Новости

Открыт прием заявок на Биг-Бэнг-2017!
Приглашаем авторов, фанартистов и клипмейкеров принять участие!

Изображение
Правила | Записаться: АВТОРАМ | АРТЕРАМ

Текущее время: 27 июн 2017, 18:01




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 18 ] 
День 12 Авторский фик ~ Золотая эра 
Автор Сообщение
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 дек 2014, 19:05
Сообщения: 80
Сообщение День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
.

.

.

Название: Золотая эра
Автор: Команда Евы
Бета:
анонимный доброжелатель
Размер: макси, 22 900 слов
Пейринг: Дин/Кастиэль
Категория: слэш
Жанр: романс, драма
Рейтинг: NC-17
Предупреждения: упоминание наркотиков
Саммари: если бы Дин знал, чем закончится его альтруистичный поступок на парковке, он бы все равно в это ввязался. Потому что такие выдающиеся люди должны держаться вместе
Дисклеймер: на всё воля Матери, мы только дети её
Размещение: запрещено без разрешения автора
Скачать: ссылка на гуглдок

Изображение
| Читать дальше


.

.

.

_________________
У каждого есть мать‏.


Последний раз редактировалось Команда Евы 29 апр 2015, 15:56, всего редактировалось 1 раз.

28 апр 2015, 01:09
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 дек 2014, 19:05
Сообщения: 80
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
.

.

.

Дорога впереди была пустынной. Оранжевые круги рассеивающегося света вокруг склонившихся над магистралью фонарей пропадали где-то далеко за черной линией горизонта, собираясь в едва видную точку. Дин ехал, не думая ни о чем — за столько дней в пути, да еще и наедине с собой он успел так надоесть самому себе, что хоть волком вой.

Машина — старая-добрая Импала-67, единственное, что осталось у него от семьи — гнала, исправно выдерживая скорость и послушно меняя передачи. Недавно с ней случились небольшие неприятности, и Дин был рад, что сейчас с Деткой все в порядке — хотелось бы думать, что он способен хоть что-то сохранить и сберечь.

До Лоуренса оставалось три дня пути.


.
✴ ✹ ✴
.

Забегаловка на заправке где-то в глуши Пенсильвании изнутри провоняла бензином и выхлопными газами. Дин, войдя внутрь, поморщился и мимолетно подумал, что поесть в машине было бы лучше. В салоне Импалы и то не так сильно пахло, как здесь, в этом небольшом зале с дюжиной потертых, но чистых столиков. Официантка — высокая светловолосая девушка — на ходу сунула ему в руки меню и направилась к столику с кувшином кофе. Видимо, Дин оказался не первым, кто замирал на пороге, но все-таки решал остаться.

За окном уже почти наступила ночь. Надо было бы дотянуть до мотеля, но Дин не рассчитал сил. Будучи не сильно уставшим, проехал мимо последнего, сверкавшего голубыми и красными огоньками и мигавшего зазывной алой стрелкой.
Понадеялся, что следующий попадется как раз вовремя, когда он еще не будет валиться с ног, но уже захочет отдохнуть. А в итоге Дин проехал уже миль сорок с того места, а по пути все еще ничего не попалось, кроме этой заправки с кафе «У Берни». Ну привет, Берни, удиви.

— Присаживайтесь, сэр, места есть, — настойчиво проговорила официантка, пробегая мимо него, все еще стоявшего в дверях, на кухню. — Не стесняйтесь, — насмешливо добавила она и скрылась за дверью, которая со скрипом вернулась в прежнее положение. Поймав себя на наблюдении за этим медленным процессом, Дин понял, что уже совсем не в форме, и дальше ему придется ехать очень осторожно, а лучше вообще отдохнуть в машине. Не впервой.

Он выбрал столик в углу и сел к залу лицом — так было спокойнее, когда все перед глазами. Раскрыл наконец меню и лениво пробежался взглядом по потертым, но все еще ярким страницам. Хотелось есть и пить. Было бы неплохо еще и выпить, но это могло стать его последним рискованным поступком — в таком состоянии он или выедет на встречку, или влетит в ближайшее дерево. Хотя, если все-таки подумать об отдыхе в машине, то почему бы и не взять бутылку пива?..

— Вы определились? — Дин подозревал, что у девушки — конец смены: форма на ней была уже довольно помятой, прическа — растрепанной, а вид в целом — усталый, но несмотря на это она казалась оживленной и действительно заинтересованной в том, чтобы Дин остался доволен. Не удивительно, что он невольно проникся к ней симпатией. — Я бы не советовала брать яичницу — сегодня Билли она удается не очень. А в остальном — у нас хорошие бургеры, особенно с беконом. Что-то заставляет меня думать, что вы любите бургеры с беконом, — улыбнулась (Дин бросил взгляд на бейдж) Энн-Мари, и, получив кивок в ответ, черкнула в блокноте. — Что-нибудь еще?

— Вы заказали за меня бургер, так может, и напиток выберете? — хохотнул Дин, на что девушка шутливо закатила глаза и ткнула пальцем в третью строчку снизу. — Молочный коктейль? Серьёзно? — воскликнул Дин, глядя на Энн-Мари почти восхищенно. Она тряхнула волосами, смеясь в ответ, и сказала:

— Я серьезно, мистер...

— Дин, просто Дин.

— Дин. Это самый лучший коктейль в округе.

— В округе нет других кафе, несложно ему быть самым лучшим, — заметил Дин, иронично глядя на нее. — И в конце концов, я взрослый парень, не к лицу мне тянуть через трубочку эту...

— Если скажете хрень — принесу вам яичницу.

— Смесь, — выкрутился Дин. Энн-Мари кивнула, принимая такой ответ. Подумала немного, а потом заговорщицким тоном произнесла:

— Я могу налить вам его не в стеклянный стакан, а в картонный, для пепси. Никто не узнает, что вы пьете, а вы сможете наслаждаться самым лучшим коктейлем в округе.

— А так ли он хорош, как вы его нахваливаете, мисс, — Дин вздернул бровь и откинулся на спинку диванчика.

— Попробуйте — и узнаете. А если серьезно, мне кажется, вам ни к чему пить десятую за сегодня чашку кофе. Я по лицу вижу, что вы уже уничтожили по меньшей мере полдюжины, а много кофе — вредно для здоровья и цвета зубов. В трех милях от нас стоит мотель, куда вам следует направиться сразу, как только вы выйдете отсюда, расплатившись по счету. И хорошенько отдохнуть. Будет досадно, если такой красавчик не доедет до места назначения, — Энн-Мари подмигнула и, взмахнув длинным светлым хвостом, убежала на кухню отдавать заказ.

Вот как. Дин не дотерпел всего три мили до долгожданной кровати.

Интересно, как давно Энн-Мари работала в этом месте, если так мастерски делала выводы по внешнему виду водителя? Дин не думал, что сам смог бы так точно определить свое состояние, если бы посмотрелся в зеркало, а она всего лишь пару раз на него взглянула.

— Да сколько можно! — воскликнул кто-то у стойки, за которой тучная женщина обслуживала посетителей. В ответ на вскрик она лишь подняла глаза от тарелки с заказом и раздраженно покачала головой, ничего не сказав. Дин попытался рассмотреть, что там происходило, но из-за широкой спины какого-то здоровяка ничего не было видно. — Что тебе надо?

— Мы с тобой позже поговорим, пидор. Ты же отсюда когда-нибудь выйдешь, — раздалось в ответ, и здоровяк отлип от стойки, направившись к выходу. Следом за ним из кафе вышли несколько мужчин, и Дин подумал, что запахло жареным. Ввязываться ни во что не хотелось, как бы руки ни чесались — усталость была сильнее, а всякие придурки пусть разбираются со своими проблемами самостоятельно.

Парень, оставшийся сидеть на высоком стуле, не произнес ни слова, но молчание его было таким выразительным, что хватало ума понять, какие чувства тот испытывал.

Дин смерил его внимательным взглядом, успев заметить запылившиеся кеды, потертые грязные джинсы, темно-синюю ветровку и огромный рюкзак на соседнем стуле. Сомнений, чей именно этот рюкзак, не возникало — парень то и дело поглядывал на него, проверяя, на месте ли.

Парень тянул кофе, и Дин немного завистливо сопроводил рассеянное движение, когда тот поднял чашку с блюдца. Вернув ее на место, парень зарылся пальцами в волосы, которые и до того напоминали гнездо, и опустил голову, видимо, начиная понимать, насколько сильно он вляпался. Даже против здоровяка у него не было шансов, а уж с толпой такому задохлику точно не справиться. Но — напомнил себе Дин — прежде всего кровать, а парень пусть хоть до утра тут сидит. Не выгонят же его? Да и заведение наверняка круглосуточное, а Дину-то никак нельзя вмешиваться в чужие разборки. Да и какой только херни в пути не происходит. В конце концов, может, этот чувак что-то спер? Или еще что? Может быть, плохо отсосал или не дал в зад, как договаривались? Парней-шлюх на дорогах много.

Подозревать в первом попавшемся парне проститутку было, наверное, не слишком вежливо, но Дин же не произнес этого вслух?

— Вот, держи, — Энн-Мари материализовалась словно из ниоткуда и поставила перед Дином тарелку с бургером. Откуда-то сверху на стол опустилась еще и картошка-фри, и на вопросительный взгляд девушка пожала плечами, мол, не парься. Дин не стал заморачиваться, а охотно набросился на ароматную еду, только сейчас понимая, насколько же сильно проголодался. Последний раз он ел... дайте-ка подумать... примерно девять часов назад, в каком-то старом придорожном кафе. Повелся на обилие фур на стоянке — водители-дальнобойщики в силу работы знали хорошие места, в которых можно было не бояться отравления. Ну, и вот сейчас, получается.

— А это — коктейль, — между тарелками оказался высокий синий стакан с матовой пластиковой крышкой и торчащей из нее толстой зеленой трубочкой. Замечательно. Хорошо, что не розовой.

— Спасибо. И можно сразу счет?

— Да без вопросов, Дин, — подмигнула девушка. — Сейчас принесу. Приятного аппетита.

— Спасибо, — повторил он и вгрызся в бургер. Ну, да, не обманула — и правда хорош.

Хотелось бы думать, что и номер в мотеле ему достанется. Если у официантки работа такая — всех направлять в мотель, то можно было подозревать, что свободных мест не будет, и Дину все равно придется спать в машине. После мечтаний о кровати не очень пригодное для сна сиденье казалось совершенным проклятьем. Без обид, Детка.

— Может, до утра посидишь? — спросила женщина у стойки, и Дин уже хотел было возразить, мол, какого черта я тут буду торчать, а потом понял, к кому она обращалась: тот парень поднялся на ноги и мотнул головой, отказываясь от предложения.

— Нет, мне надо ехать.

— Да на чем ты сейчас уедешь-то, дурень!

— Тачку поймаю или пешком пойду. У меня нет времени на эти глупости, я выбился из графика.

— А из жизни ты выбиться не боишься? Эти чудовища от тебя ничего не оставят, — женщина покачала головой, — я даже полицию вызвать не смогу, если что начнется — не успеют доехать.

— Значит, не вызывайте, — улыбнулся парень. Дин едва не фыркнул и, схватив стакан с коктейлем, присосался к трубочке. Надо же, и тут не обманула — потрясающей вкусноты напиток. — Я быстрый.

О, да. Дин закатил глаза и сделал еще несколько глотков, наслаждаясь вкусом. А когда снова посмотрел в зал — парня в нем уже не обнаружил.

— Ох дурной, — вздохнула женщина.

— А кто это?

— Да имя странное у него, не запомнила. Сидел тут часа два, потом этот бугай Джек пришел... Не знаю я, что не поделили, но теперь вот. Джек-то тут ничего не сделает, а вот на улице-то...

— А полиция?

— Да когда они приедут, — пожала плечами женщина, а Дин почувствовал к ней дикое отвращение, смешанное с сильной злобой. Вот оно, потрясающее американское сострадание! Вот оно, знаменитое участие! Вот та самая забота о ближнем! Тьфу, мерзость.

— То есть, сейчас этого парня будут бить на улице перед вашим кафе, а вы и пальцем не шевельнете? — Дин осклабился, предвкушая ответ, который его не разочаровал:

— Ну, я предлагала ему остаться до утра, он сам не согласился. Джек убрался бы отсюда, он не отличается терпением, — женщина принялась переставлять чашки и тарелки со своей стороны стойки, а Дин, швырнув на стол пару купюр — счета он так и не дождался, но и так наверняка переплатил — вышел, даже не обернувшись.

На улице было ветрено. Деревья, окружавшие дорогу и простиравшиеся далеко за кафе, шумели, и на фоне темно-синего неба, подсвеченного луной, угрожающе качали кронами. Дин поежился, когда его, словно волной, окатило песчаной пылью, и сощурился, высматривая компанию Джека. Дин понятия не имел, кто это такой, но был уверен, что этот мужик — донельзя неприятный тип. Урод-гомофоб с гомофобным окружением, и это обещало большие проблемы. Оставалось только решить, зачем самому Дину все это. Из солидарности? Справедливости захотелось? Шило мешало проигнорировать? Мало получал?.. Эти и другие безответные вопросы так и крутились в голове, когда Дин, высмотрев наконец небольшое скопление людей, направился к ним.

— Ну нет, это никуда не годно, — громко сказал он, уловив краем уха шепелявое «давай, давай, открывай, сука». Поморщился от отвращения и, засунув руки в карманы, дождался, пока на него обратят внимание. Толпа расступилась, и Дин успел заметить стоявшего на коленях того самого парня, выпотрошенный рюкзак которого валялся рядом на земле. Совсем близко стоял бугай Джек, удерживая того за челюсть и вдавливая пальцы в щеки. Даже сомневаться не приходилось, что тут должно было произойти. — Прямо так, на улице? Не боитесь колокольчики застудить?

— Уебывай отсюда, пока жив, — рявкнул Джек и так дернул рукой, что парень вжался лицом в его пах и попытался оттолкнуться руками от огромных ног, но тщетно. Мужик держал крепко, не спеша выпускать, а затем качнул головой, и его дружки закрыли Дину весь обзор. Он выпрямился весь, согнул ноги в коленях, упруго пружиня, и приготовился к атаке.

В принципе, Дин знал, на что идет. Так же, как и знал, что решил помочь этому придурку, едва Джек озвучил свою угрозу. Дин давно заметил за собой такое — желание помогать, защищать, вставать рядом плечом к плечу, но чаще получалось, что в ущерб себе. Правда, когда он пару раз наступил на горло необходимости помочь человеку, то после ему было намного хуже, чем когда он, полуживой, приходил в себя после драки. Поэтому, выбрав из двух зол меньшее, Дин, хоть и ярился на собственную натуру, но спорить с собой не спешил.

Сколько их? Пятеро? Пятеро и бугай Джек? Ха-ха, да разве сложно с ними справиться, с этими пропойцами, от которых несло немытым телом и перегаром? Пусть вид они имели вполне угрожающий, но стояли на земле не очень уверенно, и Дин подозревал, что любой мало-мальски сильный порыв ветра попросту снесет их с ног и они повалятся, как кегли после шара.

Дин успел мимолетно подумать, что не понимает, какого такого черта Джек делал здесь, в глуши, на трассе. Вряд ли поблизости было где жить, а значит, он каким-то образом добирался сюда. Видимо, не каждый день, но определенно регулярно. Зачем? Отжимать деньги? Насиловать? Почему его не посадили? Почему на него не пожалуются копам? Той тетке из кафе страшно или попросту лень? Обидно, что у такого вполне себе уютного заведения было такое отвратное дополнение.

Один из пятерых словно по заказу качнулся вперед, и Дин, увернувшись, выставил кулак так, что мужик напоролся на него солнечным сплетением. Согнулся в три погибели, схватившись за грудь в попытке глотнуть воздуха, и повалился на землю, точно под ноги следующему. Тот запнулся о грузное тело и полетел точно под удар, в который Дин постарался вложить все силы. Челюсть хрустнула, противник взвыл и, держась за подбородок, упал рядом с первым.

Остальные не спешили. Выглядели они теперь далеко не так уверенно, но гораздо более разъяренно, и это было только на руку Дину.

Что ж, начнем.

Третий ринулся на него, не сводя с него злого взгляда. Занес руку почти так, как нужно, чтобы свалить на землю одним хуком, но Дин сумел отскочить, схватившись за мелькнувший мимо лица кулак, и вывернул руку так, что неприятель взвыл от боли и досады. Дин заехал ему локтем в шею сразу под затылком, вырубая на несколько минут как минимум и почти нежно уложил рядом с первыми двумя.

— Смотри-ка, какой шустрый, — четвертый сплюнул под ноги и осклабился, оценивающе окинув Дина взглядом. — Думаешь, самый ловкий, да?

— Ну уж явно половчее этих, — пнув ногу одного из вырубленных противников, Дин легко склонил голову на бок и дерзко улыбнулся. — Они ж совсем бесполезные, — он сочувственно посмотрел на мужиков, — только бухать и могут.

— Да я тебе...

— Спокойно, Майк, — сказал четвертый, когда пятый дернулся, и Дин вперился в него внимательным взглядом, оценивая угрозу. — Не видишь — малец старается. Пусть еще попрыгает, так уж и быть. Все равно потом его никто не найдет.

— Ой, стра-а-ашно, ребят, — Дин улыбнулся еще шире. — Ну совсем как в боевике — вы мне угрожаете, а я должен напугаться и убежать, так? Или, — он сделал вид, что задумался, а сам тем временем быстро посмотрел за их спины, соображая, сколько у него времени, — наоборот: решить, что мне ничего не угрожает, и расслабиться?

— Что-то типа того, — раздалось из-за спины, и Дина обхватили крепкие руки. Он дернулся было — но бесполезно, повис как в тисках. На миг показалось, что его сдавило железное кольцо; он забился, пытаясь вырваться и напряженно глядя на приближающихся противников. Те выглядели очень довольными и совершенно определенно предвкушали скорое развлечение. И теперь угроза, что Дина не найдут, перестала казаться лишь угрозой, а превратилась в обещание. Ну, не сказать, что Дин остался совершенно равнодушен к их словам, но... Да и черт с ними, уж он-то выкрутится.

— Оу, — глухо отреагировал Дин, переставая сопротивляться. Хватка не ослабла — напротив, едва Дин расслабился, как тиски сжались еще сильнее, и он сдавленно охнул, поняв, что дышать стало трудновато. — Я... Я даже не знаю, вы меня сейчас убьете? А как же развлечься? Вон как ему хорошо, — он подергал бровями и попытался кивнуть в сторону Джека и парня. — В рот возьмет, явно хочет, весь слюной изошел. А мне?

— Ну ты и бойкий, — заржал один из мужиков. — Тебя тоже от пидорасни полечить? Да не вопрос, только попроси. — Дин не обратил внимания, кто именно это был, уставившись на то, как Джек словно в замедленной съемке расстегивал свой ремень, держа задохлика за волосы. И тому настолько претило происходящее, что он даже для сохранения жизни отказывался взять в рот. Не слишком-то похоже на поведение проститутки, кем его наскоро окрестил Дин. И да, именно сейчас было самое время делать подобные выводы. — Если Майк подержит тебя, то я, так и быть, присуну тебе, если уж так хочется.

— Боишься, что откушу? — Дин ухмыльнулся, за что получил кулаком в живот и бессильно повис на руках какого-то громилы.

— Я тебе зубы выбью, и кусать тебе будет нечем, — почти нежно проговорил тот, кто не Майк, и сжал пальцами подбородок Дина. — Губки хорошие, мне нравится. Как у девочки.

— Ты первый мне это говоришь, — выдавил Дин и усмехнулся. — Я даже не представлял, серьезно.

