, и Чад сегодня уйдет из клуба не один.
Дженсен тоже попрощался с Мюррем и Хемсвортом, глазами указал на блондинку, потом на парней, заметивших девушку и ждавших, к кому она подойдет, и подмигнул. Джаред рассмеялся: было приятно делить на двоих этот маленький секрет, который, когда блондинка протянула руку Чаду, и секретом-то быть перестал. И выходя из бара, Джаред вдруг подумал, что, может, все не так уж и плохо, как ему казалось всего пару часов назад.


Изображение


- Эта девочка просто пожар, всю ночь с меня не слезала. - Джаред вышел из душа, слушая поток Чадовых эмоций. - Я ей говорю, детка, давай передохнем, а она в рот взяла, мол, утром передохнешь.
Изображение
Мюррей вытирал голову полотенцем, поэтому голос его звучал приглушенно, но достаточно громко, чтобы вся команда знала: у Чада ночью был крышесносный секс с горячей штучкой из «Будь паинькой».
Джаред бросил мокрое полотенце на лавку и натянул боксеры.
- Странно, что она выбрала тебя. Будь я девчонкой, предпочел бы Хемсворта, – негромко усмехнулся он.
- Эй, Крис! – окликнул Мюррей выходившего из душа Хемсворта. - Ты слышал, Падалеки на тебя запал!
Крис заржал и послал Джареду воздушный поцелуй.
- Э, нет, - запротестовал Падалеки, застегивая джинсы. – Я сказал, что будь я девчонкой, предпочел бы Хемсворта, а не «я предпочел бы Хемсворта». Разницу чуешь?
- Ну, каждому свое, - пожал плечами Мюррей, все еще стоявший в чем мать родила.
Крис подошел к парням.
- Ладно тебе, Чад. У Джареда есть подружка. Вчера весь вечер не расставались, ушли вместе, сегодня ждет за дверью.
Ну да, ни одна тренировка не могла обойтись без шуток на тему Падалеки и его телохранителя.
- Точно, - оживился Чад, наконец-то натянув боксеры. – Как я мог забыть про твою Дженни.
Дженни? Серьезно? Джаред посмотрел бы, что станет с тем, кто назовет так Эклза в глаза. Или тот слишком профессионал, чтобы отвечать на тупые подколы?
Джаред натянул толстовку, застегнул сумку и строго посмотрел на никак не унимавшуюся парочку:
- Не смешно, придурки.
- Брось, Падалеки! - Крис хлопнул его по плечу. – Мы же просто развлекаемся, а то за последнее время ничего интересного не произошло. Ну, кроме тебя с Эклзом. – Хемсворт принялся одеваться.
- И вообще, Джара, передай своему Эклзу от меня спасибо за вечер.
Джаред уставился на Чада, но тот, казалось, не прикалывался.
- Спасибо?
- Да, если бы он не подал Роззи идею, у меня не было бы такой охренительной ночи.
- Значит, вчерашний вечер – это идея Эклза? – уточнил Джаред.
- Угу, - промычал Чад, завязывая шнурки.
Странно. Джаред попрощался с парнями и вышел из раздевалки, рядом с которой уже привычно ждал Эклз. Как обычно отстраненный, будто и в самом деле надевал свою холодность вместе с костюмом.
Джаред шел к машине и думал, зачем же его телохранителю понадобилось устраивать своему подопечному выход в свет. По всем законам логики выходило, что телохранителю было выгодней, чтобы подопечный безвылазно сидел в квартире. А вместо этого Эклз приложил усилия, чтобы вывести Джареда пусть в хорошо охраняемое, но все-таки общественное место. И даже на полном серьезе предлагал почти самостоятельно выбрать девушку на ночь.
Можно было бы поинтересоваться, что это за аттракцион неслыханной щедрости, но Эклз выглядел странно напряженным.
Джаред устроился на пассажирском сиденье и посмотрел на профиль Эклза. Напряженным? Да нет. С чего это в голову такие мысли приходят? Хмурый, но это его привычное состояние. И все-таки, несмотря на отсутствие внешних признаков, Эклз прямо-таки излучал напряжение и даже беспокойство.
Джаред снова посмотрел на него: взгляд устремлен на дорогу, сильные пальцы спокойно лежат на руле. Язык тела говорил, что Эклз спокоен. Чутье Джареда вопило, что это не так. Разрываясь между здравым смыслом и нашептыванием «спинного мозга», Падалеки начал и сам чувствовать неприятное возбуждение, которое не давало сидеть на месте, путало мысли и заставляло ощущать противный холодок на кончиках пальцев. Как в детстве, когда что-то натворил и, хотя никто еще ничего не узнал, чувствуешь, что расплата неумолима и близка.
К тому моменту, как они зашли в квартиру, Джаред был уже на взводе. И на тронувшую его плечо ладонь среагировал слишком нервно.
- Что? – Он резко развернулся, сбрасывая руку Эклза.
- Джаред, мне надо кое-что тебе сказать. - Черт, разве не этими словами начинаются все плохие новости? – Твоя сестра попала в автокатастрофу. - Воздух вдруг застрял где-то у Джареда в горле. – С ней ничего страшного, - быстро добавил Эклз.
Джаред смог протолкнуть душный ком в легкие и прохрипел:
- Как ты узнал? – Из всех возможных вопросов этот был самым не важным, но почему-то на ум пришел именно он.
- Я попросил знакомого детектива из Техаса приглядывать за твоей семьей, насколько это возможно. - Эклз пристально всматривался в лицо Падалеки и немного хмурился, будто ему не нравилось то, что он видел.
Но Джареду сейчас было наплевать. Он пропустил мимо ушей объяснения, потому что остальные более важные вопросы наконец всплыли в мозгу и их надо было поскорее выпалить, пока неизвестность не прожгла в башке дырку.
- Что с ней? Как это произошло? Почему мне никто не позвонил? Это сталкер? – Джаред осекся, не слушая, что говорит Эклз. Точно, сталкер. То, чего Падалеки так боялся, произошло. Этот больной ублюдок добрался до его семьи. – Я лечу в Техас.
Он быстро проверил карманы: документы, кредитки, телефон. Остальное можно купить на месте. И повернулся к двери. На пути стоял Эклз.
- Джаред, нет.
- Отойди.
Эклз не пошевелился.
- Ты никуда не поедешь.
- Ты же не можешь мне запретить, а можешь только порекомендовать, - процедил сквозь зубы Джаред, наступая на телохранителя. – Ты порекомендовал, я услышал. Мы мирно разошлись.
Эклз стоял скалой.
- Джаред, с твоей сестрой ничего страшного. Легкое сотрясение и пара синяков. Потому тебе и не позвонили, повода нет. Обычная авария. И сталкер тут ни при чем.
Будь Джаред в более адекватном состоянии, он бы уловил смысл сказанного. Но с памятного вечера в Нью-Йорке нервы постоянно были натянуты до предела, и назвать Падалеки адекватным было нельзя никак. В ход пошла мышечная сила: он попытался отодвинуть стоявшего на дороге Эклза. Но тот перехватил руку и недобро сощурился.
- В чем проблема, Падалеки? – И сделал шаг вперед, став почти вплотную. И это окончательно взорвало Джареда.
- Ты! Ты – моя самая большая проблема. Просто охуенная, - заорал он, отталкивая телохранителя и пытаясь пройти к двери.
Эклз схватил его за плечи и вдавил в стену.
Джаред умел драться. Да и парнем был немаленьким. Но все его попытки вырваться из хватки окончились ничем. Эклз стоял каменной стеной: нерушимой и непоколебимой. Пришлось пойти на хитрость. Джаред замер, прекращая борьбу.
- Успокоился?
Падалеки зло зыркнул, и Эклз убрал руки. Для удара много времени не требовалось, Джаред и так сжимал кулаки до побелевших костяшек с той самой минуты, как все началось. Осталось только замахнуться и врезать по этой смазливой роже, и окончательно свернуть переломанный когда-то нос.
Реакция у Эклза оказалась отменной: он в последний момент успел дернуть головой, уклоняясь от летевшего в лицо кулака, и задело лишь скулу. Зашипев, больше от раздражения, что не удалось закончить начатое, чем от боли, разлившейся по руке, Джаред приготовился к ответу. Но Эклз не спешил бросаться в драку. Потер красное пятно на щеке, уставился на Джареда нечитаемым взглядом:
- Дерешься, как баба, Падалеки, - и поцеловал.
В этом поцелуе не было даже намека на соблазнение. Просто еще один вид драки, способ доказать, кто круче. Когда губы, зубы и язык служат не для того, чтобы дарить наслаждение, а для того, чтобы подчинять и наказывать. Когда нет ни единой крупицы страсти, а только чистая злость. Джаред бился, как зверь, попавший в капкан, но не мог вырваться, пришпиленный к стене сильными руками, твердым телом и жестоким ртом.
Эклз отпустил, когда сам счел нужным. Брезгливо вытер ладонью распухшие губы, выплюнул:
- И целуешься тоже как баба, - и повернулся, чтобы уйти.
Ну уж нет. Это Эклз здесь баба. Что прямо сейчас Джаред и собирался продемонстрировать.
Он схватил телохранителя за плечо, дернул на себя, сделал подсечку, роняя на пол, и со всего маху упал сверху, желая ошеломить и причинить боль. И теперь уже сам поцеловал Эклза, ловя его болезненно-рваный выдох.
Это было охренительно. Лучше самого классного секса. Круче самой жестокой драки. Целовать, сжимать, втираться всем телом и не заботиться о том, что причиняешь боль. Не думать о синяках на нежной коже. Не концентрироваться на чужом удовольствии. И в то же время знать, что кайф взаимный. Чувствовать это по изменившемуся дыханию, по ответным жестким поцелуям, по твердому члену, прижатому твоим телом.
От Эклза Джаред оторвался лишь на секунду, чтобы глотнуть воздуха, но мир мгновенно перевернулся, и вот уже Падалеки лежит на спине, придавленный тяжелым телом, а губы Дженсена зависли в миллиметре от его собственных. Джаред думал, что поцелуй возобновится. Ждал этого. Надеялся, черт побери. Но Эклз быстрым движением скользнул вниз и расстегнул ширинку джинсов Джареда.
В голове у которого успела промелькнуть мысль, что этот мудак в своей ярости и покалечить может, но ее тут же смыло волной запредельного желания, когда губы Эклза коснулись напряженного члена.
Ни одна девчонка не сосала так, как это делал хладнокровный телохранитель Джареда. Он не притворялся, что ему приятно, и не заглатывал член с таким видом, будто делает одолжение. Эклз сосал жадно и сильно, будто мечтал об этом, будто всю жизнь ждал момента, когда сможет заткнуть свою глотку членом Падалеки. Будь у Джареда силы, он бы обязательно поднял голову и посмотрел, так ли пошло и красиво, как он себе представлял, это выглядит. А еще лучше, будь у него силы, то положил бы руки на коротко стриженный русый затылок и выебал бы рот Эклза так, как самому хотелось. Безо всяких изысков. Просто, грубо, глубоко.
Но ирония заключалась в том, что сил у Джареда не осталось совсем. Даже на то, чтобы пошевелиться. Как будто все силы вместе с кровью утекли куда-то в пах. В член. И Джаред распластался, растекся по полу, размазанный по твердой поверхности, придавленный наслаждением точно так же, как несколько минут назад был придавлен к стене сильными руками Эклза.
А тот издевался. От такого минета Джаред мог бы кончить за несколько секунд. Но Дженсен не позволял, останавливался, когда уже на грани, когда уже вот-вот... Когда яйца звенят, а в голове от нарушения мозгового кровообращения благословенная пустота. И Эклз, угадывая этот момент, каждый раз отвлекался, сильнее необходимого сжимал член, цеплял зубами головку или прикусывал кожу на бедре, отодвигая разрядку.
И Джаред в итоге сдался. Устал метаться от «о-да-я-сейчас-кончу» к «твою-то-мать-какого-хрена». И просто растворился в мгновении, не задумываясь, что и почему.
Поэтому, наверное, и не заметил, как Эклз стащил с него джинсы вместе с трусами и обувью и сунул ему в задницу палец.
Позже, когда к Джареду вернулся загулявший где-то рассудок, во все произошедшее было сложно поверить. Но суровая правда жизни заключалась в том, что некоторое беспокойство шевельнулось в размягченных возбуждением мозгах Падалеки, только когда к первому пальцу добавился второй. Джаред слабо вильнул задницей, пытаясь избавиться от легкого дискомфорта, но тут пальцы внутри повернулись и легко погладили. И по всему телу прокатилась горячая дрожь. Джаред уперся затылком в пол, подаваясь на эти пальцы, и снова ощутил легкое поглаживание. И снова его тряхануло удовольствием. И все. Джареда Падалеки не стало. Остались только «да» и «еще», и яростное желание получить как можно больше.
Когда горячий рот на члене и ласковые пальцы внутри вдруг пропали, Джареду понадобилось какое-то время, чтобы собрать воедино свое разметанное на молекулы наслаждением тело. А когда он все-таки сумел сделать это и уловил странно знакомое шуршание, Эклз уже подхватил его под колени и воткнулся меж ягодиц членом.
Все пропало. Все возбуждение ушло, кровь рывком хлынула в голову, и Джаред вдруг осознал, что лежит на полу в собственной прихожей без штанов и с похабно задранными ногами, а в задницу ему упорно ввинчивается член Дженсена Эклза, который, на секундочку, гей и, предположительно, боттом. Эклз, в смысле, а не его член.
Джаред не знал, что дòлжно делать в таких ситуациях. Завопить, как девственница, осознавшая, что сейчас ее лишат самого дорогого? Отпихнуть Эклза и набить ему морду? Почему-то оба варианта казались не очень удачными. Ведь Джареда никто ни к чему не принуждал, и если он в своем наслаждении не заметил, куда все идет, - его проблемы.
- Джаред. - Эклз обхватил его член теплой ладонью. Голос у Дженсена хрипел больше обычного, и почему-то это возбуждало даже сильнее, чем умелая дрочка. – Джаред, посмотри на меня.
Джаред бездумно подчинился, только сейчас осознав, что все это время пялился в потолок. Странно, но Эклз, засунувший свой член в жопу Падалеки, совсем не выглядел довольным. Скорее, напряженным и настороженным, будто тоже ждал, что Джаред или завопит, или отпихнет и кинется с кулаками. По виску Дженсена медленно скользила капля пота. И Джаред завис на ней, потому что посмотреть Эклзу в глаза сейчас было выше его сил.
- Расслабься, - сказал Дженсен. – И доверься мне. Я сделаю тебе хорошо.
Ну да. Если вас насилуют, расслабьтесь и получайте удовольствие. Джаред прикусил кончик языка вместе с готовым вырваться смешком. Совет-то прямо в тему. Боль постепенно утихала, сменяясь возбуждением. И Джареду в самом деле не оставалось ничего иного, кроме как расслабиться и постараться заполучить свое удовольствие. В конце концов, он доверил Эклзу жизнь, почему бы не доверить и оргазм.
Дженсен, почувствовав, что Падалеки отпускает напряжение, двинулся. И еще. И еще. Джареду казалось, что в него суют не член, а Спейс Нидл, и что это не кончится никогда. А потом по ягодицам мягко шлепнули яйца Дженсена, который позвал:
- Джаред, расслабься.
Джаред не мог расслабиться еще больше. Он уже хотел посоветовать Эклзу поменяться местами и попробовать самому расслабиться, но промолчал, вспомнив, что тот-то, судя по всему, в этом как раз преуспел. Поэтому Джаред закрыл глаза и сосредоточился, расслабляя поочередно каждую мышцу, как делал, чтобы заснуть поскорее. Вот только на ту самую мышцу, которая больше всего нуждалась в расслаблении, это никак не подействовало.
А Эклзу, видимо, надоело миндальничать. Потому что он двинулся назад, а затем вперед и снова назад, задавая резкий ритм. Это не было неприятно. Мерные толчки, распирающая наполненность и движения кулака на члене создавали нужный эффект. Но Джаред с тоской думал, что не сможет кончить. Просто потому, что не сможет перестать думать о том, что хочет кончить.
А потом Эклз вдруг вздернул его задницу, так что поясница оторвалась от пола, сменил положение, и Джаред с резким криком раскрылся. Потому что член в простату – это в тысячу, в миллион раз круче, чем поглаживание пальцами. И вышибает все мысли на раз. И в голове снова пусто. И нет даже гула крови в ушах, потому что вся кровь в члене. И продержаться хоть сколько-нибудь, хоть чуть-чуть, - невозможно. Потому что когда раздирает наслаждением изнутри и снаружи, нельзя отвлечься или сконцентрироваться, можно только забиться в яростных волнах оргазма и с хриплым криком утонуть в удовольствии.
Краем уплывавшего сознания Джаред заметил, как Эклз вышел из него, стянул с члена резинку и быстрыми движениями кулака довел себя до разрядки, заляпав спермой бедра Джареда. В мозгу отпечаталась закушенная губа, запрокинутая голова и выпуклая вена на напряженной шее.
Джаред обессилено закрыл глаза, отказываясь думать, чувствовать и вообще быть здесь. Позволяя себе еще немного поболтаться невесомой щепкой в теплом море наслаждения.
- Падалеки, хватит изображать из себя жертву изнасилования.
Джаред разлепил глаза и посмотрел на возвышавшегося над ним Эклза. Полностью одет и застегнут на все пуговицы, будто ничего и не было. Разве что волосы немного растрепаны, да на скуле наливается фиолетовым синяк.
- Я могу подать на тебя в суд за сексуальный харрасмент, - сообщил Джаред и с приглушенным оханьем поднялся. Казалось, в заднице хорошенько поработали шлифовальной машинкой.
- Ну да. - Эклз облокотился о стену, скрестив на груди руки, и осматривал Джареда пристальным, но опять-таки нечитаемым взглядом. – Ты первый начал, так что это была самозащита.
Подняв с пола джинсы и трусы, Джаред посмотрел на Эклза:
- Что значит – я первый? Это ты меня первый поцеловал.
- Это был не поцелуй, Джаред, - усмехнулся Эклз, и взгляд его потемнел. – Вот это поцелуй.
Дженсен сгреб в кулак толстовку Джареда, дернул на себя и накрыл ртом его губы.
О, да. То и в самом деле был не поцелуй. Ничего похожего на мягкое и вместе с тем до предела жаркое прикосновение сейчас. Когда пальцы в волосах не удерживают, а ласкают. Когда близость другого тела ощущается не угрозой, а благословением. Когда можно почувствовать, что губы у Дженсена теплые и немного обветренные. Когда можно услышать тихое «ш-ш-ш», с которым рыжая щетина трется о щетину Джареда. И вспомнить, что ты целуешься с мужиком, а не с девчонкой.
И сойти от этого с ума.
Потому что будь Джаред в здравом уме, он бы оттолкнул Эклза и использовал всю эту ситуацию, чтобы освободиться от опеки. Вместо того он обнял его за талию, прижимая к себе, и приоткрыл рот, подчиняясь настойчивым движениям языка.
Дженсен целовал вдумчиво и неторопливо. Обстоятельно. Легким нажатием ладони наклонял голову то вправо, то влево, чтобы не оставить без внимания ни один уголок рта. Казалось, Дженсен пробует его на вкус, смакует, наслаждается. И это странным образом кружило голову. Слишком рано. Джаред еще не был готов возбудиться повторно. Но маленькие вихри желания создавали внизу живота забавный водоворот, который заставлял улыбаться прямо Эклзу в губы.
- Вот это поцелуй. - Дженсен отстранился. К фиолетовому синяку под глазом прибавились два красных пятна на скулах и яркие, влажные после поцелуя губы. Почти радуга. – Иди в душ. – Он подтолкнул Джареда в сторону ванной.
И тот послушно поплелся мыться.


Последний раз редактировалось taniyska 05 дек 2014, 22:56, всего редактировалось 1 раз.

04 дек 2014, 11:30
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Изображение


Из душа Джаред вышел в растерянности. Когда эйфория от мощного оргазма исчезла в стоке вместе с мыльной водой, ее место заняли вопросы. И на большинство из них ответа у Джареда не нашлось.
Натянув тренировочные штаны и футболку, он позвонил маме. Все оказалось в точности, как говорил Эклз. В машину Мэган въехал парень с соседней улицы, который так спешил на работу, что забыл пропустить тех, кто ехал по главной. Этого парня Джаред знал, одну школу заканчивали, только парень на пару лет раньше. И подозревать, что ко всему произошедшему каким-то образом приложил руку сталкер, было по меньшей мере глупо.
Насчет состояния Мэган Эклз тоже не соврал: легкое сотрясение и пара синяков. И Джареду в самом деле не стали звонить, посчитав это происшествие несущественным. Проклятье. Джаред бы решил, что Эклз диктовал его маме, что говорить. Если бы маме в принципе можно было хоть что-то диктовать.
Побеседовав для полного успокоения с сестрой, Джаред закончил разговор просьбой сообщать ему обо всем, пусть это будет даже просто разбитая чашка, и отправился искать Эклза. Тот сидел в кухне у барной стойки и прижимал к фингалу пачку замороженного гороха. Хороший выбор. Холод и массаж одновременно. Джаред и сам так делал после тяжелых матчей.
- Черт. - При виде посиневшей скулы чувство вины за истерику плотным комом поднялось к горлу. – Больно?
- Неприятно, - ответил Эклз, помолчал немного и пояснил: – Неприятно будет объяснять, как я умудрился схлопотать по морде от своего клиента.
То, что у Дженсена есть чувство юмора, Джаред обнаружил еще в «Будь паинькой», но было приятно узнать, что чувство это может проявляться не только перед толпой слушателей, но и наедине с ним.
- Я звонил домой. - Джаред подошел и сел по другую сторону стойки. – Кажется, мне стоит извиниться за свое поведение.
Эклз молча кивнул, мол, извинения приняты.
Джаред не мог толком разглядеть выражение его лица из-за дурацкого пакета с горохом. Не то чтобы это как-то помогло - если бы разглядел. Но, может, все-таки удалось бы понять, что думает обо всем произошедшем Эклз и какой линии поведения придерживаться дальше. Потому что сейчас Джаред чувствовал себя как много лет назад в Канаде, когда дядя впервые поставил его на коньки посреди замерзшего озера: страшно сделать шаг, потому что не знаешь, упадешь или устоишь на ногах, но и не шагнуть нельзя, если не хочешь остаться на этом месте навечно.
Эклз, будто подслушав мысли, отложил пакет, и Джаред, наконец-то, посмотрел ему в лицо: спокойное, только брови чуть нахмурены, так что над левой небольшая ямочка. Он уже начал узнавать это выражение, появлявшееся, когда Эклз бывал чем-то озабочен. А сейчас, казалось, собирался что-то сказать. И Джаред почему-то был уверен, что слова ему не понравятся. Поэтому опередил, выпалив:
- Откуда ты взял кондом и смазку?
Дженсен сдвинул брови чуть сильнее, до полноценной морщинки на лбу, а потом улыбнулся. Снова по-настоящему. Как тогда в «Будь паинькой». Только, скорее, с иронией, чем с искренним весельем.
- Помнишь, я говорил: веди себя потише, когда хочешь что-то сделать втайне от соседа. Это работает и когда подслушиваешь чужие разговоры. - Теперь пришел черед Джареда озадаченно хмуриться. Эклз подождал немного, пока дойдет, не дождался и пояснил: - В ресторане Лучано, когда я разговаривал с Сэмом, ты стоял за углом и пыхтел, как французский бульдог.
- Ладно. - Джаред не видел смысла отпираться. – Ты знал, что я знал, что ты гей, но это никак не объясняет, откуда ты взял смазку и кондомы.
Эклз снова приложил полуразмороженный горох к скуле. То ли пытаясь облегчить боль, то ли скрыться от пристального внимания Джареда.
- С той самой минуты, как ты услышал этот разговор, ты мечтал меня натянуть. И я об этом знал. Ну и подготовился на всякий случай. Потому что если бы этот случай настал, от тебя ждать помощи не пришлось бы.
- С чего ты взял, что я мечтал тебя натянуть? – Разговаривать вот так с пакетом гороха было странно и где-то даже неприятно.
- Я учился на психолога, язык тела и все такое, - устало напомнил Эклз. – А что, скажешь, не мечтал?
Пухлые губы на члене, мысли об узком сухом жаре. Нет, Джаред не мог сказать, что не мечтал, но зато мог сказать, что, кажется, вот-вот созреет для второго захода.
Дженсен тихо усмехнулся. Похоже, гребаный язык тела опять выдал Падалеки с головой.
- Ладно, предположим, я мечтал тебя натянуть, а ты подготовился, но как тогда вышло, что это ты натянул меня?
Эклз отнял от лица пакет, на котором постепенно начинали появляться капли конденсата, подошел к холодильнику и засунул горох обратно в морозилку.
- Джаред, то, что случилось, было недопустимо. – Дженсен развернулся, оперся спиной о холодильник и скрестил руки на груди. Захлопнулся, закрылся и обеспечил себе надежный тыл, будто ждал нападения. А Джаред не успевал следовать за ходом его мысли, сбивался от этих ответов, которые никак не были связаны с его вопросами. – И я признаю, что это целиком и полностью моя вина.
- Ты извиняешься за то, что трахнул меня, или за то, что не дал трахнуть себя? – уточнил Джаред и уже ожидаемо не получил ответа на свой вопрос. Будто Эклз задался целью высказаться, и его не интересовало, что думают об этом слушатели.
- Тебе нужно было выплеснуть агрессию, и я посчитал, что секс лучше драки. Вероятно, потому что сам мыслил не очень ясно. Подставиться тебе в такой ситуации было бы чревато.
Ну, наконец-то, добрались до ответа хоть на один вопрос. Это внушало оптимизм. А вот слова о том, что Эклз использовал секс просто чтобы дать Джареду сбросить агрессию, как-то не радовали. Теперь Падалеки чувствовал себя… использованным? А нелепей всего было то, что использовали его для его же собственного блага.
- Я не совсем понимаю, что ты пытаешься сказать? – медленно начал Джаред, чувствуя, как злость снова принимается бурлить где-то в горле. И раздумывая, будет ли Эклз снова использовать секс, чтобы дать ему выплеснуть агрессию. – Что ты не хотел меня, но трахнул, потому что пришлось? Что ты не хотел меня трахать, а хотел подставиться, но побоялся, что я порву твою драгоценную задницу? Что?
Его голос становился все громче с каждым словом. И последнее «что» прозвучало почти выкриком, разнесшимся по огромной квартире. Так много за один вечер Джаред не истерил с тех пор, как Джефф, старший брат, увел у него красотку Мэнди из параллельного класса, по которой Джаред сох два года, прежде чем решился пригласить на свидание.
Эклз опустил руки и сжал пальцы в замок, будто удерживаясь… от чего? От того, чтобы дать снова заистерившему Джареду успокоительную пощечину? От того, чтобы взять и опять поцеловать его?
- Я пытаюсь сказать... - голос Эклза звучал подчеркнуто ровно и немного глухо, будто говорить было трудно. А, ну да, трудно. Еще бы, после такой глубокой глотки. – Я пытаюсь сказать, что я твой телохранитель, а ты мой клиент. И между нами не должно быть никаких недоразумений и недомолвок, которые неизбежно рождает вот такой вот секс. Поэтому я не должен был этого допускать. – Джаред собрался возразить, но Дженсен жестом остановил его. – Я не предлагаю забыть то, что произошло. Это произошло. И уже ничего никак не изменишь. Но я прошу тебя переступить через случившееся и двигаться дальше, не пытаясь сделать из этого какое-то событие или увидеть то, чего на самом деле нет.
- Ты что, боишься, что я влюблюсь в тебя после одного траха? – Это было так нелепо, что Джаред даже умудрился выдавить смешок. Только вот вышел тот каким-то жалким.
- Черт, Джаред, перестань извращать мои слова. – Эклз наконец-то оставил свой профессиональный тон и показал – намеренно или случайно – что этот разговор и ему дается нелегко. – Я видел, как это работает. Каждый натурал, узнав, что общается с геем, начинает во всем видеть угрозу своей анальной девственности. Некоторые считают это не угрозой, а интересным опытом. Кое-кто думает, что было бы прикольно вставить этому гею, раз уж он так хочет члена. И вся эта возня отвлекает. А я не могу отвлекаться на то, чтобы доказывать, что не посягаю, не интересуюсь и не хочу, потому что отвечаю за чужие жизни. И даже маленькие промахи в моей работе стоят очень дорого. – Эклз перевел дух. – Поэтому, пожалуйста, я прошу тебя, давай будем считать, что мы оба просто сбросили напряжение. И вместе приложим усилия, чтобы впредь это не повторилось.
Джаред поднялся с табуретки и засунул руки в карманы штанов.
- Ладно.
- Ладно? – Эклз приподнял бровь. – И все?
- А чем ты недоволен? - Джаред пожал плечами. – Я не гей и даже не би, мне нравятся девчонки. Так что, вероятнее всего, этот секс и вправду был способом сбросить напряжение. И если честно, я бы вполне обошелся одним минетом. - Эклз, прищурившись, напряженно рассматривал Джареда. Чувствуя себя неуютно под этим взглядом, тот переступил с ноги на ногу. - Что тебя не устраивает? - Эклз продолжал молча смотреть на него. Джаред не выдержал и пошел к двери, но на пороге остановился и обернулся: - Я не знаю, что еще ты хочешь услышать. Ты сказал: давай переступим через это. Я готов. Вопрос в том, готов ли ты?
И, не дожидаясь ответа, ушел.

