Новости

Биг-Бэнг-2017, день 3-й (из 9-ти): SAME OLD WAR
(Автор - Aleriss, Фанарт - Ri., Видео - Мышь (Ketch))
Дин/Сэм, Бобби, слэш, AU, hurt/comfort, ангст, драма, романс, психология, мистика, R.

Изображение

Текущее время: 19 дек 2017, 02:12




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 37 ]  На страницу 1, 2  След.
Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мышь 
Автор Сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 29 апр 2012, 23:04
Сообщения: 4
Ответить с цитатой
Сообщение Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мышь
Название: Сны на вересковом поле за секунду до пробуждения
Автор: blue whale
Артер: Мышь
Бэта: Dolphin
Жанр: омегаверс, кинки
Категория: слэш
Фандом: Supernatural (РПС-АУ)
Пейринг: Джаред/Дженсен, Джаред/другие
Рейтинг: НЦ-17

Предупреждения:
СКВИКИ! Прочитайте внимательно предупреждения, автор не принимает претензий, если вы пошли читать и сквикнулись!
МПРЭГ, слэйв, сомнофилия, недобровольное оплодотворение, альтернативная анатомия и физиология, объективация, Джаред!альфа, графическая НЦ Джаред/другие, беременный Дженсен, сайз-кинк, dirty talk, ненормативная лексика, смерть персонажа (ОМП), упоминание недобровольного прерывания беременности, графические роды (без жести), фак-машина и наверняка что-то еще, чему я не знаю названия.
Обоснуй вышел покурить, и хорошенько там чего-то накурился :)

Примечания: Джаред старше Дженсена.
Все персонажи фика совершеннолетние. Все совпадения случайны.

Саммари:
Омеги в мире Джареда пребывают в вегетативном состоянии и не особенно отличаются от растения. Джаред привозит себе домой омегу, чтобы обзавестись наследником, но что-то идет не так.
Дорогие читатели, текст написан ради кинков, не стоит искать в нем что-то еще.

Изображение
Скачать текст в формате .doc без изображений.


21 дек 2014, 21:33
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 29 апр 2012, 23:04
Сообщения: 4
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Изображение
Пролог. Тайны старого дома за витражными стеклами

Когда Джаред был маленький, они жили в старом доме, каких сохранилось немало в историческом центре города. Тогда дом казался ему древним динозавром – с высокими потолками, деревянными рамами и дверями, окрашенными белой масляной краской, которая местами облупилась, забитый антикварной мебелью, которая явно нуждалась в реставрации. Выцветшие витражи, все еще красивые, изображали сцены из древних мифов. В нем всегда пахло яблоневым садом, вид на который открывался с террасы. Даже когда урожай давно был собран, и листья на яблонях облетели, в комнатах все равно витал яблочный аромат, особенно расцветающий в теплых лучах заходящего солнца, окрашенных витражными стеклами. Джаред с братом носились по лестницам с громким топотом, выбивая из досок старую пыль, несмотря на ворчание Гиттса – беты, что присматривал за ними, – пару раз вышибли стекла мячом, а однажды подрались и провалили прогнившие доски в полу.
У этого дома, как и у всех уважающих себя старых домов, была тайна: детям строго-настрого запрещалось подниматься на мансарду. Бывал там только отец, да старый сморщенный бета Курт – его странный жуткого вида помощник. Курт никогда не покидал дом, только изредка спускался вниз за едой. Несколько раз Джаред с Джеффом пытались проскользнуть мимо него и разведать тайну мансарды, но тот зорко следил за ними и всегда гнал обратно на лестницу, выкрикивая проклятия, и они бежали в ужасе, уж больно Курт был страшный. Джефф частенько выдумывал страшилки про комнату, и пугал ими младшего брата, пару раз даже довел до слез, а потом ржал над ним как гиена.
Но однажды им повезло – отец уехал в командировку, у Гиттса был выходной, а Курт выхлебал бутылку виски и громко захрапел прямо на стуле у лестницы на мансарду. Когда стемнело, они на цыпочках пробрались мимо, переступив через вытянутые в проход ноги в стоптанных кроссовках, и проскользнули в мансарду.
К большому разочарованию пятилетнего Джареда там не обнаружилось ни мутантов на привязи, ни выжившего из ума маньяка-дядюшки, ни плантации ядовитых кристаллов со спутника Синдарини. Это оказалась совершенно обыкновенная комната, с циновками на полу, тяжелыми портьерами, камином и большой кроватью, прикрытой ажурным балдахином. Они отодвинули тонкую ткань и увидели спящего на кровати человека. В лунном свете его лицо показалось Джареду сказочно красивым, как у эльфа из сказки. Он хотел спросить у Джеффа про эльфа, но подумал, что тот снова будет над ним смеяться, и промолчал. Но Джеффу было не до смеха, он был старше брата на четыре года и знал гораздо больше.
– Это же омега нашего отца, – прошептал он, сжимая руку Джареда. – Наш…
Из коридора послышался звон покатившейся бутылки и последовавшая за ним бессвязная ругань Курта, и Джефф испуганно замолчал, глядя на Джареда страшными глазами и прижав палец к губам. Они стояли, едва дыша, пока снизу снова не послышался храп.
Тогда Джаред подошел ближе к спящему человеку, и дотронулся до его бледной худой руки, к которой тянулись какие-то трубки. Кожа оказалась теплой, мягкой, и пахла, как яблоневый сад в закатных лучах. Странно, но в тот же миг Джареду показалось, что кто-то большой, сильный и добрый улыбнулся ему, укрыл и приласкал.
Им пришлось быстро убегать оттуда, пока не проснулся Курт, хотя Джераду до слез хотелось остаться, побыть там еще. Но Джефф выглядел необычно задумчивым, и решительно потащил Джареда прочь. С тех пор им больше ни разу так и не удалось пробраться в мансарду, но – странное дело – то ощущение не покинуло Джареда, а так и осталось с ним. Когда ночью он просыпался, сжимаясь от страха из-за треска песчаных гроз, бушующих над куполом, когда плакал от боли в разбитых коленках, когда скучал по Джеффу, которого в том же году отправили учиться в закрытую школу для альф, – словно чья-то рука защищала и успокаивала его. И даже когда прошло много лет с того времени, иногда Джареду казалось, что он все еще чувствует ее тепло.

Изображение
1. Стерильная среда в ожидании хозяина

Служащий лучезарно улыбался Джареду, провожая в следующую секцию салона. Он давно привык к высокомерию и придиркам альф, и никак не реагировал на недовольное лицо клиента. Тот появлялся в салоне примерно раз в год, но каждый раз уходил ни с чем. И в этот раз он осмотрел пять лучших экземпляров из последней партии омег, привезенных прямо из питомника в этот понедельник, но продолжал молчать, поджимая губы. Пришлось вести его дальше и показывать те, что уже порядком залежались в их отделении.
На самом деле Джаред просто не особенно хотел обзаводиться омегой и тем более детьми, ради которых омега и нужен был.

Изображение


В этой секции омегу тоже содержали на специальном приспособлении, похожем на медицинскую кровать, – эргономическая лежанка с массой манипуляторов. Худое обнаженное тело было распято на нем и выставлено напоказ.
– Это приспособление разработано для содержания омеги, называется о-машина. Оно в автоматическом режиме поддерживает все жизненные функции омеги, обеспечивает ему ежедневную стимуляцию для поддержания фертильности, внутривенное и зондовое питание и контроль всех медицинских параметров, – пояснил служащий.
Конечно, клиент и так знал, что это такое, но правила есть правила.
Джаред подошел ближе и посмотрел на лицо омеги. Оно выглядело спокойным, глаза прикрыты, словно он спал, а на пухлых красивых губах едва обозначилась улыбка. Можно было различить в отсеке и слабый запах омеги – терпкий и свежий, как только скошенная трава, а не сладкий, как в других. Этот Джареду понравился больше, пожалуй, даже намного больше.
– Предложить тест-драйв не могу, сами понимаете, омега должен быть абсолютным девственником, чтобы не нести на себе запах другого альфы до своего хозяина. Но могу включить машину.
– Включайте, – сказал Джаред.
В предыдущих отсеках он к омегам даже не подходил, были они какие-то бледные, картинно-смазливые и слишком слабые на вид. Да и не могли они быть другими, выращенные на зондовом питании, без движения, мышцы атрофировались даже несмотря на качественный уход и всякие массажи и процедуры. Обычно такие альфам и нравились, но Джаред сам был крупным парнем и боялся ненароком навредить хрупкому существу. Этот омега был побольше, высокий и широкоплечий, хоть и тощий, как и все они – выпирающие ребра и бедренные косточки, впалый живот, острые скулы.
Служащий подошел к пульту о-машины и включил там что-то. Вперед выдвинулся манипулятор с фаллообразным наконечником, еще один с присоской, два других раздвинули омеге бедра. Джаред смотрел, как погружается ему внутрь блестящий от смазки поршень, когда заметил, как член омеги дрогнул и начал наливаться.
– Здесь есть специальный режим, – пояснил служащий. – Он будет каждое утро включать стимуляцию, чтобы ваш омега сохранял способность к течке и зачатию.
Насос уже вовсю гудел, присосавшись к члену омеги, в одном ритме с поршнем в заднем проходе. Частота фрикций все увеличивалась, зафиксированное на машине тело напряглось и подрагивало, и вдруг омега распахнул глаза и тихо вздохнул, хватая ртом воздух. Отсос на члене мокро хлюпнул, и по трубке, которая соединялась с поршнем, потекла сперма.
У омеги оказались зеленые глаза с длинным ресницами, но они смотрели в никуда, без единого проблеска сознания. Несколько секунд Джаред шокировано смотрел на его лицо, а потом омега снова закрыл глаза, его черты расслабились, а тело обмякло.
Джаред сглотнул, чувствуя горячую тяжесть в паху. Он всегда избегал думать об омегах, предпочитая секс с бетами – обычными людьми, а не бессознательными телами. Он вообще не понимал, как можно заниматься сексом с пустой оболочкой, в его представлении она ничем не отличалось от надувной куклы. Но сейчас понял, что не все так просто, что вид и запах омеги, вся его сущность, будит в нем что-то новое, будоражит, словно проникает под кожу.
– Господин желает посмотреть другие экземпляры? – поинтересовался продавец.
– Нет, я возьму этот, – ответил Джаред ровным голосом, едва не сорвавшись на хрип.
– Отличный выбор! Это прекрасный экземпляр!
В офисе Джаред оформил все бумаги и внес на счет салона необходимую сумму – сумма была нехилой даже для него, хотя деньги он обычно не считал.
Служащий пояснил, что платит он не за самого омегу, конечно, ведь каждый альфа на Синдарини имеет право на омегу, а только за о-машину, за расходы на содержание питомником его экземпляра до половой зрелости, которая по закону наступала в восемнадцать лет, плюс небольшие комиссионные собственно салону. Судя по бумагам, этот омега пробыл у них несколько месяцев, хотя обычно их разбирали довольно быстро, несмотря на цену, и Джаред подумал, что хоть в этом ему повезло, и никто не забрал парня раньше.
– Ждите доставку сегодня к вечеру, вместе с о-машиной и подробными инструкциями по уходу. Поздравляю с приобретением! – служащий встал из-за стола и протянул ему ладонь для рукопожатия.
Джаред сделал вид, что не заметил, увлеченный чтением договора, и только кивнул ему. Этот приторный бета порядком надоел ему за время визита. От него несло чем-то, как и от всего этого салона, несмотря на стерильность и стильный интерьер – страхом, болью. Это ощущение появилось у Джареда внезапно, уже в офисе, настроение испортилось окончательно, и он хотел поскорее уйти.

Изображение
2. Узкий круг по обмену в поисках участников

Джаред сел в катер и полетел к себе на работу. Уже из кабинета позвонил Гиттсу, своему старому камердинеру, предупредил о доставке и попросил разместить омегу в отдельной комнате. Возбуждение, охватившее его от вида омеги, быстро прошло, а вскоре вообще забылось за горой дел.
Транспортная компания «Падалеки Транс Спейс» занимала все западное крыло Империал-билдинг. Из своего кабинета на предпоследнем этаже в хорошую погоду Джаред видел окружающую город пустыню. Компания владела самым большим парком грузового транспорта в секторе, и обеспечивала доставку всего импорта и экспорта за пределы системы. Джаред в двадцать восемь лет стал вице-президентом компании, и хотя немалую роль в этом сыграло то, что президентом был его отец, тоже альфа, труда он в это вложил немало, большинству рядовых сотрудников и не снилось.
В обеденный перерыв к нему зашел Салли – Саливан Миллер, его двоюродный брат. Он работал здесь же на семидесятом этаже начальником какого-то бесполезного отдела, созданного отцом Джареда специально для него, чтобы хоть как-то пристроить непутевого родственника по просьбе его родителя. А отец Салли уже много лет занимал пост сенатора, и игнорировать его просьбы было чревато. Сам же Салли по непонятной причине считал Джареда приятелем и без конца звал его на свои тупые вечеринки, которые всегда перетекали в оргии.
– Джа, если ты снова не придешь, я натуральным образом обижусь, чувак, – сказал Салли, развалившись в кресле, и то жалобно хрустнуло под его весом.
Он не был толстым, скорее просто крупным и неуклюжим, больше двух метров ростом, с добродушным открытым лицом и светлыми волосами, которые придавали его облику этакий невинно-простоватый и безобидный вид.
Джаред хотел этот вечер провести со своим омегой, посмотреть на него и подумать, и уже набрал воздуха, чтобы отказаться, но Салли перебил его:
– Только не отказывайся, а то я подумаю, что ты не хочешь поддерживать семейные связи. Мой старик будет очень расстроен услышать такое.
– Ладно, – согласился Джаред, зная, что Салли хватит ума нажаловаться отцу на него, словно они до сих пор были в детском саду. – Только я ненадолго загляну, у меня завтра с утра переговоры с партнерами.
– Само собой, – понимающе ответил Салли и добавил с понимающей улыбкой: – Слышал, ты обзавелся омегой?
– Да, только это не имеет никакого отношения к…
– Понял-понял! – перебил Салли. – Не опаздывай, а то весь пирог растащат!
Он скрылся за дверью, оставив после себя стойкий запах одеколона.

Вечеринки Салли устраивал регулярно, он в отличие от Джареда никогда не утруждал себя семейным бизнесом, посвящая все свое время развлечениям и употреблению всего, что горело и двигалось. В этот раз холл его особняка сверкал огнями и гремел музыкой, народу собралось как всегда много, потому что Салли считал себя рубахой-парнем и приглашал не только альф, но и бет. Он встретил Джареда у входа и потащил за собой через холл, лестницу и несколько забитых людьми помещений.
– Ты как раз вовремя, братец! Главное блюдо только подали!
Зная Салли, Джаред ожидал увидеть заказанных из борделя шлюх или какой-нибудь стриптиз на выезде, но тот превзошел сам себя. Они поднялись на верхний этаж, куда доступ обычным гостям был закрыт, там было тихо и пусто, свет горел только в одной комнате. По центру стоял круглый стол, на котором лежало чье-то обнаженное тело. Между раздвинутых ног резко вбивался мужчина, еще двое стояли рядом, видимо, ждали своей очереди.
Джаред только теперь заметил, что у омеги на столе довольно заметный круглый живот.
– Добро пожаловать в клуб! – радостно сообщил Салли.
– Кто это? – в шоке спросил Джаред.
– Это мой омега, ты что, тупой? – засмеялся Салли. – У тебя теперь тоже есть омега, и мы с парнями приглашаем тебя в наш узкий круг по обмену. Все просто: я разрешаю тебе трахнуть моего, а ты мне своего.
– Ты ебанулся, Салли?
– Не начинай, Джа! – Салли пыхнул ему в лицо сигаретой. – Вот если я у тебя попрошу катер прокатиться, ты что, откажешь другу? Или, например, ты попросишь у меня замолвить словечко перед отцом, разве я откажу тебе?
– Это не катер. И он же беременный, ты в своем уме?
– У него там омега, а нахрена он мне нужен? Завтра все равно будут аборт делать, не переживай об этом. Я сейчас разгоню этих бездельников, новичкам – без очереди!
– Какого хрена ты творишь?
– Да что ему сделается?! С этой безмозглой тушки, между прочим, никакого проку! Второй раз уже, и снова омега. А какое бабло дерут! Могли бы что-нибудь придумать, я его брал ради альфы, а не чтобы он тут мне омег плодил. Ну так что?
– Я подумаю, – ответил Джаред, сжав кулаки в карманах, чтобы он не видел. Ссориться с Салли было нельзя, отец за это с него шкуру сдерет. – Но сейчас не могу, извини.
– Не занудствуй, братишка. А то станешь как Джефф Морган, и будут над тобой даже беты ржать. Слышал – он до сих пор держит в доме своего первого и единственного омегу, хотя его сынок уже в школе учится. Совсем сбрендил!
Лежащий на столе омега выглядел маленьким и хрупким, болезненная худоба бросалась в глаза, живот из-за этого выделялся особенно сильно, хотя и был не очень большой. Джаред понятия не имел, что на таких сроках делают аборты, просто никогда не интересовался этой темой вообще. Миловидное лицо было расслаблено и выглядело безмятежным, глаза широко открыты – голубые и без проблеска сознания, как у манекена. В альфе, который его трахал, Джаред узнал своего однокурсника Рика. Тот был лучшим другом Салли, они все вместе учились, только Салли выперли раньше за неуспеваемость. Он был красивым парнем, с открытой обаятельной улыбкой, но Джареду в его лице всегда виделось что-то неприятное. Возможно, потому что он знал, что Рик вовсе не открытый и не обаятельный, а такой же мудак, как и Салли.
Тот заметил его и улыбнулся, не прекращая трахать омегу.
– Попробуй, – сказал Рик. – Бет сколько в борделях не ебут, с ними ощущения все равно не те.
Он начал ускоряться, долбя омегу все сильнее, потом вогнал полностью, впившись пальцами в разведенные бедра, и застонал, кончая в него. Отодвинулся, уже обмякший член, здоровый как и у всех альф, выскользнул из дырки, и оттуда густо потекла сперма. Джаред едва успел заметить, что белая кожа на бедрах омеги покрыта синяками от чьих-то пальцев, как к тому пристроился следующий и начал быстро трахать, лапая жадными руками живот. Омега никак не отреагировал на все это.