— Всё веселишься, — заметил не-Майк.

— Ну не плакать же, — пожал плечами Дин и попытался вдохнуть. — Чувак, ослабь хватку, давишь сильно. Ну, блядь, не понял?

— Да ты смешной, парень, — не-Майк потрепал его по щеке, а Дин извернулся и вцепился зубами в ладонь, оказавшуюся перед ним. Не-Майк взвыл, а Дин, пользуясь моментом, резко качнулся назад и двинул головой, попав затылком во что-то выпирающее. Позади оглушительно взвыли, руки ослабли, и Дин вырвался, в ту же секунду развернувшись и со всей силы саданув ублюдку по яйцам. Громила схватился за промежность и запищал нечто невразумительное, но Дин уже отвернулся, со всей силы вваливая не-Майку кулаком промеж глаз.

— Хочешь, — выкрутив ему руку и прижавшись щекой к виску, прошептал Дин, — я все-таки тебе откушу? Чтобы нихуя не думал больше куда-то свою херовину присовывать, а?

— Да пошел ты, — выдавил не-Майк, а Майк попытался обойти Дина со спины, но остановился, пригвожденный острым взглядом.

— Уебывай отсюда, Майк, — тихо сказал Дин. — Иначе тебе придется сожрать его член. Хочешь? — Дин пнул не-Майка под зад.

— Отвали, — взвыл тот, а Дин дернул ему руку. Раздался хруст, от которого по спине побежали мурашки. Не-Майк заорал, как резаный, и рухнул на землю. Его приятель свалился на задницу и пополз спиной назад, даже не пытаясь подняться. Дин, выпрямившись, проводил его взглядом и развернулся к Джеку и задохлику.

— Теперь, видимо, моя очередь, — не поднимая головы, проговорил бугай. Парень внизу дернулся, и Джек сразу же усилил хватку: — Ну-ну-ну, не шевелись.

— Любишь молодые тела?

— А кто их не любит?.. Ты решил и мне зубы заговорить? — Джек перевел на Дина тяжелый взгляд и выставил руку с пистолетом. — Боюсь, не вариант.

— Небольшой такой момент, — осторожно сказал Дин. — Гораздо приятнее, когда член берут в рот, а не дышат им через джинсы. Хотя, конечно, вкусы разные... — Джек снял пушку с предохранителя и сощурился. Дин поспешно выставил ладони вперед и качнулся с пятки на носок: — Тебя не пугает наличие свидетелей? Всех не убьешь.

— Они и не такое видели.

— Да я и не сомневался, — кивнул Дин. Как он и подозревал, Джек явно был постоянным гостем на стоянке у этого кафе. Но почему никого не волновало происходящее? Машины отъезжали и подъезжали, но Дина с валяющимися вокруг пьяными придурками словно отгородило стеной, из-за которой не доносилось ни звука. Водители отводили глаза и молча садились в кабины грузовиков или скрывались за дверями кафе, тренькая колокольчиком. Дин вскинул брови, когда один из приехавших прямо на них посмотрел, и усмехнулся, покачав головой: — Да ты, я вижу, всех тут запугал. Постоянно балагуришь, а?

— Дерзкий ты слишком, — заметил Джек. — Мое это место, мне и решать, что тут будет.

— В смыс... Ты хозяин? — воскликнул Дин, не веря собственной догадке. Сделал шаг вперед и замер, когда пистолет угрожающе покачнулся. — Ни хрена ж себе! И неужели никто не жаловался?

— А на что жаловаться? Делай что мне надо и живи спокойно, не так ли? — обратился Джек к парню. Тот что-то промычал, и у Дина мелькнула мысль, что, судя по виду, от Джека пахло отвратно. Парню было не то что не позавидовать — сочувствия не хватало, пора было что-то делать. — А так-то отец у меня в полиции, поэтому...

Джек настолько мерзко ухмыльнулся, что Дин едва удержался, чтобы не скривиться от отвращения.

— А тетка — в прокуратуре, дядя — в администрации города, а мать из ЦРУ прикроет твою жалкую жирную задницу? Да ты просто вселенское зло какое-то. Я думал, вас таких всех в Детройте Робокоп перестрелял, — легкомысленно произнес Дин и сделал еще один шаг вперед. — А парень должен был зад подставить по одному твоему повелению или всю компанию обработать, а? Ты в Бога заигрался, Джеки, так нельзя. Тяжело тебе придется.

— Ты, что ли, меня учить будешь? — Джек посмотрел ему прямо в глаза и Дин на секунду замер как кролик перед удавом. Во взгляде Джека появились торжество и презрение, он отвернулся, чтобы понаблюдать, как, управляемый рукой, парень все-таки расстегивает ширинку. И вдруг Дин бросился на бугая, тот направил пушку на него, но, увернувшись, Дин поднырнул под руку и сделал подсечку, отчего грузный Джек шумно свалился на землю, выронив пистолет. — Ах ты сука!

— Не могу отрицать, — улыбнулся Дин и, вскочив на ноги, замахнулся левой, чтобы со всей дури врезать Джеку по яйцам. Тот взвыл как безумный, отчего у Дина едва не заложило уши, и схватился за промежность, скрючившись в загогулину. Дин замахнулся еще раз и пнул Джека под увесистый зад, попав в чувствительное место за мошонкой, отчего бугай выгнулся, вытянувшись в струну, и прижал руки к заднице. Будто его пальцы могли чудодейственно залечить боль.

— Чего расселся? — рявкнул Дин и дернул парня за капюшон. — Быстро сматываемся!

— Подожди, вещи!.. — воскликнул тот и бросился подбирать выпотрошенный рюкзак, поспешно засовывая в него бумажник, свернутые в валики рубашки, испачканное в грязи белье, какие-то провода, наушники...

— Не хрен тянуть время, Господи. Если они очухаются, нам мало не покажется, — пообещал Дин и потянул вставшего парня за собой, схватив его за рукав. — Быстро-быстро-быстро!

Они добежали до Импалы, и Дин, дождавшись, пока парень неуклюже плюхнется на сиденье, рванул с места так, что только шины завизжали.

— Что ж, — через пару минут произнес Дин. — Я так думаю, что в мотель лучше не соваться.

— Я полагаю, нас там подстерегут... Или найдут, — перевел дух парень, а Дин, услышав его хрипловатый голос еще раз, не выдержал:

— Ты всегда так говоришь или тебе все-таки присунули?

— Всегда, — отрезал парень. Дин ухмыльнулся.

— Без обид, чувак, просто...

— Я понял. Не продолжай. И спасибо тебе...

— Дин. Меня зовут Дин.

— А я — … — парень помедлил, уставившись в окно, и Дин понадеялся, что тот все-таки не соврет. Причин говорить правду не было, тем более после случившегося. Кто знает, может быть, тот теперь считал, что попал из огня да в полымя, и жалел, что так запросто сел в машину к незнакомцу. — Кастиэль. Кас.

— Кас?

— Кас.

Парень не повернулся, чтобы что-то разъяснить, и Дин не стал приставать с расспросами. Вместо этого он вдавил педаль в пол, выжимая из Детки все что можно и нельзя, чтобы поскорее оказаться подальше от того места. Он был уверен, что погони не будет, а если и будет, то они смогут выкрутиться, потому что у них как минимум полчаса форы. Но Джек вряд ли оклемается так быстро, а Дин потому поспешил убраться со стоянки побыстрее, что опасался, как отреагируют остальные водители.

— Сколько тебе лет? — спросил Дин, чтобы не дать застояться тишине. Может быть, это было неправильно — Кас, замкнувшись в себе, явно не горел охотой пообщаться со спасителем. Дин надеялся, что тот не вспоминает, как вонючая джинса ширинки прижималась к его лицу. В свои годы он сам повидал немало и поклялся бы, что это — далеко не самое страшное. Кас, видимо, так не считал.

— Двадцать два, — тихо ответил Кас.

— Мне двадцать четыре, — кивнул Дин. — Ты куда едешь?

— Вперед, — сказал Кас. Дин хмыкнул и промолчал, давая тому настроиться на нужный лад. В конце концов, парня едва не изнасиловали, и ждать от него веселых рассказов о жизни было как минимум глупо. Но и давать Касу погрязнуть в мыслях о случившемся Дин не собирался. — Если ты меня довезешь до ближайшего города, то будет здорово. Я буду очень тебе благодарен.

— И это все? Никакого знакомства?.. Дорога длинная, парень, а в тишине я и так накатался. Скажу тебе по секрету — Детка, не слушай меня, — я уже даже от музыки подустал, а это чертовски о многом говорит. Поэтому даже если ты будешь нести околесицу, то спасешь меня от тоски, а нас троих — от аварии.

— Троих? — Кас настороженно обернулся на заднее сиденье, а Дин хмыкнул и погладил торпеду.

— Троих. Или ты думаешь, что Детка мечтает влететь в дерево? Я не для того ее берег.

— Оу, — обронил Кас и снова замолчал. Затем вздохнул и спросил: — Что ж, Дин, о чем тебе рассказать?

.
✴ ✹ ✴
.


Кастиэлю было двадцать два года, он перевелся на последний курс Гарварда и в данный момент, как и все студенты, был на каникулах. Он не любил подолгу слушать музыку, хотя иногда на него накатывало, и самой важной для него книгой, которая сильнее всего повлияла на его жизнь, оказалась «На западном фронте без перемен». Название Дину было знакомо, и он мог догадаться, что сюжет связан с войной, но остальное — неведомо. Все же, он не особо уважал книги.

Кас не любил путешествовать, любил физику и особенно оптику, поэтому его дипломный проект, вылившийся из курсовых работ под руководством профессора Сингера, касался именно ее. Профессор Сингер гордился им и пророчил большое будущее, но Кастиэль сильно сомневался, что в нем действительно есть то, что так нравилось профессору.

— Гарвард, — фыркнул Дин, едва Кас сделал паузу в потоке слов. — Серьезно? И у тебя преподает...

— Если ты назовешь это имя — я выпрыгну из машины на ходу, — мрачно предупредил Кастиэль.

— Не выпрыгнешь, — тоном «кишка тонка» ответил Дин и вдавил педаль в пол. Импала взревела и рванула по трассе так резво, как будто сама только и мечтала о скорости. — Но вообще мне хватает мозгов понять, что Роберт Лэнгдон просто персонаж фильма.

— Изначально он персонаж книги Дэна Брауна, — поправил его Кас, и Дин поморщился.

— Иди ты, умник. Я не люблю читать, так что откуда мне знать о том, кто там что накалякал.

Дин не смотрел в сторону Каса, но уловил, что тот повернулся к нему. И краем глаза он заметил удивленное выражение лица, и через секунду — сведенные брови и задумчивый вид.

— Я бы сказал, что ты многое упускаешь, но не стану — мало ли, вдруг ты выкинешь меня из тачки.

— Секунду назад ты сам порывался выпрыгнуть на ходу, так что изменилось?

— Даже предположить не могу. Быть может, увеличившаяся скорость?

— Пф, — фыркнул Дин. — Я-то думал, что тебя это не остановит.

Кас тихо рассмеялся, а Дин спрятал улыбку, наклонив голову. Воротник кожанки закрыл половину лица, но Каса, кажется, это не беспокоило. Он вообще порядком оттаял, когда понял, что Дин не собирается его ни к чему принуждать, хотя можно было поклясться, что Кас все равно прислушивается и присматривается к нему, пытаясь понять, чего ожидать. Если бы Дин сам знал, что можно от себя ожидать, он бы подсказал, а так тот был вынужден полагаться на свои собственные логику и чутье. По крайней мере, Дин мог гарантировать, что никакого изнасилования не будет.

А что касается чутья, то оно у Каса должно было быть будь здоров, потому что иначе на дороге не выживешь. Мало ли какая машина попадется? Интуиция — первый помощник у путешествующего автостопом. А еще — газовый баллончик, перочинный нож и остальное, такое же полезное для безопасности, если все-таки не подфартит и попадешь в неприятности.

— Так почему ты не любишь читать?

— Ну... — замялся Дин. — Не то чтобы не люблю, просто...

— Трудные многосложные слова, ужасающие конструкцией словосочетания, непонятный смысл, вложенный в предложения..? — протянул Кас, воспользовавшись паузой, на что Дин злобно зыркнул на него и, помедлив, ухмыльнулся:

— А вот теперь точно пришло время испытать твою ловкость и посмотреть, как ты выкрутишься, если я тебя сейчас вышвырну.

— Минутой раньше я бы испугался, — и бровью не повел Кас. — Но не читающие люди не могут считаться угрозой.

— Задавишь интеллектом? — скептицизм Дина так и лился из голоса, но толку не было никакого.

— Что-то типа того, — важно кивнул Кас.

— Ха-ха, — ответил Дин. — Но на самом деле мне немного не хватает времени на то, чтобы читать. Все-таки, лежать с книжкой на диване и тратить на нее часы, в течение которых я мог бы работать — это что-то как-то не то, тебе не кажется? Необходимо расставлять приоритеты. Вот тот же пресловутый Браун: я тащусь с его фильмов — ладно, это не его фильмы, это экранизация его книг — но так-то я бы извел на это дело пару дней, а тут посмотрел за два с половиной часа. И смысл не утерян, и история рассказана. Я считаю, что экранизации — это лучшее, что придумало человечество.

— Однако, — присвистнул Кас, подсунув под себя левую ногу и вольготнее развалившись на сиденье. Поворачиваясь к Дину, он случайно проехался торчащим коленом по ладони на рычаге передач. Машину слегка мотнуло, когда Дин от неожиданности дернул рукой на руле, но ход Импалы мгновенно выровнялся. — Спор о книгах и экранизациях может длиться вечно, гики тебя камнями закидают, если ты в их обществе скажешь подобное. Принято считать, что режиссеры и сценаристы обрезают самую суть, коверкая смысл и выпиливая то, что делает историю историей.

— А понятнее можно? — помолчав пару секунд, проговорил Дин. Кас беспрекословно подчинился, попытавшись объяснить доступнее:

— Гики — это фанаты комиксов, сериалов и прочей лабуды. Они играют в ролевые игры, занимаются творчеством, поклоняются как канонам, так и создателям канонов. Те же толкиенисты — я их имел в виду, говоря о закидывании камнями, — они не выносят все фильмы, что снял Джексон, потому что не на том сделаны акценты, не те подобраны актеры и не так рассказана история.

— Мне это почти ни о чем не говорит, — покачал Дин головой и рассмеялся: — Но я могу делать вид, что что-то понимаю в твоих словах. Среди нас умный только один, и это явно не я.

— Мне кажется, или среди нас есть кто-то чересчур самокритичный? — с неожиданной иронией проговорил Кас. — И все ты понимаешь, просто зачем-то прибедняешься. Ты не можешь быть настолько глупым!

— Вот сейчас обидно было, — сказал Дин. — Ты лишаешь меня права быть глупым. А если я хочу быть глупым? Если это мое призвание — делать глупости и по-глупому рассуждать на умные темы? В конце концов, глупость — это не значит плохо, глупости тоже имеют право на существование, а глупые люди тоже могут быть счастливыми. Знаешь ли. Биться насчет книг и экранизации это... Ну, глупо, ведь у каждого человека есть свое воображение и свои персонажи. И если режиссер попал в образ — то вуаля, поклонник доволен, а если нет — ну извините, не повезло. Так что нечитающим даже лучше, у них нет таких заморочек. Они пришли, посмотрели на готовое и ушли довольные, а не возмущенные тем, что кто-то посмел не угодить.

— Нечитающим — всего лишь проще, но просто не значит хорошо, — заметил Кас.

— Какие мы умные! — воскликнул Дин. — И чему вас только в Гарварде учат!

— Побеждать в спорах, — ухмыльнулся Кастиэль. — У нас есть курс ораторского мастерства. Но я не сказал бы, что тебя пришлось долго нагибать.

— Кто-то настолько самоуверенный, что сейчас определенно пойдет на своих двоих, — совсем не грозно пригрозил Дин. — И все-таки объясни, вот эти вот гики в чем им кайф биться за справедливость насчет этих книг и экранизаций? Они же и сами могут неправильно воспринимать книги, не так, как хотел автор. Ведь то, что создает человек, живет самостоятельной жизнью, и каждый, кто сталкивается, понимает это по-своему. Так как можно биться за это? У каждого свое мнение насчет всего.

— Если бы ты знал, Дин, как удачно сформулировал главную проблему среды гиков, — хмыкнул Кас. — И если ты после этого будешь утверждать, что глуп, то ты идиот.

— Я не утверждал, что я глуп. Это ты меня так назвал, — заметил Дин.

— И правда, - рассмеялся Кастиэль. — Но в любом случае, ты прав. Удивительную тему для разговора мы выбрали.

— А что не так? Зато я точно не хочу спать, а это, поверь мне, хорошо. Этому уроду Джеку может хватить дурости погнаться за нами, а он не последний человек в своем городишке. И если я смогу отбиться, то ты — вряд ли, уж прости, чувак. Так что надо гнать, пока можем. Если буду падать носом в руль, то есть старый-добрый рок, но долго я так не продержусь. Ты умеешь водить?.. Хотя, если честно, я не особо хочу пускать тебя вести мою Детку. Она не любит чужих.

— Нет, у меня нет прав. Я не фанат автомобилей.

— ...И поэтому путешествуешь автостопом. Заметь, я не спрашиваю, куда, я просто констатирую факт.

— Я не путешествую автостопом.

— Эм... Чувак, ты находишься в моей машине, я поймал тебя в забегаловке, ты с рюкзаком и явно добрался до того кафе не пешком. У меня плохие новости: ты путешествуешь автостопом.

— Я не путешествую, — Кас выделил голосом последнее слово. — Путешествие подразумевает удовольствие, я же никакого удовольствия не испытываю. И, прости, но я бы не хотел говорить на эту тему.

— Не вопрос, — согласился Дин.

Следующие несколько минут они провели в тишине. Импала разбивала темноту трассы, освещая дорогу слепящими фарами, и два рассеивающихся желтоватых треугольника скрывались в опускающемся тумане. Дин настроил радио, поймав привычную волну, и закачал головой в такт мелодии. Кас смотрел в окно и не шевелился, и, может быть, думал о цели своей поездки. Поза парня выражала совсем не веселье, и Дин впервые предположил, что с Касом помимо неприятностей у той забегаловки могло приключиться что-то еще.

Неотвратимо накатила сонливость. В конце концов, бодрость, искусственно поддерживаемая разговорами, должна была закончиться, как заканчивается заряд у почти севшего аккумулятора. Дин попытался проморгаться, чтобы проехать еще хотя бы парочку километров и выехать, наконец, за границу штата — казалось, что в Западной Виргинии опасности больше не будет. Как будто дурной Джек, если он, конечно, вообще за ними гонится, предпочтет остаться в Пенсильвании.

— Мне нужен сон, — сказал Дин. Кас вскинул голову и, окинув взглядом, согласно кивнул. — Но, боюсь, у нас проблемы.

— Это какие? — насторожился Кас. Дин чувствовал, что устал достаточно, чтобы не разбираться с чужими заморочками и страхами, а потому бездумно продолжил:

— Нам нельзя останавливаться в мотеле. Если нас преследуют, то, даже если мы оторвались больше чем на полчаса, выследить нас не составит труда. Детка — запоминающаяся машина, все мотели стоят у дороги, заехать и осмотреть стоянку — раз плюнуть.

— Окей, — осторожно протянул Кас. — И что ты предлагаешь?

— Заехать в лес. Подальше. Найти будет невозможно — тут достаточно густая листва, а если мы завернем поглубже в чащу, то будем в абсолютной безопасности. Никто не сунется на проселочную дорогу — в темноте не найти.