Изображение


Сказать оказалось легче, чем сделать. Приближался долгожданный матч с «Детройтом», а Джаред вместо того чтобы придумывать, как именно он надерёт заносчивую задницу Зеттерберга, продолжал размышлять о сексе с Дженсеном.
Ночью, лежа в постели, он вдруг вспомнил, что не задал еще один интересовавший его вопрос: почему Эклз не кончил в нем? Джаред ведь не девка, залететь не может, и кондом был в наличии. Почему тогда Дженсен вышел, не получив свое, и потом догонялся в компании правой руки? Этот факт казался чертовски обидным.
Джаред что, был так плох? Он, конечно, лежал бревном, совершенно не зная, что делать. И возможно, поначалу был несколько зажат, но, черт побери, разве Эклз не должен был прийти в экстаз от его тесной дырки? Разве не это больше всего ценится у геев?
Хотелось спросить самого Дженсена, но Джаред уже напоминал себе какого-то ребенка-почемучку и даже думать не хотел, какого мнения о нем опытный Эклз.
Раньше Падалеки считал, что с парнями общаться намного проще, чем с девчонками. Какая наивность. С девчонками все было гораздо-гораздо понятней. Главное - сразу обговорить детали. А потом - ты кончил, она кончила или притворилась, что кончила, и вы разошлись, довольные друг другом.
А что с парнями? Вот Эклз вроде как кончил, но вроде как неудовлетворен, и Джареда это почему-то заедало.
От этих мыслей пухла голова, и на тренировке он совершал одну ошибку за другой, пока Бивер не вышел из себя и не подозвал к себе нерадивого игрока.
- Падалеки, ты что, влюбился? Играешь, будто клюшку только вчера увидел.
Подъехавший попить водички Чад, услышав эти слова, громко заржал. Бивер метнул в его сторону грозный взгляд из-под козырька кепки, и Мюррея как ветром сдуло.
- Вот что, Падалеки, мне плевать влюбился ты или нет, но если не начнешь работать как следует, я посажу тебя на скамейку. Усек?
- Да, сэр. - Джаред сжал зубы и ненавидящим взглядом посмотрел на фигуру в темном костюме, одиноко маячившую на трибуне.
- Свободен, - удовлетворенно кивнул Бивер.
Подпитываясь вспыхнувшей заново злостью на Эклза, остаток тренировки Джаред отработал на ура. А в раздевалке его остановил Чад:
- Слушай, Джара, как насчет устроить сегодня вечер покера?
- Я никуда не хожу, - напомнил Джаред, мрачно упаковывая сумку.
- Так я тебе и не предлагаю, мы сами придем.
Падалеки поднял глаза на стоявшего рядом Чада:
- Это тоже идея Эклза?
Тот чуть замялся.
- Ну, как сказать. Он говорил об этом, когда шла речь о «Будь паинькой», а тут я вспомнил и подумал, почему бы нет. А то ты ж совсем одичал без людей-то.
Может, Чад в чем-то был и прав. Тесное соседство с этим заебонистым Эклзом и Джареда, который всегда отличался легким характером, постепенно превращало в какое-то унылое дерьмо, склонное к самокопанию.
- Если, конечно, мамочка разрешит, - с усмешкой добавил Чад, неправильно истолковав колебания друга.
- Если никто из вас не посылает мне письма с угрозами и страшных кукол, не взламывает компьютерные сети арен, на которых я играю, и не использует мою входную дверь для аппликаций, мамочка разрешит. - Джаред поднял сумку: - Жду вас в восемь.
- Заметано, - обрадованно кивнул Чад.
Эклз как обычно подпирал стенку у раздевалки.
- Вечером придут парни играть в покер, - сообщил ему Джаред по дороге на парковку, чувствуя себя так, будто и в самом деле просит разрешения у матери.
Эклз молча кивнул, показывая, что принял к сведению. И тут Джаред неожиданно для себя предложил:
- Не хочешь присоединиться?
Для Дженсена это явно тоже стало неожиданностью. Он резко обернулся и смерил Джареда внимательным взглядом. А затем мотнул головой:
- Нет, у меня дела.
- Как знаешь, - пожал Джаред плечами. Уговаривать он никого не собирался.
А в машине все разогнанные ранее мысли вернулись. Будто Эклз излучал какие-то вибрации, которые заставляли Джареда снова и снова прокручивать в голове прошлый вечер. Почему Дженсен не кончил внутри, почему он не хочет повторения? Да, он сказал, что это будет отвлекать. Чушь. Как хороший секс может отвлекать? Вот его отсутствие очень даже отвлекает. Джаред это сегодня на себе почувствовал. А, глядишь, трахнулись бы утром, и тренировка прошла бы нормально.
Падалеки резко откинул голову назад, стукаясь затылком о подголовник. Какого черта! Он в самом деле обижается, что Эклз не трахнул его еще раз? Джаред же не гей. А то, что было вчера, – просто эксперимент, просто чтобы сбросить напряжение. Ведь дрочили же они с Мюррем друг другу, когда им было по пятнадцать и сперма разве что из ушей не лилась. Так и тут. Только Эклз воспользовался ситуацией по полной, а вот Джаред вполне бы обошелся простой дрочкой. Ну, или, на худой конец, минетом. Он зажмурился и до скрипа сжал зубы, чтобы удержать рвущийся из горла стон.
- Джаред, перестань.
Джаред открыл глаза. Машина стояла в пробке, Эклз, повернув голову, недовольно смотрел на него.
- Что перестань?
- Перестань думать об этом. Мы же договорились: просто переступить.
- Черт, Дженсен, я не могу, - начал Джаред, осекся и посмотрел на Эклза в упор. – Почему ты не кончил во мне? Я был так плох? Тебе было противно или что? То есть я, конечно, понимаю, что обычно к этому как-то готовятся, но я же мылся после тренировки, и ты совал туда пальцы, и… - Джаред снова стукнулся затылком о подголовник и, в этот раз не сдерживаясь, застонал. Что он несет? Что. Он. Несет!
На колено мягко опустилась теплая ладонь.
- Джаред, посмотри на меня, - попросил Дженсен, некстати вызывая картинку из прошлого вечера, когда он просил точно так же, только все было гораздо интимней.
Джаред открыл глаза и повернул голову. Дженсен снова чуть хмурился, но не выглядел недовольным, скорее встревоженным. - С тобой было очень хорошо. – Его глаза чуть потеплели, самую малость, но достаточно, чтобы ледяной зеленый подернулся золотистой дымкой. – Потрясающе. Но если бы я продолжил, после того как ты кончил, дискомфорт, который до этого заглушался эндорфинами, стал бы намного сильнее. – Он посмотрел на свою руку, лежавшую на колене Джареда, затем поднял взгляд к его глазам. – Я просто хотел, чтобы тебе было хорошо.
Джаред потрясенно уставился на него. Черт бы побрал эти их гейские заморочки. Вот так и получается, что сука-телохранитель оказывается заботливым любовником, который ставит удовольствие партнера выше своего. А этот недалекий партнер потом целый день выносит себе мозг мыслями, что плох в постели.
Машины впереди тронулись, сзади нетерпеливо засигналили, и Эклз убрал руку с колена Падалеки, фокусируя внимание на дороге.
- Я идиот, - признал Джаред.
- Нет, - усмехнулся Эклз, глядя прямо перед собой. – Ты просто натурал.
И Джареду показалось, наверное, что в этих словах проскользнула тихая нотка горечи.



Изображение


Четверо сосредоточенных мужчин сидели за столом в гостиной Падалеки. Сам хозяин дома, Чад Майкл Мюррей, Крис «Молния» Хемсворт и капитан Тай «Вампир» Олссон пытались облегчить кошельки друг друга. У Джареда получалось хуже всех. Не везет в любви, повезет в картах. Видимо, поскольку секс с Эклзом и близко не стоял к любви, удача решила, что и с покером сильно напрягаться не стоит.
- Джей, ты уже придумал, как разделаешься с Зеттербергом? – спросил Тай, сдавая.
Крис выложил две восьмерки. Джаред посмотрел на свои карты и решил пропустить.
- Нет, не придумал.
- Ну ты даешь, чувак, игра ведь завтра. Я думал, ты месть уже в деталях спланировал.
Тай глянул на Чада и добавил, пока остальные игроки сбрасывали карты:
- Главное, чтобы эта месть не отправила тебя на скамейку штрафников, Джей. - Он сдал три карты Крису и взял две себе. – Вот что ты должен продумать очень хорошо.
- Мне сейчас вообще не до этого, - пожаловался Джаред. – Вся эта возня со сталкером и игра в шпионов отнимает чертову кучу времени.
- И что, просто все спустишь Зеттербергу? – Крис выложил три восьмерки, и Тай записал его победу.
- Нет, конечно. - Джаред отпил пива, пока Чад сдавал карты. – У меня есть еще двадцать четыре часа, чтобы придумать, как надрать эту наглую задницу.
Парни оценили свои карты и сделали ставки.
- Если понадобится помощь, мы всегда готовы, - усмехнулся Крис.
- Но за каждый гребаный штраф задницы уже вам я надеру лично, - пригрозил Тай.
Он знал, что парни, пылая жаждой мести, могут забыть, зачем вышли на лед. И работа капитана – вовремя им об этом напомнить.
- Черт, - Джаред бросил карты. – Я выхожу.
- Не по карману ставки?
Падалеки взял бутылку «Гиннеса» и переместился на кожаный диван.
- Вообще-то, с вашей стороны бессовестно обдирать меня как липку. Вы все-таки у меня в гостях, и я вас кормлю. – И указал на остатки пиццы на столе.
- Выпивку мы принесли с собой, - заметил Тай и тоже уселся на диван.
Чад и Крис устроились в креслах напротив.
- А где твоя мамочка, Джей? – поинтересовался Мюррей, оглядываясь по сторонам, будто ожидал увидеть Эклза, прячущегося за каким-нибудь растением.
Джаред, поморщившись, пожал плечами. Он не хотел говорить о Дженсене. Покер, пиво, болтовня о хоккее – все это было очень хорошо. Ощущение, что кого-то не хватает и этот кто-то Дженсен Эклз, – вот что было очень плохо.
Эклз сидел в своей комнате, совсем рядом, по коридору и налево. Вот только, казалось, был за тысячу миль отсюда. А то, что он не вышел открыть дверь парням, вызывало странную обиду. Нет, ну в самом деле, а вдруг бы вместо хоккеистов в коридоре обнаружился сталкер?
- Роззи проговорился, что команда собирается купить Бойла, - Тай многозначительно посмотрел на Чада, показывая, что меняет тему намеренно.
- Серьезно? – Крис так и застыл с бутылкой у рта, забыв от удивления, что хотел сделать. – Ему же на пенсию пора.
- Но это не мешает ему уделывать тех, кто помоложе, - пожал плечами Тай.
Действительно, при своем солидном для хоккеиста возрасте Бойл оставался одним из лучших защитников, и Крису, если сделка состоится, придется серьезно попотеть, чтобы выглядеть достойно на фоне ветерана.
Хемсворт все-таки допил пиво и опустил бутылку.
- Не думаю, что это хорошая идея, - начал он, но, не договорив, посмотрел куда-то поверх голов Джареда и Тая и улыбнулся: - эй, Дженс, привет, что у тебя с лицом?
Падалеки и Олссон синхронно повернулись. В дверях стоял Дженсен Эклз собственной персоной. В джинсах, футболке, с синяком под глазом и с, черт побери, улыбкой на лице. Джаред перевел взгляд на парней. Казалось, они все искренне рады видеть Эклза. Будто и не подшучивали над ним, называя мамочкой и Дженни. Будто в их головах он тоже делился на две личности: Эклза – телохранителя Джареда и Дженсена – своего парня.
- Пострадал, защищая нашего Джару? – подмигнул Мюррей.
Дженсен бросил мимолетный взгляд на Джареда, чуть дернув уголком губ в скупой улыбке. И снова оказалось приятно разделить пусть маленькую, но общую тайну.
- Нет, это привет из прошлого, - соврал Эклз и сменил тему: - Вы, кажется, собирались играть в покер?
Он прошел к столу и, собрав брошенные карты в колоду, начал лениво тасовать их. Джаред прилип взглядом к пальцам, перебиравшим кусочки картона, и боялся опустить глаза ниже, потому что Дженсен, мать его, пришел босиком. И хотя в этом не было ничего эротичного, почему-то его босые ступни заставили рот Джареда пересохнуть.
- Да, но у Падалеки закончились карманные деньги, поэтому пришлось прекратить, - сообщил Тай. – Может, ты к нам присоединишься?
Эта идея Джареду совсем не понравилась. Странное, иррациональное чувство. Но на миг показалось, что парни пытаются в его присутствии склеить его же девчонку. Только вот Эклз девчонкой не был и уж точно не принадлежал Падалеки.
Дженсен быстро взглянул на него, будто что-то решая, и покачал головой:
- Нет, парни, мне надо работать. Днем я занят с Падалеки, вот и приходится другие дела решать ночью.
- Нелегко тебе с нашим мальчиком? – Тай шутливо потрепал Джареда по волосам, и тот раздраженно дернул головой, не понимая, откуда берется эта злость.
Раньше он никогда не велся на такие подколы, но сейчас, когда Эклз стоял тут расслабленный и разговаривал с товарищами Джареда по команде так, будто самого Джареда в комнате не было, хотелось набить всем морды и выставить из квартиры. А потом… нет, думать о потом не стоило.
- Бывало и хуже. – Дженсен отложил карты. Теперь, когда Джареду не на что было отвлекаться, его взгляд сам собой медленно опускался. – Но я бы, конечно, предпочел, чтобы Падалеки был старушкой, которая сидит целый день дома и вяжет свитера любимым внукам.
Парни заржали, и Джаред, усилием воли заставив себя смотреть Дженсену в лицо, тоже растянул губы в веселой, как он надеялся, улыбке. Получилось хреново, судя по тому, что над левой бровью Эклза на пару мгновений снова возникла знакомая ямочка.
- Есть какие-то подвижки в вашем деле? – Крис сделал глоток пива. – Полиция не нашла следов того, кто испортил нам игру в «МСГ»?
Кстати, да. Джаред все эти дни был так озабочен мыслями об Эклзе, что сталкер как-то отодвинулся на второй план, если не считать аварии Мэган. И Падалеки давно уже не интересовался, как продвигается расследование.
- Полицейские компьютерщики попытались отследить адрес, с которого взломали систему в «МСГ», но тот, кто это сделал, – профессионал. Подключался через серверы в Китае и хорошо запутал свои следы. Так что по анализу последних двух происшествий мы можем только сказать, что за Джаредом охотится хакер.
- Это уже кое-то. - Чад повернулся к Падалеки: – Джара, срочно вспоминай, какому хакеру ты умудрился насолить?
Джаред пожал плечами. Его компьютерные таланты заканчивались на игре в «Angry Birds» и написании постов в твиттере. Каким образом он мог насолить хакеру?
- Может, в школе какому ботанику дорогу перешел? – предположил Хемсворт.
Ничего такого Джаред вспомнить не мог. В обычной жизни он всегда был дружелюбным парнем. Не гнобил слабых, не издевался над заучками. Его все любили. И если он кому-то насолил, то только на льду. Но насколько Джаред знал своих соперников, никто не скрывал под хоккейной амуницией хакерские таланты.
Эклз, чуть сдвинув брови, снова посмотрел на Джареда и сменил тему:
- Чад, как твоя горячая штучка из «Будь паинькой»?
- Кажется, - Мюррей удрученно покачал головой, – ей от меня нужен был только секс.
- Эй, с каких пор тебя это расстраивает? Разве тебе от девчонок нужен не только секс? – удивился Хемсворт.
- Мне - да, но я привык, что девчонки мечтают получить от меня заверения в вечной любви и выводок детишек. А с этой покувыркались и все. Больше встречаться она не хочет. Я чувствую себя вроде как обделенным, что ли.
- Кстати, о детях, - Джаред вспомнил предупреждения Эклза. – А ты не боишься, что она воспользовалась той ночью, чтобы забеременеть от тебя? А потом подаст в суд, и будешь ее всю жизнь обеспечивать.
Судя по вытянувшемуся лицу Чада, такая мысль в его озабоченную голову не приходила.
- Не, я ж не дурак, предохранялся.
- Ну, девушки могут быть изобретательны. Вспомните того теннисиста… Бекхэма… нет, Беккера. – Это была подленькая месть, но Джаред ею упивался, ибо нехрен было им всем так радоваться приходу Эклза и заставлять его улыбаться и прикалываться вместе с ними над Джаредом.
- Что скажешь, эксперт по поведенческой психологии? – Тай посмотрел на Эклза.
Падалеки обалдел. А про это капитан когда успел узнать? Джаред думал, что подробности биографии Дженсена известны только ему. И понять вдруг, что это не так, оказалось очень неприятно. Будто Эклз его собственность. Будто только Джаред имел право знать его маленькие грязные секреты. Если, конечно, незаконченное обучение по психологии можно считать маленьким грязным секретом.
- Откуда ты знаешь про психологию? – выпалил Джаред, уставившись на Тая.
Тот сделал глоток пива, опустил бутылку и только тогда ответил, удивленно подняв бровь:
- Роззи рассказал. А в чем проблема?
Джаред уже даже не удивился нахлынувшему облегчению. Если он хотел сохранить в добром здравии свой рассудок и существенно пошатнувшееся за эти две недели психическое здоровье, то в калейдоскопе чувств, испытанных за этот вечер, лучше было не разбираться.
- Просто интересно. - Джаред как можно безразличнее пожал плечами и взглянул на Дженсена, который опять взял карты и теперь перебирал их, опустив голову.
- Так что там с моими возможными детьми, Дженс? – Чад вернул разговор на больную для себя тему.
Дженсен поднял голову и какую-то долю секунды выглядел так, будто не услышал вопроса или не мог понять, о чем речь. Но это выражение сразу же исчезло, сменившись обычным каменным спокойствием.
- Насколько я могу судить, вряд ли эта девушка что-то планировала. Скорее, ты просто сильно ей понравился, и она даже не знала, что ты известный хоккеист. Хотела познакомиться, завязать отношения. А когда узнала, испугалась.
- Чего? – удивился Чад. – Обычно девчонок это не отпугивает, а совсем наоборот.
Дженсен пожал плечами и перевел взгляд на Джареда.
- Того, что ты слишком хорош для нее. Что у вас совсем разные жизни, и в этих жизнях вы решаете совсем разные задачи. Что повторение той ночи привяжет ее к тебе, и когда ты захочешь найти себе другое развлечение, ей будет очень больно. – Джаред нахмурился, не понимая, почему Дженсен смотрит на него. Не имеет ли он в виду, что Джаред в их отношениях выступает в роли той самой девчонки? Эклз отвел глаза и добавил: – Ну, это первый вариант. А второй – ты ее не устроил в постели.
Тай с Крисом заржали, а Чад принялся яростно протестовать. Только Джаред сидел тихо, ощущая странное тянущее чувство в груди.
- Ладно, парни, - Эклз положил карты, - не буду вам больше мешать.
- Может, все-таки сыграем, Дженс? – На этот раз предложил Крис, и Джаред снова ощутил злость, медленно сжимавшую в кулаке его внутренности.
- Нет, мне еще надо поработать. - Дженсен направился к дверям, но на пороге остановился: - Просто зашел проверить, не хулиганите ли вы тут. Я же мамочка, - и подмигнул, снова вызывая взрыв хохота у всех.
За исключением Джареда.
Ему не нравилось. Ему очень сильно не нравилось, что Эклз вел себя как нормальный человек со всеми, кроме него. И то, что парням такой вот нормальный Дженсен очень нравился.
Отсюда напрашивался вывод, что раз в присутствии хоккеистов Эклз показывает лучшую сторону себя, не утруждаясь подобным наедине с Джаредом, ему нравится кто-то из парней. Поправка. Кто-то из присутствовавших в комнате парней.
Падалеки посмотрел на болтавших и пивших пиво товарищей по команде. Кто это может быть? Мюррей? Нет, Джаред не знал, как ему и девчонки-то давали. И будь он девчонкой, то бы совершенно точно предпочел Хемсворта. Хотя... кто этих геев знает. Вполне возможно, что у них, наоборот, смазливые блондинчики считались самым сладким блюдом.
Тай вообще не отличался красотой и походил скорее на неудачливого боксера тридцатых годов, чем на звезду хоккея. Но у него имелась мощная харизма, которая притягивала к капитану «Иглз» первых красавиц не только в Штатах, но и за их пределами. И если Дженсену были не по душе смазливые блондины, он вполне мог остановить свой выбор на диковато-мужественном Тае.
Крис, конечно, на фоне Мюррея и Олсона смотрелся более выгодной партией. Особенно с этими длинными волосами, от которых текли все фанатки. Идеальное сочетание мужественности и красоты…
Черт, Джаред Падалеки действительно размышляет о сексуальной привлекательности парней из команды? Он согнулся пополам и уткнулся лбом в колени. Как он до этого докатился?
- Эй, Джей, ты в порядке? – Обеспокоенный Тай положил Джареду на спину тяжелую ладонь. Тот резко выпрямился, вспомнив, что он в комнате не один, и соврал:
- Да просто голова болит.
- Ладно, народ, - Тай встал. – Пора по домам. Завтра игра, надо хорошенько отдохнуть.
Джаред благодарно посмотрел на капитана. Он правда был рад увидеться с парнями, но прямо сейчас им лучше уйти.

Изображение


Закрыв дверь, Джаред направился прямиком в комнату Эклза, который, растянувшись на кровати, смотрел какой-то фильм на небольшой плазменной панели, что висела на стене.
- Ты вроде собирался работать? – Джаред прошагал через комнату и плюхнулся на кровать, решив, что если уж Эклз не трудится спрашивать разрешения, то Джаред в собственной квартире этого точно делать не обязан.
- Уже поработал, теперь отдыхаю. – Дженсен взял пульт, выключил громкость и вопросительно посмотрел на Падалеки.
- Не сказать, что ты перетрудился, даже не проверил, кто пришел.
- Данниль внизу. Я знал, что к тебе идут товарищи по команде. – Дженсен на секунду прикрыл глаза, потом посмотрел на Джареда: – Ты явился, чтобы высказать мне претензии? – Джаред сам не знал, зачем пришел, но посвящать в это Эклза не собирался. – Послушай, я хорошо делаю свою работу и, как и все люди, имею право на отдых.
Дженсен действительно выглядел усталым. И Джаред вновь подумал, что, наверное, очень непросто двадцать четыре часа в сутки находиться в напряжении, отвечать за другого человека, не иметь возможности расслабиться даже во сне и по сути жить чужой жизнью. Очень похоже на армию. А значит, Эклзу не привыкать.
- Тебе нравится кто-то из парней? – Джаред был готов откусить себе язык за этот вопрос.
- В каком смысле? – Дженсен приподнял бровь.
- В том самом. – То, что Эклз уточнял, злило. Другой бы и не заметил тут подтекста. – Тай, Чад, Крис. Кто из них тебе нравится?
- С чего ты взял, что мне кто-то из них нравится? - Дженсен намеренно сделал ударение на последнем слове.
- С того, что со мной ты постоянно сучишься, а с ними прямо-таки расцветаешь.
- А ты не думал, Падалеки, что я веду себя с ними нормально, потому что они относятся ко мне нормально?
Джаред все-таки прикусил язык. Он не был настолько идиотом, чтобы не признать правоту Дженсена. И не был настолько сволочью, чтобы продолжать вести себя как сволочь. Но все же стоило еще раз уточнить:
- Так никто из них тебе не нравится?
Дженсен усмехнулся:
- Они мне нравятся в самом обычном смысле этого слова, Джаред. Они хорошие парни. Что же касается секса, то нет. Меня не привлекают ни вертлявые блондины, ни суровые мужланы.
- А Крис?
- А Крис просто не привлекает. Ты доволен?
Вообще-то, нет.
- Я так не могу, Дженс. - Получилось, наверное, слишком жалобно, но Джаред к этому и стремился.
- Что не можешь? – Дженсен сел, опираясь спиной о деревянную спинку кровати.
- Я сказал, что готов переступить. Но я не могу, меня это отвлекает. Я не могу нормально тренироваться, нормально играть, нормально жить.
- Джаред… - начал Дженсен, но его перебили.
- Нет, подожди. Ты говорил, что секс все усложняет. Но это не так, потому что все началось раньше. С того ужина у Лучано. Ты был прав, я думал о тебе. Часто. Это какое-то наваждение. И, черт, Дженсен, мы ведь взрослые мужики и оба знаем, чего хотим, почему бы нам просто не помочь друг другу. Ты сказал, что я тебе не противен и что никто из парней тебе не нравится. Мы можем просто сделать наше общение немного приятней. – Джаред просительно задрал брови и попытался заглянуть в глаза Дженсену, который что-то сосредоточенно рассматривал на покрывале. Тот, не поднимая головы, невозмутимо спросил:
- Ты не можешь отпустить это, потому что так и не получил мою задницу? Хочешь меня натянуть?
Это, конечно, было бы идеально. Но Джаред согласился бы и на обратную позицию.
- Не обязательно я тебя, мне понравилось то, что было вчера. - Кончики ушей начало покалывать от смущения, но останавливаться сейчас, когда так много уже сказано, было глупо.
- Если ты хочешь секса, почему бы тебе просто не найти девушку, я не буду возражать.
- Дженс, - Джаред понизил голос, потому что собирался сделать самое страшное признание в своей жизни. Страшней было только сознаться маме, когда он в одиночку слопал испеченный на Рождество пирог. – Дженс, я, кажется, не хочу девушку.
И тут Дженсен поднял голову. Его скулы закаменели, меж бровей пролегла тяжелая складка, а глаза смотрели холодно.
- Падалеки, я не твоя шлюха, я – твой телохранитель. И мне плевать, что отвлекает тебя от хоккея. Если ты не можешь контролировать свои порывы и справляться со своими желаниями, найди себе женщину, не хочешь женщину – найди парня. Моя единственная проблема – твоя безопасность, остальные я решать не обязан.
Эклз схватил пульт, прибавил громкость и улегся, глядя на экран, показывая, что разговор окончен.
У Джареда было два пути: умолять или удалиться, прикрыв уязвленное самолюбие остатками гордости.
Он еще не дошел до той степени отчаяния, чтобы выбрать первый.