Джаред не мог смотреть дальше, засел в баре, забыв о предстоящих переговорах, и думая о том, можно ли запретить дебилам размножаться. По всему выходило, что по закону альфа мог делать со своим омегой все, что считал нужным. За спиной бармена по телевизору шли новости, где нудили о каких-то очередных террористах, толпа гостей орала и накачивалась выпивкой и таблетками, музыка гремела, отдаваясь вибрацией во всех поверхностях, и Джаред не знал, куда ему от этого всего деться.
Он вернулся домой в двенадцать ночи. Особняк Салли располагался в двух кварталах от его собственного, он бросил там свой катер и решил пройтись пешком, чтобы немного проветриться, но голова все равно раскалывалась. Дома бросил Гиттсу пальто и ключи от своего катера, кое-как стащил ботинки и спросил:
– Где омега?
– В комнате напротив ваших апартаментов, – ответил Гиттс.
Джаред кивнул и пошел к лестнице. Его еще колотило от злости, Гиттс заметил это и молча последовал за ним, зная, что в таком состоянии его лучше не трогать.
В комнате омеги горел приглушенный свет, он лежал, распятый на о-машине, такой же обнаженный и неподвижный, каким был в салоне, когда Джаред увидел его первый раз. Только сейчас Гиттс прикрыл его пледом, отчего сходство машины с медицинским агрегатом стало немного меньше.
Джаред сел на стул, разглядывая его лицо, спокойное, почти счастливое – на какое-то мгновение на губах омеги ему почудилась улыбка, но она растаяла, как снежинка на горячей ладони, даже непонятно, была ли она вообще.
– Где его документы?
Гиттс протянул ему планшет.
«Дженсен», – прочитал Джаред. Конечно, хозяин мог дать омеге любое другое имя, или вообще никак не называть, ведь тот был не человеком, а всего лишь функцией, организмом для воспроизведения, бесчувственному телу было все равно. Жестокая насмешка природы. Беты могли иметь потомство друг от друга, но альфы – только от омег. И так уж вышло, что все в их паре досталось альфе в двойном размере – сила, ум, страсть, – но и пороки тоже вдвойне: среди садистов, психопатов и извращенцев всех мастей альф было на порядок больше, чем бет, хотя их общая численность не превышала и пяти процентов от всего населения Синдарини. Омеге же не досталось ничего, кроме красоты. Красивая пустая оболочка не была способна ни на что, кроме размножения, и это казалось какой-то чудовищной несправедливостью.
– Ты свободен, Гиттс, – сказал Джаред.
Дождался, когда дверь за ним закроется, и подошел ближе к омеге, стянул плед и осторожно обвел кончиками пальцев губы, залюбовавшись длинными ресницами. Некстати вспомнилось, что у него зеленые глаза.
Судя по инструкции, о-машина могла обеспечить все нужды омеги – питание, массаж, электростимуляцию мышц, регенерацию всех тканей, стимуляцию эрогенных зон в определенном режиме, чтобы держать организм в готовности к зачатию, контроль всех жизненных показателей, а после наступления беременности и показателей плода. Данные записывались и передавались наблюдающему врачу, которого Джареду и нужно было выбрать в ближайшее время. Но выглядела эта машина жутко, похожая на дыбу в современном исполнении, из пластика и металла. Заключенное в нее обнаженное тело все равно вызывало у Джареда однозначную реакцию, оно выглядело сказочно красивым, без малейшего изъяна, было выгнуто в удобную для спаривания позу, растянуто, готово принять мужчину в любой момент и сладко пахло. Не так, как другие омеги, хотя Джаред и видел-то всего нескольких за всю жизнь, а совершенно по-особенному. У омеги не было одежды, его даже не прикрыли ничем в салоне, выставив на всеобщее обозрение, как предмет, как товар, никто даже и не пытался обращаться как с человеком.
Жгучая ревность охватила Джареда от мысли, что другие люди, альфы и беты, смотрели на его омегу, пока тот был в питомнике, а потом в салоне. Думать не хотелось, он шарил взглядом по гладкой коже, по растянутому насадкой входу, который был предназначен и подготовлен для того, чтобы его заткнул крепкий член, и разум застилала похоть. Он осознал, что никогда в жизни не трахал омегу, и от этого вида, от запаха, от увиденного на вечеринке Салли, каким бы чудовищным оно ни было, у него начало мутиться в голове. У него хватило бы сил отодвинуть инстинкты на второй план, но все же Джаред был альфой и воспринимал омегу как захватывающий сексуальный объект, даже если в этом теле не было сознания, не мог иначе.
Наверное, правду говорят о том, что природу не обманешь, и бете никогда не утолить голод альфы. Для альфы существует только омега.
Джаред подошел ближе, судорожно расстегивая молнию. Вытащил из омеги наконечник и приставил член к приоткрытой, истекающей смазкой дырке, слегка надавил. Головка вошла легко, и он толкнул дальше. Редкий бета мог принять его полностью, а некоторые и вовсе, увидев размеры, отказывались. Но внутрь омеги он вошел сразу и до упора, до самого корня, застонав от невероятного удовольствия. Было очень туго, мокро и горячо, словно засасывало его еще глубже, сокращаясь на стволе и выдаивая из него оргазм.
Он запрокинул голову и начал двигаться, отпустил все тормоза и трахал омегу совершенно безжалостно, того буквально подбрасывало от его толчков. Машина, автоматически определив происходящее, подключила насосы к соскам и члену омеги. Это показалось Джареду нелепым, и он сорвал их все, и, продолжая долбить сладкую дырку, склонился и прикусил сосок. Наверное, сильно, потому что омега всхлипнул, и Джаред поспешил загладить вину и сначала вылизал торчащий комочек, а потом засосал. Мысль о том, что он может загрузить свое семя в этот красивый плоский живот, подвела его к грани, и из члена стала толчками выстреливать сперма. Стенки отверстия сокращались, принимая внутрь все до капли, и Джаред понял, что омега тоже кончает под ним. Он немного подержал член внутри, а потом осторожно вынул, и жадно смотрел, как дырка медленно закрывается с его спермой внутри, до сих пор не придя в себя от того, как легко она приняла его. Беты для секса с альфой растягивают себя специальными штуками, обливаются смазкой и принимают какие-то препараты для расслабления мышц, но все равно приходилось постоянно себя контролировать, чтобы не навредить и не разорвать к черту от одного неосторожного движения.
Джаред наклонился и вгляделся в лицо омеги, все такое же безучастное. Он, как и все альфы, любил тихих, смирных партнеров, их инициатива обычно его вообще не интересовала. Но хоть какой-то реакции все равно хотелось, и он легко коснулся губ омеги. Когда Джаред его трахал, то был слишком захвачен собственными ощущениями, и ничего вокруг не замечал, но сейчас едва не застонал, почувствовав, как омега тихо вздохнул, как дрогнули его губы. Джаред углубил поцелуй, от запаха омеги его дрожь пробирала, а ведь у того еще и близко не началась течка. От мыслей о течке у Джаред снова встал, он наощупь вогнал член и толкнулся поглубже, не прекращая целовать, но реакции так и не добился. Хотелось, чтобы омега просил выебать его, морщил свое прекрасное личико от особенно резких толчков, стонал под ним и хныкал, потому что Джаред даже для альфы был большим парнем. Когда он оторвался от мокрых горячих губ, омега всхлипнул и открыл глаза. Джаред кончил в него второй раз, не отрывая от них взгляда.
Резко навалилась усталость, хотелось обнять омегу, укрыться теплым одеялом и завалиться спать.
Как этот долбоеб Салли позволил кому-то прикасаться к своему омеге, да еще и беременному, – у Джареда в голове не укладывалось.
«Да ладно, омеге-то все равно без разницы», – нашептал ему голосок.
Он окинул взглядом всю о-машину. Завалиться спать с омегой в обнимку не получится, для начала его надо снять с этого мудреного приспособления, да и неизвестно, не навредит ли ему отключение от всех функций, даже если и ненадолго. Манипуляторы уже начали протирать его, стирая с кожи пот и оставленные альфой следы.
Джаред набросил на него плед, и ушел спать к себе, хотя впервые в жизни после секса ему хотелось остаться.

Изображение
3. Полет болида в пустыне после наступления сумерек

Он никогда не опаздывал на работу, но после таких вечеринок, как вчера, это обычно бывало нелегко. Этим же утром он проснулся бодрым и отдохнувшим, как ни странно. На минуту заскочил посмотреть на омегу – тот все так же лежал в коконе машины, два мягких манипулятора делали ему утренний массаж, по трубке к постоянному внутривенному катетеру на сгибе локтя подавалась какая-то белая жидкость. Если бы не работа, Джаред не отказался бы повторить, но времени не было, и он только поцеловал омегу в мягкие пухлые губы и ушел.
Все тело у Джареда приятно ломило после такого секса, и все вокруг казалось ярче, проще и легче, он готов был горы свернуть. Даже во время работы он не мог перестать думать о своем омеге, а потому постоянно находился в каком-то полувозбужденном состоянии.

В обед к нему в кабинет заглянул Кайл – менеджер с пятьдесят восьмого этажа, смазливый рыженький бета, которого Джаред периодически трахал, когда надо было сбросить пар на работе.
– Привет, – улыбнулся он чуть призывно, но не слишком – Джаред не любил кокетства и слащавости.
– Заходи, – сказал Джаред, вставая из-за стола. – И дверь закрой на замок.
У него с самого утра едва дым из ушей не валил, а кого трахать ему было все равно, вообще-то.
Кайл запер дверь и сразу начал раздеваться. Едва дождавшись, когда он снимет брюки, Джаред загнул его над столом, другой рукой доставая презерватив. Провел пальцами между ягодиц – парень как всегда был смазан и растянут для него. Естественная смазка у мужчины-беты не выделялась, да и вообще они мало были приспособлены для секса с альфой, но женщины-беты Джареда совсем не возбуждали, поэтому приходилось брать то, что есть.
Кайл под ним тяжело задышал, когда Джаред начал вставлять. Раньше сравнивать Джареду было не с чем, но сейчас, после вчерашней ночи с омегой, это показалось ему какой-то бледной тенью настоящего секса. Было слишком туго, приходилось каждый раз с усилием проталкиваться, хотя смазка хлюпала, да и смазка эта хоть и была без запаха, но неприятно липла, член все равно не входил полностью, только на две трети, а презерватив притуплял ощущения
Он перевернул Кайла, усадив на стол, и снова вошел.
– Да, выеби меня, – жарко простонал тот. – Какой же ты большой, никак не привыкну…
Джаред заметил, что член у него не стоит, а мускулы на лице подрагивают от каждого толчка. Раньше он не обращал внимания на эти мелочи, его не особенно интересовало удовольствие партнера, но сейчас понял, что так было всегда. Он закончил практически без всякого удовольствия, и упал в кресло, глядя, как парень дрочит, пытаясь довести себя до оргазма.
– Зачем тебе это надо? – спросил Джаред, когда тот кончил и распластался на столе. – Тебе же каждый раз больно.
– Мне в кайф давать альфе. Ты классный, и мой парень не против.
Джаред знал, что Кайл живет со своим парнем, это было одной из причин, почему он выбрал именно его. Никаких надежд, обещаний, претензий и обязательств, просто секс.

Когда он ушел, Джаред принял душ и сразу вернулся к работе. Напряжение спало, а вместе с ним и воодушевление, которое он испытывал утром. Ему по прежнему хотелось увидеть омегу и сделать с ним все, что тот сможет выдержать, но в этот раз после Кайла он сам себе был неприятен, все еще чувствуя на себе его запах, пусть это и был слабый и бесцветный запах беты.
Работу с последним проектом Джаред закончил поздно вечером, когда начало темнеть. Все тело покалывало от избытка гормонов, поэтому он взял в гараже болид и полетел в пустыню. В сумерках трасса уже начала подсвечиваться сигнальными огнями, и, пролетев с десяток километров, он свернул на другой маршрут, где не было ни подсветки, ни ограничений скорости, ни протоколов безопасности. Болид взревел в его руках и понесся вперед на пределе своих возможностей, лавируя между дюнами и скалами, разгоняя местную живность. Его трясло, сумасшедшая скорость вибрацией отдавалась в каждом мускуле, и Джаред, наконец, почувствовал прилив адреналина.

Изображение


Восемь лет назад на этой же трассе разбился Том, лучший друг Джареда. Они вместе учились, вместе проводили все свободное время и вместе гоняли здесь лет с десяти. Тогда с Томом вообще очень странно вышло. Через несколько дней после аварии, еще похоронить не успели, в его доме взорвался генератор. Автоматика быстро погасила пожар и нейтрализовала ядовитый выброс, но все, кто в тот момент был в доме, погибли: четыре человека прислуги, его отец, совсем молодой еще альфа, и омега Тома, который появился в доме всего полгода назад. Джаред помнил общие похороны, как младший брат Тома, лет десяти, плакал навзрыд, и хорошо, что его смог забрать к себе дед. Да Джаред и сам тогда едва держался.
Все говорили, что Том покончил с собой. Что сначала он собирался взорвать генератор и что-то в нем подкрутил, потому что сами такие устройства никогда не взрываются, это технически невозможно. А имея инженерное образование и с детства занимаясь именно такими установками, он точно знал, как это сделать. Но якобы потом передумал, пожалел, видимо, домашних, и полетел на катере в пустыню. А генератор не выдержал вмешательства и все равно рванул через несколько дней.
Официальный отчет так и не дал точного ответа. Там было много написано о компрессионной депрессии, от которой часто страдают альфы, не выдерживая налагаемой семьей и обществом нагрузки, и десятки страниц технических данных по домашним генераторам, разобраться в которых мог только специалист. Сам Джаред ни за что не хотел верить, что его друг решил свести счеты с жизнью. Том был веселым, очень общительным, они с Джаредом тем летом собирались смотаться на вулканические озера, даже накануне заказали палатку. Вот только он не мог отрицать, что незадолго до трагедии Том изменился, с ним явно что-то происходило. Он стал реже появляться на вечеринках, отменил несколько тренировок, а когда Джаред спросил, не случилось ли у него что, то отмахнулся и сказал, что это его личные дела. Джаред тогда не то что бы обиделся, но подумал, что с лучшим другом можно было бы поделиться.
Потом он долго обдумывал их последний разговор. Мог ли он заметить признаки депрессии? Мог ли помочь Тому?
Он не знал ответа. Близкого друга у него так больше и не появилось, но он по-прежнему любил гонять в пустыне, особенно на неофициальных трассах, хотя гонка больше никогда не радовала так, как раньше.

Изображение
4. Функциональные продукты по заказу потребителя

В понедельник после совещания совета директоров отец попросил его остаться, предложил выпивку и начал с хитрым прищуром:
– Слышал, ты последовал моему совету и завел себе омегу?
– Да, – сдержанно кивнул Джаред. Ему не очень нравился этот разговор, омега принадлежал только ему, и обсуждать его с кем-то еще он не хотел, пусть это и родной отец.
– Ну, и как?
– В смысле? – не понял Джаред.
– Когда мне ждать внуков?
– Я не хочу торопиться. И течки еще не было.
– А ты поторопись. Есть же специальные препараты, чтобы она поскорее наступила, зачем ждать и зря тратить время? Мы все не молодеем, тебе нужен наследник, а лучше несколько. Посмотри на своего старшего брата – он никуда не годится, прожигает жизнь где-то на Алмазных Полях и слышать не хочет о семейном бизнесе.
Отец раскурил сигару, хмурясь, но потом махнул рукой и улыбнулся Джареду:
– На тебя одна надежда, сынок, кому-то ведь нужно позаботиться о компании, когда меня не станет.
– Ты что, болен? – настороженно спросил Джаред, разглядывая его внимательнее, но не заметил никаких изменений – костюм отца по-прежнему выглядел безупречно, а лицо, хоть и немолодое, не выдавало истинного возраста, излучая только уверенность и доброжелательное спокойствие.
– Что? Болен? Нет! – отец рассмеялся, пыхтя сигарой. – Но сдается мне, что Джош не вернется, вот я и волнуюсь о судьбе компании.
– Я не собираюсь оставлять компанию, с чего бы? А о моем омеге не спрашивай больше, это мое дело, – ответил Джаред, и тут же пожалел о своей резкости.
– Похоже, омега благоприятно на тебя влияет, – отец и бровью не повел, явно не ждал извинений за непочтительность и даже выглядел довольным. – Ты всегда был слишком мягким, сынок, пора отрастить зубы, а то загрызут тебя.
После разговора с отцом Джареда потряхивало, он спустился на пятьдесят восьмой этаж и трахнул Кайла в туалете – терпеть он не мог, темперамент альфы требовал немедленной разрядки. Тот снова морщился от боли, но, видимо, получал от этого какой-то свой извращенный кайф и не остановил его.

Вернувшись в офис, он открыл страницу с описанием препаратов, о которых говорил отец. Нужно было всего лишь ввести во внутривенный катетер одну ампулу стимулятора, и течка после этого наступала в течение трех дней. В документах его омеги было сказано, что естественная течка ожидается примерно через месяц, и вообще проходит раз в сезон, то есть четыре раза в год. Зачем вообще нужны были стимуляторы, Джаред сначала не понял. Он вполне мог подождать месяц и не видел смысла торопиться. А потом прочитал в сети, что во время течки омега становится особенно восприимчив, намного лучше пахнет, а также только в этот период возможна сцепка, то есть сильный и длительный спазм внутренних мышц. Там же было сказано, что давать омеге стимуляторы слишком часто нельзя, особенно в сочетании с противозачаточными, потому что это может привести к осложнениям и бесплодию. Было понятно, что даже одна доза вряд ли будет безвредной, как ни пытались убедить в этом производители стимулятора. Джаред только разозлился, читая этот бред, не собирался он подвергать опасности своего омегу, ни ради скорейшего зачатия, ни тем более ради собственного удовольствия.

Специальный магазин для омег – о-маркет – находился недалеко от офиса, и Джаред решил зайти туда сам, хотя мог заказать все необходимое и по сети. Как оказалось, это была целая индустрия – магазин больше походил на элитный супермаркет, и представлено там было не только питание, а все, что только могло понадобиться для омеги – начиная от медицинских препаратов и гигиенических средств, и заканчивая какими-то специальными насадками для о-машины. Посетители в магазине были, но не очень много, в основном беты, которые покупали что-то для омег своих хозяев. Джаред обошел там все, разглядывая этикетки, как правило, неяркие и больше похожие на упаковки к лекарствам. Одежду для омег здесь не предлагали, и Джаред засомневался, что ее вообще делают. Хотя это выглядело странным, ведь даже для домашних животных шьют одежду и делают аксессуары, типа заколочек для собак или подвесок для кошачьих ошейников, и зашибают на этом немалые деньги.

Изображение


Джаред заказал все необходимое омеге на месяц согласно списку из документации – цены здесь тоже были нехилые (впрочем, если альфа мог позволить себе омегу, то такие мелочи его не должны были волновать), – и уже расплачивался на кассе, когда заметил старого знакомого Марка Пеллегрино. Семья Марка владела лабораториями и фабриками по производству питания и медицинских препаратов для омег, но сам он, будучи четвертым или пятым сыном, в семейном бизнесе участия не принимал, а открыл собственный.
Тот тоже его заметил, и сразу подошел.
– Джаред! – заулыбался Марк. – Какими судьбами здесь? Неужели обзавелся омегой?
– Да, – ответил Джаред. – А ты?
– Я? – он рассмеялся. – Нет, я пока еще не готов к семейным узам.
Вообще, это было довольно необычно, потому что так называемые «семейные узы» не налагали на альфу вообще никаких обязательств, омегой и детьми всегда занимался наемный персонал. А Марку уже точно перевалило за сорок, причем давно.
– Что ты тогда здесь делаешь?
– Этот магазин принадлежит семье. Заходил к брату по делам, – пояснил Марк, скривившись, а потом снова заулыбался и хлопнул Джареда по плечу: – Слушай, а ты же еще ни разу у меня не был! Так, идем прямо сейчас, отказ не принимается!
Марк особенно этого не афишировал, но Джаред знал, что ему принадлежит сеть борделей в городе. После разговора с отцом и после секса с Кайлом он точно не смог бы прикоснуться к омеге, поэтому расплатился, оформил доставку и полетел на катере за Марком.
На улице стемнело, рабочий день давно закончился, и веселье в «Бетамиксе» было в самом разгаре. На невысоком подиуме в центре зала на коленях стоял бета в одних джинсах со связанными за спиной руками, все его лицо и грудь были мокрыми. К нему подошел какой-то альфа, расстегивая молнию, – Джаред его не знал, видимо, кто-то из последних выпусков академии. Бета с готовностью взял в рот и стал жадно отсасывать, но альфа остановил его, схватив за длинные волосы, и начал сам жестко толкаться ему в глотку. Спустя пару минут он кончил, намеренно направляя струи спермы бете больше на лицо, чем в открытый рот. Обычные развлечения скучающих альф.
– Не хочешь? – спросил Марк.
Джаред только поморщился. Тем временем бету трахал в рот уже кто-то другой, а тот громко стонал, захлебываясь.
– Идем, у меня для тебя есть кое-что получше.
Марк провел его дальше, мимо холла, где тоже кого-то трахали, потом вверх по лестнице, и открыл дверь в одну из комнат.
Там на здоровой кровати расположились два парня, оба тонкие и хрупкие, явно беты. Одежды на них не было, только местами кожу покрывали затейливые цветные татуировки.
– Какой больше нравится? – спросил Марк. – Эти у меня самые симпатичные, как для бет, конечно, и обслуживают не всех подряд, а только самых важных гостей.
Джаред запоздало подумал, что вообще этот визит не особенно его воодушевляет, а Марк с его ехидством и понимающей улыбочкой и вовсе вызывает неприязнь. Но отказываться и обижать Марка не хотелось, тот явно получал удовольствие от своего бизнеса и от демонстрации его Джареду.
– Тебе и правда больше нравится секс с бетами? – спросил Джаред.
Улыбка Марка немного потухла, и он ответил довольно холодно:
– Не могу трахать бесчувственное тело. А мои парни всегда очень отзывчивы, да, мальчики? – он потрепал одного из них по длинным волосам, и Джаред с удивлением увидел, как взгляд его потеплел. – Ну, так какой?

Когда он вернулся домой, то к Дженсену даже не прикоснулся, только зашел посмотреть на него, полюбоваться. Он должен был беречь своего омегу и не осквернять его тело прикосновением тех же рук, какими он дотрагивался до беты Марка.

Изображение
5. Волшебные песни посреди сна о раннем летнем утре

Несколько дней он только ходил кругами вокруг своего омеги, смотрел на него и повторял одними губами его имя, пытаясь привыкнуть. Дженсен. Дженсен. Звучало славно и необычно. Трахаться хотелось до одури, впрочем, как и обычно, но что-то останавливало его, будто заставляя растянуть удовольствие от предвкушения. Даже такой, растянутый на манипуляторах машины, Дженсен притягивал его разы сильнее, чем самые красивые и податливые беты, и он не мог перестать думать о том, каким бы был его омега, если бы мог обрести сознание, как бы он двигался, смотрел, как бы звучал его голос.
Захотел бы он тогда Джареда?
Интересоваться мнением партнеров Джаред не привык, не задумывался даже никогда. Его, альфу, с детства учили, что весь мир крутится вокруг него и его желаний, но сейчас это казалось таким важным.
Ответа он все равно никогда не узнает, не было смысла изводить себя и предаваться бессмысленным фантазиям. Джаред запретил себе об этом думать, перестал мучить себя воздержанием и отпустил все тормоза.