— Очень логично, Дин, — с долей сарказма сказал Кас. — Но мне кажется, это лучший выход, потому что на трассе нас действительно можно поймать.

— Рад, что ты думаешь так же.

Дин проехал еще пару сотен ярдов, выискивая съезд с дороги. Как назло, ничего не попадалось, но сдаваться смысла не было — рано или поздно должны были показаться грунтовые колеи. Так и вышло. Сбавив скорость и крутанув руль, Дин завернул направо и осторожно съехал вниз. Их обоих качало; Импала порыкивала, преодолевая кочки и ямы; капот задирался, казалось, до самого неба, а потом они будто катились с горки в ад, но в конце концов им удалось забраться так далеко, что сквозь листву нельзя было разглядеть редкие фонари трассы.

— Лезь на заднее сиденье, — потребовал Дин. Кас уставился на него широко распахнутыми глазами и сжал руки в кулаки:

— Что это ты собираешься...

— Спать, придурок. Мы замерзнем здесь — Детка остынет за пару часов, а ближе к рассвету самое холодное время. Так что устроимся на заднем сиденье. Жмемся мы друг к другу, чтоб теплее стало — знакомо?

Кас сглотнул и, не сводя с Дина внимательного острого взгляда, медленно кивнул. Закатив глаза, Дин перелез назад и, развалившись поудобнее, похлопал по сиденью рядом с собой. Кас явно не спешил составить ему компанию, на что Дин, раздраженно выдохнув, сказал:

— Я не имею привычки трахаться без интереса со стороны партнера. И я не намерен замерзнуть этой сраной ночью, так что тащи свою тощую задницу сюда.

.
✴ ✹ ✴
.


— Нам нужен завтрак, — протянул Дин, еще не успев толком проснуться. На плече тяжелым шаром лежала чужая голова. Справа от него, точно под рукой, вздрогнуло что-то приятное и пригретое, и над ухом раздался душераздирающий зевок. — Кас? Ты меня слышал?

— Дин, тебя сложно не услышать, — хмуро отозвался Кастиэль и приподнял голову с плеча. — Тебя и твой живот.

— Извините, принцесса, но мы проголодались — я и мой живот.

— И поэтому вам нужен завтрак, — заключил Кас. Он сел, оторвавшись от спинки сиденья, завел руки за спину и потянулся в разные стороны, пробуждая организм жалким подобием зарядки.

— А ты что, не будешь?

— Я не завтракаю, — коротко ответил Кас. Дин решил, что тот по утрам не особо разговорчив, и потому лучше расспросами не донимать. Хотя не то чтобы хотелось — утреннее дыхание его самого сейчас не радовало, так что нечего было множить мерзкий запах лишним открыванием ртов. По крайней мере, пока они оба не зажуют жвачку, лучше молчать. После вчерашнего перекуса в забегаловке и чертова молочного коктейля на языке сохранялся кислый привкус, и, подышав на ладонь, Дин даже смутился. Да уж, молчать — лучше всего.

— Угу, — отреагировал он и, не выбираясь из Детки, перебрался на переднее сиденье. На часах было около девяти, впереди намечался очередной день, полный бесконечной дороги, поэтому настроение у Дина стало ни к черту. Особенно ему не хотелось думать о финале своей поездки, но тот напоминал о себе с завидной настойчивостью. Приходилось отбиваться всеми силами, и лучшим способом был... Ну да, разговор.

— Я бы не сказал, что ночью было холодно, — вдруг сказал Кас, все еще оставаясь сзади. Дин, не оборачиваясь, хмыкнул:

— Ты раскусил мой способ затащить тебя на заднее сиденье! Бинго, чувак. Но на самом деле я просто накрыл нас своей курткой.

— Это вот этой? — Дин все-таки был вынужден посмотреть назад, и увидел, как Кас немного неприязненно держит в руках старую потертую кожанку. — Она валялась под сиденьем.

— Эм. Да, именно ею. Будь с ней осторожен, она мне дорога как память.

— Да? — с сомнением произнес Кас. — Ни за что не подумал бы. У нее вид, будто на ней плясали всю ночь. И не одну.

— Пожалуйста, — уже серьезнее попросил Дин, сжав руками руль и даже не замечая этого за собой. — Оставь ее там и лезь вперед.

Дин завел машину, прогревая мотор, и, дождавшись Кастиэля, который наконец-то уселся рядом, двинулся с места. Детку качнуло на первой же кочке, и Дин сбавил ход, переключил передачу и принялся внимательно всматриваться в дорогу, недоумевая, как он мог проехать сюда при свете фар. Сейчас только от вида такой кривой дороги хотелось, чтобы у Импалы нарисовались крылья и можно было преодолеть это безболезненно.

— Дин, а ты не думал, что нас могут поймать по пути к ближайшему заведению, где ты сможешь позавтракать? — вдруг спросил Кастиэль. — Они могли бы проехать вперед, а потом расставить засаду...

— Могли бы, — отмахнулся Дин, — но ручаюсь: им лень было это делать. Голову даю на отсечение: они проверили ближайшие мотели и, не обнаружив нас, вернулись назад ни с чем. Не думаю, что мы такие большие шишки, чтобы караулить нас день и ночь. Тебе так не кажется?

— Да, пожалуй, — согласился Кас.

— Если, конечно, среди нас не затесалась какая-нибудь крутая шишка, — задумчиво протянул Дин. — Я — точно нет, остаешься только ты. Скажи мне, Кастиэль, какого черта они вчера до тебя доебались?

Кас поморщился и отвернулся, уставившись в окно. Как раз в этот момент Импалу дернуло вперед и вправо, отчего Каса мотнуло точно в стекло, и он стукнулся об него виском.

— Осторожнее, — воскликнул Дин. — Сам видишь, дорога не айс. Минут через пять выедем на нормальную трассу. Или не через пять... Понятия не имею, как я вообще смог сюда заехать. Такое чувство, что именно над этим местом несколько дней лило как из ведра, а потом по этой дороге проехало друг за другом несколько фур. Это ж долбануться можно.

— Я ничего им не сделал, — сказал Кас. Дин замолк, хотя у него на языке вертелись еще несколько острых слов, и приготовился слушать. Хотя что-то ему подсказывало, что Кас не будет особо многословен — не в его характере. Вчера вечером он мог разболтаться от стресса, а так-то, судя по всему, парень по жизни — молчаливый наблюдатель. — Я искал машину — меня довезли до кафе, а дальше нам было не по пути. Там, где я живу, мой вид никого не удивляет. А этим нужно было, чтобы я был «более мужественным», как они сказали. Заявили, что я пидор, а я растерялся и не смог возразить. Потому что в Бостоне с этим проблем не было, я просто не распространялся и все. А теперь я понимаю, что им просто нужно было придраться к чему-нибудь, чтобы вывести на драку. Я не стал отрицать и сыграл им на руку, и у них якобы появился повод меня принудить к... чему-нибудь. И они не на шутку разошлись, дошло даже до... Ну, ты видел.

— А ты не хотел? — вскинув брови, преувеличенно изумленно спросил Дин. Кас зыркнул на него, а потом криво улыбнулся и неожиданно грубо продолжил:

— Да мечтал, не поверишь. Как увидел эту рожу — так и решил: все, возьму в рот, пусть даже не спрашивает.

— Вот именно, — важно кивнул Дин. — Вот именно это он и уловил, едва тебя засек.

— Да иди ты, — фыркнул Кас и рассмеялся. — И серьезно, Дин. Спасибо тебе. Ты пострадал из-за меня, и...

— Кто пострадал, я пострадал? Я тебе девчонка, что ли, чтобы визжать от тычка пальцем в бок? Еще немного, и это я решу, что ты — девчонка! Не хрен тут соловьем заливаться и сопли разводить, и так уже все вокруг в цветочках и бабочках с блестками.

— Как скажешь, — посмеиваясь, согласился Кас.

— И вообще, Кас: мы в Западной Виргинии, если ты не заметил. Проехали вывеску минуты три назад, пока ты слезно благодарил меня за спасенную девичью честь. Я тронут, серьезно.

— Дин, заткнись.

— Но почему же? Длинны ли твои косы, стройна ли твоя талия, чисты ли твои помыслы?..

— Дин, иди в задницу.

— И чему вас только в Гарварде учат!.. — напоследок воскликнул Дин и свернул на подъездную площадку около кафе, стоянка перед которым была заполнена машинами самых разных видов. Окинув ее беглым взглядом, Дин выцепил парочку семейных фургонов, и решил, что, раз уж и семьи тут едят, значит, им-то, простым смертным, и подавно можно перекусить. — Я думаю, что тебе нужны блинчики.

— Я не завтракаю, Дин, — терпеливо повторил Кас. — Но попить я бы не отказался.

— Тогда что может быть лучше крепкого кофе?

— Откуда в тебе столько чертового энтузиазма в девять утра?! — не выдержал Кас и вышел из машины, захлопнув дверь с такой силой, что Дин вздрогнул.

— Эй, — крикнул он, высунувшись из окна, и Кас, не успевший отойти далеко, обернулся: — С моей Деткой нужно быть нежнее, если не хочешь, чтобы она отдавила тебе ноги. А она может, поверь.

— Даже не сомневаюсь, — буркнул Кас и скрылся за дверью кафе. Дин завернул на стоянку и через минуту тоже оказался внутри заведения.

Что ж, тут было уютно. Яркое утреннее солнце, всю дорогу светившее им в затылки, пробивалось сквозь красные занавески, лучами ложась на столы и пол. Бело-красные клетчатые скатерти на столах казались чистыми и свежими, на них стояли таблички с сегодняшними акциями. Кас обнаружился в самом дальнем и темном углу кафе. Дин этому не удивился — тот, насупившись, как сыч, хмуро смотрел перед собой и словно гипнотизировал клетки. Дин хмыкнул и, улыбнувшись выскочившей на колокольчик девушке, прошел за нужный столик. Остальные посетители не обратили на них никакого внимания, поспешно и с аппетитом уплетая завтраки, и Дин даже сглотнул, почувствовав приятный аромат свежей яичницы с беконом.

— Ты случайно не вампир? Может, тебе лучше в пещеру? — почти ласково произнес Дин, со скрипом отодвигая стул с металлическими ножками и усаживаясь на него. Кас поднял сонный взгляд и открыл было рот, как вдруг рядом появилась официантка и тут же исчезла, оставив после себя два меню.

— Я просто хочу спать, — сказал Кас. — Я не могу просыпаться за три секунды, я...

— Да понял я, — отмахнулся Дин. — Сиди спокойно. Ты точно ничего не будешь? Тут есть блинчики с малиновым вареньем!

— Дин. Я же говорил...

— Завтрак — самый важный прием пищи за день, — занудным тоном проговорил Дин. Для полного образа ему не хватало разве что поучительно вскинутого указательного пальца.

— Да мне плевать. А ты... — Кас замолчал, осекшись.

— Раздражаю? — весело проговорил Дин.

— Да. Извини.

— Да забей. Я тоже не выспался, на самом деле.

— Не сказал бы, — заметил Кас и раскрыл меню.

— Да правда. Когда высыпаюсь, я спокойнее.

— Что-то не верится.

— Серьезно. Болтовня помогает мне сконцентрироваться. Не думаю, что ты был бы рад, если бы я влетел во что-нибудь, заснув за рулем, — ровно произнес Дин и обернулся, ища взглядом официантку. Та через секунду снова оказалась около них, доставая из кармашка на фартуке блокнот с карандашом. — Мне, пожалуйста, крепкий кофе. Очень крепкий. Самый крепкий. Чтобы крепче некуда, — сурово сказал он, глядя девушке в глаза. Та понятливо кивнула и черкнула строчку на странице. — Еще, пожалуйста, бургер с беконом и вот эти блинчики с малиновым вареньем.

— Дин, я же...

— Да я себе, не парься. А этому филину, пожалуйста, стакан воды и на всякий случай пару кексов.

— Хорошо. Спасибо за заказ, — официантка улетучилась, как не было, и Дин снова уставился на хмурого Каса.

— Спасибо, — буркнул тот. — И извини. Я могу быть груб по утрам, и я не хочу тебя обидеть, просто…

— Да забей. Мой брат по утрам вообще не разговаривал до первого кофе, иначе можно было схлопотать учебником в висок.

— Не разговаривал?.. То есть, раньше? А сейчас?

— А сейчас не знаю, — одними губами и очень быстро улыбнулся Дин и поспешил перевести тему: — Ты куда вообще добираешься?

— Да... — Кас помрачнел и снова уставился на скатерть. Та вскоре определенно должна была воспламениться или клетки — запрыгать под воздействием гипнотического взгляда. — Неважно. Все равно после завтрака мы разбежимся, так зачем тебе это знать?

— Разбежимся? — удивился Дин. — А с чего бы?

— Ну, ты меня выручил, и хватит этого, зачем со мной нянчиться дальше?

— Да причем тут нянчиться, — начал было Дин и замолчал. — То есть, ты не хочешь, чтобы я тебя подвез?

— Ну, как сказать, — задумался Кас. — С тобой определенно безопаснее, чем с кем-то другим...

— Потому что твоя честь на месте, — вставил Дин.

— ...и поэтому я бы, честно, хотел двигаться дальше с тобой, но мне совесть не позволит тебя использовать после всего.

— После всего, что было между нами. А как же прекрасная ночь под курткой? — Дин хлопнул пару раз ресницами и вздохнул. — И — нет, Кас, ты не прав, чувак. Ты вроде нормальный, но к дороге не приучен, и потому я уже как бы несу за тебя ответственность. И я бы хотел, чтобы ты был под моим присмотром, пока не попадешь в нужное тебе место. Так куда, говоришь, тебе надо?

— В Арканзас, — безнадежным тоном ответил Кас. — В Джонсборо.

— Ну это определенно судьба, — хохотнул Дин. — Меня ждут в Канзасе. Я могу поехать через Арканзас, а не Миссури, как намеревался, и тогда ты никак меня не стеснишь, — в голосе Дина было маловато радости, хотя, казалось бы, это хорошо, что не придется делать крюк. Но Дин насилу улыбнулся и схватил с подноса подошедшей официантки свой кофе, закашлявшись от первого же глотка.

— Как вы и хотели, сэр, — самый крепкий.

— Да, спасибо, — прохрипел он, поставив чашку на место. Девушка составила тарелки и стакан с водой с подноса на стол и снова оставила их наедине. Такое ненавязчивое обслуживание было Дину по вкусу. Хотя он привык, что в таких кафе девушки обычно более общительные, тем более если они только что вышли на смену. Но если вспомнить кафе с Энн-Мари, то лучше уж тишина, чем неприятности.

— Ты знаешь, — сказал вдруг Кас, и Дин исподлобья посмотрел на него, все еще пытаясь отдышаться после глотка кофе. — Пожалуй, я возьму твои блинчики.

.

.

.

_________________
У каждого есть мать‏.


Последний раз редактировалось Команда Евы 11 май 2015, 09:01, всего редактировалось 7 раз(а).

28 апр 2015, 01:09
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 дек 2014, 19:05
Сообщения: 80
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
.

.

.

— И как там, сложно? — спросил Дин, разваливаясь на кровати в только что снятом номере мотеля «Алые грезы». Непонятно, кто вообще мог придумать такое название. Наверное, кто-то, кому стоило стать писателем, потому что если бы Дин не валился с ног — опять, черт возьми — то он ни за что не остановился бы в месте с таким названием. Касу-то определенно было все равно — он рухнул на покрывало, упав лицом в подушку, и, игнорируя вопрос, сдавленно застонал. Дин его прекрасно понимал: от двенадцатичасовой дороги кажется, что отваливается все, а в первую очередь онемевшая от сидения задница. Они, конечно, останавливались на обед где-то часов шесть назад, но им обоим хотелось двигаться дальше, и потому не затягивали с едой. Зато теперь, преодолев столько пути, им вполне можно было отоспаться.

Дин надеялся, что утром он обнаружит свои деньги на месте. И что вообще проснется. Касу он иррационально доверял, и именно это доверие вызывало подозрение, потому что, ну, с чего бы? Парень, конечно, мог говорить правду, но мало ли? Доверяй, но проверяй. Плохо, что на проверку у Дина уже не оставалось сил.

Из леса не убежишь, безопаснее оставаться в машине и ждать удобного шанса. Из кафе тоже особо не смоешься, тем более когда тебе предлагают завтрак и довезти до нужного места только за оплату бензина. А вот сейчас, воспользовавшись сном Дина — несомненно, очень крепким сном — Кас вполне мог свинтить и оставить его ни с чем.

Хотя очень, очень хотелось довериться полностью. Но пресловутый опыт говорил, что нужно быть осторожнее.

— Я в душ, — едва ли внятно произнес Кас и со стоном приподнялся сначала на колени, а потом, подавшись назад, окончательно слез с кровати.

— Эй, — так же слабо ворочая языком, отозвался Дин и бессильно махнул рукой, почти не отрывая ее от кровати. — Я же первым хотел.

— Впервые слышу, — помотал головой Кас. — Я в душ и спать, а ты лучше сразу просто спать, потому что до душа не дойдешь, а я тебя, грязного, не понесу.

— Вот тебе и на, — вздохнул Дин. — Ты его везешь черт знает куда, а он даже до душа донести не может. Грязного.

— Не прибедняйся.

— Да куда мне, — Дин попытался поднять голову, чтобы посмотреть на Каса укоризненным взором, но затылок буквально налился свинцом, и оставалось только закрыть глаза, чтобы хотя бы немножечко отдохнуть, а потом найти в себе остатки былой мощи и затолкать себя под воду.

Он проснулся оттого, что кто-то к нему прикасался около шеи. Он чувствовал давление на груди, потом его погладили по плечам, потом до ушей донесся тихий вздох, а сквозь прикрытые веки алым просвечивало какое-то яркое пятно. Дин резко вытащил руку из-под одеяла и схватил кого-то, одновременно распахнув глаза.

Это был Кас.

Кто бы еще это мог быть?

— Какого черта? — выдохнул Дин и, удерживая Каса за руку, дернул его на себя.

— Ты чего? — удивленно и почти испуганно воскликнул тот.

— Это ты — чего? — грубо переспросил Дин и, нахмурившись, уставился в глаза Каса.

— Я тебя накрыл покрывалом со своей кровати, — раздраженно произнес тот. — Потому что ты развалился на своей и намеревался замерзнуть, а это вряд ли входило в твои планы на ночь. Ты вроде бы собирался просто выспаться.

— Надо же, какой заботливый, — буркнул Дин, отпуская руку. Кас резко поднялся и, окинув его недовольным взглядом, прошел к своей кровати. Дин пристально наблюдал за ним, а потому видел, как тот натянул футболку, и, не скидывая полотенце, попытался надеть трусы. — Да не стесняйся, я отвернусь.

— Я не стесняюсь, — еще более раздраженно отозвался Кас.

— Ну тогда тем более не стесняйся. Не будь идиотом — надень трусы по-нормальному. Для этого, конечно, придется снять полотенце, которым ты обмотался от пояса до пяток, но, надеюсь, ты это переживешь.

— Ты мудак.

— Нет, я просто хочу спать. Если тебе нужен этот ночник, то извини: я при свете спать не могу.

— ...Это настольная лампа, Дин, — после паузы ответил Кас гораздо спокойнее. — Я сейчас ложусь, — кровать заскрипела, и через секунду раздался щелчок. Свет погас.

— Завтра меня не буди, — попросил Дин. — Я сам проснусь.

— Да я и не думал...

— И не смей сбегать, хренов Кастиэль. Я тебя запомнил.

— Дин.

— Что?

— Спи.

.
✴ ✹ ✴
.