Изображение


Вылетев от Эклза, Джаред направился прямиком в душ. Хотелось смыть с себя это унижение. И подрочить. Чтобы доказать в первую очередь себе, что в силах справляться со своим желанием. Вот только желание, похоже, увязалось следом.
Джаред включил воду погорячее и опустил голову, подставляясь под тугие струи. Эклз сказал, что не шлюха. Конечно не шлюха. Шлюхой здесь выступал Джаред. Ведь это его оттрахали до звездочек в глазах на полу в прихожей. И это он пришел на следующий вечер просить еще. А получив отказ, почувствовал себя грязным, и эта грязь не смывалась даже кипятком.
Джаред обхватил ладонью мягкий член, перекатил пальцами яички. Закрыл глаза. Что ж, гордость и так уже разбита вдребезги. Почему бы еще раз не пройтись по осколкам тяжелыми башмаками?
И представил напряженное лицо Дженсена, медленно скользившую каплю пота, жгучее растяжение в заднице и хриплый голос: «Джаред, посмотри на меня».
Внизу живота заклубилось что-то темное и горячее, и член в руке начал твердеть. Джаред провел кулаком по всей длине, чуть выворачивая руку на головке, и запрокинул голову, позволяя воде бить по лицу.
Спину вдруг овеял холодный воздух, хлопнула дверь кабинки, на полочку опустились тюбик смазки и блестящий квадратик, волосы на затылке шевельнул жаркий шепот:
- А ты настырный парень.
- Да, - тоже шепотом согласился Джаред, подался назад и с восторгом прижался к горячему и абсолютно голому Эклзу, который отвел мокрые волосы с его шеи и, скользнув губами к уху, снова прошептал:
- Всегда получаешь то, что хочешь.
- Да. - Джаред таял и растекался чистым желанием от этого шепота, горячего дыхания и сильных рук, ласкавших его тело.
- И огребаешь неприятности на свою задницу. - Дженсен провел ладонью снизу вверх по боку Джареда и потер подушечкой пальца его сосок. Джаред сорвался на стон.
- Да-а-а...
Его задница была более чем готова огрести все, что ей мог предложить Дженсен.
А тот целовал Джареда в плечо длинными поцелуями, чуть прихватывая кожу зубами, заставляя ее гореть. И медленно вел ладонями вниз по животу, пока не добрался до татуировки, очертил пальцем ее контуры, выдохнул:
- Размер и в самом деле имеет значение, - и обхватил поверх ладони Джареда стоявший на полную член.
Яйца ломило так, будто Джаред возбудился не пару секунд назад, а добрую пару часов, и вот-вот готов был кончить. Только он не собирался позволять Эклзу ограничиться дрочкой и уйти чистеньким. Так же как не собирался сегодня быть покорным бревном.
Джаред отвел руку Дженсена от своего члена и развернулся, радуясь, что в свое время заказал себе душевую кабину невероятных размеров. В стандартную они с Эклзом вдвоем вряд ли бы утрамбовались.
Изображение
Лицо Дженсена было близко-близко: потемневшие от воды волосы, слипшиеся ресницы, горевшие сумасшедшим огнем глаза и влажные, приоткрытые губы. По его щекам бежали капли воды, и Джаред не удержался, поймал губами одну, вторую, третью, постепенно приближаясь ко рту.
Это было так странно. Ощущать не нежную девичью кожу, а колючую щетину, вдыхать не легкий запах духов и женского желания, а густой аромат мужского возбуждения, прижимать к себе не хрупкую фигуру, а сто восемьдесят с гаком сантиметров напряженных мышц. Странно и прекрасно.
Дженсен не выдержал и повернул голову, коснулся губ Джареда и замер. И вот тогда Джаред сам, по-настоящему, первый раз поцеловал Дженсена. Потому что вчерашнее проявление инициативы теперь виделось совсем не поцелуем, а просто попыткой продемонстрировать силу. И Джаред наслаждался, втягивал в рот то нижнюю губу Дженсена, то верхнюю, слизывал с них горячие капли. Вкус Дженсена, даже разбавленный водой, казался невероятно насыщенным, наполненным страстью и чистым грехом.
Проведя ладонями по мокрой спине Дженсена, Джаред сжал его ягодицы, кайфуя от того, как упруги под пальцами крепкие мышцы. А затем решился и скользнул рукой вперед, обхватывая член Дженсена. Это не было совсем уж непривычно: Джаред по молодости и по пьяни пару раз отдрочил Чаду, получив ответную услугу.
Но невероятно возбуждающим оказалось то, как выгнулся Дженсен, как вздрогнул, будто через него пропустили ток, как подался за рукой Джареда и хрипло застонал ему в рот. Эта власть лишала мозгов напрочь, и Джаред сам едва удерживался от стонов. Он повел кулаком вверх, чувствуя, как кожу ладони ласкает выпуклая вена, добрался до головки и погладил ее большим пальцем. Дженсен резко выдохнул и уронил голову на плечо Джареду.
Джаред надавил рукой Дженсену на поясницу, заставляя его прижаться. А затем притиснул его член к своему, пытаясь обхватить оба ладонью. Соприкосновение собственной такой чувствительной плоти с горячим стволом Дженсена все-таки выбило из Джареда хриплый стон. Дрочить так оказалось неудобно, члены выскальзывали, да и кулак толком не сжать, но твердая плоть в руке и хрипло дышащий в шею Дженсен возбуждали безмерно. И Джаред уже боялся, что все так и закончится - пусть не банальной, но дрочкой.
Дженсен вдруг поднял голову, оттолкнул руку Джареда и развернул его, ткнув лицом в стеклянную стенку. Очень вовремя, потому что сам Падалеки не мог остановиться, толкая их обоих все ближе к сладкому, но бесславному концу.
Джаред положил ладони на мокрое стекло, готовясь, ожидая вторжения, но Дженсен удивил. Он не торопился взять то, что предлагалось. А вместо этого мягко поцеловал открытым ртом шею и начал спускаться по позвоночнику, выгибая, выплавляя Джареда этими поцелуями в нужную ему позу.
Джаред прижался щекой к стенке, бездумно глядя, как от его рваного дыхания еще сильнее запотевает стекло. Дженсен не торопился, очерчивал каждый позвонок языком, будто рисовал одному ему видимый узор на спине Джареда. Который растворялся в этой ласке, потому что сейчас между ними не было злости или агрессии, желания показать, кто главный, кто сильнее. Были просто два человека, которые хотели доставить друг другу удовольствие.
Когда Эклз добрался до копчика и, не останавливаясь ни на секунду, двинулся дальше, Джаред дернулся, скользя пальцами по стенке кабинки. Не то чтобы он был излишне застенчив, но язык другого парня, не просто парня, а Дженсена Эклза, в заднице – это достойный повод немного смутиться. Дженсен, крепко удерживая мощные бедра, отстранился, тихо подул прямо на дырку, и Джаред затих. Потому что если Дженсен не смущался, вылизывая его там, с чего бы краснеть Джареду?
А Эклз не смущался, лизал жадно, так что слюна, смешиваясь с водой, щекотно стекала по яйцам. А потом добавил пальцы, раскрывая, растягивая, и снова это легкое поглаживание изнутри. И снова в голове не осталось ни единой мысли, кроме желания получить еще и как можно больше.
Когда Дженсен, надев презерватив, осторожно вошел в Джареда, тот зашипел, невольно зажимаясь. Казалось бы, после такой подготовки все должно получиться легко, но вчерашний вечер давал о себе знать сухим, несмотря на смазку, жжением.
- Джаред. - Падалеки не видел лица Дженсена, но почему-то был уверен, что на нем то же внимательное напряжение, что и вчера, смысл которого он наконец-то смог разгадать: полная концентрация на чувствах партнера. – Джаред, расслабься, малыш, ты же знаешь, будет лучше. Доверься мне.
Легкий поцелуй за ухом, горячая ладонь быстро цепляет соски и скользит вниз, чтобы сжаться на члене.
Джаред запрокинул голову, кое-как устраивая ее на плече Дженсена, расслабился и подал бедрами назад, насаживаясь до конца. Да, он знал, будет лучше. И да, он достаточно доверял Дженсену, чтобы полностью отдаться тому в руки.
- Почувствуй, - Дженсен стоял, не двигаясь, и только мелкая дрожь его ладони на члене Джареда показывала, что он тоже на пределе. – Просто почувствуй.
И Джаред чувствовал: тяжелые струи, лившиеся на голову и спину, тепло дыхания Дженсена на шее, его уверенную руку на члене, тянущую наполненность в заднице и огонь, несшийся по венам, – адская смесь. И надо было совсем немного, чтобы все элементы схлеснулись в один, вызывая реакцию, остановить которую не было никакой возможности.
В этот раз Дженсен попал в простату с первого же движения, будто запомнил, а, может, в самом деле запомнил, куда и как надо толкаться, чтобы Джаред бился под ним, сжимался, не давая выйти, хотел продлить удовольствие, забывая, что надо отпустить наслаждение, чтобы оно потом вернулось с утроенной силой.
- Тише, малыш, - шептал Дженсен ему на ухо, - не торопись… тише… черт… горячий, какой же ты горячий.
Но Джаред ничего не слышал, ничего не воспринимал, он мчался, летел, одержимый одним лишь желанием: получить еще больше, еще сильнее. И даже не понял, почему вдруг Дженсен со стоном выдохнул ему в шею, крепко сжал его бедра и, толкнувшись особенно сильно, вышел. Только когда он развернул Джареда и опустился на колени, до того дошло, что в этот раз Дженсен кончил первым. И эта мысль вместе с ожившей картинкой из фантазий – Эклз на коленях облизывается и медленно берет в рот член Джареда, скрутила сладким спазмом наслаждения и заставила излиться прямо в горло Дженсену, не успев предупредить.
Обессиленный оргазмом Джаред сполз по стенке на пол кабины, посмотрел на сидевшего напротив Дженсена:
- Прости, - и провел большим пальцем по его нижней губе, стирая капли спермы.
- За что? – Дженсен улыбнулся с таким сытым видом, что в груди у Джареда появился воздушный шарик, наполненный гордостью от того, что именно он – Падалеки, заставил этого мужчину выглядеть таким потрясающе довольным.
- Надо было предупредить.
Дженсен тихо рассмеялся:
- Мне понравилось.
И Джаред поцеловал его, пробуя себя на вкус, потому что если Дженсену понравился Джаред, то Джареду очень нравился Дженсен.


Изображение


- Ужин готов, - раздался мелодичный женский голос.
Человек за компьютером, вздрогнув, обернулся:
- Иду, милая.
И прилип обратно к экрану, на котором светилась голубым лента твиттера Джареда Падалеки.
«Все тащатся от тебя, мразь. Поддерживают, шлют приветы и наилучшие пожелания. А явятся ли они на твои похороны? Вряд ли. Ты просто мыльный пузырь. Хлоп - и нет. Эти жалкие дураки найдут другого кумира. А ты будешь гнить под землей. Никому не нужный. Даже червям будет противно жрать твой труп!»


Изображение


Шансы Зеттерберга уйти с матча безнаказанным становились тем выше, чем ближе подходило время игры. Голова Джареда целиком и полностью была занята мыслями об Эклзе и собственной неожиданной смене ориентации. Если первый гейский опыт можно еще было списать на адреналин, не нашедший выход, то второй, о котором Джаред фактически молил и который потом принимал с такой благодарностью, уже никакими эмоциональными всплесками не объяснялся.
- Так почему ты бросил учиться и ушел в армию? – спросил Джаред, когда они выбрались из душа.
В «Будь паинькой» Дженсену с мастерством опытной няньки удалось переключить внимание Падалеки на другую тему и отмолчаться. Но сейчас татуировка в виде трезубца прямо над левым соском Дженсена разжигала любопытство, которое было не удовлетворено, а лишь убаюкано до поры до времени. Странно, что Джаред не заметил эту тату в прошлый раз, видимо, слишком занят был попытками не смотреть на разные голые части тела.
Дженсен на секунду замер с полотенцем в руках. Затем потряс головой, разбрызгивая капли воды с мокрых волос, и повторил:
- А ты настырный парень. - Только теперь эта фраза звучала не жарким обещанием, а усталой констатацией.
- Мы, кажется, это уже выяснили, - пожал плечами Джаред.
Вести разговоры в тесном, наполненном паром пространстве ванной было немного неловко. Но все лучше, чем молча и торопливо одеваться, пряча глаза, будто случившееся было ошибкой. Может, и было. Но любая ошибка – это опыт, а значит, поводов для стыда нет.
Дженсен накинул полотенце на голову, вытирая волосы. И у Джареда возникло ощущение, что он снова пытается скрыть свое лицо, как в прошлый раз. Тогда пакетом с замороженным горохом, сегодня – полотенцем. Надо бы подловить его без всех этих примочек и держать за руки, чтобы не прятался, не закрывался. Хотя такого хрен удержишь.
- Я имел неосторожность сообщить своим родителям, что люблю не только девушек, - голос Дженсена из-под полотенца прозвучал приглушенно. – Ну, не то чтобы даже сообщить, отец застукал меня с парнем. Мои устроили скандал, и в результате меня отлучили от семьи и лишили денег на обучение. Я психанул и свалил в армию с мыслью, мол, вот убьют меня, поплачете. – Дженсен хмыкнул и стянул полотенце, промокая попутно лицо и шею.
Психанул? Холодный и насквозь рациональный Дженсен Эклз психанул? Джаред бы, пожалуй, отдал пару миллионов, чтобы посмотреть на такую картину.
Дженсен потер полотенцем грудь и добавил будто самому себе, отстраненно глядя в зеркало:
- Глупость, конечно, умнее было бы найти работу и доучиться.
Джаред опустил глаза, наблюдая, как белое полотенце впитывает капли воды с мускулистого светлого тела. Дженсен касался себя отрешенно, машинально, а Джареда эти движения завораживали, вызывали чувство неясного предвкушения, будто все только начиналось, а не только что закончилось.
- Но сначала я был слишком зол, чтобы думать рационально, а потом... - Дженсен пожал плечами, переместил полотенце с живота на поясницу и небрежным движением огладил ягодицы. Джаред поспешил натянуть штаны. Вот теперь почему-то стало стыдно. Может, потому что он уже снова возбуждался от этих обыденных жестов и разговора про прошлое Дженсена. – Потом мне понравилось. Проверять, сколько выдерживает мое тело и разум, знать, что ты можешь то, что не могут другие, чувствовать, что твою спину прикрывают надежные парни, жить на адреналине.
- И убивать. - Джаред отвернулся, когда Дженсен, отложив полотенце, взялся за джинсы. На сегодня впечатлений было более чем достаточно. Вид наклонившегося Эклза мог привести к легко предсказуемым последствиям.
- Убивать? – Дженсен, наконец, будто очнулся, перестал разговаривать сам с собой и вспомнил о Падалеки. – Нет, не убивать. Спасать, Джаред. Задача настоящего солдата - спасать, а не убивать. – Вжикнула «молния», и Джаред рискнул оторвать взгляд от темной плитки под ногами. Дженсен смотрел со странным выражением, будто пытался увидеть, какие мысли бродят в голове у Падалеки. На секунду нахмурился, то ли не смог ничего понять, то ли не понравилось увиденное, и сменил тему: – Ну что, ты придумал, как отомстить Зеттербергу?
Джаред энергично потер голову полотенцем и взял футболку.
- Ты что, подслушивал?
- Нет, - усмехнулся Дженсен. – Просто помню, что только желание надрать задницу ему удерживало тебя от того, чтобы надрать задницу мне. Боюсь, после завтрашнего матча ты уже не будешь таким покладистым.
- Боюсь, - в тон ему ответил Джаред, - что теперь у тебя есть более действенные способы сделать меня покладистым. - И удивленно захлопнул рот. Он флиртует со своим телохранителем? С Дженсеном-едрить-его-Эклзом? От которого мечтал избавиться все эти нескончаемые две недели? Хороший секс однозначно вызывает размягчение мозга. И теперь уже Джаред, воспользовавшись любимым приемом Эклза, сменил тему: - Так что с твоими родителями?
- С ними все хорошо, - Дженсену отлично удалось сделать вид, что он не понял вопроса.
- Ты с ними не общаешься, - скорее сделал вывод, чем спросил Джаред.
На лице Дженсена мелькнуло на секунду такое выражение, что показалось, он сейчас в третий раз выдаст цитату про настырного парня. Но, видимо, хороший секс вызывает размягчение мозга не только у Джареда. И видимо, не только для него секс был хорошим.
- Нет, не общаюсь. Знаю, что у них все в порядке, сестра шлет открытки два раза в год, и всех это устраивает. – Дженсен натянул футболку и аккуратно повесил мокрое полотенце. – Я всегда не очень вписывался в свою семью. И профессию выбрал не ту, и ориентацию. Ну, в общем, в семье не без урода. Но в итоге жить без постоянных указаний, что и как нужно делать, без необходимости отчитываться перед кем-то оказалось намного лучше.
Разве? Джаред тоже иногда считал, что его семьи слишком много, особенно когда женская половина решала заняться средненьким. И все же как плохо, если никого не волнует хорошо тебе или хреново. Джаред давно уже не бегал плакаться в мамину юбку и решал свои проблемы самостоятельно, но силы на это давала подспудная мысль, что всегда есть люди, которые в любом случае будут на твоей стороне. И если бы Дженсену действительно было так наплевать на свою семью, как он пытался изобразить, он бы не сбежал в армию много лет назад и не прятал бы сейчас от Джареда взгляд, не собираясь показывать, что творится под привычно холодной оболочкой.
- Если я удовлетворил твое любопытство... - Дженсен взялся за ручку двери и посмотрел на Джареда через плечо.
Вообще-то, нет, но на сегодня откровений было вполне достаточно.
- Иди, - кивнул Джаред, и когда захлопнулась дверь, посмотрел на себя в зеркало. Припухшие губы, кожа вокруг рта, натертая щетиной Дженсена до красноты, и полное умиротворение в глазах.
А что бы сказала мама, узнав, что сыну нравятся не только девушки? Не то чтобы Джаред собирался рассказывать родственникам подробности своей личной жизни. Но если предположить, лишь на секунду предположить, что все зашло очень далеко, и он решил познакомить Дженсена со своей семьей, как бы они отреагировали? Не отвернулись бы. Это Джаред знал наверняка. Мама расстроилась бы, она всегда мечтала, чтобы у детей были полноценные семьи, но постаралась бы не показывать вида. Мэг пришла бы в восторг. Прогрессивная сестренка всегда была за любые альтернативные решения. Папа с Джеффом были бы в замешательстве. Все-таки гей в техасской семье – нонсенс, но надрали бы задницу любому, кто посмел бы сказать дурное слово в сторону члена их семьи. Так что можно было вздохнуть с облегчением: если Джаред когда-нибудь надумает объявить, что ему нравятся не только девушки, но и Дженсен Эклз, отлучением от семьи это грозить не будет.
Падалеки тряхнул головой, включил холодную воду и плеснул себе в лицо. Странные какие-то мысли приходят в голову. Это просто секс, просто сброс напряжения. И Эклз в нем участвует потому, что никого другого рядом нет. И ни к чему беспокоиться о мнении семьи. Скоро сталкера поймают, Дженсен отчалит в Нью-Йорк, а Джаред вернется к своей привычной гетеросексуальной жизни.
Да, именно так.
И, игнорируя легкое тянущее чувство под ребрами, появившееся при этой мысли, Джаред вышел из ванной.

Изображение


На следующий день, натягивая в раздевалке джинсы после традиционной предыгровой прокатки, Джаред решил, что оставшееся до матча время все-таки следует посвятить не мыслям о собственном внезапном поголубении, а построению тактики игры. Потому что даже если спустить Зеттергбергу выходку во время прошлого матча, утешая себя тем, что умный не дерется с дураком, сегодня есть все шансы нарваться на очередную подставу. А вот войти дважды в одну и ту же лужу дерьма было бы совсем отстойно.
Бивер появился в раздевалке, как раз когда Джаред застегивал ремень. Полуодетые хоккеисты расположились на скамейках, напряженно взирая на тренера. У того не было никаких видимых причин приходить сюда. Все, что хотел сказать своим игрокам, он сказал на площадке.
- Сегодня игру посетит мистер Роше. - Бивер дернул носом, будто унюхал тухлую рыбу, как всегда делал при упоминании владельца команды. – Ему не очень нравится, как мы проводим сезон, поэтому он решил лично проверить, выкладываемся ли мы на все сто.
По раздевалке пронесся недовольный гул. Команда играла нормально, без особых взлетов, но вполне уверенно двигаясь к выходу в плей-офф. Сказать, что «Иглз» плохо проводят сезон, мог только человек, не интересующийся хоккеем. А мистер Роше как раз и не интересовался. Он вообще не интересовался ничем, кроме денег. Команда для него была просто еще одним капиталовложением. Символ статуса. Для престижа в деловых кругах. Это же так круто – собственная хоккейная команда.
И судя по желанию посетить игру, это капиталовложение вдруг показалось Себастьяну Роше не слишком удачным.
– Тихо! – шикнул Бивер и, когда все замолкли, продолжил: – Ваше дело – играть и не нарываться на глупые штрафы, больше ничего не требуется. Никаких выебонов и драк. – Тренер обвел игроков тяжелым взглядом из-под козырька бейсболки, проверяя, все ли усвоили его слова, и остановил взгляд на Джареде. – Падалеки, знаю, что у тебя на сегодня большие планы. Или сделай все тихо и незаметно, или не выпендривайся. Этот напыщенный болван и так недоволен, что пришлось растрясти мошну на твоего телохранителя.
Джареда будто обожгло от пальцев на ногах до кончиков ушей. Слова тренера прозвучали упреком. Будто Падалеки не отрабатывал на льду каждый цент потом и кровью. Будто не проводил каждый матч на пределе своих возможностей, добывая для команды победы. Джаред сжал зубы, но кивнул, понимая, что тренер тут ни при чем.
- Короче, - голос Бивера немного смягчился. – Не дайте этому денежному мешку повода урезать ваши и наши, - он кивнул в сторону двери, имея в виду персонал команды, - зарплаты. Понятно?
Игроки неохотно закивали. Напоминание о том, что они просто еще одна статья расходов в бухгалтерском балансе, от которой легко избавиться росчерком пера, заставляло кривиться каждого из этих богов стадиона.
Тренер вышел из раздевалки, и тесное помещение, пропитанное запахом двух десятков разгоряченных мужских тел, вновь наполнилось удивленно-недовольными возгласами.
- Какого хрена Роше вообще вспомнил о нас? – пробурчал Мюррей, натягивая носки. – Я даже не видел его вживую ни разу.
- Вот сегодня и увидишь, - откликнулся Хемсворт.
- На хуй мне такое счастье? – огрызнулся Чад.
- Говорят, у него проблемы, вот он и ищет, где бы сэкономить. - К парням подошел уже полностью одетый Марти Дартч со спортивной сумкой в руках.
- Откуда информация? – Джаред завязал шнурки на кроссовках и натянул толстовку.
- Уэллинг ходил на свидание с Кортез, она ему рассказала. – Три головы синхронно повернулись в сторону Уэллинга, натягивавшего трусы.
- С Кротез? Ну силен! – протянул Чад, стоя в одной кроссовке.
Эта новость заставила притухнуть эмоции от предстоявшего визита владельца команды. Мюррей, Падалеки и Хемсворт с почти священным ужасом взирали на смельчака, отважившегося позвать на свидание грозную пиарщицу команды. Позвать, сходить и выжить. Пожалуй, стоило поподробней узнать, как ему это удалось. А заодно уточнить информацию насчет финансирования команды. Джаред сделал шаг к Уэллингу, но в кармане джинсов щекотно завибрировал айфон. Лишь мельком взглянув на дисплей, Падалеки нажал «принять».
- Привет, мам. - Он протиснулся мимо Мюррея и Хемсворта и вышел из раздевалки. Общаться с мамой в окружении двух десятков хоккеистов, которые не следят за языком и громкостью речи, – последнее дело.
- Джаред, дорогой, у тебя все в порядке?
Падалеки нахмурился, оглядев пустой коридор. И куда, интересно, подевались няньки?
- Все хорошо, а что такое?
Шерон на секунду замялась, вздохнула, будто собираясь с духом, и желудок Джареда вдруг сжался в ледяной ком. Разом всколыхнулись все опасения насчет сталкера.
- Нет, ничего, просто от тебя пришло странное смс.
Мама тщательно подбирала слова, но этим только еще больше заставляла нервничать. И хотя смс по определению не могло причинить вреда семье, желудок сжимался сильнее, внутри все наполнялось предчувствием неотвратимой беды, заставляя сглатывать вязкую слюну. Из раздевалки послышались удивленные возгласы, но Джаред не обратил на них внимания.
- Что за смс, мам? – Айфон тихо пикнул, оповещая о входящем звонке на второй линии. Джаред, не успев подумать, на автомате выдал: – Мам, повиси секунду, кто-то еще звонит, - и мазнул пальцем по экрану, переключаясь.
Из динамика зазвенел возбужденный голос Мэган:
- Джаред, я получила смс, что случилось?! Ты совсем спятил?!
- Мэг, подожди, - Джаред перебил сестру, слыша, как тяжело она дышит в трубку, и чувствуя, что собственное дыхание тоже начинает сбоить. – Что за смс, я ничего не… блядь!
Айфон издал резкий звук. Джаред отшатнулся и уставился на погасший экран. Твою-то мать! Чертыхаясь, Падалеки нажал кнопку включения. Никакой реакции. Какого хрена? Батарейка была в порядке, Джаред знал это точно, с чего тогда айфон отказывался работать?
- Джаред! – По коридору бежал Дженсен. Его шаги заглушались ковром из толстой резины. – Ты в порядке? – Как всегда Эклз даже не запыхался после пробежки. Но в морщине, пересекшей лоб, и жесткой линии рта отчетливо угадывалось скрытое напряжение.
- Что случилось? – Джаред снова уставился на айфон, пытаясь оживить чертов кусок пластмассы.
- Падалеки, какого хрена? - Толпа хоккеистов, вывалившаяся из раздевалки под предводительством размахивавшего мобильником Чада, не дала Дженсену возможности ответить. – Что за тупой подъеб с твоими смс? Решил поиграться с телефоном?
- Какие, мать вашу, смс?
О чем все эти люди? Джаред обвел взглядом удивленные лица товарищей по команде и остановился на Эклзе. Который смотрел спокойно и уверенно.
- Вот эти, - он протянул Джареду свой айфон с открытым сообщением: «Похороны Джареда Падалеки состоятся во вторник в полдень. Цветов просим не присылать».
Джаред прочитал сообщение до конца и снова вернулся к началу, концентрируясь на каждом слове.
«Похороны… Джареда… Падалеки… состоятся… во… вторник… в… полдень. Цветов… просим… не… присылать».
В графе «Отправитель» значился его собственный номер. Джаред перевел взгляд на свой айфон, который продолжал сжимать в руке. Тот мягко засветился, включаясь.
- Судя по всему, это сообщение получил не я один, - тихо сказал Дженсен.
Понимание не сразу смогло пробиться сквозь стену безграничного удивления.
- Я не… - начал Джаред, и вот тут накрыло.
Осознание, бешеная ярость и где-то там, в глубине души, страх. Каждый раз при очередной выходке сталкера Джаред думал: этот псих перешел все границы. Но каждым последующим разом псих показывал, что у него нет вообще никаких границ.
Джаред сжал кулаки, позабыв, что держит в руках айфоны и, наверное, раздавил бы хрупкие гаджеты силой своей злости, если бы Эклз не забрал их. Хоккеисты загомонили, наседая на Падалеки, сужая свободное пространство вокруг него до минимума.
- Убери своих парней. - Это было сказано так тихо, что услышали только Джаред и стоявший рядом с Эклзом Олссон.
- Так, парни, расходимся, у всех есть дела поважней, чем тратить время на Падалеки с его сталкером, - скомандовал капитан, разгоняя хоккеистов, желавших высказать свое мнение о ситуации.
Авторитет Вампира в команде был непререкаем, парни начали возвращаться в раздевалку, недовольно поглядывая в сторону капитана. Но прежде чем последний хоккеист исчез за дверью, айфон Джареда в руке Эклза снова зазвонил. Номер на дисплее был незнакомым.
- Я могу ответить, - предложил Дженсен.
Падалеки только рыкнул в ответ и забрал телефон:
- Да.
- Джаред, это ты? – Тонкий голос в трубке отзывался смутными воспоминаниями, которые никак не хотели принимать какую-то форму.
- Да, это я. Кто это?
- Это Джини, - и после паузы пояснение, - Лос-Анджелес, три месяца назад. - В голове высветился образ высокой блондинки с пятым номером груди и полным отсутствием стоп-сигналов. – Я получила твое смс. Что за глупые шутки? Я думала, ты в самом деле умер.
- Прости. Это случайность. Вирус, - деревянно ответил Джаред и отключился.
Только теперь он осознал настоящие масштабы трагедии. Если сообщения получили мама, Мэг, вся команда и даже девчонка, с которой он трахнулся три месяца назад, значит, псих каким-то образом умудрился разослать смс всем контактам Джареда. А их было очень много. Это же Джаред Падалеки – дружелюбный и охренительно общительный парень, который даже после секса на одну ночь с удовольствием вбивал в память номер девицы, искренне считая, что позвонит ей.
Айфон затрезвонил снова. Снова незнакомый номер. И Джаред, не думая, сбросил вызов.
- Позвони родителям. - Эклз положил руку ему на плечо, привлекая внимание.
И это удивительно осторожное прикосновение с головокружительной скоростью вытащило в реальность. Где Джаред стоял посреди коридора в «Кей» и пялился на айфон в своей руке так, будто держал ядовитую змею, пока его родители переживали из-за гребаного сталкера. Просто идиотство.
Джаред быстро провел пальцем по экрану, открывая список контактов, и выматерился. Пусто. Мозг наконец-то вспомнил о своем прямом предназначении и заработал четко и ясно. Сука-сталкер не удовлетворился одним сообщением, он заодно потер все номера в телефонной книжке. Хренов умник.
Айфон снова зазвонил. Номер снова незнаком. Возможно, это мама. Или Мэг. Джефф. Отец. Или кто-то из десятков небезразличных к Джареду и, что важнее, небезразличных Джареду людей. А возможно, кто-то из сотен случайных знакомых, от которых не осталось даже воспоминаний, один лишь номер.
Ярость клубилась в венах, заменяя собою кровь. Мозг, перешедший в режим «лед», просчитывал десятки вариантов в секунду. Вариантов, как расправиться с психом. Только все они были бесполезны. Чтобы расправиться с психом, надо знать, кто он и как до него добраться. Вот с этим-то как раз были большие проблемы.
Джаред сбросил звонок, отключил айфон и засунул бесполезный кусок пластмассы в карман. Повел плечами, ослабляя сковавшее их напряжение, шагнул к раздевалке. И тут же оказался прижат к стене руками Эклза.
- Выдохни, - тот держал крепко, смотрел зло. – Выдохни, - повторил, чуть встряхивая Джареда.
Падалеки медленно выдохнул через нос, чувствуя, как вместе с углекислым газом его организм покидает часть злости. Маленькая, крошечная часть. Но именно та, которая едва не стала пресловутой последней каплей. Остальное Джаред мог держать под контролем.
Эклз отпустил его и отступил на шаг.
- Позвони родителям.
Джаред хмыкнул.
- Я не помню их номеров, этот урод стер все контакты. - Слова проталкивались сквозь стиснутые зубы с трудом.
- Домашний номер помнишь? – Джаред кивнул. – Звони туда. - Эклз протянул свой айфон. Спокойствие Дженсена должно было бы бесить, но странным убразом немного охлаждало бешеный огонь, кипевший внутри Джареда. – Я заберу твою сумку.