Вскоре он заметил признаки приближающейся течки – в доме одуряюще приятно запахло липовым цветом, Дженсен дышал тяжелее, чем обычно, а монитор машины говорил, что благоприятное для зачатия время настанет через двенадцать тире двадцать четыре часа. Джаред отправил на работу сообщение о том, что берет на ближайшие три дня отпуск, и вызвал врача.
Доктор Малькольм, которого рекомендовал отец, прибыл на катере тем же вечером. Он изучил карту Дженсена, параметры машины, потом набрал что-то на пульте, и машина загудела, зашевелила манипуляторами.
– Все нормально, прекрасный экземпляр, взрослый и сильный, – удовлетворенно сообщил доктор после осмотра. – Я не одобряю нынешнюю моду на хрупких и слишком юных омег, они слабее и хуже переносят беременность. Хотя, конечно, эти процессы у них всегда проходят гораздо легче, чем у бет, а вам и подавно не о чем волноваться. Хочу предупредить вас, что пол ребенка можно будет определить только на пятом месяце. Это у беты почти сразу все понятно, – доктор улыбнулся.
– Почему?
– Внешнее строение плода альфы, омеги и беты-мужчины одинаковое до пятого месяца. У пары из двух бет альфа или омега рождается очень редко, и в девяноста девяти процентах случаев если ребенок мужского пола, то это бета. Но только на пятом месяце можно сказать точно. Бетам на таком сроке аборты не делают, и обычно в таких семьях появление омеги – трагедия, потому что, сами понимаете, ребенка приходится отдавать в питомник. Но для омеги такой срок для прерывания беременности приемлем, что обычно и используется, если плод – омега. Вы являетесь опекуном и имеете полное право решать этот вопрос, когда мы определим пол. Я понимаю, что вам нужен только ребенок-альфа, и если результат будет иным, то я проведу процедуру в тот же день, вы даже ничего не заметите.
Джаред понял, что его знобит от этих разговоров.
– А нельзя ли обойтись без этой машины? – спросил он, пытаясь сменить тему. – Я могу нанять массажиста, медсестру, да кого угодно.
– Можно, но нежелательно. Во-первых, для поддержания нормального гормонального статуса омега нуждается в ежедневной стимуляции, а у вас ведь не всегда есть на него время, правильно? Машина проследит за этим. Тем не менее рекомендую вам не пренебрегать естественными контактами, потому что это благотворно влияет на их организм. Кроме того нормальная жизнедеятельность зависит поступающих в организм препаратов. Что если ваша медсестра пропустит прием питания или внутривенных препаратов? Омеге-то, может, и ничего не сделается за один разгрузочный день, но ребенок должен получать все питательные вещества вовремя, и может пострадать от их недостатка. Или массажист недоработает, и появятся пролежни? Не говоря о гигиенических процедурах. А машина все сделает идеально. И, самое главное, в машину встроена лайт-версия Домашней Медицинской Системы, которая предотвращает все негативные последствия неподвижности, бездействия мозга и зондового питания. Вам в любом случае придется подключать его к машине не реже двух раз в неделю.
– У меня есть обычная модель ДМС.
Она стоила как космический корабль, но лечила любые травмы и большинство известных заболеваний с помощью таэтра-волн. Когда Гиттс в прошлом году упал с лестницы и сломал ногу, понадобился всего один сеанс, чтобы он снова начал ходить.
– Лайт-версия создана исключительно для таких проблем. О-машину изобрели не так уж и давно, и сразу после этого средняя продолжительность жизни омеги значительно увеличилась. Не пренебрегайте достижениями современной медицины.
Джаред недовольно поджал губы, но ничего не сказал. Когда доктор ушел, он остался в комнате и наблюдал, как машина ловко протирает кожу Дженсена каким-то душистым раствором.
– Значит, твои родители были бетами, скорее всего, – Джаред погладил его по голове.
Может, стоило попытаться их найти и сказать, что с ним все в порядке, что о нем заботятся, ведь неизвестность тяжелее всего, но Джаред не был уверен, что стоит. Они потеряли Дженсена много лет назад, стоило ли бередить прошлое?
Он погладил Дженсена по лбу, по аккуратно уложенным машиной волосам, поцеловал в губы. Потом придвинул кресло и заснул прямо там, уткнувшись Дженсену в плечо.

Той ночью Джареду снилось раннее летнее утро, наполненное солнечным светом и свежестью. Дженсен бежит по лугу перед его домом, смеется и кричит «не догонишь!», и Джаред несется за ним изо всех ног, догоняет и валит прямо в траву. Дженсен снова смеется, но уже тише, а когда Джаред начинает целовать мокрые от росы пальцы на его ногах, каждый отдельно, и вовсе затихает и смотрит своими удивительными зелеными глазами, только улыбается и фыркает от щекотки. «Ты хороший, Джаред. Сделай, не бойся, – легко говорит он, и его голос звучит как волшебная песня. – Раз уж я ничего другого не могу, то пусть у меня хотя бы будет ребенок».
Джаред проснулся среди ночи, горя, словно в лихорадке. Запах течной омеги лишал его всякой силы воли, член тяжело набух. Джаред навис над Дженсеном, поводил по его входу горячей головкой, направляя член рукой, а потом толкнулся вперед, и его ствол до упора заполнил глубокий канал. Дженсен тоже возбудился, часто дыша, и Джаред начал накачивать его горячее тесное нутро, не отрывая взгляда от его лица. Его движения становились все чаще, он долбился внутрь, нависал над ним и засаживал без устали, время от времени наклоняясь и целуя мягкие податливые губы.
Дженсен вдруг выгнулся под ним, Джаред понял, что тот кончает. От этого все внутри вспыхнуло огнем, яйца поджались, и по стволу стала подниматься сперма. Он не хотел кончать так быстро, но от мысли, что он сейчас сольет семя своему омеге, и тот забеременеет, весь контроль мгновенно испарился.
Отдышавшись, он залюбовался Дженсеном, на щеках которого заалел румянец, а длинные ресницы подрагивали. Джаред что-то смутно помнил о сцепке, без которой омега не сможет понести, но думать было сложно, и он решил забить и поддаться инстинкту.
Во второй раз двигаться почему-то стало труднее, но остановиться он не мог, в исступлении долбясь внутрь, чувствуя, как катится по вискам и спине пот. Глаза Дженсена вдруг открылись, и он хрипло застонал, глядя в пустоту перед собой. В тот же момент его пульсирующий сосущий канал стиснул член Джареда, сильный спазм запер его внутри, сцепил их друг с другом, и Джаред заорал от смеси боли и наслаждения. Словно мощный насос выдаивал из него сперму, и он все кончал и кончал невозможно долго.
Дальше Джаред помнил плохо, все тонуло в мутном угаре, в горячке. К утру Дженсен отпустил его, и он свалился без сил. Каждая мышца в теле ныла от боли, его захлестнуло полное опустошение. Он чувствовал себя выжатым досуха, словно Дженсен выпил из него всю жизнь до капли. Впервые он был абсолютно полностью удовлетворен, и больше не хотел трахаться, а только спать. Он поцеловал расслабившуюся руку Дженсена, ласково лизнул запястье и вырубился.

Через три дня Джаред вернулся на работу. За это время он вымотался так, что едва переставлял ноги, даже похудел, но все равно был счастлив, улыбался иногда просто так, может, сам себе, а, может, Дженсену, пусть тот и был далеко. Теперь он понимал, зачем некоторые искусственно вызывают у омеги течку – сцепка давала потрясающие, ни с чем не сравнимые ощущения. Он постоянно думал о том, какой была бы сцепка, если бы Дженсен был в сознании, если бы он мог отвечать на поцелуи, прикасаться к Джареду, шептать ему о своих ощущениях, умолять быть помягче, легче, или, наоборот, сильнее и жестче, просить его… просить у него ребенка…
Возбудиться после трехдневного марафона Джаред сейчас был не способен, но от этих мыслей у него замирало сердце.
В перерыв к нему заглянул Кайл, но, во-первых, Джаред наебался на год вперед, и ему пока больше не хотелось, хоть это для него и было странно, а во-вторых, после Дженсена секс с любым бетой казался бледной тенью настоящей близости. К счастью, парень не обиделся, только понимающе усмехнулся, глянув на его сияющее лицо, подмигнул и ушел.

Изображение
6. Воспоминание о Синдарини за считанные месяцы до падения бледной тени

Несколько дней после течки Джаред не трогал Дженсена, но оторваться от него все равно не мог – сразу после работы отправлялся к нему в комнату, попросил Гиттса приносить туда еду и даже спал на диване. Он наблюдал за тем, как о-машина ухаживает за Дженсеном, как мягкие манипуляторы делают ему массаж, потом переворачивают лежак мягкой, как пуховая перина, стороной кверху и укладывают его на силиконовую поверхность, которая тут же принимает форму тела. В последний раз машина сообщила Джареду, что благоприятное время для зачатия закончилось, следующее ожидается не раньше, чем через три месяца, а если наступила беременность, то ее можно будет обнаружить в ближайшие несколько дней. Но и без всяких сообщений Джаред был уверен, что все получилось – он чувствовал, что запах Дженсена изменился, стал мягче, более сладким, терпкие нотки почти полностью исчезли.

Приглашение на дедулин юбилей, веселая картонная открытка, пришло по экспресс-почте, и на один вечер ему пришлось оставить Дженсена. Дедуля был очень пожилым человеком, и помнил еще Вторую гражданскую кампанию. Джаред любил бывать у него, тот сам готовил миндальное печенье и относился к Джареду тепло и по-доброму, чего никогда нельзя было дождаться от отца, который всегда держал дистанцию.
В этот раз Джаред с горечью заметил, что дед начал сдавать – ясные и живые раньше глаза снова немного потускнели, пусть и самую капельку, он немного меньше интересовался происходящим вокруг, и ростом стал вроде чуть-чуть ниже.
– Как ты, Джаред? – спросил он, положив сухую ладонь ему на плечо, когда торжественная часть с поздравлениями и подарками закончилась, и они сидели вдвоем на балконе.
– У меня появился омега, – улыбнулся ему Джаред.
– Поздравляю, милый мой! – обрадовался дед и будто встрепенулся: – А я ведь, знаешь, помню времена до эпидемии, когда омеги еще не превратились в биомассу, а были с нами на равных.
Джаред знал, в принципе, что когда-то давно все было иначе, но не особенно интересовался историей, все свое время посвящая бизнесу. То есть, он помнил из курса в университете про эпидемию, но для него она была просто строчкой текста из учебника. Внезапно Джаред осознал, что вообще ничего не знает о своем омеге.
– Расскажи, – попросил он.
– О, у меня был Майки, – дедуля просиял, глядя не на Джареда, а в окно на пустыню. – Мой любимый омега, красивый, как черт, глаза зеленые, ростом под два метра. На улицах на него заглядывались, даже беты. Ух, каким он был! В его глазах, в душе горел огонь! Гонял на болидах, вот прямо как ты сейчас, и водил грузовые корабли до самых Новых Ворот, через два пояса астероидов, сейчас туда не каждый напичканный автоматикой транспортник сунется. Это мы с ним вместе основали компанию. А уж как он домой возвращался после очередного рейса, то устраивал мне такой марафон… – дедуля с лукавой улыбкой хохотнул, он будто помолодел лет на десять во время этого рассказа, но улыбка быстро погасла, он снова согнулся, как-то меньше стал, что ли, глаза потухли. – Когда эпидемия началась, он долго продержался, может, потому что много времени проводил на корабле. Я все надеялся, что нас эта беда обойдет стороной, он ведь был такой сильный и слишком любил жизнь, чтобы позволить болезни забрать его…
Джаред слушал, затаив дыхание. Он боялся представить, что пришлось пережить дедуле, и корил себя за то, что только сейчас додумался спросить.
– И что потом?
– Ничего. Он все равно заснул. Я только жду, когда всевышний заберет меня туда же, потому что Майки точно дожидается меня где-то за Вересковыми полями. Не бледная тень, в которую он превратился, а тот, самый настоящий, моя истинная пара. Спешить некуда, конечно, но что-то я здесь слишком засиделся.
– Не говори так, – вспыхнул Джаред.
– Ничего, мальчик мой, не переживай, это просто стариковские бредни.

Вернувшись домой, Джаред запросил из сети информацию об эпидемии. Вирус менингокластерной инфекции поразил девяносто девять и девять десятых процента населения Синдарини за считанные месяцы. Альфы и беты являлись только носителями, но у омег в течение года после заражения наступало необратимое поражение головного мозга. Вирус не поддавался лечению и всегда передавался от родителей к детям. Исследования велись до сих пор, но безуспешно, победить болезнь пока не удавалось.
Он подошел к Дженсену, который спал в коконе о-машины, заботливо укрытый пледом. Провел пальцами по его спокойному лицу, по красивым скулам и длинным загнутым ресницам.
– Уверен, ты тоже мог бы гонять на болиде, – прошептал Джаред. – И легко уложил бы меня на лопатки, с таким-то ростом. Ну, может, я бы поддался немного.
Откатил плед и провел ладонью по его груди и плоскому животу, идеально красивому, и залюбовался. Он так и заснул там, сидя в кресле и положив голову на лежанку о-машины рядом с Дженсеном. Ему приснилась пустыня и несущийся среди скал болид, за которым он пытался угнаться.

Изображение
7. Бег времени за границами бесконечной пустыни

Через неделю доктор Малькольм подтвердил подозрения Джареда, назначил какие-то препараты, витамины и задал новую программу о-машине – раньше там была установлена «Поддержание фертильности», а сейчас сменилась на «Ведение беременности». Джареду хотелось начать обустраивать комнату для ребенка, хоть он и понимал, что еще рано, да и просто хотелось поговорить с кем-то, но друзей у Джареда не было – альфы вообще отличались индивидуализмом и были склонны скорее к соперничеству, чем к дружбе. Гиттс хоть и знал его с детства, но всегда держал положенную дистанцию, брат давным-давно пропадал за границей, с отцом он никогда не был близок, а дедулю не хотелось волновать и бередить его старые раны. Джаред сам не заметил, как стал разговаривать с Дженсеном, а потом понял, что больше ему ничего и не нужно, хоть тот и не отвечал, конечно.
Время потекло быстро, и в то же время неспешно, густое и сладкое, как мед. Джаред не понимал, как раньше жил без Дженсена, все вокруг словно расцвело и засияло новыми красками. Не раз он задумывался, как бы все сложилось, если бы Дженсен не спал, а был в сознании – захотел бы он сам быть с Джаредом? Захотел бы ребенка? А если нет? Эти мысли регулярно вышибали его из колеи, но силой воли он возвращал самообладание. Он хотел для Дженсена и для себя счастья, и запрещал себе думать о других вариантах.

В городе, который поддерживали системы искусственного климата, никогда ничего не менялось, здесь, как и раньше, было тепло и комфортно, а улицы утопали в зелени. Но за его пределами наступил ноябрь, жара в пустыне спала, летать там стало слишком опасно из-за сильного ветра и песчаных бурь. Раньше Джаред не задумывался об этом, опасность только добавляла азарта, но сейчас он оставил полеты. Понимал, что если разобьется, то никто не позаботится о Дженсене так хорошо, как следует. О Дженсене и ребенке, конечно – у него, наконец, появился живот, небольшой и красивый, и он приводил Джареда в полное исступление, он то тонул в глубинах безграничной нежности, то приходил в горячечное возбуждение и трахал Дженсена часами, благо, ни доктор, ни о-машина не прогнозировали осложнений и не ограничивали секс. Он никогда не видел ничего лучше, и мог часами гладить сладкую округлость, смотреть на него и целовать, не мог надышаться его новым запахом. Ему даже приснилось как-то, что он лежит рядом с Дженсеном, положив голову ему на живот, а Дженсен гладит его по волосам. От этой простой ласки у Джареда все внутри замирало, и проснулся он с ощущением горькой потери.

Еще он стал замечать вокруг себя множество вещей, которых раньше в упор не видел. Отец Салли устраивал прием в честь очередной победы на выборах в парламент, куда пригласил и Джареда. Там собрался цвет столичного общества, большинство – альфы. Солидные беты тоже были, мужчины и женщины, но они, все-таки, реже пробивались на самую верхушку: конкурировать с альфа-геном было слишком сложно. То, чего бете исключительных способностей приходилось добиваться на пределе своих сил, любому альфе давалось играючи, благодаря высокому ай-кью, решительности и настойчивости. Носителями этого гена были и омеги, конечно, и когда-то давно, до эпидемии, в правящей верхушке альф и омег было примерно поровну, но сейчас эти времена давно минули.
Беты были на приеме все со своими женами и мужьями, альфы – либо в одиночку, либо с юными бетами модельной внешности, которые щеголяли ослепительными нарядами и украшениями. Никаких обязательств, никаких детей, никаких сложностей. У большинства из этих альф дома были омеги, лежали в своих о-машинах, обнаженные и окруженные механической заботой согласно запущенной программе, но здесь им не было места.
Мимо Джареда пробежал какой-то бета, высокий и затянутый в модные дизайнерские шмотки. Потом остановился, оглянулся на него и подошел ближе. От него несло одеколоном с сандаловым ароматом, вполне приятным, но и близко не таким захватывающим, как природный запах омеги.
– Ты здесь один? – спросил бета, глядя на Джареда с блеском в голубых глазах.
Джаред не ответил, вернее, он даже не особенно расслышал вопрос, рассматривая тонкий изгиб талии под белым хлопком рубашки и ремень на бедрах, и представляя, как здорово эта одежда выглядела бы на Дженсене. Бета тем временем поднялся на цыпочки и прошептал на ухо:
– Хочу отсосать тебе.
Он явно знал, как завести альфу с пол-оборота, и раньше Джаред не задумываясь отымел бы парня во все дыры прямо там, закрывшись где-нибудь в кабинке туалета, но сейчас не почувствовал даже тени интереса.
– Не в этот раз, извини, – ответил Джаред, не сдвинувшись с места.
Бета оглядел его с ног до головы, разочарованно вздохнул и умчался дальше по своим делам.
Наведя несколько деловых контактов, пробыв на приеме достаточное для вежливого визита время и отделавшись от как всегда навязчивого Салли, Джаред отправился домой. Катер он оставил в гараже на работе, потому что до места проведения приема было рукой подать, и сейчас отправился забрать его, решив пройтись по сияющей огнями парковой аллее. Там он и увидел сцену – на скамейке устроился спать бездомный, а полицейский, тщедушный бета в форме патрульного, безуспешно пытался растолкать его и прогнать подальше с глаз приличной публики.
– Пошл на хй мдила, – огрызался бездомный, и его голос показался Джареду подозрительно знакомым.
– Крис? – позвал он, подходя ближе.
Полицейский, увидев альфу, с облегчением сказал:
– Это ваш знакомый? Скажите ему, что здесь нельзя спать, иначе мне придется вызвать машину и оттранспортировать его в участок.
Да, альфу ему не согнать с места, если тот сам не хочет.
– Я разберусь, не переживайте, – сказал Джаред и сел на ту же скамейку.
Крис начал работать в «Падалеки Транс Спейс» еще до того, как Джаред туда пришел после университета, и когда-то занимал должность начальника службы безопасности компании, был из одной из самых влиятельных семей, и приходился каким-то очень дальним родственником Джареду. Он обеспечивал охрану как на самом транспорте и в филиалах, так и личную для президента и центрального офиса, был отличным специалистом. Что потом случилось – не знал никто, но в один прекрасный день Крис не вышел на работу и исчез почти на две недели. Нашли его в невменяемом состоянии где-то в пустыне, но в себя он так и не пришел. Последнее, что Джаред слышал – что он проходит лечение в психиатрической клинике, но без особых успехов.
Разило от него убойно – немытым телом, алкоголем, дымом и табаком. Заросший, с длинными грязными патлами, в каких-то лохмотьях, Крис мало походил на того подтянутого и всегда бодрого парня, каким помнил его Джаред.
– Привет, Крис, – сказал он. – Давно не виделись.
Как ни странно, тот сразу узнал Джареда и ничуть не удивился его появлению.
– Падалеки, от тебя несет омегой, – проговорил он заплетающимся языком. Пьян он был в дымину. – Сладким беременным омежкой.
– Да, – согласился Джаред.
– Везучий сукин сын. У меня тоже был, – он пьяно улыбнулся, и почти сразу начал плакать. – Хотел бы я вернуть все назад… Ничего не знать… Нахуй блядь всё, пошел нахуй отсюда!
– Крис, тебе надо домой. Пошли, я отвезу тебя.
– Нет у меня дома!
Конечно, дом у него был, а еще два брата и отец, которые наверняка волновались о нем. Отец его был начальником службы безопасности Синдарини, большим человеком, и омега его тоже никуда не делся. Джаред знал, что тот до сих пор находится у Криса в доме под присмотром пары надежных бет.
Джаред отошел от скамейки, набрал номер его отца и сказал, что нашел Криса. Тот всполошился, обрадовался и горячо поблагодарил, сказал, что Крис сбежал из лечебницы, и его ищут уже который месяц.
Через пятнадцать минут к парку подъехали два черных правительственных катера, и люди в неприметных костюмах уволокли Криса с собой. Тот орал, покрывал их трехэтажным матом, плевался, проклинал отца и пытался отбиваться. От его криков у Джареда мурашки по телу прошли, такими страшными они стали. Запоздало он подумал, что, может, не стоило звонить отцу Криса, но быстро опомнился – он явно был серьезно болен и нуждался в помощи. Дома или в лечебнице ему точно будет лучше, чем на улице, где он сам себя медленно убивал.

После встречи с Крисом Джаред вернулся домой на взводе, сразу прошел в комнату Дженсена, и только увидев его и убедившись, что всё тихо и спокойно, немного расслабился. Он отмылся в душе и вернулся к Дженсену. Там у него уже был давно обустроен мини-кабинет – он часто брал работу на дом, а рядом с Дженсеном ему работалось всегда намного лучше.
Оставались еще документы, которые он собирался изучить до завтра, но вместо этого сидел и пялился в темное окно.
Природа альфы требовала власти, адреналина и секса. К счастью, их во все времена рождалось мало, иначе они утопили бы мир в крови, пока дрались между собой за добычу. Жажда острых ощущений играла с ними злую шутку, и Джаред знал, что каждый десятый альфа не доживает до совершеннолетия. А сколько еще их сидит по психушкам и нарколечебницам? Он вызвал статистику и совсем не удивился, что процент несчастных случаев, самоубийств, психических и наркологических заболеваний среди альф просто огромный, в несколько раз больше, чем среди бет. Неужели дело здесь только в альфа-гене? И почему до сих пор никто не забил тревогу?
Ответов у него не было, как и хотя бы минимальных знаний в этой области, поэтому он еще пару дней думал об этом, даже навел справки о Крисе – тот уже проходил курс лечения в реабилитационной клинике – а потом оставил и вернулся к своим обычным делам.