Время двигалось к полудню, а Кастиэль за час не проронил, кажется, ни слова. Отзываясь на вопросы Дина короткими междометиями, он смотрел в окно, и вскоре Дин отвязался от него, решив, что себе дороже.

На Кастиэле была надета пестрая рубашка поверх белой майки, и Дин не мог связать подобную клоунскую одежду с черной толстовкой, которая теперь покоилась где-то в рюкзаке на заднем сиденье. И становилось интересно, что же еще у Каса с собой, если он не запарился и прихватил такое? Может быть, губная гармошка, чтобы развеивать скуку? Или, возможно, Библия? Чтобы из крайности в крайность? Пока что Кас напоминал Джонни Деппа из «Страх и ненависть в Лас-Вегасе», не хватало только панамы и волос посветлее. Дин одолжил бы свои очки, чтобы образ был завершен.

Пользуясь тишиной, Дин позволил своим мыслям течь как им угодно, лениво размышляя о последних событиях. Джек был уже далеко, и сейчас казалось, что они столкнулись как минимум недели две назад. Так вышло, что все внимание Дина отдавал Кастиэлю, что, в принципе, легко объяснить: никаких других развлечений в машине не было. И теперь он задумался над тем, кто же такой Кас. Каким боком его потянуло в Джонсборо, насколько он там задержится, и... И почему он — такой: замкнутый, молчаливый и сильный. Дин не мог бы это описать другими словами, но Кастиэль был словно наполнен внутренней мощью, которую держал в себе, боясь расплескать. И поэтому вел себя так — порой чересчур спокойно, слишком тихо, преувеличенно незаметно. Дин не хотел его не замечать.

А может быть, у Каса просто была тайна, которую тот скрывал так тщательно, что боялся ненароком раскрыться. И оттого и вел себя так — странновато, немного заторможенно и следил за каждым словом.

— Сколько нам еще до Арканзаса? — неожиданно спросил Кас, даже не поворачиваясь к Дину. Его голос звучал скучающе, и тон был таким расслабленным, будто Каса ничто особо и не волновало.

— Часов двадцать в общей сложности, без учета сна и еды.

— Много, — выдохнул Кас и снова замолчал. Дин пожал плечами и включил музыку: не сидеть же в тишине, пока заморочки этого типа решили заявить о себе. Но через пару минут сделал потише.

— Ты куда-то спешишь?

— Да не то чтобы... Немного.

— К сожалению, колеса моей Детки не могут крутиться быстрее. Она и так делает все для того, чтобы твоя задница поскорее оказалась в Арканзасе, так что или потерпи, или выбирай самолет.

— Если бы у меня были деньги на самолет, поехал бы я с тобой? — резонно заметил Кас, и это неожиданно сильно резануло Дина.

— Ты бы предпочел самолет, само собой, — сухо ответил он. — И не вляпался бы в неприятности, и не ночевал бы в мотеле, и вообще у тебя все было бы в шоколаде, будь у тебя возможность полететь на самолете. Но у тебя такой возможности нет. Может быть, выберешь поезд? Это намного дешевле. Не факт, что быстрее меня, но вдруг?

— Дин.

— Серьезно, Кас. Ты спешишь, так почему со мной-то?

— Дин.

— Что, Кас?

— Тебе не нужно обижаться на мои слова.

— Кто еще обижается, — буркнул Дин. — Мне вообще фиолетово, мы с тобой два дня знакомы. Разбавил мне дорогу на кучу часов — и спасибо, что еще-то.

— Дин. Перестань.

— Да перестал уже.

Он уже сам не понимал, что именно его задело. В словах Каса был резон: если он действительно спешил, то на самолете было бы намного быстрее. Но в таком случае он не встретился бы с Дином, и, быть может, именно эта легкость, с какой Кас отвергал возможность знакомства, и оказалась той самой причиной для обиды.

— Извини, — буркнул он рулю, а Кас хмыкнул и ничего не сказал. — Я... Я обычно не истерю, как баба. Это... что-то на меня нашло.

— Не беспокойся.

— Ладно. Ага.

— Ага.

Они недолго посидели в тишине, пока Дин лихорадочно подыскивал подходящую нейтральную тему для легкой болтовни. Прошлое? Настоящее? Будущее? Семья, друзья? Музыка? Снова книги и фильмы? Учеба?..

— И как там, в Гарварде?

Кас ответил не сразу, и Дин поначалу решил, что никакой реакции вообще не дождется. Но — нет, спустя минуту Кас, кажется, составил устраивающий его ответ и емко ответил:

— Неплохо.

— М-м-м, — понятливо закивал Дин и покрепче схватился за руль. Ехать в тишине дальше не хотелось категорически, а музыка, хоть поначалу и показалась панацеей, теперь снова вызывала чуть ли не отвращение. — И что вы там делаете?

— Учимся? — предположил Кас, и Дин поджал губы. — Ну, на самом деле, там, серьезно, неплохо. Отличные преподаватели, куча дополнительных курсов, еще бы не такие зверские цены за обучение — вообще бы все прекрасно было.

— У тебя не стипендия?

— Стипендия, — кивнул Кас.

— И почему я не удивлен. Сэмми тоже поступил бы на стипендию, я уверен, — сказал Дин и замолк.

— А кто это — Сэм? — легко спросил Кас, не обратив, похоже, никакого внимания на заминку.

— Это мой брат, и я не хотел бы о нем говорить.

— Почему?

— Потому что я не видел его четыре года и понятия не имею не только как он сейчас живет, но и как он выглядит. Поэтому давай не будем касаться этой темы?

— Да как скажешь, — пожал плечами Кас и снова уставился в окно. — Я физику больше всего люблю. В Гарварде отличный учебный курс, много доступной литературы, которую больше нигде не найти, и если есть желание, то научиться там можно многому. Там сама атмосфера, кажется, вливает в тебя знания. И еще там очень красиво, архитектура поражает. Если бы я хотел быть архитектором, то не смог бы выбрать лучшего места для...

Сэм хотел поступать в Стэнфорд, когда Дин еще был рядом с ним. Сейчас же, спустя столько времени и не имея ни малейшей возможности узнать об успехах брата, Дин чувствовал себя виноватым. Поступил тот или нет? Неужели работает? Встретил ли кого-нибудь? Ему уже было двадцать, как минимум второй курс колледжа. Если, конечно, Сэм вообще пошел к своей цели, а не сорвался после ухода Дина.

— Дин?

— А? — опомнился он и напряженно посмотрел на Каса, который, в свою очередь, немного обеспокоенно смотрел на него. От этого взгляда внутри разлилось тепло и в машине стало немного уютнее, и Дин расслабился, все еще думая о своем.

— Ты чем занимаешься?

— Вообще?

— Ага.

— Машинами. Я автомеханик. Это... Ну, то, что я умею лучше всего.

— А что еще ты умеешь? — Дин не смог распознать тон, с каким был задан этот вопрос. Вроде бы, для простой вежливости в нем было слишком много заинтересованности, но с чего бы Касу им интересоваться?

— Выживать, — коротко ответил он. — Я год провел на улице. Точнее, не на улице — в Детке. Она мне домом была.

— О, — выдохнул Кас. — Понятно.

«Да что тебе понятно, — неожиданно зло подумал Дин, и нелепое тепло в груди исчезло, — тебе-то, золотому мальчику с будущим дипломом Гарварда».

Ему почти сразу стало стыдно за свои мысли, потому что, по логике вещей, вряд ли Кас от хорошей жизни сунулся на дорогу. Может быть, ему приключений захотелось, но обычно ребята, ищущие приключения, не так себя ведут. Они нарываются, провоцируют и обязательно закидываются чем-нибудь, как будто в обычном состоянии им тошно жить. И даже куролесить они могут, только сломав напрочь все внутренние тормоза при помощи веществ.

— Предлагаю сегодня вечером напиться. Сколько у нас времени на то, чтобы домчать тебя до Джонсборо?

— Какое сегодня число? — сосредоточенно спросил Кас.

— Пятнадцатое июля, — глянув на телефон, ответил Дин.

— Семнадцатого мне нужно быть там. Семнадцатое - крайний срок.

— И какого черта ты парил мне мозг, что мы не успеваем? — моргнул Дин, возмущенно глядя на Каса.

— Ну, знаешь... Считай, что я люблю перестраховываться.

— Считай это саботажем, но сегодня мы напьемся.

— Да что угодно, Дин, — вздохнул Кас. — Лишь бы мы приехали вовремя.

.
✴ ✹ ✴
.


Бар был выбран по принципу «лишь бы что-нибудь наливали». Желательно, конечно, не паленый виски и не разбавленное пиво, но это уж как карта ляжет, потому что за стойку проверить никто не пустил бы.

Дин уверенно вошел внутрь бара, оформленного в агрессивных красно-черных тонах. По периметру помещения, по стене, на уровне пояса, шла ярко-алая широкая полоса. Так же в алый были выкрашены плинтуса и некоторые потолочные балки. Несмотря на первоначальную уверенность, Дин немного растерялся, столкнувшись с таким интерьером. Но виду не подал, потому что позади него шел Кас, который явно не был завсегдатаем подобных мест. Не хотелось ударить лицом в грязь.

— Пойдем за столик или сядем у стойки? — небрежно спросил Дин, обернувшись так неожиданно, что Кас в него врезался и одарил недовольным взглядом.

— Мне все равно, — сказал он и, чтобы пресечь возражения напрягшегося Дина, добавил: — Но не думаю, что мешать людям делать заказы — это хорошая идея, поэтому, мне кажется, лучше занять столик.

— Да что ты... Аргх, — вырвалось у Дина, он закатил глаза и покачал головой, словно недоумевая, как мог вообще связаться с таким парнем. Вроде бы и развязный когда не надо, и такое словечко употребить мог, что Дин потом пару минут думал, где тот мог такого нахвататься. А потом становился каким-то святошей и говорил, словно по учебнику классического английского с этим «не будете ли вы так любезны». Не будете ли вы так любезны поднять свой толстый зад со стула, мэм? Смешно.

— Что-то не так, Дин? — озабоченно спросил Кас, на что Дин просто помотал головой и, облокотившись на стойку, черную с красной полосой посередине, постучал ладонью, привлекая внимание отсутствовавшего бармена.

— Понятия не имею, кому бы мы мешали делать заказ. Бар полупустой.

— Время восемь, — пожал плечами Кас и замолк, будто это все объясняло. Но неожиданно продолжил: — Вся движуха начинается после одиннадцати.

— Откуда ты знаешь? Ты не похож на завсегдатая баров.

— Разве? — ухмыльнулся Кас. — Мне кажется, ты многого обо мне не знаешь. Трудно узнать человека досконально за какие-то двое суток, половину из которых ты спал.

— Эй! — возмутился Дин. — Я часами сижу за рулем, отрывая зад, только чтобы отлить и пожрать, мог бы и поуважительнее, чувак.

— Да я разве что-то говорю? — с улыбкой произнес Кас. — Мне хватает ума понять, что ты устаешь.

— Хорошо, — почти величественно кивнул Дин. — Да где бармен?

— Да вот я, — раздалось совсем рядом, и перед глазами появился высокий светловолосый парень в фирменной футболке с логотипом бара. — Что будете заказывать?

— Мне — виски, ему...

— Блинчики, — кивнул Кас, на что Дин, вытаращив глаза, изумленно воскликнул что-то вроде «А?». — И Кровавую Мэри. Только без специй, пожалуйста, её и так пить невозможно, а со специями — вообще только травиться.

— Как пожелаете, — хмыкнул бармен. — Это все? Блинчики с чем? И придется подождать: такое, хотя и есть в меню, заказывают редко. Обычно ограничиваются японской кухней и сухариками с чесноком. Так с чем, простите?

— С малиновым джемом. Пожалуйста.

— Кас, ты... Ты не мог, ну там, завтрака подождать? — приглушенным голосом проговорил Дин, пока бармен выполнял заказ. — Ты собираешься есть чертовы блинчики и пить Кровавую Мэри?

— Я весьма эклектичный человек, — со смешком ответил Кас.

— Серьезно? — Дин приподнял брови и надеялся, что сейчас выглядит не очень жалко. — Хотя что это я. Учиться в Гарварде и ехать автостопом вместо семейного авто — это говорит само за себя.

Бармен, делавший вид, что не прислушивается к их разговору, принялся отмерять водку и томатный сок. Дин наблюдал за ним одним глазом, пытаясь проследить, чтобы все было сделано правильно и в напиток не попало ни крошки из пакетика с приправами. Кто вообще делает Мэри с приправами? Что за хрень?

— У моей семьи нет семейного авто. Как и семейного бизнеса. Я же сказал, что получил полную стипендию.

— Да, я помню. Просто не мог удержаться и оставить это без внимания, сам понимаешь.

— Если честно, то не очень.

— Забей, — улыбнулся Дин, чувствуя себя немного неловко. Кастиэль смерил его внимательным изучающим взглядом и, едва заметно хмыкнув, отвернулся, выискивая им столик. Впрочем, выбор был огромен: полупустой зал так и манил, обещая покой и уединение где-то в глубине полумрака. Дин надеялся, что Кас выберет что-то подальше и поуютнее, но не собирался оспаривать его решение. К сожалению, Каса привлекло местечко поближе к свету, и Дин едва успел отвернуться, чтобы проверить готовность напитков, как Кас уже удобно устроился.

— Вот ваши заказы. — Дин отвлекся на бармена и, расплатившись, присоединился к Касу. Постаравшись сесть лицом к залу, он повел плечами, пытаясь расслабиться, и сделал глоток виски. Кас же глотнул коктейль и прикрыл глаза.

— Да, теперь хорошо, — протянул он и, дернув головой, хрустнул позвонками. — Вот так совсем замечательно. Как виски?

— Покатит, — хмыкнул Дин. — Пил и лучше. Но чтобы напиться — самое то.

— Ты только сильно не напивайся, дорогой, — сказал вдруг Кас, а Дин, именно в этот момент пригубивший напиток, прыснул, поперхнувшись, и закашлялся. — Нам еще домой добираться, — невозмутимо продолжил Кастиэль и равнодушно посмотрел вокруг.

— Я помню про сроки. В любом случае, завтра не позже полудня выметемся из мотеля и поедем в Арканзас. С учетом сегодняшних часов, ехать нам осталось не больше десяти. А может, меньше. Пришлось местами нарушить ограничение скорости, но повезло.

— Да, я заметил, как ты гнал, — кивнул Кас. — Спасибо. Мне важно успеть вовремя.

— Я так понимаю, что ты хочешь говорить об этом так же сильно, как я о Сэме? — протянул Дин, сверля его пристальным взглядом.

— Примерно, — коротко ответил Кас и отвел взгляд. — Я бы вообще не хотел говорить о...

— О жизни, — кивнул Дин и салютнул стаканом. Виски ударился о прозрачные стенки, и несколько капель упали на столешницу. Дин сделал вид, что не заметил, но Кас стер капли ладонью и вытер руку о джинсы. Дин никак это не прокомментировал. — Я, если честно, тоже не горю желанием тащить в наши прекрасные отношения свое прошлое. Пожалуй, хватит того, что я и так по глупости рассказал. Вроде о годе жизни в Импале и младшем брате.

— Дин...

— Да брось, Кас. Ты прав, без шуток. Сейчас мы доверимся друг другу, размечтаемся, привяжемся, а потому придет время расставаться — ведь я же все равно тебя довезу до Джонсборо, чего бы мне это ни стоило — и нам обоим будет больно. А так — просто Кас, просто Дин и ничего больше. Можем даже, если хочешь, нафантазировать себе жизнь. Кем мы не стали, а всегда хотели. Почему бы и нет? Ты никогда не узнаешь, что я сказал тебе неправду. Это почти русская рулетка — правда или ложь, реальность или выдумка. Правда ли у меня есть брат? Правда ли ты учишься в Гарварде? Может быть, мы начали эту игру еще до того, как заговорили о ней?

— Дин, ты очень одинок? — в лоб спросил Кас, и Дин осекся и почувствовал, что весь хмель, который вот только-только вскружил ему голову, куда-то выветрился, а на языке остался горький привкус. В груди стало пусто, как будто кто-то пробил грудную клетку и создал там черную дыру. Он даже коснулся джинсовки, чтобы проверить, цела ли та.

— А какая тебе, мать твою, разница? — тихо, но жестко спросил Дин, чуть наклонившись вперед. Щеки пылали — ему казалось, что его поймали на самом стыдном, самом позорном занятии, как будто мама зашла в комнату и застала за дрочкой. Только сейчас Дин чувствовал себя еще уязвленнее, потому что Кас, того не желая, умудрился ударить в самое больное место. Дин сам себе не признавался в том, что одинок, что хотел бы компании. Что цеплялся за Каса, как черт знает кого, как за спасительную соломинку, которая может хоть на пару дней подарить ему ощущение нормальной жизни. Дин устал быть один. — Какая тебе, блядь, разница?

— Просто...

— Просто, Кас? — воскликнул Дин. — Просто? Да нихуя ничего не просто! — толкнув стакан по столику, Дин вскочил на ноги и вылетел из бара на свежий воздух, боясь, что если этого не сделает, то наговорит кучу опасных вещей. А этого не хотелось. Кас не заслужил грубости. Кас составил ему компанию на двое с половиной суток, и за это ему спасибо. А теперь... Видимо, раз тот заговорил об этом, Дин вел себя слишком навязчиво. И теперь Кастиэль наверняка хочет свалить. Может, отсюда, из какого-то занюханного городка, — Дин даже не запомнил название при въезде — ему будет удобнее ехать на автобусе? Да черт возьми! Откуда столько ерунды в голове, ведь не прыщавый пацан уже?

В последние дни он сам себя узнать не мог, а его эмоциональные реакции были настолько идиотскими, будто у него того и гляди член отпадет и вырастет вагина. Вот уж к черту! Нужно возвращаться обратно.

Дин толкнул дверь в бар и, почувствовав резкое сопротивление, догадался, что за ней кто-то стоял. Судя по возгласу, вполне болезненному, Дин только что кого-то ударил. Замечательное дополнение к его настроению и вообще сегодняшнему вечеру, который должен был быть совсем другим. Веселее, как минимум.

— Оу, — выдавил он, осторожно войдя в бар и увидев, как Кас — ну конечно, кто же еще — потирает лоб. Увидев Дина, Кас вздохнул и сразу стал расслабленнее, его взгляд смягчился, а через секунду снова стал настороженным.

— Я думал, что ты решил свалить.

— И оставить тебя здесь, — на полном серьезе кивнул Дин. — Как хорошо ты обо мне думаешь.

— Ты с такой реактивной скоростью выскочил отсюда, что я удивился, не услышав визга шин твоей Детки. Был уверен, что ты...

— Да я с первого раза понял, — поморщился Дин, не желая еще раз слышать о своем мужском провале. Мужчины так себя не ведут — это все, что он усвоил от отца. Минимум эмоций — максимум дела. Пока что получалось наоборот, и с этим нужно было бороться.

— Я не хотел тебя задеть, — спокойно сказал Кас. И было что-то такое в его голосе, что Дин поверил ему. Кас смотрел открыто, немного нахмурившись, его сине-серые глаза казались сейчас темно-синими из-за какого-то дурацкого освещения. Кас вдруг склонил голову набок, изучающе глядя на Дина, и неуверенно улыбнулся. И Дин решил, что именно сейчас тот показал себя настоящего. Не раздолбаем, не заучкой, а таким — пусть тихим, немного робким, но действительно очень сильным.

От Каса просто веяло мощью. То ли давала о себе знать его сила духа, то ли еще что — но Дин, к своему стыду, порой не знал, чего от него ждать, и было непонятно, как себя вести. Обычно Дине не был болтуном, больше молчал, но рядом с Касом начинал нести чушь и совершать бредовые поступки. Например, предложил отвезти незнакомого человека почти через полстраны.