Изображение


Домой Джаред так и не попал. Стоило ему закончить разговор с семьей, как Эклзу позвонил некто Фред. Дженсен разговаривал спокойно, но по резко обозначившимся ямкам в уголках губ было ясно, что про себя он матерится. Будь Джаред не так занят собственной яростью, удивился бы, когда скупая мимика Дженсена стала для него открытой книгой.
- Сталкер взломал твой твиттер и фейсбук, - сообщил Эклз, закончив разговор. – Вывесил там сообщение о твоей смерти. Скорее всего, твои контакты из электронной почты тоже получили приглашение на похороны. – И прежде чем Джареда накрыло очередным валом злости, потянул за собой: – Пошли, надо поговорить с вашими пиарщиками.
У Женевьев Кортез Падалеки провел почти два часа и выжил. Что могло поставить его в один ряд с героическим Уэллингом. Хотя, возможно, все дело было в Эклзе, чье присутствие и статус телохранителя не позволили пиарщице «Иглз» сожрать нападающего команды без масла и соли.
Вместо этого она потратила полчаса, чтобы оповестить СМИ о добром здравии Джареда, а затем взялась за его айфон.
- Ты не синхронизировал свои контакты с айклауд?
- Нет.
Нет, блядь, Джаред ничего ни с чем не синхронизировал. Он не был чертовым компьютерным гением. И да, он знал: чтобы использовать все эти айштучки, не обязательно быть компьютерным или каким-то еще гением, и даже недалекие подростки справлялись с этим шутя. Может, все дело было в том, что в Джаредову молодость телефон был просто телефоном, а не суперкомпьютером, который лучше тебя знает, когда встать, когда лечь спать, когда сходить в сортир. А может, миф о тупых хоккеистах не был таким уж мифом.
Когда пальцы зудят от желания набить кому-нибудь морду, трудно размышлять о первопричинах собственной глупости.
Кортез выгнула чернильно-черную бровь, приоткрыла рот, но вместо того чтобы съязвить, прикусила ручку.
- Ладно, контакты, связанные с командой, я скопирую тебе со своего айфона. О контактах родных и друзей семьи пусть позаботится твоя мама. Остальные проявятся сами. Если нет – значит, ты им не сильно нужен.
Такой выход был действительно не самым плохим. И Джареда немного отпустило.
Эклз тоже не терял времени. Сообщил, что его спецы удалили сообщения сталкера, дали опровержение и сменили пароли во всех аккаунтах Падалеки. Джареда отпустило еще чуть-чуть.
Полиция предприняла очередную попытку отследить ай пи адрес хакера, но ниточка снова оборвалась на удаленном сервере в Китае. Джареда это даже не удивило.
Понимая, что уже не успеет съездить домой, он заказал еду на троих в кабинет Женевьев, пошутив, что не может сидеть без дела, когда другие работают. Получил слабую улыбку от пиарщицы и ощутил себя заклинателем змей.
К тому времени, как нужно было начинать готовиться к матчу, Женевьев перенесла командные контакты из своего айфона и, пообщавшись с мамой Джареда, получила от нее номера родственников и близких знакомых.
- Постарайся не попадаться на глаза журналистам. После матча у них, возможно, будет другой повод для сенсаций. Но сейчас они тебя сожрут, – напутствовала его Кортез перед уходом.
- Не сожрут, я об этом позабочусь, - усмехнулся Эклз.
- Спасибо, - от души поблагодарил пиарщицу Джаред. Он понимал, что сбор телефонных номеров не значился в ее обязанностях, и проявление такой доброй воли дорогого стоило.
- Удачи на льду.
Джаред скупо улыбнулся в ответ. Злость никуда не ушла, просто немного отодвинулась на задний план. Как грозовая туча в ясный день, что маячит где-то вдалеке, но обещает разразиться бурей при малейшей смене ветра.


Изображение


- Ну что ж, сегодня нас ожидает великолепное зрелище. Даже владелец «Сиэтл иглз» Себастьян Роше решил удостоить матч своим присутствием. «Детройту» пора бы уже прервать свою черную полосу. «Сиэтл» же наверняка хочет отыграться за прошлое поражение. И не забудем про личные счеты. Все помнят, что Падалеки пообещал вернуть Зеттербергу должок. Но сможет ли Йети сделать это после сегодняшнего потрясения? Думаю, совсем скоро мы узнаем. Устраивайтесь поудобнее на своих диванах, шоу вот-вот начнется.

Изображение


- Начальство здесь, - Чад глазами указал на вип-ложу.
Джаред проследил за его взглядом. Себастьян Роше, в темно-сером костюме и белоснежной рубашке с расстегнутым воротником, стоял, облокотившись на ограждение, и осматривал каток с таким видом, будто все тут принадлежало ему. Хотя почему будто: не все, но половина игроков на льду принадлежала ему со всеми потрохами.
- Счастлив лицезреть своего хозяина?
Мюррея перекосило.
- Еще бы, того гляди в обморок грохнусь от счастья. – И присел в неуклюжем реверансе.
Джаред толкнул Чада локтем в бок:
- Придурок!
- Не ссы, Йети, он уже не смотрит.
Роше и в самом деле, не задерживаясь ни на ком, лениво обвел взглядом арену и переключил внимание на свой айфон, даже не притворяясь, что слушает стоявшего рядом Розенбаума.
- Мудак, - выдохнул Падалеки сквозь зубы и покатился к центральному кругу вбрасывания.
Роше, как и Эклз, обладал способностью замораживать одним взглядом. Только если Дженсен прятал эмоции из-за специфики работы, Роше попросту не считал нужным размениваться на чувства к окружающим.
Шайба упала на лед, игра началась.
Арена наполнилась стуком клюшек, криками фанатов и треском плексигласа, в который на полном ходу врезались мощные тела хоккеистов. В воздухе разливалась дьявольская смесь из концентрированного адреналина и азарта, заставляя зрителей приходить в неистовство, тренеров срывать голос, а хоккеистов забывать о том, что человеческие возможности ограничены, и раз за разом пытаться прорвать эти границы в борьбе за шайбу или состязании на скорость.
Время шло, а счет так и не открыли. Команды нервничали. Все чаще звучал свисток судьи, все чаще хоккеисты отправлялись на скамейку штрафников. Бивер то и дело поправлял кепку, поглядывая на вип-ложу.
- Мюррей, мать твою, - прорычал Джаред, напирая на Чада, когда они оба сменились. Злость, дрейфовавшая на окраинах сознания, вкупе с общей нервозностью увеличивали агрессивность Джареда в пугающее его самого число раз. – Я тебе на блюдечке выложил шайбу, мазила хренов.
Мюррей прополоскал рот и вместе с водой выплюнул:
- Пошел в жопу, Йети! Сам забивай, раз такой умный.
Джаред угрожающе поднялся, но Бивер, заметив назревавшую на скамейке драку, распорядился:
- Падалеки и Уэллинг на лед. Мюррей, пойдешь со вторым звеном.
Часы на табло показывали, что до конца матча осталось чуть больше пяти минут, когда Джаред принял удачно вброшенную в зону шайбу на крюк и помчался к воротам. На секунду подняв глаза, он встретил напряженный взгляд Густавссона, и в мозгу, работавшем со скоростью и точностью суперкомпьютера НАСА, обозначился план: обвести Куинси, пробросить шайбу мимо еще одного игрока «Детройта» и ударить прямо в «гамак» вратарю. Джаред сделал финт, оставляя защитника слева, поднял клюшку, а в следующее мгновение его снесло к бортику тяжелым телом. И когда затылок, пусть и защищенный шлемом, вмяло в плексиглас, мелькнувшая перед глазами буква «С» на бело-красном свитере сменилась чернотой, на секунду застившей зрение.
- Зеттерберг, - прошипел Джаред за миг до того, как способность видеть вернулась.
Вот честно, он бы предпочел временную слепоту удовольствию лицезреть бородатое лицо капитана «Крыльев». Судья, проезжая мимо, махнул им рукой, мол, нечего стоять, – все в рамках правил, продолжаем игру. Джаред дернулся, пытаясь выбраться из-под тяжелого тела, но Зеттерберг неожиданно напрягся, не пуская:
- Слышал, ты объявил о своих похоронах, Падалеки. Хороший мальчик, подготовился. Сегодня я их тебе и обеспечу.
Джаред замер, прекращая попытки освободиться из захвата. Повел головой из стороны в сторону и, прежде чем Зеттерберг успел уловить угрозу в этом движении, ударил резко и без замаха в незащищенный пластиковым забралом подбородок. И, черт, какое это было облегчение! Как будто Джаред, наконец-то, вскрыл нарыв, долгие часы изматывавший болью. Выдернул зуб, не дававший спать всю ночь. Мозг затопило адреналином, мышцы зазудели предвкушением хорошей драки.
Зеттерберг откатился от удара почти на середину площадки, и Джаред, нагоняя его, успел сбросить перчатки, потому что морду этому сукину сыну надо было бить без смягчающих удар обстоятельств.
Ухватившись за свитер капитана «Детройта», Падалеки толкнул его к бортику. Он не собирался устраивать представление с катанием по всей площадке и беспорядочным размахиванием руками в пародии на драку или боксерское махалово. Нет, он хотел зажать Зеттерберга у бортика и отделать так, чтобы тот надолго запомнил: не стоит трогать Падалеки, когда он не в настроении.
Несмотря на бешеное сопротивление Зеттерберга, сбить с него шлем и расквасить нос удалось почти сразу: красные капли рассыпались по белизне льда. Джаред в яростном угаре просто не ощущал ответных ударов, как не чувствовал попыток судей и других игроков оттащить его от капитана «Детройта». Он бил и бил, попадая то в защиту, то в бортик, то в неприкрытую плоть, не обращая внимания на боль в кулаках. Мир вокруг превратился в размытую, затянутую красным картинку, которая имела значение не большее, чем пейзаж за окном несущегося поезда. Джаред был полностью сосредоточен на противнике и своем желании превратить этого самого противника в хорошо отбитый кусок мяса.
Чьи-то руки все-таки отодрали Джареда от Зеттерберга, и он едва успел остановить замах, когда мозаика из темного костюма, штормовых зеленых глаз и коротких русых волос сложилась в затопленном яростью мозгу в единую картину.
Дженсен.
Тот единственный, кого не должно быть на льду. Тот единственный, кто сейчас не вызывал у Джареда желания убить. Эклз снова, как несколько часов назад в коридоре, держал крепко и смотрел зло. И Джаред уже без подсказки медленно выдохнул всю свою злость. Эклз выдохнул вместе с ним, штормовые глаза чуть потеплели.
- Вот так, - тихо прошептал он.
И Джаред услышал даже сквозь вопли фанатов и стук клюшек по бортикам, которым оставшиеся на скамейке игроки подбадривали своих товарищей.
Красная пелена перед глазами спàла, позволяя увидеть, что ледовая арена превратилась в гладиаторскую. Судьи, обычно дававшие хоккеистам возможность, в разумных пределах, выплеснуть агрессию, пытались растащить сцепившихся тут и там игроков. В одном из углов образовалась целая куча-мала, и тому, кто лежал внизу, можно было только посочувствовать.
- Правильно, держи своего психа на привязи, охранник. - Зеттерберг сплюнул окровавленную слюну.
Джаред снова напрягся, и Дженсен усилил хватку на его плечах:
- Держи на привязи свой грязный язык, не то я и Падалеки отпущу, и сам присоединюсь.
Зеттерберг фыркнул, но промолчал и отправился помогать судьям.
- Защищаешь меня, - усмехнулся Джаред. Это оказалось неожиданно приятно.
- Работа такая, - дернул краешком губ Дженсен.
Драка постепенно прекращалась сама собой, как будто ярость Падалеки, уже иссякшая, была катализатором, питавшим ее. Игроки поправляли потрепанную амуницию, пытались найти среди валявшихся по всей площадке шлемов, перчаток и клюшек свое имущество.
Куча-мала в углу рассосалась, и только один хоккеист остался лежать на льду. Хоккеист в форме «Иглз».
- Черт, - выдавил Джаред.
Он уже достаточно пришел в себя, чтобы осознавать, какую свинью подложил всей команде этой дракой. Но недовольство Роше было не проблемой. Джаред не собирался сдерживаться в угоду этому мудаку. А вот травма, судя по появившемуся на площадке врачу, серьезная травма одного из хоккеистов «Сиэтла» вызывала жгучее чувство сожаления.
Проводив взглядом осторожно скользившего к скамейке Дженсена, Джаред подкатился к Таю. Вокруг лежавшего хоккеиста толпились парамедики и игроки «Сиэтла», и как Джаред ни пытался с высоты своего роста рассмотреть номер на свитере или лицо пострадавшего, не мог.
- Кто?
- Хемсворт.
Вампир выглядел помятым, шлем сидел криво, под левым глазом наливался синяк. То ли капитан сам поучаствовал в драке, то ли получил, разнимая игроков.
На льду появилась каталка, бушевавшие на трибунах фанаты разом затихли, только сейчас осознав серьезность ситуации. Если Крис не мог сам покинуть лед, дело было плохо. Парамедики расступились, чтобы подтащить носилки, и на секунду взгляду Джареда открылся вид на схватившегося за ногу Криса, на его искаженное гримасой боли лицо. Внутренности ошпарило чувством вины. Стиснув зубы, Джаред наблюдал, как медики осторожно укладывают Хемсворта на носилки, а потом протолкался мимо других парней и склонился над Крисом.
- Прости.
- Надерите… им… задницы, - выдавил тот побелевшими губами.
Джаред на секунду сжал ему плечо и отошел, давая парамедикам возможность увезти каталку со льда. Арена взорвалась аплодисментами, игроки загрохотали клюшками о бортик, провожая Хемсворта и желая ему скорейшего выздоровления. Крис в приветствии взмахнул рукой, прежде чем исчезнуть в подтрибунных помещениях. На большом экране в центре арены крутили замедленные повторы схватки. И Падалеки несколько секунд наблюдал свое потерявшее все признаки человека лицо, пока судья не объявил, что он получает удаление до конца игры и штраф на следующий матч как зачинщик драки в последние пять минут.
- Падалеки, после игры ждем тебя в офисе команды, - сообщил один из помощников Бивера, когда Джаред покидал лед.
Ну да, чтобы мистер Роше выразил свое праведное негодование. Той ослепляющей ярости, что заставила Джареда ударить Зеттерберга, уже не было, остались лишь тупая злость частично на себя, частично на весь мир.
Судя по тому, что Джареду хватило времени помыться, одеться и добраться в офис прежде, чем туда явилась администрация команды, основное время, а возможно, и дополнительное, закончилось вничью, и теперь хоккеисты блистали своим мастерством в забивании буллитов.
Падалеки мрачно подпирал стенку в полутемном коридоре, а рядом ненавязчивой, но неотступной тенью маячил Эклз. Джаред краем глаза поглядывал на высокую фигуру своего телохранителя и думал, как хорошо было бы вместо стояния здесь заняться с Дженсеном сексом. Яростным, как в первый раз, или, неторопливым, как во второй, или придумать что-то новенькое. Что угодно, чтобы хоть на секунду забыть об этом дне. Вытравить из мозгов картинку побелевшего от боли лица Криса и собственной ожесточенной рожи, сотни раз протранслированной на весь мир.
- Это не твоя вина, - вдруг сказал Дженсен, и его приглушенный голос эхом разнесся по пустому коридору.
- Ага, - сказал Джаред, вкладывая в эти три буквы скорее отрицание, чем согласие.
Не он сбил Криса с ног, не он сломал ему лодыжку, но если бы он не начал драку, никто бы не пострадал.
- Все идет как идет, мы не можем помешать этому или исправить. - Дженсен подошел ближе. Так близко, что Джаред, отвлекись он на секунду от разглядывания своих ботинок, мог бы его поцеловать.
- А ты, оказывается, философ.
- Работа такая, - снова повторил Дженсен, и в его голосе послышалась улыбка.
Джаред все-таки отвлекся от своих ботинок и поднял взгляд на лицо Эклза. Длинные ресницы, зеленые глаза, рассыпанные по сломанному носу веснушки и красивые губы. Перед глазами давно уже не всплывало лицо развратной рыжули, но желание схватить Дженсена за шиворот, втащить в первую попавшуюся подсобку и прижать к стенке от этого меньше не становилось.
И стоя в полутемном коридоре «Кей Арены», после того как избил капитана соперников, отправил на больничную койку друга и навлек на всю команду гнев владельца, ослушавшись его прямого приказа, Джаред вдруг сам себе признался, что запал на мужика.
Вдалеке послышались голоса, и Дженсен неуловимым движением отдалился от своего подопечного, в одно мгновение оказавшись у противоположной стены. Себастьян Роше шествовал к офису команды в окружении свиты: мрачно зыркавшего по сторонам Бивера, сурово хмурившегося Розенбаума, гулко стучавшей невероятными каблуками Кортез и еще парочки типов, которых Джаред видел в первый раз. Телохранители или адвокаты. А может, и то и другое.
Вся процессия прошла мимо Джареда с Дженсеном, не удостоив их ни единым взглядом. Но дверь в офис, предусмотрительно оставленная открытой, недвусмысленно намекала, что другого приглашения войти не будет.
Бивер и Розенбаум стояли у стола, Кортез выбрала место у стеллажа с наградами, приспешники Роше устроились на диване, а сам владелец команды глядел в окно на ночной Сиэтл. Джаред замер у двери: соваться дальше в это змеиное гнездо не хотелось.
- Я разочарован, мистер Падалеки. - Роше так и не повернулся, обращаясь то ли к отражению Джареда, то ли к раскинувшемуся за стеклом пейзажу. – И причина этого разочарования – вы. – Он помолчал и все-таки повернулся, но продолжал говорить, не глядя на Джареда. – Я надеялся увидеть красивую игру, победу своей команды, - он выделил слово «своей», и Джаред заметил, как Бивер сжал кулаки. – А что увидел вместо этого? – Роше прошелся по комнате и остановился перед фотографиями «Иглз», висевшими на стене. – Вы знаете, мистер Падалеки, как дорого обходится содержание команды? Реклама, перелеты, зарплаты обслуживающему персоналу, гонорары игроков... многомиллионные гонорары игроков. Я предпочитаю, чтобы мои траты были разумными. И в последнее время то, что я трачу лично на вас, несколько противоречит доводам рассудка.
- Сэр, - не выдержал Бивер, грозно сопевший на протяжении всей речи Роше.
Но владелец команды вскинул руку, и тренер замолчал. Джим Бивер, железной хваткой державший за яйца самых крутых игроков Лиги, заткнулся от одного жеста напыщенного хлыща со слишком раздутым эго. А Джаред уже и не думал, что этот день может стать еще хуже.
- Так вот, я спрашиваю себя, мистер Падалеки, есть ли какая-то причина, по которой мне стоит продолжить оплачивать моими деньгами ваши нужды? – Роше, наконец, посмотрел на Джареда.
«Встал на колени и вылизал мне ботинки», - сказал его взгляд.
«Хрен тебе», - подумал Джаред.
Никто и никогда не смог поставить его на колени, и уж тем более это не сделает набитый купюрами мешок.
Все-таки хорошо, что удалось выплеснуть ярость на Зеттерберга, иначе Джаред мог бы наброситься на Роше с кулаками и схлопотать немалые неприятности на свою жопу. Сейчас же в голове остался лишь холодный расчет и отчетливое нежелание прогибаться.
- Знаете, мистер Роше, - Падалеки точно скопировал его скользко-вежливые интонации, - я тоже разочарован. Когда я подписывал контракт с вашей командой, - он намеренно выделил слово «вашей», - я рассчитывал, вы знаете, что должен делать владелец команды, чтобы она выиграла Кубок. Но оказалось, ваши хваленые мозги способны лишь подсчитывать зеленые бумажки. Вы тратите на меня свои деньги, но я трачу на вас кое-что более ценное – свое время. И трачу его впустую. – И пока гнев, безобразными пятнами проступивший на лице Роше, не вылился в слова, Джаред быстро добавил: – Поэтому я решил расстаться с вами и вашей командой. В НХЛ хватает гораздо более привлекательных вариантов.
Вот так-то. Не вы меня уволили, я сам от вас ушел.
Розенбаум не сдержал потрясенного возгласа, Бивер удивленно сверкнул глазами из-под козырька кепки, только Кортез продолжала невозмутимо разглядывать свой маникюр.
Что бы ни хотел сказать в ответ Роше, он явно посчитал Джареда недостойным своего гнева.
- Отлично, мистер Падалеки. - Интонации были теперь не просто вежливыми – почти сахарными. – Рад, что мы достигли консенсуса в этом вопросе. Мой адвокат свяжется с вашим агентом.
- Сэр!
Теперь взмах руки заткнул рот Розенбауму.
- До свиданья, джентельмены, мисс Кортез, - и Роше вышел из офиса. Свита последовала за ним бесшумными тенями.
- Джаред, что ты наделал, - взвыл Роззи, стоило только двери захлопнуться. – Он же оставлял тебе лазейку. Надо было просто извиниться. Как я теперь должен все исправлять?
- Ты сглупил, Падалеки, - подал голос Бивер.
Джаред посмотрел на схватившегося за голову Майкла, на тренера, сложившего руки на груди, на невозмутимую Кортез и медленно и членораздельно произнес:
- Я не собираюсь извиняться перед этим ублюдком. И не в обиду вам будет сказано, но в НХЛ в самом деле есть куда более привлекательные варианты. – Джаред сделал шаг к двери. – Удачи с Кубком. – Снова посмотрел на Кортез: – Спасибо за все, Женевьев.
- Ты правильно поступил, Йети, - улыбнулась пиарщица. – И тебе удачи.
Джаред чуть улыбнулся ей в ответ и вышел из офиса.
Все было не так просто, как он хотел показать: больно и обидно уходить из команды, которой отдал шесть лет жизни. Эти чувства смешивались и разъедали внутренности ядовитой кислотой, заставляя Джареда все ускорять шаг по дороге на парковку.
- Какая машина? - бросил он шедшему с ним нога в ногу Эклзу. Тот кивнул головой в сторону «Рав 4». - Ключи, - потребовал Джаред.
Он не смог бы просто сидеть пассажиром: в бесконтрольно летевшей под откос жизни ему нужно было что-то, ну хоть что-то, что он мог держать под контролем.
Эклз на секунду замялся, сканируя пронзительным взглядом.
- Ключи, - повторил Джаред, протягивая руку.
Дженсен достал из кармана брюк ключи и на секунду сжал ладонь Джареда, вдавливая в кожу теплый металл.
- Не делай глупостей, Джей.
Коротко кивнув, Падалеки забрался в машину на водительское кресло. Нет, он не собирался делать глупостей. По крайней мере тех, о которых его предупреждал Дженсен.


Последний раз редактировалось taniyska 05 дек 2014, 23:00, всего редактировалось 3 раз(а).