Изображение
8. Цветное изображение через минуту после выключения экрана

Так незаметно прошло четыре с половиной месяца, и в особняк Джареда снова приехал доктор Малькольм, на этот раз для обязательной процедуры определения пола ребенка. Возможно, машина и сама могла провести диагностику, но закон требовал официальное заключение личного врача.
– Надеюсь, вы готовы к любому варианту, – предупредил доктор.
Джаред только нервно кивнул.
Доктор покрыл заметно выступающий живот Дженсена гелем и стал водить по нему датчиком. Джаред смотрел на экран, где уже появилось трехмерное цветное изображение плода, но сам ничего не мог там разобрать.
Наконец, доктор закончил и посмотрел на Джареда, скорбно поджав губы:
– Никаких патологий нет, но это омега, – сообщил он. – Мне очень жаль. Я прямо сейчас начну подготовку к прерыванию, это займет не больше часа. Вы можете отправляться на работу и ни о чем не беспокоиться. Это совершенно рутинная процедура, которая обычно проходит без каких-либо последствий. Я понимаю, это ваш первый раз, и вы переживаете, но не стоит забывать, что омега обладает той же силой и выносливостью, что и альфа, нельзя равнять возможности его организма с бетой. Обычно уже через неделю можно прописать препараты, стимулирующие течку, и вы сможете начать все заново.
Джаред закрыл глаза, чтобы не смотреть на экран. Все это время он старался не думать о таком варианте, но сейчас понял, что сглупил – надо было подготовиться и просмотреть материалы в сети. Он не мог просто так поверить, что на таком сроке все может пройти без последствий. Тем более, он знал о сомнительности стимуляторов течки, в то время как доктор усиленно втирал ему об их безвредности, что не добавляло веры его словам.
Да кого он обманывал – дело было даже не в опасности или недоверии врачу, Джаред просто не мог разрушить это чудо чудесное, не мог позволить, что бы этот коновал прикасался к Дженсену.
– …омега ничего не чувствует, как вы знаете, – продолжал доктор свои обычные многословные объяснения.
Эти слова были явной ложью и стали последней каплей, Джареда едва не заколотило от злости. Он умел сдерживаться и никогда не кричал, даже голос не повышал, считая это недостойным проявлением слабости, поэтому просто тихо сказал:
– Нет.
– Что, простите? – переспросил доктор Малькольм, уставившись на него через стекла очков.
– Выдайте, пожалуйста, официальное заключение, доктор, и на этом закончим. Другие ваши услуги мне не нужны.
– Но, позвольте…
– Нет, – перебил Джаред, все так же тихо, но угроза, видимо, все же стала слишком заметной, и доктор замолчал, смешавшись под его холодным взглядом.
– Тогда согласно закону я должен вас предупредить, что ребенок-омега в течение года после рождения всегда впадает в вегетативное состояние и не может выжить без специального ухода. О-машина здесь не годится, нужно гораздо более сложное оборудование, которое есть только в питомниках. Вам придется его отдать, что автоматически значит лишение родительских прав, питомник ни для кого не делает исключений.
– Я все понял. Пишите заключение, – напомнил Джаред, кивнув доктору на бланк в его руках.
– И еще, просто между нами, – вы же понимаете, где оказываются омеги из питомника после наступления совершеннолетия?
Джаред знал: сначала в салоне, а потом в руках у какого-нибудь альфы, среди которых полно уродов типа Салли.
– Это у беты нет выбора, а у вас он есть, прямо сейчас.
– Нет, – в который раз повторил Джаред, сдерживаясь из последних сил.
Доктор посмотрел на него долгим взглядом и принялся молча заполнять бланк.
– Что ж, это ваше право. В любом случае, можете на меня рассчитывать, я, конечно, и дальше буду вести беременность вашего омеги, – сообщил он, собрал свой чемоданчик и ушел, а Джаред остался сидеть там, глядя на выключенный экран, где недавно видел яркое цветное изображение.
Может, он был неправ, и лучше никогда и не рождаться, чем жить так.

Изображение
9. Свои вещи до и после наступления совершеннолетия

Джаред не знал, что ему делать, впервые в жизни, и эти сомнения просто убивали. Он отправился на работу, но никак не мог сосредоточиться, мысли то и дело возвращались к утреннему визиту доктора, а его заключение, лежавшее в кармане, источало липкий запах страха и обреченности. Не запах в привычном значении этого слова, что-то иное. Похожее ощущение он уловил в салоне, когда приходил туда за Дженсеном.
В обед он заперся в кабинете, отключил телефоны и достал из бара бутылку. Пятидесятиградусный виски с трудом пробирал его, алкоголь вообще слабо действовал на альф, потому они и предпочитали более радикальные способы расслабления. К вечеру он опустошил бар – напиться ему так и не удалось, но все чувства притупились, чего он и добивался. Вместе с этим появилось лихорадочное желание куда-то бежать и что-то делать, его даже начало потряхивать от нетерпения. Он скинул пустые бутылки в утилизатор, достал из ящика стола ключи от болида и встал, едва удержав равновесие и свалив со стола рабочие бумаги и пустой стакан. В этот момент кто-то стал колотить в дверь, похоже, что ногами. Ему даже стало интересно, кто из сотрудников настолько обнаглел, чтобы лезть к вице-президенту, когда тот не хочет никого видеть, и уже открыв дверь, запоздало вспомнил, кто.
– Брателло! – завопил Салли, вваливаясь в кабинет.
Он повис у Джареда на плече, и тот пошатнулся – Салли был выше и больше его, и уже, похоже, успел чем-то накачаться.
– У нас вечеринка, не смей снова динамить! – радостно завопил он прямо на ухо. – Мы с Риком такое замутили, ты, старик, точно еще такого никогда не видел!
Джаред не хотел идти, этот долбаный Салли давно достал его, но в голову пробилась мысль о том, что садиться за руль болида в таком состоянии нельзя. Если он разобьется, они убьют ребенка и неизвестно, что сделают с Дженсеном.
– Идем, – сказал Джаред Салли, и криво усмехнулся.
На этот раз собрались у Рика в городском пентхаусе. Народу было немного – Рик был тем еще шовинистом и не приглашал к себе бет.
– Джаред! – обрадовался Рик, выходя им с Салли навстречу. – Заходи, дружище! Наконец-то! Я уж думал, что ты откололся от нашего братства. Сегодня мы подготовили кое-что, пошли, покажу.
По центру полутемного зала стояла о-машина, и в ней был заключен омега, выгнутый в призывной позе, со всеми насадками и присосками в нужных местах. Бледный и худенький, длинные светлые волосы раскиданы по плечам.
– Только из салона доставили, – сообщил Рик.
– Чей он?
– Ничей. Мы с Салли скинулись и взяли его на двоих. Надоели шлюхи-беты из борделей, никакого от них проку. Ну, ты понимаешь, – Рик подмигнул ему, но Джаред все равно пока не понял, к чему он ведет.
– Да, омегу-то в борделе не снимешь, – Салли довольно улыбался. – И вместе с ребятами не натянешь по очереди.
– У него же течка, – сказал Джаред, принюхавшись.
– В этом и суть нашего особого блюда! Кто заделает омеге живот, тот и выиграет пари! Через месяц можно будет сделать тест ДНК. Ну что, ты с нами? Правда, мы с Риком уже оприходовали его по паре раз, ну да какая разница?
– Мне надо еще выпить, – сказал Джаред. Он отцепил от своего плеча руку Салли и побрел в бар. Его шатало, но все равно надо было еще выпить.
У Джареда так крепко встал от запаха омеги, что яйца звенели, но он вообще не мог на это смотреть, а тем более участвовать. На минуту он представил, что Дженсен достался бы не ему, а попал сюда, и его затошнило. Невольно в памяти всплыли слова доктора, сказанные им сегодня утром: «Вы же понимаете, где оказываются омеги из питомника после наступления совершеннолетия». Доктор явно много чего повидал и знал, о чем говорит.
Джареда вывернуло в туалете, после чего стало чуть легче. Он вернулся в бар, выпил еще, а потом зажал в темном коридоре смазливого бету-официанта. Парень не возражал, обычные официанты на подобных вечеринках никогда не бывали, только попросил побольше смазки, и Джаред по-быстрому трахнул его прямо там, в какой-то кладовке. Правда, почти ничего не почувствовал, кроме злости, раздражения и отвращения к себе самому.
В большом зале все еще трахали омегу, уже четвертый час, по второму или даже третьему кругу.
– Что, не хочешь? – спросил Рик, подойдя к нему. – Туда, правда, уже насливали, но в этом есть особый кайф… Тебе что, Джаред, что-то не нравится? Все законно, со своими вещами я могу делать все, что считаю нужным, понял?
Глаза его горели каким-то нездоровым блеском, и Джаред заметил, что его потряхивает. Салли был непрошибаем, но Рик скорее шел у него на поводу, и явно чувствовал чудовищность того, что они делали, раз оправдывался. Альф было мало, и многие из них знали друг друга довольно хорошо, особенно ровесники. Джаред знал Рика, знал, что у него когда-то уже был свой омега, и чем это закончилось, и специально ударил в самое больное место:
– Если омегу так классно ебать, почему своего не заведешь? Снова.
– Сука ты, Падалеки, – лицо Рика закаменело.
Джаред только холодно улыбнулся ему и отправился домой, не попрощавшись.

До утра он просидел рядом с о-машиной, уткнувшись Дженсену в плечо, и то шептал «прости меня», то забывался тяжелым кошмаром, в котором Салли на пару с Риком раз за разом рвали на части Дженсена вместе с его еще не рожденным ребенком. А потом кошмар сменился совсем другим сном, странным и спокойным. В нем Дженсен сидел рядом с ним в плетеном кресле на террасе, улыбался ему, сияя красивыми зелеными глазами, и говорил: «Спасибо, Джаред».
Он проснулся со страшной головной болью, но на душе было спокойно, словно Дженсен из сна заколдовал его и избавил от кошмаров.

Изображение

Изображение
10. Поиски света за границами пустоты

Что ему делать, Джаред по-прежнему не знал, но перестал беспокоиться по этому поводу. Он не был склонен к бессмысленным переживаниям и предпочитал решать проблемы по мере их появления. Отец устроил ему выволочку, когда узнал о том, что он отказался делать своему омеге аборт, но Джаред даже не особенно вслушивался в его выговор, ему было все равно.
Оставшиеся месяцы пролетели совсем незаметно. Он, как и раньше, с головой уходил в работу, но теперь все чаще торопился домой пораньше, его тянуло туда как магнитом. Дженсен теперь пах совсем иначе, еще лучше – Джаред подозревал, что это из-за того, что их запахи смешались из-за беременности. И он стал такой красивый, самый лучший, самый желанный. Всегда был, но сейчас Джаред не мог на него насмотреться, оторваться не мог.
Точный срок машина не называла, но в какой-то момент стало понятно, что со дня на день. Это просто сводило Джареда с ума.

Среди ночи его разбудил сигнал о-машины. Джаред бросился к Дженсену и сразу понял, что пора. Тот часто дышал, все его мышцы были так напряжены, что манипуляторы гудели от натуги. Джаред набрал номер доктора Малькольма, и тот сразу ответил, несмотря на время суток.
– О, я как раз вовремя! – бодро объявил доктор, через полчаса заходя в комнату в компании двух других бет, видимо, медсестер. – Роды процесс не быстрый, вы можете заняться своими делами, я позову вас, когда все закончится. Можете не волноваться, организм омеги приспособлен для этого намного лучше, чем организм женщины-беты, осложнения крайне редки.
– Нет, я хочу остаться, – сказал Джаред.
– Ну, как скажете. Тогда помогите нам установить стерильный бокс.
Они разложили специальную конструкцию с полупрозрачными стенками, чтобы оградить о-машину от пространства обычной комнаты. Джаред держал себя в руках и делал все, что говорил доктор, но когда работа для него закончилась, от одного взгляда на Дженсена, на распяленную промежность с раскрытым входом и возвышающийся большой живот, у него до боли налился член. Джареда трясло и колотило. Это он сделал с Дженсеном, он накачал его своим семенем под завязку, и оно взошло, проросло в глубине его тела, раздуваясь в животе созревший плодом.
Нужно было успокоиться – вообще нельзя было смотреть! – но уйти сейчас у него не хватило сил.
Дженсен широко распахнул глаза, дыша открытым ртом, весь мокрый от пота. От этого вида Джареда бросило в жар, он заскочил в ванную и быстро отдрочил себе, забрызгав спермой раковину, но член все равно не упал.
– Все идет отлично, – сообщил доктор, когда он вернулся, немного успокоившись. – Похоже, на этот раз мы справимся быстро! Может, вы все-таки подождете в коридоре? Неважно выглядите что-то.
Джаред только отмахнулся, беря руку Дженсена в свои ладони и стараясь не смотреть на его живот. И тот сжал его руку в ответ, а когда его скрутила очередная схватка, стиснул до боли, до хруста.
Доктор больше не обращал на него внимания, что-то переключая на машине. Дженсена раз за разом выгибало, все сильнее, но тот только часто дышал сквозь стиснутые зубы, не издавая ни звука.
Когда через минуту послышался писк ребенка, Джаред посмотрел Дженсену в глаза и впервые увидел в них не пустоту. Там светилось удивление, и боль, и надежда. Джаред заметил, что его губы дрогнули, словно он силился что-то сказать, но не мог.
– Дженсен, – едва слышно прошептал Джаред, склонившись к нему. – Дженсен…
В следующее мгновение проблеск сознания так же быстро угас, как и появился, глаза Дженсена закрылись, а тело постепенно расслаблялось. Манипуляторы машины начали обтирать его кожу специальными растворами, по трубке внутривенного катетера бежал ярко-голубой раствор, а доктор что-то командовал своим ассистентам. Джареду хотелось упасть на колени и заплакать. Он не смог сдержаться и дотронулся пальцами до опавшего, но еще большого живота, и тогда заметил, что на нем размазалась сперма Дженсена.
– Не удивляйтесь, омега – не бета. Это беты всегда мучаются, а омега часто сразу после родов испытывает очень мощный оргазм, – сообщил доктор с довольным видом. – Особенно если все проходит так быстро и гладко, как сейчас.
От его слов Джаред пришел в себя. Он подошел к медсестре и забрал у нее завернутого в конверт ребенка, которого уже успели взвесить, измерить и осмотреть. Младенец не плакал, а только морщил личико, Джаред смотрел на него в оцепенении. Он знал, что это маленький омега, а значит, никогда не станет полноценным человеком, но все равно видел перед собой обычного ребенка и испытывал только радость от того, что может держать его на руках, смотреть на него, просто от того, что он есть.
– Я понимаю, что это не то, чего вы хотели, – сказал доктор, снимая перчатки. – Но не стоит заострять на этом внимание. Мы передадим ребенка в питомник, там ему обеспечат наилучший уход. У вас сильный и здоровый омега, еще нарожает вам альф, сколько захотите.
– Я бы хотел оставить его, – начал Джаред и, увидев изумление на лице доктора, добавил: – Ненадолго.
– А, ну конечно! Вы, наверное, слышали эти фантазии, что, якобы, если у омеги сразу забрать младенца, он может заболеть от тоски?
Джаред о таком не слышал, но версия была подходящая, и он кивнул.
– Это все чушь, дорогой мой! Омега ничего не чувствует, как бы нам всем ни хотелось думать иначе.
– Я бы все равно хотел пока оставить, – стоял на своем Джаред.
– Это ваше право, – неохотно согласился доктор. – Но только до первых признаков угасания мозга, иначе он может погибнуть.


Последний раз редактировалось blue whale 21 дек 2014, 21:40, всего редактировалось 1 раз.

21 дек 2014, 21:34
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 29 апр 2012, 23:04
Сообщения: 4
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Изображение
11. Сны о вересковом поле за секунду до рассвета

Поначалу Джаред, несколько оглушенный рождением ребенка, с головой ушел в новые заботы и не думал о том, что произошло сразу после родов. Ему приходилось молчать о том, что в доме появился маленький омега, потому что его сразу записали бы в ненормальные. Он заказывал все детские прибамбасы со своего анонимного аккаунта, и продолжал работать в прежнем режиме, оставив дневные заботы на Гиттса. Тот нанял себе в помощь медсестру из педиатрической службы, и они вместе заботились о ДжиДжи. Джаред называл его так, как-то само получилось, хотя в документах просто был указан номер и дата рождения, иного омеге при рождении не полгалось. Вечером он старался выбрать время и повозиться с ребенком, сам кормил его из бутылочки, сидя рядом с Дженсеном. От вида сладко причмокивающего младенца у Джареда просыпалось какое-то ненормальное умиление, и он готов был смотреть часами на эту красоту. Потом ребенок засыпал в своей кроватке, а оторвать взгляд от Дженсена Джаред так и не мог. Дело обычно заканчивалось тем, что он, дрожа от вожделения, брал в рот его член, который всегда с готовностью отвечал на ласку, и дрочил себе, как заведенный. Без возможности нормально потрахаться приходилось туго, инстинкты требовали засунуть член хотя бы куда-нибудь, но трогать Дженсена сейчас было нельзя, а никого другого Джаред не хотел, он уже давно перестал звать Кайла на короткий рабочий перепих. Еще его беспокоило, что Дженсен слишком сильно похудел, хотя доктор гарантировал, что со здоровьем у него все в порядке. Черты лица заострились, сделав его красоту тоньше. Джаред сходил с ума от желания заняться с ним сексом, но он мог подождать, предвкушение тоже доставляло немалое удовольствие.
Через месяц доктор осмотрел его и сказал, что омеги очень быстро восстанавливаются, и можно не только возвращаться к проникающему сексу, но и планировать вторую беременность, но Джаред никогда ему не верил до конца и слишком боялся навредить Дженсену, поэтому не спешил следовать его советам.
Постепенно в голове прояснилось, он немного привык к новому порядку в доме, и у него появилось время, чтобы все обдумать. А обдумать было что. Он не мог ошибиться, тогда, сразу после рождения ребенка, Дженсен смотрел на него не бездумно и бессмысленно, как раньше, нет, в те несколько секунд в его взгляде светились эмоции и разум, Джаред знал точно. Он видел это своими глазами и чувствовал, что его омега – это не пустая оболочка для секса и рождения детей. Вот только что с этим делать, он не представлял.
Тогда он вспомнил слова Салли, когда тот посмеивался над Джеффом Морганом, мэром столицы, который, якобы, настолько сбрендил, что до сих пор держит у себя дома омегу, который когда-то давно родил ему всего одного сына-альфу, и поговаривают даже, что он ни с кем, кроме своего омеги, и не трахается. Всем известно, что нормальный альфа ебет все, что движется, и делает омеге детей, пока не надоест. Потом меняет его на другого омегу, и обычно не видит между ними никакой разницы. А так как толк, то есть рождение альфы, выходит не так уж и часто, то омега превращается в расходный материал.
Но Джефф так не считал, видимо, если слухи не врали.
Джаред был с ним шапочно знаком, когда-то видел на приеме у отца. Он узнал в сети адрес и отправил ему сообщение с просьбой о встрече, указав в причинах «по личному вопросу».
На удивление, Джефф не отказал ему, а пригласил в свой особняк в те же выходные. Понятно, что простой смертный не удостоился бы такой чести просто так, но Джаред был вице-президентом «Падалеки Транс Спейс», и ему двери открывались гораздо проще, чем другим.
Он прибыл на своем катере на десять минут раньше назначенного времени и встретился с Джеффом в просторной гостиной. Он привез Джеффу в подарок большую упаковку редких и пока запрещенных к импорту специй с Алмазных полей, и был приятно удивлен неофициальным приемом. Мэр, одетый в уютную домашнюю одежду, тепло приветствовал его.
– Так что за личный вопрос, мистер Падалеки? – спросил он, когда камердинер-бета подал кофе с коньяком.
– Просто Джаред, пожалуйста! Я слышал, что у вас необычные отношения с вашим омегой, – с места в карьер начал Джаред.
Джефф глянул сначала настороженно, но не увидев в его лице ни насмешки, ни осуждения, ответил:
– Ну, я стараюсь это не афишировать.
– Почему? Что плохого в том, что вам не нужен никто другой?
– А почему ты спрашиваешь, Джаред?
– Год назад у меня появился омега. Недавно ребенок родился. Я… Иногда мне снится всякое. И кажется, что… – он не знал, как сказать, и опустил голову, хмурясь.
Как ни странно, Джефф его понял.
– Не нужно говорить этого вслух.
Джаред встрепенулся и посмотрел на него.
– Сними его с машины и найми надежных людей, – сказал Джефф. – Не слушай врачей, ни одна машина не заменит человеческих рук. И не рассказывай больше никому того, что сейчас рассказал мне, лучше вообще не распространяйся на этот счет. А сны – сам увидишь. Когда спишь в одной постели с омегой, они приходят чаще.
– Но что это?
– Не знаю, Джаред. Знаю только, что омега как-то влияет на альфу, если они истинная пара.
Джаред пытался еще расспросить его, но Джефф следовал своему же совету не особенно распространяться.
Идея снять Дженсена с машины давно приходила ему в голову, останавливали только опасения, что человек не справится так же хорошо, высказанные доктором Малькольмом. Но если с омегой Джеффа все хорошо, то и он должен попытаться.
Гиттсу он полностью доверял, тот нянчился с ним с ясельного возраста, но другой персонал при необходимости обычно нанимал через отдел по управлению персоналом компании, а тот, как известно, подчинялся отцу и службе безопасности компании. Джаред знал, что отец ему в этом не поможет, если вообще не накажет за сумасбродство, потому что считает омегу неодушевленным предметом.
– Может, вы посоветуете кого-то с навыками ухода за омегой? – спросил Джаред.
– Сейчас, – Джефф вызвал дисплей своего компьютера и сбросил Джареду на коммуникатор контакты.
– Это Винс Джордан, работал у меня несколько лет назад. Он может позаботиться о твоем омеге.
Джаред еще ненадолго задержался у мэра, а когда распрощался и уже уходил, Джефф его окликнул:
– Твой ребенок, Джаред, это альфа?
– Нет, – прошептал Джаред.
Они оба молчали, а потом Джефф все-таки сказал обманчиво спокойным голосом:
– А нам повезло.
– Да, вам повезло, – сказал Джаред, и быстро зашагал прочь.
Он ехал домой, не переставая думать о его словах про сны, которые приходят рядом с омегой.