Понимание пришло внезапно, словно холодной водой окатило, - Кас ему нравится. Во всех смыслах.

— Пойдем за столик. Тебе нужно приложить ко лбу что-нибудь холодное, а то будет фингал.

— Не так уж сильно ты меня и задел, не льсти себе, — фыркнул Кас и прошел вперед, а Дин удивленно посмотрел ему вслед и вдруг подумал, что Кас-то и не догадывается, что мир Дина только что перевернулся.

— Это всегда можно исправить, — вызывающе проговорил он вслед. И добавил: — Дорогой.

Кас обернулся и, подхватив свой коктейль, салютнул им Дину, словно с чем-то поздравляя. Дин рассмеялся и поспешил отхлебнуть виски, чтобы расслабиться и позволить событиям течь как им вздумается. И теперь контролировать что бы то ни было Дин официально отказывался.

.
✴ ✹ ✴
.



— Я не собирался напиваться настолько, — пробормотал Дин Касу на ухо, когда, попытавшись встать, чтобы сходить в уборную, повалился на него. Кас удержал его за предплечья и помог устоять на ногах, за что Дин был ему очень благодарен.

— По-моему, ты собирался именно напиться. Неужели есть несколько степеней? — стараясь говорить внятно, медленно произнес Кас. Дин фыркнул и, хватая его за руки, рассмеялся:

— Конечно. И мой уровень — еще не самый последний. Вот однажды мне довелось напиться до последнего уровня, и наутро я ничего не помнил и не соображал от боли в башке. А до этого, кажется, оставил свой желудок где-то над толчком...

— Ясно, — хмыкнул Кас. — Не хочешь проветриться? Можно выйти на свежий воздух. Если сам не дойдешь, я тебя доведу. Ты только свистни.

— Эй, не так уж у меня все плохо, — почти возмутился Дин, но решил последовать совету. Придерживаясь за спинку стульев, он выбрался из гущи столиков и нетвердым шагом направился к выходу из бара. В принципе, задача не казалась такой уж невыполнимой, и вообще все было просто — идти по полу, смотреть прямо и стараться ни во что не врезаться. Если бы только еще люди не ходили. — Уоу! — воскликнул Дин, уклонившись от человека, взмахнувшего рукой. Мир покачнулся, но Дин удержался и не покачнулся вместе с ним.

— Ты там как? — прокричал ему в спину Кас, но Дин не рискнул оборачиваться, боясь потерять равновесие. Равновесие было сейчас как никогда важным. Он попросту махнул рукой, для чего её пришлось оторвать от стены, которой касался кончиками пальцев. Вроде как связь с реальностью, если угодно, чтобы не улететь в в неизвестность и не остаться болтаться в небесах гелиевым шаром в форме Микки Мауса. Или даже Гуффи.

— Все нормально, — сказал Дин себе под нос. — Нормально.

Он как раз проходил мимо колонки, когда из неё раздался оглушающий проигрыш. Музыка в баре играла хорошо знакомая — старый-добрый рок, местами в современной обработке, а что-то и вовсе перепетое, но сейчас Дина это устраивало.

— Осторожнее, — воскликнул кто-то, но Дин не смог ни распознать по голосу, ни определить по лицу, какого пола был возмутившийся. Дин кивнул на всякий случай и продолжил идти, тем более что оставалось пробраться всего лишь через две компании человек по пять и футов двадцать расстояния. Да раз плюнуть, разве нет?

Оказалось, что нет.

В ту самую секунду, как он проходил мимо первой из двух компаний, кто-то, в порыве оживленного рассказа, взмахнул рукой. Дин дернулся, стараясь избежать удара, и его качнуло в сторону, отчего он отлетел на какую-то девушку, свалил ее на пол и сам оказался сверху, устроив руки точно у нее на груди.

— Оу, — глупо ухмыльнувшись, проговорил Дин и улыбнулся, как ему казалось, вполне обворожительно, но девица поморщилась и отвернула лицо. Самого Дина подхватили за руки и развернули, после чего он встретился взглядом с очень разъяренным парнем. — Привет, чувак.

— Ты лапал мою девушку! — пьяно выкрикнул тот и замахнулся. Дин попытался было высвободить руки, но его держали двое, и все стало как-то уже совсем не смешно. — Ты, урод!..

— Да не лапал я ее, на хрен она мне сдалась, — необдуманно фыркнул Дин. — И я не урод, знаешь ли, — добавил он досадливо. — Сам ты урод, мудак!

— Ты лапал мою девушку! — еще раз прокричал парень и на этот раз уже ударил. Да так сильно, что голова Дина едва на отлетела, и он взвыл, почувствовав, что из глаз на полном серьезе посыпались искры. — Ты, урод, за все ответишь! Не хуй было лапать Мередит за сиськи! Козлина!

— Эй-эй, — выдавил Дин, морщась от боли. — Эй, я не...

Но вместо разговора он снова получил удар в челюсть, и двое на этот раз его не удержали. Дин свалился на пол им под ноги и уже приготовился к тому, что ему под ребра начнут вбиваться тяжелые ботинки, как вдруг вместо этого он услышал: «Какого черта тут происходит?!».

После этого события стали развиваться по неожиданному сценарию. Потому что Кас, проявив недюжинную смелость, ворвался в самую гущу разборок — Дин снизу видел, что вокруг них собралась толпа — и, вовсю размахивая кулаками, пытался метелить тех, кто бил Дина.

Кастиэль охотно и умело отвечал ударом на удар, сражаясь с парнем Мередит. Сама Мередит что-то визжала точно над Дином, и, если бы ему было интересно, то он, чуть подняв взгляд, смог бы даже рассмотреть ее трусики. Но так сложилось, что Дина не интересовала женская промежность от слова совсем.

— А это еще что за ушлепок, — раздалось рядом, и Дин поспешил найти равновесие и принять участие в разборках. Сразу же получил по уху, но разве подобным его остановить? Вместо этого он, развернувшись, засадил обидчику с ноги по яйцам и, когда тот наклонился, зажал его голову локтем и принялся выкручивать руку. Парень заорал и начал колотить Дина по ногам. Дин нашел взглядом Каса, тот в ту же секунду посмотрел на него, и они, кажется, поняли друг друга без слов. Посерьезнев, Дин кивнул, и Кастиэль тоже кивнул, показав глазами на толпу вокруг них. Дин широко улыбнулся, чувствуя себя счастливым до безумия, и только сейчас почувствовал, что лицо у него в крови. А и черт бы с ним!

Пора было выбираться.

Дин отпустил типа, которому выкручивал руку, и толкнул его в толпу с такой силой, что несколько дерущихся повалились на пол. Со всех сторон донесся пронзительный девичий визг, посыпались короткие и почти неощутимые — уж после мужских-то кулаков — удары, и Дин с Касом выбрались из кучи, оставив драку на самом интересном месте.

— Пошли на хрен отсюда, — воскликнул Дин и шмыгнул носом. Это не помогло, и он утер нос рукавом, едва не взвыв от резкой боли. — Только не говори, что он сломан!

— Хорошо, не скажу, — согласился Кас и, схватив Дина за руку, выскочил на улицу. Крики и грохот в ту же секунду прекратились — тяжелая дверь отрезала их двоих от катавасии внутри, а Дин наклонился вперед, упершись руками в колени, и попытался отдышаться. Пока что боль чувствовалась мало, алкоголь притуплял ощущения, адреналин тоже помогал, но он знал, что скоро его накроет. Лицо уже начинало гореть и пульсировать, под лопаткой пекло и тянуло, а сделав пару шагов, Дин обнаружил, что с какого-то хера еще и прихрамывает. Охуительно.

— Ты-то цел? — спросил он, косясь на идущего ровным шагом Каса. Тот пожал плечами, и это можно было расценивать и как «все нормально, ничего не болит», так и «все нормально, переживу». Дину было важно услышать конкретный ответ на поставленный вопрос, поэтому он спросил еще раз: — Ты цел?

— Да нормально все, — бросил Кас. — Переживу. Тебе больше досталось, поверь. Выглядишь ужасно.

— Да, достижение, — хохотнул Дин и тут же схватился за бок.

— Не хило ты получил.

— Да я и сам не знал, а сейчас столько открытий чудных происходит, что сам не верю своему счастью, — кисло заметил Дин. — Хорошо еще, что мотель под боком. Ты, кстати, заплатил за выпивку?

— Зачем? Я забрал еще и бутылку с чужого столика, — Кас широко улыбнулся и продемонстрировал Дину добычу. Дин расхохотался, тут же громко застонав и скрючившись от боли. — Насколько плохо? — спросил Кас.

— Переживу, — язвительно ответил Дин. И, сменив тон, добавил: — Не в первой, так что не парься.

До мотеля, показавшегося из-за поворота, оставалось минуты три ходьбы. Огоньки зазывно подмигивали, освещая название, кое-где трещали перегоревшие лампочки, и все это напоминало цветомузыку в дешевом клубе. Дин опустил глаза вниз, стараясь следить за дорогой.

— Я, кажется, протрезвел. Вот что адреналин животворящий делает, — заметил он, а Кас только хмыкнул. Добавить было нечего, и Дин замолчал. Внезапно очень захотелось оказаться внутри номера, потому что ночью на улице было холодно, несмотря на лето и жаркие дни. Руки покрылись мурашками, и его всего передернуло, когда мороз прошел по коже.

— Мне кажется, у тебя отходняк, — сказал Кас, а Дин повел плечами, словно отмахиваясь от ответа. Но все-таки проговорил:

— Он и есть. Пошли скорей в мотель, пока меня не закоротило прямо на земле, — все это было произнесено под занятный ритм, отбиваемый зубами, потому что Дина не на шутку развезло.

Кас выудил ключи из заднего кармана джинсов Дина, повинуясь подсказке в виде кивка назад и легкого поворота задницы. Замок покорно щелкнул, и дверь с легким скрипом приоткрылась. На них повеяло запахом средства для чистки полов — или стен, или белья — и через мгновение Кас, пропустив Дина вперед, закрывал за ними дверь.

Поставив бутылку на тумбочку около одной из кроватей, Кас рухнул на покрывало и, раскинув руки в разные стороны, расхохотался. Дин, прищурившись, недобро на него посмотрел и, закатив глаза, прошел ко второй постели.

— Как ты думаешь, я переживу душ? — задумчиво протянул он, спрашивая у шкафа, через приоткрытые дверцы которого виднелись сложенные в стопочку полотенца.

— Если только не горячий, — ответил вместо шкафа Кас, и Дин обернулся: тот лежал, прикрыв глаза, и теперь только лениво улыбался, забыв о громком смехе. Дин усмехнулся, на этот раз даже не обратив внимания на промелькнувшую боль, и скользнул взглядом по телу Каса, заметив все, на что раньше не обращал внимания. А может быть, обращал, но не придавал значения. Например, длинным ногам. Впалому — пока лежит — животу и тазовым костям, на которых натянулась джинса. Майка удачно задралась, оголив полоску бледной кожи с темными волосками над самым лобком, и Дина вдруг как ударило — жар прилил в щекам, горячий поток рванул по венам и стало сложнее дышать. Кас не носил трусы?

Взгляд Дина, пусть он насильно и отворачивался, то и дело возвращался к оголенному месту внизу живота. Вдруг Кас совсем не изящно почесал грудь, отчего майка еще больше подскочила вверх, и Дин теперь увидел подтянутые мышцы пресса которые напряглись, едва Кас приподнялся на локтях и вопросительно уставился на Дина.

— Что? — спросил Дин, уходя в оборону.

— Ты собирался в душ.

— Точно, — кивнул Дин и, схватив первое попавшееся полотенце, влетел в ванную комнату.

— Только не горячий! — прокричал вслед Кас, и Дин с грохотом захлопнул дверь. Где-то в стене что-то посыпалось, но, решив это проигнорировать, Дин включил воду и вовсе не вскрикнул, когда дверь внезапно толкнула его вперед, и в ванной оказалась взъерошенная голова Каса. — Не злоупотребляй водой, я тоже хотел бы помыться.

— Ты чистюля хренов, — мужественным голосом заявил Дин и, надавив на голову, заставил Каса убраться с глаз долой. Еще бы удалось стереть картинку, которая так и стояла перед внутренним взором: кровать, полумрак, свет из окна от мерцающего фонаря и Кас, лежащий на спине, разведший ноги в стороны и ждущий его, Дина, прикосновений.

И что теперь с этим делать?

Это все гребаный виски. Стопроцентно виноват чертов виски, потому что, пока они не дошли до бара и Дин не напился, все было нормально! Дин не смотрел на Каса как на объект интереса, и Кас вряд ли обрадуется его мыслям! Черт возьми, все только-только стало хорошо, они только разобрались и решили дальше ехать вместе.

Какой на хрен интерес, если Кас уже завтра окажется в своем Джонсборо, и Дин навсегда исчезнет из его жизни? Зачем пытаться и думать о чем-то, что не имеет смысла?

Для Дина уже ничего не имело смысла, по большому счету, потому что за четыре года скитания по Штатам он так и не сумел где-нибудь осесть.

«Нет, — решил Дин, вставая под едва теплые струи и на свой страх и риск откручивая горячий кран, — нет, никаких перепихов».

Хотя нельзя было сказать, что Кас ему не нравился. Даже если опустить тот черный момент озарения, которое снизошло на него в баре после приступа бабского истеризма, Кас действительно был привлекательным парнем. В меру смазливым, сообразительным, рискованным. С классным чувством юмора и до такой степени язвительным, что Дину порой хотелось его придушить. И та самая сила, которую он прочувствовал в баре, была маяком, к которому Дин, распознав, устремился всей сутью. Правда, не отказав себе в обязательном отрицании.

И была же в Касе какая-то тайна. Впрочем, в ком тайн не было? Дин тоже не спешил распространяться о своем прошлом.

Но все же куда Кас рвался? Что ждало его в Джонсборо?

Вода потеплела, и это отозвалось болезненной пульсацией в разбитой переносице. Губу тоже зацепило и защипало, хотя ее защипало бы в любом случае, попади на ранку влага. Кас был прав, предупреждая о высокой температуре, и Дин не стал злоупотреблять котлом, оставив Касу побольше горячей воды.

Костяшки на пальцах тоже защипало, и Дин поднес руку к глазам, рассматривая повреждения. Ничего необычного: содранная кожа, царапины, припухлость. Где-то в бардачке у него даже завалялась перекись, а может быть, и бутылек с йодом. Если повезет, то он найдет еще и пластыри. Все же, не хотелось, чтобы пошло заражение. Хотя после всех перенесенных Дином травм угроза так называемого заражения стала для него пустым звуком. Никогда за эти четыре года он не обращался в больницу за помощью и никогда, соответственно, не получал должного медицинского ухода, постоянно разбираясь со всеми ранами самостоятельно. Как-то ему даже ножевое зашивали при помощи влитого в глотку виски и простой иглы с обычной, пусть и проспиртованной, ниткой. Кривой шрам был на левом боку, сразу под ребрами.

Дин выбрался из душа и, вытеревшись насухо — надо же, повезло схватить полотенце для тела, а не маленькое для рук, вот смеху было бы — сообразил, что придется выскочить из номера, чтобы добыть себе средства для перевязки. Черт, надо было об этом подумать до того, как полез в ванную.

Выйдя в комнату, он вдруг замер, обнаружив на тумбочке рядом с бутылкой виски разложенные медикаменты. Кас сидел на кровати, устроив локти на коленях и весь подавшись вперед, и бегло просматривал инструкцию какого-то средства. Увидев Дина, Кас весь подобрался и, неловко улыбнувшись, поднялся на ноги.

— Ты погоди, я сейчас руки помою и вернусь, — сказал он, на что Дин даже не нашелся, что ответить.

— Да без проблем, можешь даже, ну, в душ сходить? — почти спросил он у воздуха, потому что Кас промчался мимо него и скрылся в ванной. — Мне не жалко.

Вернувшись через минуту, Кас насильно усадил Дина на свою кровать и заставил не двигаться только тем, что, взяв в руки поврежденную кисть, устроил ее у себя на бедре. Дин даже вздрогнул, но Кас не подал вида, что заметил, и, вылив на ватный диск немного перекиси, принялся осторожными движениями обрабатывать ранки.

— Больно? — спросил Кас, когда Дин от неожиданности дернулся — еще бы не дернуться, когда Кас, сам того не замечая, начал наглаживать его запястье! — и остановился, встревоженно взглянув в глаза. Дин сделал глубокий вдох и сдержанно ответил:

— Нет, Кас, мне не больно. Больно было, когда мне влупили в переносицу, а перекисью на царапины — совсем нетАЙ ЧЕРТ! — воскликнул он и, выдернув руку, замотал ею, пытаясь уменьшить дикое пощипывание. — Что это за нахрен, Кас?!

— Антисептик, — спокойно ответил Кас, но Дин-то видел, видел в его глазах улыбку! — Пластырь надо?

— Обойдусь, — буркнул он.

— Давай, подставляй лицо, — выдохнул со смешком Кас, а у Дина едва не запылали щеки, потому что он представил совсем не то, что тот имел в виду. И это было отвратительно. И прекрасно. И прекрасно отвратительно. Ладно, к черту все. Дин придвинулся ближе — так, что его колено уперлось во внутреннюю часть бедра Каса, — и подался вперед, прикрыв глаза. — Та-а-ак...

Прикосновения к губе были очень мягкими. Перекись обычно не щиплет, не подвела и в этот раз, хотя Дин почувствовал небольшое жжение и легкую щекотку, когда средство немного запенилось на ранке. Затем Кас взял Дина за подбородок, вынудив еще немного наклониться вперед, и, удерживая на месте, нанес влажным пальцем антисептик на нижнюю губу. Защипало просто зверски, и Дин сдавленно зашипел, вскинув руку к лицу, чтобы потереть больное место, но Кас не позволил, перехватив его пальцы свободной ладонью. Вместо этого он, по-прежнему удерживая голову Дина, шевельнулся и вдруг прижался губами к его губам. Дин замер от неожиданности, а потом, застонав от восторга и немного — страха, что может спугнуть Каса, навалился на него всем телом, цепляясь руками. Кас рассмеялся, прерывая поцелуй, и отвернулся, а Дин ткнулся носом ему в ухо и застонал в этот раз уже от боли.

— Я думаю, нам придется сложно этой ночью, — тихо и хрипловато проговорил Кас, отталкивая Дина от себя и вынуждая снова сесть для продолжения процедуры.

— Ты думаешь что?.. — голос у Дина внезапно пропал, так что последнее слово он просто прошептал, а затем сглотнул и откашлялся, чем схлопотал недовольный взгляд Каса.

— То, — поддразнил тот Дина и дернул за плечо на себя грубее, чем нужно было. Кажется, Кас считал, что теперь он вправе быть с ним пожестче. Может быть, Дину это даже нравилось. — Ты, весь избитый, будешь ворочаться всю ночь и стонать от боли, а я не смогу спать от этих звуков, потому что буду представлять, что ты стонешь совсем по другой причине...

— Кас, — выдохнул Дин, чувствуя, как горячая волна слабости и возбуждения прошлась по всему телу и сосредоточилась в паху.

— Ты должен был понять, что ты — не единственный гей в своей Детке, — хмыкнул Кас точно над ухом Дина, едва не ткнувшегося в чужое плечо. — Ты же не думал, что я ни хрена не заметил?

— Я... — в горле пересохло, а с голосом по-прежнему происходила какая-то хренотень, отчего Дин даже не мог ответить достойно. — Кас... Я...

— О, Дин, если бы ты знал, как меня от тебя ведет, — удерживая его на расстоянии вытянутой руки, проговорил Кас, с ухмылкой глядя ему в глаза. — Тихо, не шевелись, — совсем другим тоном приказал он и смазал переносицу антисептиком, тут же добавив какую-то мазь, и заклеил все это дело пластырем.