04 дек 2014, 11:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Изображение


- Джаред, ты в порядке? – Эклз впервые выглядел по-настоящему обеспокоенным.
Они только что зашли в квартиру, и Падалеки прямо у порога опустился на колени и принялся расстегивать ремень Дженсена.
Нет, Джаред не был в порядке. И прямо сейчас ему нужно было сделать что-то очень сумасшедшее, чтобы понять, есть ли вообще в природе это самое «в порядке».
Никто не мог поставить его на колени. Но Дженсен оказался единственным человеком, для которого Джаред был готов сделать это добровольно и, мать его, с большим желанием.
Дженсен, не позволяя уткнуться носом себе в пах, схватил Джареда за волосы.
- Нет, это не то, что тебе сейчас нужно.
Достали.
«Джаред, мы знаем, что для тебя лучше. Джаред, не делай глупостей».
Он и сам мог понять, что ему нужно. И прямо сейчас ему нужен член Эклза в глотке. Чтобы выбить им все мысли, всю злость и весь тошнотворно-липкий страх, который мешал дышать.
Дженсен не был возбужден. Совсем. Но Джареда сейчас такие мелочи не интересовали. Похоже, у режима «лед» обнаружилась какая-то особая модификация, превращавшая Падалеки в сексуально озабоченного маньяка.
Он втянул мягкий член в рот, подавился, попробовал еще раз и застонал от возбуждения, почувствовав, как быстро крепнущий ствол начинает растягивать губы до легкого покалывания в уголках.
- Что же ты творишь? – прошептал Эклз. Выпутал пальцы из растрепавшихся волос Джареда и аккуратно отвел пряди с его лица. Тот поднял глаза и на пробу качнул головой, забирая член глубже. - Красивый. - Дженсен погладил Джареда по щеке, провел пальцами, очерчивая контуры своего члена. Джаред сглотнул и снова качнул головой, не отрывая взгляда от лица Дженсена. – Мой хороший. – Взял еще глубже. – Самый лучший.
По ощущениям Джаред уже засосал что-то, размерами сравнимое с бейсбольной битой. Горло судорожно сжималось вокруг головки, на язык давила горячая тяжесть, губы растягивал мощный ствол. И все это было охуенно кайфово. Солоноватый вкус, заполнивший рот, невозможность нормально дышать, слюна, стекавшая по подбородку, легкие касания руки Дженсена, а больше всего его потерявший всякую осмысленность, до краев наполненный похотью взгляд.
Джаред вмял пальцы в голые ягодицы, понукая Дженсена двигаться. Тот тяжело моргнул:
- Ты правда этого хочешь?
Не выпуская член изо рта, Джаред неловко кивнул. Он не просто хотел этого. Ему это было нужно. Так нужно, что собственный член уже пачкал смазкой боксеры.
- Хорошо. Следи за зубами и смотри на меня. - Дженсен снова сдвинул ладонь на затылок Джареда и на пробу легко толкнулся. Рельефная вена прошлась по языку, в заднюю стенку горла ткнулась головка, Джаред закашлялся. - Тише, тише. Расслабься и дыши.
Дженсен подал бедрами назад, позволяя Джареду вдохнуть, и снова толкнулся вглубь.
Это было не совсем то, что хотел Джаред. Дженсен не трахал его горло. А просто легко раскачивался вперед-назад, держа руку на затылке, создавая видимость ограничения свободы. И эта забота, это нежелание воспользоваться тем, что так щедро в своем стремлении забыться предлагал Джаред, сносили крышу почище самой жаркой ебли. Мысли вымывало волнами: толчок… и нет больше сталкера, еще один… и Кубок Стэнли исчез за линией горизонта, еще… и Роше вместе с командой отправился на хуй, еще… и злость растворилась в наслаждении.
Джаред убрал руки с бедер Дженсена, полностью отдаваясь в его власть, и сжал свой член через джинсы.
- Хороший какой, - шептал Эклз, не отпуская взгляд Джареда. – У тебя так здорово получается.
Тело Джареда как будто исчезло или онемело. Он не чувствовал крепкой хватки на затылке, слез на щеках, ломоту в затекшей шее и боль в коленях. Все ощущения сконцентрировались в горле, где двигался член Дженсена, и в собственном члене, который Джаред сжимал в такт покачиваниям Эклза.
- Давай, Джаред.
Дженсен ускорялся, осторожничая все меньше, проникая с каждым разом все глубже. Темп терял свою размеренность, и Джаред уже не пытался подстроить под него движения своей руки, беспорядочно тиская член сквозь мягкую джинсу. Пространство вокруг искажалось, лицо Дженсена с искусанными губами и красными пятнами на скулах плыло перед глазами. Кто-то глухо застонал. И Джаред даже не сразу понял, что эти полузадушенные, хриплые звуки издает его растраханное горло.
- Давай, кончай со мной, малыш, конча-а-ай. - Голос Дженсена сорвался, он обхватил голову Джареда обеими руками, толкнулся так, что подбородок Падалеки коснулся бархатистой кожи мошонки, и замер.
Первые же горячие капли, скатившиеся Джареду в горло, сорвали его в оргазм. Казалось, сперма Дженсена, подобно афродизиаку, бьет по нервным центрам, вызывая все новые и новые всплески наслаждения. Джаред глотал и кончал, глотал и кончал, кончал, кончал. И казалось, это будет длиться вечно. А потом вдруг все исчезло: крепкая хватка на затылке, пульсирующая плоть во рту...
Джаред еще раз по инерции содрогнулся от остаточного разряда и затих.
Дженсен опустился рядом на колени, ладонью стер Джареду подсыхавшие слезы и капли пота со щек, и слюну, перемешанную со своей спермой, – с подбородка.
- Лучше? – Он облокотился спиной о стену и притянул к себе Джареда.
- Да, - прохрипел тот, расслабляясь в крепких руках.
Горло саднило, глаза жгло, шею и затылок ломило, в трусах было липко и мокро, а ощущения в коленях напоминали о том, что на пол из твердых пород дерева Джаред в свое время не поскупился. Но в голове не осталось ни единой мысли и ни единой эмоции, кроме чистого удовольствия, и он, наконец-то, чувствовал себя хорошо.
Дженсен помолчал некоторое время, позволяя Джареду просто лежать на себе, а затем сказал:
- Не самый лучший способ.
- Что ты имеешь в виду? – Джареду было лениво, он не хотел никаких серьезных разговоров.
Дженсен был твердым и надежным, пах потом и терпким возбуждением, обнимал крепко, и Джареду это нравилось. Он впервые понял, почему девчонкам всегда хочется обнимашек после секса. И то, что сейчас в роли такой девчонки выступал он сам, его совсем не волновало. Хотелось просто полежать так еще чуть-чуть, пока мозги отключились и в голове блаженно пусто.
- Минет – не лучший способ решения проблем.
Джаред тяжело вздохнул. Ну и кто тут девчонка? Кого тянет на разговоры после секса?
- Я и не пытался решить проблемы с помощью твоего члена во рту. Это просто секс, просто чтобы сбросить напряжение.
Дженсен отодвинул Джареда от себя и посмотрел ему в глаза:
- Сбросил?
- А ты как думаешь?
- Я тебя спрашиваю.
Эклз чуть изгибал губы в улыбке и такой расслабленный нравился Джареду до глупых бабочек в животе.
- Сбросил. Если ты ждешь, что я снова подставлю тебе зад из-за ухода из команды, то зря. Это только на минет тянуло.
Дженсен чуть прищурился:
- А если я подставлю тебе зад?
Джаред честно подумал, что ослышался. Но налившиеся желанием глаза Дженсена убеждали его в обратном.
- Серьезно? – Дженсен кивнул. – С чего бы это?
Тот поднял руку и осторожно погладил большим пальцем губы Джареда.
- Ну, тут может быть три варианта: я на самом деле пассив и натягивал тебя только в воспитательных целях. Я так впечатлился твоим минетом, что жажду посмотреть, что еще ты умеешь. Я – альтруист и решил таким образом поддержать тебя после всех неприятностей.
Джаред засмеялся. Последнее совсем не подходило Эклзу. А вот два первых… В принципе, если бы Дженсен не был пассивом, он бы не подставился какому-то нытику Сэму, хотя, может, то был просто неудачный эксперимент.
Что же касается минета, Джаред, конечно, не страдал комплексами, но все же вынужден был признать, что Дженсен все сделал сам. Хотя какая вообще разница почему? Главное, что наконец-то предлагают то, чего Джаред так долго хотел: нагнуть, вставить, подчинить.
Вот только Эклз каким-то образом из вечно раздражавшего фактора умудрился превратиться в гребаное сокровище, которое хотелось любить и лелеять, доставлять удовольствие и кончать от одного вида его наслаждения. И если пару мгновений назад Джаред чувствовал себя грудой бесполезных костей, мышц и сухожилий, даже не помышляя о втором заходе, то сейчас возбуждение вспыхнуло с новой силой, вливая пульсирующую энергию в вены, заставляя впиваться в рот Дженсена жадными, жалящими поцелуями.
- Эй-эй-эй, - Эклз оттолкнул дорвавшегося Джареда. – Пошли в кровать. Я не трахаюсь на полу.
- Да неужели? – Падалеки встал, чувствуя что-то близкое к клаустрофобии от того, как плотно мокрые трусы облепляли вставший член. – Прецеденты-то имеются.
Дженсен сбросил стянутые на лодыжки брюки вместе с бельем и направился к своей комнате, на ходу расстегивая рубашку.
- Ладно, пусть будет так: я не позволяю трахать себя на полу.
Джаред, на несколько секунд зависший на разглядывании подтянутой задницы Эклза, при каждом шаге мелькавшей под белым подолом рубашки, отмер и бросился следом, нагнав у самых дверей.
- Нет. Я трахну тебя в своей спальне.
Эклз обернулся, сверкая весельем в глазах:
- На той кошмарной кровати?
Было так странно: без штанов и в расстегнутой рубашке он почему-то выглядел намного более собранным, чем полностью одетый Джаред. И выдавал свое нетерпение только легкими покачиваниями взад-вперед. Так, что торчавший между полами рубашки член при каждом движении тыкался в пах Джареду, добавляя к большому пятну маленькие темные пятнышки смазки.
- Значит, ты признаешь, что кровать кошмарная? – Джаред опустил руку и обхватил кольцом пальцев твердый ствол, останавливая покачивания.
- Признаю, - Дженсен облизнулся и задышал чуть чаще, когда Джаред двинул кулаком. – Но безопасность превыше комфорта.
- Клал я на вашу безопасность, - сообщил Падалеки. И, наклонившись, прошептал Дженсену в самое ухо: – Я буду ебать тебя в своей настоящей спальне, на своей огромной кровати, перед своими гигантскими окнами. – И убрал руку.
- Эксгибиционист херов, - выругался Дженсен, но Джаред уже шагал к дверям, ничуть не сомневаясь, что он идет следом.
Дженсен все-таки заставил понервничать, появившись не сразу, а через несколько секунд, когда Джаред уже начал тихо впадать в панику. Кто знает этих охранников, может, безопасность для них и впрямь настолько превыше комфорта, что ради нее можно наплевать на свой и чужой стояк.
- Хочешь сделать хорошо – сделай сам? – спросил Дженсен с порога, швыряя тюбик смазки и презервативы сидевшему на кровати Джареду.
Который состроил извиняющееся лицо, мол, что поделаешь, гетеросексуальное прошлое дает о себе знать.
- Иди сюда.
Дженсен все еще был в рубашке, и когда он приблизился на расстояние вытянутой руки, Джаред поймал ее распахнутые полы, потащил на себя и со стоном ткнулся губами в твердый теплый живот.
- Мог бы пока раздеться. - Дженсен потянул за длинные волосы, заставляя смотреть на себя. Снова та же позиция, снова тот же переполненный желанием взгляд. Это ударяло по мозгам почище экстази.
- Сам-то. - Джаред красноречиво потянул рубашку, которую все еще сжимал в кулаках.
- Не хотел чувствовать себя неловко, пока ты одет. – Дженсен чуть наклонился, стягивая футболку с Джареда. И тот на секунду успел ухватить губами твердый сосок, прежде чем голову накрыла плотная ткань.
- Ты и неловко? – спросил Падалеки, когда футболка смятым комом улетела куда-то в угол.
- Представь себе.
Рубашка отправилась вслед за футболкой.
Дженсен чуть отстранился. Взгляд его прищуренных глаз оставлял на коже ожоги, вид его светлого идеально вылепленного тела заставлял тяжело сглатывать в предвкушении. И Джаред больше не мог сопротивляться. С хриплым стоном он притянул к себе Дженсена, обхватывая обеими руками, как дитя держит любимую игрушку, и прижался губами к коже. Он повторял языком рельеф мышц, затягивал глубоко в рот напряженные соски, прищипывал губами тонкие волоски на блядской дорожке, указывавшей путь к возбужденному члену. Целовал, кусал, зализывал следы своих зубов и снова кусал, заставляя Эклза тихо материться от боли, и не мог оторваться.
Никогда. Никогда и никого в своей жизни Джаред не хотел так сильно. Сейчас же его трясло от желания облизать Дженсена с головы до ног и съесть целиком. Его хотелось поглотить или пробраться под кожу, чтобы стать ему еще ближе. Единым. Целым.
Кажется, Джеред все-таки пошел на поводу у вожделения, потому что Дженсен вдруг резко дернул его за волосы, заставляя оторваться от горько-сладкой плоти.
- Чертов вампир! - Это прозвучало смесью восхищения и отвращения.
Джаред перевел взгляд с полуприкрытых глаз Дженсена на его живот и тихо ахнул, увидев наливавшиеся багровым засосы и тонкую струйку крови из последнего укуса.
- Черт, Джен, - Джаред снова посмотрел ему в лицо.
- Не строй из себя заигравшегося щенка, - отрезал Эклз и, толкнув Джареда в грудь, плавно опустился на колени и наконец-то стянул с него опостылевшие джинсы вместе с боксерами. Джаред подал бедрами вверх, ткнувшись членом куда-то Дженсену в подбородок. - Ну уж нет, Падалеки, или моя задница, или мой рот, на то и другое по второму кругу ты сегодня неспособен.
Джаред не стал возражать: он и сам-то не был уверен, что на третий заход останутся силы.
Дженсен подтянулся вверх, поцеловал. Легко. Мягко. Отдавая инициативу. Передавая эстафетную, блядь, палочку. И Джаред рванул с места, повалил его на кровать, придавил весом и застыл на секунду, вспоминая о своем желании лелеять, а не подчинять.
Это было сладко. Так сладко не бороться, а дарить, не отбирать силой, а принимать то, что дают добровольно. Отдаваться Дженсен умел. Щедро и раскованно. Он стонал и плавился под Джаредом, не держась за свою маску прожженного циника, а открываясь каждой ласке.
Джаред нащупал тюбик смазки, оторвался от желанного тела, открутил крышку, выдавил немного на пальцы и замер в нерешительности. Дженсен раскинулся перед ним, но Джаред не мог выбрать - что дальше. Перевернуть и поставить в коленно-локтевую? Но тогда он не будет видеть лица Дженсена. Взять как девчонку? Можно нарваться на поток яда.
Эклз сам решил проблему. Подхватил себя под коленями, развел ноги широко, подтягивая к груди, и раскрылся, выжидающе глядя шальными глазами.
Джаред облизнул губы, враз пересохшие от вида темнеющей меж ягодиц дырки, и ткнулся в нее скользким пальцем.
Узко. Это мысль единственной осталась в голове. Потому что остальные с потоком крови обрушились прямо в яйца. Дженсен был чертовски узким и горячим. И когда Джаред, закусив до крови губу, переждал сбивавшую с ног волну возбуждения, в голове появились и другие мысли.
Если палец обхватывается так плотно, то как же туда войдет член? Конечно, пальцы у Джареда не маленькие, но и член пропорционально большой, и, наверное, надо добавить еще пальцев. Джаред ткнулся двумя. И Эклз взвыл, дернул бедрами, уходя от вторжения.
- Падалеки, мать твою, ты не в торт тыкаешь, можно и поаккуратней.
Он растеряно посмотрел на недовольного Дженсена. Вообще-то, Джаред считался в постели искусным парнем и мог довести девчонок до оргазма вот этими самыми пальцами. Что сейчас-то не так?
– Все приходится делать самому, - проворчал Дженсен и одним движением опрокинул Джареда на спину, усаживаясь ему на бедра. Схватил за запястье и притянул руку себе за спину. – Вот так, - прошептал он, осторожно насаживаясь на палец Джареда, - бережно и аккуратно.
Джаред будто раздвоился. Одна часть заворожено смотрела, как Дженсен, хмурясь и кусая губы, трахает себя рукой Джареда. А вторая сосредоточилась на ощущении гладких тугих стенок, ритмично сжимавшихся вокруг пальцев. И разрываемый тактильным и визуальным наслаждением Джаред чуть не пропустил ту секунду, когда Дженсен оставил его руку в покое, раскатал ему по члену резинку и, придерживая ствол рукой, начал медленно насаживаться.
Это миллиметр за миллиметром погружение внутрь сводило с ума. Хотелось ворваться сразу до конца, войти полностью в этот тесный жар и забыться в бешеном ритме движений. Но по тому, как морщился и невольно задерживал дыхание Дженсен, было видно, что... ему больно. И Джаред терпел, позволяя Дженсену самому решать когда и как.
- Черт, - Дженсен замер, впустив в себя головку, мелкими вздохами глотая воздух. – Чем тебя в детстве кормили, что такой хуй отрастил?
- Будто у тебя меньше, - выдавил Джаред, когда Дженсен опустился еще чуть-чуть.
- Не знаю,- огрызнулся тот, снова пережидая, пока мышцы растянутся. – Не имел возможности проверить.
Казалось, это не кончится никогда. И Джаред навечно обречен на сладкую пытку медленного погружения, на безуспешные попытки добраться до источника удовольствия. Вискù щекотало каплями пота, перед глазами мелькали черные мушки, а бедра подрагивали, будто подначивая - давай, вставь ему, получи свой кайф. И только сосредоточенное напряжение, сквозившее во взгляде Дженсена, заставляло держаться, балансировать на краю на кончиках пальцев, но все-таки не срываться вниз. Потому что хотелось вместе. Хотелось, чтобы и ему тоже было хорошо.
Джаред был уже в полубессознательном состоянии, когда Дженсен, наконец, опустился полностью. Он задержался на секунду, закрыв глаза, будто сканируя ощущения внутри себя, и начал двигаться. Медленно вверх-вниз, вперед-назад, вкруговую и повторить. Этот тягучий танец был настолько охуенным, что Джаред даже не сразу понял, что Дженсен просто трахает себя им. Как там? Босси-боттом, который использует партнеров для удовлетворения себя любимого? Именно. Дженсен отрывался. Дженсен ловил кайф. Дженсен закрыл глаза и двигался, полностью растворившись в удовольствии. В своем удовольствии. И казалось, ему совершенно все равно, чей хрен доставляет сейчас это самое удовольствие.
Такого Джаред позволить не мог. Он обхватил, оплел Дженсена длинными руками, притянул, укладывая на себя, не позволяя двигаться, и заработал бедрами, вбиваясь в сладкую задницу. Дженсен, зависнув в миллиметре от губ Джареда, распахнул глаза, и тот, захлебнувшись их ослепительной зеленью, прохрипел:
- Ты со мной.
- С тобой, - согласился Дженсен, непонятно что увидев во взгляде Джареда, и обмяк, позволяя трахать себя, позволяя себя вести.
Джаред держал его, крепко прижимая, целуя, пока легкие не начинали гореть от недостатка кислорода, и двигаясь-двигаясь-двигаясь. Не самая удобная поза, но Джаред не променял бы ее ни на какую другую, потому что только так, когда их тела были спаяны в единое целое, когда их не разделял даже воздух, можно было чувствовать каждый отголосок не только своего наслаждения, но и Дженсена. И это его, наслаждение, удесятеряло, выламывая, выкручивая в головокружительном ожидании оргазма.
Дженсен стонал в рот и шептал между поцелуями:
- Давай, Джаред… еще, Джаред… глубже… сильнее… хороший… да, вот так, малыш… да, трахни меня… трахни меня.
Его член терся о живот Джареда, который давал, глубже и сильнее, мял мышцы на широкой спине, лапал ягодицы, скользил пальцами по растянутым краям ануса, чувствуя движения своего члена. А когда Дженсен вдруг беспорядочно задвигался сам, пытаясь насадиться еще глубже, и на животе разлилась теплая жидкость, Джаред ввинтился внутрь до предела и кончил, не отрываясь от искусанных губ Дженсена.
Мир, казалось, перестал существовать. Джаред плавал в блаженной невесомости, не ощущая ни своего тела, ни обмякшего на нем Дженсена. И только тихое оханье, с которым тот снялся с члена, заставило вынырнуть из пучины неги.
- Ты в порядке? – Джаред перевернулся на бок, заглядывая в глаза улегшемуся на живот Дженсену.
- Разве после твоего члена можно быть в порядке? – Вопреки своим словам и ворчливому тону, Дженсен не выглядел недовольным, скорее, наоборот.
- Никто не жаловался. - Джаред провел ладонью по гладкой ягодице и осторожно коснулся пальцем еще не закрывшегося входа. Дженсен недовольно сдвинул брови, но не отстранился.
- Не решались, наверное.
- Может, помазать чем? – Джаред не мог перестать трогать его. Убрал руку с задницы, но тут же положил на поясницу, чуть вдавливая пальцы в упругую кожу.
- Ага, еще и поцеловать, – хмыкнул Дженсен, глаза у него стали совсем сонными. – Я обкончал тебя, Йети, иди помойся.
- Потом. - Джаред поглаживал Дженсена по пояснице, наблюдая, как медленно закрываются у него глаза.
- Грязнуля, - совсем невнятно пробормотал тот и вдруг подтянулся к Джареду, укладываясь колючей щекой ему на грудь. Похоже, не один Падалеки любил обнимашки после секса.
Джаред прижался подбородком к русоволосой макушке и, продолжая поглаживать теплую спину, позвал:
- Джен.
- Ну?
- Тебе было хорошо? – Дурацкий вопрос, но узнать ответ на него сейчас было жизненно необходимо.
- Нет, я кончил, только чтобы поскорее от тебя избавиться.
Джаред самодовольно улыбнулся. Полежал пару секунд и снова позвал:
- Джен.
- Что еще?
- Почему ты называешь меня малышом? Я на полголовы тебя выше.
Дженсен отлепился от груди Джареда и посмотрел ему в лицо недовольным, разморенным сексом и усталостью взглядом.
- Вот именно, Джаред, такой большой, а ведешь себя как ребенок. Спи, - и уронил голову обратно.
Джаред тихо усмехнулся и, натянув покрывало, закрыл глаза.


Изображение


- Ты самый лучший, Джей, мы верим в тебя! - Язвительный голос громко продекламировал строчку, светившуюся на экране. Губы на бледном лице подергивались и кривились в болезненной ухмылке. Руки дрожали от желания швырнуть кружку с остатками кофе в стену. Но нельзя. Пятно останется.
«Это тупая Падаскотина не годится даже для развлечения. Каждый раз умудряется своим дерьмом испортить мне удовольствие. Хватит. Пора очистить жесткий диск от этой падали».


Изображение


Джаред не знал, что его разбудило, - может, какой-то звук, может, многолетняя привычка вставать на пробежку, - но вдруг резко открыл глаза, на автомате прошел половину пути до двери и только тут окончательно проснулся, почувствовав: что-то не так.
Яркий солнечный свет, заливавший комнату. В последние две недели такая картина баловала нечасто. Джаред растерянно переступил с ноги на ногу, чувствуя, как ступни щекочет мягкий ворс ковра. Это тоже ощущалось странным диссонансом.
Воспоминания возвращались медленно, разрозненными кусочками, будто буксовали в вязких остатках сна, туманивших разум. Ярко-красная кровь на льду, искаженное яростью лицо Роше, впившиеся в затылок сильные пальцы и «помойся, я тебя обкончал, Йети»… Дженсен. Джаред развернулся к кровати. Пустая. Но он точно знал, что Эклз покинул ее совсем недавно. Какое-то неявное ощущение присутствия рядом чужого тела, а может, вполне явный синяк на бедре, что встретилось ночью с коленом Дженсена.
Джаред, усмехаясь, потянулся, почесал живот и поморщился. В душ. И как можно скорее. Только выходить из комнаты голым не хотелось, пусть даже в квартире был только Эклз и пусть даже после вчерашней ночи поводов стесняться не осталось.
Бòльшую часть одежды Джаред перенес в свою кошмарную временную спальню. Бòльшую, но не всю. Что-то ведь должно было остаться, решил он и побрел к шкафу.
Все тело наполняла тяжелая расслабленность, притупляла чувства, приглушала эмоции, затапливала безмятежным пофигизмом, будто Джаред накануне хорошо потрудился. Хотя да, он вчера совершенно точно не ленился. Подрался, ушел из команды, впервые в жизни отсосал и, чтобы увенчать торт вишенкой, трахнул Эклза. Джаред тихо хмыкнул этой мысли и вытащил старые спортивные штаны. Чуть помяты, но чтобы дойти до ванной сгодятся.
Душ немного взбодрил. Расслабленность никуда не исчезла, но из тяжелой перетекла в приятную, зато пофигизм исчез напрочь, вытесненный ставшими уже привычными мыслями о Дженсене.
Каждому человеку в жизни нужны определенные константы. И теперь, когда у Джареда не было ни малейшей ясности с дальнейшей карьерой, а на хвосте висел псих, хотелось хотя бы с Дженсеном добиться какой-то стабильности. Джаред сам не знал какой. Стабильного секса? Или стабильного возвращения к прежней непереносимости друг друга? При этой мысли вода показалась холодной, и пришлось на всю вывернуть кран горячей.
К прежнему возврата, определенно, быть не могло. Не после того, как Джаред узнал, какой Дженсен на самом деле под всей этой профессиональной холодностью. Развития сюжета, впрочем, тоже не намечалось. Ну, хотя бы потому, что Джаред не только ни разу не был в отношениях с парнем, он вообще ни с кем не был в отношениях. Даже его первый в жизни секс стал не продуктом подростковой влюбленности, а просто взаимным снятием напряжения с озабоченной студенткой старше на четыре года, которая повелась на большой рост и еще бòльшую наглость Падалеки.
И его такой расклад устраивал. Просто секс без всяких соплей, разговоров и истерик. Потрахались и разбежались. В лучшем случае, потрахались пару раз и разбежались.
Нет, конечно, как приличный мальчик Джаред знал, что когда-нибудь у него будет свой дом, а в нем симпатичная брюнеточка и пара шумных мальчишек, и две собаки… когда-нибудь… лет эдак через пять.
А сейчас Джаред просто жил и старался получить максимальное удовольствие, нагуляться впрок, чтобы когда придет время остепениться, было что вспомнить. И вдруг каким-то непонятным ему образом в эти воспоминания, состоявшие из череды брюнеток, блондинок и рыжих с длинными ногами, большими сиськами и умелыми ртами, вклинился один конкретный зеленоглазый мужик со скверным характером. Один ли? Может, это только начало? Джаред не знал, но прямо сейчас не чувствовал никакого желания засунуть свой член в задницу какому-то парню, - помимо Эклза, - и даже не допускал мысли о том, чтобы позволить кому-то, - помимо Эклза, - засунуть член в свою задницу.
Это было странно. Это выбивалось из привычной линии поведения Джареда, который всегда был готов к чему-то или кому-то новому. И причин такого поведения было совсем немного. Либо его не интересуют парни, а секс с Эклзом все-таки результат постоянного стресса и вынужденного почти двадцатичетырехчасового контакта. Либо Эклз так сильно интересует Джареда, что все другие парни, да и девчонки, отошли куда-то в сторону. Как решить эту дилемму - Джаред не знал. Поэтому в лучших традициях своего пофигизма решил подождать и посмотреть, что будет. Может, само рассосется.
Выбравшись из ванны, Джаред вытерся и глянул в зеркало. Похоже, Зеттербергу вчера не удалось пробить защиту. Видимых следов драки ни на лице, ни на теле не наблюдалось. Вспомнив, что сам-то капитан «Детройта» получил по полной, Джаред мстительно улыбнулся. Хотя последовавшая за этим воспоминанием мысль о травме Криса радость сильно поубавила.
Планов на сегодня не было никаких, и Джаред решил, что обойдется без бритья, зачесал влажные волосы назад и отправился искать Эклза: не пойдешь же на пробежку без телохранителя.
Дженсен обнаружился в своей комнате. Застегивал рубашку и разговаривал с кем-то по телефону, зажав трубку между ухом и плечом. Джаред прислонился голым боком к дверному косяку, зависнув на том, как постепенно скрывалась под белым хлопком кожа, украшенная фиолетовыми засосами и следами зубов. Зрелище завораживало и заставляло Джареда пожалеть, что надел штаны. Придется тратить время, чтобы их снять.
- Да, давай, жду, - сказал Дженсен в трубку, отключился, бросил телефон на кровать и застегнул последнюю пуговицу.
Джаред тяжело сглотнул, осознавая, что тонкие штаны не скрывают его желаний. Но Эклз никак не прокомментировал это обстоятельство, больше озабоченный своим галстуком, чем полуголым, возбужденным двухметровым хоккеистом, что застыл в дверях.
Джаред не умел быть незаметным и не привык ждать милостей от природы. Он пересек комнату и, остановившись перед Эклзом, отобрал у него галстук.
- Знаешь, для меня можно было так и не наряжаться. - Накинул полоску шелка Дженсену на шею и переплел концы в аккуратный узел. Ну прям заботливая женушка.
Дженсен тихо хмыкнул и перевел взгляд с пальцев Падалеки на его лицо.
- С чего ты взял, что это для тебя?
- Больше тут никого нет. - Джаред начал было затягивать узел, но остановился, захваченный внезапной идеей.
- Мне надо встретиться с одним человеком, с тобой пока побудет Данниль.
- О, новая мамочка.
Отпустив галстук, Джаред расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, аккуратно отогнул воротник, прижался губами к шее Дженсена и с силой засосал теплую, чуть горьковатую от парфюма кожу.
Дженсен резко выдохнул:
- Ты что творишь? – Но не оттолкнул. Джаред отстранился, с удовлетворением оценил багровый засос, застегнул пуговицу и затянул галстук. Дженсен поморщился, когда ткань прижалась к чувствительному месту. - Ты что, меня, типа, пометил?
Вообще-то, Джаред и сам себе не мог бы объяснить, что он сейчас сотворил. «Просто захотелось» тут подходило больше всего. Захотелось помочь Дженсену завязать галстук, захотелось поставить на шее засос, чтобы вспоминал при каждом повороте головы, захотелось никуда не отпускать, а завалиться в кровать и заняться чем-нибудь увлекательным и познавательным. Можно даже заняться чем-нибудь увлекательным и познавательным вне кровати. Не в этом ли заключалась прелесть отношений с парнем?
Стоп. Джаред разгладил ладонями рубашку на груди Дженсена и сделал шаг назад. Кто тут говорит об отношениях? Разве у них есть какие-то отношения? Хотя стоило признать, что какие-то определенно есть. Деловые, например… Черт.
- Черт, - повторил Джаред вслух.
- Что такое? – Дженсен, подошедший к кровати, чтобы взять пиджак, обернулся, глядя на Падалеки.
- Слушай, - тот замялся. – Ведь контракт у тебя с командой, а меня вроде как вчера уволили. Получается, ты теперь не мой телохранитель?
Дженсен усмехнулся, бросил пиджак обратно на кровать, подошел к Джареду и притянул его к себе. Позвоночник защекотала дрожь удовольствия, когда теплые ладони накрыли поясницу. Дженсен положил руки на плечи Джареду, склонил голову, прижимаясь к его лбу своим, прошептал:
- Я не привык бросать дело на полпути. А стоимость моих услуг можешь отработать в постели. – И поцеловал.
Джаред не мог припомнить, когда так было, чтобы поцелуй не был частью секса. Обычно или «о да, сейчас я тебя трахну» до, или «спасибо, крошка, все было круто» после. Он не помнил, когда целовался просто так. Может, когда был еще совсем подростком. Хотя по прошествии стольких лет Джареду казалось, что даже его первый поцелуй закономерно закончился сексом.
Оказалось, это здорово. Целоваться, не подгоняя себя предвкушением продолжения. Целоваться, не собирая себя по кусочкам после сокрушительного оргазма. Просто наслаждаться тем, что есть здесь и сейчас. Смаковать ленивые, неспешные движения языка Дженсена и самому так же неторопливо пробовать на вкус его рот. Отстраняться на секунду, чтобы перехватить глоток воздуха, и снова тянуться к мягким губам, улыбаться, столкнувшись носами, и наливаться мгновенным желанием, когда руки Дженсена будто случайно сползают с поясницы, сдвигая пояс спортивных штанов.
- Давно хотел спросить, - теплое дыхание пощекотало чувствительные от поцелуев губы, - откуда это? – Дженсен провел рукой по паху Джареда и накрыл ладонью татуировку.
- Насколько давно? – Джаред качнул бедрами вперед, чувствуя, как вжимаются в кожу шершавые подушечки пальцев, а член касается паха Дженсена.
- С того первого раза, как ты в раздевалке снял передо мной штаны. - Он сильнее надавил Джареду на спину, так что ладони вплавились в тело - горячие настолько, что неминуемо должны были бы оставить отпечатки на коже.
- Просто фраза понравилась и, по-моему, вполне соответствует действительности.
Не хотелось в эту странно интимную минуту впускать кого-то, кроме Дженсена, особенно бывшую подружку.
- Никакой скромности, - улыбнулся тот, и Джаред провел языком по его губам, слизывая кофейную на вкус улыбку.
- Лишнего не держим, - и снова толкнулся бедрами вперед.
Кто сказал, что этот поцелуй не должен привести к сексу? С учетом сиэтлских пробок времени до приезда Данниль хватит на пару оргазмов.
И, будто опровергая эти мысли, в дверь позвонили.
- Твою-то мать, - выругался Джаред, чувствуя, как неприятным холодом защипало места, нагретые ладонями Дженсена. Который уже надевал пиджак и выходил из комнаты.
Джаред не пошел следом. Присел на кровать, рассеянно вслушиваясь в голоса, доносившиеся из открытой двери. Дженсен снова появился в спальне через пару минут, присел на корточки перед Джаредом, ловя его взгляд.
- Я не имею права указывать тебе, что делать, но прошу, не выходи никуда до моего возвращения.
Джаред кивнул. Но вместо того чтобы словами подтвердить свой ответ, спросил:
- Тебе вчера было хорошо?
Да, уже спрашивал. Но до смешного важным казалось получить ответ не от вчерашнего разморенного сексом Дженсена, а вот от этого собранного, профессионально отстраненного Эклза.
Который пару секунд просто изучал Джареда нечитаемым взглядом, как будто раздумывал - отшутиться или ответить серьезно? А потом, приняв решение, накрыл ладонью щеку Джареда, легко очертил кончиками пальцев резкую линию скулы и улыбнулся:
- Мне было очень хорошо, Джей. И я планирую повторить это хорошо, когда вернусь. Так что, пожалуйста, сохрани свою драгоценную задницу в безопасности до момента моего возвращения.
Повернув голову, Джаред успел ткнуться губами в теплую ладонь за мгновение до того, как Эклз убрал руку с его щеки и поднялся. Джаред встал следом:
- Буду сидеть у себя. - Эклз многозначительно вздернул бровь, пришлось пояснить: - В своей кошмарной спальне на своей кошмарной кровати.
Дженсен удовлетворенно улыбнулся:
- Умник.
Джаред не стал дожидаться, пока он уйдет, прошагал в кухню, сделал себе омлет, позавтракал в одиночестве, рассудив, что мисс Харрис наверняка уже ела, и завалился на кровать с айпэдом в своей унылой каморке. Открыл твиттер и улыбнулся. Фанатки организовали целый флешмоб в поддержку своего кумира и всю ночь постили теплые пожелания с хэштегом #JarPadTheBest. Не то чтобы Джаред нуждался в подтверждениях, что он лучший, но после ухода из команды небольшой заряд положительных эмоций оказался его эгу явно не во вред. И пусть даже эти девчонки любили Падалеки не за мастерство на льду, а за широкую улыбку и отпадное тело, от их слов поддержки темная комната немного светлела и даже, казалось, становилась чуть более уютной.
Почти полтора часа у Джареда ушло на ответы девочкам Сандры. Еще полчаса на длинное и теплое письмо самой Сандре.
Потом он решил почитать, что пишут про вчерашнюю игру официальные источники и знакомые хоккеисты в своих блогах. После чего еще полчаса медитировал на пожелания с хэштегом #JarPadTheBest, чтобы вернуть к жизни раздавленное пресс-релизом «Иглз» и высказываниями соперников самолюбие. За этим его и застал телефонный звонок.
«Марк Шеппард» - высветилось на мобильнике, и Джаред огляделся по сторонам, раздумывая, не выбросить ли телефон за окно. Если в этом мире кто-то, кроме мамы и тренера Бивера, умел заставить Джареда почувствовать себя маленьким нашкодившим мальчишкой, это был его агент – Марк Шеппард. В том, что он звонит отнюдь не поддержать свою курицу, несущую золотые яйца, можно было не сомневаться. Хотя Джаред и считал, что за тот нехилый процент от его контрактов, что получал Марк, желательно бы проявлять, хоть изредка, простое человеческое сочувствие. Сам Шеппард придерживался иного мнения. Факт, что Джаред меняет команду, означал, что Марку придется вытащить из удобного кожаного кресла свой зад и заняться делом. Такое унижение Шеппард и его зад переносили очень плохо.
На звонок ответить все-таки пришлось. Как бы ни был соблазнителен вариант с выкинутым мобильником, Джаред знал, что даже лень не помешает Марку заявиться домой к «несушке». А разговаривать с разъяренным Шеппардом вживую было во сто раз страшнее, чем по телефону.
- Привет, Йети, - взорвалась трубка обманчиво жизнерадостным, стоило принять вызов.
- Здравствуй, Марк, - обреченно вздохнул Падалеки.
- Как тебе смена статуса?
- О чем ты? – Джаред встал с кровати, хотел было подойти к окну, но некстати вспомнил слова Эклза про умелых снайперов и застыл посредине комнаты.
- Был знаменитым хоккеистом, стал безработным неудачником. Впечатляющее падение.
Джаред промолчал. Поток яда надо было просто переждать. Когда Шеппард справится с потрясением от необходимости приниматься за работу, он обязательно предложит какой-нибудь выход.
- Что дальше? Пойдешь спать под мостом и жрать бесплатные завтраки в приюте? – Вопрос явно риторический. – Хотя, может, организовать благотворительный сбор на пропитание несчастному Падалеки? – Трубка на секунду замолчала, будто Шеппард обдумывал свою мысль. – А, нет. Не выйдет. Ты же испоганил матч не только чужой, но и своей команде. Вряд ли кто-то подаст тебе хоть цент.
- Марк... - жалобно начал Джаред.
- Что Марк? – перебил его Шеппард. – Что, блядь, Марк? Ты должен был на коленях приползти ко мне сразу после случившегося, умоляя папочку Марка спасти твой жалкий зад. А ты даже не удосужился позвонить.
- Я собирался. - Не стоило сейчас рассказывать, что Джаред даже не вспоминал о Марке до этой секунды. – Но…
- Но? – снова перебил Шеппард. – У тебя отнялись руки, и ты не смог набрать номер. Или, что вероятнее, у тебя отнялись мозги, которые и раньше-то не очень хорошо работали. – Марк перевел дух. Джаред виновато молчал. – Так вот, - Шеппард наконец-то перешел на деловой тон. – Пока ты, мальчик мой, хуем груши околачивал, папа Марк не сидел без дела и подсуетился. Через час у тебя встреча с Мэттом Коэном в редакции «Сиэтл Таймс». Дашь ему интервью, прикинешься невинной жертвой. Типа владелец команды – жадная сволочь, тренер – ебал тебя во все дыры, а Зеттерберг оскорбил светлую память твоей почившей матушки.
- Моя мама, слава богу, жива, - возмутился Джаред, пропустив мимо ушей пассаж про предполагаемые интимные отношения с Бивером, и сел на кровать. Стоять столбом посреди комнаты казалось глупым.
- Мне насрать, - снова взорвался Марк. – Не матушки, так тетушки или бабушки. Сейчас ты хоккеист-скандалист, за которым гоняется какой-то псих. И маловероятно, что хоть одна приличная команда захочет связываться с тобой. Даже за бесплатно. Черт, даже если ты им приплатишь. Поэтому если не хочешь отправиться во вторую лигу, займись делом и представь все так, чтобы фанаты глотали скупую мужскую слезу, домохозяйки слали пироги и собственноручно связанные теплые носочки, а менеджеры команд стояли в очередь за контрактом с тобой.
Джаред понимал, что Марк прав. Нужно было показать ситуацию со своей точки зрения и как можно скорее. Времени и так прошло слишком много. Но… Дженсен просил никуда не уходить, а Джаред с некоторых пор растерял все желание поступать вопреки рекомендациям телохранителя.
- Э-э-э, Марк, я не смогу приехать в редакцию. – Джаред замолчал, ожидая нового взрыва, но в трубке царила тишина. Или Марк ждал объяснений, или, что более вероятно, лишился голоса. Как бы то ни было, Джаред воспользовался этой паузой и выпалил: – Может, он приедет ко мне?
В трубке забулькало, и Падалеки приготовился выслушать все, что о нем думает Марк, но тот неожиданно согласился.
- Ладно, скажу, пусть едет к тебе. Я тоже приеду процесс проконтролировать. А то натворишь делов, расхлебывай потом дерьмо столовой ложкой.
- Хорошо, - согласился Джаред. Поддержка такого пройдохи, как Марк, в таком деле, как восстановление подмоченной репутации, была бесценна.
- Если этот Коэн припрется раньше меня, молчи – рта не раскрывай. Прикинься глухонемым или дурачком, хотя тут и прикидываться особо не надо, короче, до моего приезда ни слова. – Дав последние напутствия, Шеппард отключился.
Джаред посмотрел на погасшую трубку. Ладно, здесь вроде как все нормально. Теперь надо уладить дела с охранницей. Только сначала одеться.
- Мисс Харрис, - Джаред простоял в дверях собственной гостиной минуты полторы, раздумывая, с чего начать. Дело-то было деликатным. Действовать, как он привык, напролом, не стоило.
Данниль все это время сидела, уткнувшись в айпэд, хотя, судя по чуть напряженной позе, была прекрасно осведомлена о присутствии Джареда.
- Можно просто Данниль, - она подняла глаза.
Нет уж, есть уже один такой «просто Дженсен». Двоих Джаред, пожалуй, не выдержит. Хотя мисс Харрис была очень хороша и совсем не походила на телохранителя. На кинозвезду или модель - да, на человека, способного защитить жизнь другого человека, - нет. На самом деле, это Джаред тут должен защищать прекрасную даму, а не наоборот. Как же все извратилось в двадцать первом веке.
- Через час, - Джаред сверился с часами, - через пятьдесят минут сюда приедет один человек, Мэтт Коэн, он журналист из «Сиэтл Таймс». Будет брать у меня интервью. – Данниль никак не отреагировала на эти слова, продолжая внимательно смотреть на Джареда, и он добавил: – И Марк Шеппард, мой агент.
- Мэтт Коэн – ваш знакомый?
Под пристальным взглядом красивых глаз Данниль Джаред чувствовал себя так же неуютно, как совсем недавно под взглядом Дженсена. Интересно, учит он своих подчиненных, что ли, прожигать дырку в собеседниках?
- Нет, я его не знаю. С ним Марк договаривался.
- Сейчас проверим. - Тонкие пальцы Данниль летали по виртуальной клавиатуре. А Джаред завис на ярко-розовом лаке с блестками, который не подходил к его представлению о телохранителе еще больше, чем все остальное во внешности мисс Харрис. – Так, на сайте редакции он есть, уже хорошо. Работает шесть лет, ведет колонку, так, это неинтересно. Посмотрим его досье. – Данниль прищуривалась, вчитываясь. – Пара штрафов за неправильную парковку. Один за вождение в нетрезвом виде. В принципе, ничего страшного. У ФБР тоже на него ничего нет. – Она подняла глаза на Джареда, который не очень хорошо успевал следить за ее мыслями, и вдруг улыбнулась: – Ладно, пусть приходит, тем более он симпатичный, - и развернула айпэд так, чтобы Падалеки смог увидеть фотографию на экране.
Ну, может, и симпатичный: голубые глаза, черные волосы, хитроватая улыбка, но не во вкусе Джареда. То есть, черт, не во вкусе потому, что у Джареда вообще нет вкуса на парней. В том смысле, что ему нравились девушки. И Эклз тут не в счет. Просто исключение, подтверждающее правило.
- У вас в самом деле есть доступ в базу ФБР? – Джаред наконец зашел в комнату и сел в кресло. Надо же было скоротать время, а от твиттера уже реально тошнило.
- К ФБР и не только. У Дженсена обширные связи.
- Приобрел на службе в охране президента? – Раз уж Данниль проявила дружелюбие, столь несвойственное подчиненным Эклза, можно попытаться узнать кое-какие подробности его прошлого.
- Я не обсуждаю своих коллег с клиентами, - с улыбкой же сообщила Данниль и снова опустила глаза на экран айпэда.
«Отвали», - так перевел ее ответ Джаред.
Дружелюбие дамы он явно переоценил.
Уйти сейчас казалось неуместным, а другие темы для разговора с Харрис не находились, поэтому пришлось взять пульт и включить телевизор.
Джаред остановился на каком-то реалити-шоу: своим отсутствием смысла оно здорово отвлекало от мыслей о предстоящем интервью. И это было хорошо, потому что стоило Падалеки подумать о том, что он будет говорить, или о том, что его заставит сказать Шеппард, как в животе начинало неприятно тянуть, а кончики пальцев покалывать холодом.
Звонок в дверь раздался, когда одно реалити плавно сменилось другим. И если бы не новая заставка, Джаред даже не понял бы, что предыдущая передача уже закончилась. Он взглянул на часы. Журналист оказался пунктуален.
Харрис отложила планшет и поднялась с дивана.
- Встаньте туда, - она указала в дальний угол комнаты, который не просматривался от двери.
- Думаете, начнет палить с порога? - усмехнулся Джаред, но покорно сменил дислокацию.
Данниль подошла к двери, достала из-за пояса «беретту» и, держа пистолет на отлете, приоткрыла дверь.
- Добрый день, я ищу мистера Падалеки, - услышал Джаред приятный мужской голос.
- А вы кто? – Данниль продолжала держать руку с «береттой» за дверью и не впускала гостя.
- Меня зовут Мэтт Коэн, «Сиэтл Таймс», у нас назначено интервью.
- Проходите, мистер Коэн. - Данниль впустила журналиста, незаметно убрала оружие в кобуру и прикрыла полой пиджака.
Вошедший парень оказался точной копией своей фотографии: яркие голубые глаза и темные, чуть растрепанные волосы. Он совсем немного превосходил в росте Данниль, а по сравнению с Джаредом казался и вовсе маленьким и щуплым. Поэтому Падалеки решил, что глупо прятаться в углу, и вышел на середину комнаты.
- Мистер Коэн.
- Мистер Падалеки, - журналист сделал было шаг к Джареду, протягивая руку для приветствия, но в грудь ему уперлась ладонь Данниль, останавливая едва успевшее начаться движение.
- Минутку. Меня зовут Данниль Харрис, я – телохранитель мистера Падалеки. Надеюсь, вы не будете возражать, мистер Коэн, если я вас обыщу.
Это было сказано таким тоном, что Джаред без труда расшифровал подстрочник: я вас обыщу, даже если вы и будете возражать.
Коэн, видимо, тоже правильно все расшифровал, а, может, просто был неконфликтным парнем, и после секундного колебания кивнул с хитроватой улыбкой:
- Весь в вашем распоряжении, - широко раскинул руки и повернулся спиной.
Данниль заслонила его, поэтому Джаред видел только, как ее ладони профессионально быстро прошлись по рукавам кожаной куртки Коэна, затем скользнули по бокам к талии. А в следующее мгновение журналист резко развернулся, и почти одновременно раздался звук глухого удара. Данниль вздрогнула и начала медленно оседать на пол. Джаред не чувствовал ничего - ни страха, ни удивления, ни сожаления, - глядя, как она сломанной куклой складывается в бесформенную груду. Как будто это не происходило на самом деле. Как будто он просто смотрел кино. И только когда голова Данниль с глухим стуком ударилась о твердое дерево, Джаред дернулся помочь, подхватить, но тут же замер, увидев, чем именно журналист - журналист? - ударил ее.