Изображение
12. Наблюдение за фейерверками с террасы после заката

Винс оказался шкафообразным типом со здоровенными накачанными руками и напоминал тупого санитара из фильмов про психушки. Хотя он был бетой, ростом ненамного уступал Джареду. Джареду он совершенно не понравился, но первое впечатление довольно быстро стерлось.
Сначала Джаред провел его в комнату, где стояла машина Дженсена. Там дремала в кресле Кэти, медсестра, которую нанял Гиттс себе в помощь. Кажется, она была его внучатой племянницей, или что-то в этом роде, и только в этом году закончила медицинскую школу. Увидев Джареда, она вскочила и взволнованно затараторила:
– Я не спала, вы не подумайте, шеф, просто здесь все тихо и спокойно…
– Я не сержусь, успокойся, – остановил ее Джаред. – С сегодняшнего дня будете работать с Винсом вместе, а машину мы отключаем.
Он заметил, какими глазами Винс смотрит на Дженсена, хотя оттуда было видно только русую макушку и точеное предплечье с закрепленным на нем внутривенным катетером. Джаред перевел на Винса тяжелый взгляд, в котором явно читалась угроза, типичный взгляд недовольного альфы. Но тот даже не дрогнул и тихо ответил на невысказанное подозрение Джареда:
– Я никогда не прикоснусь к вашему омеге неподобающим образом, шеф, вам не стоит опасаться.
Если бы не рекомендации Джеффа, Джаред бы ему и на грош не поверил, строго настрого наказал Кэти не оставлять его одного в комнате Дженсена.
Машину отключили, а Дженсена перенесли в другую комнату, больше похожую на жилое помещение, чем на медицинскую палату. Когда на следующий день утром Джаред увидел его в обычной постели, укрытого одеялом и одетого в мягкую пижаму, то невольно заулыбался. Его омега выглядел обычным парнем, очень худым и бледным, но обычным. Казалось, он просто спит, даже хотелось говорить потише, чтобы не разбудить. Вот прямо сейчас моргнет и откроет глаза, сонный и разомлевший в тепле.
Всю дорогу до работы Джаред гнал катер и лихачил, злой на себя за то, что продержал Дженсена целый год на проклятой машине, больше смахивающей на дыбу в какой-нибудь современной пыточной.

Для альфы секса много не бывает, а когда Дженсен лежал в постели, то возбуждал Джареда в сто раз сильнее, чем растянутый на машине – его можно было вертеть в разные стороны, трахать хоть на весу и спать с ним в обнимку. Джаред вообще перестал обращать внимание на бет, даже ради приличия, а чужие омеги его и раньше не интересовали, и теперь он был только с Дженсеном, натягивая его и вечером, и утром, и среди ночи. В обеденный перерыв тоже не отказался бы, но за час он не успевал доехать с работы домой и обратно, поэтому приходилось терпеть до вечера. Остановить его мог только малыш ДжиДжи, когда посапывал рядом с Дженсеном, и только он же мог отвлечь его от Дженсена – Джаред частенько купал его, переодевал и много с ним разговаривал. Это был совершенно обыкновенный ребенок, хотя и был гораздо тише и спокойнее, чем Джаред представлял себе младенцев. Он крепко спал, хорошо кушал, почти не капризничал, улыбался Джареду и всегда внимательно слушал, блестя любопытными зелеными глазками, и при этом был невозможно похож на Дженсена. Глядя на него, Джаред но не мог до конца поверить доктору и даже собственному здравому смыслу, и не собирался никуда отдавать ребенка, пока своими глазами не увидит, что тот стал пустой оболочкой.

На День Независимости Джаред выписал всем премию и отпустил на день. Вообще, он хотел сам присмотреть за ДжиДжи, но Гиттс отказался оставлять малыша с ним одним. Не потому, что не доверял, конечно, скорее всего, хотел позволить и Джареду отдохнуть.
– Винс, вы уже закончили? – спросил Джаред, заглядывая в его комнату.
– Все гигиенические процедуры закончили, питание прокапали, до завтрашнего утра больше ничего не нужно, но я хотел еще выкупать его, – ответил Винс, показав на сложенные в стопку чистое полотенце, пижаму и махровый халат.
– Не надо, я сам, – сказал Джаред.
Винс на секунду замер, удивленно глядя на него, но быстро опомнился, кивнул, и ушел, пожелав хороших праздников.
Джаред посмотрел из окна, как они с Гиттсом и Кэти с ДжиДжи в люльке сели в катер и отчалили, а потом повернулся к Дженсену. Стянул одеяло, потом расстегнул пуговицы на фланелевой рубашке. Улыбнулся, погладив его по выступающим ключицам, по груди, по плоскому животу с несколькими растяжками, которые расходились в разные стороны, как нарисованные солнечные лучи. Следы, которые оставил на теле Дженсена их ребенок, делали его еще лучше, делали его совершенным, хотя Джаред и без этого считал, что ему повезло, и самый лучший, самый красивый омега в мире достался ему.
Пижаму он отправил в корзину для белья, а Дженсена взял на руки и понес в ванную. Он весил прилично, хоть и был худым как тростинка, и это тоже радовало Джареда. Ему казалось, что так они ближе друг к другу, похожи, что ли.
Вода в ванну уже набралась, ароматная пена похрустывала и искрилась. Джаред попробовал воду рукой – в самый раз! – горячая, но не обжигает. Осторожно опустил Дженсена в ванную, устроил голову на специальной подставке, придерживая ладонью, и принялся растирать его мочалкой, сначала шею, потом широкие плечи и руки, потом спустился ниже. Пятки у него были нежными, совсем мягкими. Джаред провел пальцами по ступне, с улыбкой глядя на его лицо. Щекотка, конечно, не могла разбудить спящую красавицу, но Джареду все равно показалось, что Дженсен чуть улыбнулся ему в ответ. Он знал, что это только самовнушение, но рад был поддаться ему.
Волосы отросли ниже плеч, их он тоже вымыл, стараясь, чтобы шампунь не попал на лицо. Вытирать его пушистым полотенцем было одно удовольствие – пройтись по каждому изгибу на теле, по каждому пальцу на руках и ногах. Никакого эротического подтекста во всем этом вроде и не было, но все равно Джаред чувствовал в каждом своем действии и прикосновении что-то слишком личное, интимное.
А вот как справиться с такими длинными волосами, он не очень представлял. Сначала вытер полотенцем, но они все равно оставались мокрыми. Тогда он вспомнил о существовании фена и высушил с его помощью блестящие русые пряди, которые так и норовили распушиться и спутаться, а потом расчесал их и заплел в косу, не очень аккуратную – как умел.
Когда с водными процедурами и было покончено, Джаред надел на него приготовленные Винсом пижаму и халат, вынес его на террасу и усадил в кресло. Там они и сидели вместе, пока не стемнело, и горизонт не озарился всполохами фейерверков.

Изображение
13. Ценный груз под пристальным взглядом после срыва

Скоро у Дженсена снова началась течка. Джаред не собирался ничего предпринимать, и глушил подавители, чтобы не сорваться. Но на второй день к нему в дом приехал отец, словно прознал как-то – скорее всего, ему доложил доктор Малькольм. Отмахнувшись от Джареда, он влетел в комнату Дженсена, молча посмотрел на него, лежащего в коконе из одеял, на заботливо прикрытую кружевом кроватку с ДжиДжи, которая стояла там же, а потом вышел в коридор. Прислонился к стенке, вытирая пот со лба платком.
Джаред приготовился к разносу: с самого первого дня, как родился ДжиДжи, отец требовал отправить его в питомник, то уговаривал Джареда, то просил, то рассказывал про позор для семьи. Джаред плевать хотел на его недовольство. Но в этот раз отец не давил авторитетом, не кричал и не возмущался.
– Джаред, послушай меня, – устало сказал он. – Ты думаешь, что это только твое дело, но это не так. Государственная социальная служба с большим подозрением относится к альфам, которые не отдают в питомник малышей-омег, а держат их в доме. Понимаешь меня? Одно дело, если малыш остается рядом с твоим омегой до тех пор, пока не родится другой, – это нормально, хотя и редкость. Но если заводить другого ты не собираешься, то это уже выглядит подозрительно. Поверь мне, ты не захочешь с ними связываться. Лучше вообще никогда не попадать в их поле зрения.
– Как они узнают, что я не собираюсь заводить другого?
– Ты же заказывал подавители? Думаешь, доктор только мне сообщил? Он строчит доклады куда надо по каждому своему пациенту, не сомневайся. Работа у него такая.

Оставаться на обед он не стал, сразу же уехал, а Джаред сел на крыльце, обхватив голову руками, и сидел там до темноты. Он знал, что это не пустые слова.

Гиттс молча принес ему стакан с выпивкой, но он отказался, и направился в комнату Дженсена.
Там были Винс и Кэти, ДжиДжи вместе с кроваткой уже перенесли в его комнату. Кэти меняла бутылку с питательной смесью, а Винс разминал ему ноги – длинные и покрытые золотистым пушком. Джаред знал на них каждый квадратный сантиметр со всеми родинками и веснушками.
– Вон, – тихо сказал Джаред.
Повторять дважды не пришлось, их обоих как ветром сдуло.

Джареда колотило от злости и возбуждения, в одной комнате с течной омегой подавитель испарился из крови со скоростью звука. Он на ходу содрал с себя одежду и навалился на Дженсена всем своим весом, потом стянул с него фланелевую полосатую пижаму, в которую его как обычно облачил Винс, загнул одну ногу себе на плечо и ткнулся членом в тугой вход. Теперь, когда его не растягивала постоянно специальная пробка, как на машине, там всегда было восхитительно туго, но легко раскрывалось для него, плотно обхватывая ствол. Дженсен часто задышал под ним, и Джаред задвигался, вылизывая ему ключицы и соски, вбиваясь каждый раз до упора, пока не разрядился ему внутрь. Когда он достал член, из выебанного зада закапало слитое туда семя, а член у Дженсена еще стоял. Джаред склонился и обхватил его губами, удерживая за бедра. Когда Дженсен всхлипнул в его руках и кончил, Джаред уложил его обратно на постель и снова вошел в ожидании сцепки.

Той ночью он не остался дома, а отправился в пустыню на болиде, но даже скорость и прилив адреналина не радовали, он ожесточенно давил на газ, выжимая из машины все, на что она была способна. Было тошно от того, что он поверил отцу, что прогнулся под систему и не рискнул дожидаться следующей течки, и страшно, что Дженсен не успел полностью оправиться от предыдущей беременности, муторно и неспокойно на душе.
Он так и не вернулся домой, а полетел сразу на работу, когда стало светать. Там пришлось разбираться с неприятным происшествием – один из арендованных правительством грузовиков, который вез сельхозпродукцию с Золотого Пояса, захватили террористы. Через несколько часов корабль вместе с перепуганной, но невредимой командой, хотя и с пустыми трюмами, нашелся на ближайшем астероиде, и Джаред с чистой совестью передал дело правительственной Службе Безопасности. Уровень жизни в Объединенном Секторе был достаточно высоким, и зачем террористам понадобилось захватывать такое количество картошки и зерна, если по тем же маршрутам ходили корабли с гораздо более ценными грузами, – Джаред не представлял.
С работы он вышел настолько уставшим, что хотел только скорее добраться домой, упасть рядом с Дженсеном и выспаться, но на выходе из здания столкнулся с Риком.
– Привет, Джаред, – первым начал Рик, давая понять, что не держит зла с прошлого раза, когда они расстались далеко не мирно.
– Привет, – Джареду было все равно. – Ты к Салли?
– Да. Но… – Рик задумался о чем-то, а потом схватил Джареда за рукав, обдавая запахом перегара: – Джей. Давай заедем ко мне.
Джаред хотел отказаться, он был сыт по горло этой компанией, но заметил, что Рик выглядит как-то странно – небритый и помятый, в несвежей рубашке, с бегающим взглядом. У него даже ногти были обкусаны.
– Ладно, давай, – ответил Джаред.
Омега, которого он помнил по прошлому разу, все еще находился в доме Рика. Манипуляторы машины крепко держали его тело, живот был очень большой. Джаред помнил, когда была та самая вечеринка, и по времени получалось, что тот должен родить со дня на день.
– Хочешь? – спросил Рик, кривя губы в каком-то подобии улыбки. Он продолжил цепляться Джареду за локоть, и его ощутимо потряхивало. – На таком сроке ощущения офигенные.
Джаред знал.
– Ему рожать скоро. Когда-нибудь вставлял омеге, когда у него схватки? – глаза Рика горели лихорадочным огнем, будто что-то жгло его изнутри, подогревая безумие.
– Врач не позволит.
– Нахрена нам врач?
Джаред сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и усмирить поднимающуюся ярость, потом взял Рика за плечо, намеренно сжав пальцы изо всей силы, чтобы оставить синяки.
– Рик, приди в себя. Этим ты его не вернешь, – тихо сказал он.
Мало кто был в курсе, что несколько лет назад его первый омега умер во время родов вместе с малышом-альфой. Тогда его как подменили. Джаред не знал, что именно произошло, но очевидно Рик винил в произошедшем себя. Его компания была на грани банкротства стараниями акул-конкурентов, но он заперся в своем доме и не желал выходить. Его лучший дружок Салли разочарованно укатил куда-то развлекаться, заверив Джареда, что Рик скоро сам перебесится, и все будет тип-топ. Но Джаред засомневался и поехал к нему, попытался образумить, но тот и слышать ни о чем не хотел, только жрал виски и твердил о своем солнечном мальчике, какой он был красивый и как улыбался ему.
В конце концов, Рик взял себя в руки, как и говорил Салли, привел в порядок компанию и все стало вроде как и прежде – вечеринки, клубы и гулянки, но другого омегу он так себе и не привез в дом, если не считать этого.
– Ты сделал это тогда? – спросил Джаред.
– Нет, – Рик отшатнулся, и сразу сник, словно какая-то тяжесть легла ему на плечи. – Но я хотел, мог и собирался. Не успел только. Я знаю, что он это понял, возненавидел меня и ушел, единственным способом, который у него был.
Под конец фразы его речь превратилась в неразборчивое бормотание, а плечи и руки охватил какой-то нервный тик.
– Дружище, приди в себя, – Джаред с силой встряхнул его. – Это была случайность. Даже если бы омега умел читать твои мысли и захотел бы умереть, он бы не смог этого сделать, ты же это понимаешь?
– Нет, Джей, не случайность, я знаю, – твердил Рик. – Ты просто не представляешь, на что они способны!
Джаред порядком устал слушать этот суеверный бред.
– Чей ребенок у этого омеги? – перебил он. – Ты делал тест ДНК?
– Ты думаешь, я бы стал в очередь? – Рик засмеялся, и истеричная нотка в его голосе стала слишком заметной. – И это альфа.
– Сейчас мы вот что сделаем, – спокойно сказал Джаред, наклонившись к нему. – Снимем парня с машины и отвезем к тебе в загородный дом, а потом пригласим врача, чтобы он посмотрел, все ли нормально с ним и с ребенком. Теперь это твой омега, хочешь ты этого или нет.
– Его месяцами ебали здесь, и я это позволял, – Рика затрясло, и он уткнулся Джареду в плечо. – Я должен сдохнуть, Джаред, сдохнуть, я только этого хочу!..
– Если ты сдохнешь, то Салли быстро найдет применение этому парню, не сомневайся, а твой альфа уедет в приют. Поэтому прекращай ныть и помоги мне отключить машину.
Джаред вернулся домой глубокой ночью, рухнул на постель, не раздеваясь, и мгновенно вырубился. Ему снова снился Дженсен. Во сне он просто гладил Джареда по голове, и тому хотелось плакать от счастья.

Изображение
14. Ванильный запах посреди солнечного утра за секунду до пробуждения

Уже через неделю, проснувшись солнечным утром в одной постели с Дженсеном, Джаред заметил на его обычно бледных щеках слабый румянец и почувствовал, что у него снова поменялся запах.
Доктор Малькольм подтвердил его догадку, хоть и высказал опасения за состояние омеги, сдобренные резким недовольством, оттого что тот лежит в постели, а не на о-машине.
Доктор как в воду глядел – вскоре случилось то, от чего он предостерегал Джареда уже давно – Кэти перепутала бутылки, и вместо одной с питанием для омег и одной с физраствором поставила две одинаковые с физраствором, то есть просто подсоленной водой. Как можно было перепутать белую взвесь с прозрачной жидкостью, у Джареда в голове не укладывалось, видимо, молоденькие беты действительно бывали слишком легкомысленными.
Заметили это не сразу. Вернее, не заметили бы вообще, если бы не произошло то, что произошло. Утром Кэти перепутала бутылки, в обед на эти двое суток доктор назначил Дженсену разгрузочные дни, чтобы исключить некоторые виды осложнений, поэтому бутылку с питанием снова не прокапали, а вечером вообще всегда полагался только физраствор. Таким образом к утру следующего дня прошло двое суток с того момента, как Дженсен получал свой специальный раствор с необходимым количеством белков, жиров и углеводов, а также витаминов и минералов.
Джаред проснулся как обычно рано, но в воскресенье ему не нужно было на работу, и он любил поваляться в постели с Дженсеном, потискать его и заняться с ним нежным неторопливым сексом, пока не проснулся ДжиДжи. Дом уже не спал, из расположенной двумя этажами ниже кухни доносился изумительный аромат ванильных блинчиков, которые пек кухонный робот согласно своей программе. Джаред повернулся к Дженсену и зарылся лицом в его длинные русые волосы – аромат омеги было ни с чем не сравнить, и он застонал от удовольствия. Хотя блинчики и составляли ему конкуренцию, конечно.
– Как хорошо пахнет, – хриплым шепотом сказал Дженсен.
Джаред в это время целовал его шею за ухом, и замер, чувствуя, как каменеют все мышцы в теле. Он медленно приподнялся и посмотрел на Дженсена. Глаза у него были открыты, взгляд забегал по комнате, в нем не осталось и следа обычной пустоты, в расплывшихся зрачках плескался страх.
– Где я? – проговорил он уже чуть громче. Голос срывался и хрипел, а дыхание начало учащаться, становясь шумным, паническим.
Джаред крепко взял его лицо в ладони и спокойно сказал, глядя в глаза:
– Дженсен, успокойся, все нормально. Все нормально, слышишь меня?
Тот остановил на нем взгляд и чуть кивнул, дыша уже немного медленнее.
– Кто ты? – спросил он, а потом закашлялся. Видимо, ему было сложно говорить.
– Я твоя пара, – прошептал Джаред и мягко коснулся его губ.
Дженсен не отстранился, но и не ответил, настороженно глядя на него.
– Что последнее ты помнишь?
– Сильную боль… И тебя тоже, кажется. Что-то случилось?
– Нет, не переживай, я все объясню. А до этого?
– Школу на Золотом Поясе.
И без его ответа Джаред знал, что даже изначально обладающий обычным интеллектом человек без опыта социального поведения и общения не может развить и минимальные коммуникативные способности. Если бы омега в возрасте одного года действительно впадал в вегетативное состояние, то внезапно выйдя из него в сознательном возрасте, он не мог бы ни говорить, ни общаться с другими людьми, он бы вообще не смог осмыслить происходящее и мало чем отличался бы от животного. Все, что Джаред знал об омегах, очевидно, было одним грандиозным обманом.
Золотой Пояс был закрытой и довольно отсталой аграрной планетой, которая полностью зависела от Синдарини. Туда не пускали (и не выпускали, конечно) ни туристов, ни иммигрантов, но большие грузовые транспортники регулярно ходили туда и обратно. Это были полуавтоматические корабли «Падалеки Транс Спейс», арендованные государством на длительный срок, и, судя по документам, они возили электронику, реакторы и лекарственные препараты туда, сельхозпродукцию обратно. Все выглядело законно и не вызывало ни малейших подозрений, выращивать растения на Синдарини всегда было слишком дорого, но, похоже, возили они гораздо более ценный груз.
– У тебя что-нибудь болит? – спросил Джаред, вглядываясь в его лицо. Оно изменилось. Дженсен словно еще больше осунулся, под глазами проступили темные круги, но глаза блестели, эмоции осветили его, расписали новыми красками и сделали невозможно красивым.
– Не знаю…
Он приподнял руку и тут же уронил ее назад на постель. Хотя ДМС и контролировала его состояние два раза в неделю, год без всякого движения все равно сказывался.
– Это ничего, главное, что ты пришел в себя, – Джаред хотел поцеловать его, но в последнюю минуту побоялся напугать и осторожно коснулся губами лба.
– Я был болен?
– Да, да, милый. Но теперь все будет хорошо.
Джаред улыбнулся ему, любуясь своим новым, незнакомым омегой.
– Ты пока отдыхай и ни о чем не волнуйся, ладно? А я скоро вернусь.
– Ладно, – легко согласился Дженсен.

Изображение
15. Самая большая тайна в мозаике мелочей через минуту после разгадки

Кроме Джареда, Дженсена и малыша в доме было три беты. Два раза в неделю автоматическая установка проводила генеральную уборку всего особняка, готовил обычно Гиттс с помощью кухонного робота, Кэти больше занималась ребенком, а Винс – Дженсеном. Доверял ли им всем Джаред? Да, но также он знал, что если тайну знает больше двух человек, она долго не продержится. А тайну нужно было сохранить любой ценой.
Выйдя тем утром из спальни, он прислонился спиной к двери, и внезапно понял, что теперь, наконец, знает, почему умер Том и все, кто был в его доме. Множество других мелочей сложились в единую картину, объясняя сразу все.
Никакого вируса не было. Только препарат, который добавляли, скорее всего, в питание для омег, и который отключал сознание. Вот только зачем? Зачем это все?!
Джаред сжал кулаки.
Он вспомнил Марка, семья которого владела фабриками по производству питания. Вот кто точно должен был знать. И Марк знал – у него никогда не было омеги, он явно отрывался за это на бетах и не хотел иметь ничего общего со своей семьей. Но он молчал, и поэтому жил спокойно.
Но здесь наверняка были замешаны гораздо более могущественные силы, а производство питания – лишь винтик в общем механизме. Скорее всего, руководили этим правительство и Служба Безопасности, охраняя главный секрет Синдарини как зеницу ока.
Террористы, которые захватили грузовик по дороге с Золотого Пояса, тоже внезапно предстали перед ним совсем в ином виде. Не картошку они выкрали, а несколько десятков омег, которых везли в салоны Синдарини. Вот только что террористы с ними потом делали?..
Голова затрещала от такого количества информации, но сквозь это все стало пробиваться какое-то новое чувство, и Джаред пока не особенно его осознал. Словно какой-то огромный груз упал с его плеч.