— Кас, — почти неслышно снова выдохнул Дин и, качнувшись, поцеловал. Кас как ждал этого момента — разомкнул губы, и Дин тут же скользнул языком вглубь рта, задев острые зубы и чуть оцарапавшись. Решив не упускать момент, Дин обхватил Каса руками, затем переместил ладонь ему на затылок, удерживая голову так же твердо, как тот за пять минут до этого, и усилил напор, млея от стонов. Звуки отдавались вибрацией и по телу Каса, и по телу Дина, и возбуждение щекотало нервы, требуя выхода. Привкус крови, солоноватый и теплый, они почувствовали оба, но не прервались. Дин повалил Каса на кровать, забравшись сверху, и устроился между его разведенных ног. Это было почти как на воображаемой картинке, которая представлялась в ванной, только намного лучше. Вместо света мерцающего фонаря была ночная лампа на прикроватной тумбочке, вместо обнаженного и готового на все Каса — Кас одетый, но такой же разгоряченный, жадный до прикосновений и ласк. Дин давал ему все это, водя руками по телу, забираясь под майку, мятую и влажную, задирая рубашку и впитывая, запоминая ощущение раскаленной кожи.

Кас приподнялся, игнорируя заворчавшего Дина, и стянул с себя рубашку, снял и майку, отправив ее куда-то в угол. Затем, приподняв зад, разобрался и с джинсами, оставшись только в трусах, на которых уже темнело влажное пятно от сочившейся смазки. Дин почувствовал дикое желание попробовать Каса, ощутить его член у себя во рту, даже если — тем более если — это будет только один раз в его жизни, а завтра они распрощаются. Поэтому он, сорвав с себя полотенце, осторожно — помня о боли в боку — расположился между раздвинутых ног, чувствуя исходящее от тела тепло. Стянул резинку трусов под яйца, обхватил ствол ладонью и провел вверх-вниз, ощущая, как подрагивает член в его руке. Твердый, горячий, манящий. Разомкнув губы, Дин коснулся щелки на головке кончиком языка, пощекотал ее, вызвав неверящий стон, и, взглянув на пораженного Каса снизу вверх, вобрал в себя его член, скользя языком вдоль всего ствола. Кас напрягся, вцепившись пальцами в покрывало, его пятки уперлись в кровать — Дин чувствовал это, хотя не отводил глаз от лица Каса. Тот кусал губы, не в силах отвернуться от Дина, и смотрел на него в ответ, и все было понятно по его взгляду. Кас хотел еще, Кас хотел больше, Кас хотел сильнее, и Дин намеревался ему это дать в полной мере.

— У нас есть смазка? — спросил он, прервавшись, и почувствовал удовольствие, заметив смущение напополам с предвкушением на лице Каса.

— Я не рассчитывал... — прерывисто проговорил тот и покраснел еще сильнее. Дин скептически на него посмотрел и обхватил свой член у основания, пытаясь держать себя в руках. — Ну, да, должна быть в пакете.

— Ты возишь смазку с собой? — удивился Дин, почувствовав приступ необоснованной ревности. — И часто ты ее достаешь?

— Не очень, — сдерживая улыбку, ответил Кас. — Напоминаю тебе, что мы знакомы три дня, поэтому твои выяснения немного необоснованны. Я ведь тоже могу спросить, какому числу парней ты умудрился присунуть, пока мы не встретились.

— Резонно, — хмыкнул Дин и, достав из шуршащего пакета бутылочку любриканта и резинку, вернулся к Касу. Тот с готовностью повторно раздвинул ноги, и Дин взобрался на кровать. Задрав ноги Каса повыше, он хмыкнул, проследив взглядом, как член того ударился о живот, и взял его в руку, прекрасно представляя, как он ощущается на языке. Но для этого еще будет время. — Как давно у тебя кто-то был?

— Порядочно, — быстро проговорил Кас и охнул, когда Дин все-таки наклонился и лизнул ствол от основания до головки, вобрав ее в рот и снова дразня дырочку языком. — Твою мать, Дин...

— Да, дорогой? — с весельем в голосе произнес Дин и, выдавив на пальцы смазку, коснулся ею ануса. Кас напрягся — Дин почувствовал рукой дрогнувшие мышцы — но тут же постарался расслабиться. Дин одобрительно хмыкнул, хотя понимание, откуда у того знание о процессе, немного цепляло, но и возиться с девственником ему не очень хотелось. А тут, считай, повезло — опытный партнер, да не первый попавшийся в баре, а вполне себе знакомый и действительно его привлекавший.

— Давай быстрее, — выдохнул Кас и крутанул бедрами, напрашиваясь на неприятности. И Дин был более чем рад его ими обеспечить.

— Да как скажешь, дорогой, — ухмыльнувшись, Дин вытащил пальцы и, хорошенько добавив смазки на раскрытую дырку, попытался выдавить любрикант внутрь. Кас сжался, и смазка вытекла наружу, а Дин представил, что так вытекает его сперма, и пожалел, что без резинки им не обойтись. Он бы хотел это увидеть. Ничего, в следующий раз они это обсудят.

Если, конечно, следующий раз у них будет.

Дин надавил головкой на анус, который раскрылся после легкого сопротивления. Смотря, как член проникает глубже в тело Каса, Дин пытался наблюдать и за его лицом, но у него не получалось. Кас сдавленно шипел и снова цеплялся пальцами за покрывало и упирался пятками в кровать, а член скользил глубже, и это гипнотизировало и возбуждало все сильнее. Дин не верил, что трахается с Касом, что он Касу тоже нравится, что ему перепал секс в тот же день, как он осознал, что влюбился в парня, которого встретил всего несколько дней назад.

Кас повел тазом, и Дин вошел в него до конца, прижавшись яйцами к ложбинке между ягодиц. Резинка немного притупляла ощущения, но не настолько, чтобы Дин не почувствовал, как же ему охуенно. Кас настаивал на движении, дергая Дина за руки, и он покорился желаниям, начав толкаться членом в готовую для этого дырку. Ему нравилось думать грязные вещи, и, если бы они с Касом переспали больше одного раза, тот бы узнал о маленьком секрете Дина.

Дин начал двигаться резче и решительнее, и Кас принялся стонать так, что яйца поджимались раньше времени. Тот выглядел невероятно — вспотевший, покрасневший, зажмурившийся, голодный до поцелуев — он охотно подался навстречу, когда Дин опустился на него, не переставая втрахивать в матрас.

Кас двигал бедрами навстречу его толчкам и вздрагивал каждый раз, как Дин попадал по простате. О, Дин знал, что тот сейчас чувствовал. Член, зажатый их животами, истекал смазкой, и вдруг Кас особенно сильно вздрогнул, низко гортанно застонав, и, зажав Дина внутри себя, излился им обоим на грудь. Дин не стал медлить — ускорившись, он, тоже застонав, кончил следом, и рухнул как подкошенный, только сейчас ощутив, как же болел у него бок.

— О Боже, — выдохнул Кас. Дин качнул головой, упершись подбородком ему в плечо, и что-то невнятно промычал, не испытывая особого желания шевелиться. — Я даже не ожидал...

— Зови меня просто Дин, — пробормотал он кое-как, проваливаясь в сон.

— Ты не хочешь вытащить из меня свой член? — с легкой насмешкой спросил Кас, предугадывая ответ.

— Откуда в тебе столько энергии после секса, я же так старался... — слабо проговорил Дин, теряя связь с реальностью.

— Да я из последних сил держусь, — поклялся Кас и, переместившись под ним, приподнялся, стянув с члена Дина презерватив и вытер их обоих валявшимся сбоку на кровати полотенцем. — Погоди-ка... — он вынудил Дина немного подвинуться так, чтобы соприкасаться телами, и накрыл их обоих краем покрывала. — Все. Спи.

Всем, на что хватило Дина, стал короткий поцелуй в шею.

.

.

.

_________________
У каждого есть мать‏.


Последний раз редактировалось Команда Евы 28 апр 2015, 16:38, всего редактировалось 7 раз(а).

28 апр 2015, 01:11
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 03 дек 2014, 19:05
Сообщения: 80
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
.

.

.

Ради разнообразия реальностей после пьянок утро началось не с головной боли. Нет, утро, можно сказать, было приятным: Дин лежал в обнимку с Касом, дышал ему в не очень свежую подмышку и в целом несказанно радовался такому пробуждению. Кас вставать не спешил — валялся в глубоком сне, развалившись на полкровати, и Дин, законно расположившись на своей маленькой половине, даже не думал жаловаться. Вообще, им повезло, что они смогли улечься на односпальной койке, так что придираться не хотелось. По крайней мере, Дину. Он приподнялся на локте, осторожно сняв с себя руку Каса, и вылез из-под пледа и тяжелой ноги. Неимоверно хотелось отлить, а потом — продолжить сон, а может, и не сон, если Кас к тому моменту откроет свои прекрасные глаза и позовет в свои объятья.

Вернувшись из ванной, Дин, так и не заморочившись со штанами, застыл голышом, наткнувшись на колючий взгляд Каса. Кажется, ни о каком продолжении ночи речи идти не могло. Дин, сжавшись от неприятного предчувствия, сглотнул и расплылся в широкой улыбке, которая совершенно не задела его глаз.

— Доброе утро? — спросил он. Кас нахмурился, словно не ожидал, что Дин еще и разговаривает. И это было неприятно как минимум: ладно получить такую реакцию после ночи с каким-то парнем из клуба или бара, с которым связался только ради перепихона. Но от Каса?.. После того, что было? Вот такой приём?

— Доброе, — наконец выдал тот и, откинув покрывало, поспешил скрыться в ванной. Дверь захлопнулась с такой скоростью, словно за Касом рвался кто-то страшный. Дин с опасением подумал, а не он ли теперь — этот самый страшный?

— Кас, мы слишком долго спали, — глянув на дисплей телефона, крикнул он, стараясь держаться непринужденно. Мобильник почти сел, но до следующего мотеля должно было хватить. Хотя какой мотель? Сегодня уже Джонсборо. Сколько там он вчера прикидывал, восемь, десять часов?

— Ты хочешь сказать, что мы опаздываем? — почти предупреждающе протянул Кас, высунувшись в комнату. Он был весь мокрый, вода стекала с волос на лицо, шею и вниз по груди, а остальное уже было не видно. Дин сглотнул и поспешил отвести взгляд, решив, что, хотя причины ему и непонятны, но Кас не хотел лишних намеков на прошлую ночь. И осознавать это было... сложно. Как ни крути, но после потрясного секса не всегда хочешь продолжения, а тут так сложилось, что и Кас ему нравится, и секс хорош, и можно двигаться дальше, но Кас почему-то предпочитал выставить его из номера, даже лицемерия ради не обещая перезвонить. Фигурально выражаясь.

Дин скривился, чувствуя саднящую тяжесть в груди, и решил, что так должно было случиться. В конце концов, что-то хорошее если и случается, то не с ним. И — что? Встретить близкого человека на дороге? Серьезно? Он действительно мог на это надеяться?

— Время третий час, если выедем сейчас же, то приедем к полуночи.

— Отлично. Выезжаем сейчас же, — скомандовав, Кас снова скрылся за дверью и в шуме воды в душе. Через три минуты он уже стоял одетый в центре комнаты, с собранным рюкзаком, и почти равнодушно посматривал на Дина, мечущегося в поисках ключей от машины. — Неужели ты мог посеять ключи от своей Детки?

— Нет, — огрызнулся Дин, падая на колени около кровати Каса. — Они просто выпали из кармана, когда я раздевался. Вчера я был немного не в себе, если ты не помнишь, и не соображал, куда именно скидываю вещи.

— Да, я заметил, — сказал Кас с тихим хмыканьем. Дин поначалу понадеялся, что это такой едва уловимый сигнал, мол, я оттаял, можешь подойти и обнять, я согласен. А потом понял, что надежда — нелепое чувство. Хотелось только понять причину такого изменившегося поведения. Вчерашний Кас, стонавший его имя, нравился ему куда больше. Не могло же быть дело только в возбуждении?

— Ага! — воскликнул Дин, поднимая ключи с пола около прикроватной тумбочки. На самой тумбочке так и осталась стоять початая бутылка виски, только жидкости в ней, кажется, стало меньше. Дин покосился на Каса, но тот смотрел с такой невозмутимостью, что язык не повернулся спрашивать о подобном. — Все, выметаемся.

Детка послушно завелась с пол-оборота, и она выехали со стоянки, взяв курс на запад. Представляя, какой мучительной будет дорога в напряженном молчании, Дин выкрутил громкость радио, настраиваясь на любимую волну. Покачивая головой в такт ударным, он беззвучно подпевал знакомым песням, стараясь не смотреть в сторону Каса. К тому тянуло магнитом, и тело, помнившее ласки, хотело повторения. Дин многое бы отдал, чтобы снова провести ночь с Касом, но, видимо, накануне он сглазил самого себя, думая, что этот секс только на один раз. Так и получилось.

В конце концов, даже если такая правда была довольно горькой, они переспали. Провели, можно сказать, время с огоньком, оба получили удовольствие. Пусть Дин оказался достаточно жалок, чтобы привязаться к человеку, которого видел первый и последний раз в жизни, с кем не бывает? В конец концов, много ли людей были к нему настолько расположены? Недолго перепутать дружеское отношение с романтическим интересом, если в тебя никто никогда не влюблялся.

— Я просто слышу, как ты думаешь, — Кас заговорил так неожиданно, что Дин вздрогнул.

— О, Снежная Королева снизошла до беседы? — приподняв брови, спросил он, не отрывая взгляда от дороги.

— Я решил, что похоронное настроение нам только навредит.

— Прости, что? Навредит? Чему? Мы потрясающе развлекаемся — я и радио.

— Дин.

— О, вот только не надо, — поморщился Дин, злясь на себя за то, как внутри все затрепетало от этого хриплого чуть осуждающего «Дин». — Мне кажется, за окном показывают очень интересные пейзажи, это определенно лучше, чем разговор со мной.

— Я бы так не сказал, — с теплотой в голосе ответил Кас, а Дин заиграл желваками, теперь уже чувствуя ярость.

— Какого черта ты делаешь? — выпалил он, резко повернувшись к нему и уставившись прямо в глаза. — Ты уж определись с поведением, блядь, или ты шлешь меня на хуй, или ты нормальный. Не надо меня мариновать своими заскоками.

— Я не...

— О, Кас, ты вот именно, что да, — быстро проговорил Дин и усмехнулся. — Сначала ты — заметь, ты, я бы сдержался — укладываешь меня в койку, хотя наверняка заметил, что ты мне небезразличен, а потом, с-сука, ты хлеще ледышки. Высокомерная сучка, вот кем ты был с утра. А сейчас я даже не ебу, что случилось, раз ты так переменился в тоне и настроении. ПМС на спад пошел?

— Дин, — еще мягче проговорил Кас, а Дин окончательно взорвался и съехал на обочину. Выскочив из машины, он перевел дух, успокаиваясь, и замер на несколько секунд. Вернулся в Импалу, уселся на свое место и потер лицо. Глаза пекло, как при простуде с высокой температурой, на душе было немногим лучше, но он, кажется, взял себя в руки.

— Через восемь с половиной часов я высажу тебя в Джонсборо. И на этом наше путешествие закончится.

— Дин, ты не понимаешь, — начал Кас, но Дин поднял ладонь, вынуждая его заткнуться.

— Нет, Кас, это ты не понимаешь. Вчера в баре я был достаточно унижен твоим вопросом, но проглотил его, потому что зассал, что ты слиняешь и оставишь меня одного. Но это же совсем ненормально — так привыкать к людям. Да, я одинок, я чертовски одинок, но одиночество — не порок сердца, с ним живут вполне неплохо. А ты как пришел в мою тачку, так и выметешься из нее. Но не сейчас, — ухмыльнулся Дин, заметив напрягшегося Каса, — а в Джонсборо. Потому что я, мать твою, дал тебе свое слово. А значит, я его выполню. И ты мне это позволишь. Представь, что мы едем в автобусе, а у тебя просто вип-место. Да что угодно представь.

— Почему ты не думаешь, что я такой со всеми? — не выдержав, выкрикнул Кас, заставляя Дин замолчать. — Почему, ты думаешь, я не пью? Как насчет варианта, что я трахаюсь с первыми попавшимися парнями?

— Врешь, сукин сын, — уверенно сказал Дин, проглатывая «первого попавшегося парня». — Врешь как дышишь, потому что сейчас зассал ты, потому что я тебе тоже нравлюсь. С кем попало так трахаться не будешь.

— Да много ты обо мне знаешь, — выпалил Кас. — Ты понятия не имеешь, кто я и что я. Может быть, тебе не стоило меня тогда выручать — не увязли бы в таких глупых разборках.

Произнеся это, Кас резко замолчал, и некоторое время в салоне звучал только голос Оззи. Дин, пытаясь справиться с эмоциями, с такой силой сжал челюсти, что можно было опасаться, будто зубы сейчас треснут и высыпятся изо рта.

— Я... — сглотнув заговорил Кас, но затих, не зная, что сейчас будет правильным. Дин усмехнулся, покачал головой и, проговорив:

— Такого я, думаю, не заслужил, — сделал музыку погромче.


.
✴ ✹ ✴
.


Они только раз остановились на обед. Дин не желал растягивать удовольствие, и потому, закинув в себя гамбургер и кружку кофе, вернулся в машину, оставив Каса в кафе. Тот появился через пару минут, напряженный, но заговорить больше не пытался. Молча сел, и они с визгом сорвались с места. Сначала Дин подумал, что это похоже не выпендреж, а потом решил, что ему все равно.

Они въехали в Арканзас в одиннадцатом часу вечера. Дин проводил взглядом проплывшую справа большую вывеску «Добро пожаловать в Арканзас», и взгляд его сам собой упал на Каса, который уже около часа признаков жизни особо не подавал. Дин думал, что тот задумался о своей горькой судьбе, но все оказалось гораздо прозаичней — Кастиэль спал. Устроившись на собственной руке, он сопел в обе дырочки с таким безмятежным видом, что Дин ему даже позавидовал. У него самого сна не было ни в одном глазу. Он как сыч пялился вперед, и уже порядком устал от напряженного вглядывания вдаль, пестрых встречных огней, фонарей и призывных ярких вывесок кафешек и мотелей. Останавливаться Дин не собирался, упорно гнал вперед, потому что это уже стало делом принципа — довезти Каса именно сегодня. И потом постараться забыть.

Тот шевельнулся, сменив положение, и Дину стало видно его лицо. Нахмуренные брови, и в целом вид встревоженный, растерянный. Дин на секунду даже заподозрил, что тот не спит, а потом решил, что просто придумывает, потому что Кас умел держать эмоции под контролем, как никто другой.

Дорога была пустынна — время близилось к полуночи, и до Джонсборо оставалось не больше часа езды. Дин то и дело косился на спящего Каса, пытаясь разобраться с тем, что чувствует, но толком не получалось, потому что в памяти тут же всплывали колючие обидные слова.

Разумеется, Кас на самом деле так не думал. Кто в здравом уме согласился бы на другой исход событий, кто бы пожелал быть изнасилованным, лишь бы не встретиться? Дин, конечно, был не на шутку задет, но ума ему все-таки хватало, чтобы не воспринимать всерьез то, что Кас выкрикнул в сердцах.

И все равно сомнение было: неужели Кас настолько жалеет, что они столкнулись, что предпочел бы Джека? И тогда бы Дин никогда его не повстречал. И от одной этой мысли у него внутри все сжалось.