Изображение



Первой пришла злость. Ледяная. Парализующая и опустошающая. Джаред замер на месте. Можно еще было спустить на тормозах, что псих испортил ему радость от забитого гола, испоганил дверь и поспособствовал вчерашнему демаршу, но бить женщин… да еще на глазах у Падалеки… не позволено никому. Бросься Джаред в этот момент на Коэна, тот бы вряд ли устоял на ногах и пару секунд. Но ярость, помогавшая в драках, в этот раз оказалась слишком сильна: приморозила ноги к полу, свела судорогой стиснутые кулаки. За ту долю секунды, что потребовалась Джареду, чтобы вернуть контроль над собственным телом, Коэн вздернул руку с пистолетом, и в лицо Падалеки уставилось черное дуло.
- Ну, вот мы и встретились. - Спокойный голос взрезал густую тишину квартиры и отрезвил Джареда.
Злость не пропала и не уступила место страху, который сейчас был бы, вероятно, более уместен, но притихла, повинуясь пробудившемуся инстинкту самосохранения.
Следовало посмотреть правде в глаза и признать, что хотя в драке один на один Падалеки хватило бы всего ничего, чтобы уложить этого парня, в нынешней ситуации пушка давала психу неоспоримое преимущество. И поскольку правде следовало смотреть в глаза, Падалеки медленно оторвался от черной дыры и заставил себя встретить небесно-голубой взгляд человека, державшего пистолет. Все тот же симпатичный парень с растрепанными черными волосами. Немного бледный, чуть-чуть нервный, но в целом совершенно обычный.
- Мы знакомы?
Можно было гордиться собой: вопрос получился спокойным и даже небрежно дружелюбным. Как на встрече с фанатами.
Парень усмехнулся. Совсем не злобно. Грустно и немного цинично.
- Если считать знакомством то, что ты трахаешь мою девушку, то да.
Минуточку. Вот теперь злость исчезла, вытесненная удивлением, и Джаред неосмотрительно сделал шаг вперед.
Какая девушка? Последнее время Джаред трахал только Эклза, который, ясен пень, девушкой не был. Хотя первое письмо пришло два месяца назад. В то время Джаред совершенно точно не соблюдал целибат. Вспомнить, с кем именно он не соблюдал целибат, было сложно даже в спокойном состоянии и совсем невозможно, когда напротив стоял псих с пушкой. Перед внутренним взором всплывало только лицо все того же Эклза, который, как уже удалось выяснить, не подходил на роль яблока раздора ни по гендерному признаку, ни по тайм-лайну.
- Стоять! – В спокойном голосе Коэна впервые вспыхнули нотки истерики.
Падалеки замер в неудобной позе, как лось, попавший в лучи фар несущейся на него фуры. И снова разозлился - в этот раз сам на себя - за такое беспрекословное подчинение приказу психа.
- Послушай, дружище, я не знаю ни тебя, ни твою девушку, давай ты опустишь свою пушку, мы вызовем Данниль врача и все спокойно обсудим.
Хотя сам Джаред был тут последним, кто мог бы сейчас что-то спокойно обсуждать, и если бы псих все-таки повелся на его неуклюжие разговоры и убрал пистолет, в два счета превратил бы «журналиста» в отбивную. Похоже, не только Эклз умел вызывать самопроизвольное включение режима «лед» вне льда.
- Меня зовут Йен Соммерхолдер. - В голове всколыхнулось какое-то смутное воспоминание и тут же пропало. Псих выдержал паузу, ожидая реакции, не дождался и добавил: – Мою девушку – Сандра Маккой.
Сандра?
«Привет, Джей!» - «Привет, детка, как жизнь?» - «Отлично! Я познакомилась с классным парнем. Его зовут Йен, и он крутой программист».
Случайный разговор после одного из матчей флешбэком пронесся в голове. Это было… Черт… три месяца назад. Ровно за месяц до того, как в жизни Джареда объявился псих. И как же сразу-то в голову не пришло? А ведь Эклз копал в правильном направлении, но все его подозрения тогда казались глупыми и надуманными.
Сандра, милая, веселая Сандра, которую Джаред знал шесть лет, встречалась с психом. В недоумении Падалеки не смог удержать язык за зубами и ляпнул:
- Чушь! У нас с Сандрой ничего нет.
- Правда? – спокойно уточнил Соммерхолдер и тут же сорвался на крик, брызгая слюной: - Поэтому в ее спальне висит плакат с твоей голой тушей в полный рост? Поэтому она называет твое имя чаще, чем мое? Поэтому срывается с места, забыв про наше свидание, чтобы «поддержать бедного Джея»? – Псих замолчал так же внезапно, как начал орать, и за неуловимую долю секунду вернулся к своему симпатичному, чуть растрепанному облику соседского парня. Залез в карман куртки, вытащил наручники и швырнул их Джареду: - Надевай.
Тот медленно перевел взгляд с лица Соммерхолдера на металлические кольца, с громким лязгом приземлившиеся у ног:
- Это еще зачем? – сознавая, как глупо просить пояснений у агрессивно настроенного психа, но не в силах удержаться от вопроса.
- Ты сильнее меня, Падалеки, я это признаю, но не умнее. Мне надо увести тебя отсюда, понятно, что ты попытаешься сбежать, понятно, что у тебя это может получиться. Я усложняю тебе задачу.
Спокойная рассудительность Соммерхолдера вызывала едва ли не восхищение. И удручала. Парень, может, и псих, но не дурак.
Джаред обеспокоено посмотрел на все еще лежавшую без движения Данниль. Насколько серьезно она ранена? Он не был уверен, что удастся выторговать себе свободные руки, но вот получить помощь для помощницы Дженсена было необходимо.
- Послушай, - Джаред впервые в жизни пожалел, что природа не обделила его ростом. При таких габаритах выглядеть невинно не помогали даже щенячьи глазки. – Эта ситуация - просто недоразумение. Нам надо все спокойно обсудить. И ты увидишь, что мы с Сандрой не больше чем друзья.
- Надевай! – выплюнул Соммерхолдер, наливаясь краснотой и нервно дергая пушкой. Похоже, эту его ненормальность триггерило имя Сандры. Джаред сделал мысленную пометку по возможности избегать упоминаний о ней. Соммерхолдер снова удивил способностью брать под контроль свою агрессию. – Надевай. - Прозвучало почти ласково. – Я же понимаю, ты тянешь время, чтобы дождаться, пока очнется девчонка или приедет твой крутой охранник. Но, поверь, ни то, ни другое тебе не поможет. Девчонку я вырублю снова, а охранник… с охранником разберусь.
Прежде чем прозвучало последнее слово, Джаред нагнулся и поднял наручники. Инстинкт самосохранения, требовавший бороться за свободу движений, и рациональное мышление, строившее планы по спасению собственной жизни, приказали долго жить в тот момент, когда слишком ясно всплыло перед глазами, как псих может разобраться с Дженсеном. Это было чертовски непонятно, но все существо Джареда требовало увести Соммерхолдера как можно дальше отсюда, чтобы обезопасить человека, который, вообще-то, отвечал за безопасность самого Падалеки.
- Застегни сзади, - скорее посоветовал, чем скомандовал псих.
Джаред послушно защелкнул наручники, сковывая руки за спиной, и громкий металлический лязг замка вдруг вернул способность мыслить трезво.
- Послушай, - снова попытался Падалеки: если он не мог облегчить ситуацию для себя, нужно хотя бы позаботиться о Данниль. – Вызови «скорую». Ты же все равно уведешь меня до их приезда, а Данниль нужна помощь. – Псих вроде бы колебался, скашивая глаза на неподвижную фигуру у своих ног, и Джаред решился надавить: – Она ведь ни в чем не виновата. Зачем тебе вешать на себя двойное убийство?
- Это просто сопутствующие потери, - после секунды молчания ответил Соммерхолдер. – Одно убийство, два. Разницы нет. В тюрьму я не хочу, значит, придется умереть вместе с тобой. Но это хорошая цена, чтобы очистить мир от такой мрази, как ты. – В глазах мелькнула бешеная ярость.
И Джаред понял, что его шансы на выживание чертовски малы. Потому что в то мгновение, когда Соммерхолдер опустил рукоятку пистолета на голову Данниль, он решил отрезать для себя все пути к отступлению.

Изображение


Посмотреть на то, как будут убивать бывшего лучшего игрока «Иглз», явилось даже зимнее сиэтлское солнце. Толку, правда, в его появлении Джареду, стоявшему на крыше дома в штанах, футболке и босиком, было мало. Бледно-желтые лучи равнодушно скользили по телу, не пытаясь поделиться хоть каплей тепла, высокое небо замораживало воздух своей яркой лазурью, а вот холодный ветер вовсю резвился, пронзая тонкую ткань ледяными иглами и заставляя усилием воли сдерживать дрожь.
- Зачем ты меня сюда привел? – По пути на крышу Джаред выяснил, что с психом можно разговаривать, можно задавать вопросы и получать ответы, вот только нельзя уговорить убрать пистолет и снять наручники.
Пока тело Джареда пыталось не заледенеть, а мозг, наоборот, кипел от безуспешных попыток найти выход, псих изливал душу.
- Сэнди... она ведь как ангел. В ней столько любви, столько добра. Она так невинна, что просто не способна увидеть то, что вижу я. Ты гнилой, Падалеки. Прогнил насквозь и прячешь свое мерзкое нутро под красивой оболочкой. Но мир узнает правду. Тебе придется заплатить.
- Интересно, каким образом? – пробормотал Джаред, прикидывая, как лучше напасть на Соммерхолдера.
Тот бродил вокруг, но не приближался, и Джареду приходилось поворачиваться за ним, как флюгеру, чтобы не оставлять психа с пушкой за спиной.
Ждать помощи извне было глупо. Даже если Данниль уже пришла в себя и позвонила Эклзу или в полицию, никто не знал, куда похититель увел Джареда. А сам Джаред не сумел оставить ни одного следа по пути на крышу, кляня клининговую фирму, убиравшую коридоры кондоминиума, за слишком ревностное отношение к делу.
- Я просто покажу миру, что у тебя внутри, - ответил псих, блестя глазами в предвкушении.
- Через дырку от пули? – Джаред понимал, что ведет себя нагло, учитывая обстоятельства. Но режим «лед» только прогрессировал от уличного холода, не давая держать рот на замке.
- О, нет, Падалеки, это не расплата, - Соммерхолдер, улыбаясь, кивнул на пистолет. – Вот это расплата, - и другой рукой вытащил нож.
А вот это по-настоящему хреново. Хотя Джаред всеми силами старался найти путь к спасению, пессимистично настроенная часть его души готовилась умереть. И умереть быстро. Что было очень возможно с пистолетом, но намного труднее и гораздо больнее с ножом, который псих сжимал в руке.
- Только так можно очиститься, Падалеки. Только кровью, - вещал Соммерхолдер, все никак не приближаясь к Джареду на достаточное для маневра расстояние.
Впрочем, бросаться на человека с пистолетом и ножом, когда у тебя скованы руки, и надеяться чего-то при этом добиться, - верх наивности.
Псих вдруг замер, как гончая, почуявшая след, и скомандовал:
- На колени.
Как будто откуда-то свыше ему явилось знамение, что время пришло.
Джареда снова накрыла злость, такая сильная, что несмотря на ледяные порывы ветра, на спине выступила испарина. Поставить на колени его не смог даже набитый деньгами самовлюбленный мудак, державший в руках хоккейную карьеру, и уж точно это не удастся какому-то психу, решившему, что мир слишком хорош для Падалеки.
- Нет.
Тихо, но твердо сказанное «нет» упало между Падалеки и Соммерхолдером. Который секунду стоял словно оглушенный, а затем сделал шаг вперед и ткнул Джареду в грудь пистолетом.
- На колени.
Такой шанс нельзя было упустить.
- Хрен тебе, - ласково ответил Джаред и саданул лбом по лбу Соммерхолдеру.
Отличный прием, когда на голове шлем. Черепушка взорвалась болью, и Падалеки сам на секунду застыл дезориентированный, теряя драгоценное время. А как только перед глазами стали проявляться проблески света, сорвался с места, пытаясь добраться до выхода на лестницу, пока псих не пришел в себя.
То ли голова Соммерхолдера оказалась крепче, чем предполагал Джаред, то ли из-за разницы в росте удар получился недостаточно сильным, но добежать до заветной двери не удалось всего пару метров. Джаред замер как вкопанный, когда за спиной прогремел выстрел и послышались торопливые шаги, умом понимая, что надо попытаться сделать последний рывок, но не в силах справиться с окаменевшими конечностями.
- Я сказал, на колени и без фокусов, - задыхаясь, выкрикнул псих и, ухватившись за цепь, соединявшую кольца, дернул наручники, выворачивая Джареду руки.
- Твою-то мать, - взвыл тот, рванулся вперед, но в спину уперлось дуло пистолета.
Джаред замер. Судя по всему, нож псих или потерял, или спрятал обратно. Это обнадеживало, как и то, что выстрел, эхом раскатившийся по крышам, не мог не привлечь внимания.
- Последний раз говорю, на колени, Падалеки.
- Или что? Будешь стрелять? А как же нож?
Желанная дверь маячила в паре метров от Джареда. Если бы Соммерхолдер лишь на секунду ослабил внимание, можно было бы попытаться скрыться за ней.
Псих пыхтел за спиной, но убирать пистолет или отпускать руки Джареда не спешил.
- Назад, - резкий рывок подтвердил приказ. Джаред попытался упереться, но тщедушному психу каким-то образом удалось оттащить немало весившего хоккеиста от заветной двери еще на пару шагов. В основном благодаря умелому обращению с наручниками.
- Руки мне сломаешь, - выругался Джаред, поворачивая голову почти на сто восемьдесят градусов, чтобы посмотреть в лицо Соммерхолдеру и попытался высвободиться из хватки.
- Не дергайся! – осадил тот.
- Пистолет бросил! – присоединился к их диалогу третий голос, наполненный такой угрозой, что Джаред точно послушно бросил бы пистолет. Если бы он у него был.
В дверном проеме стоял Дженсен с оружием в руках.
«Живой», - мелькнуло в глазах Эклза.
«В бронежилете», - мелькнуло в голове у Падалеки, и он в очередной раз подивился проснувшемуся вдруг почти материнскому инстинкту защищать Дженсена.
- Бросил пистолет, я сказал, - велел тот психу, взглядом спрашивая в порядке ли Джаред. Падалеки на секунду прикрыл глаза, давая понять, что все хорошо, и в этот момент в спину уже знакомо ткнулся ствол.
- Ты не в том положении, Эклз, чтобы чего-то требовать от меня, - подал голос Соммерхолдер.
И к своему сожалению, Джаред вынужден был согласиться. Позиция у них с Дженсеном была невыгодной со всех сторон. Совсем не дурак Соммерхолдер очень умно спрятался за широкой спиной Падалеки, железной хваткой удерживая его от опрометчивых поступков.
«Можешь вырваться?» - приподнял бровь Дженсен.
Джаред едва заметно отрицательно повел головой. Соммерхолдер стоял достаточно далеко, чтобы Джаред не смог его достать, и достаточно близко, чтобы прижимать ствол прямо к седьмому шейному позвонку. И Падалеки честно не понимал, почему псих медлит. Разве угрозы Эклза могли удержать его, если он считал свою жизнь достаточной ценой за жизнь Джареда?
Дженсен вдруг как-то расслабился и нехорошо усмехнулся:
- С чего ты взял, что я не могу требовать от тебя бросить пушку?
Псих хмыкнул за спиной:
- Может, с того, что я держу твоего клиента на мушке и готов при малейшем поводе всадить в него пулю? Могу поспорить, раздробленный позвоночник – та еще хрень.
У Джареда приподнялись короткие волоски на шее. Стать инвалидом было намного страшнее, чем просто умереть. Оставалось только надеяться: Дженсен знает, что творит.
- Брось, парень, ты действительно думаешь, что меня заботит эта самовлюбленная громадина?
- Логично так предполагать, ведь он твой клиент.
- Он – просто работа, Йен, и, скажу честно, не самая приятная.
Псих чуть вздрогнул, услышав свое имя. Но это не шло ни в какое сравнение с дрожью, что прошила Джареда при этих словах, произнесенных спокойным тоном. Дженсен врал. Падалеки был уверен. Блефовал, чтобы выиграть время и расположить к себе психа. Вот только вся эта уверенность разбивалась вдребезги при взгляде на равнодушное лицо Эклза.
- Ты должен его защищать любой ценой.
Что ж, вдребезги разбивалась не только уверенность Джареда.
- Ты фанат фильма с Уитни? Если бы я работал, как Костнер, то не прожил бы и года. Смерть клиента нежелательна, но не неизбежна. У меня даже пункт в контракте есть: в случае гибели заказчика услуга все равно считается оказанной и оплачивается в полном размере.
Черт, а Джаред так и не удосужился взглянуть на хренов контракт. И теперь дурное предчувствие ядом расползалось по венам. Что Падалеки в самом деле знал об Эклзе, кроме того, что тот хорошо трахается? Сейчас здесь стоял не заботливый любовник и не хладнокровный телохранитель, а солдат, готовый на жертвы ради достижения цели. А вот кто был в роли жертвы и какова цель - прочесть в холодных зеленых глазах не представлялось возможным.
- Давай, Йен, опусти пушку, и мы обсудим смягчающие обстоятельства и добровольную явку с повинной.
А вот это был неверный ход. Начавший было колебаться псих снова оказался на коне. И Джаред ощутил перемену настроений своей шеей, в которую вдавился ствол.
- Ты блефуешь, Эклз, ты не сможешь просто позволить Падалеки умереть. А я лучше сдохну, чем отправлюсь в тюрьму. Но сначала прикончу этот кусок дерьма.
Джаред напружинился, готовясь бороться за свою жизнь. Потому что Эклз совсем не выглядел желающим делать это.
- Я не блефую, Йен. Мне плевать на Падалеки! - Дженсен повысил голос, псих сделал шаг назад, утягивая за собой Джареда, и в этот момент раздался выстрел.
Джаред честно ожидал пулю в позвоночнике, паралича всех конечностей и мучительной смерти, но вместо этого болью взорвалась нога. Приглушенно ахнув, Падалеки повалился на крышу, успев понять, что стрелял Эклз, за секунду до того, как сознание накрыла непроглядная тьма.