Первым делом он на руках отнес Дженсена в ДМС, чтобы восстановить те функции организма, которые могли пострадать от длительного пребывания во сне и неподвижности. О-машина, конечно, тоже справилась бы с этой задачей, но Джаред не хотел пугать Дженсена ее видом, а ДМС походила на обычный солярий. Дженсен настороженно смотрел на него, но терпеливо молчал, и Джаред был ему за это благодарен, потому что сам пока не знал, с чего начать.
После сеанса в ДМС он уже сам попытался встать, но Джаред не позволил, и отнес его обратно, мучительно размышляя, как рассказать обо всем. Но Дженсен тут же снова уснул, на этот раз явно обычным сном, потому что повернулся на бок и положил руку под голову, и Джаред получил небольшую отсрочку.
Ему предстояло все объяснить не только Дженсену, но и Гиттсу, Кэти и Винсу. Он предпочел бы не втягивать бет, но выбора все равно не было – если Большой Брат пронюхает, что Джаред узнал самую большую тайну Синдарини, не пощадят никого из них. Он должен спрятать Дженсена и беречь его от всех, не только ради него, но и ради всех них. Рассказать, что случилось с Томом, его отцом и домашним персоналом, – они должны знать, что их ждет в случае, если они проболтаются. А остальные проблемы он решит по мере поступления.

В доме стало непривычно тихо. Беты с опаской поглядывали на Дженсена, Дженсен шарахался от Джареда и не хотел даже смотреть на ДжиДжи. Джаред рассказал ему, ничего не утаив. Тот выслушал молча, с подозрительным спокойствием, только кивнул и замкнулся в себе. Он больше не был пустой оболочкой, подготовленной питомником для размножения, это был обычный человек со своими мыслями и чувствами, и когда первый приступ эйфории схлынул, Джаред понял, что Дженсен – незнакомец для него. И что они все, включая ДжиДжи, чужие ему, что он здесь вообще не по своей воле, он не выбирал для себя ни такую жизнь, ни Джареда, ни детей.
С этим нужно было что-то делать, но Джаред был вынужден ходить на работу в обычном режиме, чтобы не дать повода для малейших подозрений. Дженсен оставался спокойным, что хоть как-то обнадеживало, но полностью замкнутым и почти не разговаривал. Джаред не мог понять, что у него в голове.

Изображение
16. Мысли о свете в шаге от черного провала

Школа на Золотом поясе дала Дженсену все, что он знал и умел. Она располагалась на отдельном острове в море, и представляла собой комплекс нескольких жилых корпусов, школы, столовой, больницы, спортивной площадки, фермы и площадки для приземления грузовых кораблей. Практически все работы выполняли сами ученики, от самых маленьких, до взрослых, а персонала со стороны было очень мало, в основном учителя и воспитатели. На кухне работала тетушка Мисси, бета из местных, и когда Дженсен там дежурил, она всегда подкладывала ему в карман пару шоколадных конфет, пока никто не видел. Шоколад давали только раз в неделю, и то Дженсену было нельзя, потому что вес и рост у него стабильно выходил за пределы нормы, хотя у него всегда и так ребра просвечивали. Когда Дженсен был совсем маленький, то все время думал – вот бы она забрала его к себе, в свою семью... Но оттуда никого не забирали, никогда. Только один раз случилось ЧП – Никки из старшего курса поймали где-то в подсобке с местным парнем, когда тот пялил его в зад, и вроде это у них уже не в первый раз было. Никки тогда увезли, и больше его никто в школе не видел.

Изображение


Сколько Дженсен себя помнил, с утра до обеда у них были занятия в школе, с обеда до вечера – в поле или в мастерской, в зависимости от времени года, отбой в десять, подъем в пять. Комнаты, в которых жили омеги, были рассчитаны на десять человек, никаких излишеств, никаких личных вещей, строгая униформа. Учителя любили повторять, что омега должен пахать от зари до зари, чтобы не оставалось сил для похоти, потому что если дать омеге волю, то он превратится в животное, которое хочет только совокупляться.
Эту идею реализовали в полном объеме – школьная программа была настолько сложной и насыщенной, что мало кто с ней справлялся. Дженсену с трудом давался даосский язык, за что он постоянно получал выговоры и внеочередные дежурства на кухне. Однажды он спросил у учителя, зачем они вообще его учат, и разве недостаточно других четырех языков. За это его отправили на спецкурс по психологии. Психолог втолковал ему и другим таким же любопытным, что они все омеги, а, значит, думать – не их дело, что они всегда должны молча делать то, что им говорят и не задавать вопросов. Зачем учить этот проклятый даосский язык, которым пользовались только одно племя гуманоидов с отдаленной планеты, он так и не понял, но постепенно начал подозревать, что вся школьная программа направлена только на то, чтобы как можно сильнее загрузить их работой, часто тупой и бессмысленной. Когда он стал старше, то на тех же занятиях психолог подтвердил его подозрения, заявив, то омега природой предназначен только для воспроизводства потомства альфе, а большая нагрузка позволяет хоть как-то поддерживать в тонусе его слабые мозги.
И, конечно, все они знали, что как только выпускнику школы исполняется восемнадцать лет, его садят на корабль и отправляют на Синдарини, где каждый из них попадет в дом к альфе и обретет семью, обзаведется детишками и будет в счастье и любви заботиться о них. Все, что от них будет требоваться – стать хорошим партнером для своего альфы и слушаться его во всем.
Живого альфу никто из них никогда не видел, и на территорию школы их никогда не пускали. Конечно, среди учеников ходили разные слухи и страшные истории, но не слишком много – обычно они так уставали, что валились с ног, на сплетни не оставалось ни времени, ни сил, а за разговоры после отбоя автоматика на кровати шибала током.
Дженсен часто думал о том, каким будет его альфа, но воображение всегда подбрасывало образ строгого пожилого господина, похожего на их учителя истории, хоть тот и был бетой, который смотрит на него с презрением, но снисходительно. Особенно отвратительным этот образ становился во время течки, и чем ближе было совершеннолетие, тем больше Дженсен волновался. Школа хоть и не была райским уголком, но все-таки он вырос там и не знал ничего другого, не хотелось покидать ее родные стены и отправляться в полную неизвестность к человеку, которого он никогда раньше не видел. Вот бы ему попался хороший альфа, симпатичный и не злой. Да и это не обязательно, только бы не смотрел с презрением, а относился по-человечески.
Последнее, что он запомнил – это прививку перед посадкой на корабль. Синдарини – другая планета, говорил врач в медпункте, нужно сделать прививки от местных болезней. А потом – черный провал.
Сейчас реальность обрушилась на него, как снежная лавина. Ненависть ко всем школьным психологам, учителям и воспитателям, которые врали им в глаза, ко всей системе, которая сделала из него инкубатор, не давала ему спать. Он должен был до конца жизни провести в искусственном сне, как и все его школьные друзья, как вообще все ученики этой проклятой школы, и они ведь знали это! Раз за разом он прокручивал в голове все то, что рассказал ему альфа, Джаред: об эпидемии (была ли она вообще, послужила ли толчком к заточению омег, или с самого начала это был обман?), о том, что альфы тоже страдают (но не так, конечно, из них ведь не сделали пустую оболочку для размножения), что тех, кто узнает правду, уничтожают.
Ненавидел ли он самого альфу? За то, что использовал его для секса, что заставил родить ребенка. Альфа оказался совсем не таким, каким представал в его воображении, он был не старым, не строгим и смотрел без снисходительности. Дженсен понимал, что альфа не виноват, не он придумал и поддерживал легенду об эпидемии, он был обычным человеком, который жил так, как предписывало ему общество, он был добрый, и даже на вид ничего, похоже, что испытывал к Дженсену искренние чувства, и разговаривал с ним совершенно нормально, как с равным. Его глаза улыбались Дженсену, сияли. Не об этом ли Дженсен мечтал в школе? Чтобы к нему относились по-человечески.
Дженсен чувствовал, что между ними натянута крепкая нить, их что-то связывало. В запахе альфы таились какие-то вопросы, и после разговора с ним Дженсен понял, какие – он ждал второго ребенка.
Первого он видел один раз, его принесла улыбчивая девушка-бета. Наверное, хороший омега должен был умиляться детям, радоваться их появлению и все такое, но Дженсену было тошно, и он только отвернулся.
Джаред пообещал ему, что теперь они все будут решать вместе, просил прощения и поклялся больше ничего не делать без его разрешения, без его желания. Но слишком горькой оказалась реальность. Дженсен не мог принять ее так легко, даже если хотел, ненависть пропитала его насквозь. Если бы он мог поговорить с кем-то, разложить все по полочкам, решить для себя что-то, ему стало бы легче, но он был совсем один, и всю жизнь ему вбивали в голову, что думать и принимать решения – не его забота.

На третий день он уже начал сам ходить, нашел в столе ножницы и попытался обрезать волосы в ванной над раковиной. Длинные патлы бесили, от них надо было избавиться любой ценой. Винс – то ли личный санитар, то ли охранник, который не отходил от него ни на шаг, предложил воспользоваться автоматической машинкой для стрижки, которая имелась в доме, и скоро у Дженсена снова был короткий ежик.
На пятый день, после очередного сеанса в ДМС Дженсен почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы пройтись по дому альфы и рассмотреть там все. Особняк стоял на самой границе города. За террасой и лугом с искусственным климатом стояло силовое заграждение, за которым начиналась пустыня. Дженсен привык к спартанской обстановке школы, и дом казался ему огромным и роскошным. И вдруг стало до боли обидно, что альфа может владеть таким домом, а омега не имеет права даже на собственное тело. Альфа был на своей фиг его знает какой важной работе, и Дженсен не мог дотянуться до него и сорвать свое зло. Когда пожилой бета, Гиттс, принес ему завтрак, он очень хотел швырнуть эти все милые тарелочки и чашечки с овсяной кашей и запеченными яблоками, чтобы они разлетелись вдребезги. Он знал, что другую еду ему пока нельзя, но и эта была очень вкусной, в школе им не давали ничего и близко похожего, только сама необходимость диеты бесила. Воспитание не позволило ему сделать это, но что-то в лице выдало его, и Гиттс сел рядом с ним на стул и сказал:
– Дженсен, ты же понимаешь, что Джаред мог обратно усыпить тебя и больше никогда не знать никаких хлопот, не рисковать ради тебя ни своей жизнью, ни нашей. Но Джаред любит тебя и никогда не сделал бы этого. Я знаю, что тебе горько и страшно, но уйти ты не можешь, этим ты убьешь и себя, и всех нас. Ни у кого из нас нет выбора.
Дженсен молча смотрел на него. Хотелось сказать, что лучше сдохнуть, чем так жить, но он знал, что это неправда.
– Нам всем придется с этим как-то смириться, – продолжил Гиттс. – И только тебе выбирать, будешь ты и дальше ненавидеть всё вокруг, или попытаешься хоть что-то наладить.
Он ушел, не дожидаясь ответа от Дженсена, а тот еще долго сидел и думал, а потом принялся за почти остывшую еду.

Через несколько дней Джаред позвал Дженсена позавтракать с ним, и он согласился, хотя раньше не выходил из своей комнаты, когда тот был дома. Они сидели за столом вдвоем в неловком молчании. Джаред не сводил с него глаз, и Дженсена это смущало. Ему было не с чем сравнивать, но и без этого он должен был признаться себе, что Джаред ему нравится. Слова пожилого беты отпечатались в его голове и крутились там с утра до вечера.
Нужно было определиться. Дженсен никогда не был тихим и спокойным, и напряженная обстановка в доме успела порядком его достать. Если уж теперь это и его дом, то нужно было хотя бы попытаться освоиться.
Окончательно его переубедила, как ни странно, Кэти. Она была совсем наивной бетой, но милой и доброжелательной. Ей хотелось с кем-то поболтать, но она знала, что болтать за пределами дома нельзя, поэтому жертвой ее словоохотливости стал Дженсен. Совершенно не замечая его мрачного настроения и принимая его холодное отношение к ребенку за смущение, она рассказала Дженсену то, что скрыл Джаред, и что не счел нужным сказать Гиттс.
– ДжиДжи такой хорошенький, – ворковала она, безуспешно пытаясь всучить спящего младенца Дженсену. – Я никогда раньше не видела маленьких омег, обычно их сразу отправляют в питомник.
– А почему же не отдали его? – спросил Дженсен, смешавшись. Он и правда не подумал об этом раньше. Ребенка уже давно должны были отвезти на Золотой Пояс, там был целый корпус для таких крох.
– Джаред не отдал, – шепотом ответила Кэти. – Просто не отдал и все, хотя отец его так кричал, так кричал, когда узнал!
– Но почему другие отдают?
– Отдают беты, у них выбора нет. А у альф омеги почти никогда не рождаются.
– Почему?
Кэти погрустнела.
– Тебе лучше не знать, – она с намеком покосилась на его живот, в виду малого срока совершенно плоский.
Но Дженсен понял, о чем она говорит, и тогда впервые почувствовал, насколько реальна угроза, о которой предупреждали и Джаред, и Гиттс. На Синдарини омег убивали и держали в рабстве, здесь было так принято и считалось нормой, но Джаред спас его и ребенка, рискуя своим положением в обществе и отношениями с семьей, задолго до того, как сам узнал правду. Если бы не Джаред, он бы никогда не проснулся.

Изображение
17. Игры в семейном кругу по правилам генетических различий

Постепенно Дженсен оттаял, Джаред видел это. Поначалу тот выглядел загнанным в угол перепуганным зверьком, но с каждым днем становилось лучше: в его взгляде все чаще светился интерес, он стал выходить из своей комнаты, смотрел телевизор и рылся в бумажных книгах в библиотеке. Они даже иногда разговаривали. Джареду хотелось бы проводить с ним больше времени, но он понимал, что ему нужно время, чтобы привыкнуть и принять свое новое положение, а поэтому не торопил события.

Обстановка совсем наладилась примерно через две недели. Джаред вернулся домой с работы и застал идиллическую картинку – Гиттс, Кэти, Винс и Дженсен сидели в гостиной играли в бридж, оживленно споря и смеясь. Дженсен выглядел совсем иначе, когда смеялся, Джаред готов был смотреть на него бесконечно.
– Привет, шеф, – поднял руку Винс, все еще улыбаясь.
– Ужин готов, я сейчас подам, – начал подниматься со своего места Гиттс, но Джаред только махнул рукой – взять тарелки из кухонного робота он и сам мог.
– Кто выигрывает? – спросил Джаред.
– Дженсен с Кэти, – Винс с возмущением показал на Дженсена пальцем. – Он только сегодня узнал правила, и уже всех нас обставил!
– Вы не за ту игру взялись, – улыбнулся Джаред. – Он запомнит все карты и просчитает наперед все варианты. Играйте лучше в покер.
– Почему это? – удивилась Кэти. – Он что, как альфа?
– Да, у него тоже есть альфа-ген.
– Что за альфа-ген? – спросил Дженсен. – И разве вы не запомните все карты?
В общем, с тех пор в доме стало веселее, появилась надежда, что все наладится. Но один момент все равно выбивал Джареда из колеи. Он привык трахаться столько, сколько ему хотелось, а потребности у него, как и у любого альфы, были побольше, чем у самого разнузданного беты. С тех пор, как Дженсен пришел в себя, он превратился в чертова девственника, краснел и смущался от взглядов Джареда. Хорошо, что хоть не злился больше, это было просто невыносимо. А никого другого Джаред не хотел – хотя Кайл продолжал заглядывать и откровенно предлагал перепихнуться, даже мысли выпустить пар с ним вызывали неприязнь. Поэтому он опустился до того, что дрочил на работе в туалете, не в силах вытерпеть хотя бы до дома. Определенно, омега что-то делал с ним.

Джаред вышел из душа, не вытираясь – на улице стояла жара, а холодная вода на коже на какое-то время давала прохладу, особенно после ежедневной изматывающей дрочки. Обычно на его этаже никого не бывало, Дженсен после пробуждения переселился подальше от него, поэтому ему в голову не пришло чем-то прикрыться, и он остановился от неожиданности, увидев Дженсена. До него было метров пять, в руках он держал коробку с инфодисками.
Дженсен тоже остановился, глядя на него, но не в лицо, его взгляд зашарил по телу Джареда, по его сильным рукам, узкой талии, длинным жилистым ногам, по его члену, который недавно кончил, потому был немного набухшим и спокойно свисал между бедрами, но и в таком состоянии был внушительных размеров.
На щеках Дженсена заалел румянец, но оторвать взгляда он не мог, часто дыша.
Джаред шагнул к нему, опустился на колени и стал покрывать поцелуями его живот прямо через свободную футболку. Прошло совсем мало времени, и пока ничего не было заметно, конечно, но Джареду было достаточно просто знать, что внутри него зреет его ребенок. Дженсен застыл, кажется, даже дышать перестал.
– Я очень скучаю по тебе в постели, – прошептал Джаред. – Да я просто свихнусь скоро.
Он зарылся лицом в складки одежды у Дженсена в паху, чувствуя, что у него встал – от одного его вида. Оттянул зубами резинку домашних штанов и коснулся губами головки с выступившей смазкой. Сначала сосал только ее, а потом взял глубже, трахая его членом свой рот и обхватив ладонями бедра. Дженсена затрясло, он захныкал, срываясь на стоны, потом хрипло зашептал, дернувшись из его рук:
– Перестань, перестань!
Но Джаред только сильнее впился в него и проглотил все, что Дженсен ему спустил в рот. Вкус беременной омеги было ни с чем не спутать, и он наслаждался каждой каплей.
Кончив, Дженсен привалился спиной к стенке. Джаред поправил на нем одежду и встал, специально позволяя ему рассмотреть свой полностью вставший член, потемневший, с вздувшимися венами, тяжело покачивающийся. И Дженсен смотрел, приоткрыв рот и тяжело дыша.
– Он много раз входил в твою маленькую дырочку и оставил ее хорошо разработанной, полной спермы, беременной, – горячо прошептал Джаред ему на ухо. – Я вставлял тебе каждый день, даже когда у тебя был огромный живот, и ты всегда кончал подо мной. А сейчас ты в сто раз лучше, и я схожу с ума, так хочу тебя выебать. Когда ты тоже захочешь, я это обязательно сделаю, а сейчас не дразни меня, потому что я могу и не сдержаться.
Он вытолкал Дженсена за дверь и вернулся в ванную, снова дрочить. Конечно, он только пугал Дженсена, он мог сдержаться, чтобы тот ни вытворил, уже не говоря о простом взгляде, иначе что за альфа из него был бы?