Кас... Кас хороший. Он привлекательный, язвительный, начитанный, и с ним Дин чувствовал себя не собой. Как будто попробовал себя в другой жизни, стал человеком, который не один, и теперь очень не хотел возвращаться к прежнему. В его жизни была лишь дорога, он как перекати-поле все четыре года, то тут поживет пару месяцев, то там. Но ему уже двадцать четыре, и если поначалу это и могло казаться романтикой, то теперь хотелось обустроенности. Быть может, осесть в городе. Как было бы здорово жить вместе с Касом. В квартирке на пару комнат с маленькой кухней. Он бы мог устроиться механиком, а они получают неплохие деньги, если хорошо работают. А Дин умел и любил работать. Может быть, они бы взяли дом.

Думать об этом — приятно, но такие фантазии всегда отдавали горечью. Правда, раньше у воображаемого партнера Дина не было лица, а теперь — появилось, определенное и желанное. И потому грезить стало больнее. И когда они с Касом распрощаются — а они, конечно же, распрощаются, потому что никто в здравом уме не выберет Дина — он будет представлять, как счастливы они могли бы быть.

Когда фары высветили вывеску «Добро пожаловать в Джонсборо», Дин ощутил дикое желание развернуть Импалу и никогда здесь больше не появляться. Сказать Касу, что город стерли с лица земли, что нет больше такого места на карте, что он обречен остаться с Дином.

Кас спал, когда Дин въехал в город. Играла тихая музыка, явно не рок, но Дин не задумывался над тем, что слушал. Вокалист тянул про золотую эру, про то, что его силы кончились, но он, вроде как, не собирался сдаваться, пусть ничего уже и не будет хорошо и остается представлять, что все хорошо, пока крутятся колеса и ветер дует в окно. Кас, словно почувствовавший настроение Дина и певца, успокоился, хотя вроде только что хмурился. Дин смотрел на него, пользуясь тем, что на улицах в этой части Джонсборо не было ничего, кроме фонарей и закрытых магазинов, и медленно сбавлял скорость, понимая, что не найдет в себе сил его разбудить.

Достав с заднего сиденья кожаную куртку, Дин помял ее в руках, чувствуя нерешительность, а потом выдохнул и уверенно накрыл ею Каса. Сам же сполз по сиденью ниже, пользуясь пока еще теплым воздухом в салоне, и заснул, так и не выключив тихо игравшее радио.


.
✴ ✹ ✴
.



— Эй... — что-то ткнуло его в плечо, и Дин, вздрогнув, проснулся. Переполошился от неожиданности и подскочил, чуть не стукнувшись макушкой о крышу салона, а потом вспомнил, где и с кем он находится, и успокоился. — Дин, мы доехали?

Кас был мрачен и тих. Дин, пока еще мало что соображая спросонья, не спешил о чем-либо размышлять и разбираться в загонах, руководствуясь элементарными позывами организма: поесть и... Ну, понятно. Еще бы умыться, но это просто за гранью разумного.

— Ты не замерз? — хрипло спросил Дин, а Кас вдруг резко опустил глаза и так сильно сжал рукава куртки, что у него побелели пальцы.

— Нет, а ты? Спасибо за куртку, она... Пригодилась.

— Не за что, — хмыкнул Дин. — Да, мы приехали, — невпопад добавил он, отвечая на первый вопрос. — Джонсборо. Я понятия не имел, куда именно тебе нужно, поэтому остановился черт знает где, решив, что утром разберемся.

— Ну да, — неловко хохотнул Кас. — Разберемся.

— Так куда тебе надо? — легкомысленно спросил Дин, надеясь, что с этой странной ситуацией они ещё успеют разобраться позже.

— Да я здесь выйду, наверное. Ты-то довез, поэтому все...

— Да нет уж, я тебя и до места докину. Мне не сложно, — криво улыбнувшись, заявил Дин и завел мотор, прогревая.

— Дин, не нужно, я...

— Я докину, — с нажимом повторил Дин и серьезно посмотрел на Каса. — И я бы хотел кое-что обсудить. Ты же не хочешь оставить меня в непонятках и уйти в закат?

— Ну, в закат не выйдет — солнце высоко, — заметил Кас, напрягшись. — Не скажешь сразу, о чем ты хочешь поговорить?.. О том же?

— О чем же? — не понял Дин.

— О нас?

— Да что о нас говорить, — усмехнулся Дин, выруливая на дорогу. — Как будто мы есть. Так, встретились, перепихнулись — разве для секса нужно что-то еще?

— Да? — спросил Кас, стараясь казаться бодрым. Улыбнулся ему, кивнул, соглашаясь и вроде бы чувствуя облегчение, но Дин уловил в его голосе нотки досады. Удивившись, все-таки решил, что показалось, потому что мозг выдавал желаемое за действительное. — Ну да. Хорошо провели время, и черт с ним.

— Именно, — ослепительно улыбнулся Дин, подмигивая Касу. Тот стушевался немного, будто не зная, что сказать в ответ, да и надо ли что-то говорить, потом провел пятерней по голове, растрепав волосы, и отвернулся к окну, так и не выбрав тактику поведения, Дин почувствовал мрачное торжество, но задавил его в себе, насильно перескакивая на другой объект внимания. — Так куда едем-то? Карта в твоем распоряжении.

— На кладбище.

— Ого, — вырвалось у Дина. Кас не обернулся к нему, но Дин заметил, как тот внезапно будто закаменел, ожидая дальнейших расспросов. Поэтому он решил молчать. Надо будет — сам расскажет.

Джонсборо был маленьким городом, но значительно больше всех тех городков, мимо которых они проезжали, пока добирались сюда. Дин не знал дороги на кладбище, но зато знал Кас, указывавший, куда им ехать. По пути они завернули за цветами, а потом и в продуктовый магазинчик, уже успевший открыться, и Дин словил парочку неприязненных взглядов из-за своего вида. Вспомнив о разбитом носе, он поспешил выбраться на улицу. Вывалив пакеты с чипсами и конфетами, банки с колой и яблоки на колени Касу прямо через открытое окно, Дин, обойдя машину, забрался внутрь, и они поехали дальше. Оставалась езда по прямой, и теперь Кас помалкивал, над чем-то раздумывая.

— Тебе не интересно? — спросил он вдруг, когда они притормозили на перекрестке.

— Интересно, — ответил Дин, внимательно смотря на дорогу. Это был удачный повод не смотреть в глаза. — Но кто я такой, чтобы спрашивать.

— Дин, — укоризненно сказал Кас, и Дину на миг стало стыдно.

— Да брось, — проговорил он, избавляясь от минутных мук совести. — Ты мне ничем не обязан. Поэтому свои тайны можешь держать при себе.

В конце концов, Дин тоже рассказал ему о себе далеко не все. Более того, Дин, по сути, ничего о себе и не рассказывал, упомянув брата и малую толику собственного прошлого. В этом они квиты.

— Хорошо.

Несколько минут они ехали в тишине, пока Дин, наконец, не потянулся к радио. И ровно в эту минуту Кас выпалил:

— Дин, я должен извиниться. Я не хотел, это само вырвалось. Ты замечательный парень, и мне дико повезло, что мы встретились. Ты — единственное приятное событие во всей этой поездке, и я бы никогда, ни за что не хотел бы тебя обидеть.

— Кас...

— Нет, дай мне сказать, — потребовал Кас. — В моей жизни случалось... многое, и хороших людей было слишком мало, чтобы я мог так ими разбрасываться. Ты — невероятный человек, ты спас мою задницу от больших неприятностей, ты довез меня по моим делам, ты не вышвырнул меня из тачки, когда я сказал тебе то... что сказал. Я не знаю, как я поступил бы на твоем месте, и я почти уверен, что мой пассажир валялся бы со сломанным носом где-нибудь на обочине, дожидаясь другой машины.

— Ну, сломанный нос у нас имеется, — Дин усмехнулся, выразительно показав на собственную переносицу и небольшие синяки вокруг глаз. — Понятия не имею, как меня за алкаша еще не приняли.

— Дин, — почти с досадой воскликнул Кас. — Я...

— Ты извинился. Серьезно, хватило бы первой части монолога, но спасибо за перечисление моих подвигов, — чувствуя себя неловко, Дин попытался отшутиться, но получилось только хуже. — Ты тоже неплохой парень, Кас, — на этом месте сердце ёкнуло, и Дин был вынужден сделать паузу, изобразив, что подыскивает слова. — Ты... Ну, ты мог меня ограбить и тюкнуть по голове чем-нибудь, но ты вытерпел мою болтовню и даже не попытался прирезать, когда я явно тебе надоедал, так что...

— Прекрати, — перебил Кас, — не говори так о себе, никогда, черт возьми. Ты — потрясающий. Ты...

— Кас...

— Дин! Я знаю, о чем говорю.

— Да я не спорю. Как можно спорить, когда тебя так расписывают?

— Заткнись.

— Ладно. Мы приехали.

— Черт, — внезапно выдохнул Кас и уперся ладонями в торпеду, опуская голову. — Слишком быстро. Я не готов.

— Можем посидеть здесь.

— Нет. Нужно идти.

Дин помедлил со следующим вопросом, но все-таки произнес:

— С тобой сходить?

— ...Да. Пожалуйста.

Кас посмотрел на него с надеждой и болью, и Дин не нашел в себе смелости — или глупости — пошутить. Он скривил губы, как будто у него не получилось по-нормальному улыбнуться, и вышел из Детки. Кас уже ждал его с другой стороны, и выглядел таким нервничающим, так мял этот несчастный букет и пакетик с карамельками, что казалось, он сейчас просто сорвется с места и сбежит.

— Тебе точно надо туда идти?

— Да, — в подтверждение своих слов Кас еще и кивнул — резко, остро. Взгляд его метался между Дином и воротами, и он выглядел испуганно. Дин приобнял его за плечи, но Кас вырвался и пошел на кладбище, не оборачиваясь. Он дрожал, и Дин не знал, что можно было бы сделать, поэтому просто шел за ним, готовый в любой момент поддержать, если понадобится.

Тут было ухоженно и мило, но Дин бы ни за что не выбрался отсюда самостоятельно. Кас завел их куда-то в закуток за деревья, и, если забыть, что это кладбище, то все походило на обычный городской парк. Не хватало только фонтанчиков и велодорожек.

— Тут красиво, — сказал Дин.

— Ага, — нервно ответил Кас, останавливаясь около могилы с белым памятником и черной с гравировкой плитой. Дин встал рядом и едва успел подставить плечо, когда Кас вдруг обессилел и едва не повалился на землю. Напряжение ушло из него, и он весь стал каким-то ватным, бесформенным. — Отпусти меня, пожалуйста.

— Да? — с сомнением спросил Дин, не спеша выполнять просьбу.

— Да. Отпусти, — повторил Кас увереннее, и Дин, убрав руку, поспешил отойти в сторону. — Стой, — моментально среагировал Кас, и Дину пришлось вернуться. Кас, не отрывая глаз от могилы, на ощупь нашел его руку и крепко сжал в своей. — Я успел забыть, как тут плохо.

— А кто это? — спросил Дин, пытаясь прочесть надпись. — Габл... Гейл...

— Габриэль. Габриэль Милтон. Эта гравировка — копия с его подписи, поэтому так непонятно, — с теплом проговорил Кас.

— А, — коротко отозвался Дин. — И кто это?

— Это... — вздохнул Кастиэль и сделал паузу. Дин приготовился к какому-нибудь ужасу, но все оказалось проще: — Это мой друг. Здесь, в Джонсборо, его семья, он здесь вырос, а потом мы познакомились в школе, и в итоге... Он сладкое любил, — посмотрев на пакетик в руках, тихо сказал Кастиэль. — И если ты все еще имеешь на меня виды, то, я думаю, тебе нужно кое-что узнать обо мне. Чтобы ты решил, нужно ли тебе такое или нет. Я считаю, что не нужно, но честнее будет, если ты узнаешь правду.

— Кас...

— Я серьезно. Ты мне нравишься, Дин, но это не важно. Лучше тебе уйти сейчас, чем потом, когда мы правда привыкнем друг к другу, а истина выплывет, и ты от отвращения не сможешь на меня даже смотреть.

— Я даже не знаю, что...

— Да ничего не говори. Ты хочешь узнать, что тогда произошло? — голос Каса стал необычайно жестким, и Дин подивился, что, оказывается, тот может говорить совершенно безэмоционально. — Почему я ехал сюда именно автостопом и именно в это время, когда студенты гуляют и радуются сданным сессиям?

— Если не хочешь, то... — поспешил сказать Дин, но Кас неприятно усмехнулся и качнул головой, мол, лучше заткнись, ты ничего не понимаешь. И Дин заткнулся.

— Да почему же, — еще раз усмехнулся Кас, скривившись. Дин видел отвращение в его лице, и мог бы принять его на свой счет, но знал, что если сделает так, то ошибется. Касу опротивел он сам, и это было больно видеть. — Наоборот, хочу. Чтобы ты не запутался и выбрал правильную дорогу.

— А она, я подозреваю, в противоположную твоей сторону? — саркастично произнес Дин и скрестил руки на груди. Кас, заметив это, ничего не сказал, просто моргнул, будто собираясь с мыслями и совершенно не слушая Дина.

— Ты сам сделаешь выводы, — повторил Кас и замолчал. Дин заиграл желваками, чувствуя нетерпение и злость к этой чертовой тайне, которая держала его на расстоянии.

— Четыре года назад он разбился из-за меня, — начал Кас. Дин видел, что говорить ему было сложно, и не допускал мысли попросить его ускориться. — Я был обдолбанный, мне было весело, а Габриэль пытался учить меня жизни. Мы ехали по трассе на большой скорости, а дальше стандартная история. Я разозлился и, ничего не соображая под наркотой, дернул руль. Мы вылетели на встречку и... В общем, Габриэль разбился. Из-за меня. Машина влетела в его сторону, его буквально размазало, а у меня был перелом руки. И все. Габриэль погиб, а у меня просто перелом руки.

Повисла тишина. В густой листве деревьев пели спрятавшиеся птицы, где-то гудели машины.

Нужно было что-то сказать, но Дин не знал, что. Кас уже обвинил себя во всем, и видит Бог, Дин не собирался оправдывать его, потому что — да, Кас бы виноват. Но хотелось хоть чем-нибудь разбавить его слова.

— Так тебе, получается, было восемнадцать? — прикинул Дин. Кастиэль будто не сразу его расслышал, сминая в ладони пакетик с карамельками и легкомысленно яркий букет из гербер.

— Восемнадцать, — подтвердил Кас все тем же пустым и жестким голосом. — И ему — восемнадцать. Сейчас мне двадцать два и я в завязке три года и восемь месяцев. Не скажу, что это далось мне легко, но иного я не заслужил. Может быть, я заслуживаю смерти в канаве, может быть, я ее и получу. Но пока что я ничего не принимаю уже больше трех лет. Я стараюсь не пить, потому что мне срывает крышу и может потянуть на наркоту.

— То есть, это все? — уточнил Дин, не позволяя эмоциям взять верх. Хотелось схватить его за грудки, вытрясти всю дурь, приложить пару раз о что-нибудь, чтобы думать забыл о такой ерунде, как смерть. Дин представить не мог, что Каса вдруг не станет, а тот рассуждал о гибели как о чем-то обыденном. Вроде: “что такого я съел на завтрак?” или “куда мы вечером пойдем, в кино или на пикник”.

— А этого мало? — резонно переспросил Кас. — Я бывший наркоман, по моей вине погиб человек. Этого действительно мало?

— Немало, — кивнул Дин и пнул камушек. — Но ты бросил наркоту, как он хотел. Доучиваешься, как он хотел. Винил себя все это время, но вряд ли по его желанию. Почему ты думаешь, что недостаточно заплатил?

— Никогда не будет достаточно, Дин, — спокойно произнес Кас, подняв на него чистый взгляд. — Потому что из-за меня он потерял жизнь.

Наверное, в этом был какой-то смысл — пытаться искупить свою вину, каждый год рискуя жизнью и добираясь до могилы друга ко дню его гибели путем, который привел к смерти. Теперь становилось понятно, почему эта поездка не была путешествием — потому что путешествие подразумевает удовольствие. А это больше походило на паломничество к святыне, возведенной собственными руками. Хотя не Дину такое осуждать. У него-то вообще ничего святого не было.

Дин оставил его у могилы Габриэля на полчаса, попытавшись найти дорогу к выходу самостоятельно. Поплутав немного, он все-таки выбрался к Импале. Присев на капот и подставив лицо полуденному солнцу, Дин подумал, что, может быть, Кас и прав: им действительно не по пути. По крайней мере, пока сам Кас в это верил.


.
✴ ✹ ✴
.



— Так значит, на этом все? — спросил Дин. Они стояли на автостанции рядом с широкой дорогой, по которой то и дело проезжали огромные грузовики, принося с собой запах бензина и солнечной пыли.

— Думаю, да, — ответил Кас, рассеянно переводя взгляд с плеча Дина на стоящие невдалеке рейсовые автобусы. Наверное, один из них — тот, что нужен Касу, и мысли об этом совсем не радовали.

— Что ж, было приятно с тобой познакомиться, парень, — криво улыбнувшись, сказал Дин и потянулся обнять, но Кас выставил руки вперед и помотал головой.

— Я не думаю, что это хорошая идея. Прости.

— Да ладно, даже друзья обнимаются!

— Мы не друзья, Дин. И мы нравимся друг другу. Поэтому лучше не будем искушать судьбу и себя.

Интересно, Кас сам слышал, как смешно и жалко это звучало? И глупо, до безумия глупо. Кас признавал, что они нравятся друг другу, и поэтому они должны расстаться. У всех есть проблемы. Но Кас считал, что именно его — самые невыносимые.

— И правда, что это я, — не хватало только всплеснуть руками и пожаловаться на рассеянность. Дин улыбался искусственно, но от души широко, желая, чтобы Кас сумел добраться до дома без проволочек и трудностей. — Бывай, чувак, — протянул он руку, и Кас крепко ее пожал. — Может быть, когда-нибудь и увидимся.

— Почему бы и нет, — так же неискренне улыбнулся Кас и выпустил его ладонь.

— Во сколько у тебя автобус? — спросил Дин напоследок, прикидывая, как долго он может еще постоять рядом. На автостанции было малолюдно, несмотря на два часа дня, поэтому можно было предположить, что отправление в рейс еще нескоро. Или что желающих доехать до Нэшвилля, в Теннесси, не очень много.

Мимо с грохотом проехала фура, и Дина передернуло, потому что он представил, что Кас снова сядет в такую кабину к какому-нибудь мудаку, и тот заставит его отсосать или подставиться за лишний километр пути.

Кас посмотрел на билет, который держал в руке, и ответил:

— Еще сорок минут.

— И там ты пересядешь до Франкфурта? — уточнил Дин.

— Да.

— А потом — в Виргинию?

— Именно.

— А потом?..

— А потом через Пенсильванию до Бостона. Господи, Дин. Я рискую жизнью только по пути сюда, я не хороню себя заживо. Будь так, я бы бросил учебу и давно сторчался, — немного раздраженно проговорил Кас, глядя Дину в глаза.

— Да. Конечно. Извини. Я просто...

— Тебе пора, — смягчив тон, сказал Кастиэль. — Серьезно, Дин. Тебе пора.

— Да. Хорошо. Хорошо. Я... Ну, я пошел? Пока?

— Прощай.

— Верно. Прощай.

Усевшись в Импалу, Дин вдруг не выдержал и, выбравшись из машины, практически прокричал: «Удачи, Кас!». Его голос смазался грохотом проезжавшего грузовика, но Кас поднял руку, помахав, и Дин решил, что тот все расслышал.


.
✴ ✹ ✴
.