Изображение


Хотя очнулся Джаред все на той же злополучной крыше в окружении копов и парамедиков, ясность сознания вернулась к нему только в больнице. Где-то на пути между смотровой и кабинетом МРТ. Вернулась ненадолго и снова исчезла на время, необходимое врачам, чтобы вытащить пулю из мягких тканей ноги и заштопать дырку. Потом были странные сны о космосе и адское желание попить, слабое удивление, когда же успел так нажраться, и бестелесные голоса, регулярно и настойчиво его будившие. Медперсонала?
Окончательно Джаред пришел в себя лишь на следующее утро. Эта новость прорвала плотину визитеров. Казалось, навестить Падалеки пришли все хоккеисты, их жены, подружки, дети, родственники, друзья, знакомые, знакомые знакомых. Посетителям не разрешали долго задерживаться в палате: все-таки сотрясение мозга и больному нужен полный покой.
Да, Джаред умудрился повредить себе мозги, навернувшись с высоты собственного роста. Мюррей, узнав об этом, ржал до икоты. Ну, всегда было ясно, что Чад завидует его габаритам. Так вот, несмотря на то, что каждый, решивший приложить руку к выздоровлению Падалеки, задерживался в палате не больше пятнадцати минут, посетителей было так много, что к концу дня Джаред почувствовал себя гребаной английской королевой, засвидетельствовать почтение которой решили все ее преданные вассалы одновременно.
Хорошо еще, что удалось убедить не приезжать маму и Мэг. Для этого потребовалось послать им скан врачебного заключения, с которым миссис и мисс Падалеки отправились к семейному доктору, после чего был вынесен вердикт, что здоровью средненького ничего не угрожает. Правда, мама еще несколько раз порывалась приехать варить бульоны, и остановила ее только угроза Джареда, что в этом случае он сбежит из больницы, из города, штата и страны и попросит пристанища у тибетских монахов.
На следующий день он узнал, что на этом же этаже лежат Данниль с таким же сотрясением мозга и Крис с переломом – прямо кино из серии «Джаред Падалеки и его невинные жертвы», - и, прихватив костыли, свинтил к ним, дабы уберечься от желающих урвать кусочек больного Падалечьего тела.
Хемсворт, от души поржав, сказал, что в его случае поток визитеров иссяк на третий день. Но, конечно, ординарный перелом со смещением не шел ни в какое сравнение с боевыми травмами Падалеки.
Данниль от повышенного внимания к своей персоне не страдала. Ее навещал только Кейн да сумевшие просочиться мимо больничной охраны журналисты, которых Джаред выпинывал из палаты здоровой ногой и костылями.
За пять дней Дженсен Эклз в больнице не появился ни разу.
Уехал в Нью-Йорк, срочное дело, сообщила Харрис, нисколько не обиженная тем, что работодатель не приехал ее навестить. Ну да, проделал дырку в своем клиенте, поймал психа и улетел в Нью-Йорк. Работа такая.
«Вам повезло, скоро будете на льду, - сказал доктор после пробуждения Джареда. – Небольшое отклонение, и с хоккеем можно было бы завязать».
И именно после этих слов Падалеки запретил пускать к себе Эклза. Не только из-за ранения, а еще из-за того жалящего равнодушия, с которым Дженсен выплюнул свое «мне плевать на Падалеки». После чего всадил ему в ногу пулю, которая лишь немного не долетела до шанса Джареда досрочно завершить хоккейную карьеру.
Да, Джаред запретил. Хотя слабо представлял, как это будет сделано на практике. Толпа телохранителей, готовых защитить его от – черт – его же телохранителя, у палаты не стояла. А хилый кордон из больничного персонала ухитрялись брать штурмом все более или менее упертые журналисты.
Но, тем не менее, казалось правильным вот так, в духе героини мыльной оперы, заявить, мол, видеть Эклза не хочу, втайне надеясь: он придет и сможет убедить, что сказанное им там, на крыше, – неправда, призванная отвлечь внимание психа и спасти Джареду жизнь. Вот только убедить в этом Падалеки будет трудновато.
Потому что он поверил. Поверил в то, что Дженсену все равно, что он для Дженсена только работа.
Да и с чего бы ему верить в обратное? Не было никаких признаний, никаких намеков, только трах и, вероятно, слишком разыгравшееся воображение Джареда: он видел то, чего никогда и не было на самом деле. И пункт в контракте про гибель клиента, выполненную услугу и оплату в полном размере Джаред тоже нашел.
Вся эта обида на Дженсена при здравом размышлении была совершенно иррациональной. Эклз сделал то, что должен был сделать. И кто Джаред такой, чтобы судить выбранный им способ. Ну а чувства… чувства придумали девчонки. А Джаред совершенно точно был мужиком и не собирался в дальнейшем потакать своему мимолетному поголубению.
На третий день, когда Эклз так и не сделал попытки прорваться в палату сквозь истеричный запрет, Джаред, укрепившись в своем решении, рассудительно и серьезно, как и полагается взрослому человеку, еще раз поговорил со старшей медсестрой, еще раз подчеркнув, что не желает видеть в своей палате журналистов и Дженсена Эклза. Который, по всей видимости, и не рвался встретиться с бывшим подопечным.
На четвертый день Падалеки, решив перекинуться с Крисом в карты, обнаружил его целующимся с Данниль. Ничего удивительного. Харрис была красоткой. А будь Джаред девчонкой, он бы тоже обратил внимание на Хемсворта с этими его голубыми глазами и длинными блондинистыми волосами. Если бы рядом, конечно, не было Эклза. И хотя Эклза-то как раз рядом и не было, Крис в Джареде никаких желаний не вызывал. Может, потому что Джаред девчонкой все же не был.
Пока он сидел в своей палате, размышляя, сколько времени понадобится новоявленным любовникам для утоления страсти и получится ли у них что-то, если у Криса нога на растяжке, а у Данниль от резких движений потолок и стены пускаются в пляс, в дверь постучали.
- Привет, Падалеки, что ты сказал медсестрам? Они разве что анализ мочи не потребовали, чтобы к тебе пропустить.
- Джейс! - Джаред впервые за эти дни искренне радовался гостю. Джейсон Маннс – генеральный менеджер «Рэйнджеров», невероятно умный сукин сын и, по странному стечению обстоятельств, школьный друг Джареда. - Разве «Рэйнджеры» в Сиэтле?
Джаред помнил расписание игр своей команды… своей бывшей команды… наизусть. В ближайшее время игры с хоккеистами из Нью-Йорка не ожидалось.
- «Рэйнджеры» там, где им положено быть, а вот я в Сиэтле. – Маннс хлопнул Джареда по плечу, подтащил к кровати стул и сел.
- Неужели прилетел узнать о моем здоровье? Не ожидал. Даже мама удовлетворилась телефонным звонком.
Джаред не мог перестать улыбаться. Джейсон всегда умудрялся приносить с собой атмосферу радости и безбашенного веселья. У него был убойный ай кью, но это не мешало парню оставаться самым ебанутым на голову чуваком в окружении Джареда. Скорее, даже помогало. Стоило появиться Маннсу, и скука, поджав хвост, убиралась в неизвестном направлении со скоростью света. А изворотливые мозги Джейсона раз за разом изобретали все более отвязные развлечения, которые приводили в дикий восторг его друзей и в дикий ужас их родителей.
Сейчас Маннс остепенился. Так, пару раз в год прыгал со скал с парашютом, участвовал в уличных гонках, изучал на практике неизвестные виды ядов или игрался с пиротехникой. В остальное время всю свою энергию и весь свой могучий интеллект он использовал во благо «Рэйнджерам».
- Не могу поверить, что миссис Падалеки не прилетела лично проверить все ли в порядке с ее птенчиком, - просюсюкал Джейсон, и Джаред, не выдержав, засмеялся.
- Пришлось послать ей сканы врачебного заключения. - Маннс наклонил голову, приподнимая брови, и Джаред раскололся: – И пригрозить побегом в Тибет.
Теперь заржал и Джейсон.
Только сейчас Джаред ощутил, в какую глубокую депрессуху умудрился свалиться за эти четыре дня без Эклза. И можно было бы списать все на посттравматический синдром и сотрясение мозга, если бы Джаред не считал ниже своего достоинства врать самому себе.
- Ладно, - отсмеявшись, Джейсон хлопнул себя по коленям. – Я тут по делу. – Джаред тоже принял серьезный вид. – У нас к тебе предложение, Джей. - Маннс замолчал на секунду, разглядывая что-то в глазах Падалеки, и добавил: - Очень выгодное предложение. Твой контракт с «Иглз», умноженный на полтора, и капитанская повязка.
Джаред аж рот раскрыл от удивления. Без шуток? БЕЗ ШУТОК? Нет, он, конечно, знал, что хорош, но, откровенно говоря, сейчас обстоятельства складывались не в его пользу. Скандальный уход из «Иглз», история со сталкером, косвенная причастность к травме Хемсворта, собственное ранение, которое, несмотря на легкость, все же выбивало Джареда из седла до конца сезона.
Конечно, его навещали игроки и руководство команды, приходил даже Себастьян Роше. Но никто не заговаривал о возвращении. Шеппард тоже заглянул, пообщался с врачом, велел Джареду поправляться и предоставить заботы о работе «папе Марку». Может, визит Джейсона его рук дело?
- С тобой Шеппард связался?
Потому что если так, пройдоха Марк мог много лапши навешать, чтобы контракт Джареда, а значит, и прибыль самого Шеппарда стали побольше. Последнее же, чего хотел Падалеки, – это дурить голову другу. Правда, дурить умную голову Маннса не каждому было по силам.
- Нет, наоборот, я не хочу связываться с ним, поэтому приехал сразу к тебе.
- Джейс, - Джаред сел на кровати, вести такой разговор лежа казалось неудобным. – Я ценю твою поддержку и все такое. Но ты же понимаешь, что ваши условия при нынешней ситуации – просто нереальны.
Будь сейчас здесь вместо Маннса любой другой представитель руководства «Рэйнджеров», Джаред бы согласился не раздумывая. Кто он такой, чтобы отказываться?
- Джей, - Маннс подался вперед, и глаза у него заблестели, как всегда бывало, когда к нему в голову приходила очередная гениальная идея. – Я собрал идеальную команду. Все рассчитано. В следующем году Кубок будет наш. Не хватает только нападающего: быстрого, агрессивного, с хорошим ударом и отличной техникой. Знаешь такого?
Ну да, знал Джаред одного. Но капитанство? Он никогда даже не задумывался об этой роли.
- А капитанство... - Джейсон с детства умел читать мысли Падалеки по его слишком выразительной мимике. – Я удивляюсь, что никто не предложил тебе этого до сих пор. Ты же собираешь вокруг себя людей. Где бы ты ни появился, всегда полно тех, кто готов следовать за тобой. А ты рулишь ими, даже не задумываясь о том, как это делать. На одних лишь инстинктах.
Вообще-то, если взять последний месяц, то Джаред не рулил даже своей жизнью, не говоря о чужих. Все действия ему диктовал один человек. Нет, даже два. Эклз и Соммерхолдер соревновались, дергая за ниточки, выясняя, кто окажется сильнее, ну или чья ниточка порвется первой. Но если посмотреть чуть раньше, то да. Джаред на самом деле всегда удивительно легко собирал вокруг себя единомышленников.
– Все тебя любят, - продолжал Джейсон. – Думаешь, вся эта толпа притащилась в больницу просто так? Черт, даже Крис не винит тебя в своей травме.
Джаред поморщился.
- Да все равно я виноват.
- Косвенно. Он – взрослый мужик и сам взял на себя ответственность, когда полез в драку. Правда, в драку, которую затеял ты. И признаю, тебе не хватает выдержки и холодного рассудка. Но я уверен, когда ты будешь чувствовать ответственность не только за себя, а за всю команду, ты научишься контролировать ситуацию на все сто. Черт, Падалеки, - Джейсон хлопнул Джареда по колену здоровой ноги. – Поверить не могу, что сижу и уговариваю тебя согласиться на эти сказочные условия, а у тебя на лице выражение, будто я тебе головой в унитаз предлагаю окунуться.
- Слишком сказочные.
- До тебя всегда туго доходило. - Джейсон удрученно повел головой из стороны в сторону. – Я целый год думал, как бы к тебе подкатить. Понятно было, что «Иглз» тебя просто так не отпустят. И деньгами я тебя не переманю. Роше просто перекроет мое предложение. И когда я узнал о твоем увольнении, прости, Джей, но я был чертовски рад. Потому что теперь имел возможность получить то единственное недостающее звено, которое не давало нам выиграть Кубок.
Теперь Маннс уже напоминал маньяка. Таким его лицо было двадцать лет назад, когда он подносил спичку к фитилю самодельной бомбы в гараже семьи Падалеки. Мама потом еще очень долго вздрагивала при каждом громком звуке.
Джейсон выдохнул и сказал уже нормальным тоном:
- Я не собираюсь давить на тебя, Джей. Можешь подумать. Даже обсудить это со своим придурком-агентом. Только мой тебе совет, уменьши ему гонорар. Работу он делает хреново. Врач сказал, тебя выпишут послезавтра. Я буду в городе еще три дня. Набери, когда примешь решение. Ну, или если просто захочешь поболтать.
На пятый день Джаред снова отлеживал задницу в своей палате. Судя по довольному виду Криса и просто сияющему Данниль, ни перелом, ни сотрясение не помешали им достичь взаимопонимания. Но Джаред, который всегда был не прочь порадоваться благополучию окружающих, вдруг почувствовал тяжесть в груди, наблюдая, как парочка переглядывается, обменивается предназначенными только им двоим улыбками и при каждом удобном случае старается коснуться друг друга.
У них с Эклзом не было ничего такого. Дерьмо. Их с Эклзом тоже не было. Существовали отдельно Джаред и Дженсен, которые волей сдвинутого Соммерхолдера встретились и трахнулись, а потом разошлись каждый на свою орбиту. Вот только орбита Джареда уже не казалась ему такой уютной и комфортной, как прежде. И что-то неуловимо утягивало в сторону Эклза, будто тот обладал силой притяжения. Наверное, следовало развить первую космическую, чтобы вырваться из этой зависимости, но трудно куда-то двигаться с раной в ноге, кашей в мозгах и пустотой в груди, которая с каждым днем становилась все больше, расползаясь черной дырой и грозя вот-вот поглотить сердце Джареда.
О предложении Джейсона он особо не думал. Других вариантов пока не наблюдалось. А этот был хорош со всех сторон, если забыть о факте, что в Нью-Йорке живет Эклз. Но Нью-Йорк – большой город, и отказаться от такого предложения из-за человека, который даже не удосужился навестить тебя в больнице, - это уже настоящий плевок в собственную душу.
Поэтому Джаред искал номер Джейсона в телефоне, когда в палату вошел Джим Бивер.
- Тренер, - Джаред инстинктивно подскочил на кровати.
Бивер заходил к нему в первый день вместе с Роззи. Сказал дежурные фразы про то, как они все испугались, и пожелал скорее выздоравливать. Зачем он пожаловал сегодня, Джаред понятия не имел.
- Лежи, - Бивер махнул рукой и устроился на стуле рядом. Поправил потасканную кепку, потер бороду, обежал глазами палату…
У Джареда возникло стойкое ощущение дежавю. И он невольно взглянул в сторону окна, ожидая увидеть там широкую спину Эклза. Слишком уж поведение тренера напоминало замешательство, свидетелем которого Падалеки стал месяц назад при знакомстве с телохранителем.
И сейчас, когда Бивер уже не имел никакой власти над Джаредом, сердце по инерции сжалось от беспокойства.
- Что-то случилось? – Ждать, пока тренер решит заговорить, не было никаких сил.
- Нет, - Бивер отмахнулся и снова потер бороду. – Джаред, во время последней игры мы все немного погорячились.
Падалеки всерьез подумал, что ударился о бетон сильнее, чем ему казалось, и теперь словил глюки. А может, он вообще в коме, и все произошедшее за последние дни просто сон? Потому что за этот месяц слишком много ипостасей тренера предстало перед глазами, чтобы поверить в проявление еще одной. Бивер в замешательстве, Бивер в бешенстве и без кепки, Бивер, задавленный авторитетом Роше. А теперь вот, пожалуйста, извиняющийся Бивер. Чья психика выдержит такое?
Тренер помолчал, очевидно, ожидая от Джареда какой-то реакции. Но тот в самом деле был не в состоянии изобразить на лице что-то отличное от охуевшего выражения. И говорить тоже был не в состоянии.
- Ты хороший игрок, Падалеки. Хороший и очень ценный для нашей команды. Не тот, кого можно просто выкинуть и забыть. Мы перегнули палку, я признаю. Но этот псих... дьявол, все мы переживали за тебя. И возможно, вели себя несколько неадекватно. – Джаред и не знал, что Бивер может оперировать такими словами, как «неадекватно». Или ему кто-то написал речь, или он не считал нужным разнообразить свой лексикон при общении с хоккеистами. – Короче, Падалеки, возвращайся, мы готовы пересмотреть условия твоего контракта.
А Роше-то не дурак. Обычно такие вопросы решал Роззи, но Майка Джаред бы, наверное, послал. А вот отказать Биверу было намного сложней. И стоило ли отказывать? Ведь была какая-то причина, по которой Падалеки до сих пор не осчастливил Маннса своим согласием. И дело не в необходимости бросить свою квартиру и ставший родным город. Джаред всегда легко снимался с места. Просто в этот раз почему-то призрачная вероятность среди восьми миллионов человек встретить того единственного, которого Джаред встретить не хотел, становилась реальным препятствием для переезда.
Бивер, хмурясь, смотрел прямо в глаза. И Джаред понял, что слишком медлит с ответом.
- Я могу подумать?
- Конечно. - Бивер поднялся и вдруг положил Джареду ладонь на плечо почти отеческим жестом. – У тебя был тяжелый месяц. Отдыхай, мы будем рады снова видеть тебя в команде.
И нет, все-таки, наверное, это были глюки или кома. Потому что доброго Бивера в природе просто не могло существовать.
А на шестой день Джаред, попрощавшись с Крисом и обняв Данниль, которую выписали днем раньше, что не мешало ей торчать в палате Хемсворта, прихватил костыли и уселся в подкаченную медсестрой инвалидную коляску.
«Джип» Мюррея стоял почти у самого входа в нарушение всех правил парковки. И Джаред, радуясь, что машина не спортивная и не надо сильно сгибаться, открыл дверцу, с трудом устроился на сиденье, поставив костыли между ног, и повернул голову.
- Привет, чу…
Слово застряло в горле, а костыли стукнули по торпеде, выпав из ослабевших пальцев.
Потому что за рулем машины Чада Майкла Мюррея сидел Дженсен-едрить-его-Эклз собственной персоной.


Последний раз редактировалось taniyska 05 дек 2014, 23:02, всего редактировалось 2 раз(а).

04 дек 2014, 11:47
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Изображение


Джаред рванулся, - вон из машины! С чего мироздание решило, что если он не хочет оказаться с Эклзом в одном огромном городе, их двоих следует засунуть в относительно небольшой салон машины? Координация, конечно, сейчас была не та. От резкого движения зрение затуманило черной пеленой, ногу дернуло болью. А Дженсен, сволочь, увидев все эти трепыхания, нажал на газ, и «джип», взвизгнув шинами, сорвался с места. Пришлось остаться.
- Где Чад? – поинтересовался Джаред, поднимая перестукивавшиеся друг о друга костыли.
- Связанный лежит в багажнике. - Бум. Костыли снова грохнули о торпеду. Эклз даже не повернул головы и, сполна насладившись ошарашенным молчанием Джареда, добавил: – У себя дома, я полагаю. По крайне мере, был там, когда отдавал мне машину.
- Интересно, с чего бы?
Эклз вывел «джип» с территории больницы и прибавил газа, по-прежнему обращая больше внимания на дорогу, чем на Джареда.
- Я попросил.
- Что ты ему сказал?
Судя по дернувшемуся уголку губ, Дженсен собирался выдать что-то вроде «мы трахаемся», но передумал:
- Сказал, что хочу извиниться перед тобой и у меня нет машины. Он был рад помочь. Кажется, у него все хорошо складывается с той блондинкой из клуба.
Джаред поморщился. Он не мог, просто не мог сейчас слышать про счастливо складывавшиеся отношения. Потому что его отношения, которые только такой жалкий дурак, как он, мог назвать отношениями, были совершеннейшим дерьмом.
- Извиниться можно и по телефону. Знаешь, есть такое изобретение в современном мире.
Дженсен затормозил на светофоре и повернулся к Джареду. В сумраке салона лицо Эклза казалось расплывчатой мозаикой полутонов. Четко были видны только зеленые глаза, смотревшие пристально, настороженно.
- Джей, давай я отвезу тебя домой, и мы продолжим этот разговор там.
Изображение
Джаред ничего продолжать не собирался. Но до дома надо было как-то добираться. Поэтому он отвернулся к окну, глядя на улицу. Шел дождь. Капли воды, торопясь и толкаясь, стекали по боковому стеклу. Прохожие бежали по тротуарам, втягивая головы в плечи, цепляясь за зонты или придерживая руками капюшоны, чтобы хоть как-то укрыться от потоков воды и ледяного ветра. За окном было мокро и холодно. В салоне «джипа» работала печка, тихо играло радио. Но сейчас улица со всеми атмосферными неурядицами казалась более уютной, чем небольшое пространство, наполненное молчанием двух человек, один из которых испытывал слишком много чувств к другому, а этот другой не выказывал никакой реакции на первого.
Когда Эклз затормозил на парковке кондоминиума, Джаред хотел выбраться из машины самостоятельно. Но пока самый быстрый нападающий Лиги не мог разобраться с собственным накачанным обезболивающими телом, путаясь в ногах, руках и костылях, Дженсен уже обогнул «джип», забрал костыли и протянул руку. Джаред мог гордо отказаться и остаться сидеть в машине или продолжать барахтаться под пристальным взглядом Эклза. Но в самом деле, какого хрена. Эклз виноват. Вот пусть и помогает.
И он действительно помог. Четко. Профессионально. Успев за пару мгновений обжечь Джареда прикосновениями, ни одно из которых не было лишним. Гребаная сиделка.
К лифту Падалеки припустил со всей возможной скоростью, которую позволяли развить его четыре ноги: одна здоровая, одна дырявая, две железные. Но толку-то. Эклз не переставал дышать через нос даже во время их пробежек. И уж конечно жалкие попытки убежать не заставили его дыхание сбиться. А вот с самого Джареда пот лился градом. И стоя в лифте рядом с холодно-отстраненным Дженсеном, одетым сегодня в непривычно неофициальные джинсы и кожанку, единственное, что чувствовал Падалеки, это нестерпимое желание залезть под холодный душ.
Лифт полз невыносимо медленно, Джаред нервно пристукивал костылями об пол, Дженсен молчал, смотрел пристально, будто сканировал, пытался забраться на подкорку к Падалеки и узнать, что за мысли копошатся в его перевернутых с ног на голову мозгах. Когда двери лифта разъехались в стороны, Джаред уже дошел до точки кипения. Ему было жарко от марш-броска на парковке, от цепких взглядов Эклза, от замкнутого пространства, от дергающей боли в раненой ноге. Он выскочил из лифта, задевая костылями стены, открыл дверь квартиры, ввалился внутрь и рухнул на диван. И только когда костыли с легким стуком упали рядом, вспомнил, при каких обстоятельствах был здесь последний раз. Взгляд сам собой метнулся к двери, будто Джаред ожидал увидеть Данниль и Соммерхолдера. Но там был только Эклз, который аккуратно закрыл дверь и повесил куртку, хмуря брови каким-то своим мыслям.
Джаред хотел бы сказать, что Дженсен выглядит подавленным, огорченным или хотя бы усталым. Найти в его лице какие-нибудь признаки, что эти пять дней дались ему нелегко. Но правда заключалась в том, что Эклз выглядел как обычно: собранным и сосредоточенным. И совсем не походил на страдающего от разбитого сердца влюбленного.
И это было отстойно. Отстойно сидеть в квартире, где тебя взяли в заложники, смотреть на телохранителя, который ранил тебя, и беспокоиться только о том, что тот не выглядит ни в малейшей степени обеспокоенным. Когда Джаред успел стать таким жалким? И какого хрена Эклз вообще сюда приперся?
- Нам надо поговорить.
Кажется, последний вопрос Джаред задал вслух.
- Мне не надо.
Эклз подошел и встал перед ним так, что пришлось задрать голову, чтобы разговаривать, глядя ему в глаза, а не на ширинку.
- Хорошо, тогда я буду говорить, а ты слушать.
- Нет. - Джаред бы встал, но рана начинала ныть от одной лишь мысли, а в голове тихо перестукивались невидимые барабанщики. – Последний раз, когда я имел счастье тебя слушать, закончился для меня плачевно. – Он глазами указал на ногу.
По лицу Эклза рябью прошла болезненная гримаса.
С чего бы? Недоволен, что так плохо провел ту операцию? Джаред его понимал. Вот честное слово.
- У меня не было выбора. - Эклз сложил на груди руки, будто закрываясь от обвинений.
- Да ты что? – Джаред все-таки встал. Хотел бы вскочить, но получилось с трудом подняться, опираясь одной рукой на подлокотник дивана. Чтобы другой обвиняюще ткнуть в Эклза: – Хреново у тебя с фантазией. Спросил бы, я бы предложил кучу вариантов, как не сделать меня инвалидом. Дождаться полиции, например.
И что его так зациклило на этом ранении?! Как будто оно стояло на первом месте. В данный момент дырка в ноге находилась в конце списка приоритетов Джареда. Где-то там далеко за мыслями, почему Эклз здесь? Почему Джареда так волнует, что Эклз здесь? Почему Джареда все эти пять дней волновал только Эклз и почему в мыслях Джареда один сплошной Эклз?
Дженсен нахмурился, плотно сжал губы, будто сдерживал готовые вырваться слова, и Джареда, распаленного его молчанием, понесло дальше:
- Можно было предоставить возможность делать свою работу людям, которые знают, как спасать других людей. Можно было не орать на весь свет, что тебе на меня наплевать. И уж точно можно было не подтверждать свои слова пальбой по моим ногам. Потому что, черт, это хреновый способ отшить парня!
С каждой фразой Джаред все больше заводился. И с каждой фразой лицо Дженсена все больше каменело, приобретая пугающую схожесть с лицами статуй. Это было жутко красиво. Жутко, но красиво.
- Все! - сказал Эклз, когда Джаред замолчал перевести дух.
На самом деле, да. Это было все. Но чисто из чувства противоречия Падалеки ответил:
- Нет.
- Это был не вопрос, - сообщил Дженсен и поцеловал его.
Так неожиданно, что Джаред на секунду поддался, приоткрыл рот под нажимом языка Эклза, а в следующее мгновение уже лежал на диване, утешаясь тем, что пытаться заняться сексом, когда у тебя сотрясение мозга, ограничена подвижность ноги, а кровь серьезно разбавлена обезболивающими - трудно, но не невозможно. Особенно если ты хоккеист и можешь откатать матч, не заметив, что сломал пару ребер.
Особенно если партнер горит энтузиазмом.
Эклз горел. Джаред чувствовал жар от его ладоней по всему телу, не успевая следить за движениями Дженсена, только покорно поднимал руки, бедра, ноги, пока тот сдирал с него футболку и джинсы. Это было похоже на их первый раз. Снова кипящая от ярости и адреналина горячка. Снова Эклз вел, подчинял, диктовал злыми поцелуями, спускаясь вниз от губ Джареда по его шее к груди. Снова разум Джареда пугающе быстро сдавал позиции под напором чистой похоти. Царапнувшие сосок зубы должны были бы добавить возбуждения, но вместо этого вдруг отрезвили.
«Какого хрена я делаю? - пронеслось в голове у Джареда. - Какого хрена я собираюсь заняться сексом с человеком, который сказал, что ему на меня наплевать? Не поддамся».
И он не поддавался. Ну, ладно, пытался. Ровно до той секунды, как его задницы коснулся горячий язык и…
Черт, черт, черт, если бы Джаред раньше знал, что у него такая чувствительная жопа, он бы не тратил все эти годы на удовлетворение безымянных телок, а сразу бы записался в геи.
Эклз кружил языком по дырке, втискивал туда пальцы, и, кажется, ему было совершенно наплевать, что душ Джаред принимал утром, а сейчас уже два часа дня. А самому Джареду было вообще на все наплевать. В голове, неудобно упиравшейся в твердый подлокотник, шумело, нога, неудобно закинутая на спинку дивана, возмущенно ныла, но Джаред не чувствовал ничего, кроме жарких, влажных прикосновений и балансирующего на грани дискомфорта растяжения, когда внутри оказывались сразу язык и хуй знает сколько пальцев.
Кстати, о хуе. Эклз не тронул его и пальцем, не говоря о более продвинутых способах усиления эрекции, но каменно-твердый член капал на живот тягучей смазкой, демонстрируя, что Джаред со скоростью и неумолимостью «Асела экспресс» приближается к своему первому в жизни анальному оргазму. Ну уж нет. Он не собирался поступаться своей гордостью, чтобы кончить только от языка в заднице. Лажать - так по полной.
- Дженсен, - прохрипел Джаред, отрывая ставшую чугунной голову от дивана и пытаясь увидеть Эклза.
Все ощущения меж раскинутых ног пропали так внезапно, что Джаред, затопленный разочарованием, уронил обратно на диван с таким трудом поднятую голову. Через секунду в поле зрения появилось лицо Эклза, который сообщил:
- Смазки нет, - однозначно поняв смысл, что Джаред вложил в его имя. – И резинок тоже.
Покрасневшие и припухшие губы блестят от слюны, на щеках розовые пятна, а под тонкой пленкой желания в глазах проглядывает явный испуг.
В другой ситуации Джаред бы оценил то, что сумел-таки напугать непробиваемого Эклза. А сейчас просто ухватил за короткие волосы на затылке и дернул на себя. Коротко облизал ему губы, пару раз толкнулся в рот, отстранился:
- Вот это сейчас для меня вообще не проблема, - и качнул бедрами, демонстрируя, что именно в данный момент было большой проблемой для них обоих.
Все-таки анальгетики в организме - не такая уж и плохая штука, когда вас ебут без смазки. А может, так сильно было желание, что и боль пасовала перед ним. И пока Дженсен до жестокой дрожи сдерживал себя, пытаясь не гнать вперед, Джаред насаживался сам и требовал:
- Быстрее, быстрее, ну же, мать твою, быстрее, - не чувствуя ничего, кроме потребности получить в себя член Дженсена. Весь. Целиком. Прямо сейчас.
И каждое слово Джареда, каждое движение бедер становилось очередной соломинкой, пока наконец метафорический верблюд не загнулся в муках с переломленным хребтом, утаскивая за собой в небытие остатки выдержки Дженсена. И он сорвался, вломился в Джареда, хриплым стоном обозначив свою капитуляцию.
Это было блаженство. Настоящий кайф для всех органов чувств. Слушать хриплое дыхание Дженсена под аккомпанемент влажных шлепков его бедер о ягодицы Джареда. Видеть, как с каждым толчком из зеленых глаз уходит осмысленное выражение, оставляя неприкрытую жажду. Чувствовать распирающие удары прямо туда, где в данный момент находился главный центр удовольствия. Наслаждаться вкусом Дженсена, когда он, меняя ритм, наклонялся и быстро прихватывал губы Джареда в поцелуе.
О, нет. Это был не анальный оргазм. Это был хренов экстаз мозга. Потому что ни одна, даже самая чувствительная жопа в мире, даже в паре с самым распрекрасным хуем на планете, не способна заставить вот так разлететься вдребезги от того, что просто не можешь больше сдержать в себе все эти эмоции: запредельное наслаждение, невыносимое счастье, вынимающее душу желание. Разлететься и зависнуть где-то между небом и землей, сумасшедше улыбаясь подмигивающим звездам. Разлететься, а потом, уже потеряв надежду, вновь собраться воедино и впервые в жизни по-настоящему ощутить себя целым.