Изображение
18. Воспоминание о прошлом среди зарослей сирени

В один из дней Джаред выбрал время и поехал навестить Криса. Тот до сих пор проходил лечение в клинике, и вроде ему уже стало лучше. Они не были друзьями, даже приятелями, и визит выглядел бы странно, если бы Джаред тогда не нашел его на улице. А так можно было сделать вид, что его взволновала судьба Криса. На самом деле он хотел поговорить вовсе не о его психическом здоровье.
Джаред долго сомневался, с кем завести этот разговор – с Марком, или с Крисом, оба они явно что-то знали, но связываться с Марком не рискнул, слишком уж тот был скользким типом.
Крис удивился его визиту, но вроде даже обрадовался, хотя Джаред готов был получить в морду за то, что сдал его папаше. Как понял Джаред, его здесь вообще никто не навещал, и он был рад любому знакомому лицу.
– Падалеки, от тебя снова несет счастливым беременным омегой, только как-то слабо. Что, не дает? – Крис довольно нервно рассмеялся.
– Нет, – ответил Джаред.
В помещении он бы не рисковал, сейчас камеры были везде, но лечебница напоминала смесь парка со спа-салоном, и они как раз прогуливались по дорожке среди зарослей сирени.
Крис не сразу понял, еще позубоскалил немного, потом поблагодарил за то, что вытащил его из глубокой ямы, и только потом до него дошел смысл ответа Джареда.
– Погоди, ты сказал «нет»? В смысле – никаких беременных омег?
– «Нет» в смысле «не дает».
На лице Криса обозначились желваки, и он напряженно посмотрел на Джареда.
– О чем ты?
– Ты знаешь.
Понятно, что омега на Синдарини не имеет собственной воли, а потому не может совершать никаких действий. Такой намек будет понятен только тому, кто и правда знает, и в то же время оставляет место для отступления, возможность сделать вид, что не понимаешь. А кто не знает – просто ничего не поймет.
Крис отвернулся и долго молчал, а потом ответил:
– Джей, тебе лучше в это не лезть, а почаще трахать своего омежку и ни о чем не беспокоиться. Если что – тебе не выбраться. Меня отец отмазал, а так бы отскребали бы мои останки с асфальта под Империал-билдинг и рассказывали чухню о компрессионной депрессии.
– Не полезу, я просто хочу знать.
– Я так понимаю, что ты уже знаешь.
– Я хочу знать, почему.
Крис огляделся по сторонам и тихо сказал:
– Ладно, расскажу, но легче тебе не станет, приятель. Ты знаешь, что омега может управлять альфой? Не каждым, и не всегда, и вроде даже неосознанно. Это происходило только у истинных, как тогда говорили, пар, но встречалось не так уж и редко. Омега только подумает, и альфа уже несется на всех парах делать все, что он хочет. Это сильно стремало кого-то в верхах, и тогда они разработали план, чтобы оградить альф от вмешательства в их сознание. Они вроде как были уверены, что если так будет продолжаться и дальше, то омеги полностью поработят всех альф и будут использовать их как сексуальных рабов, потому что всем известно, что омеге от жизни надо только одно – поебаться и нарожать побольше детишек. Ну, то есть не одно, а два, хотя это почти одно и то же… Блин, да фиг с ним. Но я думаю, что на самом деле те альфы боялись, что их кто-то может контролировать. Ведь если бы омеги хотели их, то есть нас, поработить, то уже давно сделали бы это, времени-то было завались, пока медицина не дошла до высот прогресса и не изобрела эту хрень в бутылках с питанием, которая гасит сознание, а оставляет только то самое желание поебаться, да еще сраную о-машину, конечно. А раз нет, то что-то еще им надо было от жизни и от альф, понимаешь?
– Но как вообще такое можно было провернуть?
– Не знаю. Думаю, что какой-то вирус реально был, но его опасность сильно преувеличили, и под этот шумок реализовали остальной план. Президентом тогда была женщина-бета, Рита Морини, и вроде это с ее поддержкой все удалось.
– Зачем это нужно бете?!
– О, приятель! Ты наивняк просто! С тех пор количество бет в правящей верхушке резко увеличилось, а президент-альфа за все это время был только один, и тот плохо закончил. Тетушка Морини знала, что делает. Знала, что если уничтожит омег, то тем же ударом уберет и альф. Сначала никаких тайных школ на Золотом поясе не было, омег собирались держать на препаратах с самого рождения, но этот план провалился в первые же несколько лет – без нагрузки на мозг омеги погибали очень быстро, не доживая до фертильного возраста. Сейчас в курсе совсем немного людей, и всех их жестко контролируют. В правительстве есть один секретный отдел, который этим занимается, он замаскирован под какой-то аграрный комитет, отслеживает своими методами таких, как ты. Как я. Например, если ты вдруг перестанешь закупать специальное питание для омеги, то тобой сразу заинтересуются.
Джаред не перестал, он следил за тем, чтобы все в его жизни было точно так, как всегда.
– Спасибо, Крис, я буду осторожен. А как же ты? Что случилось с тобой?
– Я заметил, что когда сплю рядом с Миком, то почти всегда вижу его во сне, он говорил со мной так, как не бывает в обычных снах. Я знал, что омега может передавать альфе свою волю на ментальном уровне, но это было возможно, только если он вообще этой волей обладал, что нереально для существа в вегетативном состоянии. Я заподозрил, что с этим вирусом что-то не чисто, забодяжил Мику питание сам на кухне, и через несколько дней он проснулся.
Крис мягко улыбнулся.
– В общем, я понял, что здесь оставаться опасно, угнал катер с гипер-приводом и попытался смотаться с Синдарини вместе с Миком. Катер засекли и догнали еще до выхода из атмосферы. Мика снова посадили на о-машину, а меня мурыжили фиг знает сколько в закрытой камере. Я сотрудничал, подписал все, что они хотели, обещал отцу полною лояльность и те де, и те пе, только бы нас с Миком оставили в покое. Когда я вернулся домой, то узнал, что ему сделали аборт, потому что ребенок был омегой. А ко мне приставили двух соглядатаев, чтобы я не мог разбудить его снова.

По дороге домой Джаред успел как следует обдумать слова Криса. Гражданам запрещалось иметь катера с гипер-приводом. Все желающие путешествовать на другие обитаемые планеты должны были проходить таможенный и медицинский досмотр, и покидать Синдарини только на пассажирских кораблях. Как Крис вообще смог достать такой катер, представить было сложно. А вот сам Джаред имел неограниченный доступ к огромному парку таких кораблей – все грузовики его компании имели гипер-привод.
Пять лет назад Джефф, старший брат Джареда, улетел на Алмазные Поля и больше не вернулся. Иногда он присылал сообщения семье, но короткие и довольно сухие, просто давал знать, что жив и здоров.
Насколько знал Джаред, он улетел один, а своего омегу оставил здесь, и того отправили обратно в питомник, но сейчас понял, что знает об этом только со слов отца, а тот – со слов социального работника.
Алмазные Поля были развитой промышленной планетой, принадлежащей к Большому Содружеству. Все расы, входящие в него, были двуполыми и состояли только из бет, поэтому Синдарини не спешила пополнить его ряды, слишком уж отличались их культуры. И договора о выдаче преступников у них тоже не было.
Крис подал отличную идею. Нужно было только хорошо подумать над ее реализацией.
Конечно, жаль было бросать дом и компанию, да отца тоже, каким бы он ни был, но другого выхода Джаред не видел.

Изображение
19. Черная бездна пустыни за границами силового поля

Тем временем никто не отменял рабочие обязанности. По случаю годовщины основания компании отец закатил грандиозный корпоратив, отказаться от которого Джаред не мог. Он стоически вытерпел выступления приглашенных артистов, выступил с речью, как требовали традиции, переждал церемонию награждения особо отличившихся сотрудников и под конец мечтал только об одном – поскорее убраться домой.
– Джа, брат, ты чего такой кислый? – жизнерадостно спросил Салли.
В смокинге и с бабочкой, он с изяществом бегемота рассекал среди сотрудников весь вечер, и до этого момента Джареду удавалось держаться от него подальше.
– Устал просто, ненавижу толкать речи.
Салли рассмеялся, а потом доверительно склонился к нему:
– Хочешь, поехали сейчас ко мне. Мой снова с животом, на днях в третий раз придется скидывать ему омегу. Но пока его можно хорошенько натягивать.
– Нет, Салли, у меня свой омега есть.
– Я знаю, Джа. А ты не думал, как было бы прикольно поменяться?
– Нет, не думал.
– Не будь занудой, парень! А то вообще порастешь мхом и скоро станешь похож на нашего дедулю, как Рик. Этот дебил вообще носа из своей халупы не показывает с тех пор, как обзавелся ребенком, да еще и сбагрил куда-то нашего общего беременного омежку, тупорылый ублюдок. А я такие планы строил на него!
Салли даже в голову, видимо, не приходило, что эти два события между собой как-то связаны. Иногда Джаред поражался, как человек может быть таким идиотом.
– Ну так что? Да тебе жалко, что ли? Не хочешь поделиться с братом? Я же с тобой всегда готов поделиться!
– Салли, я ни с кем не делюсь своими… вещами. И твоих мне не надо, – холодно ответил Джаред. Голос его дрогнул на слове «вещами», он не хотел называть так Дженсена, но по-другому Салли не понимал.
– Ну ты нудила, – Салли презрительно фыркнул и, наконец, отвалил.
Джареду удалось ускользнуть довольно быстро, когда веселье еще было в самом разгаре. Он долетел домой на катере и с грустью окинул взглядом особняк – ни одно окно уже не светилось. Жалко, не удастся сегодня увидеть Дженсена, ведь теперь он не мог просто так завалиться к нему среди ночи, а Гиттса он предупредил, что вернется поздно, и велел не ждать.
В доме было тихо и темно. Он стянул бабочку и стал подниматься по лестнице на третий этаж, собираясь завалиться спать – завтра нужно было встать пораньше для поездки на ремонтный завод. Дженсен теперь жил на втором этаже, и проходя мимо поворота к его комнате, Джаред остановился и прислушался на минуту. Хотелось заглянуть, хотя бы просто посмотреть на него. И тогда в глубине коридора послышалась какая-то возня.
Джаред нахмурился и шагнул в ту сторону, скорее интуитивно, чем реально что-то заподозрив, просто вдруг на душе стало неспокойно. В несколько шагов он оказался у двери Дженсена и распахнул ее. Там было бы совсем темно, если бы не огонь в камине. На кровати огромной тушей сидел Салли, все еще в смокинге, только уже потрепанном, с полуоторванным рукавом, и придавливал к ней Дженсена, зажимая ему рот ладонью.
– Ну какого же хрена ты приперся так рано, – разочарованно сказал Салли.
Не веря своим глазам Джаред молча рванул вперед и со всей дури врезал ему по морде. Салли свалился с кровати на пол, матерясь. Дженсен тяжело дышал, глядя на него широко раскрытыми глазами. Губы у него были разбиты, на пижаме оторваны все пуговицы, но в целом, похоже, Салли не успел до него добраться. Дженсен не был маленьким и хрупким, но еще не восстановился полностью после месяцев неподвижности, против такого бугая у него не было шансов.
– Ты в порядке? – спросил Джаред.
Тот кивнул.
Салли уже успел встать во весь свой рост и улыбался, потирая ушибленную скулу.
– Красивый у тебя омежка, братец. Ты уже успел снова нафаршировать ему живот? Конечно, совать в мокрую беременную норку – это не то, что пилить бету. И как же славно, когда он дергается, это так бодрит! Как ты это сделал, скажи? Я тоже хочу, чтобы оно сопротивлялось, трепыхалось под рукой, а не лежало безвольным бревном.
– Заткнись, – прошипел Джаред, становясь между ним и Дженсеном.
– Слушай, ну кончай выебываться, дай мне ему присунуть. Тогда я никому не скажу, что здесь увидел. Ты же знаешь, что эксперименты с омегами запрещены. Не думай, что я это так оставлю, я прямо сейчас звоню нашему дорогому троюродному дядюшке в Службу Безопасности, вот он обрадуется! И даже если он больше ничего здесь у тебя не найдет, тебе все равно конец.
– Салли, все не так, как ты думаешь, давай поговорим.
– Нахрена мне твои разговоры, – рыкнул Салли, доставая телефон. – Давай уматывай отсюда прямо сейчас, а я уж сам разберусь с твоим сладким мальчиком.
– Ты не знаешь, куда влез, Салли, – сказал Джаред как можно более спокойно. Может, еще была надежда образумить его. – Никто из нас не выйдет из этого живым, если ты кому-то расскажешь, и ты тоже.
– Угрожаешь мне?! Ну все, тебе конец, Джей, – зашипел Салли с почти мягкой улыбкой, наступая на него.
Джаред молча смотрел на него, понимая, что конец не только ему, а и всем, кто живет в его доме, и старому Гиттсу, и бестолковой Кэти, и Винсу, да и самому Салли тоже, «аграрный комитет» не оставит свидетелей. Малыша ДжиДжи увезут на Золотой Пояс, а Дженсена отправят обратно в питомник, где снова посадят на о-машину, и он будет рожать для Синдарини детей, пока будет на это способен.
– Не угрожаю. Это правда. Ну ты же умный человек, подумай сам…
– Не пытайся запудрить мне мозги! – перебил Салли. – Тебе конец, сука высокомерная! И твоего детеныша слабоумного отправят в утиль вместе с тобой! – он поднял телефон, показал Джареду сохраненный в памяти номер, и поднял вторую руку, чтобы нажать кнопку вызова, и тогда Джаред бросился на него. Телефон вылетел из руки Салли, а сам он грузно рухнул на спину. Джаред врезал ему пару раз по лицу, но Салли был здоровым быком и весил вдвое больше. Он сбросил Джареда легко, как тряпичную куклу, с грохотом впечатав в шкаф, встал и с ревом раненого зверя рванулся к нему. Джаред уже вскочил, справившись с гулом в голове, и собирался зарядить Салли в лоб с ноги, но тот внезапно остановился. Из середины груди у него торчал железный прут для камина, а изо рта густо полилась темная кровь. Салли удивленно посмотрел на Джареда, булькнул и с грохотом завалился на пол.
За его спиной стоял Дженсен. Джаред переступил через Салли и, схватил Дженсена и впился поцелуем ему в губы, словно земля вот-вот провалится под ногами, и это последние секунды его жизни, жадно, лихорадочно, кусал, толкался языком и всхлипывал. Потом уткнулся ему в шею, тяжело дыша и крепко прижимая к себе, и Дженсен погладил его по взлохмаченным волосам открытыми ладонями.
Пару минут они стояли так, а потом Джаред отстранился, вгляделся ему в лицо, ища признаки страха или раскаяния, но Дженсен посмотрел в ответ, не дрогнув.
– Принеси мне из кухни упаковку больших пакетов для мусора, а потом останься в коридоре и смотри, чтобы никто сюда не зашел. А я пока здесь приберусь.
Дженсен принес все, что нужно, и сказал:
– Задняя дверь на кухне открыта. Он через нее в дом попал, наверное.
– Ты не видел, там его катера нет?
– Нет вроде.
Катера и правда нигде не было. Скорее всего, Салли пришел пешком, чтобы не палиться по записям GPS – посягательство на чужого омегу каралось законами Синдарини строго и безжалостно.
Джаред упаковал Салли в залитую кровью циновку, потом в несколько пакетов, дотащил до стоянки в подвале, где стоял катер, и затолкал в него тело. Его телефон положил туда же.
Пустыня за границами силового поля выглядела черной бездной. Джаред включил в катере режим ночного видения, выключил все фары и полетел.
Он хорошо знал все ближайшие окрестности, и довольно неплохо – дальние, но в этот раз полетел еще дальше, туда, где днем в это время года на солнце температура достигает ста градусов по Цельсию и начинаются скалистые предгорья. Там обитала скудная местная фауна – днем она пряталась в глубоких норах за крепкими панцирями, а ночью выходила наружу поохотиться друг на друга. Человек в тех краях не появлялся десятилетиями, и шанс, что на тело наткнется какая-нибудь научная экспедиция, был мизерным. Впрочем, очень скоро от него останется в лучшем случае один скелет, циновку сожрут еще быстрее, а телефон и пакеты с отпечатками и ДНК Джареда расплавятся под солнцем до обеда.
Джаред завис на катере над скалистой почвой и сбросил тело. Едва оно успело хряпнуться на камни, как что-то в темноте пришло в движение, послышались щелкающие, клацающие и чавкающие звуки. На приборе ночного видения Джаред смотрел, как исчезает тело Салли – так же быстро, как сухой листок в огне, оставив свой особняк и омегу, так и не успев сделать ему аборт. Почему-то эта мысль придала Джареду сил и уверенности, хотя что ждало этого ребенка? Закрытая школа на Золотом Поясе, а потом о-машина в доме какого-нибудь урода, который будет держать его в рабстве и полностью распоряжаться его телом?
К утру Джаред вернулся домой. Там было тихо и темно, похоже, что никто не заметил ночного происшествия. Дженсен ждал его в холле второго этажа, и остаток ночи они спали вместе в комнате Джареда, не раздеваясь.

Изображение
20. Мечты о побеге за световые годы до свободы

Пропажу Салли заметили не сразу, но примерно через неделю Джареду позвонил его отец и спросил, когда тот последний раз был на работе. Потом приходила полиция расследовать его исчезновение, но тела не нашли, а потому и дела тоже не было.
Отец Салли и мысли не допускал, что с тем что-то случилось, а только крыл его матом и строил теории в духе их семейки.
– Гаденыш мог специально затаиться в какой-то дыре, чтобы заставить меня переписать завещание! – жаловался он отцу Джареда, когда нанес ему визит на работу. – Но этого он от меня не дождется, бездельник! Я уже распорядился о продаже его дома. Вся недвижимость на меня оформлена, этому тупому бездельнику ничего нельзя доверить. Допрыгался, пусть теперь сам попробует хотя бы копейку заработать!
Всем было известно, что семейные активы были переписаны на Рони, младшего брата Салли, который хоть и не выглядел образцом альфы, но был порядком адекватнее.
Джаред догнал его в коридоре и спросил, чтобы отец не услышал:
– А что будет с его омегой?
– Рони не захотел его себе забирать, а мне он и даром не нужен, поедет назад в питомник вместе с грузом.
– Я бы хотел взять над ним опеку. Это возможно?
Альфа мог заводить себе столько омег, сколько считал нужным, но на деле этим редко кто-то пользовался. Отец Салли посмотрел на него долгим взглядом.
– Зачем тебе это надо?
– Он мне всегда нравился, – ответил Джаред, и глазом не моргнув, хотя даже не помнил, как тот выглядит.
– Да ты полон сюрпризов, – отец Салли понимающе ухмыльнулся. – Хм, ну, если заплатишь за него полную стоимость, то почему бы и нет.

Омегу Салли привезли в дом к Джареду на следующий же день. Он был маленьким, худым и бледным. Длинные светлые волосы были аккуратно причесаны и уложены о-машиной, а миловидное лицо выглядело изможденным.
– Два аборта, три выкидыша, – прочитал Винс в его медицинской карточке. – Этот Салли своей пропажей сделал парню большое одолжение.
– Как думаешь, возможно будет вернуть его к обычной жизни после нескольких лет на этих препаратах? – спросил Джаред.
– Думаю, возможно, ДМС и не с таким справится, только нужно будет больше сеансов.
– Займись этим.
– Понял, шеф!
– Я помню его по школе, – сказал Дженсен, глядя в окно. – Его зовут Линн. Что ты собираешься с ним делать?
– Не знаю. Приедем на Алмазные Поля, а там пусть он сам решает, чем заняться.
Дженсен обернулся и зло глянул на Джареда.
– А я? Я тоже смогу сам решить?
Джаред замер, не в силах отвести глаз, холодок пробежал по его спине. Ему и в голову не приходило, что оказавшись на свободе, Дженсен оставит его и ДжиДжи. От одной мысли об этом стало физически плохо. Пауза затянулась, и Дженсен принял это за ответ.
– Понятно, – прошептал он, и вышел из комнаты.

Джаред хотел пойти за ним, но у него в кармане затрезвонил телефон. Он достал трубку, и с удивлением узнал голос Криса:
– Они знают, – сказал Крис.

Изображение
21. Защитный купол под ударом песчаной бури

Все корабли с гиперприводом стояли на учете Государственной транспортной службы. Когда Джаред решил уезжать из Синдарини, он подделал документы одного из своих грузовиков – незначительная поломка превратилась в серьезную проблему, которая не подлежала ремонту. Затем списал корабль в утиль, по документам тот отправился на свалку, а на деле оказался в ремонтном ангаре. Улететь сразу было нельзя – корабль все же оставался не на ходу и нуждался в ремонте. К тому же, нужен был пилот.
Ремонт еще не закончили, а найти пилота, готового на незаконный рейс, Джаред пока не смог.
Сейчас, когда на луг у парадного входа садились три черных катера с эмблемой государственной службы, люди в черной униформе без опознавательных знаков окружали дом, а к двери направился тщедушный человечек в деловом костюме, Джаред только смотрел в окно, опустив руки – он понимал, что все кончено.
Когда он позвонил в дверь, Джаред сам отправился открывать.
– Здравствуйте, мистер Падалеки. Меня зовут Пол Миллер, – он приподнял шляпу. Бета. – Я представляю Государственный аграрный комитет.
– Я вас слушаю, – ответил Джаред.
– У нас есть к вам деловое предложение, – мистер Миллер улыбнулся своими тонкими бескровными губами. – Приглашаю вас в наш центральный офис.
Джаред сощурил глаза.
– Что вы хотите?
– Поймите меня правильно, обычно мы не договариваемся. Но в данном случае нам нужны некоторые ваши услуги, поэтому у вас будет выбор.
Может, у них всех еще был шанс выжить? Только какой ценой?
– Я понял. Едем в ваш офис, – сказал Джаред.
– Приятно иметь с вами дело, – снова улыбнулся Миллер, и Джаред уловил в его словах облегчение. Видимо, он опасался, что ненормальный альфа начнет сопротивляться и доставит проблемы.
Подошел Гиттс и подал Джареду пальто.
– Сидите тихо, – прошептал ему Джаред.
Тот кивнул, и Джаред отправился к двери вслед за Миллером. Он уже успел подавить лихорадочную дрожь от прилив адреналина, почти успокоился, когда почувствовал, что не может переступить через порог – ноги просто отказывались его слушаться, а что-то словно тянуло его назад, обратно в дом.
– Что за черт, – пробормотал он и резко обернулся.
Наверху лестницы стоял Дженсен, в отчаянии глядя на него. Его руки были сжаты в кулаки, а между бровями залегла злая складка.
– Отпусти, – прошептал Джаред одними губами.
Но Дженсен как-то услышал – угадал? прочитал мысли? – Джаред понял это по его глазам, но не дрогнул.
– Что, впервые ощутили на своей шкуре воздействие омеги? – сказал за его спиной Миллер. – Не из приятных, да? Не позволяйте этому существу управлять вами.
– Отпусти, – чуть громче сказал Джаред и мотнул головой, будто пытаясь сбросить с себя невидимую сеть.
То ли это помогло, то ли Дженсен и правда отпустил, но в следующую секунду в голове прояснилось, и тело снова стало слушаться. Джаред еще раз глянул на него и быстрым шагом вышел из дома.