До границы штата — примерно два часа, но был ли смысл ехать через Миссури? Если можно будет потом сразу перебраться в Канзас, а там — до упора на север, в Лоуренс, туда, где вроде бы ждут и где он не был уже четыре года.

Даже страшно было думать, что он наконец-то туда вернется. В какой роли? Для каких целей? И имелся ли смысл, если он уже настолько отвык от дома, что даже забыл, как пахнет мамина выпечка? Старые фотки семьи — ну, как семьи, Сэм и мама, голову отцу он оторвал в первый же вечер — уже истерлись, поэтому не мешало бы их обновить, но Дин не был уверен, что все его вещи до сих пор целы. Может быть, отец сжег их тогда же, когда и выгнал Дина из дома.

Дорога бежала ровной полосой. Серое полотно было бесконечным, где-то поднималось в гору, где-то — спускалось вниз. Так ведь все в этой жизни: кажется, что перемены будут лихими, вот как подъем, видный издалека, такой крутой, почти что вертикальный. А когда въезжаешь на него, то едва чувствуешь изменения, лишь чуть-чуть отклоняешься назад, да и все на этом. А потом пытаешься понять, что же произошло, но уже не помнишь, как боялся перемен, как переживал из-за крутого подъема, как паниковал из-за опасений, что не справишься.

Дин держал руль, думая над тем, во что превратилась его жизнь. Наедине с дорогой больше не было так уютно, как тремя днями раньше, когда его устраивала тишина или музыка, разовые перепихи и должная когда-нибудь наступить настоящая жизнь. Он вдруг понял, что вот это и есть его настоящее, этот руль, эта серая полоса, это старое радио. Быть может, это именно он подохнет где-нибудь в канаве, не выдержав такой реальности — изгнанный из семьи, одинокий, потерянный. Кому такой нужен, если даже себе — нет?

Кас... Кастиэль помог пересмотреть все, что до сих пор окружало Дина. Переоценить. Кое-что — выбросить за ненадобностью, но если свято место пусто не бывает, то чем же заполнится освободившееся пространство? Чем, если тот, кто мог бы это сделать, не захотел остаться?

Кастиэль — Кастиэль волшебный. Синеглазый, вздорный, упорный, верный себе. Дин бы хотел, чтобы у него был такой человек, такой же преданный. Если для этого нужно умереть, то почему бы и нет. Может быть, если Дин сейчас влетит в дерево, как грозился во время поездки с Касом, тот будет навещать и его могилу? Может, Дин хотя бы посмертно не будет одиноким?

Ему было тошно от жалости к себе.

Кастиэль... Кастиэль должен был согласиться.

Уезжая все дальше, Дин чувствовал, как что-то будто натягивалось, как тугая нить, и желание вернуться росло с каждым преодоленным ярдом. Он пытался отвлекаться, делать громче радио, ставить кассеты с жутким шипением в записи, он даже подпевал наизусть выученным песням, но чувство не отпускало. Точно в груди что-то долбило настойчивым молотком «вернись-вернись-вернись» и Дин, чем дальше, тем больше не мог это игнорировать. Спустя двадцать минут после того, как он пожелал Касу удачи, Дин остановил машину и выбрался на улицу, пытаясь отдышаться.

Что ждало его впереди? Разборки с родителями? Объятия с братом? Он безумно любил Сэма и мать, но отца не желал видеть еще лет двести, и потому зачем ему себя мучить? Зачем бежать по первому зову? Стоит ли оно того? Раз они ждали так долго, не подождут ли еще немного?

Что такое Кас? Кас — это его будущее, его возможность соскочить с дороги. Они оба наркоманы, только Дин — в настоящем, и его зависимость — это запах бензина и бесконечное серое полотно, сужающееся точкой к горизонту. И это нужно менять. Так почему бы просто не попробовать? Если Кас его пошлет — значит, навсегда, но если Дин не попытается, то всегда будет думать, что упустил возможность выбраться. И, лежа в канаве, будет вспоминать именно этот момент — как стоял на дороге, но так и не решился вернуться.

Запрыгнув в машину, Дин завелся и, развернувшись против правил, рванул с такой скоростью, что возмущенно засигналили редкие на этом участке машины. Не растрачиваясь на жесты, Дин, устремился вперед, не отвлекаясь больше ни на что. Аавтобус Каса отправлялся через пятнадцать минут, и это было чертовски мало для того, чтобы Дин мог успеть. Но шансы — шансы у него были.

Что он скажет, когда примчится обратно? А если Кас уже будет в автобусе? Или уехал на другом рейсе, поменяв билет? Если Кас вернулся на кладбище? Что Дину делать, если Каса на автостанции не будет? Как искать? Кто мог запомнить взъерошенного парня с самыми охрененными глазами на свете?

Слева кто-то засигналил так резко, что Дин вздрогнул и чуть не вывернул руль, избегая столкновения. Его бросило в холодный пот, а сердце подскочило до горла, и пришлось сменить полосу, чтобы уменьшить скорость. Оставалось меньше пяти минут, и Дин сжимал руль изо всех сил, жалея, что у Детки нет крыльев.

Автостанция показалась из-за поворота, и Дин облегченно выдохнул, тут же выругавшись, потому что автобус стоял у платформы, и водитель проверял посадочные билеты. Кастиэль стоял в очереди четвертым и должен был вот-вот зайти. Дин не нашел решения лучше, кроме как нажать на клаксон несколько раз, чтобы обратить на себя внимание. Кастиэль уже протягивал руку с билетом, как Дин выдал такой длинный гудок, что повернулись абсолютно все.

— Кас! — закричал он, выскакивая из машины. — Кастиэль! Кас!!!

Тот, заметив Дина, сначала просветлел лицом, а потом нахмурился и обернулся на водителя, собиравшегося взять его билет для проверки. Отдернув руку, он снова посмотрел на Дина, а потом — на водителя, так и не решив, что же сейчас важнее.

— Кас! Подожди!

Тот все-таки вышел из очереди и остановился рядом с автобусом, поджидая Дина, который подбежал через несколько секунд и, схватив Каса за плечи, принялся говорить с такой скоростью, боясь не успеть, что проглатывал окончания.

— Знаешь, что? Я не хочу тебя отпускать и не хочу остаться без тебя, и ты без меня не хочешь, но не даешь себе поблажек. Ты думаешь, только у тебя есть тайны? Только у тебя проблемы? Только ты мучаешься из-за того, что сделал? Думаешь, я — по своей воле разъезжаю по штатам? Я зарабатываю ремонтом машин у забегаловок, пару раз жил в городах по два-три месяца, потому что не могу уже видеть эту проклятую дорогу. Я хочу нормальной жизни, Кас, понимаешь? Я хочу попробовать — с тобой. Я по уши в тебя втрескался. Ты думаешь, ты один такой неприкаянный? Думаешь, одному проще? Одному ни хрена не проще, одному ни с чем не справиться, ты не вытравишь демонов самостоятельно. Я хочу быть с тобой, Кастиэль.

— Дин, я...

— Вы скоро? — требовательно напомнил о себе водитель. Кас обернулся в нерешительности, как и Дин, и увидел, что автобус ждал только его.

— Дин, мне надо...

— Стой. Стой, дай мне сказать. Ты рассказал свой секрет, дай мне рассказать свой. Я куплю тебе другой билет, если захочешь, но я должен, понимаешь?

— Хорошо, — кивнул Кас и под неодобрительное покачивание головой водителя ступил на тротуар вслед за тянувшим его Дином.

— У вас минута, молодой человек.

— Он не успеет, — рявкнул Дин, сильнее вцепляясь в Каса, и тот поморщился от боли. — Прости. Я не хотел. Просто, понимаешь, я же гей, Кас, и четыре года назад меня застукали, мать застукала и рассказала отцу. Она не хотела и не ожидала, что будет так, что отец разозлится настолько, что отколошматит меня, пытаясь, по его словам, выбить дурь. Он собрался отдать меня в армию, если не одумаюсь. Я все это слушал, а он бил меня по лицу, а когда я упал — стал пинать по почкам, я извивался как червяк, а он не давал мне уйти, и заставил на все это смотреть моего брата, Сэмми. Ему было шестнадцать и он только-только вернулся со свидания с Джессикой.

Глаза Кастиэля потемнели, и теперь уже он держался за предплечья Дина, вслушиваясь в каждое слово. Дин всхлипнул, сдерживая эмоции — а ему хотелось и плакать, и смеяться, и это было так же плохо, как и хорошо, и он не знал, что с ним происходит, — и продолжил так же лихорадочно рассказывать:

— Ты же понимаешь, что потом случилось? Не я первый, не я последний. Он сказал, что я ему больше не сын и могу проваливать на все четыре стороны. Он швырнул мне в лицо ключи от Импалы и пару соток. И я больше не появлялся в Лоуренсе. А спустя четыре года мне впервые звонит мать и говорит, что он — при смерти и хочет, чтобы я вернулся, а я понятия не имею, зачем ему это. Зачем мне это. Я не получу прощения. Он не из тех, кто меняется. Но я так хочу увидеть брата.

— Дин, подожди...

— Нет, это ты подожди. Кас, я ехал и думал о том, что не могу упустить тебя, только не тебя. Мы только начали, у нас все шансы разосраться и поубивать друг друга, но не нужно ставить на нас крест. У нас все может получиться.

— Дин. Дин, подожди, дай мне сказать...

— Замолчи. Кас. Ты должен дать себе второй шанс. Все совершают ошибки. Некоторые нельзя исправить, но можно не допускать их впредь. Не ставь на себе крест, Кас, не запрещай себе быть счастливым. Ты закончишь учебу — а я буду рядом, я же перекати-поле, это все, что важно, понимаешь? Ты напишешь свой диплом и пойдешь на докторскую степень или куда-нибудь еще, а я буду рядом ремонтировать твою тачку, и все будет хорошо. Потому что ты заслужил, чтобы все было хорошо, и я — тоже.

— Дин. Заткнись. Пожалуйста.

— Дай нам возможность попробовать.

— Замолчи, я сказал.

— Хорошо.

Дин перевел дух, чувствуя, как быстро бьется сердце. Слова кончились и даже язык не ворочался. Он боялся поднять взгляд и в глазах напротив увидеть отказ, потому что голос Каса был жестким. Дин часто дышал, не зная, чего ожидать. У него начали дрожать руки, и он сжал ладони в кулаки, спрятав их за спину.

Кастиэль молчал. Дин тоже не произносил ни слова. Хотя хотелось потребовать немедленного ответа.

— Ты... — наконец заговорил Кас и снова замолчал. Дин выдохнул и опять задержал дыхание. — Ты сумасшедший.

— Не больше чем ты, знаешь ли, так что...

— Замолчи, — почти нежно сказал Кастиэль. — Я же сказал, что я — не тот, кто тебе нужен.

— Я сам могу решить, кто мне нужен.

— Это, несомненно, так. Но я могу сорваться и снова начать принимать наркотики.

— Я не буду говорить, что смогу тебя от этого оградить. У тебя своя голова на плечах, поэтому я могу только надеяться, что ты этого не сделаешь. Но и я тоже могу сорваться. Я тоже не ангел, Кас, и я пробовал многое. У меня проблемы с алкоголем и агрессией. Но я держусь. Будет здорово, если мы будем держаться вместе.

— Я не заметил у тебя проблем с выпивкой.

— А с агрессией, значит... — хохотнул Дин и продолжил: — Ты знаешь меня три дня. И большую часть времени я за рулем и мне хватает совести не рисковать жизнями других людей. На свою-то мне, как ты сам понимаешь...

— О, я понимаю.

Они замолчали. Дин надеялся, что Кас думал, как хорошо им будет вместе, но гарантии на это никакой не было, поэтому он просто предпочел остаться в неведении.

— Что ж...

— М? — тут же вскинулся Дин. Кас закатил глаза:

— Дин, не спеши. Итак, поскольку мой автобус уехал, а домой мне нескоро, то я думаю...

— Что я должен купить тебе новый билет?

— Нет, — Кас улыбнулся, — что твоя семья получит на выходные двух геев вместо одного.

Не сразу сообразив, о чем именно говорит Кас, Дин через секунду округлил глаза и распахнул рот, не веря услышанному.

— Но... Ну я не могу обещать, что нас поселят в одной комнате, — нашелся он наконец, подхватывая настроение.

— Ты сможешь пробираться ко мне через окно.

— А почему это я к тебе? Мы едем ко мне домой!

— А потому что гостям самое лучшее, — заявил Кас и направился к Импале. Проведя пальцем по пыльному капоту, он сказал: — Привет, Детка, соскучилась? Давно не виделись.

— Ты теперь еще и с моей машиной разговариваешь, — возмутился Дин, чувствуя себя безумно счастливым.

— Ну не только же с тобой, Дин, — Кас не выдержал и расплылся в улыбке.

— И правда, что это я.

Кас уселся на переднее сиденье, закинув рюкзак назад, и Дин, заняв свое место, несколько секунд не мог отвести от него взгляда. Картина снова была целой — все места распределены, у всех свои роли, жизнь продолжается.

— Я могу взять тебя за руку? — спросил Дин. Кастиэль фыркнул, закатив глаза, и демонстративно протянул ладонь. Дин хотел было это язвительно прокомментировать, но, почувствовав, как у Каса дрожат пальцы, просто сжал их покрепче.


FIN


.

.

.

_________________
У каждого есть мать‏.


Последний раз редактировалось Команда Евы 29 апр 2015, 10:09, всего редактировалось 4 раз(а).

28 апр 2015, 01:11
Профиль

Зарегистрирован: 30 мар 2013, 13:52
Сообщения: 155
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
Не смотря на драму фик оставляет после себя теплоту..
5


28 апр 2015, 17:56
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 ноя 2013, 17:52
Сообщения: 62
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
Очень эмоциональный текст.
Дин смелый и отважный. Понравилось, как он даже не сомневался, что кинется в драку, чтобы защитить
Честно говоря, до конца не была уверена, останутся ли они вместе.
Очень рада, что всё-таки разобрались со своими тараканами и решили плодить их вместе :)
5

_________________
http://gertruda-wine.diary.ru/


29 апр 2015, 01:52
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 13 апр 2014, 20:00
Сообщения: 22
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
5


29 апр 2015, 10:35
Профиль WWW

Зарегистрирован: 29 апр 2013, 17:17
Сообщения: 83
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
5
хотя Дин странный, а некоторые диалоги скучноваты, в целом читать было интересно
правда, исходя из саммари я решила, что за Касом охотятся какие-то крутые дядьки и всё ждала, что их нагонят))) зря боялась, как оказалось


29 апр 2015, 20:36
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 28 окт 2013, 17:15
Сообщения: 41
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
5
Хорошая работа, прочитала с удовольствием :)


30 апр 2015, 18:35
Профиль

Зарегистрирован: 30 апр 2015, 20:19
Сообщения: 1
Откуда: Ставрополь
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
5
Отличный, жизненный текст. Словно фильм хороший посмотрела.
Благодарю.

_________________
http://veronika-ambrozova.diary.ru/


30 апр 2015, 21:14
Профиль WWW

Зарегистрирован: 19 июл 2011, 16:26
Сообщения: 21
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
Самый странный динокас из когда-либо мне попадавшихся, собственно, как и большинство аушек, вместо динокаса он вообще мог бы быть чем угодно с какими угодно именами в каком угодно фандоме (шапке очень не хватает слова "АУ", правда), и такой же странный неровный текст - местами хочется цитировать, местами промотать зажмурившись. И все это же одна из самых нестандартных работ на этой игре, и поставить ниже пятерки у меня просто рука не подымется. Так что 5, да.
| Читать дальше
И еще, автор, не знаю, сделаю я вам комплимент или оскорблю, но отчаянно прет из вашей истории максофраевщина, если вы понимаете о чем я. Если не понимаете, просто считайте за комплимент :D


01 май 2015, 00:14
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 04 дек 2012, 17:05
Сообщения: 144
Откуда: Украина
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
какая чудесная и захватывающая аушка. Я читала практически не отрываясь, текст просто затянул и не отпускал :heart:

Защитник Дин, весь такой благородный спаситель, но увязший в многолетнем одиночестве и немного резковатый. Он располагает к себе, весь такойсильный, решительный и нередко бесбашенный, но душевный...и одинокий... он так одинок, что это просто разрывает сердце.
Кас загадочный и цепляющий. Он долгое время остается таинственной головоломкой, прежде чем окончательно откроет душу Дину. Он преданный и мучимый совестью. порочный и чистый одновременно.
Я уверена они с Дином удержат друг друга на ровной дороге, поэтому очень рада, что Дин решился и развернул машину. Что он вернулся и был откровенен.
а ещё у них у обоих характеры непростые, скучно им не будет :-D

Спасибо за интересную историю :heart: :heart: :heart:

5

_________________
a really profound bond - from human soul to angel's grace

- Идеальных людей не бывает..- Ты Мишу, с*ка, видел?!


02 май 2015, 00:51
Профиль WWW
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 апр 2014, 21:54
Сообщения: 73
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
Это было странно. Местами неловко, местами непонятно. Тем не менее, интересно.
5


05 май 2015, 22:26
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 04 ноя 2012, 17:54
Сообщения: 105
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
Хороший фик, в целом читать было интересно)
5


06 май 2015, 02:21
Профиль

Зарегистрирован: 07 апр 2014, 14:03
Сообщения: 6
Откуда: Севастополь
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
Я так согласна по поводу максофраевщины, от некоторых фраз аж подпрыгивала - настолько они в духе :D
Но это шикарно, на самом деле. Из тех текстов, на которые наткнешься, думаешь "ну, сейчас прочту кусочек, а остальное на завтра" - а потом залипаешь до самого конца, забив на все важные дела. Очень классно. Мне понравился здесь Дин, и понравилось, что вся драма скрыта за иронией и сарказмом, это прямо ащ *_*
В общем, безусловно 5.


08 май 2015, 00:28
Профиль

Зарегистрирован: 22 апр 2015, 22:18
Сообщения: 137
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
5


12 май 2015, 14:08
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 23 мар 2011, 21:28
Сообщения: 436
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
5 :flower: :heart:

_________________
Подкрадывающаяся незаметно


13 май 2015, 00:08
Профиль
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 09 ноя 2013, 19:21
Сообщения: 35
Сообщение Re: День 12 Авторский фик ~ Золотая эра
огромное, огроменное спасибо за ваши оценки и потрясающие отзывы =*

ива
я очень рада, что остается такое послевкусие)

gerty_me
им будет очень интересно разбираться с тараканами друг друга)))

Muldi
спасибо =*

Марлюшка
Саммари не всегда в точности отражает содержание, но я старалась хД
спасибо =*

Риру
это ли не чудесно =*

veronika-ambrozova
тебе спасибо =*

littledoctor
Огромное спасибо за "максофраевщину". Я Фрая не читала, но люди сведущие мне объяснили, что это очень важное сравнение. И приятное. Поэтому я сразу почувствовала себя важной и мне стало приятно. %)
и да, это моя ошибка - по невнимательности не поставила AU(
Невероятно здорово получить такой отзыв от вас) спасибо)

ALFREA Zarik
спасибо за теплые слова =* я очень рада, что мой Дин показался тебе именно таким и вообще, и вообще =*

Crying Shame
спасибо)

E-Katy
если так, то хорошо)

ms_alien
божи-божи))) сколько всего! =*
спасибо, солнышко =*

iv-la спасибо)

SmallPolarFox
спасибище =*


18 май 2015, 17:45
Профиль
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 18 ] 


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Powered by phpBB © phpBB Group.
Designed by Vjacheslav Trushkin for Free Forums/DivisionCore.
Русская поддержка phpBB
[ Time : 0.059s | 18 Queries | GZIP : Off ]