Изображение



- Как ты? – Дженсен обеспокоенно вглядывался в лицо Джареда, будто пытался найти там признаки недовольства.
Безрезультатно. Джаред до краев был наполнен наслаждением и не сомневался, что именно оно сейчас отражается у него на лице.
Устроиться двум немаленьким мужикам на одном пусть тоже немаленьком диване было нелегко. Но до кровати Джаред точно не смог бы дойти. А Эклз при всех своих талантах вряд ли смог бы его донести. Пришлось довольствоваться тем, что есть. Поэтому Джаред аккуратно вытянул больную ногу вдоль спинки, здоровую спустил на пол, а Эклз, осторожно устроил себя в оставшемся на диване пространстве и на Джареде.
- Как будто меня ранили, а через пять дней поимели без смазки, - честно ответил Джаред и улыбнулся. – Охуенно.
Поток эндорфинов схлынул, и анальгетики уже не справлялись с болью. В ноге, казалось, кто-то ковырялся гвоздем, из горевшей огнем задницы на кожаную обивку дивана вытекала сперма Дженсена. И все же впервые за эти пять дней Джаред чувствовал себя отлично.
- Нам надо поговорить, – напомнил Дженсен.
- Да что ж ты такой разговорчивый-то? – проворчал Джаред, но поскольку он в самом деле был сейчас не в состоянии куда-то двинуться с места, разрешил: - Говори.
- Прости за это, - Дженсен легко провел рукой по перевязанному бедру Джареда. – У меня правда не было выбора. Полиция быстро работает только в кино, и я ничем не мог удержать Соммерхолдера от убийства. Нельзя было медлить. – Джаред невесело усмехнулся. Дженсен действительно думает, что он так переживал только из-за ранения? Хотя да, а что еще должен думать Дженсен, если Джаред только о ранении и говорил. – И то, что я тогда сказал... - Дженсен будто прочитал его мысли. – Это неправда. Мне не наплевать на тебя. Ты для меня много значишь. Очень много. Больше, чем я мог позволить. Но нельзя же было сказать Соммерхолдеру, что я запал на тебя с первой секунды, как увидел?
Джаред от удивления так резко дернулся, что Дженсен чуть не полетел на пол.
- Ты запал на меня с первой секунды?
- Ну, не совсем. Когда Роззи попросил заняться твоим делом, то прежде чем согласиться, я изучил биографию, посмотрел фото. Я могу позволить себе выбирать, с кем работать, а требования у меня серьезные.
Джаред вспомнил холодный изучающий взгляд в их первую встречу, и пихнул Дженсена кулаком в плечо:
- Тоже мне, привередница.
- Какой уж есть. Не переживай, ты мне понравился. Никаких скандалов, никакого криминала, спортсмен, красавец и всеобщий любимец – просто пример для подражания. Захотелось посмотреть на такое чудо самому. – Глаза Дженсена потеплели. – Но я понятия не имел, какой эффект ты производишь вживую. Тебя все любят, малыш, и знаешь почему?
- Потому что я классный? – хмыкнул Джаред.
- Не-е-ет, - Дженсен помотал головой. – Потому что ты любишь всех. Из тебя просто прет эта любовь. Ты улыбаешься каждому встречному так, будто он для тебя что-то значит. И он в самом деле значит. Твои товарищи по команде, журналисты, твои фанаты и даже вон-тот-парень-в-пятом-ряду-восьмое-место. И вот ты со своей широкой улыбкой, ямочками и потрясающим телом, ты, который может снимать хоть баб, хоть мужиков, даже ничего не делая, оказался моим клиентом, человеком, чью жизнь я должен защищать, и, что намного хуже, натуралом. - Дженсен нахмурился, и Джаред машинально провел пальцем у него над бровью, разглаживая недовольную ямочку.
- Я думал, что ты невзлюбил меня с первой секунды и что ты надменная задница.
Дженсен качнул головой, глаза осветила улыбка.
– Нет. Никаких коварных планов, типа, знай кто тут будет диктовать правила. Просто завис. Почувствовал себя так, будто до этого момента я не жил, а только собирался. Как ребенок, которому показали настоящего Санту. И какая ирония, что именно я оказался тем единственным из целой кучи народа, кто тебе не нравился. Наверное, тогда все и стало серьезно, потому что я чисто из противоречия захотел переломить твое мнение о себе. Надо было отказаться от этого дела, поручить тебя другому охраннику. Чувства к клиенту мешают в работе. Но я просто не мог. Я никому не доверял настолько, чтобы доверить твою жизнь. И себе не доверял, но по крайней мере знал, что сделаю все, чтобы ты был в безопасности. Я очень старался, Джей, правда. – Дженсен посмотрел Джареду в глаза, и тот кивнул. Да, Дженсен очень старался. Так сильно, что Падалеки даже не догадывался о его чувствах. – Но ты был слишком хорош. Постоянно. Когда сучился и язвил, когда злился и дергался из-за сталкера. Черт, даже когда впал в депрессию из-за моих ограничений.
- Кстати, спасибо за клуб и покер, - вставил Джаред. – Я это оценил. Правда.
- Пожалуйста. Я не мог позволить тебе загнуться ни от рук сталкера, ни от тоски. И даже когда попытался набить мне морду, ты тоже был хорош. Слишком хорош. Я не удержался, - Дженсен пожал плечами, мол, кто я такой, чтобы сопротивляться. – Первый раз секс еще можно было посчитать ошибкой и попытаться забыть. Но, Джаред, если я не смог сопротивляться своим желаниям, когда даже не нравился тебе, то как я мог сопротивляться, когда ты решил, что хочешь меня?
Падалеки, конечно, не страдал отсутствием уверенности в себе, но признание Дженсена заставило и вовсе возгордиться. Не каждый день на тебя западают такие красавчики без всяких усилий с твоей стороны. А Дженсен снова нахмурился.
- Мне никогда не было так страшно, как когда я узнал, что тебя увел сталкер. И все-таки стало еще страшней, когда мы услышали выстрел. Хотя без него еще долго бы вас искали. И я никогда не был так зол, как когда стоял на крыше и смотрел на психа, который прикрывался твоим телом. Когда стало ясно, что придется стрелять в тебя, я был просто в ужасе. Любая случайность - порыв ветра, твое движение, моя дрогнувшая рука, - и я бы испортил тебе карьеру, которой ты так дорожишь. На самом деле, я облажался, Джей. Со всем этим делом. Послал на хрен свои принципы в работе, прострелил тебе ногу, показал радости гейского секса.
Дженсен улыбнулся, но Джаред, поддев его подбородок пальцем и заставив посмотреть на себя, успел заметить, что за усмешкой прячутся вина и раскаяние.
- Ты все сделал идеально, - прошептал Падалеки. – Ты спас мне жизнь. Но какого хрена ты исчез?
- Ну, хотя это и казалось невозможным, я испугался еще больше, - пожал плечами Дженсен. – Не мог просто стоять там и смотреть, как ты лежишь с пулей, которую я же в тебя и всадил. Да и с копами надо было все уладить. А потом в самом деле пришлось срочно лететь в Нью-Йорк. – И предвосхищая реплику Джареда про телефон, пояснил: - Я знал, что ты будешь злиться. Хотел дать время остыть.
- Ты дал мне время закипеть, - усмехнулся Падалеки.
- Трудно с вами, натуралами, - пожаловался Дженсен. Как будто с геями было легко. – Я вообще не понимаю, с чего ты ко мне воспылал. Тебе явно не нравятся мужики. Что же это тогда? Стокгольмский синдром? Желание попробовать что-то новое? Скука? – Несмотря на легкость тона, Дженсен пристально смотрел Джареду в глаза, пытаясь прочитать там ответ.
Вот только ответа на этот вопрос не было и у самого Джареда.
- Я сам не знаю, что это. – Спина под его рукой напряглась, как натянутая струна, звучавшая болью и неуверенностью. - Точно не стокгольмский синдром и не поиски новизны. И да, мужики меня не привлекают. Но меня привлекаешь ты. И мне не понравилось, когда парни пялились на тебя. И мне было страшно за тебя, когда ты стоял перед Соммерхолдером, и больно, когда ты сказал, что тебе на меня наплевать. – Дженсен продолжал смотреть на него, ожидая продолжения. Но к бòльшему Джаред пока не был готов, поэтому резко сменил тему: - Джейсон Маннс, генеральный менеджер «Рэйнджеров», предлагает мне хороший контракт и капитанство в следующем сезоне. «Иглз» тоже не прочь снова увидеть меня в основном составе.
- И что ты думаешь делать?
Что он думает? Джаред представил парней из команды, вечера покера и шумные вечеринки. Потом подумал о безбашенных затеях Маннса, о Кубке и клубах Нью-Йорка. А затем вспомнил вечер в «Будь паинькой», техасского детектива, присматривавшего за семьей Падалеки, босого Дженсена и жаркий шепот: «Красивый… мой хороший… самый лучший».
- Думаю, что настало время что-то изменить в моей жизни. И Нью-Йорк – не худший вариант. Особенно если у меня там будет личный гид с функциями телохранителя. Потому что мне нужен кто-то, кто сможет защитить меня от толпы фанаток.
Дженсен рассмеялся, расслабляясь, скользнул вниз и прижался губами к татуировке.
- Ну, да. С такими-то размерами.
- Любишь татушки? – Джаред закрыл глаза, чувствуя, как наливается тяжестью член от легких движений языка Дженсена.
- Угу, - промычал тот.
- Когда выиграю Кубок Стэнли, набью еще одну. А тебе разрешу выбрать – где.
Дженсен поднял голову и, посмеиваясь, посмотрел на Джареда:
- С чего ты взял, что выиграешь?
- Маннс сказал, что выиграю, значит, так и будет. – Джаред положил ладонь на затылок Дженсену, показывая, что пора бы вернуться к прерванной ласке. – Выиграю Кубок, набью татушку и заставлю тебя ее вылизывать.
- О, - дыхание опалило чувствительную кожу. – Да у тебя серьезные намерения, Падалеки.
- Я вообще серьезный мужик, Эклз, - ответил Джаред и тихо застонал, когда губы Дженсена двинулись ниже.


Изображение


Под сводами «Мэдисон Сквер Гарден» гремело бессмертное «We will rock you», толпа на трибунах бушевала. Джаред подъехал к скамейке глотнуть воды.
- Отсоси, Падалеки! – завопил какой-то краснорожий парень в шлеме с рогами.
Джаред усмехнулся: все как год назад. В «МСГ» снова встречались «Иглз» и «Рэйнджеры», вот только Падалеки теперь выступал за другую команду. Но для краснорожего парня это, похоже, роли не играло.
Вытерев рот ладонью, Джаред поднял глаза на фигуру в сером костюме, маячившую в ВИП-ложе. Дженсен. Все-таки смог приехать.
Эклз посмотрел на него и чуть дернул уголком губ в своей привычной скупой улыбке. Джаред широко улыбнулся в ответ и отправился на точку вбрасывания.
- Эй, чувак, идем сегодня отмечать победу в «Скорс», ты с нами? – Чад Майкл Мюррей, застывший напротив, как обычно не верил в приметы. И несмотря на то, что этот сезон Падалеки начал у «Рэйнджеров», остался его другом.
- Нет, - улыбнулся Джаред. – Не сегодня, хочу отоспаться.
Чад открыл рот, но подъехавший рефери не позволил ему высказаться. Шайба упала на лед, и трибуны взорвались возбужденными криками.

Изображение


После матча Джаред вышел на подземную парковку арены, осмотрелся и направился к мигнувшей фарами «мазерати». Забросил сумку назад, втиснул свои почти два метра на переднее сиденье и улыбнулся:
- Ну, привет.
Дженсен плавно тронул машину с места.
- Неплохо играл, Падалеки.
- Я, вообще-то, сделал хет-трик, - возмутился Джаред.
Эклз чуть улыбнулся:
- Вот я и говорю, неплохо.
Он вывел машину с парковки, проехал пару кварталов и вдруг, свернув в маленький переулок, затормозил. Повернулся к Джареду, положил руку ему на затылок, путаясь пальцами во влажных после душа волосах, притянул к себе и поцеловал.
- Вот теперь привет, - прошептал Дженсен, когда они оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть. И Джаред засмеялся, прижимаясь лбом к его лбу.
Они были вместе уже почти год. И хотя Джаред теперь тоже официально прописался в Нью-Йорке, виделись нечасто. Эклз постоянно был занят на работе или пропадал в деловых поездках. Джаред тоже мотался по городам с командой. Они не жили вместе. Но когда оказывались в Нью-Йорке одновременно, Дженсен ходил на все матчи «Рэйнджеров», а Джаред зависал в его квартире и его кровати до следующего расставания.
Они не всегда ладили: Дженсен не спешил делиться своими чувствами, а Джаред не мог перестать ревновать его ко всем окружающим и к работе в первую очередь. И в такие минуты они снова становились друг для друга истекающим ядом Падалеки и непробиваемо невозмутимым Эклзом.
Но им было хорошо вместе. Трахались ли они, смотрели вместе бейсбол или просто сидели в одной комнате, занимаясь каждый своим делом, - им было хорошо.
А самым смешным во всем этом оказалось то, что до сих пор никто так и не узнал об их отношениях. Парни не скрывались. Конечно, не трахались на публике и даже не обнимались, но в остальном не видели необходимости принимать какие-то меры предосторожности. Однако когда они появлялись вместе на публичных мероприятиях, репортеры лишь вяло упоминали о телохранителе Падалеки, а партнеры по команде вспоминали бородатые шуточки про мамочку. И все. Самыми шустрыми и проницательными оказались девчонки из фан-клуба Джареда, увлеченно строчившие фанфики с загадочным пейрингом J2.
Соммерхолдера признали невменяемым и отправили лечиться. Джаред не мог сильно злиться на беднягу, вспоминая, как сам бесился, когда Дженсен улыбался парням из команды. Да и как ни крути, встреча с психом во многом, особенно в том, что касалось личной жизни, пошла Падалеки на пользу.
Сандра какое-то время была одна, но потом все-таки решилась завести отношения с парнем из соседней квартиры. Джаред, узнав об этом, посоветовал Дженсену проверить оружие.
«Иглз» так и не смогли заполучить Кубок, вылетев из плей-офф в четвертьфинале. Джаред не думал, что его присутствие или отсутствие в команде смогло бы как-то повлиять на их выступления. Они в целом объективно не были готовы выиграть. Но он искренне болел за друзей, с которыми провел бок о бок шесть замечательных лет.
Данниль стала главой сиэтлского филиала, который Дженсен, по мнению Джареда, решил открыть, чтобы дать возможность своей оперативнице быть поближе к Хемсворту.
Кейн при ближайшем знакомстве оказался занятным чуваком, классно игравшим на гитаре. И Джаред еще не раз подшучивал над дресс-кодом в компании Эклза, при котором вместе с костюмом сотрудники надевали непроницаемые маски.
Чад долго раздумывал над словами Дженсена о Софии Буш – так звали горячую блондинку из «Будь паинькой», а потом пригласил ее на свидание. Они были вместе уже почти девять месяцев, и Мюррей с гордостью заявлял, что у них полноценные отношения.
Джаред не знал, можно ли считать то, что у них с Дженсеном, полноценными отношениями. Но после окончания сезона собирался познакомить его с родителями, а в глазах Дженсена растекалось расплавленное золото при слове «мы».
И разве все это нельзя считать серьезными намерениями серьезных мужчин?


Изображение


Последний раз редактировалось taniyska 05 дек 2014, 23:04, всего редактировалось 1 раз.

04 дек 2014, 11:59
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 17 апр 2012, 19:04
Сообщения: 56
Откуда: Минск.
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Ещё не начала читать, но арты божественны!!!

_________________
All in all it's been a rocky road...


04 дек 2014, 18:16
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 18 апр 2011, 02:45
Сообщения: 216
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Просто замечательная история. Открыла глянуть между делом, и делу пришлось подождать. )))
Спасибо автору за чудесный текст, и артер тоже большой молодец!


04 дек 2014, 19:11
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 11 ноя 2012, 18:30
Сообщения: 7
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Шикарное оформление. :inlove: :inlove: :inlove: Захотелось срочно прочесть историю. Жаль, что, кажется, текст нельзя скачать единым файлом.
Огромная благодарность артеру за проделанную работу. :heart:


04 дек 2014, 19:46
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 25 апр 2011, 20:27
Сообщения: 64
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
taniyska поздравляю с выкладкой! Захватывающая, динамичная, страстная история, рассказанная бойко и умно! Оформление действительно шикарнейшее!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!


04 дек 2014, 20:07
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2011, 13:10
Сообщения: 290
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Большое спасибо команде за выкладку!
Всегда была неравнодушна к добродушному Дай-я-обниму-весь-мир-Джареду и внешне замкнутому и холодному Вещь-в-себе-Дженсену, а у вас они получились идеальными. Огромное спасибо за оформление, особенно образ Джареда-хоккеиста удался, словно для него роль написана. Стало неожиданным сюрпризом появление в фике злодея-Йена, ох, автор затейник! ))) И спасибо за ХЭ в финале, в том числе для Криса с Данниль, они чудесная здесь пара.

_________________
... в мире нет ничего плохого или хорошего, все зависит от того, как смотреть на вещи...


04 дек 2014, 22:22
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 11 ноя 2012, 15:33
Сообщения: 47
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Спасибо, очень понравилось :squeeze: :squeeze: :squeeze: . Серьезные мужчины - такие лапочки)))))))))))) :heart: :heart: :heart: :heart: :heart:


05 дек 2014, 00:55
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
это было безумно увлекательно.taniyska,вы сделали мой вечер.читала-не могла оторваться.
вроде бы и сюжет не такой уж редкий,но как-то все...очень лихо,очень здорово.герои живые совершенно,в их характеры невозможно не влюбиться, и детали,как,например,дух итальянского ресторана или вкусы Джареда в обустройстве квартиры,и спортивная карьера,которая не просто как пометка в сценарии:"действие происходит на хоккейном матче" -а занимает важное место в сюжете,легко все представить и прочувствовать,хотя хоккей даже не смотрела никогда.
в общем :squeeze:

P.S.вот на этом моменте меня закоротило:"Вообще-то, Джаред считался в постели искусным парнем и мог довести девчонок до оргазма вот этими самыми пальцами." пальцыДжаредапальцыДжаредапальцыДжареда,пардон,ТАМ.omg :buh: :-D

работа артера выше всяких похвал :beg: вы бесконечно талантливо сделали каждый арт,каждый разделитель.цвета потрясающие. "они сошлись,волна и камень...лед и пламень" статуя Эклз и энергичнй как волна Падалеки.а кто из них лед,кто огонь это еще посмотреть надо))

спасибо,Sigra,за ваш нелегкий труд.


05 дек 2014, 01:11
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 окт 2010, 21:13
Сообщения: 206
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Спасибо за историю,понравились здесь парни,ооочень такие серъезные.Да собственно все персонажи понравились,даже Йен,хотя крыша у него конечно убежала далеко :maniac: .Красивый арт,очень в душе Джеи хороши :inlove:


05 дек 2014, 01:12
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
3 часа ночи, я дочитал, я раскатан по льду, щаслив и немного опустошен - как всегда, когда приходится выныривать из офигенно написанной истории обратно в реальность. Огромное спасибо всей команде за потрясающую выкладку! :heart:
Автор, вы осуществили мою давнюю личную мечту - Джеи и хоккей - еще со времени выхода на экран "Легенды №17", и сделали это блестяще - легким, умным, ироничным и емким языком!.. Читалось действительно на одном дыхании, нигде ничего не цепляло, не сбивало с ритма повествования, все живо, динамично, верибельно, и так вкусно, что хотелось еще и еще! Влюблена в ваших Джеев по уши, они совершенно прекрасные и настоящие! Спасибо вам! :heart: :heart:


05 дек 2014, 04:07
Пожаловаться на это сообщение

Зарегистрирован: 24 дек 2013, 09:46
Сообщения: 14
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Ваш Джаред это просто :inlove: )))))) Спасибо большое. О , и круто, что Даниль нашла свое счастье, я ее люблю)))
И ваши Ааааарты!!! Мне очень очень понравились) Особенно в душе и обложка :hlop:


05 дек 2014, 11:50
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 мар 2011, 01:33
Сообщения: 147
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Оригинальные арты и очень в тему фика, подчеркивают его стиль, как подозреваю. Прикольное совмещение с гифкой. ;) Ждешь статической картинки, и вдруг она движется, так неожиданно, хотя что я, гифок не видела)). Но удивило. Надеюсь прочесть фик попозже, спасибо большое всей команде за работу :flower:


05 дек 2014, 14:54
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW

Зарегистрирован: 11 окт 2013, 19:29
Сообщения: 80
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Чудесная история и отличный арт, спасибо команда!


05 дек 2014, 15:56
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Только увидев заявку,захотела прочитать ,обожаю Джеев в спорте.Отдельное спасибо артерам,великолепное оформление.Команда украсила день,я думаю,не одного человека,а что может быть лучшей похвалой!!!!!


05 дек 2014, 17:03
Пожаловаться на это сообщение

Зарегистрирован: 11 ноя 2012, 20:46
Сообщения: 83
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Очень легко читаемый текст. Понравился юмор - ненавязчивый и приятный. Спасибо автор - действительно получила большое удовольствие.
Кто сталкер - догадалась не сразу, сначала подозревала Чада)

_________________
making beautiful boys since 1979


05 дек 2014, 18:48
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW

Зарегистрирован: 25 апр 2012, 10:39
Сообщения: 277
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
taniyska,Senseye Cпасибо! Понравилась история - читается с удовольствием. Арты и разделители восхитительны. Джаред-хоккеист - получился очень занимательным


05 дек 2014, 19:04
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 июн 2013, 00:37
Сообщения: 1
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Очень понравилось! Проглотила на одном дыхании и показалось мало. Хорошая история, очень живые герои, Джаред просто невероятный!
Язык - легкий и тоже живой.

Арты - превосходные. А тот что в душе... Я от него до сих пор отлипнуть не могу)

Спасибо огромное всем - автору, артеру, бете - за такое невероятное удовольствие!


05 дек 2014, 19:10
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2011, 00:17
Сообщения: 313
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Очень приятная история и чудесное оформление! Прочитала с большим удовольствием! Спасибо!


05 дек 2014, 19:57
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 мар 2010, 15:18
Сообщения: 86
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Дорогой автор, спасибо за рассказ! Очень приятно прочитать новую версию "Телохранителя", я наверно уже три интерпретации теперь знаю). Но тем не менее все же радует, что автор нашел новые сюжетные линии, чтобы не повторять уже избитые.
Арт тоже очень понравился. Только одно большое НО. Там где надпись на стадионе. Почему она на русском?! По логике должно быть на английском. Маньяк-то вроде не русский)))).
А в остальном все шикарно.


05 дек 2014, 21:21
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 30 мар 2014, 00:04
Сообщения: 177
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Спасибо, еще один интересный вариант когда Дженсен телохранитель Джареда. Добавлю в коллекцию.


05 дек 2014, 21:42
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 май 2010, 19:38
Сообщения: 354
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
taniyska спасибо огромное за увлекательную историю! Читалось легко и с удовольствием:)

Senseye приятное оформление, спасибо:)

_________________
http://merzavca.diary.ru/ - дата регистрации 30.01.2009


05 дек 2014, 22:05
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 окт 2011, 12:36
Сообщения: 156
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Огромное спасибо!!! Фик очень понравился!!! Читала, оторваться не могла!!!
И оформление прекрасное! Спасибо!!!!

_________________
Если Ваша фамилия начинается на «Х», оканчивается на «Й» и содержит «У», никто не подумает, что Ваша фамилия Хэмингуэй...


05 дек 2014, 23:55
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 12 май 2014, 19:14
Сообщения: 19
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
qazanostra, да нам очень повезло с артером! Надеемся, что и история понравится не меньше:)
Кана Го, спасибо за отзыв, надеюсь, дело не очень пострадало:)
Алена, добавила doc, все ведь как всегда в последнюю секунду, поэтому собрать окончательный файл сразу не успели:)
michellerma, спасибо! очень рада, что концовка не разочаровала, переживала, вдруг не оправдаю ожиданий:)
Alushka74, спасибо за отзыв! ХЭ - наша гражданская позиция, иначе, к чему история:)
Гость, спасибо, что прочитали, и спасибо за такой потрясающий отзыв! Отдельное спасибо за то, что отметили детали, мне всегда не очень просто выписать мир, потому что я вижу его и по умолчанию считаю, что все его так видят. Особенно хоккей, в котором сама не очень разбираюсь. Если все удалось, то я просто в восторге:)
Laluna 1, да, крышу Йен потерял конкретно, одно оправдание - от любви:) Арт с душем - произведение нашей талантливой senseye, мы с бетой даже не помышляли, а она взяла и сотворила чудо!
Гость, ох, я даже не знаю, что ответить на такой восхитительный отзыв. Наверное, только то, что я очень счастлива, что герои и их история Вам понравилась. Спасибо, что написали, после таких слов, верится, что трудился не зря, и хочется продолжать писать дальше!
da_ria, да, мы тоже любим Данниль, она умница и красотка, поэтому пару ей подбирали очень придирчиво:) Спасибо за отзыв!
Marta, да, артер с нами оказался на одной волне, очень тонко чувствовала текст и генерировала потрясающие идеи. Надеемся история Вас тоже не разочарует:)
NGol, спасибо, что прочитали
tamriko561, спасибо за отзыв
solnzaNet, была такая мысль - Чада сделать злодеем, на Роззи тоже эту роль примеривала, но все-таки рука не поднялась:)
lusay66, yana, спасибо, что прочитали!
green_eyes22, спасибо за прекрасный отзыв!
hnap, спасибо за приятные слова, на самом деле это немножко ретеллинг одной из книг Р. Гибсон, правда там были хоккеист и журналистка, а мы взяли телохранителя и хоккеиста, но антураж и часть знаний о хоккее почерпнуты оттуда. Надпись на русском - профдеформация. Мы с бетой пришли в фандом из гетных переводов, а там правило одно - все переводим:)
Tanhay, reda_79, Sometime, спасибо за отзывы, нашей команде очень приятно!


06 дек 2014, 00:31
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 30 мар 2014, 00:04
Сообщения: 177
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Арты и разделители глав очень красивые, а то читала с телефона, а там они не грузятся. Только что рассмотрела. Спасибо, они великолепны.


06 дек 2014, 02:13
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Серьезные намерения серьезных мужчин ,J2-AU taniyska,Sen
Читала до шести утра, хихикая в одеяло:-) ибо прекрасно все :vict: большое спасибо всей творческой группе:-)

Про сталкера почти угадала, ибо подозревала и Чада, и человека из фандома или окрестностей:-) немного смущает, как юный айтишник обошел спецов, и порке не проверили наиболее активных в сети фанов, все же товарищ явно дружит с сетью и наверняка оттуда, но... Текст настолько чудесен, что не хочется колупать обоснуй:-)


06 дек 2014, 03:15
Пожаловаться на это сообщение
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 78 ]  На страницу 1, 2, 3  След.


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.059s | 18 Queries | GZIP : Off ]