Офис «аграрного комитета» находился в здании Конгресса Синдарини, которое занимало площадь в несколько футбольных полей. По дороге Джаред с удивлением заметил толпу демонстрантов, осаждающую ворота у центрального входа. В новостях ни о чем подобном не сообщали, хотя подобное явление было для Синдарини большой редкостью в нынешние благополучные времена.
Джареда под охраной привели в большую светлую комнату с огромным столом по центру, за которым расположились несколько представительных бет, а во главе восседал коренастый седой альфа. В нем Джаред узнал мистера Кейна, отца Криса и главу службы безопасности. Сам Крис сидел рядом с ним и невозмутимо смотрел на Джареда, словно не совсем помнил, кто он вообще такой.
– Присаживайся, Джаред, – сказал мистер Кейн, и когда тот не двинулся с места, рассмеялся: – Да не беспокойся, мы только поговорим. В последние несколько лет резко возросло количество происшествий во время рейсов ваших кораблей с Золотого пояса. Мы два раза присылали мистеру Падалеки просьбы принять меры и усилить меры безопасности, но он не понимает, зачем тратить огромную сумму на охрану овощей, которые к тому же еще и застрахованы. Возможно, мы поможете нам с этой проблемой? Конечно, мы в свою очередь гарантируем неприкосновенность вам и вашим… хм, домочадцам.
Джаред все равно не понимал, в чем проблема – гораздо проще было убрать его с дороги, а с безопасностью на перевозках разобрался бы и Крис, если бы вернулся на свою должность в компанию.
– Понимаю ваши сомнения, – усмехнулся мистер Кейн. – Вы думали, что мы устраняем все, так сказать, утечки информации. Но нет, конечно! Гораздо проще договориться. Проблемы ждут только тех, кто на это не способен. Соглашайтесь, мы не требуем многого.
– А что с моим омегой? – спросил Джаред.
– С которым? – невозмутимо уточнил мистер Кейн.
– Со всеми.
– Здесь мы скидок не делаем, они все отправятся туда, куда положено – кто на Золотой Пояс, кто на о-машину. Вашим домашним служащим-бетам придется пройти амнеотерапию, сейчас она практически безопасна.
Мозг беты поддавался процедуре выборочной очистки памяти, но проделывать такое с альфами пока не научились.
– Все будут живы и здоровы, не сомневайтесь, и перестанут доставлять вам неудобства. Если вы понимаете, о чем я, – мистер Кейн подмигнул Джареду. – Мистер Миллер рассказал мне о неприятном инциденте с вашим омегой.
Джаред понял, что его почти уговаривают. Послание мистера Кейна было однозначным: или соглашайся на наши условия, или мы «устраним утечку информации», но лучше соглашайся. Он не тешил себя мыслью о собственной незаменимости, этому должны были быть другие причины.
– Я вас не тороплю, подумайте, кофейку выпейте, – мистер Кейн кивнул кому-то у Джареда за спиной, и перед тем появилась дымящаяся чашка.
Джаред в оцепенении смотрел на нее, а в висках лихорадочно стучал пульс. У него не было выхода, придется согласиться, отдать им ДжиДжи, позволить обратно усыпить Дженсена и подвергнуть остальных мучительной и опасной процедуре очистки памяти. Но, может, это и к лучшему? Смогли бы они сбежать на грузовике, или стали бы жертвами таможенного патруля, который стрелял без предупреждения? Что ждало их на Алмазных Полях – чужаков, не знающих ни языка, ни местных обычаев? Они стали бы нелегальными иммигрантами до конца своих дней, живя в страхе перед разоблачением и выдворением на родину. Да и то, что сделал Дженсен, действительно стало неожиданным и болезненным опытом, Джаред не горел желанием его повторить.
Он взял чашку и отпил кофе – горячий, почти кипяток, обжигая губы и не замечая этого.
Если бы он был один, то предпочел бы умереть, только бы не прогнуться под эту паскудную систему и самому не стать ее винтиком, но как он мог решать за остальных?
Чашка громко лязгнула о блюдце, и Джаред вздрогнул. В кабинете, где они сидели, все стенки были прозрачными, и в этот момент Джаред увидел Джеффа Моргана, который как раз проходил по коридору.
И что-то еще было не так, какой-то шум, он все нарастал и ширился, словно за окнами поднималась песчаная буря. Только под защитным куполом бурь не бывало.
Когда послышались первые выстрелы, Крис выхватил из-за пазухи пистолет и в упор выстрелил мистеру Кейну прямо в висок.

Изображение
22. Многообразие впечатлений вдали от большого круговорота событий

Все произошло за несколько мгновений, но тогда Джареду показалось, что время остановилось. Вот Крис стреляет, вот его отец медленно заваливается на спину, вот остальные, как в замедленной съемке, начинают вставать, беззвучно открывают рты, вот охранники у двери тянутся к своему оружию.
Не промедлив ни секунды, Крис нырнул под прикрытие стола и принялся палить по остальным присутствующим в комнате, и Джаред, не раздумывая, схватил ближайшего к нему охранника и одним резким движением сломал ему шею.
– Я знал, что могу на тебя рассчитывать, брат! – крикнул ему Крис.
Спустя минуту все было кончено – они вдвоем с Крисом положили всю верхушку аграрного комитета. Как ни странно, на выстрелы не сбежалась вся охрана здания Конгресса, на них даже внимания не обратили, и скоро Джаред понял, почему.
– Что дальше, Крис, – спросил он, вытирая пот со лба.
– Выгляни в окно, – ухмыльнулся Крис.
За окном толпа штурмовала центральные ворота. Кучка мирных митингующих превратилась в огромную темную тучу, которая шла напролом, сметая все на своем пути.
– Но где полиция и армия?
– На ключевых постах наши люди, наконец-то. На днях назначили Макферсона главой Департамента внутренних дел, мы только этого и ждали. А Джефф Морган сейчас толкует с президентом.
– Погоди, что это за люди на улице? Что им нужно?
– Большинство – беты, родители и родственники всех омег, которых забрало правительство за последние десятилетия. Откуда они узнали? Ополчение занималось подрывной деятельностью уже несколько месяцев, прибыли наши с Алмазных Полей и Большой Переправы, сейчас они во главе этой заварушки, и твой брат Джефф в том числе. Так ты с нами?
– Почему ты меня не предупредил?
– Извини, не был уверен, не хватило времени проверить. Но я на тебя рассчитывал. Они и правда собирались завербовать тебя, очень удачный день выбрали для этого.

На Синдарини не случилось никакого государственного переворота. За считанные часы были арестованы ряд чиновников и бизнесменов, замешанных том, что после называли «заговором против омег». Верхушка «аграрного комитета» была уничтожена, а рядовые сотрудники быстро сдались. Все телевизионные каналы трубили об ужасной трагедии, которая постигла Синдарини, последствия которой придется пожинать еще очень и очень долго. Эфир заполонила реклама медицинских клиник, предлагающих реабилитацию и психологическую помощь омегам, а вслед за ними в дело вступили юридические конторы, предвидя многочисленные иски от прошедших реабилитацию омег по разделу имущества и детей, и детективные агентства, помогающие в розыске родственников. Но еще долгие годы после этого правоохранительные органы вылавливали по подвалам и пустыням альф, которые скрывали своих спящих омег и ни за что не хотели признавать их право на самостоятельную жизнь.
Джаред остался в стороне от всего этого круговорота. Только несколько первых дней немного помогал Крису, а потом вернулся домой. Помог омеге Салли отсудить у его семьи дом и ряд активов – надо сказать, суды охотно шли омегам навстречу, особенно с такой историей. Потом помог Рику выбраться из тюрьмы, куда тот угодил, когда прятал своего омегу в подвале и отказывался его разбудить. Хотя он отделался условным сроком, но лишился половины своих денег и попал под судебный запрет видеться со своим омегой и ребенком. Встретился с Марком Пеллегрино – бизнес их семьи, маркеты для омег, закрыла полиция, счета опечатали, большая часть семьи оказалась под следствием. Однако Марк был бодр и весел, снова приглашал в свой бордель, и намекал на то, что скоро откроет новый зал для омег, где те вволю могли бы поиздеваться на бетами, которые притворяются альфами.
Долгое время Джаред боялся, что Дженсен оставит его. Дженсен часто злился, и Джаред еще не раз испытал на себе силу его ментального захвата, но он так и не получил ни предложение о разделе имущества, ни повестку в суд. Постепенно они стали больше общаться, вместе наведываться в гости – к Крису, к вернувшемуся с Алмазного Пояса брату Джареда, к Джеффу, – и ходить по музеям, концертам, выставкам, ресторанам и кинотеатрам Синдарини, которых было множество. Дженсен жадно впитывал все впечатления, часто жаловался Джареду, что упустил слишком много, и собирался пойти куда-нибудь учиться, но никак не мог решить, куда именно.
У них не все шло гладко, и спали они все еще в разных комнатах, но Джаред видел, какие взгляды бросает на него Дженсен время от времени, замечал, что он все чаще выглядит не подавленным, а веселым и оживленным, и уже не игнорирует ДжиДжи, а улыбается ему. Тогда Джаред тоже тайком улыбался, он уже знал, что у них все обязательно будет хорошо.

Конец


21 дек 2014, 21:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 11 ноя 2012, 15:33
Сообщения: 47
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Спасибо понравилось, арты замечательные :heart: . А почему в эпилоге не упомянули второго ребенка Дженсена? Ведь суды и все разбирательства - это долгий срок, Дженсен успел бы уже родить :shy2: ?


22 дек 2014, 00:09
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 24 апр 2014, 17:47
Сообщения: 47
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Ыыы, мне понравился текст )) Хотя это, кажется, второй или третий омегаверс в моей жизни )) Никогда не понимал этого кинка, а тут так классно прописано - не сам кинк, его я тут не видел, а вот история, их странный мир, вся эта замутка с подавлением омег.
А как, помню, на анониме текст обсуждали, когда саммари вывесили )))

Еще понравились воспоминания дедули Джареда. И сны.

Спасибо за фик, я теперь не буду так шугаться омегаверса )

И арты понравились. Я сперва их просмотрел, решил по ним, что все хорошо и начал читать ))
Очень порадовал арт, где Джаред в магазие омегу выбирал ))) такой классный и чем-то веселый арт )) Правда, теперь я на него смотрю другими глазами, зная историю.
И баннер чудесный, прям из сна.

_________________
http://risowator.diary.ru/


22 дек 2014, 00:45
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 17 ноя 2012, 10:51
Сообщения: 39
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
В фике много кинков, но революция захватывает сильнее секса) Ну или я так увлеклась миром, что порно прошло мимо хд Очень интересный мир получился. Обычно в омегаверсе не уделяется внимания социальным проблемам, хотя это очень и очень перспективное направление, и в этом тексте больше всего понравился сюжет с устранением влияния омег в обществе. Законодательное закрепление статуса вещи, индустрия по превращению людей в овощи и "инкубаторы", лишение права на распоряжение собственным телом - антиутопия-лайт=) Заставляет о многом задуматься.

В конце очень не хватило раскрытия отношений Джареда и Дженсена. Как-то не совсем естественным без этого кажется то, что Дженсен вот так взял и остался...
Дорогой автор, очень хочется сиквела, он сюда просится! О том, как омеги возвращают власть, или о Джареде и Дженсене. Или сайд-стори о готовящемся перевороте и "террористах". У вас получился действительно объемный и захватывающий мир, надеюсь, можно будет почитать про него еще. Спасибо огромное за работу вам и артеру!

_________________
clap your hands if you believe


22 дек 2014, 02:04
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 фев 2013, 22:39
Сообщения: 93
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Фик не читала и не буду. Слишком много сквиков. Зашла сюда из-за артов, и не пожалела ни на секунду. Арты классные!! ))

_________________
"Я извращениями не страдаю - я ими наслаждаюсь!" (с)


22 дек 2014, 03:52
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 июл 2008, 08:26
Сообщения: 21
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Обычно я не читаю омегаверс, но арты настолько потрясающие, что решила немного пробежаться по тексту и залипла.) blue whale - вы написали так интересно, что ваша история задвинула на задний план мои личные предпочтения.) Огромное спасибо.)
Dolphin - большое спасибо за вашу работу.)
Мышь - я уже написала о том, что только благодаря вашим артам прочитала этот замечательный фанфик, так что добавить особо нечего, кроме, пожалуй - ВАУ! Даже шрифт подходит на 100%!


22 дек 2014, 10:22
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
озабоченный читатель
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 14 авг 2008, 19:52
Сообщения: 307
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
blue whale
спасибо, автор. честно признаюсь, не все прочитала, проскакала по диагонали, и прям дыбом шерсть на хребте - ужасно-прекрасно. я обязательно наберусь смелости и прочитаю весь фик, и потом уже напишу внятный комент, а сейчас просто спасибо - за смелость, за манеру изложения, читабельно, кинково, читать легко, внятно, спасибо. Оформление яркое, знаете, мне почему-то напомнило серию с джином - про ненастоящую реальность, в которой Дин был счастлив, она была такой яркой, такой солнечно-плакатной, а потом эта реальность начала трескаться, опадать серыми хлопьями, показывая настоящее - смерть, грязь, кровь.

спасибо еще раз, команду поздравляю с выкладкой, вы прекрасны.
и | Читать дальше
и очень хочу автора в избранное, если вы есть на дайри.


22 дек 2014, 11:31
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Текст очень понравился - сюжет, интрига, переворот.... и все бы хорошо, но в итоге я ждала, как Джеи будут налаживать свои отношения, раскрытия между ними той истиной связи, хотелось их эмоций от отого ощутить, а вы все это слили в один последний абзац ( уууу
Милый автор, у вас получился классный текст, интересный мир, прочитала на одном дыхании -соглашусь с тем, что исправить ситуацию может сиквел.
Спасибо за работу!

Артеру респект :vict: Илюстрации хорошо отражают сюжет.


22 дек 2014, 13:01
Пожаловаться на это сообщение

Зарегистрирован: 15 апр 2014, 09:47
Сообщения: 81
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
blue whale, любопытный сюжет, посредственности в итоге правят миром: несмотря на все суперспособности альф и омег, средненькие беты в итоге крутят ими как хотят, серые кардиналы. Понравились запутанные, перемешанные с реальностью сны Джареда, отсылка к сюрру и Дали тут очень кстати!
Мышь, иллюстрации просто волшебные, классно передана разница между сном и реальностью, а от заглавного баннера вообще не оторваться!
Спасибо! :heart:

_________________
Дневник http://buklja.diary.ru/ зарегистрирован с 23.10.2011


22 дек 2014, 13:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW

Зарегистрирован: 24 дек 2013, 09:46
Сообщения: 14
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
blue whale я большая фанатка омегаверса. и спасибо вам огромное за него! текст прекрасен, как рассвет.
Не хватило не много более подробной развязки. И, честно говоря, не совсем поняла как возникали сны Джареда.
И прекрасные, прекрасные арты


22 дек 2014, 14:08
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 03 дек 2014, 13:21
Сообщения: 25
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
blue whale, честно говоря, список кинков (бОльшая часть из которых - мои личные сквики) пугал, но я решила всё же начать читать. И ни минуты не пожалела об этом! Замечательно! Согласна с рисоватором, Peach Tree и boeser_Kobold - описанный мир, взаимоотношения альф, омег и бет чрезвычайно увлекательны. "Революция оказалась интереснее секса" - это не секс плох, а революция настолько захватывает! И как и многие комментаторы выше, я бы тоже хотела, чтобы нормализация отношений Джареда и Дженсена была описана чуть подробнее, чем один абзац (у меня не отобразаются смайлики, но тут умильные большие глазки: "ну позяяяяязя!")

Мышь, арты необыкновенно хороши! Любоваться и любоваться, глаз не отрвать!


22 дек 2014, 15:54
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
озабоченный читатель
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 окт 2014, 07:22
Сообщения: 36
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Чудесный омегаверс, сюжет понравился, впечатлил мир который вы создали и отношение Джареда к своему омеге))
Но согласна с Гость - в конце ожидаешь увидеть какие у них отношения теперь, ждешь, возможно, какого-то диалога. А все сводится к краткому пересказу того что, вроде как было дальше и уверением, что все хорошо закончится. То есть концовка вроде есть, но она какой-то смазаной получилось, без кульминации.
В общем, мне очень понравился весь фанфик, кроме самой концовки))


22 дек 2014, 20:13
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Я уже начала разочаровываться в этом ББ, первый фик за столько дней с однозначной раскладкой Джаред/Дженсен. А тут еще и омегаверс, мммм. Спасибо огромное!
Мир очень увлекательный, и ничего не сквикнуло, а даже наоборот :super:
Очень хотелось бы небольшой сиквел конечно, всё же не хватило мне в конце и развития отношений и их укрепления.
И меня тоже интересует ваша дислокация на дайрях. Хочу быть вашей ПЧ :ura:

И арты невозможно прекрасны!!! Спасибо вашей команде!


22 дек 2014, 20:35
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 02 май 2014, 00:19
Сообщения: 94
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Очень понравилось произведение. Это не просто омегаверс – это ведь полновесная фантастика. Мир шикарно прописан, самобытен, мне, по крайней мере, такого ещё не встречалось. Очень интересно было читать про логику этого мира, психологию поведения альф прекрасно чувствуешь и понимаешь. Хочу отметить, что очень удачен персонаж альфы Салли, настолько к месту, оттеняет эмоциональную картину устройства этого общества, он просто необходим в этом произведении, и прекрасно подан – браво автору за эту находку. И образ и роль Криса тоже очень к месту в сюжете. Через весь рассказ ощущаешь подспудную тоску альф, незавершенность их жизни. Хорошо удалось автору эмоционально окрасить рассказ. Очень хочется ещё встретиться с этим миром – эмпатическое воздействие омег на альф даёт простор для таких будущих конфликтов! Не всё так просто...

Спасибо артеру за иллюстрации. Ох, Джаред хорош! Да, альфовый получился, ощущается властность – в позе, в улыбке. Пересматривала арты несколько раз.

Большое спасибо команде за доставленное удовольствие!


22 дек 2014, 21:15
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 01 фев 2011, 03:12
Сообщения: 130
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
blue whale, это было бесподобно! особенно основная часть - до "пробуждения" Дженсена
от сомнофилии протащилась аки маньяк, ну ооочень грязное и крутое порно, за что отдельное спасибище автору :beg:
и интересная вселенная, раньше в омегаверсах такого не встречала, тягостно-муторно, но так хорошо написан х/к, что доставляет какое-то извращённое удовольствие))
правда, революция в ускоренном темпе в финале немного смазала восторг, затрудняюсь сказать почему. и соглашусь с комментами выше - жуть как хочется продолжения. почему-то кажется, что не будет между Джаредом и Дженсеном всё гладко (а потому ещё интереснее). ну и чего скрывать, хочется нцы с Дженсеном в сознании. если он "спящим" так отжигал, то что ж там будет когда он в здравии?)))))


Последний раз редактировалось anselmo 24 дек 2014, 20:31, всего редактировалось 1 раз.

22 дек 2014, 23:17
Пожаловаться на это сообщение
Профиль WWW
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Такой замечательный текст и нереально красивый арт :heart: . Большое спасибо!!!


23 дек 2014, 05:00
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2011, 00:17
Сообщения: 313
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Очень интересно, прочитала с удовольствием! Спасибо большое! :inlove: :inlove:
Арт чудесный! :inlove: :inlove:


23 дек 2014, 20:32
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 28 дек 2013, 18:09
Сообщения: 18
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Какое же чудесное все же оформление
Мышь, еще раз спасибо за красоту :inlove:
blue whale, а вы продолжение не планируете? Спасибо, вы удачно прошлись по некоторым моим большим кинкам, но категорически не додали НЦ-ы с пробудившимся Дженсеном :weep3:

_________________
Мечты сбываются - стоит только расхотеть


23 дек 2014, 22:06
Пожаловаться на это сообщение
Профиль

Зарегистрирован: 31 авг 2009, 12:07
Сообщения: 3
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Спасибо, большое! На сегодняшний день -самое понравившееся произведение. Но все-таки, конец немного скомкан - хотелось бы более развернутых отношений Джеев. А еще почему-то интересно, что случилось с родителем омегой Джареда, омегой Криса, когда Джефри разговаривал с Джаредом, его омега уже была разбужена, увез ли с собой брат Джареда свою омегу когда улетал...? И еще кучу вопросов. Вообщем, здесь обязательно нужно продолжение!!! :-)
Чудесные арты, спасибо!


23 дек 2014, 22:36
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Да жутковатый мир, омег жалко до безумия, но оторваться от прочтения не реально очень классно написано!


23 дек 2014, 23:38
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 дек 2011, 13:10
Сообщения: 290
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Такой необычный омегаверс и отличное оформление!
Спасибо за образ Джареда, он шикарен! Дженсен тоже хорош, но мне его было мало... )))) Дайте еще! Хотелось бы почитать продолжение или расширить финальную часть, как-то слишком внезапно все закончилось. Почитать бы, как омеги альфами руководят (мечтательно)

_________________
... в мире нет ничего плохого или хорошего, все зависит от того, как смотреть на вещи...


24 дек 2014, 14:10
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Какой страшно-грустный мир... (( казался безнадежным и как хорошо, что сон прервался :heart: :heart: :heart:
Очень необычный омегаверс, идея фантастическая! Дженсен обязательно оттает

Арты невероятно нежные, такое трепетно-изящное оформление :heart: :heart: :heart:

Спасибо! :flower:


24 дек 2014, 20:04
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 июл 2008, 01:43
Сообщения: 113
Откуда: Москва
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Спасибо огромное всем оценившим арт! Мне очень приятно. И для меня очень ценны ваши отзывы :heart: Работать с blue whale было большим удовольствием.


24 дек 2014, 20:39
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 май 2010, 19:38
Сообщения: 354
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Мышь ох, какой арт :). Просто невозможно было пройти мимо истории, оформленной так, даже если были сомнения)).
blue whale спасибо большое за интригующий мир :)

_________________
http://merzavca.diary.ru/ - дата регистрации 30.01.2009


24 дек 2014, 20:57
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
духзахватывающепрекрасно, спасибо!!


25 дек 2014, 01:19
Пожаловаться на это сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 15 ноя 2009, 19:58
Сообщения: 334
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
история очень понравилась...вроде бы и пейринг любимый, и кинк...а пока читала не этим наслаждалась. а переживала за то, чтобы поскорее всех омег из этого анабиоза вывели...уж больно их жалко было
и арты просто великолепны


26 дек 2014, 17:36
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 июл 2012, 19:33
Сообщения: 3
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
Очень захватывающая история! Спасибо! :vict:


28 дек 2014, 14:02
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 10 июл 2008, 01:27
Сообщения: 58
Ответить с цитатой
Сообщение Re: Сны на вересковом поле, J2-AU, омегаверс, blue whale, Мы
К сожалению, кинки немного не мои, так что фик мне недоступен.
Арты очень красивые и приятные. Большое спасибо!


29 дек 2014, 21:04
Пожаловаться на это сообщение
Профиль
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 37 ]  На страницу 1, 2  След.


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.050s | 17 Queries | GZIP : Off ]